Текст книги "Граф в Тайной канцелярии. Книга 4 (СИ)"

Автор книги: Денис Мист

сообщить о нарушении

Текущая страница: 3 (всего у книги 15 страниц)

Глава 4

Прежде чем ответить, я прошел вглубь кабинета и дождался, когда мы оба удобно устроимся. Барон не стал предлагать мне кресло для посетителей и указал на диван в зоне отдыха.

– Почему вы так на меня реагируете? Потому что я высший демон, Иван Антонович. Я думал, Кощей рассказал вам и такие детали, а не только о том, когда и почему вы должны бывать в Нави и чем там можно заняться. Он же знал, что мы будем видеться, – тихо и спокойно сказал я, глядя ему в глаза, когда мы оба расположились.

– Демоны же на Западе, в Аду, – заметил он, сидя напряженно и не спуская с меня глаз. И даже не испугался.

– Простые демоны. Я высший.

– В чем разница?

Я вздохнул и откинулся на спинку дивана. Корф понял, что разговор будет долгим, и подошел к бару, но остановился.

– Коньяк?

– Лучше чай, – ответил я с улыбкой. – Но себе налейте коньяк.

Он кивнул и попросил секретаршу принести чай. Разговор продолжился только после ее ухода – я не хотел прерываться.

– Представьте себе Вселенную, Иван Антонович. На одном ее полюсе Великие Небеса, не путать с католическим Раем. На другом – Великая Преисподняя, не путать с католическим Адом. Посередине Земля.

Я не стал забивать барону голову тем, что вариантов Земли много, ему ни к чему, только запутается. К тому же это не имеет никакого отношения к делу – все равно из этой реальности еще никто не сбегал, насколько известно мне и Кощею.

– Хорошо. Причем тут высшие демоны и, как я полагаю, ангелы? – спросил он. – И как это относится к тому, что мне хочется тебя слушаться? И если ты демон, как здесь оказался, почему ты человек?

– Теперь переходим к моей истории, – согласился я. – Не знаю, что у них на Небесах, но в Преисподней интриги, войны и прочие неприятности вещь обычная. В такую неприятность я и попал. Подробности не важны, но меня отправили в ссылку. Я попал в тело Дмитрия Татищева в тот момент, когда душа младенца как раз отлетела. И стал им. Так что ни один прибор или ритуал не выделит меня среди людей. Но моя суть, мой опыт и знания – они из прошлой жизни. Высшие демоны властвуют над нелюдями. А вы, Иван Антонович, на половину теперь нелюдь, уж простите. Потому и ощущаете мою силу.

– Слабый подчиняется сильному, – пробормотал он. – А как же Кощей? Он тоже…

– Нет. Я равен ему. Или почти равен. И если снизойдет любой из богов, например, из Слави, он будет сильнее меня.

– Это касается только нелюдей Нави?

– Нет, всех в любом из Подмиров.

– Но ведь тебя едва не убил суккуб, – заметил Корф, явно запутавшись. Или в попытке поймать меня на лжи.

– Есть ряд условий, – вздохнул я. – Если нелюдь подчиняется другому высшему демону или по какой-то причине перестает уважать или бояться его, в данном случае меня, или начинает ненавидеть, он выходит из подчинения и способен напасть. Суккуба натравил на меня другой высший демон.

– Но я тебя не боюсь, – озадаченно заметил барон и усмехнулся. – И ненавидеть мне тебя не за что – ты спас мне жизнь и ты друг моего сына. Ты друг моего сына… Как…

– Никак, – быстро ответил я. – То, что я демон, никак не влияет на людей. Только на нелюдей. Я испытываю вполне человеческие чувства, у меня нет особых магических навыков. Только знания и вот это влияние на нелюдей. Ну и еще немного интуиции и более высокая чувствительность к аурам. Например, на первом курсе я еще до распределения знал, что на нашем курсе почти все с тремя специализациями. Я даю слово, что не намерен использовать свое влияние на вас, Иван Антонович.

– А что ты намерен делать? Демоны Ада постоянно жаждут власти, во всяком случае их лидеры.

– Признаюсь, у меня были такие мысли, – усмехнулся я. – Но сейчас… скажем так: я в процессе переосмысления.

– То есть никаких попыток захватить власть? – осторожно спросил барон.

– У меня нет поместья, у меня нет армии, влияния, даже состояния нет. Какой захват власти? К тому же, зачем бы мне тогда вытаскивать из всяких интересных мест цесаревича, когда проще было бы без него?

– Логично. А если я расскажу все это кому-то?

– Этот кто-то сочтет вас сумасшедшим. Рассудите сами, – невозмутимо ответил я. – Доказать вы ничего не можете. Если только позволить прочитать себя псионику. Но это уже как-то не серьезно.

Он подумал и неохотно кивнул.

– Теперь понятно, почему ты так легко договорился с Серыми Волками тогда, пять лет назад, без всякого призыва. Витя рассказывал. Поэтому весной Волки Фенрира попросили именно тебя найти Локи?

– Да. На оба вопроса. Поэтому я и не брал ветку призыва. Но теперь у меня большая проблема. Нужно передать весть Кощею, а я не могу.

– Виктор говорил. Теперь ты можешь сказать?

– Это престиж Кощея. Вряд ли он обрадуется, если кто-то узнает, какая проблема его ждет. Особенно, если не сможет ее предотвратить, – ответил я, взвесив все за и против.

– И много тут еще таких… как ты?

– Минимум одна. Леди Скарлетт. Угроза Кощею исходит от нее. И дело, которое тянется с Польши, тоже связано с ней.

– На днях я буду в Нави. Передам Кощею, если увижу. Но у него проблемы с одной дамочкой, думаю ты слышал.

– Конечно. Спасибо вам.

– Странно, но это желание упасть перед тобой на колени прошло, – удивился Корф.

– Знание – сила, – улыбнулся я, допил чай и поднялся. – До этого был инстинкт, подсознательное желание вашей, скажем так, потусторонней сущности подчиниться мне. Теперь подключилась голова и приказала не бояться. Так я пойду?

– Иди. Спасибо, что растолковал. Мне есть над чем подумать теперь. Надеюсь, у вас все получится.

– Благодарю.

На том мы и разошлись. Я поймал такси и отправился в канцелярию. Хотя зачем, понятия не имел. День клонился к вечеру, по Нарышкину сегодня мы вряд ли дождемся вердикта, да и в министерство образования ехать уже поздно. Мелькнула мысль съездить домой и проверить, не ждут ли меня там. Нет, глупо. Если и ждут, что я сделаю? К тому же уже приехал в контору.

У входа меня ждал Даня под охраной двоих сотрудников.

– Все хорошо? – спросил он, отпустил офицеров и повел к нашему манакру. – Это из-за того, что было в Нави весной?

– Да. Уточнил некоторые детали. Кощей не все рассказал, так по мелочи. Но это и ясно – сложно объяснять то, что для тебя само собой разумеющееся.

Даня кивнул и сел за руль. Я сел рядом и мы поехали.

– На сегодня все, – сказал он. – У Нарышкина взяли кучу анализов, но результат мы получим только дня через три-четыре. Прошло много времени, след препарата почти растворился.

– Это понятно. Завтра в министерство?

– Да. След тухлый, конечно, но вдруг.

– Не совсем тухлый. Конечно, наш Ский – это не князь Хованский, но можно попробовать проследить, кто его подставил. Если след не оборвется на трупе или еще чем-то, куда-то да приведет. Вряд ли к самому Скию, но вот к кому-то, кто с ним связан, вполне может, – пояснил я свою мысль.

– Да, я как-то не подумал, – пробормотал недовольный собой Даня. – Я объявил архивариуса в розыск.

Ужинали мы в этот раз дома, не желая рисковать жизнями простых людей. Кто знает, вдруг нас еще раз попытаются убить.

Перед сном пришел домовой, теперь опрятный, выпил молока с хлебом и сказал, что передал сообщение чертенку. Может, посланник сможет пробиться к Кощею.

На следующий день мы отправились в министерство образования.

Нас там, конечно, приняли. Хотя сначала приняли за недовольных чем-то студентов. Но потом извинились и провели к князю Хованскому.

Князь был занят и раздражен, но лишь до той поры, пока мы не упомянули смерть графа Толстого. После этого он отнесся к нашему визиту серьезнее. Но все равно выглядел нервным.

– Молодые люди, вы же понимаете, что дело было почти четыре месяца назад, – сказал князь, поставив пальцы домиком под вторым подбородком. – Посмотрите, сколько у меня документации сейчас. А тогда было не меньше. Третьему курсу поставить расписание практики, четвертый распределить. И все это распоряжения и приказы. Как думаете, я вспомню среди этих сотен один единственный?

Я усмехнулся. Да, папок и стопок с документами в этом кабинете хватало. Они лежали на всех столах, даже на кофейном. И на половине дивана. Я такое встречал крайне редко, а прошлый очень уже далекий опыт говорил, что это признак неэффективного распределения времени, а не кучи работы. Другой вариант, что большая часть из этой горы документов уже обработана и лежит тут для видимости великой занятости. Оба варианта не внушали уважения к хозяину кабинета. Еще бросилось в глаза, что на меня Никита Олегович старался не смотреть.

– Мы просим не вспоминать его, а найти и показать нам, ваш светлость, – любезно улыбнулся Даня. Так он улыбался только подозреваемым. Неужели тоже что-то почуял?

– Ох, – раздраженно выдохнул князь и подошел к одному из стеллажей, начал перебирать папки. И минуты не прошло, как он нашел нужный приказ и положил на стол. Удивительно для документа, о котором не помнишь. – Вот он. Только подпись тут не та, какой я расписываюсь обычно. Странно. Впрочем, теперь ясно, почему я не помню. Кто-то подделал подпись и положил приказ в папку.

То, как быстро князь пришел к выводу, как изобразил удивление, сказало о многом. Мы с Даней картинно переглянулись.

– Поясните, что значит «не та», – попросил с подчеркнутой вежливостью мой друг.

В ответ зам министра взял документ, с которым работал перед нашим появлением, и положил рядом с приказом на архивариуса. Постучал указательными пальцами-сосисками по подписям. Они действительно несколько отличались – аккуратно выведенная на приказе и быстрая, весьма небрежная на свежем документе.

– Так я расписываюсь сейчас, потому что часто приходится. А вот так, как на приказе об увольнении, только в денежных документах, где просят расписаться «как в паспорте», – любезно пояснил он. – Наверняка кто-то подсмотрел и скопировал. Да и сами посудите, с чего бы мне делать такие любезности какому-то работнику архива, которого я и в глаза-то не видел?

Я быстро сделал подсчеты в голове. Наверняка архивариус был у нашего Ския в подчинении с самого начала – давал сведения о перспективных студентах, следил за преподавателями. Но вот развитие событий, при котором его срочно надо вытаскивать из университета, вряд ли кто-то предусмотрел. Так что времени на выяснение подписи и прочее у них не было. К тому же право такой подписи может быть и у кого-то попроще. Но выбрали именно князя. Да и князь Хованский вел себя подозрительно. Кто в таких обстоятельствах будет вести себя так? Кто будет выдавать столь логичные доводы? Нет, обычно люди начинали нервничать и нести чушь. Надо вывести его на чистую воду.

– Ваша светлость, – весьма любезно начал Даня. – Посмотрите на даты. Насколько нам известно, целую неделю до этого вам не было нужды заходить в бухгалтерию или банк. Мы, конечно, проверим, но я уверен, что вас там не было. А дело это решилось за три дня. Так что никто не мог подсмотреть вашу старую подпись. К тому же…

Ох, нет, слишком долгим путем решил идти Даня. Так что я остановил его легким прикосновением к плечу и продолжил сам:

– Ваша светлость, если мы отправим этот документ на графологическую экспертизу, уверен, она покажет, что подпись поставлена вашей рукой. Вам нужна огласка? Или мы решим все здесь тихо и мирно?

Он сдался. Я бы даже сказал «сдулся». Стал словно бы меньше в размерах и уронил руки на стол, опустил голову.

– Я знал, что этим закончится, – прошептал князь.

– Рассказывайте, – снова подключился Юсупов и одобрительно кивнул мне.

– Я не знаю его… или ее… знаю только, что это кто-то из министерства иностранных дел или даже Кремля, – сказал князь. Голос его внезапно осип. Я налил в стакан воды и подал ему. Хованский выпил и продолжил: – У него есть сведения обо мне, которые могут мне повредить. И чтобы этого не произошло, я должен был подписать это проклятое увольнение. Он и рассказал мне, как обезопасить себя.

– То есть вас шантажируют, Никита Олегович, – усмехнулся Даня. – Чем? Не стесняйтесь, мы все равно выясним.

– Я иногда отдаю более… престижные места не тем выпускникам, – едва слышно произнес князь и бросил быстрый взгляд на меня.

– О, я не должен был оказаться на польской границе? – уточнил я.

Он кивнул.

– И князь Меньшиков тоже, – еще тише сказал Хованский.

Мне очень хотелось разбить ему лицо об этот стол, залить кровью документы на нем. Я сдержался.

– Помните события в Польше? – холодно спросил я. Он кивнул. – Помните, число погибших при взрывах и в Нави? – Он снова кивнул. – Именно такие действия привели к тем смертям. Юные офицеры чувствовали, насколько несправедливо с ними обошлись, и решились на предательство.

Я немного кривил душой – те два поляка все же сидели на болотах обоснованно. Только они были не единственные, наверняка кто-то в их рядах чувствовал себя обделенным. Как я и Мишка Меньшиков, только мы остались верны долгу. Впрочем, я не сидел бы сейчас здесь, если бы не нечистоплотность Хованского.

– Вы пока останетесь на своем месте, князь, – холодно сказал Даня. Вся любезность и вежливость исчезли из его голоса. – Пока идет наше расследование. Но каждую вашу закорючку теперь будут проверять. И не приведи Господь вам сообщить этому «благодетелю» о том, что вы раскрыты. В этом случае вам будет вменяться государственная измена. Да-да, все настолько серьезно. Счастливо оставаться.

Мы поднялись и вышли. В молчании спустились во двор и сели в манакар.

– Я надеялся на труп или просто подделку, – глухо сказал Даня.

– Что поделать. Зато теперь мы знаем, что наш Ский сидит высоко и глядит далеко, – мрачно усмехнулся я.

Он кивнул и завел мотор.

Два дня прошли спокойно. Подвижек в деле не было, мы ждали результаты поиска архивариуса и результаты анализов Нарышкина, а пока занимались текучкой. Но когда возвращались на квартиру, нам присели на хвост. Я вспомнил, как в Мадриде меня с Ольгой и Катериной взяли в коробочку. Тогда все закончилось побоищем и ранением. Больше не хотелось. Дане явно тоже, так что он начал петлять по городу и в итоге ушел в оживленном потоке.

Но поужинать спокойно у нас не получилось. Тарелки оставались наполовину полными, когда посреди кухни появился сам царь Нави. В запыленном черном доспехе и плаще с подгоревшим подолом. Даже корона съехала на бок, а на щеке чернела грязь.

Я и Даня тут же подскочили. Даня едва не начал чертить руны, но я остановил.

– Кажется, доброго вечера желать не стоит? – спросил я.

– Верно. Ты искал со мной встречи. В чем дело?

– Кажется, это уже не так актуально, – пробормотал Даня.

Я вздохнул и покачал головой. А потом одними губами, пока друг не видит, произнес:

– Наедине.

Кощей увидел и махнул рукой. Даня замер в той позе, в какой стоял.

– У тебя десять секунд.

– Тебя собираются ограбить, – не стал я тратить время на глупые вопросы.

– Уже.

– Я знаю, что им нужно.

Царь Нави кивнул и Даня отмер, кажется, ничего не заметив.

– Нас пытался убить некромант. Он работает с Горбунком, – сообщил я официальную новость. – Так что я хотел попросить Проводника.

– Понятно. Обсудим. А пока я пришел сообщить, что мое хранилище обнесли. Сделали это люди, – сказал Кощей холодно.

– Значит, нам надо увидеть, – согласился я.

– А почему вы пришли не в Надзор, ваше величество? – удивился Даня.

– Подберем кого-то из них для протокола, но вы лучшие сыщики, чем они.

– Барона Корфа? – предложил я.

– Или Витьку, – добавил Даня. – С ним как-то привычнее работать. А… можно доесть, а?

Кощей посмотрел на него, на тарелку, снова на Даню. Я покачал головой и просто поставил еще одну тарелку и положил мяса с картошкой.

– Все уже случилось, десять минут ничего не решат, а на пустой желудок плохо думается, – спокойно сказал я.

Царь Нави сдался, вымыл руки и сел за стол. Поели мы быстро, запивать, правда, пришлось водой или кофе с холодным молоком. За едой обсудили, кого брать с собой, и решили, что того, кто будет свободен, отец или сын. Кого-то из их подчиненных Кощей видеть не хотел в своем замке. И он перенес нас в Главное управление Чудного Надзора, что стояло недалеко от нашей конторы, на Лубянке.

К этому времени почти все разошлись. Барон Корф тоже уже ушел. А вот Виктор еще сидел у себя и страдал над отчетом. И искренне обрадовался нашему появлению. Ровно до того момента, как выяснилась его причина.

– Я только сообщу отцу и буду готов, – серьезно сказал он и поднял трубку телефона.

– Известно, что забрали? – уточнил тем временем Даня.

– Нет. Они перевернули все. Явно для того, чтобы не сразу выяснилось, – мрачно ответил Кощей и покосился на меня.

А я что? Какими незаметными жестами или мимикой я должен был дать понять, что у меня есть список⁈ Впрочем, если они так сделали, наверняка могли и что-то еще прихватить для отвода глаз. Или что-то из трех вещей и брали для отвода глаз?

– Странно, что они не взяли все, что могли, – заметил я.

– Из моего хранилища можно вынести не больше трех вещей, – недовольно сообщил царь Нави.

А вот это облегчает задачу. Но я все равно не мог ничего сказать сейчас.

– Я готов, – заявил Виктор и прицепил на бок саблю.

Посмотрел на нас и достал из оружейного шкафа еще две, отдал мне и Дане. Мы закрепили ремни, но в обычных костюмах выглядели с саблями немного нелепо.

Кощей вздохнул с облегчением и перенес в Навь.

Мы оказались на лесной дороге под ночным беззвездным небом. Луна еще не появилась, а то и вовсе не появится. Высокие ели чернели по краям дороги, на обочине взрывали землю четыре Коня. Буланый, явно скакун Кощея, отличался тяжеловесностью рядом с тонконогими Златогривыми.

– Рассаживайтесь и поехали, – проворчал Кощей. – Мой замок окружен защитными заклятиями, переместить сразу в него никого не могу.

Все с пониманием покивали, разбирая лошадей. За одно сделали вывод о силе воров – не каждый сможет пройти этот лес, полный нечисти, проникнуть в замок самого Кощея и после выйти с награбленным. Не просто награбленным, а могущественными легендарными артефактами, что хранились там веками.

Мне достался вороной жеребец с лоснящейся шкурой и диковатым взглядом. Но стоило положить руку ему на шею, как он притих и перестал взбрыкивать. А вот Дане с его гнедым повезло меньше – Конь то лягался, то поднимался на дыбы. И так до тех пор, пока я не посмотрел коняге в глаза. А вот Виктор справился с белой кобылой легко, она оказалась смирной и покладистой. Наконец, мы отправились в путь. Кощей пристроился рядом со мной.

– Рассказывай, – потребовал он.

– Пять дней назад получили информацию о передаче письма от Скарлетт. Пошли ловить, но получателю с письмом помог уйти Горбунок. Курьер заглянул в сообщение, оно оказалось на демоническом языке. Я прочитал его в воспоминаниях через псионика. Там был список того, что нужно у тебя украсть, учитель. В тот же вечер меня попытался убить некромант, – кратко отчитался я. – Из-за Горбунка я не знал, кому можно доверять, потому просто просил передать тебе, чтобы пришел.

– Я как раз собирался, когда все случилось, – сквозь зубы произнес Кощей. Его глаза метали молнии, буквально, от злости в том числе и на себя. – Выдать тебе чертенка или книгу?

– Книгу? – уточнил я.

– Да. Записываешь в ней, а через мгновение запись появляется у меня в такой же.

– Тогда лучше книгу. Ее прятать проще и она не болтает, – усмехнулся я.

– Что забрали?

– Клубок, блюдечко с яблочком и гребень Финниста.

– Контроль, наблюдение, следование. Есть иде…

Договорить Кощею не дали – прямо ему в голову полетел черно-зеленый шар размером с кулак. Царь Нави успел среагировать и уклониться. Шар врезался в елку и проделал в ней дыру. Из леса на дорогу выскочили фигуры, штук… много… и преградили нам путь. Кощей молча слез с коня и обнажил меч. Я последовал за ним и услышал, что Виктор с Даней тоже спрыгнули.

В темноте я не сразу разглядел, кто это, но их движения подсказали. Нежить. Около двух десятков скелетов и поднятых трупов.

Глава 5

– Не вижу смысла драться с этой падалью, – заметил я. – Идем в лес за некромантами.

– А скелеты ударят нам в спины? – усмехнулся Виктор. – Идите, а я займусь ими.

– Их много, может, мне тоже остаться? – предложил Даниил с тревогой.

– От огня мало прока против скелетов – кости плохо горят, – не согласился Кощей. – В отличие от плоти. Чем быстрее найдем их хозяев, тем меньше будет опасность для Виктора. Не будем терять больше времени.

Последнее он добавил после того, как мечом отразил еще один черно-зеленый шар. Он зашипел и будто бы впитался в меч. Что никого не удивило – меч-то Кладенец. Больше мы медлить не стали и бросились под тень деревьев в сторону, откуда прилетел шар. Вернее, это Кощей с Даней побежали туда. Я же нырнул под разлапистую ветку ели с другой стороны дороги и пошел по зарослям вдоль нее.

Глупо нападать только с одной стороны, решил я, не настолько же они идиоты. Хотя да, кем еще можно быть, чтобы нападать на царя Нави рядом с его же замком⁈ Да и зачем, если уже забрали все, что хотели? Выясним, если поймаем кого-то.

Конечно, я понимал, что они заметили наши маневры и будут нас ждать, потому закрылся щитом и вовремя. Не успел я сделать и пяти шагов, как в щит влетел очередной шар. Жаль только, что не удалось увидеть, как некромант его колдует, рунами или местными заклинаниями.

– Как скучно и однообразно, – заметил я, чтобы меня услышали.

Я побежал в ту сторону, откуда прилетел шар, и немного вбок и вглубь леса. Впереди себя я отправил рой темных игл. Они не убьют, но здорово поранят. Так и случилось.

Донеслись вскрики боли и удивления. Откуда-то из зарослей. Что же тут лес такой густой, раздраженно подумал я и едва ли не нос к носу столкнулся с двумя мужиками в черных балахонах.

Они притаились за кустом, что рос под елкой, и до последнего момента очевидно чувствовали себя в безопасности. Наверняка они рассчитывали направлять поднятую нежить и одновременно обстреливать Витьку. Теперь же они ждали меня. Вернее, один ждал и охранял второго, который сосредоточенно смотрел на дорогу. Я понял, кто моя первая цель, отскочил назад под прикрытие куста и начал чертить руны.

И охранник начал чертить руны. Люди значит, поморщился я. А ведь до последнего надеялся, что это местные. Тогда ими бы занялся Чудный Надзор. Но теперь это наша головная боль, Тайной канцелярии.

Первым делом я накинул на них облако тьмы.

– Тьфу, дьявол. Да разберись с ним уже, – услышал я раздраженный голос того, кто контролировал нежить. И он поспешил выйти из облака тьмы. Наивный.

Увы, со своего места дорогу я не видел, но не сомневался, что часть из той толпы нежити или замерла в нелепых позах, или вовсе упала.

– Сейчас, – процедил второй, вычерчивая руны, славянские. И то ладно. Я бы сильно удивился, если бы они оказались пришлыми.

В некромантии я не был силен, так что ждать его нового заклинания не стал и быстро телепортировался между ним и напарником. Краем глаза заметил, что в то место, где стоял, прилетело что-то, больше всего похожее на комок гнили. Медлить не стал, тем более они хоть и не видели меня, но ощутили присутствие и уже разворачивались. Я нанес быстрый и точный удар кинжалом одному. Второго догнало копье тьмы. И я развеял облако. По обе стороны от меня лежали два тела в балахонах – одно с перерезанным горлом, второе с дырой с левой стороны груди ближе к дороге. Я пошел туда же, чтобы посмотреть, как дела у Виктора.

Часть нежити лежала бесформенными кучками костей и плоти, часть пыталась высвободить ноги из земли, внезапно охватившей их по середину голени. Но еще с десяток тварей уже подбирались к моему другу. Значит, Даня и Кощей еще не разобрались с их хозяевами. Я поставил щит между нежитью и Витей и вышел на дорогу.

Оказалось, что немного промазал и два скелета подобрались к моему другу. Один промахнулся, но второй успел задеть его по плечу – разорвал рукав и оцарапал кожу. Я скрипнул зубами и снес ему черепушку осколком тьмы. Только это не помогло – скелет замер на пару секунд и продолжил двигаться, благо, уже ко мне. Да и те, кого я остановил щитом, побрели вдоль него в мою сторону.

Виктор тем временем отбился от своего противника и снова переключился на толпу. Но через полминуты вся она упала – сначала половина, потом все остальные. Я сразу подбежал к Витьке проверить его рану – мало ли, что там под ногтями скелета. И оказался прав. Не люблю быть правым в таких ситуациях. Царапины, пусть и неглубокие, уже гноились.

– У нас проблема! – крикнул я, чтобы Кощей с Даней поторопились.

Они вышли из чащи, ломая кусты и вытирая оружие. Подошли. Царь Нави без лишних слов и церемоний взял Витьку за руку и осмотрел.

– Вы чего так долго? Сколько их было? – спросил я у Дани, пока Кощей осматривал Виктора.

– Трое. Ловушку нам устроили. Пришлось повозиться, – недовольно ответил он. – А у тебя как?

– Двое. Самоуверенные идиоты. Видимо, решили, что если не Кощей и один, легко справятся.

– Перетягивать поздно. Едем дальше. Теперь у нас задача найти в том бардаке, что они устроили, живую воду, – заявил он.

– Но ведь у любой Бабы Яги она есть, – удивился Даня.

– Это другая вода. Их вода дает силы, а эта лечит. Поспешим.

– Надеюсь, больше нас никто не остановит, – проворчал Юсупов.

– Если что, прорываемся, – распорядился Кощей.

– Что это? – спросил я.

– Трупная гниль – местная зараза.

Я кивнул и больше не тратил время на вопросы. Трупная гниль – жуткая мерзость. Ее добывают здесь из каких-то грибов в определенное время то ли суток, то ли месяца. Вообще, из нее делают навьи лекарства, но в чистом виде это токсин, от которого спасти может только чудо. В нашем случае – живая вода.

Мы обыскали тела некромантов, но ничего интересного не нашли. И погнали дальше, уже во весь опор.

Но на опушке леса нам снова пришлось остановиться. В этот раз все злодеи уже лежали мертвыми, а над ними склонились… витязи? Я чуть не удивился. Да, верно, это были умершие витязи или богатыри, которые за какие-то заслуги при жизни отправились после смерти сюда, а не в Славь. Один из них поклонился Кощею.

– Кто это? – требовательно спросил царь Нави.

– Маруськины прихлебатели. Чего хотели, не ясно, но мы всех положили, мой царь.

– Там дальше на дороге на нас напали некроманты. Все мертвы, но отправь больше патрулей.

– Сделаю, государь.

И мы выехали на пустырь перед темным замком. Дорога вела прямо к воротам по каменистой безжизненной земле, где, казалось, не росло ни травинки.

Конечно, во время обучения у Кощея я видел его замок, но он все равно не переставал меня восхищать. Сказки не врали, замок воплощал величие и мрачность под стать своему владельцу. Возможно, кому-то он внушал страх, я же восхищался его стройными башнями и мощными высокими стенами из черного камня. Хотел бы я тут жить? Нет, слишком много места для одного жильца. К тому же я уже жил в замке. И чем это закончилось? Похоже, за двадцать два года мои приоритеты и привычки здорово изменились.

Перед нами опустился мост и мы с грохотом копыт по окованному железом дереву въехали во двор замка Кощея, просторный настолько, что тут можно было бы провести парад не хуже, чем на Красной площади. К нам подбежали слуги, на вид обычные люди, но я знал, что это упыри, оборотни и колдуны. Я с тревогой оглядывался на Виктора. Друг держался в седле, но уже покачивался, светлые волосы прилипли ко лбу. Надо спешить. Я спешился и вместе с Даней мы помогли спуститься с лошади и Вите. Кощей мрачно посмотрел на него и без промедлений повел нас в замок.

Мы прошли несколькими коридорами, тоже из черного камня. Факелы загорались при нашем появлении и гасли у нас за спинами. Тут и там стояли старинные доспехи разных культур и времен. Картины на стенах показывали сцены битв или просто пейзажи, не все мрачные. Я их видел, Даня бросал удивленные взгляды, но и не думал затормозить и рассмотреть получше – с обеих сторон мы поддерживали Виктора, который уже автоматически переставлял ноги и тяжело дышал.

Через два зала мы спустились на один этаж, прошли еще по лабиринту из коридоров, комнат и залов и вышли к лестнице. По ней спустились еще на восемь этажей и по широкому коридору подошли к закрытым дверям хранилища артефактов.

Взмахом руки Кощей открыл двери и мы попали в… жуткий разгром. Я уже бывал в этом просторном зале с низким потолком, проходил между стройными рядами витрин, где под надежной защитой хранились легендарные артефакты, вроде сапог-скороходов или скатерти самобранки.

Сейчас же большинство витрин оказались разбиты, а их содержимое свалено в кучу в середине зала. Вот тебе и надежная защита.

Я прошел вперед. Под ногой странно спружинило. Я опустил глаза и тут же убрал ногу. Оказалось, что наступил на хлеб.

– Колобок, – пробормотал я, вспомнив записку.

– Да, его буквально раскрошили, – мрачно сказал Кощей. – Знали про него. Давайте искать, времени мало. Нам нужна серебряная фляга, плоская, пятнадцать сантиметров высотой.

– Серебро? У вас? – удивился Даня. Все это время он молча осматривался.

– Я не нежить и не оборотень, чтобы бояться серебра, – строго сказал царь Нави.

– Простите, не подумал, – смутился мой друг.

Мы усадили Виктора у стенки и занялись поисками.

– Ребят, – позвал он, едва ворочая языком. – Посадите меня у кучи, хоть как-то помогу.

Сначала я хотел отказать, но потом помог Виктору перебраться. Так он будет в поле зрения на случай, если вдруг что-то случится. Я бросил на друга последний взгляд, отметил, что вены стали проступать отчетливее, ядовито-зеленые, набухшие, но отвернулся и занялся поисками.

При обычных обстоятельствах все эти вещи я бы если и трогал, то с осторожностью и благоговением. Сейчас же мы всего лишь надели защитные перчатки и поспешно перебирали артефакты в поисках фляги. Кощей же быстро прошелся вдоль рядов витрин, разбитых и нетронутых, и убедился, что на месте ее нет.

Через минут десять в свете волшебных светильников что-то мелькнуло. Я присмотрелся – это Виктор механически брал очередную могущественную вещь и откидывал в сторону. И теперь он откинул свое спасение. Чудо, что серебро фляги отбросило блики и привлекло мое внимание. Я тут же подбежал и подобрал, чтобы убедиться в том, что это именно она. Небольшая фляга с искусным орнаментом в виде цветов и чудесных птиц.

– Есть! – крикнул я и подхватил Виктора, который собрался потерять сознание и завалиться на бок.

Кощей и Даня тут же оказались рядом. Царь кивнул, открыл крышку фляги и вылил все содержимое на рану, откуда все еще подтекала зеленоватая сукровица. Она зашипела, запенилась, царапины начали затягиваться. Виктор вздохнул свободнее, но вены все еще оставались зелеными. Я с немым вопросом посмотрел на Кощея. А он просто кивнул, закрыл крышку и стал ждать.

– Что-то не так? – с тревогой спросил Даня.

Я знал, что вода во фляге набирается порциями, а порция зависит от серьезности ранения. Но не мне это все объяснять, потому промолчал.