Текст книги "Граф в ссылке. Книга 5 (СИ)"

Автор книги: Денис Мист

сообщить о нарушении

Текущая страница: 11 (всего у книги 16 страниц)

А потом с радуги спустился этот мелкий в зеленом фраке и цилиндре. Красиво, но бестолково. Я просто взмахнул рукой. И лепрекон расплескал свою зеленую же кровь по радуге, которая тут же исчезла.

– Обратно? – предложил Рык, но я уже спрыгнул на землю.

– Смысла нет. Нужно хоть где-то их проредить, – сказал я.

– Но они же могут переместиться тоже, – заметил Кирилл.

– Значит, все полягут, – скрежетнул я зубами и раскинул руки.

Все вокруг погрузилось в непроницаемую тьму. И только сейчас я понял, что вижу в ней только я. Ладно. Четырех килограммов щита я сейчас почти не ощущал на руке. К тому же зеркало никак не могло помочь сейчас.

– Рык, пригнись. Кир, на счет «раз-два» раскидывай лозы по всему полю, чтобы поймать как можно больше этих сусликов. После этого сразу ставь щит над нами, да потолще, – прошептал я, наблюдая за тем, как наши противники бестолково пытаются найти выход из облака темноты.

Кирилл кивнул и начертил руны. А я заметил, что три оборотня все же видят в навеянной мной тьме. Они пригнулись и осторожно крались к нам. Ну и ладно.

– Два, – сказал я.

Ангел уже привык, что единицу в счете я частенько пропускаю, и выпустил заклинание. Лозы и корни расползлись от него во все стороны и поймали фейри. Не всех, увы. Та тройка оборотней успела отпрыгнуть и теперь со всех лап бежала к нам. Облезете, шавки.

Я поднял руки, скопил энергию. Сжал кулаки и резко опустил руки. В этот раз я не тратил силы так бездумно, как тогда в пирамиде, понимал, что это не последний бой на сегодня. Но искренне надеялся, что этого заряда будет достаточно, чтобы обезвредить отряд фейри.

– Щит, – коротко скомандовал я.

Кирилл послушно поднял над нами купол. Он выглядел как наслоение листьев, но при этом не уступал в прочности моему темному щиту.

Как только купол появился, по нему и по всей поляне зашуршали темные стрелы. Если не видеть, можно подумать, что пошел дождь. Только смертоносный дождь – те, в кого попадали эти «капли», больше не поднимались. Но тройка оборотней оказалась живучей. Один из них поставил купол и все трое отсиделись под ним. И как только мое заклинание иссякло, бодро бросились на нас.

Купол Кирилла содрогнулся. Сам он посмотрел на меня. А я проверил поле боя. Увы, прицельно стрелы бить не могли, потому падали как попало, а попало не во всех. В некоторых не смертельно. Но еще один залп просто так я дать не мог – ангел поставил щит, который не пропускал магию в обе стороны.

– Перед нами три оборотня. Еще штук пять гоблинов, два тролля и пука живы. Я сниму тьму, ты – щит. И деремся, – наставлял я. – Готовы?

– Снимай, – оскалился Рык.

Взмахом руки я убрал темноту. Кирилл развеял щит. Волк прыгнул на ближайшего оборотня. Мы с ангелом поделили двух других.

Но мы-то поделили, а вот оборотни решили, что Кирилл более легкая добыча, и бросились на него вдвоем. Неужели они думали, что я буду стоять и смотреть?

Кирилл принял их на щит, а я прыгнул им за спины и пожалел, что у меня только один кинжал. Так что одному блохастому достался удар в шею обычным кинжалом, а второму осколком тьмы. После этого мы занялись теми фейри, что поднимались с земли и освобождались от лоз. Рык вскоре закончил с оборотнем и занялся троллем.

Но не успели мы покончить с гоблинами, как появились люди. Кажется, я понял их задумку – измотать нас теми, кто на этом уровне бытия послабее, а потом добить сильными и свежими. Наивные. Я был слишком зол за эту задержку, а злость уже который раз придавала мне силы.

Вот и сейчас я не позволил кельтским магам дочертить руны и резко взмахнул руками. Перед лицом каждого из них появилось по темному осколку – я телепортировал их туда. Осколки замерли ровно на столько, чтобы маги осознали неизбежность ситуации, и ударили кому в грудь, а кому в шею. Раздались стоны и хрипы. И через минуту все было кончено.

В наступившей тишине Кирилл и Рык осмотрелись. Потом перевели взгляды на меня. И я не смог прочитать выражения их лица и морды. Они что, боялись? Но мне сейчас было немного не до того. В этот раз я все же перестарался и теперь в ушах шумело, а перед глазами плыло.

– Мы тебе не мешаем, нет? – осторожно уточнил ангел.

– Ты о чем? – не понял я.

– Я даже щит не успел поставить.

– А я никого не укусил. А они уже дохлые, – вторил ему Волк.

Я стоял в полном недоумении. Враги мертвы, мы живы и целы… почти, если не считать небольших царапин и порезов. Так чем они недовольны⁈ Что не повоевали?

– Ты колдовал без рун, – добавил Кирилл. – В Яви.

Вот тут я замер. Кощей говорил, что так будет, но я даже не предполагал, что так быстро после того, как избавился от рун в Нави. Сколько прошло? Месяц? Да, примерно. Ну что же, меня вынуждают развиваться.

– Забыл, что не в Нави, – проворчал я. – И чем вы недовольны? Мы живы. А что не подрались, так все впереди – нам еще бабушку с котом ее выручать. Там и подеретесь. Я почти без сил после этого всего. Побежали. Тут уже близко.

Мы сели обратно на Рыка и он снова нырнул в Навь – там быстрее. Лес закончился через десяток его прыжков. Мы подбегали к другой пирамиде и уже слышали звуки драки – ругань Яги, рычание Баюна Каюра, крики мужчин.

Я уже собирался спешиться, как блокнот во внутреннем кармане нагрелся.

Глава 16

Но прочитать сообщение Кощея мне не дали. Полный боевого азарта, Рык, видимо, забыл о седоках и вылетел на поле боя. Мы с Кириллом быстро сориентировались, спрыгнули и отскочили в разные стороны, чтобы не накрыло чем-нибудь массовым. С надеждой, что наставник предупредил о скором прибытии, я поставил щит.

Бой проходил на площадке перед входом в пирамиду, такую же большую, как у Тескатлипоки, но из более светлого камня. И находилась она уже на территории Нави. Три хранителя, Яга, Баюн и, вот неожиданность, избушка защищали вход в пирамиду, а с десятка два фейри пытались в нее прорваться. Среди них я заметил и двух людей.

При нашем появлении шестеро фейри и один маг развернулись и запустили в нас всяким разным, вредным для здоровья. В меня полетел горшок с золотом. На Рыка набросился пука, в Кирилла полетел огненный шар.

Горшочек попал в щит и разбился. Монеты вылетели и тут же расплавились. Смысл был в том, чтобы облепить цель и превратить ее в золотую статую. Но сейчас золото застыло на теневом щите и тяжело упало на землю. А я немного покачнулся – даже такое незначительное заклинание отняло силы.

Лепрекон заметил мою слабость и радостно крикнул «бейте Темного!» Я мрачно усмехнулся и запустил в него темной стрелой. Мелкий фейри не ожидал и упал с дырой вместо глаза. Но его приятели все равно успели увидеть, как я качаюсь. Или я побледнел – не знаю. С горящими предвкушением глазами они нацелились на меня.

Кирилл увидел это и закрыл меня зеленым щитом. Он сразу опустился на колено и начал быстро чертить на земле руны. По моим стопам тут же пробежали иголочки, а губы растянулись в мрачной усмешке. Не думал я, что ангел будет применять ветку проклятий, а вот же, приперло.

Но чертил он много, а потому долго. И все это время оставался беззащитным. Неужели думал, что никто не помешает? Конечно, маги не собирались допускать, чтобы Кирилл закончил, путь и не понимали, что он делает – руны у нас разные. Зато понимали, что это проклятие.

Мне пришлось собрать последние силы и поставить щит уже вокруг ангела. После этого я прислонился к дереву и всеми силами старался держать глаза открытыми.

Тем временем он дочертил пятую руну и ударом ладони по земле активировал заклинание. В тот же миг появились черные лозы с шипами и масленым блеском яда и потянулись к фейри. Отпрыгнуть сумели только шестеро из них, те, что стояли дальше и успели среагировать на вскрики товарищей. Остальные же, кого лозы хотя бы коснулись, стонали и падали на землю. Из одних, кого коснулись шипы, хлестала кровь. Тех же, кого коснулись лозы с ядом, чернели и покрывались слизью, словно прелые листья.

Баюн и избушка воспрянули духом и бросились в атаку. Избушка пиналась, лягалась, загребала когтями камни и кидала их в противников. Кот традиционно рвал всех когтями и зубами.

Через минуту все закончилось. Один из магов лежал тут же, второй успел запрыгнуть на келпи и сбежать. Я видел это, но ничего уже не мог сделать. Кирилл тоже – он сидел на земле бледный и мокрый.

Яга оправила подол платья, огляделась и посеменила к нам. Я жестом указал, чтобы сначала она занялась Кириллом. Она кивнула и положила ему руку на лоб. Покачала головой и выдала флягу с живой водой.

– Пей все, касатик, – приказала бабушка.

Кирилл послушно начал пить. Краски постепенно возвращались на его лицо, дыхание восстанавливалось.

– Спасибо. Я думал, что сгорел, – хрипло сказал ангел.

– Не сегодня, пернатый, – проворчала Яга и подошла ко мне.

– Я не сгорел, – слабо улыбнулся я. – Просто потратил много сил.

Яга проворчала что-то себе под нос и пошла в избушку. На полпути повернулась ко мне с удивлением на лице.

– Ты идешь или уже нести надо? – уточнила она.

– Нет, просто мыслей пока читать не умею, – усмехнулся я и побрел за ней.

В избушке сел на скамью и, пока Яга наливала мне воды, достал блокнот.

«Навещала Марья. Теперь нужно время на восстановление. Пока ты сам по себе. Береги Зеркало». Вот так. Без подробностей. Впрочем, если Кощею там плохо, то и не до подробностей.

«Надеюсь, с цепей снимать не надо?» – спросил я, вспомнив старую историю.

«Уже нет. Но теперь она может заняться тобой. Будь настороже».

Это «уже» вызвало в воображении картинку: Марья все же расчленила его и подвесила на цепи, а слуги сняли и собрали. Вот царь Нави теперь и восстанавливается. Впрочем, это только картинка. Кощей только зовется Бессмертным. Если его убить или расчленить, умрет, как и все. Нет, наверняка Марья его здорово ранила, а потом уже подвесила – пунктик у нее на цепях.

«Надеюсь, ей досталось сильнее,» – написал я.

«Ее наверняка уже вылечила Скарлетт».

«Буду осторожен».

На этом мы закончили переписку. Яга как раз принесла большую кружку с живой водой и я принялся жадно пить. Потом пересказал слова Кощея.

– Я почуяла, что что-то с ним не так, но была немного занята, – сказала Яга, поджав губы. За недовольством она скрывала тревогу за своего царя.

Некоторые свято верили, что Яги его жены. Правда, был еще один лагерь, который считал их сестрами Кощея. Только правды не знал никто – я тоже. Никогда не интересовался, знал лишь, что Яги считают друг друга сестрами. Видимо, по матери, раз отчества у всех разные. Ну да это их дело.

А пока я допил воду и силы вернулись. Не в полном объеме, но прилечь больше не тянуло. Кирилл тоже выглядел бодрее. Теперь надо было решить, что делать дальше.

Я вышел из избушки и подошел к хранителям пирамиды. Они как раз заканчивали перевязывать раны. Яга им помогала. Баюн лежал неподалеку и вылизывался. Впрочем нет, зализывал раны. Рык расположился с другой стороны избушки и занимался тем же.

– Что будет дальше с Пером, мудрейшие? – с уважением спросил я шаманов.

– Мы перепрячем его. И спрячемся сами, – ответил старший из них. – Пока кризис не минует.

– Никто не будет знать, где оно. И мы вместе с ним, – добавил другой шаман.

– Так будет лучше. Благодарю вас, – сказал я с легким поклоном. – Вы можете принять на хранение и Зеркало Тескатлипоки?

– Нет, прости, Темный. Рядом эти две реликвии находиться не могут. Придется тебе самому о нем позаботиться.

– Вот как. Хорошо, я постараюсь. Благодарю вас.

Я отошел к Кириллу и Рыку.

– Что делаем дальше? Куда девать Зеркало? – с тревогой спросил ангел.

– Придется как-то его спрятать. На себе постоянно четыре кило не потаскаешь, – вздохнул я. – А пока возвращаемся в Алексеевск.

– Кстати, ты давно колдуешь без рун в Яви? – уточнил Кирилл.

– А я колдую без рун? – удивился я и взмахнул рукой. Появился маленький темный осколок. – Интересно. Видимо, снова очень разозлился.

* * *

Неделю спустя. Москва.

Как же хорошо, что пошел снег с дождем! Княжна Катерина Куракина и великая княжна Ольга только того и ждали. Они надели плащи с капюшонами и выскользнули из Кремля, никем не узнанные. Никаких фотографов и официальных выездов в свет – всего лишь две девушки гуляют по улицам столицы. Правда, Святослав все же заметил эту выходку и отправил за ними охрану, чтобы осторожно проследили, что очередная тайная прогулка пройдет без приключений.

Все шло хорошо и спокойно. При отвратительной погоде, когда большинство людей предпочитают сидеть дома в уютном пледе с чашкой чая, Ольга и Катерина радовались как дети. Царевна даже задрала бы голову, ловя тяжелые снежинки, если бы при этом капюшон не упал бы с головы. Чего никак нельзя было допускать. В последнее время она слишком часто мелькала на экранах телевизоров и стала более узнаваемой, чем на первом курсе университета. Это тогда Ольга могла пройтись по Москве и лишь с десяток человек оглянулись бы с мыслью «как эта девушка похожа на царевну».

Девушки прошлись по Моховой, потом свернули на Тверскую улицу, почти пустую в разгар рабочего дня, да еще в такую погоду. В памяти всплыли события шестилетней давности, когда Ольгу и ее брата, наследника престола, пытались убить. Вернее, его убить, а ее похитить для жуткого ритуала.

Они проходили мимо какого-то переулка, когда каблук у Кати попал в выемку между камней брусчатки и обломился. Со словами «да когда у нас уже начнут о людях думать больше, чем о красоте, и положат нормальный асфальт» девушки свернули в тот самый переулок.

– Ты ничего не заметила? – тихо спросила Ольга.

– Только что у меня каблук сломался и надо идти в тот магазин за новыми сапогами или возвращаться домой, – проворчала Катерина.

– Я про магию. Мне показалось, промелькнул темный импульс.

Княжна замерла и начертила в воздухе руну Ветер. Прислушалась к ощущениям. И резко выдохнула. Сразу начертила Алатырь, Берегиню и Даждьбога. А потом быстро начала разуваться.

– Опасность, Оль. Беги обратно, будь на виду у людей, – скороговоркой сказала Катерина.

– Еще чего, – решительно фыркнула царевна и огляделась.

И тут они словно бы вернулись в тот предновогодний день. Снова переулок, снег и темные фигуры людей с той и другой стороны перекрывают выходы.

Катерина разозлилась на себя. Оказалось, что они с Ольгой зашли гораздо глубже в переулок, чем собирались. Морок! И как она не заметила, а еще псионик! Так отвлек ее сломанный каблук. Сломанный чарами.

А фигуры приближались – по трое с каждой стороны. И только четверо из них люди – теперь Катерина ощущала это отчетливо. Куда смотрит Чудный Надзор⁈ Она начертила еще руну и до боли прикусила губу. Непростые нелюди. Значит, задавать глупые вопросы «что надо» нет смысла. Надо убегать или драться. Вернее, убегать с боем.

– Ты, босая, можешь идти, – вдруг заговорила одна из нелюдей. Голос властный, дамочка привыкла, что ее приказы исполняются сразу и без вопросов. – Царевна пойдет с нами. Давайте, не тратьте время.

– Да что ты себе… – начала было Катерина, но осеклась от холодных слов Ольги.

– Марья. Что тебе от меня надо, предательница?

– Я же сказала: мне нужна ты, – удивленно ответила Марья Маревна.

И от осознания, с кем они столкнулись, Катерине стало страшно. Эта женщина претендовала на трон Нави, а недавно ранила самого Кощея.

– Тебе придется постараться, – с насмешкой ответила Ольга.

Но Катя видела, насколько напряжена ее подруга, насколько ей страшно.

– Хватит говорить. Пора действовать, – заявил мужчина с британским акцентом по левую руку от Марьи.

Пора так пора, мысленно согласилась Катерина и открыла флягу с кровью. Начертила руны и ударила по второй группе псионическим импульсом.

Все трое охнули и схватились за головы. Нелюдь скинул личину и оказался оборотнем. Только в полумраке княжна не разобрала, свой или кельтский. Впрочем, кельтский сюда бы, в сердце Российской Империи, не прошел. Но Марья… что если?

Но продолжить мысль уже не дали. Ольга оставила щит от стены до стены между ними и группой Марьи и потянула Катю к тем, что все еще стонали после удара по мозгам. Уже на бегу царевна начертила серебристые руны и ускорила их обеих.

Только что какой-то жалкий щит Марье Маревне? Она с легкостью разбила его и двинулась за беглянками, спокойно, без спешки. Торопились ее слуги. Они побежали по переулку, на ходу чертя кельтские руны.

Девушки проскочили мимо первой троицы. От страха не столько за себя, сколько за Ольгу, Катерина не замечала ни холода, ни острых камешков под босыми ногами. Но далеко уйти у них не вышло.

Марья вдруг возникла прямо перед ними. Ольга успела начертить всего одну руну. Катя почти закончила заклинание – чертила последнюю линию. Только Марье понадобился всего лишь взмах руки. И сознание покинуло невесту наследника престола.

Очнулась Катерина от резкого запаха нашатыря. Она лежала в полумраке, завернутая в теплое одеяло, ее чуть качало. Манакар, поняла она, крутя головой, чтобы избавиться от ватки под носом. Попыталась взмахнуть рукой, но ее хорошо укутали, выбираться пришлось какое-то время. А пока она открыла глаза и увидела над собой Даниила Юсупова. В карих глазах тревога, губы плотно сжаты.

– Ольга? – хрипло спросила Катерина.

Он покачал головой. У нее едва не остановилось сердце.

– Пропала, – пояснил Даня, верно оценив, что она могла подумать. – Рассказывай.

И Катя рассказала о прогулке, сломанном каблуке. О Марье Маревне.

– Когда же вы поймете, что протоколы существуют не просто так, – раздался усталый голос Романа Алексеевича Юсупова. В полумраке она не увидела его сразу.

– Иногда от них слишком устаешь, – тихо сказала Катя. – Но ведь в Москве все тихо. Мы и не думали, что…

– В Москве тихо. В последнее время слишком тихо. Ладно, будем искать.

Они как раз въехали на территорию Кремля и остановились у одного из неофициальных входов. Немного подождали. Катя не сразу поняла, чего. Но вскоре подбежала одна из горничных с ее туфлями. Катерина обулась и все трое зашли внутрь.

Там их уже ждал Святослав. Он тут же обнял невесту. Цесаревич дрожал и молчал. Катя хотела отстраниться, сказать, насколько она виновата и не достойна. Но обмякла в его руках и едва не расплакалась. Только слез она не могла себе позволить – не при князе Юсупове старшем. Тут дверь открылась снова, залетел порыв промозглого воздуха, послышались тихие шаги. И Катя отстранилась.

– Здравствуйте, – негромко сказал Виктор Корф. Его волосы растрепались, но мундир сидел безупречно, все пуговицы были застегнуты.

– Идем. Родители уже ждут, – со вздохом произнес Святослав.

Они отправились по коридорам и лестницам вглубь резиденции императорской семьи. Но на середине пути Даня замедлился.

– Я догоню, – предупредил он. – Позвонить надо.

Все прекрасно поняли, кому он собрался звонить, и почему этого нельзя сделать при императоре Константине.

* * *

Аляска. Город Алексеевск. То же время.

После полосы препятствий в пирамиде мы с Рыком подвезли Кирилла до конторы Надзора и отправились в штаб Тайной Канцелярии. Даже после живой воды я ощущал себя не слишком бодрым и надеялся, что больше бегать и драться в этот день не придется. Но это не повод раскрывать Серого Волка. Так что я слез с него в тихом переулке и дальше мы пошли рядом, он в виде большой овчарки и я.

О том, что в конторе сидит предатель, я помнил. Потому Зеркало пронес демонстративно, чтобы его увидело как можно больше народа, а вот выносил уже так, чтобы не попасться никому на глаза. И запер его у себя дома в сейфе под присмотром домового.

За следующие четыре дня мы – я, Рык и Кирилл – добыли цитрин и статуэтку человека из лавы. И сделали это до того, как за ними пришли люди Гарны. Ох, как им не понравилось. Теперь нам оставалось ждать выздоровления Кощея и следующего хода моей бывшей женушки.

Конечно, еще оставались тотемы Ворона и Орла. Но шаманы племени Тлинкитов нам их не отдали, уверенные, что смогут защитить свои реликвии сами. И никакие слова о силе Марьи и Гарны их не убедили. Теперь все, что мы могли делать – это ждать их хода.

В течение недели прошли аресты и обыски в столице Аляски. У нас забрали и отконвоировали в Москву князя Черкасского и консула Альбиона. Большого скандала не случилось – Лондон очень не хотел раздувать шумиху из-за действий всего одной дамочки. «Она ведь и не политик,» – говорили они. Даже заочно ее арестовали и объявили в розыск.

Я тихо этому радовался – в статусе разыскиваемой преступницы возможности Гарны ограничены. Как она, наверное, злится! Но с радостью пришло и опасение из-за того, что в таком состоянии моя бывшая способна на любую гадость. Потому я продолжал исполнять обязанности начальника отделения Тайной Канцелярии и ждать.

Увы, затишье оказалось недолгим. Всего через неделю после добычи Зеркала Тескатлипоки меня разбудил телефонный звонок. Повода могло быть три: Гарна сделала ход, произошло невероятное преступление в городе или же звонили из Москвы. Рык поднял голову и проводил меня к телефону недовольным взглядом.

– Алло, – сказал я в трубку и подавил отчаянный зевок.

– Привет, Демон. Теперь моя очередь тебя будить, – услышал я мрачный голос Дани и промолчал в ожидании продолжения с очень плохим предчувствием. – В газетах этого не будет. Во всяком случае, мы постараемся, чтобы не просочилось. В общем. Ольгу похитили.

У меня внутри все похолодело. Потом поднялась невероятная ярость. Захотелось что-нибудь сломать или кого-нибудь убить. Нет, не кого-нибудь, а вполне определенную рыжую сволочь. Но все же надо узнать наверняка.

– Расскажешь подробности? – глухо спросил я под жалобный скрежет пластика трубки. Оказалось, что я сжал ее слишком сильно, того и гляди начнет крошиться. Пришлось расслабить руку.

– Она с Катей пошла гулять. Ты знаешь их прогулки «без протокола». И там все случилось. Катю только вырубили, а Ольгу… забрали. Марья Маревна. Обещаю, что найду, – твердо сказал мой друг. – А ты…

У меня все сложилось. Я вспомнил слова Кощея, что для ритуала открытия Врат в большинстве случаев нужна жертва. Именно в эту версию Земли Врата для демонов открыть сложнее всего. Именно поэтому Гарна собирает самые мощные и значимые артефакты. Разумеется и жертва нужна сильная и значимая. А кто может быть значимее любимой дочери императора? Разве что наследник. Но его добыть очевидно сложнее.

– Не обещай того, чего не сможешь выполнить, мой друг, – сказал я и сам удивился ледяному спокойствию, с каким сказал это. – Ольга здесь, на Аляске. Я сам ее вытащу.

– Что⁈ С чего ты… откуда ты… Так, рассказывай, – потребовал он.

– Даня, я не хочу тебе врать, а рассказать правду сейчас не могу, – мягко ответил я. – Обещаю, что расскажу, когда все закончится.

– Почему? Это как-то связано с тем делом? – голос друга звучал растерянно и немного обиженно.

– Да, связано. А если расскажу сейчас, ты не сможешь утаить от отца и Константина. Тогда тут будет вся лейб-гвардия и Канцелярия. В этом случае Ольгу мы точно никогда не найдем живой, – пояснил я.

– И ты бы рассказал, если бы не был уверен, что все именно так. Хорошо, Демон, я тебя понял. Удачи. Но ты же понимаешь, что если отец спросит, смолчать не смогу.

– Разумеется. И ты знаешь, что говорю так не из желания выслужиться и стать героем. Здесь все серьезно.

– Как тогда на Урале?

– Примерно.

– Я понял. Звони в любое время, если что-то понадобится, Демон.

Я поблагодарил и мы закончили разговор. Уснуть я больше не смог. И утром приехал в контору одним из первых. Увидел, как ночного дежурного сменяет Свиридов, и ушел к себе в кабинет. Но сильно углубиться в бюрократию не успел, да и не смог из-за мыслей об Ольге – уже через полчаса ко мне влетел Перов, возбужденный и явно сбитый с толку.

– Скарлетт со мной связалась, – сообщил он, усевшись на стул передо мной. – Она знает, что я уже не на ее стороне, но просила сослужить последнюю службу – передать тебе сообщение.

Кажется, я снова догадывался, каким оно будет. Гарну я знал довольно хорошо.

– Передавай, – со вздохом сказал я.

– Она сказала, что у нее есть кое-что твое. И она готова обменять это на Зеркало и цитрин или фигурку лавового человека.