Текст книги "Большой побег дедушки"
Автор книги: Дэвид Уолльямс
сообщить о нарушении
Текущая страница: 11 (всего у книги 12 страниц)
Глава 57
Лети-и-им!
ВЬЮУУУУХ!
Мальчик с непередаваемым восхищением понял, что они с дедушкой уже в воздухе.
– Вверх, вверх и прочь! – закричал старый летчик.
– Вверх, вверх и прочь! – повторил Джек.
Огромные шасси под брюхом «Спитфайра» полоснули по крыше одной из полицейских машин в заслоне, отчего самолет чуть качнуло. Но они прорвались!
Самолет мчался прямо на возвышающееся впереди историческое здание отеля «Савой». Но дедушка легонько потянул рычаг управления назад – и истребитель стрелой взмыл в небо.
Не удержавшись от искушения немножко повыпендриваться перед оставшимися на земле полицейскими, дедушка триумфально покачал крыльями «Спитфайра».
Все равно как если бы огромный кит выскочил из воды просто ради того, чтобы доказать свое полнейшее превосходство над всеми живыми существами в мире.
Вот точно так и со «Спитфайром» – самым могучим в мире военным самолетом. А за его штурвалом сидел один из самых великих военных летчиков за всю историю Британского воздушного флота.
В руках дедушки старый самолет был послушней новехонького гоночного автомобиля. Дедушка пролетел так близко к собору Святого Павла, что у Джека сердце пропустило удар. А потом истребитель понесся над Темзой мимо крейсера «Белфаст» и прямо к Тауэрскому мосту. Ровнехонько в тот миг, как створки моста распахнулись, дедушка прибавил скорости – и «Спитфайр» пронесся между ними.
Впервые за свою короткую жизнь Джек чувствовал себя по-настоящему живым. Свободным.
– Ну, командир звена, ваша очередь, – сказал дедушка.
Мальчик ушам своим не верил! Дедушка уступает ему управление боевым истребителем!
– Вы уверены, командир эскадрильи?
– А то!
С этими словами старый летчик убрал руки с рычага управления. Мальчик крепко сжал рычаг. Все было так, как дедушка учил его: самолет откликался на мельчайшие движения.
Джеку хотелось прикоснуться к небу. Он потянул рычаг на себя – и самолет понесся вверх, все выше и выше. Они пролетели через полосу туч, а за тучами оказалось солнце. Шар ослепительнояркого пламени посреди чистого неба.
Над тучами они наконец остались одни. Лондон лежал далеко внизу, выше было лишь солнце.
– Сэр, я хочу сделать мертвую петлю!
– Валяйте!
Мальчик резко рванул рычаг на себя – и самолет описал в небе дугу. Теперь они висели вниз головой! Ничто не могло сравниться с этим моментом. Ни прошлое, ни будущее ровным счетом ничего не значили.
Джек не выпускал рычага – и скоро самолет вернулся в нормальное положение. Сколько это длилось? Секунды? Несколько минут?
Неважно. Это все было неважно. Ни что было, ни что будет. Только одно во всем мире имело значение – то, что происходило прямо СЕЙЧАС.
Все слилось для мальчика воедино. Могучая сила, вдавливающая его в сиденье. Рев мотора. Запах бензина.
Выправившись, «Спитфайр» скользнул над тучами и понесся прямо к солнцу.
И тут вдруг из слепящего красного света впереди вынырнули две непонятные черные точки. Свет так бил в глаза, что сперва было невозможно понять, что это. Однако точки стремительно приближались.
Глава 58
Никогда не покорят
Когда точки приблизились, мальчик распознал два сверхзвуковых «Харриера» – современных, высокоскоростных и мощных истребителя. Они пронеслись мимо «Спитфайра» на головокружительной скорости.
Джек ужасно перепугался: с какой целью сюда послали эти два самолета? Чтобы сбить их? «Харриеры» пронеслись так близко от «Спитфайра», точно делали предупреждение, ставили ультиматум. Оглянувшись, мальчик увидел, как они разворачиваются. А через несколько секунд «Харриеры» уже снова нагнали «Спитфайр» и полетели параллельно с ним, взяв в тиски с обоих боков, теснотесно, едва не касаясь крыльями крыльев «Спитфайра». Глаз пилотов было не видно под темными защитными щитками шлемов, рты были закрыты масками. Не люди, а роботы какие-то.
– А у фрицев-то самолеты новехонькие, с иголочки! – заметил дедушка.
Джек посмотрел налево, потом направо. Пилоты с обеих сторон жестами приказывали им снижаться.
– Сэр, они говорят нам приземляться! – прокричал мальчик.
– А что там говорил Черчилль, командир звена?
Из уроков истории Джек уяснил, что премьер-министр времен Второй мировой, Уинстон Черчилль, наговорил уйму всяческих фраз, которые вошли в историю. Одна беда: мальчик был неуверен, какую именно из них имеет в виду дедушка.
– Никогда на полях человеческих конфликтов не зависело так много для человечества от столь немногих?
– Нет.
– Мы будем сражаться на берегах?
– Нет.
Джек напрягал мозг.
– Мне нечего предложить, кроме крови, тяжкого труда, слез и пота?
– Нет же! Другое! – отозвался дедушка, вид у которого становился все более сконфуженный и рассеянный. – Наш великий премьер сказал что-то о том, чтобы не сдаваться. Не помню точно, но чертовски уверен, что он сказал: мы никогда не сдадимся!
– Нас никогда не покорят? – предположил мальчик.
– Именно! И меня никогда не…
Мальчик испуганно сглотнул.
Глава 59
Чистейшая поэзия
Старый летчик потянул рычаг управления на себя – и «Спитфайр» взмыл вверх, как ракета. Оба пилота «Харриеров» были застигнуты врасплох и чуть промедлили, прежде чем рвануться в погоню. Деревянный пропеллер «Спитфайра», конечно, не мог соперничать с современными моторами, однако в дедушкиных руках этот старый самолет мог переманеврировать «Харриера». Дада, развалюха-«Спитфайр» дребезжал, ходил ходуном, кашлял и фырчал. Но в воздухе это была чистейшая поэзия.
Один из преследователей внезапно выпустил снаряд, который просвистел мимо «Спитфайра» и взорвался в воздухе.
Неизвестный военный самолет над центральным Лондоном представлял собой большую угрозу городу. Прыжковые истребители были и в самом деле посланы, чтобы сбить его.
В этот момент в радио «Спитфайра» прорезался голос:
– Говорит капитан «Харриера». «Спитфайр», вы летите в запретной зоне. Немедленно идите на посадку. Прием!
– Нас не покорить! Прием! – ответил дедушка.
– Мы не хотим вам зла, но нам приказано в случае отказа открыть огонь. Прием!
– Прием закончен! – промолвил старый летчик, выключая радио.
Глава 60
Сквозь пламя
За хвостом самолета послышался свист очередного снаряда. Дедушка круто положил самолет на крыло – и ракета пронеслась под брюхом «Спитфайра».
БАБААААХ!
Второй снаряд взорвался прямо перед носом «Спитфайра», так что тот промчался прямо через клубок огня. Джек закрыл глаза.
– Надо сделать, как они сказали! – прокричал мальчик через оглушительный шум взрыва.
– Я лучше умру здесь героем, чем покорюсь и буду жить на земле рабом!
– НО…
– Командир звена, вам надо выброситься с парашютом! – прокричал дедушка.
– Дедушка, я тебя не брошу!
– Дедушка? – переспросил старый летчик внезапно растерянным голосом.
– Ну да. Дедушка, – ответил мальчик. – Это же я, Джек, твой внук.
– Мой… внук?
– Да.
– Джек?
На миг дедушка словно бы целиком и полностью вернулся в настоящее.
– Да, да. Джек.
– Мой милый внук! Джек! Я не допущу, чтобы с тобой что-нибудь случилось! Тебе надо скорее катапультироваться.
– Я не хочу тебя бросать! – вскричал мальчик.
– Но надо.
– Дедушка, ну пожалуйста, я не хочу, чтобы ты умирал!
– Джек, я люблю тебя.
– И я тебя люблю, дедушка.
– Пока ты меня любишь, я никогда не умру.
С этими словами старый летчик перевернул самолет вниз головой, откинул люк и дернул за шнур парашюта мальчика.
– Вверх, вверх и прочь! – прокричал он вслед внуку, салютуя ему на прощание.
Глава 61
Вниз на землю
Парашют немедленно открылся – и резкий рывок выдернул Джека из самолета. Оба «Харриера» с ревом промчались мимо, вслед за улетающим все выше и выше «Спитфайром».
Спускаясь на землю, Джек все смотрел вверх, в небо. «Спитфайр» очень скоро превратился в крохотную точку вдали. А потом исчезла и она.
– Вверх, вверх и прочь, – сказал мальчик сам себе. По щекам его катились слезы.
Посмотрев вниз, Джек увидел под собой Лондон. Отсюда хлопотливая столица выглядела совсем мирной и спокойной. Река, парки, крыши огромных зданий были аккуратно притиснуты друг к другу, точно квадратики в настольной игре.
Одним солнечным днем Джек с дедушкой воображали, как будто выбрасываются с парашютами из подбитого «Спитфайра». Поэтому хотя мальчик ни разу в жизни не прыгал с парашютом, он отлично знал, как управлять им, дергая за стропы.
Джек высмотрел внизу большой кусок свободного от домов пространства – судя по обилию зелени, какой-то парк, – и заскользил в ту сторону, чтобы посадка вышла мягкой.
ВНИЗ
ВНИЗ
ВНИЗ.
Вскоре он поравнялся с верхушками деревьев, а потом, вспомнив, что надо согнуть колени, чтобы смягчить удар, наконец коснулся земли и покатился по аккуратно подстриженной траве. Да так и остался лежать там, усталый и измученный. Даже глаза ненадолго прикрыл. Длинная была ночь.
Внезапно лица его коснулось что-то теплое и мокрое. Джек открыл глаза и увидел уйму маленьких собачонок, наперебой спешивших вылизать ему лицо. Еще через пару секунд он осознал, что все они корги. Мальчик порывисто сел и разглядел вдалеке респектабельного вида даму в твидовом пальто, стеганом жилете и платочке на голову. А когда она подошла поближе, Джек осознал, где уже видел ее лицо.
На марках.
Это была королева.
А позади нее вырисовывались очертания безошибочно узнаваемого величественного здания.
Джек приземлился в саду Букингемского дворца.
Королева посмотрела на сидящего на земле мальчика.
– А ты не маловат, чтобы служить в моих Королевских военно-воздушных силах? – задумчиво протянула она.
Часть IV
Путь к звездам
Глава 62
Салют герою
Похороны дедушки состоялись через неделю. В местной церкви яблоку было негде упасть: столько людей захотело отдать последнюю дань почтения герою.
Джек сидел на передней скамье между мамой и папой. Он знал, что гроб, на который он смотрит, пуст. «Спитфайр» так и пропал самым загадочным образом. Найти его не удалось. Не удалось найти и тело дедушки.
Пилоты прыжковых «Харриеров» доложили, что видели, как старый самолет поднимался все выше и выше, пока не исчез с радаров. В поисках прошло несколько дней и ночей, но не удалось обнаружить ни следа «Спитфайра».
Гроб был покрыт британским флагом. Так по британскому обычаю провожали в последний путь военных. А сверху лежала самая почетная дедушкина награда – крест «За выдающиеся летные заслуги».
Прямо за Джеком сидел Радж, который всю дорогу плакал и сморкался, громко, как труба. А чуть поодаль – старики, которых дедушка с Джеком спасли из «Сумеречных башен», в том числе миссис Ерунда, майор и контр-адмирал. Все они испытывали вечную благодарность к человеку, освободившему их.
То, что произошло в «Сумеречных башнях», вылилось в скандал национального масштаба. Новость об этом прочно заняла позиции на первых страницах газет и в теленовостях. Джек не хотел, чтобы там хвалили его, но вот дедушка прямо-таки прославился.
Здание дома престарелых сгорело дотла, но большинство «медсестер» разбежались и теперь находились в розыске. А о судьбе злобной начальницы «Башен» и вовсе никто ничего не знал. Погибла ли она во время пожара? Или спаслась и вынашивала какой-нибудь новый зловещий план?
По другую сторону от прохода сидел целый взвод старых военных летчиков. Эти престарелые товарищи полковника Бантинга держали спины несгибаемо прямо и все могли похвастать типично офицерскими усиками:
Все были облачены в пиджаки и форменные брюки, и у всех на груди позвякивали повешенные в несколько рядов медали и ордена.
Все товарищи Джека по классу тоже сидели в церкви. Они обратились к мисс Точность с просьбой отпустить их с уроков, чтобы посетить похороны. Всем им понравилось выступление дедушки на уроке истории и его незабываемые рассказы о Битве за Британию. Ну и само собой, дети хотели поддержать своего одноклассника.
Узнав, каким героем был старый летчик, мисс Точность страшно устыдилась того, как обращалась с ним в тот день в классе. Теперь и она плакала о нем наравне со всеми остальными. А рядом, ободряюще обвив рукой ее талию, сидел охранник из Имперского военного музея. С тех пор как мисс Точность припала к его устам с поцелуем жизни, меж парой успел завязаться и расцвести бурный роман.
В заднем ряду сидели Мосол и Окорок, два злополучных детектива из Скотленд-Ярда. За это время они успели хорошо узнать Джека и его родителей, поскольку теперь вели расследование по поводу «Сумеречных башен». Однако Джек, на личном опыте познакомившийся с их методами дознания, особых надежд не питал. И все-таки понимал, что они не хотят ничего плохого. И пусть сейчас ему было очень грустно, он все же порадовался, что и они пришли проститься с дедушкой.
Вначале немного поиграли на органе, а потом преподобный Хрякк приступил к проповеди:
– Возлюбленные дети мои, мы собрались здесь сегодня, дабы оплакать кончину деда, отца и друга многих и многих людей.
– На всем белом свете я по-настоящему любила лишь его одного! – мелодраматически провозгласила миссис Ерунда.
Однако, переведя взгляд на викария, Джек мгновенно перестал слушать его слова. В этом человеке было что-то очень и очень подозрительное.
Глава 63
Сломанные носы
Вглядевшись в викария попристальнее, Джек заметил, что лицо у него покрыто густым слоем макияжа, как будто он пытался что-то замазать. Более того: преподобный Хрякк во время проповеди то и дело нервно посматривал на мальчика из-под очков.
На запястье у него болтались золотые часы с бриллиантовой инкрустацией. Поймав на себе взгляд Джека, Хрякк неловко спрятал их под рукавом.
Глянцевые черные ботинки преподобного, похоже, были пошиты из крокодиловой кожи. А пахло от него шампанским и дорогими сигаретами. Да уж, совсем не типичный священник, пекущийся о ближних своих. Такой священник заботится только о своих личных интересах.
– А теперь откройте сборники гимнов на странице сто двадцать четыре: «Я присягнул тебе, моя страна».
Преподобный Хрякк кивнул органисту – здоровенному мускулистому типу, на костяшках пальцев у которого было вытатуировано «СВЕТ» и «ТЬМА». И тут Джек вдруг в приступе мгновенного озарения понял, что органист как две капли воды похож на… сестру Розу!
Заиграла музыка. Все поднялись и запели:
Я присягнул тебе, моя страна,
Тебе любовь моя навеки отдана…
Во время пения мальчик не отрывал взгляда от глаз викария – маленьких поросячьих глазок. Где-то он уже видел их…
И я услышал зов моей страны
За плеском моря, голосом волны…
Но потом внимание Джека переключилось на певчих. Лица в шрамах, сломанные носы, выбитые зубы…
Никто из них и единого слова гимна не знал, так что они все бубнили что-то невнятное низкими рокочущими голосами. А вот тот, по центру, с золотым зубом, случайно не… не сестра Маргаритка?
На пушек гром, орудий грозный рев,
Примчался я, как сын среди сынов…
Оглянувшись через плечо, Джек увидел сзади помощника викария, причетника. Он был облачен в традиционную длинную черную рясу – но уже не так традиционно голова у него была выбрита, а на шее красовалась татуировка – паучья сеть. И общий вид, опять же, казался каким-то очень знакомым. Сестра Цветочек?
И слышал я, как говорили мне,
О дивной и божественной стране…
Гимн подходил к концу, а Джек уже не сомневался, что близок к разгадке тайны. На него нахлынули воспоминания… мисс Свин, курящая толстую сигару, пыл, с которым викарий расхваливал «Сумеречные башни», маленький вздернутый нос, совершенно одинаковый у них обоих… А если все эти церковные горе-помощнички – органист, хор и причетник – на самом деле лже-сиделки из «Сумеречных башен», разбойная шайка, грабившая стариков, за которыми им полагалось присматривать… Тогда, значит, и предводительница их где-то рядом!
Продолжая проповедь, преподобный Хрякк объявил:
– Теперь я зачитаю вам псалом тридцать третий…
Не в силах больше сдерживаться, Джек вскочил на ноги.
– ОСТАНОВИТЕ ПОХОРОНЫ! – завопил он.
Глава 64
Шапка горит
Остановить похороны – штука неслыханная. Собравшиеся в церкви просто поверить не могли, что мальчик на это отважился. Глаза всех присутствующих обратились к нему. Ну, не считая пары-другой стеклянных глаз старых летчиков.
– Что все это значит?! – прогремел преподобный Хрякк.
– Сынок, что это ты? – прошептал папа.
– Джек, ради всего святого, сядь и успокойся! – прошипела мама, дергая сына за руку, чтобы усадить обратно на скамейку.
– Но викарий… – начал мальчик, чуть дрожа от волнения и не в силах сдержать эту дрожь. Палец у него тоже трясся. – Викарий и попечительница… они… они… они ОДИН И ТОТ ЖЕ ЧЕЛОВЕК!
ЧТО-О?!
Четыреста человек разом ахнули от изумления. За исключением контр-адмирала, который был глуховат.
– Что ты сказал, мальчик? – переспросил он. Слуховой аппарат у него громко свис тел.
– Я сказал, – начал Джек снова, еще громче прежнего. – ВИКАРИЙ И ПОПЕЧИТЕЛЬНИЦА ОДИН И ТОТ ЖЕ ЧЕЛОВЕК. ОН МОШЕННИК!
– Прошу прощения. Ни слова не разобрал. Мне кто-то в ухо свистит.
Сидевший рядом с ним друг-майор заорал ему на ухо:
– ОН СКАЗАЛ, ВИКАРИЙ МОШЕННИК.
– КОФЕЙНИК? – Адмирал никак не мог разобрать. – А где же кофе?
– ПОТОМ ОБЪЯСНЮ! – проревел майор.
– Нет-нет, я вовсе… Противный мальчишка все врет! – запротестовал викарий. На лбу у него выступили капельки пота, а во рту так пересохло, что вместо нормальной речи с губ срывалось жалкое кваканье. Он весь словно рассыпался – как плохо слепленный снежок.
Певчие между тем принялись нервно переглядываться. В их рядах поднялся ропот.
– ОН НАС ЗАСТАВИЛ! – внезапно выкрикнул «сестра Маргаритка». – ИЗОБРАЖАТЬ МЕДСЕСТЕР В ДОМЕ ПРЕСТАРЕЛЫХ.
– МОЛЧАТЬ! – рявкнул викарий.
– Я ВО ВСЕМ ПРИЗНАЮСЬ! МНЕ НЕЛЬЗЯ В ТЮРЬМУ, Я СЛИШКОМ ХОРОШЕНЬКИЙ!
– Я СКАЗАЛ – МОЛЧАТЬ!
Первая крыса уже побежала с тонущего корабля. Вскоре за ней последуют и все остальные. Джек воспрял духом.
– Так значит, мисс Свин все-таки уцелела при пожаре в «Сумеречных башнях»! Вы все это время прятались на самом виду!
– Я не делал ничего плохого! – запротестовал преподобный Хрякк. – Просто немножко изменял их завещания, чтобы раздавать деньги бедным.
– Вранье! Вранье! – закричал мальчик.
– На воре шапка горит! – подхватил Радж.
– Вы потратили все украденное на шампанское, сигары и новый гоночный автомобиль! – воскликнул Джек.
Преподобный Хрякк был окончательно ЗАГНАН В УГОЛ.
Глава 65
Армия старичья
В голосе стоящего перед алтарем викария зазвучали горечь и злоба:
– А если даже и так, щенок? На что вообще нужны деньги этому безмозглому старичью?
Можно и не говорить, что в помещении, битком набитом пожилыми людьми, эти слова были восприняты не очень дружелюбно. Церковь наполнилась сердитым ворчанием.
– Да я после каждой воскресной службы вытряхиваю жестянку с пожертвованиями. И много ли получаю от этих разнесчастных старых болванов? Пару медяков да старую пуговицу!
На это разве виллу в Монте-Карло купишь?
– ОХ ЖЕ ТЫ БЕДНЯЖКА! – саркастически вставил Радж.
– А ты не вякай! – заорал викарий.
Фу-ты, ну ты! – фыркнул Радж.
– Вот мы с могильщиками и разработали план. Я организовал новый дом для престарелых, а в нем подделывал завещания и клал себе в карман денежки старых вонючек…
– Помедленнее, пожалуйста! – окликнул его детектив Окорок с задних рядов. В руках он держал блокнот. – Я записываю.
Детектив Мосол закатил глаза.
– Ты гнусный, гнусный дядька! – выкрикнул Джек.
– И тетка! – добавила миссис Ерунда.
– Точно! И тетка! – вскричал мальчик. – Гнусный дядька и гнусная тетка! Так жестоко, бесчеловечно обращаться со стариками!
– Ой, да кому какое дело? Они все равно все уже не в своем уме…
Не стоит и говорить, что это заявление успехом тоже не пользовалось.
– ДА КАК ТЫ СМЕЕШЬ?! – возопила миссис Ерунда.
– ХВАТАЙТЕ ЕГО! – приказал майор.
– В АТАКУ! – выкрикнул контр-адмирал.
И все собравшиеся в церкви старики поднялись на ноги и угрожающе затопали к викарию и его шайке.
– Предоставьте это дело полиции! – закричал детектив Мосол. Однако бывшие обитатели «Сумеречных башен» были не расположены слушать увещевания. Они жаждали МЕСТИ. Трости, костыли, сумочки, ходунки – все превратилось в оружие. Миссис Ерунда со всей мочи колотила викария сборником псалмов.
Майор тем временем загнал в угол причетника («сестру Цветочек») и припер его к стене пюпитром. Контр-адмирал зажал крепким захватом сразу «сестру Розу» и «сестру Маргаритку», а остальные его старые собратья по оружию выстроились в очередь, чтобы треснуть их по голове молельными подушечками.
Одноклассники Джека визжали от восторга.
Против армии стариков у преступной шайки не было ни единого шанса.
– Надо бы мне почаще в церковь ходить, – заявил Радж. – Даже не думал, что тут бывает так весело.
