Текст книги "Страсть. Часть вторая (ЛП)"

Автор книги: Дебора Бладон

сообщить о нарушении

Текущая страница: 8 (всего у книги 11 страниц)

Глава 25

София

Весь ужин я просидела молча, наблюдая за Николасом, пока груз всей тяжести мира медленно покидал его плечи. Мы подробно не обсуждали, какими были его отношения с Лилли после смерти ее сестры, но, судя по тому, что я видела сегодня вечером, они сдвинулись с мертвой точки.

Исла познакомилась с Лилли на уроке плавания для мам и малышей в конце прошлого года. Они сразу же нашли общий язык и с тех пор стали подругами. Когда Габриэль предложил ей устроить званый ужин, она подумала, что Лилли и ее муж Клайв будут рады познакомиться с Николасом из-за его общеизвестности. Она понятия не имела об истории Лилли и Николаса. Габриэль был так же ошеломлен, когда Лилли описала их уникальную связь.

– Сегодняшний вечер прошел хорошо, – Николас берет меня за руку. Мы сидим в машине уже больше пяти минут, и ни один из нас не сказал другому ни слова. Он был погружен в свои мысли, и я не хотела его прерывать. – Я увижусь с ней за обедом через неделю или две. Я бы хотел, чтобы ты была там.

Это приглашение, от которого я хотела бы отказаться, но не стану этого делать. Если Николас хочет, чтобы я была рядом с ним, я буду.

– Хорошо.

– Саша выпустит тебя из дизайнерской темницы на час или два?

Я кладу голову ему на плечо, пока водитель маневрирует по улицам Манхэттена, направляясь к моей квартире.

– Это не темница. Мне нравится там быть.

Он сжимает мое голое колено.

– Там твое место.

Я знаю, что он прав. Я лишь вкратце поговорила с Габриэлем о предстоящем эксклюзивном представлении, который мы запланировали для некоторых сотрудников «Фостер Энтерпрайзис». Там будет не больше дюжины человек, но их мнение важно для Габриэля, и если я смогу произвести на них впечатление, тревога, которая преследовала его в течение нескольких недель, исчезнет.

Запуск новой линии – грандиозное и рискованное предприятие. Делать это с новым дизайнером у руля – еще более трепетное дело.

– Иногда мне нужно поспать, – шучу я, переходя к вопросу, который мне не терпелось задать весь вечер. – Я бы не возражала, чтобы сегодня ночью кто-нибудь спал рядом.

Неприкрытая потребность в его глазах говорит мне все, что нужно знать, еще до того, как он произносит хоть слово.

– Я останусь.

– Не ожидай, что я приготовлю тебе завтрак, Николас.

– Как-нибудь переживу, – он обхватывает ладонью мою щеку. – Я позабочусь о тебе сегодня ночью и завтра утром тоже.

* * *

Я протягиваю руку между нашими телами и беру его член, обхватывая его ладонью. Он полутвердый, что удивительно. Я пошла принять душ, неуверенная в том, был ли в его планах трах или нет. Его вечер был эмоциональным, и когда он дважды зевнул на обратном пути в мою квартиру, я смирилась с тем фактом, что Николас, возможно, захочет обнять меня и обрести утешение в моем присутствии. Не думала, что мы будем заниматься любовью, но теперь я уже не так уверена.

– Ты заснул, – шепчу я ему в подбородок, покрытый щетиной. – Ты храпел, когда я вернулась из душа.

– Чушь, – рычит он. – Я не храплю.

– Следующий раз я запишу это на свой телефон.

– Ты бы сделала это для меня, не так ли? – руками он обхватывает мою задницу, притягивая ближе к своему обнаженному телу.

– Мне понравилось смотреть на тебя, спящего.

– Почему? – он глубоко вдыхает. – От тебя хорошо пахнет. Это мыло или ты?

– И то, и другое, – я прижимаюсь еще ближе. – Ты выглядишь умиротворенным, когда спишь. Как будто все те персонажи, которые крутятся у тебя весь день в голове, ушли.

– Ты думаешь у меня в мыслях крутятся разные персонажи?

Я прижимаю его твердеющий член к своей обнаженной сердцевине.

– Я вижу это по твоим глазам. Ты всегда что-то замышляешь. Твой разум никогда не отключается.

– Это невозможно, – Николас покачивает бедрами. – Слишком много историй, которые нужно рассказать.

– Расскажи мне историю сейчас, – я раздвигаю ноги для лучшего доступа, потирая его эрекцией о клитор.

– Жила-была женщина…

Я еще сильнее прижимаюсь к нему, беря от него все, что могу.

– Продолжай.

– Продолжай делать то, что ты делаешь, – он издает глубокий стон. – Ты сможешь так кончить?

Я издаю непонятный звук, который, уверена, звучит для него как «да».

– Однажды этот очень симпатичный парень с огромным членом встретил женщину в метро.

– Разве это не про тебя? – я запрокидываю голову, наслаждаясь ощущением приближающегося оргазма.

– Про меня, – он прижимается губами к моей шее. – Женщина, которую он встретил, была красивой, умной, и он захотел ее в ту же секунду, как увидел.

– Поэтому он написал записку-приглашение на обед в своей собственной книге, – продолжаю я, хотя теряю концентрацию на чем угодно, кроме того, что делаю с собой членом. – Это был слабый ход.

– Втайне ей нравилось, каким напористым он был.

– Нет, не нравилось, – хнычу я.

Потянувшись, Николас хватает мою руку которой я держу его член.

– Нравилось. Она хотела его с самого начала. Она знала, что он другой. Она знала, что он тот самый.

– Тот самый? – я выгибаю спину, когда чувствую приближение оргазма. – Какой именно?

Николас хватает меня за задницу, притягивая еще ближе, пока мой клитор не оказывается прижатым к его члену с такой силой, что я достигаю вершины и распадаюсь на части.

– Тот, кто полюбит ее, – его слова вплетаются в мой стон, когда мы оба хватаем ртом воздух.

Глава 26

Николас

– Ты собираешься проигнорировать то, что я тебе сказал? – я глажу ее по плечу, наблюдая, как она притворяется спящей. – Ты дерьмовая лгунья, а актриса из тебя еще хуже, София.

– Я не играю, – ее глаза остаются закрытыми. – И я ничего не игнорирую.

– Я сказал тебе, что люблю тебя.

Она прижимается лбом к моему подбородку.

– Знаю, Николас. Я слышала это.

Умолять женщину сказать, что она любит меня – не то, что я намерен делать.

– Я имел это в виду.

– Это было в пылу момента, – София, наконец, открывает глаза и изучает мое лицо. – Ты был возбужден. Я тоже. Люди говорят, что угодно в такие мгновения.

– Они говорят что-то вроде «бл*ть», «как хорошо» или «сильнее, глубже».

– Есть и другие слова, которые они тоже говорят, – она вздыхает. – Возможно, ты на самом деле не это имел в виду.

– Чушь собачья, – выпаливаю я. – Я сказал тебе, что люблю тебя, потому что это так.

Ее нижняя губа дрожит, но она прикусывает ее зубами.

– Подожди до завтра и посмотри, чувствуешь ли ты то же самое.

– Что, черт возьми должно измениться между нами до того времени? – я притягиваю ее ближе к себе.

Она заглядывает мне в глаза.

– Я не хочу, чтобы ты говорил мне то, чего не имеешь в виду.

– Я имел это в виду, София.

– Как ты можешь быть уверен? – в ее голосе слышится страх. – Если ты говоришь эти слова, мне нужно знать, что ты имеешь в виду именно их. Ты не можешь забрать их обратно.

Чтоб меня. Эта женщина. Она боится отдать мне свое сердце.

Я откидываю ее голову назад, чтобы заглянуть ей в глаза.

– Не сомневайся в моих чувствах, София. Они реальны. Все это по-настоящему.

– Я хочу тебе верить, – шепчет она. – Хочу этого, потому что мое сердце хочет сказать тебе то же самое.

– Скажи мне. Скажи это.

Она открывает рот, затем закрывает, а потом снова открывает, прежде чем заговорить.

– Я люблю тебя, Николас. Пожалуйста, никогда не причиняй мне боли.

* * *

– Потерять его из виду неприемлемо, – я чувствую, как сжимаю челюсть. – Я же сказал, что хочу, чтобы ты присматривал за Франко двадцать четыре на семь. Если он прямо сейчас направляется в Нью-Йорк, тебе лучше быть готовым найти другую работу. Я гарантирую, что ты никогда в жизни больше не будешь работать в охране.

Я швыряю телефон на стол в своем кабинете. Группа охраны, с которой меня связал Крю во Флориде, потеряла Франко Абано из виду два часа назад. Ни за что на свете он не мог бы быть прямо сейчас в Нью-Йорке. Если он появится здесь, чтобы потревожить Софию, я позабочусь о том, чтобы он понял, что сначала ему нужно будет связаться со мной.

– На ком ты сейчас отыгрался в роли плохого полицейского? – входит Шайенн, держа в руках по кофейному стаканчику. – Ты прокручивал сцену вслух, не так ли? Думаю, тебе следует переписать ее. Для меня это прозвучало совсем не правдоподобно.

Я качаю головой и тянусь за одном из стаканчиков.

– Ты принесла кофе? Если подумать, то зачем ты вообще здесь? Я дал тебе неделю отпуска.

– Я тоже рада тебя видеть, Ник.

Мне удается улыбнуться. Я планировал провести день, погрузившись в свою новую рукопись. Тяжелое испытание с Джо выбило меня из колеи на месяц. У меня крайний срок через две недели, и я изо всех сил стараюсь уложиться в него.

Сегодня утром я покинул квартиру Софии вместе с ней. Как только вернулся к себе домой, начал работать, пока парень из службы безопасности из Флориды не испортил мне весь день.

– Чего ты хочешь, Шайенн? – спрашиваю я, зная, что она не обратит внимания на мою прямоту. Она привыкла к этому, и я плачу ей достаточно хорошо, чтобы женщина могла не обращать на это внимания. – Хочу назад тот ключ, который дал тебе, когда ты остановилась здесь, когда я улетал в Бразилию.

– Ты никогда не получишь этот ключ обратно, – она дует на дымящийся кофе. – Мне нужен доступ к тебе в любое время.

– Тогда я поменяю замки.

– Ты этого не сделаешь, – она плюхается в потрепанное кожаное кресло рядом с моим столом. – У нас свидание в следующий вторник вечером.

– Я предан Софии, – я подмигиваю ей. Знаю, что у нее будут вопросы, но я отвечу на все. София сейчас – важная часть моей жизни, и мой публицист должен это понимать. Между моими книжными турами каждые две недели приходится возвращаться сюда, в Нью-Йорк. Я отказываюсь находиться вдали от Софии дольше этого срока.

– Ты женишься? – ее глаза загораются. – Можно я буду вместо твоего шафера?

– Если бы я собирался жениться, а это не так, выбрал бы шафером одного из своих братьев. Я сомневаюсь, что ты даже попала бы в список приглашенных.

– Ты кретин, – ее улыбка противоречит резкости слов. – Итак, если ты предан ей, но не собираешься жениться, что именно это значит?

– Я люблю ее, – говорю я убежденно. – Я влюблен в нее.

– Кто бы мог подумать в тот вечер, когда твоя рукопись стала общедоступной, что в будущем у нас будет такой разговор?

– Никогда не знаешь, что ждет тебя впереди, – я откидываюсь на спинку кресла. – А теперь объясни, что у нас с тобой намечается на следующий вторник.

Глава 27

София

– Ты хочешь, чтобы я пошла с тобой в школу, чтобы читать книги вслух? – я содрогаюсь от этой мысли. – Публичные выступления – не мой конек, Николас.

– София, ты дизайнер линейки «Элла Кара», – он кладет обе руки мне на плечи. – Не думаешь, что тебе придется давать интервью или делать объявления в день запуска?

Я изучаю его лицо.

– Черт. Черт возьми. Я об этом не подумала.

Николас качает головой и смеется.

– Это средняя школа, София. Они устраивают вечер по профориентации. Я один из ведущих спикеров, и частью соглашения было то, что я останусь и прочитаю несколько глав «Причины действия».

– Эта книга вообще подходит для группы детей такого возраста? – я подозрительно смотрю на него. – Это ведь графический детектив, не так ли?

– Я гарантирую, что видеоигры, в которые они играют каждый день после школы, намного хуже, чем моя книга.

Мои оправдания заканчиваются.

– Я должна остаться дома и поработать над своими дизайнами.

Он терпеливо смотрит на меня.

– Я говорил с Габриэлем ранее, и он сказал, что ты опережаешь график.

У меня нет абсолютно никакого способа избежать этого.

– Если это важно для тебя, я сделаю это, но хочу, чтобы ты знал, что я враждебный читатель.

– Ты читала ту рукопись, которую я тебе дал, не так ли?

Читала, хоть и не планировала. Мой план с самого начала состоял в том, чтобы вернуть эту флешку Николасу, но я решила оставить ее себе. Знаю, что для него много значило то, что я вообще попросила эту книгу, поэтому я поклялась, что прочту ее до конца. Я почти закончила, и она даже более впечатляющая, чем я ожидала. Неудивительно, что Джо нажился на этом таким образом. Николас пишет с подкупающим напряжением в истории. Я не раз терялась в его словах.

– Я почти прочла, – признаюсь я. – Мне нравится. Я горжусь тобой.

– Ты гордишься мной? – он скрещивает руки на груди. – Я испытываю к тебе те же чувства, София. Твоя жизнь изменится, когда «Элла Кара» выйдет в свет. Моя единственная надежда – что ты не забудешь обо мне. Не оставляй меня позади глотать твою пыль.

– Я никогда не стану такой знаменитой, как ты.

Он отстраняется и смотрит мне прямо в глаза.

– Когда я с тобой, то просто хочу быть Николасом. Я не хочу быть знаменитым.

– Для меня ты просто Николас, – мои губы подергиваются. – Несколько недель назад я ходила к Ною Фостеру, чтобы сделать новый портрет, и мы говорили о тебе.

– Ной хороший парень. Он делал мне портрет год или около того назад.

Я взглядом блуждаю по висящей у него на стене фотографии красивой обнаженной женщины, которую сделал Ной.

– Он сказал мне, что я напоминаю ему его жену. Я ее не знаю, но в тот момент это показалось мне огромным комплиментом.

– Он не часто их раздает.

Теперь слова Ноя значат еще больше.

– Он сказал мне, что это хорошо, что мне было все равно на то, что ты Николас Вульф, но мне не все равно. Меня волнует, что у тебя такая страсть к своей работе, что ты очаровываешь людей по всему миру. Мне небезразлично, что тебе потребовались годы, чтобы отточить свое мастерство, и что ты посвятил себя тому, чтобы рассказать историю как можно лучше.

Его взгляд смягчается.

– Твое мнение важно для меня, София. Если ты гордишься мной, я способен на все.

– На следующей неделе мы отправимся в эту школу, и я уже знаю, что выйду в конце вечера восторгаясь тобой.

– Чувствую то же самое всякий раз, когда говорю о тебе с Габриэлем.

– Я пойду с тобой и почитаю детям, если ты этого хочешь, но когда мы закончим, ты должен пообещать мне одну вещь, – я наклоняюсь, чтобы коснуться его губ своими.

– Я сделаю все, что угодно ради тебя. Ты знаешь это.

– Обещай мне, что позволишь мне научить тебя играть на этом прекрасном инструменте позади нас.

Пальцами Николас ведет вдоль моей ключицы, прежде чем опустить к пуговицам спереди моего платья.

– Я попробую научиться играть на пианино, если ты пообещаешь мне, что позволишь мне насладиться тобой сегодня вечером.

– Обещаю, – говорю я, наблюдая, как он расстегивает мое платье, а затем тянется к застежке спереди моего черного лифчика.

* * *

– Я собираюсь на «Проснись и пой», – я широко улыбаюсь. – Ты помнишь, как впервые попала на это шоу, Кейденс? А теперь и я там появлюсь.

– Ты звезда, – поет Кейденс с широкой улыбкой на лице. – Ты знаешь эту старую поговорку, Софи. Если ты можешь добиться успеха в «Проснись и пой», ты сможешь добиться его где угодно.

– Это песня, – я бросаю на нее притворно хмурый взгляд. – «Если ты можешь сделать это в этом городе, ты сможешь сделать это где угодно» (прим.: отсылка к песне Фрэнка Синатры, ставшей неофициальным гимном Нью-Йорка).

– Именно это ты сейчас и делаешь, – подруга потирает рукой подбородок. – Я бы сказала, что ты уже официально это сделала.

– Вот почему я зарезервировала столик, – мы недалеко от входа в «Гибискус». – Я хочу отпраздновать свое предстоящее появление в шоу, которое уже положило начало твоей карьере и скоро положит начало моей.

– Тебе не нужно короткое появление в утреннем телешоу, чтобы дать старт твоей карьере, – подруга осматривает фасад здания. – Я продолжаю говорить тебе, что как только «Элла Кара» выйдет на рынок, твое имя станет общеизвестным.

– Дизайнеры моей одежды не являются общеизвестными, – замечаю я, берясь за ручку двери.

Кейденс заходит внутрь раньше меня.

– Ты выпускаешь коллекцию, которая будет многим доступна, Софи. Это значит, что на тебя будут смотреть миллионы глаз. Ты взорвешь мир моды. Запомни мои слова.

– София Риз, – говорю я женщине за стойкой администратора, прежде чем снова повернуться к Кейденс. – Я надеюсь, ты не возражаешь, что мы пришли сюда. Я почти ничего не ела, когда мы были здесь на вечеринке. Хочу попробовать копченую форель.

– Я возьму всего по чуть-чуть, – она заглядывает через мое плечо в оживленный обеденный зал. – Это место просто потрясающее.

Так и есть. Ужинать с Кейденс – это само по себе незабываемое впечатление. У нее критический взгляд на все, а вкус профессионально натренирован. Она знает, что работает, а что нет, и нередко просит разрешения поговорить с шеф-поваром после того, как нам подали первые блюда. В большинстве случаев она делает это, чтобы похвалить их за хорошо выполненную работу. Если у нее действительно есть критические отзывы, она всегда излагает их в доброй и уважительной манере.

Я следую за ней, пока хостес ведет нас к нашему столику. Подруга наблюдает за всем, впитывая тонкие детали дизайна и сервировки стола.

– Кто бы ни стоял за созданием этого ресторана, он гений, – говорит она хостес, как только мы присаживаемся. – Менеджер свободен? Меня зовут шеф-повар Саттон.

Она редко использует слова «шеф-повар». Мне нравится, когда она это делает. Я хочу, чтобы она гордилась тем, чего достигла за свою короткую карьеру.

Хостес сияет, когда Кейденс обращается к ней.

– Я точно знаю, кто вы. Вы невеста Тайлера Монро.

– Да, – ворчит Кейденс. Она гордится Тайлером, но ее достижения часто затмеваются его достижениями.

– Ты подумываешь съемку своего сегмента здесь, Денс? – встреваю в разговор я. – Думала, ты собираешься продемонстрировать тот новый ресторан в Верхнем Ист-Сайде, а не этот.

Хостес выпрямляется и протягивает руку, чтобы осторожно коснуться плеча Денс.

– Вы здесь по официальному делу, шеф? Я понятия не имела. Ваша еда за счет заведения, и я позову менеджера как можно скорее.

С этими словами она направляется на кухню.

– Я не собираюсь демонстрировать это место в своем шоу, – Кейденс прищуривается, глядя на меня. – И могу справиться с людьми, которые думают, что Тайлер лучший шеф-повар, чем я.

– Я не могу, – я встречаюсь с ней взглядом и выдерживаю его. – Хочу, чтобы весь мир знал, что моя лучшая подруга – невероятный шеф-повар. Если мне придется рассказывать об этом каждому встречному, я это сделаю.

– Ты лучшая, Софи, – она откусывает один из кусочков хлеба, который уже был на столе, когда мы сели. – Я просто хотела поговорить с менеджером, чтобы сказать ему, что восхищаюсь их стилем.

Я открываю меню и просматриваю предложения.

– Ты сделаешь это, а потом мы пообедаем. Бесплатно.

Глава 28

София

– Извини, мне снова пришлось сходить в туалет, – Кейденс возвращается на свое место за нашим столом. – Думаю, что сегодня ребенок сидит на моем мочевом пузыре.

– Это неудобно? – я смотрю на ее живот. – Ты становишься намного больше.

– Он растет, – нежно улыбается подруга. – Мне не терпится с ним познакомиться. Я хочу, чтобы ребенок понял, как сильно мы его любим, как только он родится.

Он узнает. Как он сможет не узнать? Кейденс будет потрясающей матерью. Она будет лелеять этого ребенка со всей любовью, которую может отдать, и Тайлер сделает то же самое. Фири Монро ни в чем не будет нуждаться, и к тому времени, когда он пойдет в детский сад, у него будет более утонченный вкус, чем у большинства взрослых.

– Думаю, я могу снять здесь фрагмент, – Кейденс поднимает свой стакан с водой в воздух. – Твоя идея была блестящей. Мне нужно начать использовать платформу, которая у меня есть, во благо.

– В каком смысле во благо? – я постукиваю краем своего стакана с водой по ее бокалу в деликатном тосте за ее новую идею.

– Нелегко открыть ресторан в этом городе. Большинство закрывается в течение года, а тем, кому удается пробиться к полууспеху, ничего не гарантируется. Один из друзей Тайлера по кулинарной школе был вынужден закрыть два своих ресторана в прошлом году.

– Это дерьмово.

– Если я смогу привести людей в недавно открывшийся ресторан, это поможет им создать постоянную клиентскую базу прямо у входа.

Ее доброта прямо сейчас видна насквозь. Я заметила это, когда она разговаривала с менеджером перед тем, как мы пообедали.

– Думаю, это отличная идея, Денс.

– Я собираюсь найти менеджера, – подруга отодвигает стул, чтобы снова встать. – Думаю, ей стоило бы предложить скидку на какой-нибудь пункт в меню в день выхода этого сегмента в эфир. Хочу обсудить это с ней.

– Иди, – я машу ей рукой. – Я собираюсь доесть свой десерт, прежде чем вернусь на работу.

Подруга, не колеблясь, направляется обратно в сторону кухни. Она женщина, выполняющая миссию, которая, я думаю, даст новым рестораторам шанс, которого они в противном случае никогда бы не получили.

– Могу я предложить вам что-нибудь еще? – рядом со мной появляется официант.

Я быстро смотрю на нее, прежде чем останавливаю взгляд на столе позади нее.

– Все в порядке, спасибо.

Девушка следует за моим взглядом, когда она поворачивается, чтобы тоже посмотреть.

– Это именно тот, о ком вы думаете. Это единственный и неповторимый Николас Вульф. Мне нравятся его работы, и тот факт, что он так приятен на вид, тоже неплохо.

Она права. Неплохо. Что действительно плохо, так это тот факт, что мужчина, которого я люблю, сказал мне ранее, что сегодня он отправляется в Бостон, чтобы дать предварительное интервью для «Причины действия». Он не сказал мне, что обедает в Нью-Йорке с Лилли Паркер и красивой черноволосой женщиной, которая прямо сейчас крепко держит его за руку.

* * *

– Николас, – тихо произношу я его имя, подходя к его столику. – Я думала, ты сегодня отправился в Бостон.

– София? – он мгновенно вскакивает на ноги, явно выбитый из колеи моим внезапным появлением рядом с ним. – Что ты здесь делаешь?

Ловлю твою руку там, где ее быть не должно?

– Обедаю, – спокойно отвечаю. Хочу добавить, что для него должно быть очевидно, что я нахожусь в «Гибискусе» потому, что здесь подают еду, а я работаю в нескольких кварталах отсюда. – Что ты здесь делаешь?

– Я упоминал, что как-нибудь встречусь с Лилли за ланчем. Оказывается, сегодня был тот самый день.

Но ты говорил, что хочешь, чтобы и я пошла с тобой.

Я избавляюсь от всепоглощающего чувства жалости к себе. Это объясняет, почему он здесь с Лилли, но темноволосая женщина, которая выглядит так, будто у нее текут слюнки при виде его задницы, все еще остается для меня загадкой.

– Приятно снова тебя видеть, Лилли.

– Всегда рада тебя видеть, София. Я слышала, что теперь ты возглавляешь свою собственную коллекцию. Ты прошла долгий путь с тех пор, как мы работали вместе.

Так и есть, и я горжусь каждым своим шагом с тех пор, как переехала в Нью-Йорк.

Я обращаю свое внимание на таинственную женщину и протягиваю ей руку.

– Я София Риз.

– Дел Бернетт, – она пожимает мою руку, не осознавая, кем я являюсь Николасу.

– Ты подруга Лилли?

Она качает головой, и из ее горла вырывается пронзительный смешок.

– Я старая подруга Ника.

Под «подругой» она подразумевает любовница. Я вижу это по языку ее тела. Он был ее, и теперь она хочет его снова.

– Мне нужно вернуться на работу, – так и есть. Это не ложь. Я не позволю Николасу или его встречам за обедом сбить меня с курса. Сегодня днем я должна представить Саше последнюю из своих дизайнерских идей. Мне нужно закончить кое-какие мелкие детали, прежде чем я это сделаю.

– Я провожу тебя.

Я оборачиваюсь, слыша его голос.

– Я могу найти выход сама, Николас.

– Я настаиваю, – он опускает руку на мою поясницу.

Я не спорю. И не буду задавать эти вопросы ему здесь. Я не могу. Если начну с этого, то потеряю концентрацию на том, что важно для меня прямо сейчас. Это моя работа. Это то, что у меня останется, когда все развалится, так что я должна держать себя в руках.

– Лилли позвонила мне в последнюю минуту, чтобы спросить, могу ли я встретиться с ней здесь, – говорит Николас, пока мы идем. – Дел увидела меня в другом конце зала и подошла, чтобы наверстать упущенное.

– Ты с ней спал?

Он останавливает нас обоих, когда мы подходим ко входу.

– Да, София. Это было давно.

– Она бы хотела, чтобы это повторилось сейчас.

– Она бы хотела, но этого не произойдет.

Я придвигаюсь ближе к двери, понимая, что уже опаздываю на работу.

– Ты держал ее за руку, Николас.

– Да, держал.

– Можешь объяснить, почему?

Он отодвигается, чтобы позволить паре, направляющейся к выходу, проскользнуть мимо.

– Это не тот разговор, который я хотел бы вести, когда ты спешишь.

– Неужели ответ настолько сложен? – я спрашиваю. – Все, что я хочу знать, это почему вы держались за руки.

– Я объясню, София, но вижу, что ты торопишься вернуться к работе.

Я расстроена, и знаю, что это видно по выражению моего лица. Мое лицо пылает, спина напрягается в бесчисленные тугие узлы.

– Ты делаешь ситуацию более сложной, чем должно быть. Просто ответь на вопрос.

– Это не простой и сухой ответ, София, – Николас понижает тон. – Это запутано, и мне нужно время, чтобы объяснить тебе мои отношения с Дел.

Отношения? Это слово поражает меня с силой пощечины.

– Когда ты сможешь это объяснить? – я нетерпелива, и мне черт побери, не важно, знает он это или нет. – Ты можешь прийти ко мне на работу, когда закончишь здесь.

– Я не могу, – он тянется к моей руке, но я отдергиваю ее. – София, пожалуйста, пойми. Тебе не о чем беспокоиться.

– Приходи ко мне в офис, когда закончишь здесь, и мы поговорим, – повторяю я. – Я хочу обсудить это сегодня.

– У меня нет времени, – он оглядывается через плечо. – Я вылетаю вечерним рейсом в Бостон. И проведу там ночь.

– Почему? Я думала планировалось одно интервью. Ты сказал, что тебя не будет самое большее это полдня.

– Шайенн запланировала еще одно на завтрашнее утро. Осуществить перелет туда и обратно не получится. Я останусь на ночь и вернусь сюда завтра днем. Позвоню тебе вечером, и мы сможем поговорить.

– Нет, – я отбрасываю внутреннее желание затопать ногами и накричать на него. – Я не хочу говорить по телефону. Ты сказал, что все запутано, поэтому я хочу, чтобы это было лично. Встретимся завтра вечером у тебя дома.

– Я люблю тебя, София. Мне нужно, чтобы ты поняла, что этот факт никогда не изменится.

Слова есть слова. Действия говорят сами за себя.

– Счастливого полета, Николас, – я сдерживаю свой ответ, зная, что он хочет услышать эти слова в ответ, потому что его действия заставляют меня сомневаться во всем. – Увидимся завтра.