Текст книги "Подменная невеста для офицера (СИ)"

Автор книги: Чарли Ви

сообщить о нарушении

Текущая страница: 7 (всего у книги 12 страниц)

Глава 24.

Глава 24.

* Руслан *

Она смотрела на меня, и в её глазах паника наконец-то начала отступать. Губы дрогнули в неуверенной улыбке, а вот у меня внутри всё ходило ходуном от бешенства.

Генерал, твою мать. Зажравшийся, кабинетный ублюдок. Меня до зубовного скрежета трясло от того, как Аня вжалась в стойку ресепшена, едва услышав его голос. Как побледнела и забормотала, что ей надо вернуться.

Куда вернуться? В ту казарму, где родной папаша ломает дочерей из-за собственной спеси. Этот старый хрыч реально думает, что можно просто рявкнуть в трубку, пригрозить связями, и я верну ему удобную пешку?

Хрен там. Я таких «хозяев жизни» навидался.

Я чуть сильнее сжал пальцы на её талии, прижимая Аню к себе. Маленькая, испуганная, напряжённая как струна. Захотелось просто заслонить её собой. Спрятать так, чтобы ни одна мразь из её прошлой жизни больше не смогла заставить её вот так трястись.

Теперь она моя.

И плевать, какое там имя вписано в свидетельство о браке. Бумажки я переоформлю, юристы всё решат. Главное – то, что есть сейчас.

За спиной громко зашипел гриль – сок капнул на раскалённые угли, и запахло жареным. В прямом смысле. Отличный повод сбросить напряжение.

– Кажется, план «А» всё-таки придётся осуществить первым, – хмыкнул я, выпуская её из рук. – Наш улов сгорит. Неси тарелки на улицу, я сейчас всё сниму.

Аня выдохнула уже спокойнее, без надрыва и послушно пошла на террасу.

Я быстро скинул золотистые стейки с решётки на блюдо, подхватил из холодильника бутылку белого сухого и вышел следом.

Аня уже расставила приборы и стояла у перил, глядя на океан. Ветер трепал её тёмные волосы. Я поставил рыбу на деревянный стол, быстро открыл вино.

– Падай, – я отодвинул плетёный стул. Налил ей полный бокал. – Давай. До дна необязательно, но для нервов надо.

Она села, обхватила ледяное стекло обеими руками и сделала жадный глоток. Я устроился напротив, кинул ей на тарелку самый большой кусок, плеснул сверху лимонного сока.

– Знаешь, – вдруг негромко сказала она, глядя в тарелку. – Я правда думала, что ты сдашь назад. С ним так... никто не разговаривает.

– Значит, я буду первым, – я отрезал кусок рыбы и отправил в рот. Отлично прожарилось. – Привыкай. Я свои решения не меняю и своё не отдаю. Ешь давай, добытчица. Иначе на рыбалку больше не пойдём.

Она наконец-то нормально улыбнулась. Взяла вилку, попробовала, и её лицо блаженно расслабилось.

– Очень вкусно.

Я смотрел, как она ест. Как уходит напряжение из плеч. И понимал, что этот отпуск нам никто не испортит. А генерал... Пусть генерал пока посидит на изжоге. Когда вернёмся – поговорим с ним по-взрослому.

* Аня *

Вкусная еда, два бокала ледяного вина и монотонный шум прибоя сделали своё дело – меня окончательно разморило. Страх перед отцом притупился, отошёл на задний план, надёжно спрятавшись за широкой спиной Руслана.

Когда солнце начало садиться, окрашивая воду в густые малиново-золотые тона, на террасе стало прохладнее. Я сидела, поджав под себя ноги на плетёном диванчике, и лениво наблюдала, как Руслан убирает со стола тарелки.

Это было так непривычно. В моём доме мужчины никогда не касались посуды. Для этого была мама или мы с сестрой, а отец считал быт чем-то унизительным. А Градов просто сгрузил всё в раковину, включил воду, и в этом простом, обыденном жесте было столько... нормальности.

Я невольно залюбовалась тем, как перекатываются мышцы на его спине, когда он двигается.

– Эй, – он вытер руки полотенцем и обернулся, поймав мой взгляд. – Ты чего там затихла? Уснула?

– Нет. Просто смотрю на тебя, – честно призналась я, чувствуя, как от выпитого вина и его внимания я стала чересчур откровенной.

Руслан хмыкнул, бросил полотенце на столешницу и неспешным шагом подошёл ко мне. Опёрся руками о подлокотники дивана, нависая надо мной и загораживая собой закатное небо.

– И как? Нравится то, что видишь? – в его голосе снова появились те самые низкие, хрипловатые нотки, от которых по коже побежали мурашки.

– Очень, – выдохнула я, сама пугаясь своей внезапной смелости.

Глаза Руслана опасно потемнели. Взгляд стал тяжёлым, голодным, от него внутри всё сжималось в сладком предвкушении. Он сел рядом и одним плавным движением притянул меня к себе на колени.

Я тихо ахнула, инстинктивно упираясь ладонями в его твёрдую грудь, но даже не попыталась отстраниться. Наоборот, пальцы сами скользнули вверх, к его шее, зарываясь в короткие жёсткие волосы.

– Ты помнишь, – его губы скользнули по моей щеке, обжигая дыханием чувствительную кожу на шее, – что я обещал сделать, когда мы покончим с рыбой?

– План «Б»? – шёпотом переспросила я. Сердце сорвалось в бешеный галоп.

– Именно. И я привык выполнять обещания.

Его ладонь легла на мой затылок, а губы уверенно прижались к моим. Он целовал жадно, откровенно показывая собственническое желание мужчины, который берёт своё. И, к собственному удивлению, я ответила ему с такой же отчаянной жадностью.

Все запреты, правила генеральской дочки и страхи исчезли. Я прижалась к нему всем телом, чувствуя, как его сильные горячие ладони скользят по моей спине, забираясь под тонкую ткань рубашки и обжигая кожу.

– Руслан... – судорожно выдохнула я, когда он вдруг подхватил меня на руки и легко поднялся с дивана.

– Тихо, Анюта, – хрипло отозвался он. – Наш медовый месяц в самом разгаре.

В спальне монотонно гудел кондиционер. Руслан опустил меня бережно и на секунду замер сверху, упираясь руками по обе стороны от моего лица.

От него пахло дымом от недавнего гриля, морской солью и немного лимоном. Этот простой запах почему-то бил по нервам сильнее любого парфюма. Он делал всё происходящее до одури реальным.

В полумраке комнаты его глаза казались совсем тёмными. Он тяжело дышал, на скулах ходили желваки – было видно, чего ему стоит сейчас этот контроль.

Я сама потянулась к краю его футболки. Потянула вверх, комкая ткань. Руслан глухо рыкнул, одним резким движением стянул её через голову и отшвырнул куда-то в темноту комнаты.

Раздевались мы суетливо. Пуговицы моей рубашки не желали расстёгиваться, Руслан тихо чертыхнулся, в итоге просто стянул её с моих плеч вместе с бретельками белья.Он был тяжёлым, большим и занимал собой всё пространство, но впервые в жизни эта сила меня не подавляла. Наоборот, она успокаивала и придавал уверенности.

И эта внезапная уверенность пьянила хлеще выпитого за ужином вина. Вдруг отчаянно захотелось не просто отдаться ему на милость, а самой вести, самой изучать этого мужчину, который сегодня так безапелляционно отгородил меня от всего мира.

Я скользнула ладонями по его разгорячённой груди и легонько толкнула. Руслан удивлённо приподнял бровь, но послушно поддался, перекатываясь на спину и утягивая меня за собой. Я оказалась сверху, перекинув ногу через его бёдра.

Мои пальцы, всё ещё немного дрожащие от собственной смелости, скользнули по его торсу. Я обводила подушечками рельеф мышц, задерживалась на старых, побелевших шрамах, чувствуя, как под кожей бьётся его пульс. Затем руки спустились к поясу шорт. Я потянула плотную ткань вниз, помогая ему избавиться от остатков одежды вместе с тёмными боксерами.

Руслан тяжело, судорожно сглотнул.

– Аня... – голос прозвучал сдавленно, с хрипотцой, больше похожий на рычание. – Ты играешь с огнём. Ещё пара минут таких ласк, и я не выдержу. У меня просто сорвёт тормоза.

Вместо того чтобы испугаться, я улыбнулась. Мне до одури нравилось это его состояние. Осознавать, что этот сильный, опасный, железобетонный мужчина, от одного взгляда которого люди впадают в ступор, сейчас буквально плавится под моими руками. Сходит с ума от моих неумелых касаний. Это дарило невероятное чувство абсолютной власти.

Я отбросила его вещи на пол. Мой взгляд скользнул ниже. Отбросив последние остатки стеснения, я робко прикоснулась к нему. Осторожно провела кончиками пальцев по головке, изучая, чувствуя, какой он твёрдый и горячий. Обхватила ладонью и медленно рукой провела вверх и вниз.

Руслан утробно застонал. Он запрокинул голову, обнажив напряжённую шею, на скулах заходили желваки. Каждое моё движение отдавалось мелкой дрожью в его теле.

Эта реакция придала мне ещё больше смелости. Я наклонилась, позволяя своим волосам скользнуть по его живот, и прикоснулась губами к гладкой головке. Осторожно, пробуя на вкус, дразня.

Но моя власть закончилась слишком быстро. Я успела сделать лишь пару движений губами, когда хвалёный армейский контроль Руслана окончательно треснул.

Сквозь зубы вырвалось глухое ругательство. Огромные, сильные руки перехватили меня за талию, и в следующую секунду мир перевернулся. Я даже пискнуть не успела, как оказалась вмятой лопатками в матрас, а Руслан снова навис сверху.

Он грубо стянул с меня трусики, развёл мои колени и вошёл одним резким, глубоким толчком, до самого основания.

Это было мощно. Быстро. Дико. Никакой нежности и долгих раскачек – только первобытная, жадная потребность. Я вскрикнула, выгибаясь навстречу его напору. Кровать отчаянно заскрипела, ударяясь изголовьем о стену, мой стон потонул в его поцелуе, и я окончательно потеряла связь с реальностью, растворяясь в этом сумасшедшем, сбивающем с ног ритме.

Глава 25.

Глава 25.

* Аня *

Прошло несколько дней. Время здесь, на острове, текло совершенно иначе, и мы с Русланом словно забыли о том, что где-то там, на материке, существует другая жизнь. Мы жили беззаботно, легко, отринув привычный нам обоим статус, роскошь и дорогие отели. Нам ничего этого было не нужно. Мы много гуляли по дикому побережью, купались до изнеможения, выходили в море на рыбалку на небольшой моторной яхте, которую Руслан взял в аренду. Мы просто были вместе.

Я чувствовала себя абсолютно, до одури счастливой. Думать о том, что ждёт нас по возвращении в реальный мир, совершенно не хотелось. Мы не сговаривались, но упорно обходили эту тему стороной, хотя каждый из нас прекрасно понимал, что дата обратного вылета неумолимо приближается.

Сейчас мы лениво валялись в кровати, которая за эти дни стала нашим настоящим уютным гнёздышком. Сколько здесь всего было... Сколько сумасшедшей, жадной любви, смеха и откровенных разговоров в полутьме.

Я лежала полуобнажённая, разомлевшая от утреннего солнца, и лениво водила кончиками пальцев по широкому плечу Руслана. В голове яркими вспышками проносились фрагменты вчерашней ночи. С ним я стала совершенно другой – смелой, раскованной. Он так часто повторял, что я красива, с таким восхищением смотрел на меня каждую секунду, что я, кажется, наконец-то сама в это поверила.

От обилия солнца моя кожа приобрела ровный золотисто-тёмный загар, тёмные, слегка выгоревшие волосы от влажного морского воздуха слегка вились, спадая на плечи небрежными волнами. То ли природа, море и отдых так на меня повлияли, то ли слова Руслана и то, как он меня любил, но, глядя в зеркало, я себя не узнавала. Вместо зажатой, вечно серьёзной и правильной генеральской дочки на меня смотрела уверенная в себе, расслабленная и по-настоящему привлекательная женщина. Как всё-таки важно, чтобы человека просто любили, – пронеслось в голове.

Руслан вдруг прижал меня к себе сильнее, оставил тёплый поцелуй на моей щеке и нехотя перевернулся на спину, закидывая одну руку за голову.

– Не хочу уезжать с острова, – вдруг произнёс он, глядя в потолок.

Я тихо рассмеялась, устраивая подбородок на его груди.

– Готов бросить свою карьеру и богатую сытую жизнь ради моря и солнца?

– Не только ради этого, – он скосил на меня глаза. – Ради тебя тоже.

Я улыбнулась, потянулась и оставила лёгкий поцелуй на его ключице.

– Я бы тоже с радостью осталась здесь, Руслан. Но у меня мой проект, команда... Я и так в конец обнаглела. До сих пор ни разу не позвонила ребятам и не узнала, как у них идут дела, пока я тут прохлаждаюсь.

– А что за проект? – с искренним интересом спросил он.

И я начала рассказывать. Сама не заметила, как увлеклась. Я так загорелась идеей, что даже села на кровати в позу лотоса, активно жестикулируя. На мне были только кружевные трусики, но я совершенно не стеснялась сидеть перед ним с голой грудью. Наоборот, мне безумно нравилось то, каким потемневшим, жадным взглядом он скользит по моему телу, пока я распинаюсь о графиках, дедлайнах и креативных решениях моей команды.

Руслан лежал, слушал внимательно не перебивая. Одна его рука всё так же покоилась под головой, а второй он медленно, успокаивающе поглаживал моё колено.

– А разве твоей команде так принципиально важно, где именно работать? – вдруг спросил он, когда я сделала паузу, чтобы перевести дух.

Я на секунду задумалась и покачала головой:

– В общем-то, нет. Главное – результат и стабильный интернет.

– Ну так значит, мы можем привезти их всех сюда, – просто пожал плечами Руслан, словно речь шла о покупке кофе, а не о релокации целого отдела. – Снимем им виллу под офис. Или можешь спокойно работать удалённо. В чём проблема?

Я немного опешила от такого размаха. Но внутри тут же проснулся тот самый противный, реалистичный голосок, который никогда не давал мне окончательно расслабиться.

– Руслан, это нам сейчас здесь так хорошо, – со вздохом ответила я, накрывая его ладонь на своём колене. – Нам кажется, что лучше этого места уже не придумаешь. А стоит пожить здесь месяц-другой в рутине, и мы просто перестанем замечать и это солнце, и этот океан. Всё станет обыденным. Привычным. А я не хочу, чтобы мне всё это приелось.

Он внимательно посмотрел мне в глаза.

– То есть, ты хочешь вернуться?

– Не то чтобы хочу... – я замялась, подбирая слова. – Но есть такое слово – «надо». Обязанности, реальная жизнь.

Брови Руслана сурово сошлись на переносице.

– Человек сам решает, как ему жить, Аня. И кому он что должен. Слова «надо» не существует, если это идёт вразрез с тем, чего ты на самом деле хочешь.

Повисла пауза. Тот самый разговор о будущем, которого мы так старательно избегали все эти дни, всё-таки настиг нас, ворвавшись в залитую солнцем спальню. Руслан сел, оказываясь со мной на одном уровне, взял обе мои руки в свои.

– Давай начистоту, – негромко произнёс он. – Чего ты хочешь после того, как мы вернёмся?

Я смотрела в его тёмные глаза и понимала, что отмалчиваться больше нельзя. Да и не хотелось. С Русланом всё было настолько по-настоящему, что любые недомолвки казались фальшью.

Я сделала глубокий вдох, собираясь с мыслями.

– Я хочу независимости, – ответила я, не отводя взгляда. – Хочу развивать свой проект, работать со своей командой и не зависеть от отцовских денег или его одобрения. И... я совершенно точно не хочу возвращаться в его дом. Не хочу больше быть удобной куклой, которую можно просто впихнуть в чужое свадебное платье и отправить к алтарю вместо сбежавшей сестры, только бы не отменять церемонию и не портить идеальную генеральскую репутацию.

Я замолчала на секунду, чувствуя, как колотится сердце, а затем добавила главное:

– И я хочу быть с тобой, Руслан. Не здесь, прячась от реальности на острове. А там, в обычной жизни. Со всеми её проблемами и рутиной.

Губы Руслана дрогнули в едва заметной, довольной усмешке. Напряжение, которое до этого момента всё же витало в воздухе, мгновенно испарилось. Он поднёс мои ладони к своему лицу и по очереди поцеловал, не сводя с меня потемневшего взгляда.

– Это всё, что я хотел услышать, – произнёс он. – Значит, план такой. Мы прилетаем в город, и ты едешь ко мне. Никаких заездов к отцу, никаких попыток «просто поговорить и всё объяснить». Вещи заберём позже или вообще купим новые. Ты будешь жить со мной.

– Руслан... – я невольно прикусила губу, чувствуя укол старого страха. – Отец будет в ярости. Он так просто это не проглотит. Подменить дочь на свадьбе для красивой картинки – это одно, а то, что муж одной дочери разведется и женится на другой – это удар по его эго. Ты знаешь, какая у него власть. Он может попытаться сломать тебе карьеру, натравить проверки...Тем более после твоего ответа.

– Плевать я хотел на его связи и обиды, – Градов пренебрежительно дёрнул плечом. – Пусть бесится. Ань, я давно вырос из того возраста, когда меня можно было напугать генеральским рыком. Я офицер, а не штабной мальчик на побегушках. За мной мои люди, мой отдел и репутация, которую твой отец не перешибёт, даже если очень захочет. Ему придётся смириться с тем, что ты – моя жена. А сунется – зубы обломает. Я это обеспечу.

От его ровного, железобетонного тона липкий страх начал быстро отступать. Рядом с ним я действительно чувствовала себя как за каменной стеной. Но один вопрос всё равно зудел внутри.

– А ты? – я чуть склонила голову, внимательно изучая его лицо. – Мы ведь даже толком не обсуждали... всю эту ситуацию. Ты ведь должен был жениться на моей сестре. Я была просто декорацией, чтобы спасти праздник. Тебе не кажется, что всё это... неправильно? Вдруг ты просто увлёкся этой игрой?

Руслан тихо рассмеялся. Подался вперёд и, обхватив моё лицо большими ладонями, заставил смотреть прямо ему в глаза.

– Игрой? – его голос звучал низко, вибрируя где-то в груди. – Анюта, это лучшее, что могло случиться на той дурацкой церемонии. Если честно, я безумно благодарен твоей сестре за то, что у неё хватило мозгов сбежать. Если бы твой отец не додумался вытолкнуть тебя к алтарю, я бы, наверное, сам свернул эту свадьбу. Я ничего не делаю просто так. И уж точно не впускаю в свой дом женщин из чувства долга или из-за путаницы с невестами. Я собственник. И если я забрал своё – я это уже не отдам. Так что привыкай. Твоя правильная жизнь по чужой указке закончилась.

Я смотрела на него, чувствуя, как внутри разливается горячее тепло, вытесняя последние остатки тревоги.

– Значит, план «Б» продолжается? – одними губами улыбнулась я.

– План «Б» переходит в постоянный режим, – прорычал он, резко притягивая меня к себе и накрывая мои губы поцелуем, в котором больше не было ни капли неопределённости. Только уверенность мужчины, который точно знает, чего хочет. И кого.

Он целовал жадно, собственнически, стирая все мысли. Я выдохнула, отвечая с такой же отчаянной отдачей, когда эту идеальную, залитую утренним солнцем тишину разрезал деликатный стук во входную дверь нашего домика.

Мы оба замерли.

– Кого там принесло? – глухо рыкнул Руслан, сжав челюсти. – Я же просил нас не беспокоить.

Стук повторился. Градов тяжело выдохнул, нехотя выпустил меня из объятий и, быстро натянув шорты, направился к выходу.

Я счастливо улыбнулась, потянулась на смятых простынях и, накинув его рубашку, пошла следом в гостиную.

На пороге стоял улыбающийся сотрудник отеля, а рядом с ним на тележке высились... наши дорожные сумки.

Моя улыбка медленно сползла с лица.

Сумки были грязными, поцарапанными, местами в разводах от морской воды и пыли, но это совершенно точно были наши вещи. Те самые, которые остались на другом конце побережья, в шикарном отеле, разрушенном ураганом неделю назад.

– Прошу прощения за беспокойство, мистер Градов, – вежливо произнёс сотрудник. – Спасательные бригады наконец-то разобрали левое крыло разрушенного резорта. Это уцелевшие вещи из вашего номера. Те, что они смогли найти и спасти.

Я подошла ближе, чувствуя странный холодок. Наш беззаботный островной пузырь лопнул – реальность всё-таки просочилась сюда вместе с этими вещами.

– Спасибо, – сухо кивнул Руслан.

А я со страхом смотрела на чёрный металлический прямоугольник в руках сотрудника – мой телефон, который чудом уцелел после урагана.

Глава 26.

Глава 26.

* Аня *

Я несмело протянула руку и забрала у сотрудника свой телефон. Чёрный металлический прямоугольник непривычно холодил ладонь, казался чем-то чужеродным, опасным артефактом из прошлой жизни, от которой мы так старательно отгораживались всё это время.

Как только за работником отеля закрылась входная дверь, я затаила дыхание и зажала кнопку питания сбоку. Экран мигнул, засветился белым яблоком, и система начала медленно загружаться. Сеть поймалась почти сразу – в верхнем углу появились заветные полоски связи. Но телефон молчал. Ни пропущенных звонков, ни СМС.

Я шумно выдохнула, чувствуя, как отпускает болезненный спазм в груди. Я так боялась весточки от сестры. Ведь всегда, всю мою жизнь безотказно работал этот проклятый закон подлости: именно когда ты не ждёшь подвоха, или когда тебе по-настоящему, до головокружения хорошо – обязательно происходит что-нибудь плохое. Обязательно прилетает удар в спину. Но телефон молчал.

Руслан тем временем закатил наши испачканные чемоданы внутрь, небрежно оставил их прямо у порога и, подойдя ко мне, обнял за талию, увлекая обратно в спальню.

– Почему ты так напряглась? – тихо спросил он, останавливая меня у кровати и внимательно заглядывая в лицо. Его большие ладони успокаивающе поглаживали мои плечи. – Чего боишься, Анюта?

Я заставила себя расслабиться. Положила телефон на тумбочку и искренне улыбнулась, глядя в его тёмные глаза.

– Ничего такого, правда. Просто... отвыкла от цивилизации. Показалось, что сейчас всё наше спокойствие разрушится.

– Никто ничего не разрушит, – уверенно произнёс он, оставляя лёгкий поцелуй на моём виске.

Мы снова вернулись в кровать, путаясь в простынях. Уютно устроившись под боком у Градова, чувствуя щекой горячую кожу его плеча, я машинально потянулась к тумбочке, взяла телефон, смахнула шторку на экране и нажала на значок Wi-Fi. Я уже и забыла, когда в последний раз держала мобильный в руках – настолько глубоко я растворилась в Руслане, в наших разговорах и сумасшедших ночах, что даже не вспоминала о существовании внешнего мира.

Телефон на секунду завис, словно переваривая поток данных. А затем буквально взорвался.

В мессенджеры лавиной посыпались уведомления. Аппарат завибрировал в руках как сумасшедший, звуки десятков сообщений слились в один непрерывный гул. Я замерла, чувствуя, как холодеют кончики пальцев. Со страхом снова отодвинула шторку вниз и среди кучи новостей, спама и рабочих писем в рабочем чате увидела их. Сообщения от Яны.

Пальцы предательски дрогнули, когда я открыла мессенджер.

«Привет, сестрёнка! Ты, наверное, в шоке от того, что случилось. Но я тебе сейчас всё объясню» , – гласило текстовое сообщение. Стояла отметка: отправлено 4 дня назад.

А следом висело длинное аудиосообщение.

Моё сердце забилось где-то в горле. Я сама не понимая зачем, дрожащим пальцем нажала на иконку воспроизведения, и тишину залитой солнцем спальни разорвал бодрый, весёлый голос сестры:

– Анька, я такая дура! Ты не поверишь. Вернее, не я дура, а мой парень... ну, теперь уже бывший парень. Оказался таким конченым чмом! Я ведь ради него со свадьбы сбежала, всё бросила. Мы улетели в Милан, думали, начнём новую жизнь... И что ты думаешь? Он меня бросил. Просто бросил! Сбежал рано утром, пока я спала, даже не оплатил номер в отеле! Мне пришлось самой за всё платить, а у меня с собой только моя кредитка была, которую отец заблокировать не успел. Теперь я ещё и в долгах как в шелках. Кое-как, на перекладных добралась до дома. Сейчас отмокаю в ванной, пью вино и прихожу в себя.

Я перестала дышать. Голос сестры заполнял собой всю комнату. Каждое её слово было пропитано таким махровым эгоизмом и непониманием масштабов того, что она натворила, что мне стало физически тошно.

– Не знаю, что это было, – продолжала вещать Яна из динамика, шумно вздыхая. – Что за наваждение такое... Вообще не понимаю, как я могла моего Руслана променять на этого пустоголового качка! Разве он мог бы так со мной поступить? Конечно нет. Руслан – настоящий мужчина. Каменная стена...

Я медленно подняла голову и посмотрела Руслану в глаза. Вся его недавняя расслабленность исчезла без следа. Лицо окаменело, желваки на скулах нервно и резко дёрнулись.

– Выключи, – процедил он сквозь зубы. Его голос звучал глухо. – Мне плевать, что она там себе придумала. Выключи это, Аня, – жёстко повторил он, потянувшись к моему телефону.

Но я словно оцепенела. Пальцы намертво вцепились в гладкий корпус смартфона, не давая ему нажать на паузу. Я должна была дослушать это до конца. И Руслан, увидев моё побледневшее лицо только тяжело, со свистом втянул воздух сквозь стиснутые зубы.

А Яна из динамика уже щебетала дальше, переходя к самому главному:

– Вообще, спасибо тебе огромное, Ань, что выручила! Если бы ты меня не подменила, отец бы меня просто со свету сжил. А так – свадьба состоялась, для прессы картинка идеальная, скандала нет. Надеюсь, Руслан в той суматохе и под плотной фатой до сих пор не догадывается, что в ЗАГСе была не я. Вы же там наверняка разъехались сразу по разным номерам. В общем... Как вернешься назад – поменяемся обратно! Никто и разницы не заметит. Спасибо, сестрёнка! Напиши мне, если сможешь. Ну, а если не сможешь – при встрече поболтаем. Целую!

Аудиосообщение закончилось коротким звуковым сигналом.

В спальне повисла такая тяжёлая, оглушительная тишина, что, казалось, ее можно было резать ножом. Даже шум прибоя за окном будто стих.

Я сидела на кровати, чувствуя себя так, словно меня с размаху окатили ледяной водой. «Поменяемся обратно». Как будто мы какие-то платья в магазине. Как будто все эти дни, эти ночи на острове, слова Руслана, наши признания – всё это можно просто стереть, потому что идеальная сестра решила вернуться на своё законное место.

Я посмотрела на Руслана.

Его лицо было страшным. Тёмные глаза сузились, превратившись в две ледяные щели, а на шее вздулась вена. Он смотрел на потухший экран моего телефона с таким неприкрытым бешенством, что мне стало не по себе.

– Она думает... – прошептала, сглотнула и попыталась снова: – Она думает, что ты не знаешь. И что мы просто... поменяемся.

Руслан вдруг резко подался вперёд, забрал телефон из моих пальцев, бросил его куда-то на край кровати и обеими руками обхватил моё лицо.

– Послушай меня очень внимательно, – его голос звучал низко, вибрируя от сдерживаемой ярости, но эта ярость предназначалась не мне. – Твоя сестра может фантазировать о чём угодно. Хоть о возвращении, хоть о том, что я слепой идиот, который не отличит женщину, которую хочет, от избалованной пустышки.

Он придвинулся ближе, так, что наши лбы почти соприкоснулись.

– Я уже сказал тебе сегодня: я ничего не отдаю. И никого ни на кого менять не собираюсь. Ты – моя жена, Аня. Моя. А если твоя сестра или твой отец попробуют в это влезть... они сильно пожалеют. Поняла меня?

– По документам она твоя жена, – глухо отозвалась я. – И если она передумала насчёт тебя, то вряд ли просто так согласится на развод. Уж я-то свою сестру знаю.