Текст книги "Мой книжный парень (ЛП)"

Автор книги: Д. Ц. Рени

сообщить о нарушении

Текущая страница: 9 (всего у книги 13 страниц)

Глава 25

Я была рассеянной весь день. Поцеловала Трэвиса… ну, забудьте об этом, я встречалась с ним. Как, черт возьми, и что произошло? Я иду на свидание со своим парнем сегодня вечером. И мне определенно нужно перестать думать о Бренте и как это повлияет на все наши отношения. Черт, мне нужно перестать думать о своем «периоде «Брент»». Нет, мне нужно выяснить, есть ли у Трэвиса яйца и сказал ли он Бренту о нас, потому что я собиралась это сделать.

Мы же все еще друзья, а? Не то, чтобы Брент будет переживать из-за того, с кем я начала встречаться. Он может быть шокирован тем, что Трэв делает все так быстро, но я абсолютно уверена, что будет стремно, потому что он может чувствовать себя третьим колесом. Мы же всегда были друзьями втроем, а сейчас… двое из нас идут на общее свидание. Как он это воспримет?

– Я не въезжаю, подруга, – крикнула Лорен из ванной, подкрашиваясь на свидание.

– Что именно? – Я рассказала ей все подробности с той минуты, как я пришла домой. Она продолжала мне твердить «замолчи». Ну, буквально, она сказала: «Заткнись. Нет, просто заткнись». И когда я закрыла рот, она бросила в меня подушками, начав требовать новые подробности. Женщины.

– Определись, красотка: мне заткнуться или болтать? – ответила я.

– Ой, ха-ха, очень смешно. Ты же знаешь, что я имею ввиду. Затем она отпустила бабские «о-о-х» и «а-а-х» и начала трепетать о том, как романтично все вышло. Да, наверное, так и было.

– Но почему ты расстроена то? – окликнула она.

– С чего ты взяла?

Она высунула голову в дверной проем ванны и метнула в меня острый взгляд, который яснее ясного говорил: «и какого черта ты спрашиваешь меня об этом?».

– Я просто… я не знаю.

– Это из-за Брента?» произнесла Лорен, выходя из ванной.

– А почему это сразу Брент? Блять, да. Брент, именно он.

– Я не знаю, может потому, что ты угрохала и на него все это время?

– Черт, он милый и сладкий. Но тогда почему он мне так нравится? Хотя… это все равно уже ничего не значит. У меня есть парень и я безумно влюблена, – я начал кидаться сарказмом, но это не может помешать мне не отказываться от оценивания других людей.

– Угу. Продолжай убеждать себя в этом, – ответила Лорен, причмокнув губками.

– Так, о'кей, может быть, я и беспокоюсь немного о том, как он все это воспримет.

– Я уверена, что не очень, – она сделала свой насмешливый голос.

– Что? – я не поняла, что она имела в виду.

– Ну ладно, давай растолкую. Смотри, чтобы ты сделала, если бы Трэвис и Брент каким-то чудом испытывали к тебе страсть и любовь, и сказали бы тебе все это в одно время? А потом попросили бы тебя выбрать одного из них? Кого бы ты выбрала?

– А как это связано с тем, как Брент примет мои отношения с Трэвом?

– А ну отвечай на вопрос!

– Тупой твой вопрос, Бренту я не нравлюсь.

– Тут условие «если ты нравишься им ОБОИМ».

– Но не по-настоящему. – Вообще, я была в шоке, что у Трэвиса есть ко мне что-то, но чтобы Брент тоже… нет.

– Ты же понимаешь, что когда не отвечаешь на определенный вопрос, все равно показываешь свой ответ тем или иным способом? – Она ухмыльнулась. Лорен, блять, ухмыльнулась.

– А вот и нет! – завизжала я.

– Окей, принцесса, я люблю тебя слишком сильно, чтобы спорить с тобой и не провернуть над тобой магию перед свиданием. Так что, просто забудь про Брента на сегодня, а? И марш собираться! – подруга чмокнула меня в щеку, а потом шлепнула по заднице.

Я последовала ее совету и направилась собираться. Все равно я не могу переживать о Бренте сегодня, ни за что на свете. Но я переживала.

Трэвис сводил меня на ужин, а потом мы отправились в парк. Да, в какой-то степени все это заезжанная пластинка, но мы провели чудесный вечер. Я видела такого парня, за которым можно только украдкой подглядывать. Он рассказал мне про свое детство и смешные истории подросткового времени. Мы говорили про школу и будущее, и все было идеальнее идеального. Мои чувства к нему усилились мгновенно за этот вечер, потому что я просто приняла себя, его и его чувства. И, конечно же, я чувствовала себя свободной с ним. А его взгляд? Он смотрел на меня так, будто я самое вкусное мороженое в мире и ему не терпится облизать меня. Вероятно, для него я была как самое восхитительное мороженое с самым вкусным топингом. Он мог бы пробовать меня всю ночь на пролет, а сахар во мне заставлял бы его продолжать и продолжать. Заряженный кролик – я уверена. Оу, да, он заставил меня попотеть.

Итак, к сожалению или нет, но единственный раз, когда я вспомнила про Брента – это тогда, когда Трэвис заговорил о нем.

– Думаю, он боится, что может потерять тебя как друга. – Произнес мой парень – серьезно? – за ужином.

– С чего бы?

– Без понятия. Я ему сказал о нас. Вроде, он был рад, но тут было что-то еще. Я не знаю, поговорю с ним завтра.

Я кивнула. Чёрт! Так и знала, что он не поймет.

А Трэвис быстро откинул ненужные мысли в сторонку, легонько чмокнул меня в губы и произнес:

– Не хмурься сегодня. Ты полностью моя, так давай насладимся этим.

И я наслаждалась всем вечером, без остатка.

* * *

Я написала Бренту с просьбой о встречи. Честно, он «мариновал» меня довольно долго, но все же ответил «конечно». И, поэтому, сейчас я дожидалась его снаружи его кампуса. Вообще-то, мы собирались встретиться в нашей кофейне, но я настолько перетрусила, что не заметила, как дошла до Брента.

– Хэй, что ты здесь делаешь? – спросил он, подходя ближе. Я была натянутой стрелой и не могла спрятать ту улыбку, которая всегда была на моем лице при встрече с ним.

Брент быстро обнял меня одновременно с моими словами «ну, я настолько нетерпеливая». Серьезно, это прозвучало отвратительно, но надеюсь, что он не услышал этого.

– Ну, что нового? – спросил он и начал двигаться в сторону кофейни.

– Ну, ничего особенного: я сдала тест, купила новые туфельки, снова. Мы с Трэвисом встречаемся. – Я попыталась это произнести так, будто это ничего не стоит и он уже слышал об этом сто раз.

– Значит, это правда, – он остановился и взглянул мне в глаза.

– Странно, а? Это просто вышло как-то само собой. Секунду назад я пыталась его свести с кем-то, а затем – бум! – и это я тот человек, с которым он сходится. Без понятия, но, эй, я не жалуюсь.

– Я люблю Трэвиса как брата, Ким. И я желаю ему счастья. И, слушай внимательно: он счастливчик. Он счастливчик, потому что у него есть ты, и ты хочешь быть только с ним. – сказал Брент, беря меня за руку. И он по-прежнему не отвел взгляд.

– Я… эм… ого. Спасибо.

– И ты мне не веришь, – прошептал он.

Нет. Нет, черт побери, не верю.

Брент просто продолжал сверлить меня взглядом:

– Ким, попытайся вбить мои слова в свою толстенную черепушку: любой парень, я имею в виду, вообще любой парень, будет счастлив, если ты будешь его. И я повторюсь: Трэв счастливчик, потому что он один из них.

Я разомкнула свои губы. Это не было с какой-то целью или показаться сексуальнее, и я не могла подвигать как-то руками или поправить волосы, потому что Брент все еще держал мои руки в своих, поэтому я приоткрыла губы. А затем я увидела, как его взгляд скользнул от моих глаз к губам. На мгновение я представила, что это Брент будет целовать их, раздвигая мои губы своими, что это его язык будет ласкать мой.

А потом я осознала, что это было все неправильно по тысячам и одной причине. Так что я слегка наклонилась, вывернула руки и уткнулась ему в грудь.

– Спасибо, – прошептала я, пытаясь не разреветься, а он обнял меня в ответ. – Спасибо за то, что я всегда чувствую себя особенной рядом с тобой. Ты один из моих лучших друзей. А я не смогу выдержать, если ты вдруг уйдешь от меня из-за всего, что происходит между Трэвом и мной.

– Я никуда не денусь, – ответил он.

– Хорошо, – заявила я. Это было хорошим заявлением. Серьезно.

Остаток прогулки мы провели как обычно: шутили, смеялись и мы флиртовали. Мы были такими же друзьями, как и два дня назад. Вроде бы, получалось.

Все было отлично.

Глава 26

Все было… ну, вообще-то, все было супер. Я собиралась подумать обо всем этом позже. Хотя зачем? Мы с Трэвисом встречались уже на протяжении нескольких недель, и все было чудесно. Он был новичком во всех этих «романтических» делах и учился медленно, гораздо медленнее, чем хотелось бы. Но было забавно наблюдать, как он возится со всем этим.

Иногда Трэв забывался и начинал говорить про то, как бы развел какую-нибудь простушку на случайный секс; тогда сразу начинал заикаться и оборачивался на меня с дикими глазами. Честно, я могла бы ревновать, если бы не видела его «Боже я правда сказал это вслух» лицо. В такие моменты все, о чем могла думать – это как не заржать во весь голос.

Однако в какой-то день я не выдержала, и смешок прорвался через мои губы.

– Эй, что смешного? – спросил Трэвис с красным, как переспелый томат, лицом.

Я еще раз хихикнула, и, немного успокоившись, обратилась к нему:

– Трэв, я в курсе твоего прошлого. Черт, да я даже видела что-то вот этими глазами, – ткнула указательным пальцем на свое лицо. – Конечно, это не означает, что я хочу говорить об этих вещах, как ты смог или нет устроить себе перепихон. Поэтому, работай над собой, но если бы это меня реально волновало, я бы не была здесь.

Вы могли бы подумать, что я буду больше ревновать, учитывая мое прошлое и неуверенность в его сторону, но Трэвис заставил меня чувствовать, что я единственная девушка в мире, даже когда он говорил о ком-то вскользь. То, как он на меня смотрел… уфф.

Вспоминая все время, проведенное вместе, понимала, что он смотрел на меня иногда так и раньше, но как не могла поверить в это тогда, так и не могу поверить в это сейчас. Наверно, потому, что я и не приглядывалась к Бренту, да и вообще не думала обо всех этих их взглядах.

– Боже, я люблю тебя, – Трэвис прервал мои размышления, наклонившись и поцеловав меня с такой страстью, что на секунду подумалось: «вот-вот загорюсь». Это было супер. Мы могли бы целоваться так, как будто никого вокруг это не волновало, но как только это все перерастало во что-то более серьезное, он сразу останавливался, тяжело дыша, говоря, что я особенная и мы не должны торопиться.

Банальщина!

Если бы я хотела «медленнее», то нашла бы себе священника, а не общеизвестного плейбоя. Он что, еще не догнал? Поэтому, когда он вновь отстранился, я схватила его, приблизив, обратно к себе, удерживая теперь за его особое место. Он охнул и снова попытался вырваться, но это было немного трудно (забавненько, ха?) пока я держала его.

– Ким, – он задыхался.

– М-м? – спросила я, поглаживая его, легко касаясь поцелуями уголков рта..

– Нужно прекратить.

– Что? Ну, я не думала об этом.

– Ким, пожалуйста, хватит. – О, его слова были умоляющими, но он не делал никаких действий на пути к отступлению.

– С чего это?

– Потому что… потому что я дико хочу тебя, и мог бы взорваться, но не уверен, что это поможет.

Я начала дразнить его:

– Хм, забавно, ибо, когда я проверяла в последний раз, это помогло. – Черт, все это было ужасно долго. Я не брала в руки своего мистера Каддлса уже сто лет. Ага, я назвала свой вибратор Мистер Каддлс. В конце – концов, он же в форме кролика. Кролики заставляли тебя думать о милых зайчиках, а они реально были милыми.

– Ким, прошу.

– Да, точно. Трэвис, прошу.

– Боже, ты меня убиваешь.

– Вообще-то, хочу помочь тебе, – я попыталась сделать мой голос соблазнительным, но услышала там дразнение.

– Ох, блять, пожалуйста, не говори такие вещи.

– Ты о чем? О, например, как я забавляюсь сама с собой и представляю тебя? Или, каждый раз, когда принимаю душ, мое тело влажное и скользкое, я представляю, как намыливаешь меня. – И, возможно, не должна говорить, как сильно и глубоко хочу тебя во мне… – блять, я – чертова секс-богиня в маскировке. Спасибо за такие слова моим фантастическим романам, а то не думаю, что смогла бы придумать все это сама. Я не утверждаю, что это все неправда, но у меня не получилось бы сказать все так красиво.

– Ким, – выдохнул он.

– Давай без промедлений, Трэв: к тебе или ко мне? – прошептала я напротив его губ. Как одержимый, он медленно кивнул, взял меня за руку и повел к своей машине. Значит, к нему; он был ближе, пойми их, ага. Едва мы переступили порог, как он вжал меня в стену, исследуя руками мою рубашку. Заметка: даже в приступе похоти и с дымкой вожделения проверяйте территорию. Я резко открыла глаза, едва услышав кашель. Сосед Трэвиса сидел на диване, толкая еще одного парня в бок. Эти два придурка уставились на нас как на живое порно. Что, вероятно всего, и было. Трэвис ощутил, как я напряглась под его прикосновением, и повернулся ко мне спиной.

– Эй, не отвлекайтесь на нас, окей? Мы просто наслаждаемся шоу.

– Какого, блять, хрена? – Лицо Трэвиса было забавным: смесь злости и растерянности.

– Привет, – из моей груди раздался писк.

Парни ответили в унисон «Хэй», махнув руками в приветствии.

– Думаю, мне следует пойти домой, – Трэвис медленно кивнул моим словам. Это было обломно, никак иначе. Но, увы, это было только первое несчастье в наших с Трэвисом попытках заняться сексом.

Три дня спустя, убедившись с соседом моего парня, что Трэвис будет вечером один, я решила взять идею из одного фильма и устроить сюрприз для Трэвиса. А знаете ли вы, как это тяжело: набраться храбрости, чтобы надеть крошечный комплект белья под одну только куртку? Ага, точно. Я это сделала. И вообще, вот, что я уяснила из всего этого: мой сюрприз был ужасным. Отвратительно неудобно бежать вверх по лестнице в тяжеленных ботинках с одними только лифчиком и трусиками под курткой. Я говорила такие слова, ступая на каждую ступеньку, за какие меня должны были отчислить из колледжа. В итоге, запуталась в своих собственных ногах. И вот он, мой сюрприз: валяется с больным локтем, который принял на себя весь мой вес, и перекрученными ногами. Не было круто позвонить своему парню и сказать: «Ох, хэй… я как бы у тебя на лестнице и мне немного нужна помощь. «Слава Богу, Трэвису хватило здравого смысла не рассмеяться. Ладно-ладно, ему хватило здравого смысла притвориться, что ему не смешно. Было стыдно идти к врачу через общежитие и территорию колледжа в мужских кофте и штанах.

Серьезно, я думаю, что врач посчитал нас жутко извращенными. Ну, или у него была мысль, что Трэвис поднимал на меня руку. Во всяком случае, от меня не укрылся его подавленный взгляд. Я вывихнула лодыжку и колено, плюс у меня было растяжение связок. Как? Не знаю, но мы, же говорим обо мне, не так ли? Так что, у меня были маленькие каникулы на неделю. Этого бы не случилось, если бы у меня было ярое желание о нашем первом сексе с Трэвисом с фиксирующей повязкой на локте. Но у меня не было.

Ну, а дальше было то время, когда Трэвис заснул, пока я прихорашивалась и готовила. Да, это заставляет девчонку чувствовать себя особенной. О, а как же то, что я отравилась, и меня бросало то в жар, то в холод? Идиотская, идиотская забегаловка! В жизни моя нога больше туда не ступит. Но я так любила их чертову пасту. И я даже не удивилась, когда месячные пришли на день раньше – ведь Вселенная ненавидит нас. Серьезно, у меня не было перерыва! Мы были прокляты. Даже Мать Природа не хотела, чтобы мы сделали это. А знаете, как самая отвратительная часть всего этого? Я думала о Бренте.

Что происходило, когда мы думали о встрече друг с другом? Я не должна была думать о нем, потому что: 1) Вселенная не должна была видеть, что моя внутренняя дама мучается, с кем ей быть, 2) это нечестно по отношению к Трэвису, и 3) между мной и Брентом ничего бы не было, даже если бы я не была вместе с Трэвисом.

Очевидно же, что Трэвис рассказал все о своих чувствах ко мне Бренету, а тот, если что-то и испытывает ко мне, то попытается завоевать меня? Или тоже признается Трэвису, и тогда я точно буду знать, что что-то случилось, да?

Тем более, все между мной и Брентом было прежним, замечательным. Ну, может, что-то было другим, но все же.

У нас с Трэвисом было негласное соглашение между друг другом, что мы не будем показывать свою любовь-морковь перед Брентом, так что все было как раньше. А мы с Трэвисом были Кивис. Нет. Хм, Трим. Упс. Крэв? Боже, наши имена звучали ужасно вместе. В любом случае, Трэвис с Брентом все также травили шуточки против меня. Я выставляла себя дурочкой, а они смеялись. И все было также хорошо, когда мы были наедине с Брентом. И да поможет мне Бог, но мне понравилось проводить время наедине с ним так же, как мне нравилось проводить время наедине с Трэвисом. Я рассуждаю так именно потому, что они были поровну моими друзьями, и с обоими мне было уютно. Разве что, у Трэва было право поцелуев. И не поймите меня неправильно, я любила быть с Трэвисом. Он был невероятным, и заботливым, и умным, и веселым, и чертовски милым и нежным. И он был таким аппетитным снаружи. У меня было сказочное чувство счастья, но и ложка вины здесь присутствовала. У меня все еще были чувства к Бренту.

Но, я думаю, они пройдут со временем.

Должны пройти.

Глава 27

Я была плохой девушкой. Ужасной, отвратительной девушкой, обманывая Трэвиса. Ну, не совсем уж «обманывая». Я бы не смогла так с ним поступить. Однако самые яркие сексуальные сны у меня были именно с Брентом, а не с Трэвом, поэтому теоретически я изменяла ему. Подсознательно, конечно, но все равно чувствовала себя сукой. И дело вовсе не в том, что я заботилась и думала о Бренте больше, нет. Я была без ума от Трэвиса, мне нравилось проводить с ним время. И когда мы были вместе, все уходило на второй план. Всегда, находясь рядом с ним, сходя с ума, ощущая дрожь в коленях, подкашивались ноги, и я была готова наброситься на него. Но почему у меня не получается отпустить своего лучшего друга?

И будто бы мечтание о Бренте итак не было стремным делом, я еще и назвала Трэвиса Брентом. Хвала небесам, это случилось не тогда, когда мы делали что-то «интересное», просто пыталась привлечь его внимание, пока он уставился в телевизор, и случайно назвала его Брентом. Глупое, идиотское подсознание. К счастью, Трэв не услышал меня, иначе пришлось бы несладко.

Он просто спросил: «Хэй, детка, ты что-то сказала?». Поэтому не придумав ничего лучше, кроме как подойти и поцеловать, пока его мозг не додумался, чье имя я все-таки произнесла.

Все это не мешало мне думать обо всех возможных оправданиях в свой адрес. Забавно, да, что после драки я начинала махать кулаками (и, опять же, слава Богу, что это было внутри моей черепушки)? Ну, в общем, так было всегда в таких «упс-я-не-хотела ситуациях»:

– Ой, я забыла, что мне надо лекции Брента.

– Брент не говорил, что он собирается прийти? Ой, он, наверно, не так понял…

– Я забыла перезвонить Бренту.

Все это было классными отговорками. Разумеется, мой взгляд мог быть не правдоподобным, но и здесь я придумала свои «защитные» фразы:

– Брент, ну, хотел, чтобы я купила ему мороженое.

– Брента вчера выперли с пары.

– Брент предупредил, что он хочет сменить пол завтра.

Мне было смешно от своих собственных тупых мыслей. А еще хотела бы знать: будут ли работать эти все отмазки с Трэвом так же, как и поцелуи? Что на счет превращения из парня в девчонку?

Я предупреждала, что была отвратительной подружкой, так ведь?

Ну, я мечтала о Бренте, называла своего парня именем его лучшего друга и почти целовала последнего.

Хорошая новость была в том, что не думала, что Брент понимал, что я делала. Блять, да я сама не понимала, что творила.

Трэвис проводил исследовательскую работу, Лорен была со своим парнем. Клянусь, я видела ее все меньше и меньше! По крайней мере, она всегда отвечала на мои звонки или смс-ки тогда, когда это было нужно. И я была уверена, что если попрошу ее бросить все дела ради моей ЧС – она это сделает. Но бывало, что вообще забывала о наличии лучшей подруги. И вот настал тот день, когда рядом не было ни Трэва, ни Лорен.

Поэтому, естественно, я пошла к Бренту. Он был обязан побыть со мной.

– Ну, что такое? – спросил парень сладко, когда мы встретились. Не было ничего плохого в этом. Я просто была не в настроении. Он сразу раскусил, что у меня не было настроение не из-за него или моих проблем, и от этого мне стало очень тепло внутри.

– Все пучком, я в порядке. Просто мы с тобой давно не виделись, а сейчас ты здесь, – я выдавила из себя улыбку. Мне сразу стало легче, увидев улыбку в ответ. Улыбнувшись еще раз, расслабился и вошел внутрь.

Спустя час, бесчисленное количество коробок китайской еды и половины бутылки вина для меня и трех бутылок пива для Брента, мы сели смотреть фильм и есть попкорн. О, это было почти свидание. Когда я в первый раз положила голову ему на плечо – он напрягся. Я сделала что-то не так? Мы с Лорен все время делаем так. А то, что он мужчина, не имеет разницы, да? Друг – это друг. Но что, если для меня это было сродни пыткам? Но не для Брента. Через минуту или около того я почувствовала, как он расслабился и даже обнял меня. Наверно, он ощущал себя старшим братом, который защищает свою маленькую сестренку, как в том дрянном боевике, который он выбрал, но мне было приятно. Я чувствовала комфорт и безопасность, и видимо даже то, что два моих парня могут выбить друг из друга мозги, не помешало мне уснуть. Знаю, я проснулась от чьей-то легкой ласки: кто-то гладил мои волосы. Мне было так хорошо и приятно, что сон снова забрал меня. И потом, когда я проснулась во второй раз, я поняла – моя голова лежала на коленях Брента. Сначала была смущена и не понимала, что происходит, но потом вспомнила, что мы смотрели фильм, а я даже не дошла до конца. Всмотрелась в Брента: его голова была откинут назад, губы слегка приоткрыты. По спокойному дыханию было очевидно, что он тоже уснул. Уверена, что ему было неудобно, но, будучи джентльменом, он не разбудил меня.

Я медленно поднялась, не желая спугнуть его. Брент пошевелился, но не проснулся. Я никогда не видела его таким. Никогда не видела, как он спит; он был таким уязвимым и милым. И вот Брент здесь, на моем диване, доверил мне свое подсознание. Он был так красив, что было почти больно на него смотреть, но я не могла перестать пялиться на него (не то, чтобы я хотела). Мне смутно припомнились его мягкие прикосновения и пальцы, проходящие через мои волосы. Он что-то ворчал в тот момент, но я слишком сладко ушла в сон, чтобы сейчас что-то вспомнить.

Сейчас мне кажется, что это было так интимно. И именно в таком роде мне и представлялись отношения. Трэвис заставлял меня чувствовать себя живой, страстной, сексуальной. А с Брентом же я была в безопасности, мне было комфортно; я ощущала себя красивой и ангелом. Они оба разные, но в чем-то схожи.

Голова Брента немного сдвинулась, но его глаза были зажмурены, а дыхание оставалось неизменным. Видно было, что ему не нравилась эта поза, поэтому я опустила руку к его щеке, поглаживая.

Просто не хочу напугать его, подумала я. Это было похоже на то, как моя мама будила меня из глубокого сна. Она всегда говорила, что просыпаться от нежного прикосновения было гораздо приятнее, чем от ощущения тряски и землетрясения. И она была права, но мне просто хотелось прикоснуться к нему. Еще раз.

– М-м-м, ты красавица, – прошептал он, как только моя рука достигла его щеки. Я успокоилась. Он и правда, сказал то, что сказал? Не то, чтобы он не расхваливал меня прежде, но именно сейчас эти слова значили больше. Он все еще спал, а эти слова, вероятнее всего, были адресованы кому-то из сна. Эгоистичная дамочка, сидящая внутри меня, хотела, чтобы это было про меня, но я знала, что это, вероятно, было не так. Но это и не означает, что я буду притворяться, что этого не было.

– Брент, – проговорила я тихо.

– Только ты, – прошептал он вновь. Я давно не спала уже, но закрыла глаза и представила, что он говорит это обо мне. И вот оно: мои губы были в считанных сантиметрах от него.

– Брент, – я произнесла его имя, но не намеревалась разбудить его снова. И что же вышло, а? Он начал просыпаться. Я отпрыгнула назад, как будто обожглась.

– Эй, что случилось? – спросил он, протирая в оцепенении ладонями лицо.

– Ну, глядя на тебя, я не могла сказать, что ты лежишь на перине, поэтому я решила тебя разбудить.

– Оу, – он выглядел немного разочарованным. Да, и он не единственный. Я на мгновение задумалась: а кто, черт подери, ему вообще снился? Кто заполонил его разум на эту ночь?

– Прости, я уснул, – сказал Брент.

Я фыркнула:

– Ага, я тоже, только мне не жаль. Мне было комфортно, а теперь надо, чтобы было комфортно тебе. Но, все равно – спасибо.

– Рад, что мои ноги были удобными, – меня растопила его искренность.

Мой телефон пиликнул, показывая сообщение от Трэвиса: он только возвращался домой после своей исследовательской работы и не хотел разбудить меня. О, да, я была чертовски отстойной девушкой.

В конце концов, никто не знал, какой сукой я была. Брент медленно поднялся, мы распрощались, и я заползла в постель. Мысли о том, что мне надо было родиться королевской сучкой, не покидали меня, а ведь это, обычно, в их стиле. Это не было честным по отношению к Трэвису.

Вы думаете, мне надо отпустить его? Или все станет только хуже?