Текст книги "Доктор, хочу от вас дочь! (СИ)"
Автор книги: Чарли Маар
сообщить о нарушении
Текущая страница: 2 (всего у книги 8 страниц)
Глава 5
Очень неожиданно
Сашка
– Зачем вы… ты взял мой телефон⁈ – вспыхиваю, отобрав у Бурдаева мобильник.
Затем потираю пальцами заспанные глаза и с ужасом понимаю, что у меня щека мокрая – слюни текли, пока я спала!
– Он упал на пол. Я просто поднял, – выгибает бровь Бурдаев. – Мне нет дела до твоего телефона.
– А что ты тогда здесь делаешь?
М-да, дурацкий вопрос, учитывая тот факт, что мы всё ещё на работе.
– Сдавай смену и езжай домой спать. Я зашёл забрать карточки, – он поднимает вверх медицинские бланки. – Не забудь, что завтра опять в ночь.
– Да… Я помню.
И снова этот взгляд.
Чего он без конца меня рассматривает? Ещё так пристально, аж зубы сводит!
Он не думал, что я свяжу свою жизнь с медициной…
Наверное, был бы на седьмом небе от счастья, если бы я нашла какого-нибудь папика. Он ведь так думал про нас с мамой, что мы приживалки.
И как после ночной смены ему удаётся выглядеть настолько превосходно⁈ Это просто несправедливо!
– Ты так и будешь здесь стоять?
– Всё, Шур, ухожу, – хмыкает Бурдаев и шагает к двери.
Да он издевается!
– Слюни вытри со щеки, – подмигивает, после чего выходит за дверь.
Что за… Это невыносимо!
Снова вспыхиваю, как фитиль, погруженный в керосин.
Он что, поставил перед собой цель довести меня до такого состояния, чтобы я взорвалась от ярости⁈
Стараясь заткнуть в себе мысли об Игоре и прогнать эмоции, которые он во мне вызывает, я умываюсь, быстро сдаю смену и собираюсь домой.
Несколько часов на сон, потом душ и поеду к ма. Иначе она меня с потрохами сожрёт за то, что я так долго не приезжаю.
Собираюсь ли я рассказывать ей про Игоря? Конечно, нет! Мама так сильно переживала расставание с Юрием. Не хочу ковырять старые раны. Ей будет спокойнее, да и мне тоже, если мама не будет знать, что Бурдаев теперь мой начальник.
Отсыпаюсь я гораздо дольше, чем запланировала. Когда открываю глаза, время уже три часа дня. Наспех принимаю душ и надеваю чистую одежду, чтобы доехать до мамы.
Ма живёт в частном доме. Она купила небольшой – это мечта, которой я помогаю сбыться, выплачивая часть ипотеки. Мне досталась квартира от бабушки. Маленькая, но вполне уютная. В общем, жаловаться не на что.
Предварительно купив в магазине орехи, фрукты, мед и несколько видов сыров, прыгаю в такси и уже через тридцать минут подъезжаю к маминому дому. Заранее ей не звоню. Хочу устроить небольшой сюрприз.
Недалеко, возле дерева, замечаю припарковнную машину, но не придав ей особого значения, взбегаю на крыльцо и стучу в дверь.
Грохот, который раздаётся за закрытыми дверями, настораживает. Там как будто война началась…
Я непроизвольно оглядываюсь. Затем пытаюсь заглянуть в окно, но ничего не видно.
Сколько раз приезжала к ма, у неё никогда не было гостей. А тут шум какой-то. А вдруг в дом кто-то забрался?
На всякий случай, взяв с земли большую балку, подхожу к двери снова и достаю запасной ключ из под коврика на крыльце.
Обычно я всегда стучу, но ключ ма положила на крайний случай. Мало ли – надо будет срочно зайти в дом!
Вот, видимо, сейчас как раз крайний случай!
Сую ключ в замок и в этот момент дверь распахивается. На пороге появляется мама с растерянным выражением лица, растрепанными волосами и халатом, надетым наизнанку.
Как-то поздновато или наоборот рановато, чтобы лежать в постели…
– Дочь! – восклицает мама, криво улыбнувшись и выпучив глаза на балку у меня в руках. – А ты что тут делаешь⁈ И зачем тебе эта штуковина⁈
Глава 6
Бешеные голуби
Сашка
– Вот, в гости к тебе приехала, – с подозрением смотрю на маму, опустив балку и кинув её на землю. – Сюрприз, как говорится!
Ма смущённо и нервно хихикает, почему-то бросив взгляд себе за спину.
– Я не ожидала, что ты приедешь!
– Может, мне уехать? Если ты занята или… не свободна, я могу заехать в какой-нибудь другой день, – осторожно намекаю, но мама только вспыхивает и сильнее запахивает халат.
– Нет-нет, проходи! Ну чем я могу быть занята? Что ты такое говоришь⁈ К тому же я тебя и так редко вижу! – отступив от порога, мама пропускает меня внутрь.
Я передаю ей пакет с купленными продуктами. Невольно оглядываюсь, так как поведение мамы кажется мне странным. Я больше, чем уверена, что у неё гости. Причём такие гости, а вероятнее гость, о котором она не хочет сообщать мне.
– Садись за стол. Сейчас я накрою. Чай разогрею. Ты голодная? – как обычно ма начинает суетиться, только сегодня эту суетность можно умножить на миллион процентов.
Из-за панически-хаотичных движений, она роняет то стакан, то нож, то бедром сшибает стул, и каждый раз косится на меня, криво улыбаясь.
– Я дома поела. Сейчас бы просто чай попила.
– Ну, чай так чай! – восклицает как-то уж больно восклицательно. – Рассказывай… Как твои дела? Что нового на работе?
Я пожимаю плечами.
Про Игоря я уже решила не говорить.
– Да ничего особенного. Двух медсестер уволили, так что придётся временно работать в две смены. У тебя, кстати, халат наизнанку надет.
– Ой и правда! Чего это я? – густо покраснев, ма переодевает халат и приглаживает растрепанные волосы, что в целом не помогает, так как причёска у неё сейчас такая, словно она с парашютом спрыгнула. – Ну, ты говорила, у вас новый зав отделением? Понравился тебе, или прошлый был лучше?
Как тут сказать…
В плане работы, Бурдаев, конечно, профессионал от бога. Но тот факт, что это именно Бурдаев мешает мне даже мысленно соглашаться с собственным комплиментом в его сторону.
– Нормальный. Пока не понятно, – решаю не вдаваться в подробности, чтобы избежать обсуждения опасной темы с ма.
– Надеюсь, в этот раз вам повезло с начальством, – улыбается и кивает, затем резко смотрит в сторону кухонной двери.
Я тоже вскидываю взгляд, так как где-то в районе её спальни раздаётся вполне себе отчетливый грохот.
– Ма, у тебя кто-то в гостях?
– У меня⁈ – выпучивает она глаза, театрально приложив руку к груди. – Нет, конечно! Это голуби… Они в последнее время частенько залетают в открытое окно. Замучили меня, честное слово!
Могу только представить габариты этого голубя, так как, судя по грохоту, голубь там не меньше девяноста килограммов весом.
Снова раздаётся шум.
Ма вскакивает со стула, взмахнув рукой и криво улыбнувшись.
– Пойду выгоню голубей. Что-то они разбушевались!
Выгнув бровь, смотрю, как мама выходит с кухни. Пока она разбирается со своим «голубем», я решаю сама налить чай и нарезать сыр с мёдом.
Итак, получается, у неё есть жених…
И ма пока не готова мне про него рассказать. Возможно, они не так давно вместе. В целом, мне вовсе не нужно, чтобы она что-то докладывала. Главное, чтобы мама была счастлива и в безопасности.
Она столько лет была одна. Не хочется, чтобы сейчас она нарвалась на кого-то вроде Юрия, кто обидит её или не оценит её светлую добрую душу или окажется слишком мягкотелым, чтобы утереть нос тем, кто лезет не в свое дело, даже если это его собственный сын.
Уж не знаю, что они там с голубем делают, но грохот продолжается.
Я стараюсь не обращать на это внимание, и наливаю нам с мамой чай, затем достаю брикетики сыра, нарезаю и укладываю на талелку, посередине ставлю пиалу с мёдом.
Надеюсь, она не пытается вытолкать голубя через окно, чтобы тот полетел?
Сигнал уведомления на моём мобильном отвлекает от размышления о голубях. Достаю из сумки телефон и разблокирую экран. Несколько секунд не понимаю, откуда пришло уведомление, и только прочитав сообщение три раза, осознаю, что это приложение клуба знакомств мне прислало.
Господи, я же в запаре забыла удалить анкету!
Судя по всему, приложение нашло для меня подходящего пользователя.
Сначала не хочу смотреть, я ведь просто по приколу анкету написала, но мне становится интересно, и я решаю взглянуть.
Открыв приложение, нажимаю на аиста с колокольчиком. Меня перебрасывает по ссылке на анкету мужчины.
Пользователь #хочудочьочень.
Смешно. Я назвалась #хочудочь.
Читаю, что написано в характеристике.
Метр девяносто. Волосы светло-русые. Глаза серо-голубые. Работает врачом. Любит хорошие фильмы и тату. Вредных привычек нет. Мечтает о дочери, или даже двух.
Точное попадание. Разве может быть такое совпадение?
Вздрагиваю, так как пользователь появляется в сети и кидает мне запрос на переписку. Я должна одобрить, тогда он сможет мне написать.
Прикусив губу, смотрю на характеристику и размышляю о том, стоит ли одобрять запрос.
Это же глупо. Я вовсе не собираюсь рожать ребёнка от незнакомого мужика. Я же это так, из любопытства в приложение зашла!
Но ведь я могу с ним пообщаться и познакомиться?
Просто интересно, насколько мой запрос соответствует действительности.
Хотя, наверное, в данном случае, действительности соответствует только Бурдаев, чтоб у него все татухи смылись!
Тем не менее, я решаю всё же нажать на кнопку «одобрить». В любой момент я могу передумать. Ничего страшного точно не случится.
Глава 7
Ромео и Джульетта
Сашка
– Слушай, ма, может, ты угостишь своего голубя сыром и чаем? – . спрашиваю вернувшуюся на кухню маму, поддев пальцами кусочек сыра и макнув его в мед.
– Да нет, он уже уехал… Ой, то есть улетел! – мама встряхивает головой и мгновенно краснеет.
Точно из окна его вытолкала…
– Ты, получается, ещё реже будешь приезжать? – она быстро переключает тему с голубя на мою работу.
Решаю её не допытывать.
– Ну, повышенная нагрузка – это же временно. Так что, ты и заметить не успеешь, – пожимаю плечами и снова беру сыр. – А через выходные я планирую съездить куда-нибудь. Может, в кафе или ресторан. Потом можно будет погулять, если хочешь. Ну и надо выбрать пару дней отдохнуть в глэмпинге, пока лето не закончилось. Ты как на это смотришь?
– Ну… Я… В принципе, не против… Наверное… Хотя с другой стороны, что деньги тратить… Нужно будет это обсудить туда ближе… – нервно хихикает мама.
Я сощуриваюсь.
Видимо, с голубем всё более, чем серьёзно, раз мама стала задумываться от трате денег и отказывается провести со мной денёк-другой. Обычно, она ворчит, что я редко приезжаю, и мы вместе никуда не ходим.
– ОК, обсудим.
Хочется сказать «голубя можешь тоже взять с собой», но, думаю, для таких предложений рановато.
Сигнал моего телефона отвлекает от созерцания маминого смущённого лица, которое периодически приобретает мечтательное выражение.
Я смотрю на экран. Пишет #хочудочьочень.
Поворачиваю мобильник так, чтобы мама не видела переписки. Не она одна голубей скрывает.
«Привет, подходящая девушка) готова к общению или так, из любопытства одобрила?»
Прикусив губу, читаю сообщение.
Ну, естественно, из любопытства. Я же не дикая, чтобы вот так вот детей делать. На мой взгляд, это странно. Хотя, откуда я знаю, в каких обстоятельствах порой оказываются люди.
«Из любопытства», – отвечаю, как есть.
«Зато честно. Приятно))»
«А ты, подходящий мужчина, из любопытства кинул запрос или готов к общению?»
«Готов к общению», – ответ приходит незамедлительно. «Я действительно хочу ребёнка».
И хоть я не вижу своего собеседника от твёрдости и решимости, которая читается в его сообщении, у меня по рукам пробегает дрожь.
Может, я чокнутая, но тем не менее я представляю, что со мной говорит Бурдаев. Что это он сейчас держит телефон и набирает сообщение. Мышцы на его татуированных руках напрягаются, вены сильнее проступают на кисти, которой он сжимает мобильник. Я вижу, что его глаза меняют цвет и приобретают все возможные оттенки серого и голубого. Он только что вышел из душа, его влажные светло-русые волосы слегка вьются и кудрявая прядь падает на лоб…
Черти драные, вот тебя понесло, Вербицкая!
Тем временем приходит нововое сообщение.
«Как тебя зовут?»
– Ты что, с женихом переписываешься? – мамино лицо так неожиданно появляется рядом, что я подпрыгиваю на стуле. – Рассказывай, мне же интересно!
– Это не жених, – я откладываю телефон экраном вниз. – Это… по работе.
– По работе? – ма выгибает бровь. – Это ты так на рабочую переписку отвлеклась, что не слушаешь меня? Я уже десять минут рассказываю, как все мои последние засолки скупили! А ты и бровью не повела. Давай, признавайся, с кем общаешься? Жалко маме рассказать?
– Только если ты расскажешь про голубя, – хмыкаю я, сложив руки на груди.
– Эээ… Ещё чай? – улыбается она, передергивает плечами и тут же вскакивает со стула, чтобы подлить нам чая.
Так я и думала!
Ей, значит, можно не признаваться, а я должна?
Пока мама крутится с чайником, продолжая рассказывать про аншлаг при продаже её солений, я снова беру телефон, чтобы ответить на сообщения от #хочудочьочень.
«А зачем тебе моё имя?»
«Чтобы знать, как к тебе обращаться».
«Для выяснения имён слишком рано».
«Думаешь?) Тогда можно использовать кодовые имена)))»
Дожила. Тридцать лет. Общаюсь в приложении, где люди договариваются сделать ребёнка, ещё и под кодовыми именами.
«Как тебе Ромео и Джульетта?» – снова спрашивает собеседник.
Меня прошивает ударом тока.
Совпадение?
Я обожала Шекспира, когда училась. В старшей школе играла Джульетту в пьесе. Этот период как раз пришёлся на то время, когда мы с ма жили у Бурдаевых.
Все дороги ведут к этому мужику!
«Почему именно Ромео и Джульетта?»
«А почему нет?»
«Ты не ответил».
«Это случайно пришло мне в голову) А что, есть что-то связанное с Шекспиром в твоей жизни?»
«Нет… Это… просто вопрос. В какой отрасли медицины ты работаешь?»
Ответ долго не приходит.
Я стараюсь заглушить звоночки паранойи в голове, но ведь Бурдаев утром держал мой телефон, что если это он?
С другой стороны, зачем ему этот сайт? Надо мной решил подшутить?
«Психиатрия. А ты?»
Ответ разбивает вдребезги мои маниакальные фантазии.
К собственному огорчению, я чувствую, что расстроилась.
Блеск. То есть, я всё-таки ждала, что он скажет «хирургия».
– Алё, дочь? Ты снова меня не слушаешь! – ма ставит передо мной несколько банок с огурцами и помидорами. – Надо, говорю, тебе или нет?
Быстро написав собеседнику, что работаю в хирургии, я переключаюсь на маму. После ответа про психиатрию я теряю к мужчине интерес, что только подтверждает степень моей неадекватности.
М-да, Вербицкая, держись подальше от Бурдаева… Иначе тебя снова закоротит как в шестнадцать…
Глава 8
Ночная смена
Сашка
– И она проснулась от странного звука. Словно кто-то играл в теннисный мяч в коридоре. Сначала она не поняла, поэтому решила посмотреть. Вышла в коридор – датчики движения не сработали. Коридор остался тёмным, как был. Она посмотрела вдаль, откуда исходил звук, – Мила крепче сжимает стакан и чуть наклоняется вперёд. – И увидела, что в конце коридора есть некое движение. «Оль, это ты?» – крикнула она, позвав коллегу. Никто не отозвался. Звук прекратился на несколько мгновений, а потом повторился снова и снова. Она решила проверить. Прошла по коридору, вглядываясь в темноту. С каждым её шагом звук становился всё ближе и ближе… И вот она уже подошла к повороту в другое крыло коридора, и тут бам! – Мила с грохотом шарахает бокалом по столу, а я давлюсь кофе, которое набрала в рот и чуть не выплевываю ей в лицо.
– Ты че обалдела? Я чуть не обоссалась! – ору на Милку, а она ржёт, глядя на моё побледневшее лицо.
Светка и Дана тоже трясутся от страха. Хотя, тут, скорее, сработал эффект неожиданности.
– Ой, простите, я не могу! Видели бы вы себя!
– По-твоему, это смешно? Время полночь! Нам ещё до утра дежурить!
– Кстати, всё это тоже произошло в полночь. В клинике АвМед. Богом клянусь, что это правда!
– Ты не веришь в бога, – хмыкает Дана.
– И что? Это не мешает мне клясться, – ржёт Милка и поднимается с дивана. – Ладно. Пойду карты заберу с рентгена. Дежурный врач ждёт меня уже полчаса и наверняка будет жаловаться, если я не являюсь с минуты на минуту. Не знаю, как вы, а я своей работой дорожу. Кто со мной?
– Я пойду, – вскакивает Светка. – Ноги разомну. Что-то сегодня я одними бумажками занималась. Уже глаза болят, словно песка в них насыпали.
– А я тут поваляюсь, – Данка включает на телефоне какой-то турецкий сериал, которые она постоянно смотрит, и вытягивается на диване.
– Саш, ты с нами? – спрашивает Мила.
– Не, я в туалет хочу.
– Будь осторожна с тёмными коридорам! – ржёт девушка, после чего они вместе со Светой выходят из сестринской.
Я выхожу следом, только направляюсь в другую сторону.
Вот надо было ей эту дебильную историю рассказать? Я сегодня и так без настроения на работу ехала.
И ладно бы причина была существенная! А моя заключается лишь в том, что #хочудочьочень не хирург. И значит, не Бурдаев… Такая негативная эмоциональная реакция на данный факт явно указывает на степень моей шизанутости.
Не могла же я, в самом деле, хотеть, чтобы это оказался он⁈
Дойдя до конца коридора, я сворачиваю к небольшому пяточку, где расположены туалеты для персонала.
Буквально в паре метрах от двери, лампы на потолке начинают мигать. Я останавливаюсь и подозрительно смотрю вверх.
Ну уж нет. Не смейте мигать, сраные лампы! Вы меня не напугаете!
На какой-то миг свет восстанавливается, и я возобновляю шаг, кивнув своей собственной смелости и разумности.
Я давно не маленькая. Это когда-то много лет назад я боялась темноты и спала при свете, а сейчас я взрослая, и знаю, что никаких монстров не существует.
Вспоминаю, как в шестнадцать Бурдаев, вынюхав, что я боюсь темноты, напугал меня до смерти, отключив автоматы в доме. У меня тогда чуть сердечный приступ не случился!
Сейчас бы ему так не удалось меня напугать. И проклятым лампам тоже не удастся.
Но вселенная, видимо, решает поиздеваться, так как свет опять начинает моргать. Я ускоряю шаг и быстро забегаю в туалет.
Здесь свет не моргает.
Бросив на себя мимолетный взгляд в зеркало, иду к кабинке.
Я сотни раз дежурила в ночную смену. Страшная история и дурацкие воспоминания из прошлого об Игоре не превратят меня в невротичку!
В кабинке снимаю бельё и сажусь на унитаз.
Грохот где-то вдалеке заставляет меня вздрогнуть.
«В больнице ходят люди! Врачи и медсестры! Всё нормально, Сань!»
Это моя последняя мысль перед тем, как свет в туалете гаснет…
Твою мать. Ну просто класс! Я ещё и телефон в сестринской оставила!
И снова звучит грохот, только уже ближе.
Нажав на слив, я быстро натягиваю трусы со штанами, хватаюсь за ручку кабинки, собираясь выйти, и тут… раздаётся скрип двери туалета.
– Кто тут? – задаю тот самый вопрос, который всегда меня раздражает в триллерах.
Хотя я не смотрю триллеры, лишь парочку из любопытства глянула. Мне хватило.
– Эй? Здесь кто-то есть?
Какого чёрта вырубился свет⁈ И почему генераторы не сработали?
Днём такое пару раз бывало. Обычно если пробки выбивает, то отключается всё крыло, затем срабатывают резервные генераторы и свет снова включается.
И вот именно в мою смену пробки решило выбить ночью, ещё и после рассказа Милы!
Зажмурив глаза и досчитав до пяти, я медленно выдыхаю и толкаю дверь кабинки.
«Никого здесь нет, Саша, это твоё больное воображение разыгралось!»
Делаю шаг вперёд, пытаясь всматриваться в темноту. Ничего не видно. Окно тут заклеено свето-отражающей плёнкой, так что даже свет луны не проникает внутрь. Но я помню, что рядом с дверью есть ведро и швабра.
На всякий случай возьму швабру. Ну, просто, чтобы идти в темноте было удобнее! Исключительно ради этого!
На ощупь найдя швабру, открываю дверь. В коридоре тоже темно, но вдали из окон льётся свет. Надо быстрее дойти до своего крыла и всё будет хорошо.
Сжав швабру двумя руками, делаю шаг, и тут чувствую, как чьи-то пальцы сжимаются на моём плече.
Страх окончательно парализует разум. Пронзительно заорав, я замахиваюсь и бью куда-то, не знаю куда.
Свет резко загорается. Сначала ослепляет, но несколько раз сморгнув, я всё же вижу перед собой крупную фигуру Бурдаева, согнувшуюся пополам. И швабру, которую я держу, у него прямо… прямо между ног…
Глава 9
Не входит в обязанности
Сашка
– Это ты во всём виноват! – залетаю в ординаторскую вслед за вползающим туда Бурдаевым. – Не надо было меня пугать! Зачем ты подкрался ко мне в темноте⁈ Кто так делает⁈
– Я не подкрался, – выдавливает из себя Игорь и садится на диван. – Вообще-то я видел, как ты зашла в туалет. Потом вырубился свет. Я же помню, как ты боишься темноты. Решил на всякий случай тебя подождать.
– Я уже давно не боюсь темноты! – возмущённо восклицаю, стукнув по полу шваброй как посохом.
Бурдаев косит на эту швабру многозначительный взгляд.
– Расскажи об этом некоторым частям моего тела, Саш, – выдыхает мужчина.
Господи, он такой бледный… Я, наверное, лишила его возможности стать отцом!
– Ну… это… это… будем считать, что мы квиты! Помнишь, как ты напугал меня в шестнадцать? Вот это ответочка через несколько лет прилетела! – выпаливаю исключительно в оправдательных целях и в качестве самозащиты. – Карма. Хотя у меня намерения отомстить не было.
– Ты не могла бы подать мне искусственный лёд из холодильника? А потом обсудим кармические последствия нашего общения в прошлом.
Видя, как Бурдаеву явно больно, я прикусываю нижнюю губу и шагаю к холодильнику.
Мне вообще не должно быть его жаль! Я должна радоваться, что он страдает!
Ох уж это моё доброе сердце!
Достав пакетик искусственного льда, передаю его Игорю.
Он кладёт его на стол, стоящий рядом с диваном, и ударяет кулаком, чтобы химический состав начал морозить.
– Поможешь мне? – спрашивает Бурдаев.
Мой взгляд бесстыдно скользит по его груди, опускается к животу и замирает на том самом месте, по которому я недавно проехала шваброй.
Он что же, имеет в виду, что я должна этот пакетик со льдом положить ему прям туда⁈
Краска заливает мои щёки и шею. Горят даже уши. И мне не хотелось бы вплетать сюда сравнение с красным вареным раком, но я больше чем уверена, что именно на него сейчас похожа!
– Ты… не можешь меня о таком просить! – вспыхиваю как фитиль. – Это не входит в мои обязанности! Я… я не стану заниматься ничем подобным! Сам прикладывай лёд туда… туда… – я машинально указываю пальцами туда, – в общем, туда, где болит! Я могу только сказать что-нибудь вроде «у собачки заболи, у кошки заболи, у Игоря не боли», и только в качестве моральной компенсации, так как в этой боли, я признаю, есть часть моей вины!
Взгляд Бурдаева на миг застывает на мне, брови ползут вверх, а рот приоткрывается. Затем он тяжело вздыхает и откашливается.
– Я имел в виду по работе, Саш. Мне надо те анализы и назначения на столе, – он кивает на стопку бумаг, – отнести в отделение интенсивки. Там я уже указал дозировку по препаратам. Отдай дежурным медсестрам.
– А… – жар новой волной шарахает по лицу.
Теперь я ещё и чувствую себя идиоткой.
– Да… Конечно… Я всё передам!
– Отлично.
Шагаю к столу, беру нужные бумаги и снова поворачиваюсь к Бурдаеву, который уже опустил пакет со льдом на бедро. И почему-то я смотрю на это бедро.
Только на бедро. Исключительно нога меня интересует.
– Будешь смотреть?
Вопрос Игоря застает врасплох. Я в панике поднимаю взгляд к его лицу, которое сейчас выглядит насмешливо.
– Да я просто хотела… убедиться, что ты знаешь, что делать с этим пакетом!
«Господи, Саша, просто выйди уже отсюда и прекрати нести чушь!»
Под открытую ухмылку Бурдаева, я вылетаю из ординаторской и несусь сначала в сестринскую, чтобы взять свой телефон на всякий случай. А то вдруг свет опять вырубится, и я снова кому-нибудь двину.
Дана всё так же смотрит турецкий сериал, а Мила со Светой до сих пор не вернулись. Я быстро беру телефон и направляюсь к лифту.
Ну как я могла такое сказать⁈
Мне явно пора учиться контролировать свои эмоции!
«Спокойно, Саша, ты сегодня просто перенервничала! Ничего страшного. Всё будет хорошо!»
Нет, не будет, пока Игорь здесь работает. А это значит, что, вероятно, никогда. Я слишком бурно и нервно на него реагирует.
Вызываю лифт, захожу в кабину и, когда двери закрываются, прижимаюсь к стене, прикрываю глаза и глубоко вдыхаю. Пора пить глицин и магний…
Телефон в кармане халата громко пиликает. Достав мобильник, смотрю на экран.
В приложении пишет #хочудочьочень.
«Джульетта, как смена?) Без происшествий?»
Утром я неохотно написала ему, что сегодня работаю в ночь. А сейчас очень даже рада. На него хоть можно отвлечься.
«Лучше не спрашивай!((»
«Что такое?»
«Я заехала заведущему отделением шваброй между ног».
«:ООО И как он? Выжил? =D»
«Ага. Насчёт причинных мест такой уверенности нет».
«А как так вообще вышло?)))»
«Я боюсь темноты. А в отделении отключился свет. Ну, в общем, стечение обстоятельств. Он просто испугал меня в тёмном коридоре. Вот я ему и двинула!»
«Ты боишься темноты? Не хочешь избавиться от страха?))»
«А ты сможешь мне помочь?)))»
«Да. Смогу. Отличный повод для первого свидания:))»
«Тут люди вроде не о свиданиях договариваются, а о том, чтобы подписать контракт и родить совместного ребёнка)))»
«А мы сломаем систему и пойдём на свидание. С гипнозом:))»
Смотрю на сообщение и почему-то улыбаюсь.
Бурдаев своим присутствием сбивает меня с намерения родить ребёнка. Мне нужно отключиться от волны, настроенной на него, и заняться личной жизнью.
«И когда ты хочешь увидеться?» – отправляю #хочудочьочень.
«Как насчёт следующей субботы?»
Раздаётся характерный сигнал, двери лифта открываются, и я выхожу, отправив ответ «я подумаю».
