Текст книги "Работный дом попаданки, или Лопата в помощь! (СИ)"

Автор книги: Дара Хаард

сообщить о нарушении

Текущая страница: 12 (всего у книги 15 страниц)

– А Крид же узнал…

– Крид фей, они чувствуют магию в любом виде, можно сказать, они сами магия. У вас все вопросы, рия Митроу? – строго спросил генерал, а мне захотелось фыркнуть и показать ему язык. Еле себя сдержала, да что за напасть такая?!

– Сегодня я просматривала книгу выбывших за последнее время и нашла одно незнакомое имя, – сказала я генералу.

Он перестал глазеть на мои губы, с которых я тут же облизнула последнюю капельку воды, и медленно перевёл взгляд на глаза. На секунду мне показалось, я почувствовала в его взгляде голод, неистовое, притягивающее к себе вожделение. Так не смотрят на того, кто безразличен. Сердце ёкнуло, и жар мгновенно разлился по всему телу, опаляя каждую клеточку. Мне даже показалось, что я качнулась навстречу его взгляду, словно невидимая сила тянула меня к нему.

Но генерал умел держать себя в руках: в следующую секунду в его глазах не осталось ничего, кроме ледяного холода и обезличенного внимания.

– Вы хотите узнать, кто это был? – спросил он. – Об этом можно было спросить утром, рия Митроу.

– Когда мы одни, можете называть меня Алидари, – вырвалось у меня.

Его взгляд смягчился, даря мне капельку тепла и успокоение. Я не безразлична ему, как бы генерал ни сдерживался, я ему не безразлична! Я улыбнулась, уже не стараясь показать свою выдержку.

– И да, можно было узнать у вас об этом утром, но сейчас события происходят так быстро, что я могу просто опоздать с информацией.

– Итак, – голос Игана стал деловым, – о ком вы хотите спросить?

– Далорон Бахюст, это имя вам о чём-то говорит? – я подошла к Игану ближе в ожидании ответа, его запах тут же ворвался в ноздри, отвлёк от нашего разговора, затуманил разум, выбил из ворчащего состояния, окуная в приятную истому.

Я тут же поняла, что зря пригласила его к себе на ночь глядя. Если генерал умел держать себя в руках, я в себе была не уверена.

– Это точно? – Иган стал серьёзен и тоже сделал шаг ко мне.

– Да, он был тут в день смерти тёти.

Иган с шумом выдохнул, взгляд его прошёлся по комнате, потом остановился на мне.

– Вы знаете, кто это? – я старалась дышать через раз, чтобы успокоиться.

– Два года назад на императора было предотвращено покушение, которое стоило нам множества жизней драконов, сильных драконов. Далорон Бахюст был главой этого переворота, Алидари.

У меня сам собой открылся рот.

– Ты что-то об этом знаешь? Твоя тётя что-то говорила тебе об этом?

Мои мысли заметались, я не знала, что ответить. Я тётку ни разу в жизни не видела, не то что говорить с ней.

– Нет, – покачала я головой, – но… – я кивнула, нужно сказать хоть что-то. – За моё замужество она получила золото, и это золото испарилось в неизвестном направлении. По брачному договору оно есть, но в её записях нигде не фигурирует. Я пересмотрела все документы, какие нашла в её кабинете, нигде нет упоминаний о золоте, и это странно…

– Не думаю, что твоя тётя была одной из заговорщиков, – покачал головой Иган. – Бахюст ненавидит слабосилков. Насколько я знаю, он подавал закон в имперскую палату законников, чтобы ущербных потомков драконов не признавали даже пустыми. Он считал, что те, у кого нет дракона и магии, должны быть на уровне людей. А значит, твоя тётя была для него слишком ничтожной. Если только… – Иган замер, его брови нахмурились, сдвигаясь к переносице.

– Что? – зачарованно, рассматривая дракона так близко, спросила я.

– Если только ему не нужна была кровь высшей. Золотые… – Иган замер, когда наткнулся на мой взгляд. – Золотые были высшими и даже через века могли сохранить силу предков в крови, – проговорил он, медленно всматриваясь в мои глаза, мои полураскрытые губы.

Мне кажется, я чувствовала этот взгляд физически, как лёгкое касание.

– Чем отличаются высшие от простых драконов? – спросила я. – Все об этом говорят, но я не знаю…

– Высшие – самые сильные из нас. Они были последними, кто умел полностью переходить в форму дракона, не только частичный оборот, – кадык на шее Ашта дёрнулся.

Я вздрогнула и сделала ещё шаг к нему, подходя так близко, что наши тела соприкоснулись.

– Алидари, – прошептал он.

– Да? – спросила я так же медленно. – Высшие были самыми сильными, продолжай.

– Что ты делаешь, Алидари? – генерал глубоко вдохнул, задерживая дыхание и впиваясь в меня жарким взглядом.

– Смотрю на тебя, Иган… слушаю…

– Ты же понимаешь, что я не железный, Золотинка, – его голос словно играл на внутренних струнах моей души, вводя меня в состояние эйфории.

Было странно, что он называет меня тем же именем, каким я называю свою дракошку.

Моё тепло уже переросло в жар, который бушевал в крови, в теле, толкая меня на безумие, о котором ещё пару дней назад я даже не могла помыслить… если только во снах…

Я желала опять ощутить то, что было в сокровищнице. Так ли это умопомрачительно прекрасно… как я помню.

– Если ты сейчас меня не остановишь, Алидари, я больше не уйду, – прошептал мне в губы дракон. – Плевать мне будет на твои слова и желания потом, Алидари. Второй раз я не смогу отказаться от тебя, моя Золотинка.

– Не отказывайся, – кивнула я, прикрыв глаза и прижавшись к его груди.

– Ты моя, Алидари, – шепнул он мне.

– Твоя, – ответила я еле слышно.

Дракон рыкнул и, схватив меня в охапку, впился в мои губы огненным поцелуем. Это было даже прекраснее, чем я помнила. А ведь я помнила, всё время помнила. Даже голос разума не смог удержать меня от ещё одного поспешного решения за сегодняшнюю ночь.

Я позволила опять себя целовать, и мне было всё равно, что будет завтра.

Наш поцелуй становился всё жарче и глубже, его язык терзал мой рот, нагло обследуя и толкаясь внутри, от чего мои ноги становились ватными, а внизу живота сводило сладкой судорогой желания.

Я чувствовала, что Иган сдерживает рычание, ему тяжело это даётся. Дракон, даже возбуждённый не даёт себе воли, ожидая от меня согласия.

Я была согласна, бесстыдно выгибалась, подставляя под поцелуи не только губы, но и своё тело, и не заметила, когда мою кожу сменила золотая чешуя, а острые когти оставили на плечах и спине Игана розовые полоски.

Генерал пошатнулся, я удивлённо открыла глаза, всматриваясь в изумрудные драконьи глаза на покрытом белой чешуёй лице Ашта.

Из горла генерала вырвался клокочущий рык, рот открылся, показывая острые клыки, которые могли поспорить с моими.

– Мояяя паррра, – прорычал дракон и цапнул меня за плечо вот этими самыми зубищами.

– Ай, – возмущённо, возбуждённо воскликнула я и тут же отомстила точно так же, цапнув его за плечо…

Мы посмотрели друг на друга.

– Иган, твой дракон?! – прошептала я.

– Я вернулся, – рыкнул Иган и, подхватив меня на руки так, что я пискнула, понёс меня вон из кабинета.

Глава 20

Вы думаете, была жаркая ночь и прекрасное утро?! Как бы не так!

Я поняла, почему драконы вымирают – потому что у них просто до безобразия правильные мужчины.

Пока я раскатала губу и прижималась к груди дракона, теперь уже точно настоящего дракона, он отнёс меня на кровать, потревожив спящего там майборока. Мне вообще иногда кажется, что это не моя кровать, а моего хрюкающего фамильяра.

Так вот, дракон аккуратно уложил меня на кровать, прикрыв одеялом, и целомудренно поцеловал в лоб:

– Алидари, назначай день нашей свадьбы. Завтра я еду в Ошмур, отвозить бандитов, и подам прошение императору о расторжении твоего брака со Стери. Его быстро одобрят, я постараюсь дёрнуть за все нужные ниточки…

– Что? – ошарашенно спросила я, не обращая внимания на ворчащего питомца.

– По бумагам ты чужая жена, Алидари. Я не буду пятнать твою честь. К концу недели ты будешь свободной драконицей и моей женой. Обещаю…

Ашта повернулся кругом и бодро вышел из моей комнаты… мне кажется, он даже что-то довольно бурчал себе под нос…

Я села, оглушённая его словами. Честь… замужняя… свадьба… Это он что, за меня всё решил?

Я рыкнула и сжала в руках Ластика, отчего тот, взвизгнув, и сбежал, бодро, стуча копытцами. Я тут же себя одёрнула. Мало ли чего я хочу – дракон знает этот мир лучше меня, а значит…

Я вздохнула.

А значит, Лида, ты просто успокоишь некстати проснувшееся либидо и будешь думать о работном доме, а не о медовых губах генерала Ашта, чтоб ему…

Я понимала, что генерал прав, что не дело вести себя вот так бесстыдно. Даже в нашем современном обществе меня бы строго осудили все подружки. Но как же раздражает ожидание!

Я упала на подушки и, прикрыв глаза, старалась успокоиться. Ластик понял, что когти спрятаны, и, запрыгнув на кровать, улёгся мне на ноги, забирая излишки бушующей внутри меня силы.

Его помощь неоценима. Ластик каким-то образом всегда знает, как мне нужно – или сбросить ненужное скопление силы, или, наоборот, подпитать высосанный лопатой источник.

Лопатой сейчас пользуются для восстановления магии гномы. И она стала отнимать всё больше и больше сил, словно тоже набирая мощь в обороте магии.

Лёжа с закрытыми глазами, я вновь и вновь прокручивала наш разговор с Ашта, каждый взгляд, каждое прикосновение. Краснела до корней волос, вспоминая своё дерзкое, почти бесстыдное поведение, и в то же время где-то глубоко внутри трепетала от восторга.

Никогда я не чувствовала себя такой… живой.

Это было похоже на чувства в юности: восторженное, пьянящее возбуждение, лёгкое головокружение от мысли, что всё это происходит наяву, и сладкое, томящее ожидание чуда – того самого, после которого мир переворачивается, и ты понимаешь, что вот оно, счастье.

Я запретила себе сомнения. Хватит, за эти недели я по полной этого наелась. Я хочу простого счастья.

Постепенно мои мысли перешли на более серьёзные темы, про которые я так пустоголово забыла.

Далорон Бахюст… Что ему было нужно от тётки? Почему после его прихода и ли ухода она умерла? Не Бахюст ли помог ей в этом? Бахюст – имечко, конечно, то ещё… Бахюст… Ахюст…

Я так резко подскочила с кровати, что Ластик с негодующим хрюканьем скатился на пол. Сна всё равно ни в одном глазу, а эта мысль не давала покоя.

Накинув на плечи лёгкую шаль, я босиком, крадучись, прошла в кабинет. В доме была тишина.

В кабинете пахло Ашта. Я поразилась тому, как хорошо мне стали даваться различия запахов, потом решила не отвлекаться от того, зачем я сюда пришла.

При свете осветительного артефакта отыскала на полке толстенный, в потрёпанном кожаном переплёте «Исторический справочник по фамилиям высших магических родов Империи» и быстро нашла упоминание про архимага Ахюста.

Вот почему эта фамилия меня так царапнула…

Но, может быть, это для меня открытие, а для всех остальных и так понятно, что Бахюст – это производная от Ахюста. И, может, я просто себе надумала, что Даларон имеет отношение к архимагу…

Но сейчас я ко всему должна относиться с подозрением. Тётка во что-то влезла, во что-то нехорошее. И это могло задеть и меня…

Я захлопнула книгу и вернулась в спальню. Лунный свет, пробиваясь сквозь ставни, ложился на пол серебристыми полосами.

В плече кольнуло болью. Я вспомнила, что дракон меня весьма немилосердно цапнул зубами. На нижней рубашке даже были видны парочка дырочек и капелька крови.

Я остановилась напротив большого зеркала в резной раме. Медленно стянула с одного плеча рубаху.

В призрачном свете луны на коже отчётливо проступили уже зажившие укусы.

От укусов морозными узорами расходилась замысловатая татуировка. Тончайшие линии сплетались в символы, которые я интуитивно понимала.

Он пометил меня. Да. И я его тоже.

Мы обменялись не просто укусами.

В животе потеплело. Золотинка внутри меня подтверждала – у дракона на плече теперь красуется такая же метка.

Получается, сейчас между нами стоит только Стери…

Уснуть сразу не удалось. Я долго ворочалась на постели, слушая, как за стенами поскрипывают половицы, как гудит в оконных щелях ветер, как Ластик, забравшийся на своё любимое место в моих ногах, сопит, иногда подёргивая копытцами. Мысли не давали уснуть: свадьба с Ашта, о которой лучше не мечтать – так это волнительно; Бахюст как напоминание, что наши проблемы не закончатся старшим Жегом и Сибиллой; страх за Агнеш и её будущего ребёнка – смогу ли я их защитить…

Утром я умылась ледяной водой из небольшого фаянсового тазика, вода забрала остатки сна. Я быстро переплела длинные волосы в тугую, привычную косу, оделась в простое серое платье без всяких украшений. Переживания – переживаниями, а работу никто не отменял.

В коридоре я почти столкнулась с Агнеш. Девушка стояла, прислонившись к стене, потирая поясницу, на лице её читалась усталость. Она была уже на шестом месяце, и если раньше беременность почти не была заметна, то сейчас, словно почувствовав относительную безопасность, ребёнок стал расти «как на дрожжах», округляя её некогда стройный стан.

– Тебе плохо? – с неподдельной тревогой спросила я, беря её за локоть. – Может, прилечь?

– Рия Алидари, – Агнеш виновато улыбнулась, – вчера я, как заснула после ужина, так только к утру проснулась. Проспала всё на свете. Тесто не поставила на пироги, какие вы любите…

– Ничего страшного, Агнеш, – я покачала головой, мягко, но настойчиво ведя её по коридору в сторону кухни. – Я же уже просила тебя: оставь тяжёлую работу другим девушкам. Они прекрасно справятся и без тебя.

– Вы… вы считаете, что я теперь плохо готовлю? – в её голосе прозвучала обида, а в глазах тут же блеснули слёзы. Ну, здрасти, приехали…

– Агнеш, – я остановилась и повернула её к себе, глядя прямо в наполненные страхом глаза, – никто и никогда не заменит тебя на кухне. Никто! Ты самая лучшая на свете стряпуха, но сейчас, – я осторожно положила ладонь на её округлившийся живот, – у тебя в животе растёт новая жизнь. И для неё нужен особый распорядок: вовремя спать, побольше отдыхать, гулять в саду, дышать свежим воздухом и ни в коем случае не поднимать тяжёлое.

– Спасибо, – она вытерла тыльной стороной ладони щёку, вроде бы успокоившись, но в её взгляде всё ещё читалась тревога. – Просто… не хочу я быть бесполезной, обузой для всех.

– Девушка, вынашивающая новую жизнь, не может быть бесполезной, – я обняла её за плечи и поцеловала в висок, чувствуя запах хлеба и ванили, который всегда витал вокруг неё. – Ты делаешь самое главное.

Завтрак, несмотря на отсутствие любимых пирогов, был обильным. На столе стояли миски с густой пшённой кашей, щедро сдобренной маслом, тарелка с варёными яйцами, у некоторых скорлупа уже была треснута, и свежий хлеб, который ломали руками, оставляя на досках крошки.

Рядом – плошки со сметаной и рассыпчатым творогом, солёные огурцы и миска квашеной капусты для бодрости.

Омлет с колбасой дымилась в общей сковороде, а в кружки разливали молоко и травяной взвар.

Еда была простой, но такой, что сил после неё хватало до самого обеда.

Но главным блюдом стали новости. Оказывается, ещё затемно, когда только-только занялась первая холодная полоска рассвета, Ашта и Кирж с двумя новенькими драконами забрали бандитов и уехали в Ошмур.

Меня это расстроило. Я хотела проводить генерала сама.

– Рия Алидари, мне нужно с вами поговорить после завтрака, – сказал Хрест.

Драконы переглянулись с серьёзными лицами, даже Торк, всегда говорливый, был задумчив.

– Я хотел рии Алидари показать куриц с цыплятами, вчера вывелись, – буркнул заспанный Крид. А этот, чего – не выспавшийся и злой.

– Давайте по порядку. Сначала дела, потом разговоры, риан Хрест.

Я понимала, о чём хочет поговорить огненный дракон. О том, как Ашта вернул себе суть зверя. И если я всё правильно поняла из вчерашнего, его дракона вытянула Золотинка… вернее, я. Всё не могу никак привыкнуть, что Золотинка – это и есть я. И это потому, что мы истинная пара.

– Лошадей пора бы на выгул выпустить, – всё не унимался ворчащий Крид, – сена у нас не бесконечно, драконовских-то кормить за так…

– А что сегодня строим? – бодро спросил Первый. – Стены ограды мы сегодня долатаем, ворота поставим, и пристройку для дров мы уже достроили. Там осталось только крышу покрыть, но пока материал не привезут, там делать нечего.

– Давайте на дом пока перейдёте, – сказала я гному, – окна поставите. Много проёмов просто досками забиты. Стекло привезли?

– Дороговато вышло, – вклинился Второй, – но стекло тут, в Ошмуре, отменное, не чета, конечно, гномскому…

Я фыркнула. Гномам только дай слово – всё людское и драконовское обсудят и придут к выводу, что гномское всё равно лучше.

– И кролям пора клети доделать, – опять проворчал Крид. – Самка приплод со дня на день нам даст, а клети нет. Убьёт кроль детишек-то.

– Хорошо, – не стала я спорить с Кридом, – Первый, выдели, пожалуйста, время на просьбы Крида, это тоже важно.

– Конечно, – тут же сказал гном, с опаской посматривая на тёмного фея.

Я заметила, что даже драконы к Криду относятся осторожно, словно к сахарному… Может, я чего-то не знаю?

– Никак едет кто-то, – встрепенулся тёмный, – пойду гляну.

Крид тут же улетел, осыпая пол пыльцой, что говорило: он чем-то расстроен.

– Да поставил я сторожевые заклинания, – тут же сказал Торк Хресту, – не знаю, как они их не потревожили.

– Рия Алидари! – послышался крик фея через пару минут.

В столовой все затихли переглядываясь. Ну что там опять…

Я с тоской посмотрела на свой почти нетронутый пышный омлет с золотистыми вкраплениями лука и колбасы и с решительным видом отставила тарелку. Покой нам только снился.

Не прошло и пары секунд, как в столовую влетел Крид. Его обычно бледное лицо было ещё белее, глаза горели тревогой, а тонкие крылья нервно подрагивали. На его серой рубахе у плеча, я заметила тёмное пятно.

– Рия Алидари! – его голос сорвался. – Там Сигас! Сигас Ребек! Он один… и он серьёзно ранен! Еле держится в седле!

Глава 21

Мужчины кинулись на улицу. За ними, переглядываясь, потянулась женская сторона нашего работного дома.

– Ох, что ж это делается? – причитала Агнеш.

– Только бы не твари, – сказала Зари, женщина, заменившая Сибиллу и работающая сейчас за прачкой. Женщина явно не из пустых, так как слабенькой магией владела и была небедная, но пошла следом за своим мужем, чтобы поддержать его в возвращении магии.

– Так, давно разломы закрылись, – сказала одна из дракониц-невест.

Мне вообще повезло с женской половиной работного дома. Девушки не привередливы, несклочные, словно вселенная решила мне после Сибиллы сделать послабление, дом без норовистых работниц.

– Не всех тварей сразу перебили, – сказала Зари.

– Не пугайте меня, – Агнеш схватилась за живот.

– Ну что ты, милая, – Зари тронула Агнеш за плечо. – У нас тут мужчины сильные, даже без магии не понаслышке знают, как с тварями биться. Дай богиня, всё обойдётся.

Мужчины уже сняли Сигаса с лошади и, подхватив его с четырёх сторон, понесли в дом.

– Лекарь нужен, – хмуро сказал Хрест, чуть оттянув меня в сторону. – Я Первого пошлю в Ошмур на леталке, пусть везут лекаря. Не выберется Ребек, даже старшая кровь не спасёт от ядовитых когтей тварей разломов.

– Всё-таки твари? – шёпотом спросила я.

– Да, риа Алидари. Нужно привести его в чувства и спросить, что случилось. Торк! – позвал друга Хрест.

– Я всё понял, – улыбчивый дракон сейчас был серьёзен. – Ловушки активирую, заклинаний добавлю. Но, Хрест… мы не выдюжим, если это то, что я…

– Просто делай, – рыкнул на друга Хрест и повернулся ко мне.

– Что вы не договариваете, риан Хрест?

– Судя по ранам, это стая.

Видимо, Хрест понял, что я не знаю, что такое стая, и тут же мне растолковал:

– Мелкие твари поодиночке – они не страшны, хоть и ядовиты. Но когда это стая… мы в опасности.

– Почему вы решили, что это стая?

– Ребеки не отбились, – сказал Хрест. – Они сильные, несмотря на то что пустые. Генерал любит, когда знает всё, что есть или кто есть в округе. Мы собрали информацию обо всех ваших соседях.

Я хмыкнула. Пока я страдала и занималась мелкими домашними делами, генерал времени не терял.

Женщины ушли убирать стол после завтрака. Хрест уговорил Первого лететь в город.

– Заодно и генерала привезёте, – напутствовал гнома огненный дракон. – Распишите ему ситуацию…

Гномы деловито осмотрели свой летательный аппарат, очень быстро погрузились в гондолу, и артефакт, отвечающий за полёт, застрекотал, распугивая летающих над работным домом птиц. Из гномов остался Второй и несколько его помощников.

– Мы тогда, риа Митроу, полдня с лопатой поработаем, а потом отдадим её драконам и будем фею помогать, что он там просил, – сказал гном.

– Да, хорошо, – кивнула я. – Он, наверное, на скотном дворе.

– Риа Алидари, пройдёмте немного по саду, – сказал Хрест.

– Как там Ребек? – спросила я.

– Зари ему раны промоет и перевяжет, опыт в этом у неё есть. А как он придёт в себя – нас позовёт.

Завязывая на голову косынку, вышла девушка, которая сейчас доит Кляпу. Я только сейчас поняла, что меня тревожило: рёв Кляпы… и мычание телёнка.

Девушка прошла мимо нас, а Хрест, подхватив меня под руку, потащил в сад. Что за тайны…

– Как у вас получилось вернуть зверя генералу?

– Разве он вам не рассказал?

– Без подробностей, – Хрест оставил мою руку в покое и посмотрел на гномов, которые усердно прокапывали землю вокруг деревьев сверкающей лопатой. – Говорил же, где копать.

Пока Хрест выговаривал гномам, что в саду копать не нужно, и показывал где нужно, я успела обобрать с одного куста вкусную ягоду. Называлась она лиличка, тёмно-бордовая, похожая на вишню, но со вкусом малины.

– Итак, как? – Хрест возник рядом так быстро, что я подскочила на месте.

– Я не могу сказать ничего нового, риан Хрест. Мы с генералом – истинная пара, как там у вас говорится. Самая лучшая партия, для сильного потомства и слияния магии.

– Значит, у нас есть шанс вернуть зверя, если мы найдём истинных?

– Я не буду утверждать, риан Хрест. Может, тут сыграло ещё то, что я высшая… Поэтому… – я пожала плечами.

– Риа Алидари, риан Хрест! Раненый очнулся и рвётся, еле-еле удерживают! – к нам подбежала испуганная Риси.

Мы переглянулись с Хрестом и побежали к дому. Я на ходу передала Риси половину торбочки с ягодами.

Ребека уложили в одной из свободных комнат. Раны ему Зари перевязала, замазала мелкие ранки какой-то пахучей мазью. Ребек пытался встать.

– Нужно в Ошмур! В Ошмур!

– Что происходит? – видимо, у Хреста был довольно значимый вид.

Сигас перестал вырываться и посмотрел на него.

– Дракон? Стая аринчи, сжирают всё на своём пути. Будут тут, наверное, к вечеру. За мной увязалась волна, я пытался сбить её с пути, вилял, насколько позволило состояние. Когда понял, что могу там и остаться, поскакал к Митроу. Нам говорили, что Алидари приютила немало новеньких за это время, и я надеялся найти помощь.

– Успокойся, мы выслали вестников за помощью, – твёрдо сказал дракон.

Из Сигаса словно вырвали стержень. Он упал на кровать и разрыдался. Было страшно смотреть, как взрослый сильный мужчина рыдает, как ребёнок.

– Никого не осталось, никого… Они напали ночью. Безднов Бахюст, это всё он, он…

– Стойте, – я остановила Хреста, который шёл за мной из комнаты, и, потеснив дракона, прошла к Ребеку. – Что ты сказал насчёт Бахюста?

– Это он виноват. Радуешься, Алидари… Я теперь такой же, как ты: нищий, без людей, без золота, безродный…

– Ты считаешь, что я могу радоваться чужой беде? – холодно посмотрела я на бледного мужчину, которого бил озноб. У Ребека начинался жар.

– Алидари… почему ты меня отвергла?

– Сигас, объясни, почему ты сказал о Бахюсте.

– Он… он приезжал, требовал продать ему артефакты рода, старые, бесполезные. Они в сокровищнице лежат… всегда лежали. Он сказал: не продадим – умрём. Угрожал нам. Отец погиб сразу после его приезда, потом он к брату приезжал… сказал, раз мы не хотим понимать разумную речь, он будет говорить по-другому. Я тогда не понял его… теперь понимаю.

– Какой ему резон убивать вас? Как он войдёт в сокровищницу? – что-то тут не сходилось.

Ребек рассмеялся хрипло, надрывно:

– Алидари, ты всегда была глупой. Неужели забыла, кто мы такие…

– Кто мы такие?

Хрест хотел подойти, что-то сказать, но я подняла руку, не давая ему прерывать Ребека.

– Мы всего лишь жалкие накопители, жалкие осколки. Наши предки продались за лживые слова архимага Ахюста, сдохли сами и лишили жизни нас, своих потомков. Мы всего лишь рабы…

Ребек уставился мутным взглядом в потолок:

– Пока зверь спит, мы живы. Но… он его разбудит, разбудит, и мы умрём все…

Да что это такое! Ребек говорил словами деда Скипи, и мне это совсем перестало нравиться.

– Что такое зверь? При чём здесь Бахюст и Ахюст?

Ребек бормотал что-то себе под нос.

– Риа Алидари, он бредит, у него жар, – сказал Хрест. – Пусть Зари напоит его отварами, ему нужно продержаться до прилёта лекаря.

Я сглотнула комок в горле и кивнула дракону.

– Хорошо, пойдём.

– Алидари, – Хрест вышел.

Я тоже переступала порог комнаты, когда Ребек на секунду пришёл в себя.

– Спрячь артефакты рода, Алидари. В них смерть всего мира.

Ребек бессильно упал на подушку и закрыл глаза.

Внутрь комнаты вошла Зари и закрыла дверь перед моим носом.

– Риа Алидари, – позвал меня Хрест. – Не думаю, что слова Ребека стоит воспринимать всерьёз, он бредит. Яд аринчи очень неприятный, он вызывает видения. А к нападению аринчи мы готовы. Магический защитник восстановлен, осталось только его зарядить, думаю, у вас с этим проблем не будет. Дом закроет купол защиты, но хватит его от силы на пару дней.

– Надеюсь, что за пару дней приедет Ашта и всех нас спасёт, – я слабо улыбнулась Хресту.

– Риа Алидари! – по коридору проскочил Сим. Глаза – огромные, почти задыхается от быстрого бега. – Меня Торк послал, сказал: кто-то по дороге едет в карете, дорогой.

Мы с Хрестом переглянулись.

– Что-то гости к нам зачастили? – нахмурился огненный дракон.

– Я думаю, что всё это как-то связано, риан Хрест, – сказала я.

– Я встречу гостей, – дракон пошёл по коридору в сторону выхода.

– Я подойду чуть позже, – крикнула ему в спину. Как же не вовремя эти гости…

Я сходила в свою комнату, умылась, привела себя в порядок, пока собирала ягоду, волосы порядком растрепались. Посмотрела на себя в зеркало, сделала самое надменное и высокомерное лицо, на какое только была способна.

Послышалось лошадиное ржание. Я вышла из комнаты, но не пошла сразу на улицу. Вошла в кабинет и открыла свою приходную книгу. Нужно посмотреть, кто пожаловал.

В строках отбывших значились драконы, которые уехали утром с генералом, Первый со своими братьями и… Крид!

Я всполошилась. Куда улетел Крид?!

И тут же сама себе ответила, куда. К феечке, которая его когда-то отвергла… Скорее всего, Крид, узнав, что у Ребеков всё плохо, полетел к ней на подмогу!

Ну Крид! Как же так?!

Я перевела взгляд на колонку прибывших и похолодела.

Гаур Стери, граф, огненный дракон, связанный. Далорон Бахюст, дракон тьмы, высший, связанный. Сибилла Нейл, ведьма, человек, связанная.

Наверное, пару секунд я пыталась осмыслить написанные моим почерком слова, потом медленно выдохнула:

– Вот тебе, бабушка, и Юрьев день. И что им всем нужно?

Ластик вился вокруг ног, только проснулся, соня, и насыщался магией, забирая у меня излишки.

– Пошли со мной, ты мне можешь пригодиться, – сказала я мелкому и, подхватив закряхтевшего майборока, пошла на выход.

Сердце ныло от переживаний за фея. Я привыкла к нему, я считаю его родным… Ну да, он фей, я драконица, но это не отменяет моего права называть Крида своим – пусть братом. Наглым, смешливым, едким, но своим, родным.

И Первый улетел, не пошлёшь вдогонку. И гости эти…

Компания весьма странная: бывший муж, герцог в розыске и Сибилла, которая только вчера от нас сбежала.

Нельзя забывать и того, что говорил Ребек. Хрест считает, что его слова бред от яда, но я так не думаю… Почему все, к кому приезжал Бахюст, умирали? Думаю, моя тётка тоже отказала ему и вот итог. И артефакты у нас имеются, только они и имеются в сокровищнице рода.

На крыльце толпились работные, вздыхала Агнеш, мальчишки держались поближе к подруге, как всегда стараясь её прикрыть и защитить.

А Хрест стоял возле кареты, чуть склонившись в поклоне, что неожиданно: огненный слишком гордый, чтобы склоняться в поклоне…

Я подошла ближе к карете, из которой вышел Стери и второй мужчина. Светловолосый, спесивый, с холодными рыбьими глазами, в которых сверкало презрение и брезгливость ко всему, что его сейчас окружало.

– И с ними ты не смог справиться, Стери? – услышала я голос светловолосого. Судя по всему, это и был заговорщик Бахюст Далорон, вестник смерти. – Он слаб и беспомощен.

Хрест хрипло дышал, и только подойдя чуть ближе, я поняла, что дракон старается вовсю, чтобы снять с себя какое-то заклинание, которое гнёт его к земле.

– Чернь, даже драконов нужно держать в узде. Гаур, ты меня разочаровал, – холодный, чуть шипящий голос пробирал до печёнок.

Хотелось повернуться и сбежать в свою комнату. Но… за моей спиной те, кто доверился мне, и даже Хрест ещё под моей крышей, а значит, за него отвечаю я.

– Что тут происходит? – спросила я, призывая себе на помощь всё самообладание и злость Золотинки, которая рвалась наружу показать этим уродам, что нельзя на моей земле никого обижать.

Стери повернулся ко мне раздражённо, а Бахюст – заинтересованно. Его взгляд словно старался пробраться внутрь меня, чтобы прибить к земле, как какую-то слабачку.

– Ваша светлость, это Алидари… – заискивающе сказал Стери. – Я сейчас же забираю её домой, как вы приказали.

– Алидари, уходи в дом, – прохрипел Хрест.

– Похвально, – хмыкнул Бахюст. – У тебя очень преданные слуги, Митроу.

Его взгляд не смог пробить мою защиту и проникнуть в мою голову, хотя очень старался. Бахюст заинтересованно осмотрел меня с ног до головы.

– Золотая…

– Я ещё раз спрашиваю, что здесь происходит? Кто вы такие и по какому праву вы врываетесь на мои земли и трогаете моих работных?

Я посмотрела на Хреста и пожелала, чтобы сила Бахюста не могла причинить ему вреда.

От меня волной прошлась золотистая магия, смывая тёмные путы, наложенные на Хреста. Огненный тут же выпрямился и хотел уже кинуться на наших гостей, но я не дала:

– Хрест, не нужно, иди в дом.

Видимо, что-то было в моём голосе: огненный не смог противиться моему приказу и нехотя пошёл к крыльцу, где собрался почти весь работный дом.

– Итак? – я повернулась к Бахюсту, игнорируя Стери, и впилась в него взглядом.

Как хорошо, что я взяла Ластика, иначе тут уже весь двор был залит бушующей молниями магией. Оказывается, я собственница. Мне не нравится, когда кто-то хозяйничает на моей земле. И это совсем не то же самое, когда хозяйничает генерал…

– Какая интересная золотая, – Бахюст подошёл ко мне очень близко. – Ты же знаешь, кто я, девочка?

– Рия Алидари Митроу, – отчеканила я твёрдо. – Вы мне никто, чтобы обращаться ко мне столь фамильярно. И я вас не знаю.

– Я твой хозяин, девочка, – прошелестел голос Бахюста. – Видишь ли, твои предки отдали моему предку всё. Нас связали клятвы, которые ты не в силах разорвать…