Текст книги "Любовь без обмана (СИ)"

Автор книги: Дарья Беженарь

сообщить о нарушении

Текущая страница: 3 (всего у книги 13 страниц)

Глава 7

После нескольких коктейлей мы с Таней вышли на танцпол. Она сразу погрузилась в движение, растворяясь в мелодии, а я старалась не отставать.

Огни прожекторов мелькали, раскрашивая людей в причудливые цвета: то алый, то лазурный, то золотой. Таня смеялась, её движения были свободными, почти дерзкими – она всегда умела танцевать так, будто вокруг никого нет. Я же больше поддавалась ритму, позволяя музыке вести меня.

К Тане подошёл Дан. Он что‑то сказал ей – она рассмеялась, кивнула, и они начали танцевать вместе. Их движения словно слились в один поток: он легко подхватывал её за руку, кружил, а она отвечала ему игривыми поворотами. Я улыбнулась, радуясь за подругу, и снова погрузилась в музыку.

Но через пару минут я почувствовала… прикосновение. Чьё‑то плечо задело моё, потом рука скользнула по спине. Я обернулась – невысокий брюнет с густой щетиной и пронзительным взглядом стоял слишком близко. Его губы растянулись в улыбке, но в глазах читалось что‑то навязчивое, неуместное.

Я молча отвернулась, надеясь, что он поймёт и отойдёт. Но не тут‑то было. Через мгновение он снова оказался рядом, на этот раз его рука легла на мою талию.

– Куколка, потанцуем? – его голос звучал громко и нагло, заглушая музыку.

Я снова отстранилась, на этот раз резче:

– Нет, спасибо.

Он не отступил. Вместо этого шагнул ближе, пытаясь поймать мой взгляд:

– Да ладно, не выделывайся, чё ты? Пошли со мной? – он положил руку на мою талию и начал тянуть на себя.

– Эй, не трогай меня! – я попыталась отпихнуть навязчивого незнакомца.

И вдруг почувствовала, как чья‑то рука мягко коснулась моего плеча.

– Отпусти девушку, – раздался спокойный, но твёрдый голос.

Я обернулась. Арсений.

Неожиданно…

Он взял меня за руку и притянул к себе.

– А чё такое? Твоя тёлка? – брюнет уставился на Арсения, явно не собираясь отступать.

– Моя, – коротко ответил Арсений, и в его голосе прозвучала такая непреклонность, что даже я на секунду замерла.

Он наклонился ко мне и шепнул в ухо:

– Уходим. Быстро и без вопросов.

Арсений потянул меня за руку. Кивнул Дану – мол, идём.

– Арсений Евгеньевич, что происходит? – я едва успевала за его широким шагом.

– Я же сказал – без вопросов, – отрезал он, не замедляя хода.

На выходе из клуба нас догнали Дан с Таней.

– Ты же в курсе, кто это был? – спросил Дан у Арсения, встревоженно оглядываясь назад.

– В курсе, конечно. Надеюсь, сможем уйти без приключений, – ответил Арс, бросив короткий взгляд в сторону танцпола. – Вот свалились же вы на нашу голову, – добавил он, глядя на меня совсем не по‑доброму. Но руку не отпускал.

Мы вышли на парковку. Рядом стоял чёрный внедорожник.

– Давайте в машину, – скомандовал Арсений.

Мы почти добрались до автомобиля, когда сзади раздался резкий свист:

– Стоять!

Мы обернулись. К нам шла группа из пяти‑шести парней – среди них был тот самый брюнет, что приставал ко мне. Лица у всех были решительные и агрессивные.

– Бля-я-ть, – протянул Дан, проводя рукой по волосам.

– Пиздец, – подтвердил Арсений, сжимая кулаки.

– Телочек оставьте нам, сами можете пиздовать. Трогать вас не будем, – бросил брюнет, ухмыляясь.

– Я же сказал, они наши. – Арсений сделал шаг вперёд, закрывая меня собой.

Дан повернулся к нам и прорычал:

– Быстро сели в машину!

Мы с Таней запрыгнули на заднее сиденье. Парни остались снаружи – бесстрашно подошли к компании.

Арсений и Дан заговорили с ними – сначала тихо, потом голоса стали громче. Я видела, как Арсений жестикулирует, пытаясь что‑то объяснить, но брюнет лишь качал головой и ухмылялся.

Потом случилось то, чего я боялась: брюнет резко толкнул Арсения в грудь. Тот отшатнулся, но тут же выпрямился, сжав кулаки.

В следующий момент Арсений бросился на брюнета, ударил его в челюсть. Тот пошатнулся, но тут же ответил ударом в лицо. Завязалась драка.

Остальные парни из группы тоже включились – кто‑то бросился на Дана, кто‑то попытался обойти сбоку. Я видела, как Арсений уклоняется от удара, потом сам бьёт – чётко, расчётливо. Дан тоже не отставал: он ловко увернулся от замаха одного из нападавших и ответил мощным ударом в живот.

– О боже! – Таня начала хныкать, вцепившись в сиденье. – Они их убьют. Их толпа!

– Что делать? – я в панике огляделась, но выхода не было.

Не думая, я открыла дверь машины.

– Остановитесь! – крикнула я.

Мои слова будто повисли в воздухе – никто не обратил внимания. Драка продолжалась: удары, крики, топот ног.

В этот момент Дан и Арсений одновременно нанесли ещё по удару – чёткий, рассчитанный: один в челюсть, другой в солнечное сплетение. Противники пошатнулись, но уже не могли атаковать. Парни резко развернулись, рванули к машине. Хлопнули двери – Дан прыгнул на пассажирское, Арсений – на водительское.

Внедорожник взвизгнул шинами, рванул вперёд, оставляя за собой клубы пыли и разъярённые крики.

Тишина. Только шум двигателя и наше тяжёлое дыхание. Я прижалась к спинке сиденья, пальцы впились в кожу. Таня рядом дрожала, кусая губы.

– Мы попали, Арс, – проговорил Дан, поворачиваясь к другу. Его голос звучал глухо, но в нём сквозила холодная ярость. – Они это точно так не оставят.

Арсений сжал руль. В зеркале заднего вида мелькнул его профиль: ссадина на скуле, разбитая губа.

– Та блять, я и без тебя это знаю, – выдохнул он, не отрывая взгляда от дороги. – И что ж вам дома‑то не сиделось? – резко обернулся к нам.

– Мы… – я попыталась собраться с мыслями. – Погулять хотели. Развеяться. Переезд отметить…

– Отметили? – перебил Дан, развернувшись всем телом. От милого, улыбчивого парня не осталось и следа: глаза холодные, голос жёсткий. – Погуляли?

Я сглотнула. Даже в полумраке салона было видно, как его пальцы сжимаются в кулаки.

– Вы хоть понимаете, чем это всё могло закончиться? – спокойно, но с ледяной ноткой спросил Арсений.

– П‑понимаем… – пискнула Таня, вжимаясь в сиденье.

– Да ни хрена вы не понимаете! – взорвался Арсений. Его голос прогремел, заставив нас вздрогнуть. – В лучшем случае – по кругу вас пустили бы. В худшем…

– В лесу бы вас завтра с собаками искали, – дополнил Дан, глядя вперёд. – И ничего бы им за это не было.

– Они… мафия, что ли? – прошептала Таня, обхватив себя руками.

– Не едут за нами? – спросил Арсений, игнорируя её вопрос.

– Нет. Оторвался, – Дан провёл рукой по волосам, тяжело вздохнул. – Но номера они наши запомнили. Говорите адрес ваш.

– Адрес? – переспросила я, не сразу сообразив.

– Где, блин, живёте? Адрес говорите, – он резко повернул голову, сверкнув глазами.

– Грибоедова, 15, – тихо ответила я. – Простите нас. Что вам пришлось в это ввязаться…

– Мне другое непонятно, – начал Дан, снова обращаясь к нам, но глядя куда‑то вперёд. – Какого вы туда поперлись? Ну, хотели отпраздновать переезд – пошли бы в кафешку, посидели на набережной. Нет, бля, поперлись в «Сахару», мать их!

– Девочки искали приключений… только мы попали, – хмыкнул Арсений, не отрываясь от дороги.

Они разговаривали между собой, будто нас не существовало.

– Мы не искали приключений! – вырвалось у меня.

– Не похоже, – Арсений резко повернул руль, сворачивая в тёмный переулок. – Этот клуб – территория Авидзбы. И учитывая, какое влияние имеет на город его отец, его сыночек ведёт себя как король. Приходит, выбирает, кого сегодня будет трахать. И никто ему не отказывает. Понимаешь?

Он повернулся ко мне. В его взгляде не было ни сочувствия, ни раздражения – только холодная констатация факта.

– Авидзба – это тот парень? А кто его отец? – спросила я.

– Узнаешь, когда начнутся проблемы. Причём у всех нас четверых, – ответил Дан, оборачиваясь к нам. – Так что забудьте про «отметить переезд». Завтра сидите дома и не отсвечивайте. Теперь главное – не стать их целью.

Глава 8

Арсений

Вчерашний день, слава богу, прошёл тихо. Ни слуху ни духу от Авидзбы. Хотелось верить, что так и дальше будет. Но, зная его… Рано или поздно всплывёт, как говно в речке, и даст о себе знать.

Шагал по коридору, не глядя на портье – тот улыбнулся, но я даже не кивнул в ответ. В голове одно: успеть закрыться в кабинете, пока никто не прицепился с вопросами по поводу моего лица, которое пострадало при стычке. Ссадина на скуле ещё напоминала о себе тупой пульсирующей болью, а разбитая губа стягивалась при каждом резком движении.

И тут – они. Те самые девчонки, из‑за которых мы с Даном вляпались в неприятности. Стоят у стойки, перешёптываются. Я замедлил шаг, но решил не останавливаться.

Хотя… В клубе, когда её увидел, дар речи потерял. Девчонка‑то симпатичная – и даже очень. Не просто «миленькая», а с той самой изюминкой: глаза живые, взгляд прямой, без жеманства. И фигура – что надо. Мы ведь с Даном, когда подходили к ним, искали лишь лёгкого и ни к чему не обязывающего времяпровождения на ночь. Со спины были видны только их силуэты. Этого хватило, чтобы заинтересоваться.

Не ожидал встретить там своих подчинённых. И уж тем более не ожидал, что буду лезть в драку из‑за одной из них.

– Здравствуйте, Арсений Евгеньевич! – громко бросила её подруга.

– Здравствуйте… – тихо, почти шёпотом, добавила сама Эля.

Кивнул. Направлялся к кабинету, уже собирался зайти в лифт. Мысли крутились вокруг того, как минимизировать последствия субботней выходки. Дан наверняка уже связался с нужными людьми, но этого может оказаться мало.

– Арсений Евгеньевич, постойте!

Обернулся. Она идёт ко мне. Моя проблема. Маленькая, хрупкая, но от этого не менее опасная.

– Что тебе? – голос вышел резче, чем хотел. Но сдерживаться не было сил. Внутри всё кипело: от раздражения на неё, на себя, на ситуацию в целом.

– Я хотела ещё раз сказать вам спасибо. Вы ведь… могли не вмешиваться.

Фыркнул.

– Не могу сказать, что «не за что».

Она чуть улыбнулась – едва заметно, будто боялась перегнуть. В глазах – искренность, которую сложно подделать.

– Этот… Авидзба… Он не появлялся? Не угрожал вам?

– Нет. Надеюсь, и не появится, – ответил коротко.

Появится. Обязательно появится. Вопрос – когда.

Она кивнула, словно читая мои мысли.

– Если что‑то случится… если вам понадобится помощь…

– Помощь? – перебил, приподняв бровь. – Ты думаешь, я не разберусь с этим сам?

Её глаза на секунду опустились, потом снова встретились с моими. В них не было ни страха, ни подобострастия – только беспокойство. И это выбивало из колеи.

– Я не это имела в виду. Просто… не хочу, чтобы из‑за меня у вас были проблемы.

Молчал. Смотрел на неё и думал: «А что, если она правда не хотела всего этого? Не искала приключений, как Дан сказал. Просто пришла отдохнуть…»

– Проблемы – это моя работа, – наконец произнёс, стараясь, чтобы голос звучал ровно. – Твоя – не попадать в них.

Она закусила губу, будто хотела что‑то добавить, но передумала. Только кивнула.

Я развернулся, вошёл в кабинет и захлопнул дверь. Прислонился к ней спиной, закрыл глаза.

Вот и что теперь делать? Ждать удара в спину или самому идти на опережение?

Следом зашла моя секретарша – мимо неё я пролетел, даже не удосужившись поздороваться. Зря. Обидел, наверное. Девочка хоть и замужем, но безотказная. Когда нужно снять напряжение – она как палочка‑выручалочка.

– Доброе утро, Арсений Евгеньевич. Вот документы по загрузке номеров на выходные, отчёт от службы питания, срочное письмо от поставщиков текстиля…

Кивнул, взял папки:

– Составьте график проверок этажей на эту неделю. И свяжитесь с подрядчиками по системе видеонаблюдения – хочу, чтобы до конца месяца обновили камеры в коридорах.

Работа шла привычно, размеренно. Проверял отчёты, согласовывал бюджеты, провёл короткую планерку с руководителями отделов. Всё как всегда – пока не зазвонил внутренний телефон.

– Арсений, зайди ко мне, – голос отца звучал ровно, но я сразу понял: что‑то не так.

Положил трубку, провёл ладонью по лицу. «Что ещё случилось?»

Стучусь, вхожу.

И тут же замираю.

Напротив отца, в кресле для гостей, сидит Даур Авидзба. Лицо в ссадинах, губа разбита. Рядом – его отец, Айтар. Высокий, седой, с тем самым взглядом, от которого у всех колени подкашиваются.

Блять. Хуево наши дела. К бабке не ходи – принесли пиздец в наши жизни.

– Присаживайся, – отец даже не смотрит на меня. Голос холодный, деловой. – Обсуждаем субботний инцидент.

Айтар медленно поворачивает голову. Его взгляд – как рентген: сканирует, оценивает, давит.

– Значит, это ты? – говорит тихо, почти шёпотом, но от этого ещё страшнее.

Молчу. Не оправдываюсь, не отрицаю. Просто жду.

– Избил моего сына, – продолжает Айтар.

Отец наконец поднимает глаза:

– Арсений, объясни нам, что произошло. Только без воды.

Вздыхаю. Решаю говорить прямо:

– Даур приставал к девушке. Я вмешался. Всё.

Айтар усмехается. Медленно, как змея перед броском.

– «Приставал»? Или просто знакомился? Может, она сама хотела?

Чувствую, как внутри начинаю закипать, но держу лицо.

– Она сказала «нет». Этого достаточно.

Даур вдруг подаётся вперёд:

– Ты вообще кто такой, чтобы решать за неё?

– Замолчи, – отец резко бьёт ладонью по столу. – Пусть продолжает.

– Так значит, ты из‑за какой‑то непонятной девушки, с которой хотел познакомиться мой сын, поднял на него руку? – Айтар прищуривается.

– Он вёл себя нагло, распускал руки. Это не просто знакомство. И она не просто какая‑то девушка.

– А кто же? – с приподнятой бровью спрашивает Айтар.

Я на секунду зависаю. Что сказать? Выкручиваться? Но пути назад уже нет.

– Моя девушка.

«Блять! Блять! Блять! Сука, ничего умнее придумать не мог». Но деваться некуда. Я ведь и Дауру вчера говорил, что она со мной. Так моё поведение будет более оправдано в глазах Айтара.

– Просто девушка? Очередная? Арсенчик, не смеши – весь город в курсе твоих похождений: модели, певицы, танцовщицы, – Айтар растягивает губы в мерзкой улыбке.

– Она не просто очередная девушка, – вдруг резко произносит отец.

Все взгляды устремляются на него – и мой, и Айтара, и Даура.

– Она его невеста.

– Невеста? – одновременно выдыхают Айтар и Даур. Я удивлён не меньше.

– Что, и свадьба прям будет? – с недоверием спрашивает Айтар, переводя взгляд с меня на отца.

– Да, через месяц. Я прав, Арсений? – отец смотрит на меня твёрдо, без тени сомнения.

– Ага… – выдавливаю из себя.

– Ладно. Тогда будем ждать приглашения на свадьбу, – Айтар поднимается с кресла. – Надеюсь, не врёшь, Жень. Ты же уважаемый человек. Понимаешь, да, что будет?

– Конечно, Айтар, – отвечает отец спокойно.

Авидзба и отец пожимают друг другу руку. Вместе с сыном выходят. Даур – с улыбочкой, как победитель.

Я стою, смотрю на закрывшуюся дверь, потом перевожу взгляд на отца.

– Отец? – голос звучит тише, чем хотелось бы. – Ты же пошутил про свадьбу и невесту? Да?

Отец садится в кресло, проводит ладонью по лицу, будто стряхивает усталость.

– Какие уж тут шутки… Отшутился ты. Теперь можешь принимать поздравления.

– Какие, на хрен, поздравления, папа? Какая свадьба?

Он резко поднимает глаза, в голосе – сталь:

– Подбирай выражения. Не с дружком своим говоришь. Что ты мне предлагаешь? Ты знаешь, что он может сделать и с нами, и с нашими отелями?

Сжимаю кулаки, но отвечаю ровно:

– Знаю.

– Ну вот и всё. Бери свою подружку и вперёд в загс.

– Да какая подружка, пап? Нет никакой подружки.

Отец вскидывает брови:

– Как это?

– Она не девушка моя. Я вообще её даже не знаю.

Молчание. Отец смотрит на меня так, что хочется провалиться сквозь землю.

– Тогда зачем полез за неё в драку с Дауром? – в его голосе нарастает гнев.

– А надо было не лезть? Ты представляешь, что с ней было бы?

– Так, может, Авидзба прав? И она сама была не против?

Я делаю шаг вперёд, почти кричу:

– Па, нет. Она была против. Обычная девчонка. Не шлюха. У нас работает на ресепшене.

Отец резко встаёт:

– Даже так⁈ Невестка моя будущая работает у меня на ресепшене, а я ни сном ни духом?

– Па, какая невестка? Ну, блин… Она тут два дня работает. Ну на хрена мне это?

– Вопрос не ко мне. Веди сюда её. Надо с ней поговорить.

– Па, я не хочу жениться.

Он подходит вплотную, говорит тихо, но так, что каждое слово бьёт наотмашь:

– А я не хочу, чтобы тебя на куски порезали и кислотой залили, чтобы не опознали. Ага. Так что рот закрой и веди себя по‑мужски. И без соплей.

Сажусь в кресло, чувствую, как пульсирует вена на лбу. В голове – хаос.

«Что теперь делать? Как объяснить всё Эле? Как вообще выкручиваться из этой ситуации?»

Отец садится напротив, смотрит жёстко:

– Время идёт. Веди её сюда. Сейчас.

Поднимаюсь, иду к двери. Рука на ручке – и я замираю.

– Па… А если она откажется?

Он хмыкает, откинувшись в кресле, сцепляет пальцы в замок. Взгляд холодный, расчётливый – как у человека, который уже просчитал все ходы.

– У неё нет выбора. Другую подсунуть не сможем. Даур её сто процентов запомнил.

Внутри всё сжимается. Понимаю: отец не шутит. Не блефует. Он уже вбил себе в голову сценарий – и отступать не намерен.

Выхожу в коридор. Ноги будто ватные. Иду к ресепшену, а в голове только одно: «Прости, Эля. Я сам не хотел этого».

Глава 9

Утро выдалось сумбурным. Я заступила на смену чуть раньше обычного – хотелось успеть разобраться с накопившимися документами до наплыва гостей. Сердце колотилось как бешеное: позавчера всё случилось так стремительно, что до сих пор не верилось, будто это не кошмарный сон.

Когда в холле появился Арсений Евгеньевич, я замерла. Он шёл стремительно, взгляд устремлён вперёд, но я успела разглядеть: лицо в ссадинах, губа разбита. Внутри всё сжалось.

«Это из‑за меня…»

Он уже почти скрылся за поворотом, когда я, не выдержав, выкрикнула:

– Арсений Евгеньевич, постойте!

Он остановился. Медленно обернулся. В глазах – усталость, будто он не спал всю ночь.

– Что тебе? – голос сухой, без тени теплоты.

Я сглотнула. Как объяснить, что мне нужно? Как подобрать слова, чтобы не выглядеть навязчивой?

– Я хотела ещё раз сказать вам спасибо. Вы ведь… могли не вмешиваться.

Он фыркнул

– Не могу сказать, что «не за что».

Я чуть улыбнулась – едва заметно, боясь перегнуть. В груди теплилось странное чувство: хотелось, чтобы он понял – я искренне благодарна. Не из вежливости, не из обязанности, а потому что… потому что он рискнул собой ради незнакомой девушки.

– Этот… Авидзба… Он не появлялся? Не угрожал вам?

Арсений Евгеньевич ответил коротко:

– Нет. Надеюсь, и не появится.

Но я почувствовала: за этими словами – напряжение.

– Если что‑то случится… если вам понадобится помощь… – начала я, сама не зная, на что готова.

– Помощь? – он перебил, приподняв бровь. – Ты думаешь, я не разберусь с этим сам?

Его тон резанул, но я не отступила. Глаза опустились на секунду – не от страха, а от неловкости, – потом снова встретились с его взглядом.

– Я не это имела в виду. Просто… не хочу, чтобы из‑за меня у вас были проблемы.

Он молчал. Смотрел на меня так, будто пытался прочесть мысли.

– Проблемы – это моя работа, – наконец произнёс он. – Твоя – не попадать в них.

Я закусила губу. Хотелось возразить, но промолчала. Только кивнула.

Он развернулся, вошёл в лифт, и двери плавно закрылись. Я осталась стоять в холле, словно пригвождённая к месту.

«Что теперь? Как жить дальше, зная, что из‑за меня у него могут быть серьёзные неприятности?»

День тянулся мучительно долго. Я старалась сосредоточиться на работе – брони, звонки, запросы гостей, – но мысли раз за разом возвращались к утренней встрече с Арсением Евгеньевичем. Его усталый взгляд, разбитая губа… Всё это не выходило из головы.

И тут…

Двое мужчин вошли в отель. Один – высокий, седой, с тяжёлым, пронизывающим взглядом. Другой – тот самый Авидзба, который вчера приставал ко мне в клубе. Теперь он держался позади, но его ухмылка была всё такой же наглой.

Я инстинктивно отступила назад, спряталась за стойку. Руки задрожали.

– Это он? – тихо спросила Таня, которая как раз подошла ко мне.

– Бли-и-ин… – протянула она, увидев мою реакцию.

Я кивнула, не в силах вымолвить ни слова.

Мужчины не заметили меня и прошли в сторону лифтов. Седой шёл уверенно, будто хозяин положения. Авидзба – следом, лениво оглядываясь по сторонам.

«Что им надо? Зачем приехали? Меня уволят? У Арсения будут проблемы?» – мысли метались в голове, словно загнанные звери.

Не было их около часа. И вот они снова идут – прямо к ресепшену.

Когда они приблизились, я опустила глаза, надеясь, что они не узнают меня. Но…

– А вот и наша «невеста», – протянул Авидзба, останавливаясь напротив. Его голос сочился ядом.

Я сглотнула, но не подняла взгляда.

Седой мужчина медленно обошёл стойку, встал так, чтобы видеть моё лицо. Его взгляд – холодный, оценивающий – скользнул по мне сверху вниз.

– Так это она? – спросил он, не оборачиваясь к Авидзбе.

– Она, – подтвердил тот. – Та самая, из‑за которой у нас в субботу… недоразумение произошло.

Я наконец решилась поднять глаза. Мужчина смотрел на меня, будто решал, что со мной делать. Потом усмехнулся:

– Значит, ты теперь невеста Арсения?

Я молчала. Язык будто присох к гортани.

«Какая ещё невеста? О чём они?» – в голове билась одна мысль, но произнести её вслух я не могла.

– Ну что ж, – продолжил седой, слегка наклонив голову, – посмотрим, насколько серьёзно это «невешество».

Авидзба хмыкнул за его спиной:

– Может, она и нам приглянется, пап?

Мужчина бросил на него короткий, ледяной взгляд – и тот тут же замолчал.

– Мы ещё вернёмся к этому разговору, – сказал седой, поворачиваясь к выходу. – А пока… пусть всё идёт, как идёт.

Они ушли. А я стояла, прижимаясь к стойке, чувствуя, как по спине стекает капля пота. Ноги подкашивались, в висках стучало.

Таня тронула меня за руку:

– Ты как?

– Плохо, – прошептала я. – Очень плохо.

Она огляделась по сторонам, убедилась, что рядом никого нет, и тихо спросила:

– Они что, всерьёз про невесту? Ты с Арсением…?

Я резко покачала головой:

– Нет! Я даже не общалась с ним толком до субботы. Это какая‑то ошибка, бред…

Таня прикусила губу, задумалась.

– Слушай, может, тебе уйти пораньше? Вид у тебя… не очень.

– Нельзя. Надо держаться.

Она кивнула, но в её взгляде читалась тревога.

Я попыталась сосредоточиться на мониторе, на открытых окнах с бронированием, но буквы расплывались перед глазами.

В этот момент ко мне подошёл Арсений. Уставший и разбитый. Под глазами – тёмные круги, на лице – та же ссадина, что и утром, только теперь она казалась ещё заметнее.

– Эль, пойдём. Надо поговорить.

Я вздрогнула от его голоса, подняла глаза:

– Куда?

– К отцу.

– К Евгению Родионовичу? – я почувствовала, как брови сами ползут вверх. – Зачем?

За два дня работы я ни разу не видела генерального директора. Он, судя по всему, приходил раньше всех и уходил позже всех – или у него был отдельный выход. Мысль о встрече с ним вызывала дрожь.

– Это из‑за приезда Авидзбы и его отца? Я уволена, да? – спросила тихо, почти шёпотом.

Арсений покачал головой. Взгляд – твёрдый, но в нём читалась какая‑то внутренняя борьба.

– Эль, пошли. Никто тебя увольнять не собирается. Но всё очень серьёзно.

Я медленно отодвинула стул, поднялась. Ноги казались ватными.

– Может, хотя бы объясните, что происходит? – голос дрогнул. – Я ничего не понимаю. Почему они назвали меня вашей невестой? Что это за игра?

Он замер на полпути к выходу, обернулся. В глазах – смесь раздражения и… сочувствия?

– Поговорим у отца. Он всё объяснит.