Текст книги "Гримстоун (ЛП)"

Автор книги: Брэд Магнарелла

сообщить о нарушении

Текущая страница: 5 (всего у книги 9 страниц)

9

– Значит, ты думаешь, что кто-то использует того идола? – Спросил Джеймс, когда вез нас обратно к себе домой. Он снял верхние панели с джипа, и после утренней прохлады дневной воздух и солнце были приятны.

– Я уверен в этом – сказал я – Жертвами Стэна были молодые женщины, блондинки, и я выясню это, как только мы окажемся внутри, но я собираюсь продолжить и сказать, что они исчезли в полнолуние. Добавь сюда смерть Стэна от удушения...

– Но разве это не означает, что он тоже был жертвой?

– Да, о гнева бога. Миртл сказала, что он умер через месяц после заключения, то есть в следующее полнолуние, когда бог ожидал очередного жертвоприношения. Когда Стэн не явился, бог нанес ему визит.

– Сделал ли он то же самое, что бог, пытавшийся сделать с тобой – понимающе спросил Джеймс – Так о каком боге мы говорим?

– Основываясь на моей встрече, я склоняюсь к версии Хель, скандинавской богини подземного мира – Я вспомнил о всепроникающем запахе смерти, когда на меня напали в участке.

– Почему она?

– Я сверюсь со своими книгами, но если бы мне пришлось обратиться к древнескандинавской литературе, я бы сказал, что Стен хотел воскресить кого-то из мертвых.

– Что-то вроде воскрешения?

В одном из немногих мифов, где фигурирует Хель, группа богов умоляла её вернуть к жизни другого бога. Они хотели, чтобы она сделала это быстро. Если бог остается мертвым слишком долго, он теряет большую часть своих способностей и становится похожим на зомби. В любом случае, после того, как семья Стэна покинула его, он, возможно, пытался вернуть своего потерянного сына, который, по словам Миртл, умер в детстве.

– Это логично, но приносить в жертву светловолосых женщин в полнолуние?

– Это ужасно, но это привлекло бы внимание Хель. Похожий мотив мог бы руководить кем-то и сейчас.

– Сукин сын – сказал Джеймс.

Я начал кивать в знак согласия, прежде чем понял, что он имел в виду не жертвы. Я проследил за его прищуренным взглядом, направленным на далекий трейлер. Из него черным столбом поднимался дым. Он был в огне.

– Энни – сказал Джеймс, нажимая на газ.

Джип покатил по грунтовой дороге, подпрыгивая на выбоинах. Уходя, мы заперли его собаку внутри. Я схватился за перекладину над головой и направил трость на приближающийся трейлер.

– Внимание! – Закричал я.

Вспыхнул белый свет, окружая пылающее здание мерцающим шаром. Я застонал от жара и начал опускать шар, выжимая из него весь доступный кислород. Пламя отступило. Пот выступил у меня на лбу и заливал глаза, несмотря на то, что ветер дул мне в лицо. Я моргнул, чтобы отогнать жжение, одновременно пытаясь уменьшить сферу еще больше.

Наконец, огонь погас. Я задержался еще на несколько мгновений, чтобы убедиться, прежде чем со вздохом отпустить заклинание.

Джеймс резко затормозил, покрышки забросали почерневшее крыльцо пылью. Он выпрыгнул из джипа и взбежал по ступенькам крыльца. Распахнув дверь, он выкрикнул заклинание, чтобы выпустить воздух из дома. От внезапного порыва дыма с него слетела ковбойская шляпа. Он опустил голову и вошел, окликая свою собаку по имени:

– Энни!

Когда я подошел к трейлеру, то почувствовал, как потрескивают остатки защитных чар Джеймса вокруг цементного фундамента, вероятно, это было единственное, что не позволило его дому превратиться в тлеющую кучу. Я обошел дом, чтобы убедиться, что тот, кто устроил пожар, уже ушел.

Я вернулся к парадному входу в тот самый момент, когда Джеймс появился в дверях с обмякшей собакой на руках.

– Она едва дышит – в отчаянии сказал он, спускаясь по ступенькам крыльца.

– Положи её здесь – сказал я ему.

Джеймс осторожно опустил Энни на землю. её глаза были закрыты, розовый язычок свисал из уголка рта. Движения её тела были неглубокими и хриплыми. Прикоснувшись своей тростью к груди Энни, я начал читать заклинание. Прозрачный белый свет вырвался из опалового конца моей трости, окутав питбуля. её тело содрогнулось, а по языку потекла слюна.

– Давай, девочка – сказал Джеймс, опускаясь на колени рядом с ней.

Я снова задействовал целительную энергию, ожидая реакции. Несколько мгновений спустя Энни дважды дернулась, а затем издала слабый стон. Когда мутный свет рассеялся, она открыла глаза. Она моргнула, глядя на меня, затем вытянула шею так, чтобы лизнуть колено Джеймса.

– Слава богу – выдохнул Джеймс, поглаживая её шею – Ты напугала меня, девочка.

Энни лизнула его еще раз, затем снова опустила голову и закрыла глаза. С ней все будет в порядке. Чтобы предотвратить катастрофу, я подобрал латунную гильзу, лежавшую рядом с моим ботинком, и поднял ее.

– Они повсюду в трейлере – сказал я – вместе со следами больших шин.

Джеймс взял 9-миллиметровую гильзу и осмотрел ее.

– Проклятые волки – пробормотал он, отбрасывая ее. Автоматная стрельба ослабила и без того слабую защиту Джеймса настолько, что они подожгли трейлер. Могло быть и хуже. Конечно, этого не должно было случиться с самого начала. Было бы глупо указывать на это. Мой партнер чуть не потерял свою собаку.

– Я даже боюсь спрашивать – сказал я – Но как там внутри?

– Не слишком страшно. Похоже, что основной ущерб нанесен фасаду.

Джеймс приказал Энни оставаться на месте, когда мы с ним поднимались по ступенькам. Я с сомнением посмотрел на обугленное крыльцо и оплавленную обшивку, но когда мы вошли внутрь, оно оказалось в приличном состоянии. Огонь только начал разгораться под карнизом, окрашивая часть потолка в черный цвет. Пока Джеймс пытался открыть окна, я разогнала затянувшийся дым заклинанием силы.

– Надеюсь, Сантана высказал свою точку зрения – сказал Джеймс – и теперь он не против рассчитаться.

– Надеюсь – согласился я, хотя и с гораздо меньшей уверенностью, чем Джеймс. Последнее, что нам было нужно, это еще одна конфронтация с этой бандой. Нам нужно было найти и уничтожить бога нежити.

В гостиной я положил свой чемодан на раскладной диван и выбрал несколько толстых томов. В одном из них я просмотрел лунные циклы за 1902 год и сравнил их с датами в моем блокноте. Конечно же, первое исчезновение произошло за два дня до полнолуния, а второе в само полнолуние.

Смерть Стена, произошедшая месяц спустя, совпала с третьим полнолунием.

Я рассказал об этом Джеймсу, складывая оставшиеся книги на его столе. Он наполнял водой посуду Энни в кухонной раковине.

– Итак, что ты сейчас ищешь? – спросил он.

– Несколько вещей. Во-первых, любая информация, которую я смогу найти об идоле и браслете. Во-вторых, как защитить нас от Хель, если она нападет снова. И, в-третьих, как изгнать её обратно в её царство навсегда.

– Мы можем это сделать? – Джеймс спросил – Я имею в виду, она звучит как довольно важная богиня.

– Она есть и её нет. В мифологии используется одно название для таких богов, как Хель, но на самом деле существует множество вариаций, в зависимости от культа, который им поклоняется. Коллективная вера в бога создает шаблон. Определенные обряды, проводимые с течением времени, превращают богов в отдельных существ.

– И ты говоришь, что есть одна версия Хель, которой нравятся молодые блондинки в полнолуние.

– Точно.

– А как ты все-таки определяешь, которая из них?

– Это будет непросто, учитывая распространенность скандинавской мифологии и верований. Но то, что рассказала нам Миртл, несколько сужает круг поисков. Стен Клаузен был датчанином. Я начну с изучения культов в Дании.

Джеймс прошел мимо меня с миской для воды.

– Если все в порядке, я еще немного поухаживаю за Энни и поработаю над восстановлением защитных полос. Наверное, стоит закопать еще одну партию клейморов.

Я был не в восторге от того, что он будет обращаться со взрывчаткой всего в нескольких футах от меня, но, желая хорошенько сосредоточиться на час-другой, я сказал:

– Хорошая идея – и открыл первую книгу.

– Как дела, профессор?

Я и не подозревал, насколько стемнело, пока Джеймс не включил свет. Удивительно, но электричество в трейлере все еще работало. Я покосился на раскрытые тома, разбросанные по столу, затем заглянула в заметки, которые делала в своем блокноте.

– Не так хорошо, как я надеялась – проворчал я.

– Почему? Что случилось? – Он сел на стул напротив меня. Энни забралась под стол и лизнула один из моих ботинок, прежде чем улечься. То, что питбуль был в хорошем расположении духа, хотя и было приятно, не очень-то смягчило мое разочарование.

– Я прочитал обо всех культовых обрядах Хель в этом регионе, но будь я проклят, если смогу найти что-нибудь о золотом браслете. Идолы, конечно. О них много чего написано, так же как и о человеческих жертвоприношениях и приношениях в полнолуние. Но ничего о браслетах, или даже о блондинках, если уж на то пошло.

– Возможно, культ был тайным – предположил Джеймс.

– Возможно, но это все равно заставляет нас стрелять вслепую.

– Ты ничего не можешь перенять из других практик?

Я сверился со своими заметками, пока Джеймс вставал и направлялся к холодильнику. Он вернулся с парой банок пива, открыл их и поставил передо мной одну из бутылок. Я нарушил свое собственное правило не пить и сделал глоток. Мне нужно было что-то, чтобы снять напряжение с мозга.

– Что ж, в любом случае, уничтожение идола уничтожит и бога – сказал я.

Джеймс кивнул.

– Вот так.

– И защитные круги в разных культах довольно похожи, соль самое распространенное средство.

Джеймс еще раз кивнул в знак поддержки.

– Но хотя некоторые обряды предполагают украшение тех, кого скоро принесут в жертву, драгоценностями – сказал я – в них ничего нет о браслетах. Я даже не нашел ничего похожего на символ, который нарисовала для нас Карла.

– И все же – сказал Джеймс – два из трёх, это неплохо. С браслетом мы разберемся, когда дойдет до этого дело.

– Если дойдет до этого – сказал я. – Послушай, реклама была отличной идеей – я не говорю, что это было не так, – но каковы шансы, что следующая жертва, во-первых, наткнется на рекламу, а во-вторых, действительно поднимет трубку и...?

Из штанов Джеймса доносилась мелодия песни "The Good, the Bad and the Ugly"[2]2
  The Good, the Bad and the Ugly – инструментальная композиция Эннио Морриконе. Основная музыкальная тема одноимённого кинофильма 1966 года, режиссёра Серджо Леоне.


[Закрыть]. Он вытащил телефон из заднего кармана. Посмотрев на номер, он пожал плечами, как бы говоря, что его нет в его контактах, и поднес телефон к уху.

– Алло?

Возможно, это Миртл перезванивала нам с информацией о том, кто купил ранчо Стена на аукционе. Но когда он заговорил снова, его голос стал бархатистым.

– Да, это он – сказал он – можешь описать браслет?

Я медленно встал, сцепив руки, не желая обнадеживаться. В округе Гримстоун, вероятно, было немало женщин, настолько отчаявшихся, что откликнулись на объявление о продаже жилья, которое не имело к ним никакого отношения.

Джеймс щелкнул пальцами и кивнул мне.

– Это она – одними губами произнес он.

10

– А вот и она – сказал Джеймс.

Он поставил джип задним ходом на свободное место напротив входа в закусочную, и я вытянула шею, чтобы лучше видеть. Пожилая пара сидела за столиком рядом с витриной и поглощала свой поздний ужин, в то время как пара дальнобойщиков склонилась над стойкой. Официантка с седеющими волосами снова наполнила их кофе.

– Выглядит немного постаревшей – сказал я.

– Только не она, чувак. Она.

Он поворачивал мою голову, пока я не увидел молодую женщину за столиком в дальнем углу. её светлые волосы рассыпались по плечам розового свитера, когда она пила воду из стакана и оглядывалась по сторонам. Мой взгляд упал на браслет на её левом запястье.

– Ладно, хорошо – сказал я, облегченно вздохнув – Готов Ромео?

Джеймс улыбнулся чуть шире, чем следовало – Я рожден для такой работы. Увидимся в пять?

– Да, я буду за вторым столиком от кабинки. Тот, что поменьше. Просто помни, мне нужно время, так что...

– Продержу её здесь столько, сколько смогу – закончил за меня Джеймс – Я знаю, как это делается, профессор. Смотрите и учитесь.

Он вылез из джипа и с важным видом пересек стоянку. По моему настоянию он снял ковбойскую шляпу и сменил жилет на кожаную куртку. Я нервно наблюдал, как он вошел в закусочную и направился к молодой женщине.

Ее звали Эллисон. Ей было интересно, кто подарил ей браслет, подарок, который кто-то завернул в коричневую бумагу и оставил у нее на крыльце, а когда она услышала рекламу по радио, ей просто пришлось позвонить и узнать. Идея Джеймса сработала. Он спросил, не могли бы они встретиться, чтобы получше узнать друг друга, и Эллисон предложила "Закусочную Полин": "У них потрясающие стейк-бургеры".

При приближении Джеймса она выпрямилась. Он сказал что-то, что заставило её расплыться в очаровательной улыбке. Она встала и обняла его. Джеймс ухмыльнулся мне через плечо и выстрелил из маленького пальцевого пистолета.

– Сосредоточься, чувак – пробормотал я, но, похоже, он начал с самого начала.

Они сели напротив друг друга, и в течение следующих нескольких минут я наблюдал, как она наклонилась вперед, возбужденно разговаривая. Джеймс, со своей стороны, откинулся на спинку кресла, облокотившись на спинку кресла, и то и дело вставлял замечания. Он заверил меня, что сможет убедительно нести чушь, сколько бы времени мне ни понадобилось, чтобы оценить браслет и безопасно снять его с её запястья.

Когда пять минут истекли, я пошла по маршруту Джеймса через закусочную. Эллисон была так поглощена своим разговором с ним, что даже не взглянула в нашу сторону. Я села за указанный мне столик так, чтобы видеть лицо Джеймса в целях общения.

Подошла официантка.

– Кофе, дорогой?

– Пожалуйста – сказала я – На этом все.

Последнее, что мне было нужно, это чтобы она суетилась вокруг меня. Через мгновение она вернулась и поставила на стол кофе, а также вазочку с сахаром в пакетиках и стаканчики со сливками.

– Жаль, что пропали девочки, да?

– Что? – Сказал я, ставя перед собой чашку с кофе – О, да.

– Исчезала каждый месяц, как обычно. Скоро должна появиться еще один.

Когда я поднял взгляд, то заметил возбужденный блеск в её глазах. Я уклончиво кивнула, хотя во мне росло беспокойство. Мне нужно было начинать. Я оглянулась и увидела, что Эллисон откинулась назад от смеха, браслет на её запястье задвигался. Официантка придвинулась, закрывая мне обзор своими широкими бедрами.

– Как ты думаешь, что с ними происходит? – Затем она сама ответила на свой вопрос – Вероятно, всякие ужасные вещи – Она вздрогнула, но это скорее свидетельствовало об удовольствии, чем об ужасе – отлично. У меня был не только любовник, но и псих. Я подул на свой кофе и сделал глоток.

Она понизила голос до шепота.

– Если хочешь знать мое мнение, это один из тех индейцев.

Она знала что-то, чего не знали мы?

– Юты? С чего вы это взяли?

– Они просто жуткие. Никто не знает, что они замышляют там, в резервации.

– Но ордер на их арест вы точно получить не сможете, не так ли?

Черты её лица исказились в замешательстве, прежде чем она разразилась громким смехом.

– Я понимаю – сказала она – Это забавно!

Она продолжала смеяться, обнажая верхние зубы под верхней губой.

– Это было не так уж и смешно – пробормотал я.

Ее смех перешел в серию фырканья. Она вытерла нос рукавом и поставила правое колено на стул рядом со мной.

– Знаешь, я тебя раньше здесь не видела.

– Я приехал в город всего на несколько дней, навестить друга.

– Тогда почему ты ужинаешь в одиночестве?

От необходимости придумывать ответ меня избавил звон колокольчика. Стейк-бургеры Джеймса и Эллисон были готовы. Официантка посмотрела на окошко выдачи, вздохнула и встала из-за стола.

– Возвращаемся к своим делам – пробормотала она – Дай мне знать, если тебе понадобится что-нибудь еще, милый.

Как только она ушла, я перевел взгляд на астральный уровень. Закусочная на мгновение потемнела, а затем в поле зрения расцвела энергетическая сеть. Я сосредоточил свое внимание на браслете Эллисон.

Черт, все было так плохо, как я и опасался. Чернильно-черная энергия вытекала из металла и поднималась по её руке, словно стайка крошечных угрей. Энергия проникла в её ухо, где окружила её разум, готовая управлять ею. Снятие проклятого браслета может свести её с ума или убить на месте.

Мне нужно быть особенно осторожной.

Я полез в карман пальто и достала пакетик с солью. Пока официантка подавала Джеймсу и Эллисон бургеры, я окропил вокруг своего стула защитный круг, затем положил трость рядом со своим кофе. Я старался не встречаться взглядом с официанткой, когда она проходила мимо моего столика.

Ладно, подумал я, пора посмотреть, из чего ты сделан.

Направив кончик трости на браслет, я произнес заклинание, создавая тонкую связь с энергией. Те же ощущения, которые я испытал, когда меня выдернуло в царство богов, вернулись в мое сознание: запах смерти, жажда наживы.

Я замер, готовый разорвать связь при первом же знаке богини Хель. Но на этот раз она не вцепилась мне в горло. Соль, похоже, делала свое дело. Я сделал еще один вдох и проник глубже.

Заклинание создавалось из символа браслета. Если бы я могла его отключить…

– Увечье – прошептал я, посылая квант заклинания в качестве проверки. Но вместо того, чтобы ослабить действие символа, это Слово, казалось, только оживило его. Черная энергия, поднимающаяся по руке Эллисон, начала извиваться и прыгать. Она остановилась на полуслове и схватилась за лоб.

Джеймс потянулся к ней.

– С тобой все в порядке?

– Мигрень или что-то в этом роде... – ответила она, массируя виски.

Джеймс посмотрел на меня и вопросительно поднял руку. Я покачал головой, показывая, что пока не нашел решения. Эллисон опустила руку, когда поток энергии, исходящий от браслета, нормализовался.

– Это странно – сказала она – Обычно я не страдаю мигренью.

– Надеюсь, я не спровоцировала её – сказал Джеймс.

Эллисон рассмеялась, и они продолжили разговаривать и есть. Я вытащил из кармана пальто листок бумаги с несколькими заметками и заглянул в него. Не зная, с каким видом заколдованного браслета мы имеем дело, я изучил их у Джеймса, составляя список того, как освободить человека, которого они держат.

Деактивировать символ, очевидно, не удалось. Он был слишком силен, его власть над Эллисон была слишком глубокой. По той же причине я мысленно нанес удар, взяв символ под свой контроль. Я был далек от такого могущества на десятилетия.

Мои глаза скользнули дальше, останавливаясь на последней записи:

– В качестве последнего средства, предмет может быть обманут, чтобы снять чары.

Обманут, как мне показалось. Я неплохо справлялся с проекционными заклинаниями. Если бы мне удалось запутать браслет достаточно надолго, Джеймс, возможно, смог бы снять его с запястья Эллисон. Она была бы свободна, и у нас появилась бы мощная связь с преступником.

Я сосредоточил внимание на своей левой руке.

– Имитация – сказал я.

Я повторил это слово несколько раз, мысленно создавая трехмерное изображение своей руки. Когда оно показалось мне четким и убедительным, я переключил внимание на браслет.

– Освободи – сказал я.

Глаза Джеймса расширились, когда проекция моего предплечья легла поверх его руки. Я жестом показал ему, чтобы он отвлек ее. Он быстро кивнул и начал рассказывать историю, которая включала в себя множество движений руками вокруг его лица. Нам нужно было заставить её не смотреть вниз.

На астральном плане заклинание перестало действовать. Черт возьми, подумал я, это может сработать. Почувствовав чье-то новое присутствие внутри браслета, заклинание начало выходить из разума Эллисон, чтобы окружить мою проекцию.

Я помахал Джеймсу, чтобы привлечь его внимание, а затем указал на браслет. Я поднял пять пальцев и начала обратный отсчет, мы с ним заранее договорились об этом. Когда у нее оставалось достаточно сил, Джеймс снимала браслет с запястья.

Я досчитывал до трех, когда кто-то воскликнул:

– Что, во имя Сэма Хилла?

Официантка вернулась, чтобы наполнить бокалы Джеймса и Эллисон, и уставилась на руку Эллисон, где парила моя проекция. Эллисон проследила за взглядом официантки и вскрикнула.

– Сейчас! – Крикнул я Джеймсу.

Заклятие не освободило её полностью, но мы полагались на наилучший шанс, который у нас, вероятно, был. Джеймс перегнулся через стол и схватил Эллисон за запястье. Когда она поняла, что он делает, она снова закричала и начала колотить его по рукам. Поморщившись, Джеймс взялся пальцами за края браслета и потянул. Энергия стала затухать.

Решив, что она стала свидетельницей ограбления, официантка кинулась к Джеймсу с пластиковым кувшином чая со льдом и разбила его о его голову. Чай и кубики льда разлетелись во все стороны. Шум привлек внимание дальнобойщиков за стойкой, которые вскочили и бросились к ним.

Ладно, все это в спешке катилось к чертям собачьим.

Извини, приятель, но...

– Энергия! – Крикнул я, целясь тростью в Джеймса.

Заклинание попало ему в грудь, отбросив его назад. Но внезапная сила также ослабила хватку браслета на Эллисон, как я и надеялся. Когда Джеймс остановился, браслет был у него в руках. Эллисон застонала и опрокинулась на сиденье. Я молился, чтобы достаточно энергии освободило её разум, но было слишком много неразберихи, чтобы можно было что-то сказать.

– Что происходит? – спросил один из прибывших дальнобойщиков. Это был дородный мужчина с густой черной бородой. Его напарник был таким же крупным, но с каштановой бородой. Вместе они выглядели как пара цирковых силачей.

– Они подавали друг другу знаки руками – взволнованно сказала официантка – А потом он украл её браслет. Я думаю, это они похищали тех девушек. Смотрите, у нее такие же светлые волосы, как и у других.

Я встал и показал свои руки.

– Нет, нет, мы действительно работаем над этим делом. Вы можете уточнить у...

Черная Борода врезал мне кулаком в живот. Я согнулся пополам, задыхаясь от стона. Еще один кулак обрушился мне на спину, как кувалда. Я снова застонал и рухнул на пол. В бой вступили рабочие ботинки, глухо ударяя меня по бокам. От следующего удара Черной Бороды я ударился о стол, за которым сидел. Моя кофейная кружка упала и разбилась рядом с моей головой.

– Пусть у него пойдет кровь! – закричала официантка.

К счастью, моя трость упала следующей, приземлившись среди осколков кружки. Я схватил её в промежутке между ударами, направил опаловый конец в лицо Черной Бороде и выкрикнул заклинание силы. Сгоряча у меня сбилась калибровка. Я всего лишь хотел сбить его с ног, но удар в подбородок отбросил его через всю закусочную. Пожилая пара даже не оглянулась, когда он пронесся мимо них на спине.

Я вскочил на ноги, в то время как Джеймс бил Каштановую Бороду разрядом из своей волшебной палочки. Серебристая энергия распространилась вокруг здоровяка, как натянутая проволока, прижимая его руки и ноги друг к другу, уменьшая центр тяжести. Он громко выругался и упал, барахтаясь, как рыба.

Официантка, пятясь от нас, вытащила из-за передника нож для разделки мяса.

– Это вы, не так ли? – спросила она, и в её глазах снова появилось странное возбуждение – Похитители?

Я посмотрел на Эллисон, которая все еще сидела на стуле, затем на Джеймса.

– Это будет выглядеть очень плохо, но нам нужно взять её с собой – Он кивнул и перекинул её через плечо.

Официантка облизнула губы.

– Возьми меня.

– Забудь об этом – сказал Джеймс, отворачиваясь от нее – Чудище.

Официантка застыла от негодования, затем, прищурившись, посмотрела на меня.

– У меня есть твои приметы. Через минуту у меня будет номер твоей машины. Я позвоню шерифу.

– Хорошо – сказал я – Скажи Мардж, что мы будем через пять минут.

Я бросил на стол несколько купюр, пересчитал их и забрал чаевые обратно.