Текст книги "Ода стали"

Автор книги: Аслан Казинов

сообщить о нарушении

Текущая страница: 13 (всего у книги 13 страниц)

Райгон тем временем прикрыл щитом спину Дуста от топора и разодрал когтями глотку колидийца. Краем глаза он заметил резкий удар справа и подставил руку, однако рубашка под кольчугой всё же намокла от крови. Перед ним стоял тот самый усач с тонким шрамом на лице.

– Это конец, парень! – со злобой произнес Маверин, оттирая чужую кровь со лба.

– Верно. Вот только для кого?

Райгон резко ударил левой рукой снизу, но зацепил лишь острие меча, так как генерал отскочил назад и тут же оттолкнулся от скалы. В прыжке колидиец направил клинок в сонную артерию парня, однако Парс уклонился от этого броска и в полупируэте ударил наотмашь сверху. Мужчина подставил свой клинок и от тяжести удара присел, но тут же разогнулся как пружина и рубящей атакой отбросил юношу, который едва успел закрыться. Райгон даже не успел встать, как пришлось в очередной раз защищаться от клинка Маверина. Парень подставил оба нихра, чтобы отбить рубящий выпад, но тут же получил пинок по печени и невольно расслабил руки, отчего клинок колидийца воткнулся в плечо. Парс зарычал от боли и последним усилием оттолкнул ногой противника. Встав ловким прыжком, юноша уже приготовился к атаке, однако генерал своим сапогом пустил ему пыль в глаза. Райгон отпрыгнул и инстинктивно отвел корпус назад, из-за чего меч Хезарда прошел лишь рядом с лицом. Парень наугад схватил руку генерала и тут же ощутил сильную тупую боль в животе, а в глазах загорелись искры. Маверин резко ударил Парса в сердце, но тот выставил когти левой руки так, что лезвие клинка застряло в них. Юноша атаковал справа в шею, однако колидиец успел схватить его предплечье. Райгон изо всех сил давил на противника, но Хезард не уступал. Более того, парень чувствовал, что проигрывает эту схватку.

– Я же говорил, это конец! – с ухмылкой произнес мужчина. – Тебе не победить.

– Как говорил мой дядя: когда гридионец не может одолеть силой, он подключает ум, – с этими словами Парс ударил головой в нос своего врага и, воспользовавшись моментом, пробил шею генерала.

На лице колидийца навечно застыла гримаса удивления и страха.

33. Закаленные в крови!

Холодный утренний ветер пронесся по Стальной Долине. Его потоки колебали красные потрепанные плащи гридионцев, иссиня-черные крылья воронов, устроивших кровавый пир на поле боя, и обшитые золотом сапфировые шатры визерийцев. Но как он ни пытался, не смог поколебать решимость и храбрость воинов короля Фейзера, которые, несмотря на ужасную усталость, неподвижно стояли в строю, словно каменные истуканы. И не было в их глазах ни страха, ни паники, хотя напротив стоял враг, в разы превосходящий в количестве.

– Вот и настал тот момент, братья! Момент, когда решится – достойны ли мы той славы, что принесли Гридиону наши отцы и деды. Нивер хочет обратить нас в прах и уничтожить отчизну, стереть саму память о великих героях. Но вот что я вам скажу: сегодня этот жадный змей подавится нашими клинками и подохнет, как подобает скользкому морскому гаду! Многие погибнут в этом сражении. Больше никогда они не выпьют с друзьями в таверне, не вкусят любви дорогих им женщин и не увидят улыбки на лицах своих детей. Но не будут их подвиги и имена забыты! Бродячие музыканты напишут песни о падших воинах, а за столами в честь убитых произнесутся сотни тостов. Ведь пока будет жив Гридион, будут живы и они. Так встанем не согнувшись и не сломавшись, ибо мы клинки, закаленные в крови!

– Закаленные в крови! Закаленные в крови! – эхом тысяч голосов разнеслись слова короля Фейзера по долине, спугнув воронье.

– Только посмотрите на них – раза в три меньше, но всё равно храбрятся! – нервно, но внешне спокойно прокомментировал Нивер клич гридионцев. – Ничего, скоро я заставлю их рыдать кровавыми слезами.

– Не сомневайтесь, Ваше Величество. Я принесу вам голову Фейзера на синем блюдце с золотой каемкой, – ответил молодой полноватый новоиспеченный генерал Йорза Герц.

– Все вы так говорите, – пренебрежительно отозвался король Визерии. – В любом случае к вечеру на моем столе должна быть голова: либо его, либо твоя.

– Вот увидите, когда они вступят в бой, – парень кивнул назад на большие клетки, накрытые плотной тканью.

– Надеюсь, с ними никаких проблем не возникнет?

– Никак нет!

– Хорошо. Держись поблизости, будешь слушать меня во всем и передавать приказы армии. Ну, вперед!

Армия Нивера – гигантская и смертоносная, словно бушующее море, с новыми силами бросилась на гридионцев. Но, подобно волне, что разбивается о каменные скалы, визерийцы не смогли сокрушить врага. Хотя визерийцами их было сложно назвать: здесь стояли плечом к плечу и хафнийцы, и адригорцы. Стремительная атака закончилась так же быстро, как и началась. Но гридионцы не могли долго защищаться.

– Вперед! Достанем главного ублюдка! – надрываясь, кричал Фейзер своим солдатам.

– Лучники, в центр! – гремел голос рядом стоящего генерала Бренора Колинта.

Квадрат гридионской пехоты неспешно вытягивался вперед, превращаясь в треугольник со стрелками в середине и щитниками по периметру. Согласно тактике, этот самый клин должен прорубить себе путь в огромном потоке неопытного войска Нивера. И делал он это очень эффективно! Всё дальше и дальше шли карминовые плащи, прикрываемые лучниками со стен и изнутри. Уверенно они двигались к вражескому тылу, переступая через трупы врагов, а иногда и товарищей.

– Герц, выпускай своих «светлячков»! – заметно занервничал король Визерии.

– Есть! Вперед, разорвите их в клочья! – прокричал помощник Нивера.

Сотни бойцов из клеток без каких-либо доспехов и клинков оголтело кинулись на врага. В руках у них были только бомбы с длинными фитилями. Крича и размахивая руками, они мчались словно стая бешеных собак, учуявшая кровь. Не чувствуя ни боли, ни усталости, они неслись с пробитыми стрелами телами навстречу скорой бойни.

– Это еще что? – обеспокоенно спросил стоящий на стене Винс Ботлер.

– Понятия не имею, но лучше нам их остановить, – ответил седой лучник рядом.

Безумцы хохотали и падали, убитые стрелками и баллистами, раня взрывами своих и чужих. Они умирали десятками, но всё равно упорно бежали к своей цели.

– Химера! Не дайте им добраться до укреплений!

– Винс, слева!

Высокий жилистый мужчина с гладко выбритой головой мельком выглянул из своей узкой бойницы и ужаснулся. Возле края стены визжал и выкрикивал проклятия один из раненых «светлячков». Не в состоянии идти, он просто полз на руках с бомбой в зубах. Лучник уложил его выстрелом в голову, но было уже поздно. Оглушительный взрыв разрушил левый край укрепления, и несколько солдат, включая Ботлера, рухнули вниз вместе с грудой камней.

Винс очнулся через некоторое время. Голова трещала, а глаза ничего не видели из-за образовавшегося облака пыли. Мужчина тяжело встал, несмотря на острую боль в груди – видимо, перелом ребер. Привыкнув к сумраку, он уже мог уловить некоторые очертания и образы. Рядом лежал его мертвый товарищ с раскрытыми мутными глазами. Чуть поодаль вражеский пехотинец проткнул клинком другого раненого лучника. Основное оружие Ботлера было сломано, так что пришлось вытащить кинжал из ножен, прикрепленных к поясу. Отбив удар справа, он коротко полоснул визерийца по горлу, затем в пируэте, оказавшись у него за спиной, ткнул клинком в глазницу другого, не ожидавшего атаки противника. Пропустив толчок щитом слева, Винс упал на спину и уже приготовился к судьбе, но пущенная сверху стрела заставила упасть вражеского пехотинца лицом вниз. Лучник понимал, что внизу ему не выжить, будь даже его оружие рядом с ним. Стрелок есть стрелок – он сражается издалека. Его размышления прервал крик бегущего к стене подрывника. И Ботлер среагировал не задумываясь. Вскочив с земли, он корпусом сбил с ног «светлячка» и придавил его своим телом.

«Прости, Кассия. Боюсь, я не вернусь домой. Это обещание я сдержать не смог», – последний горький вывод, который пронесся в голове Винса Ботлера.

Громкий взрыв раздался рядом с укреплением гридионцев, но не смог навредить ему. Решимость пожертвовавшего собой воина передалась всем лучникам, кто видел его кончину, и град стрел с новой силой хлынул на врага.

Тем временем клин, возглавляемый генералом Колинтом, встретился с латниками Нивера. Воины с бронзовыми щитами были остановлены свежими силами врага и, разрываемые пехотой и подрывниками визерийцев, оказались в окружении.

– Химера, Велинд! Прореди латников, ты же видишь, что наша армия увязла! – проревел Ягор Челинг.

– Боюсь, они слишком далеко. Баллисты не достанут. А если и достанут, то могут ранить своих.

– Но ты же…

– Тогда я был в другом состоянии. А мои ребята так не смогут.

– Бесовы визерийцы! Ладно, мы прорвем их.

– Но ведь вы и сами можете застрять, – с удивлением ответил командующий артиллерией и разведкой.

– Ты видишь другие варианты?

– М-м-м… да будет так. Завин, возьми половину наших людей и следуй за генералом Челингом.

– Есть! – звонко отозвался юноша.

– Мы все сражаемся ради единой победы, – ответил генерал Корд на немой вопрос своего друга.

Бородач лишь коротко кивнул в ответ.

– Вперед, парни! Заставим этих голодранцев сбежать в коричневых портках! – обратился Ягор уже к своим людям.

– Да! За Гридион!

Конница красной стрелой под звуки горна устремилась на помощь пехоте.

– Ну что, ребятки, заставим этих бомберов полетать?! – воскликнул оставшийся в тылу генерал артиллерии.

– Так точно!

– А ну-ка…

– Тройд, справа! – на левую стену бежал еще один «светлячок».

– Не дайте ему приблизиться!

Тройд Карс быстрым движением натянул тетиву и мягко отпустил. Стрела летела ровно в череп подрывника. Однако тот в мгновение ока отлетел на десяток метров и взорвался среди своих же.

– Ого, а меня научишь? – с ухмылкой спросил один из лучников.

– Нам бы с сотню таких, как ты, чтобы уничтожить всю армию Нивера.

– Как всегда, метко, генерал! – воскликнул на холме артиллерист с легкой сединой.

– Ну так, а ты что думал? Я в таком звании за красивые глаза? – с ухмылкой ответил Велинд Корд, который и уничтожил «светлячка».

– Не знаю, как за красивые, но за меткие – точно! – парировал подчиненный.

А спереди кавалерия и поддержка гридионцев вызволяла из окружения своих товарищей. Конница с громким гулом вошла в пехоту противника. Солдаты Ягора Челинга рубили визерийцев направо и налево, а тех, кто чудом избежал их клинков, добивали пешие воины. И пускай с большими потерями, но всё же кавалеристы смогли разорвать окружение.

– Фейзер, сюда! – прорычал раненый генерал Челинг.

Общими усилиями гридионцы возобновили продвижение к своей цели. Теперь никто не мог остановить их: ни пехота, ни лучники, ни остатки конницы, брошенные в бой Нивером. Армия короля Гридиона сметала всех на своем пути, разделяя и уничтожая визерийцев.

34. Пошел финанльный раунд

Со смертью своего генерала колидийцы всё сильнее ощущали страх смерти и… осознание, что теперь они свободны. Сначала несколько юношей, а затем и все остальные побросали свои клинки и бросились к выходу. Не остановили их ни заградительный отряд, предусмотрительно выставленный Хезардом Маверином, ни крики и угрозы короля, что раздавались из его кареты. Колидийцы бежали домой, подальше от проклятого ущелья, запаха крови и разящих мечей врага. А отряд Райгона и не пытался их догнать, ведь были у них и свои заботы: помочь раненым товарищам и восстановить силы после столь тяжелого боя. Но зря они ослабили свое внимание – подлый и трусливый король Мильгор решил во что бы то ни стало уничтожить ненавистных гридионцев. Даже если самому придется испачкать руки. Толстяк, потеряв самообладание и те крохи чести, что когда-то имел, бросился к уже заряженной катапульте с намерением похоронить врага в каменной ловушке.

– Лерон, останови его! – прокричал Салтер, краем глаза увидевший движение у механизма.

Но всё уже было предрешено. Снаряд громогласно врезался в одну из стен Химерова Когтя, и всё, что не обвалилось раньше, с невообразимым гулом рухнуло вниз в мгновенье ока, погребя под обломками своих и чужих. Гридионцы, Адригорцы адригорцы, Хафнийцы хафнийцы и Колидийцы колидийцы – камни не различали никого. Именно в тот самый миг имя Мильгора стало нарицательным во всей Наридии. Так стали называть трусов и подлецов, а затем и любого, кто не был чист душой от Золотого берега Берега и до Пламенных Гор.

«Что я натворил? Но Нивер был бы доволен», – пронеслось в голове у короля Колидии, пораженного стрелой в то место, где у этого человека должно было быть сердце.

С большим трудом шел гридионский клин через вражескую армию. Теряя друзей и братьев, воины всё решительнее продвигались к своей цели – смерти Нивера и концу этой кровопролитной войны. Солдаты Фейзера продирались сквозь бесконечное море визерийцев, убивали десятки и сотни противников, но не было видно конца этой зловещей силе. Разрываемые, уставшие и обескровленные – всё меньше было в них надежды. Но они шли: гордо и бесстрашно, вселяя ужас в сердца врагов упрямством и стойкостью.

– Закрыть короля! – кричал раненый главнокомандующий Колинт, с яростью льва круша визерийцев направо и налево.

С каждой раной, каждым убитым противником генерал Бренор становился сильнее и сильнее. Чужая кровь покрыла его кожу с головы до пят, превратив в демона войны. И плоть, и сталь одинаково рубил его клинок. Даже когда его меч был потерян вместе с рукой, он насмерть избивал щитом любого несчастного, подвернувшегося ему. Но даже могучий и грозный главнокомандующий Гридиона пал, обессилив от ран.

– Бренор! Бренор! – кричал как будто издалека король Фейзер.

– Ох и славная битва, Ваше Величество.

– И она еще продолжается…

– Не для меня, – ослабевая, ответил генерал. – Было честью сражаться с вашим отцом и вами.

– И для меня, друг, – дрожащим голосом произнес правитель Гридиона.

– Всадите копье в зад этому Ниверу, чтоб оно через пасть вышло.

– Я постараюсь.

– Закаленные в крови! – беззвучно прошептал Бренор Колинт Мутными глазами генерал посмотрел наверх. Там, в столь далеком небе, плыли небольшие белые облака, складывавшиеся в лица, до боли знакомые ему. Вот пролетел всегда задумчивый король Вольдер со своей густой бородой. За ним – его старший сын, широкоплечий Румфальт, брат Фейзера. Следом – вечно веселый и добрый юнец Маркот Сарпак. Куслет, Гидеон, Штавис, Диспер, Мерольт… Каждого своего подчиненного помнил главнокомандующий Гридиона.

«Подождите меня, друзья. Скоро настанет и мой час», – пронеслось в его голове. Так и погиб Бренор Колинт – генерал Стальной страны, товарищ короля Вольдера, наставник и друг его сына, Фейзера.

Юный правитель Гридиона поднялся с колен. В его глазах отразилась ярость падшего главнокомандующего. Он огляделся вокруг. Его солдаты погибали один за другим под напором визерийцев. Не больше двух дюжин их осталось. А вдали со злобной ухмылкой сидел на своем коне Нивер, ожидая долгожданной смерти своего врага. Фейзер вдруг осознал, что есть лишь один-единственный шанс.

– Здесь мы стоим, здесь мы и умрем! Ни шагу назад! – прокричал король своим солдатам.

Но никто и не собирался отступать. Изрезанные клинками, пораженные стрелами, гридионцы стояли твердо, подобно многовековым дубам. Они защищали своего правителя собственными телами. Нет, они не могли спасти его. Но способны были дать столь драгоценные мгновения. Фейзер снял шлем и бросил на землю, пропитанную кровью его товарищей. Вслед за ними пали его меч и щит. А затем и сам молодой король встал на колено. Но не хотел он сдаться в руки тирана, трусливо склонив голову. Шлем мешал его обзору. Клинок со щитом занимали руки. А преклонился он за копьем, лежащим под ногами. Мускулистая рука уверенно схватила древко, меткий глаз прицелился. Глубоко вздохнув, король бросил оружие в цель и готов был поклясться, что почувствовал руку Бренора Колинта на запястье в этот момент. Описав длинную дугу, острие пробило горячую плоть. Копье насквозь прошило шею коня Нивера и воткнулось в ногу самого властителя Визерии. Не спасли его даже ослепительные доспехи. Под предсмертный лошадиный хрип он упал на землю, крича и завывая.

– Я был счастлив погибнуть с вами плечом к плечу, Ваше Величество, – произнес последний павший защитник короля.

– А я был счастлив жить с вами плечом к плечу, – ответил Фейзер, и горькая слеза досады пересекла щеку, смешавшись с потом и кровью.

– Генерал, наша пехота скоро падет! – оттерев кровь с лица, закричал юный Завин.

– Химера! Вперед за Гридион! – проревел Ягор Челинг.

Но было уже поздно. Когда кавалерия отбила атаку визерийцев, король и его воины были мертвы. Уже в сумерках закончилась жестокая сеча. Десятки тысяч трупов лежали огромными кучами, и негде было ступить, чтобы нога не попала на чье-то тело или в лужу крови. До самого утра раздавались крики и стоны раненых солдат, которых не успевали даже перевязать. Те немногие, кто выжил и был способен самостоятельно передвигаться, помогали своим менее везучим товарищам.

35. Печальный итог и… конец?

Из гридионцев осталось меньше двух тысяч бойцов, визерийцев – порядка пятиста. Казалось бы, вот она – долгожданная победа Стальной страны. Но никто не радовался и не пировал. А если кто и выпивал, то лишь оплакивая боевых товарищей. Траур холодной волной прокатился по Гридиону. Города и сёла молчали, только иногда был слышен душераздирающий вой овдовевших жен. И вся природа пребывала в тиши: звери, птицы… даже ветер умолк. Только ледяной дождь оплакивал чудовищную утрату.

Спустя два дня раненый, но выживший Нивер, отбросив гордыню, признал победу Гридиона и возместил причиненные убытки. Но никто уже не мог вернуть к жизни погибших воинов. Многие семьи осиротели, а страна лишилась своего правителя. Голод постучался в двери жителей Стальной страны, но помощь нового короля Колидии подоспела вовремя, и караваны, полные еды, направились через расчищенное ущелье. В столь смутное время Гридиону жизненно был необходим новый правитель, и данную ношу взвалил на себя Ягор Челинг – единственный потомок рода Аблинтов по мужской линии. Несмотря на нанесенные раны, страна расцвела, и через долгие дни гробового молчания вновь раздался радостный смех.

Грузный мужчина с небрежной щетиной вытер пот со лба. Уже месяц шел разбор завала в Химеровом Когте. Добровольцы трудились не покладая рук, чтобы транспортная артерия снова оживилась и началась торговля.

– Великий Суперион! Ты только посмотри на него, – обратился побледневший молодой парень к бригадиру.

– А ты думал, как будет выглядеть человек, раздавленный валуном? Некоторых вообще невозможно опознать.

– Папа! Папа! Мне скучно дома одной, – раздался сзади детский голосок.

– Вот же… Эльба, я же говорил не ходить сюда!

– Но почему?!

– Это место не для такой маленькой девочки, как ты.

– Ну!

– Марш домой! – строго рявкнул мужчина.

Малышка грустно поплелась домой, но неожиданно снова закричала:

– Папа! Папа!

– Эльба! – прикрикнул на нее отец.

– Там кто-то есть! Вон, смотри!

– Отвернись немедленно!

– Но, папа, он пальцами дрыгает.

– Не придумывай.

– Папа, ну посмотри! – с обидой ответила девочка.

– Я тебе сейчас… – раздраженно прокричал мужчина, но тут же осекся.

Между двумя булыжниками торчала человеческая рука, которая и вправду медленно, но отчетливо шевелилась.

– Эльба, быстро позови тетю Ариану! Мужики, подсобите! – обратился бригадир к подошедшим волонтерам.

Здоровяк посмотрел на руку еще раз. Покрытая пылью, с парой разбитых пальцев, она наполовину находилась в песке. Но когда ее откопали, обнаружили надетое оружие, наподобие кастета, но с торчащими параллельно фалангам лезвиями. На тыльной стороне была выгравирована надпись: Закаленные в крови! От С. М.