Текст книги "Первый пользователь. Книга 16 (СИ)"

Автор книги: Артем Сластин

сообщить о нарушении

Текущая страница: 11 (всего у книги 17 страниц)

Глава 13

Глава 13:

Не нравится мне ситуация, когда становишься разменной монетой в чужих разборках. Какого-то чёрта взъевшиеся на землян звёздные империи, ушастые эльфы и словно этого мало, Чарльз, обладающий невероятным по мощи оружием. Иногда даже кажется, что это Система подкидывает мне проблем, чтобы испытать. Только вот вопрос, зачем?

В общем, весело жить в последнее время. Очень весело. Но по крайней мере, теперь у нас была передышка, чтобы подготовиться к грядущим проблемам. И первое, что мне было нужно лично мне – это хорошая драка, чтобы выбросить из головы все проблемы. Мне хорошо думается после физических нагрузок. Когда тело работает на пределе, мозг отключает всю шелуху, оставляя только суть – выжить, победить, приспособиться. Заодно, нужно немного добыть характеристик.

Пора было найти подходящую планету, чтобы заякориться уже на месте, и открыть пару-тройку порталов. Адреналин – лучшее лекарство от дурных мыслей.

Я выбрал на карте ничем не примечательную, необитаемую планету в одной из звёздных систем неподалёку. Судя по описанию, ни полезных ресурсов, на которые кто-то мог позариться, ни признаков разумной жизни, лишь пустынные каньоны и выжженные солнцем плато. Идеальный полигон. Никто не помешает, никто не увидит.

Посадил корабль на каменную площадку, всю усыпанную осколками скал у подножия гигантской горы, и с интересом осмотрелся, выходя наружу. Безжизненный пейзаж: красноватые скалы, иссохшие русла некогда текущих рек, песок, перемешанный с мелкой галькой, которая хрустела под ботинками. Тишина. Гробовая, абсолютная тишина, нарушаемая лишь свистом ветра, гуляющего по каньонам. Из аномального, тут была атмосфера, пусть и очень разряженная. В теории, думаю, что я даже мог бы тут дышать. Но зачем рисковать?

Я уже почти открыл портал в предвкушении боя. Уже мысленно был внутри, врываясь в ряды монстров с топором в руке, отдаваясь круговерти боя, чувствуя, как каждая мышца наполняется силой, а разум очищается от всего, кроме инстинкта и расчёта куда ударить, когда краем глаза я увидел вспышку в небе. Маленькую, яркую, как звёздочка, но неестественную для этого неба.

И тут же мой корабль взорвался.

Ослепительный шар белого огня поглотил мой звездолёт, а затем разбросал обломки по всей долине. Эта же ударная волна отшвырнула меня, как щепку. Я кувыркался в воздухе, стараясь стабилизировать полёт, и когда уже почти удалось, рухнул на камни в паре сотен метров от места посадки, прокатившись и впечатавшись в обломок скалы. Нехило меня так закинуло.

Я поднял голову, быстро осматриваясь. На месте моего корабля зияла воронка, по округе полыхали куски обшивк. Но не это было главное. Из-за вершины горы вынырнул небольшой, стремительный звездолёт. Он был меньше моего грузовика, угловатый, весь в выступающих стволах орудий. Чем-то даже похожий на истребитель, только в два раза побольше и явно лучше вооружённый. Нечто среднее, переходная модель? Мне бы такой точно пригодился. Жаль, что знакомство началось с попытки меня убить.

Он пронёсся над местом взрыва, развернулся с невероятной для его массы скоростью и направил на меня стволы. Ни попытки установить связь, ни попытки переговоров.

Вот это уже опасно!

Я подскочил на ноги, кувырком ушёл в сторону, и целая очередь лазерных лучей прошила камни там, где я только что лежал, оставив после себя оплавленные борозды. Бросился в сторону, отскакивая за ещё один кусок камня, понимая, что это глупость. Прошьёт насквозь. Но хотя бы скрылся из прямой видимости.

Что, чёрт возьми, вообще происходит? Кто на меня напал и зачем, учитывая, что я на абсолютно пустынной планете. Наткнулся на базу пиратов, и они решили избавиться от свидетеля? Но это глупо! Пираты бы сначала попытались ограбить, или хотя бы поиздеваться. Здесь же – безапелляционная попытка уничтожения. Может, это не случайность? Может, меня выследили?

Звездолёт пролетел над головой, и я воспользовался моментом. Оттолкнувшись от земли, взмыл в воздух, пытаясь занять позицию выше него. Мне нужен был удобный угол для атаки и нужно было понять, кто посмел на меня напасть. Правда, никаких особых опознавательных знаков я не заметил. Ни флагов, ни эмблем.

Корабль был чертовски вертким. Он не стал уходить в сторону, а резко затормозил, почти завис в воздухе, развернувшись ко мне передней частью корпуса. Искусственная гравитация? Снова очередь, заставляющая меня ввинчиваться в воздух штопором и снова уходить. Лучи пролетали так близко, что от брони их отделяли сантиметры. Я даже с разогнанным на максимум восприятием с трудом успевал реагировать. Кто там такой шустрый в качестве пилота?

Но хватит уворачиваться. Пора и контратаковать. Надоело быть мишенью.

Я выбросил руку вперёд, и выдал симметричный ответ, атакуя лазером. Энергия вырвалась из ладони тонким лучом. Но пилот был начеку. Звездолёт дёрнулся в сторону, и мой выстрел прошёл мимо. Ну хоть щит, полыхнувший голубой вспышкой, ему сбил. Значит, пробить можно. Нужно просто попасть.

Я продолжал парить, меняя направление рывками, стараясь не дать ему прицелиться. Он палил без остановки, прошивая небо красными лучами, рисуя в воздухе смертоносную паутину. Я отвечал тем же, но попасть никак не мог, словно он подстроился под меня, предугадывал каждое движение.

Нужно было изменить правила игры. Сломать ритм.

Я ринулся вниз к скале, к груде гигантских валунов. Корабль, словно привязанный, понёсся за мной, обстреливая, не давая опомниться. Камни вокруг плавились и взрывались. Но как только он оказался достаточно близко, почти навис над самой скальной грядой, я показал ему всё, на что был способен.

Геокинез.

Земля содрогнулась. Каменная стена вздыбилась барьером. Гигантские шипы, размером с десятки метров каждый, выросли на пути корабля, разветвляясь как деревья, образуя целый лес из каменных копий. Пилот рванул вверх, но немного не успел. Один из шипов, всё же задел крыло, скользнув по обшивке.

Послышался скрежет разрываемого металла. Корабль клюнул носом, из пробоины повалил чёрный дым, густой и едкий.

Есть! Достал! Теперь его манёвренность будет не та.

Он попытался уйти, развернуться для нового захода, но движения стали резкими, угловатыми. Я не дал ему опомниться. Снова выстрел. Промах. Ещё один! Снова мимо, но близко. Он отчаянно маневрировал, стреляя на ходу из орудий турельного типа, вращающихся во все стороны, заставляя меня постоянно смещаться, не давая сконцентрироваться. Сдаётся мне, там явно стоит компьютерная система прицеливания, слишком уж хорошо он стрелял, практически невозможно для живых. Каждый луч ложился точно в траекторию моего уклонения. Без систем предсказания движения тут не обошлось.

И вот, наконец, мне повезло. Он совершил предсказуемый манёвр, уходя от очередного каменного шипа, который я вырастил у него на пути, пытаясь загнать в ловушку. Всего на долю секунды его траектория стала прямой, идеальной для выстрела.

Этого времени мне хватило.

Тонкий как игла, луч лазера, исходящий из моей ладони, пронзил расстояние между нами и вонзился точно в корму корабля, туда, где, по моим предположениям, должны были находиться двигатели или, что ещё лучше, силовая установка.

Раздался глухой хлопок. Из кормы густо повалил чёрный дым, перемешанный с искрами. Корабль резко потерял скорость, закрутился волчком, и войдя в неуправляемую спираль, рухнул на землю в паре сотен метров от меня. Врезался в скалу с оглушительным грохотом, подняв тучу пыли, обломков и разлетевшихся во все стороны осколков скальной породы.

Я тут же ринулся к месту падения, держа наготове топор. Корабль не взорвался. Он лежал на боку, изуродованный, дымящийся, похожий на раненого зверя. Корпус был проломлен в нескольких местах, но в целом сохранял форму. Значит, там могли быть выжившие. Или, что более вероятно, кто-то мог попытаться сделать последний, отчаянный выстрел.

И они были.

Едва я приблизился, как аварийный люк с шипением отстрелился, кувыркаясь и уносясь в небо, и из клубов чёрного дыма на землю высыпало несколько фигур. Они поднялись, отряхиваясь от пыли. Высокие, стройные, в облегающей броне с плавными, органичными линиями, которая больше походила на вторую кожу, чем на защиту. И с острыми ушами, видимыми сквозь прозрачное лицевое стекло шлемов.

Эльфы. Ну конечно, кто же ещё?

Их было пятеро. Один, судя по позе, более уверенной стойке и более богатому, усыпанному едва заметными узорами убранству скафандра – командир. Остальные – скорее всего его охрана, элитный отряд. Они выстроились клином, отработанным движением, контролируя каждое моё движение, каждый намёк на действие. В их глазах, которые я видел сквозь визоры, не было ни страха, ни удивления от того, что их звездолёт сбил какой-то там презренный хуман. Лишь холодная ярость, да, пожалуй, толика презрения к низшему, недостойному существу. Смотрели они на меня, как на насекомое, которое почему-то оказалось опасным.

Командир сделал шаг вперёд, и я приготовился отражать удар, перенаправив вес тела. Но нет, он решил поговорить. Видимо, этикет или желание прочитать смертный приговор лично.

– Еретик! Ты посмел поднять руку на Избранную! На королеву Лейару Рал’энви! За это ты сдохнешь в муках! Я лично принесу ей твою голову.

Так вот, в чём дело. Информация просочилась. И просочилась быстро. Эти ублюдки были не от эльфийского Совета, не от Алатара, с которым у нас была договорённость. Они были приверженцами Лейары. Фанатиками. Значит, Чарльз и его подружка уже успели обзавестись своей армией фанатиков, готовых убивать и умирать за новую королеву. Но не всё так гладко в эльфийском королевстве, как мне старались показать. Слишком уж быстро произошла утечка информации. Причём учитывая, что встреча проходила на высшем уровне, течёт прямо там, на самом верху. И я даже предполагаю, кто мог это сделать. Та самая истеричная дамочка из свиты, не сдержавшая эмоций. Её высокомерие и страх могли легко превратиться в предательство.

– Её Величество объявила охоту. – Продолжал эльф, и его губы, видные под стеклом, искривились в гримасе презрения. – И мы, воины Истинной Крови, будем тебя преследовать, пока не уничтожим! Твоя наглая попытка принять заказ на нашу Повелительницу – оскорбление, которое смывается только кровью! Твоей кровью, хуман!

Я не стал ничего отвечать. Что я мог сказать? Что это они сами начали? Что я даже не думал ввязываться в их разборки, пока они не втянули меня силой? Это бессмысленно. Для них я уже был демоном, еретиком, осквернителем. Любая логика разбивалась об их веру. Просто перехватил топор поудобнее, почувствовав знакомую тяжесть и баланс в руке. Желают убиться об меня, ну ладно. Их дело. Их выбор. Мне остаётся только предоставить им такую возможность. И извлечь из этого максимум пользы.

Эльфы атаковали первыми. Несмотря на всё их высокомерие, они были профессионалами. Не бросились толпой, как я думал, в надежде задавить числом. Они растворились. Причём в прямом смысле слова. Их фигуры поплыли, исказились, будто сквозь них прошла рябь, и пропали. Маскировочные поля. Проклятые, высокотехнологичные, индивидуальные маскировочные поля, делающие их невидимыми не только для глаз, но, возможно, и для сканеров. Впрочем, что ожидать от расы, обладающей лучшими технологиями в галактике? Конечно, у них будут игрушки, о которых люди могут только мечтать.

Я едва успел отскочить назад, от места, где только что стоял. Там, где была моя голова секунду назад, воздух разрезала светящаяся голубым светом дуга эльфийского клинка. Я не видел нападавшего, но чувствовал сопротивление воздуха, когда он продавливал его своим телом, слышал едва уловимый свист движения.

Очень быстро. Очень тихо. И наверняка смертельно опасно.

Крутанулся на месте, описывая топором широкую дугу, не целясь, а надеясь на площадь поражения. Лезвие с лязгом и снопом искр встретилось с чем-то невидимым, и в воздухе, материализовался эльф, отшатнувшийся от удара, принявший удар на свой изогнутый клинок. Его маскировка сбилась, показав лицо, искажённое не столько болью, сколько яростью от того, что его раскрыли. Я не дал ему опомниться – нанёс короткий, мощный удар в бронированный торс навершием топора. Рёбра под доспехом хрустнули, словно сухие ветки, и эльф отлетел назад, ударившись о скалу и замер. А что он хотел? Я, под усилением, таким ударом, наверное, танковую броню сейчас проломлю. Он и не пережил, дёрнул пару раз ногами, да затих. Быстро, эффективно.

Сразу же, с двух разных сторон, в меня полетели выстрелы лазерных лучей – не беспорядочные, а прицельные, в стыки брони, в шлем. Броня держала, но я прям нутром чувствовал, что мощность там зашкаливает и костюм в любой момент может отказать, оставив меня уязвимым. Я пригнулся, сделав себя меньшей мишенью, и ринулся на одного из стрелков, ориентируясь не на зрение, а на ощущения от геокинеза. Реальное тело, стоящее на камне, давило всем весом на горную породу, создавая микровибрации, и я, пусть и не видел их, но знал, где они стоят, где земля под ними чуть иначе прогибается.

Ощущение не подвело – я врезался в невидимую преграду, и мы оба покатились по острым камням. На мгновение его маскировка отключилась, сбитая ударом, и я увидел перекошенное от ярости лицо, светлые глаза, полные ненависти. Мой топор обрушился на него сверху, но эльф, проявляя невероятную реакцию, успел подставить свой клинок, скрестив его с моим лезвием. Искры полетели во все стороны, ослепительные в тусклом свете, и я на мгновение удивился. Интересный материал, сумевший сдержать мой удар без видимых повреждений. Но всё равно слабее, потому что на лезвии его клинка остались глубокие засечки, и я видел, ещё парочка таких же ударов, и я просто сломаю его меч пополам.

Добить его я не успел. Почувствовал приближение сзади, лёгкое движение воздуха, изменение давления. Не оборачиваясь, я выбросил за спину левую руку, и стена пламени взметнулась между мной и невидимым преследователем. Послышался короткий, сдавленный крик – маскировка сбилась, показав эльфа, всего объятого огнём, который лип к его броне, пожирая её. Чуток добавил напора, сфокусировав жар в точке, и он страшно закричал, ощущая, как плавится броня и горит его плоть под ней. Через секунду крик оборвался.

Второй готов.

Я вернулся к тому, кого сбил с ног, но он, используя момент, пока я отвлекался на его товарища, уже успел подняться. Выскочил из-под меня как скользкий угорь, поднявшись с невероятной ловкостью и бросившись в атаку. Его клинок сверкал отблесками в красном свете местного солнца, выписывая в воздухе сложные восьмёрки.

Удары сыпались градом, один за другим, без пауз, без передышки. Длинноухий фехтовал с изящной, смертоносной грацией, выписывая клинком в воздухе сложные фигуры, стремясь найти слабину в моей обороне, обмануть, зайти сбоку, сзади. Быстро, очень быстро. Скорость, доведённая до совершенства. Но недостаточно для меня. Мое восприятие, разогнанное до предела, растягивало время, позволяя видеть каждое движение, каждый выпад. Я успевал, парируя тяжёлым топором, используя его массу и свою чудовищную силу, чтобы не просто блокировать, а ломать атаку, отбрасывать клинок, создавая открытия для контратаки.

Он сделал очередной выпад, я отбил, успев заметить появление очередной глубокой засечки на лезвии его оружия, и в этот момент что-то маленькое и круглое, размером с грецкий орех, покатилось к моим ногам из-под его плаща. Бомба. Граната с задержкой? Или контактная мина?

Отпрыгнул назад, одновременно подняв перед собой щит из спрессованной земли и камня, вырвав его прямо из-под ног. Раздался оглушительный хлопок, щит разнесло в клочья, осыпав меня градом пыли и мелких осколков. Но он сработал – основная масса осколков и ударная волна прошли мимо, только контузив.

Пока я защищался, невидимый стрелок, видимо, третий из группы, снова открыл огонь, на этот раз чем-то вещественным, наподобие автоматных пуль, но усиленных. Очередь ударила мне в спину, сбив с ног, отбросив вперёд. Что там за калибр у него? Чувствовалось, будто в спину ударили кувалдой. Броня выдержала, но было неприятно.

Я покатился по камням, начиная по-настоящему раздражаться. Эта игра в кошки-мышки, в невидимок и снайперов, надоедала. Третий эльф, тот, что фехтовал со мной, не упустил шанса. Он был уже надо мной, его клинок взметнулся в воздух для убийственного удара сверху, целясь прямо в щель между шлемом и наплечником.

Но я был быстрее. Даже лёжа. Не вставая, выбросил руку в его сторону, и под его ногами, прямо на том камне, где он стоял, вздыбился острый шип, который словно копьё, вырос из земли с такой скоростью, что преодолел звуковой барьер. Шип с хрустом пробил шлем скафандра, сделанный, казалось бы, из сверхпрочного материала, а затем вошёл в его подбородок под углом, вышел из затылка, заливая внутреннюю поверхность шлема тёмной жидкостью. Глаза эльфа, видимые сквозь треснувшее стекло, расширились от шока, его лицо исказила маска невыразимого ужаса и непонимания. На землю он не рухнул, оставшись висеть пришпиленным на каменном пике, как жуткий трофей.

Третий готов.

Я вскочил на ноги, отряхнулся. Оставалось двое: командир, который до сих пор лишь наблюдал, и ещё один его подчинённый, тот самый стрелок. Именно этот уродец меня расстреливал. Я ринулся к нему, двигаясь зигзагом, чтобы сбить прицел. Он отступал, пятясь, паля из своего оружия, но я уже активировал новый навык – кинетический барьер. Снаряды, долетая до меня, врезались в небольшие, создаваемые в воздухе перед ними силовые пластины и мгновенно разрушались от обратного кинетического импульса, разлетаясь облачком пыли. Право дело, больше толку было бы от лазера против такой защиты. Зато в очередной раз проверил, как работает навык в полевых условиях. Пригодится.

Сблизившись на дистанцию удара, я не стал размахивать топором – это дало бы ему шанс отскочить. Я просто врезался в него на полной скорости, как живой таран, плечом вперёд. Мы с грохотом свалились на камни. Его оружие отлетело в сторону, застучав по скалам. Он пытался достать короткий клинок, висящий за поясом, но поздно, я был сверху, придавив его весом. Мой кулак со всей силы обрушился на его шлем. Раздался глухой удар. Второй удар. Третий. Шлем треснул, паутина трещин поползла по прозрачному визору. Я успел увидеть его глаза перед четвёртым ударом, полные страха перед лицом неминуемой смерти. Четвёртый удар превратил его лицо за шлемом в кровавое месиво, а пятый, пройдя насквозь разбитое стекло и кость – проломил затылочную часть черепа. Тело обмякло.

А вот и четвёртый.

Я поднялся, оттряхивая руку от крови. Повсюду лежали тела эльфов, дымились обломки их корабля. И стоял их командир. Он не двигался с самого начала, безучастно наблюдавший за гибелью всей своей группы, словно его это не волновало.

– Продолжим? – Приглашающе махнул я ему рукой.

– Ты сильнее, чем о тебе сообщали, хуман. – Раздался его голос. – Но силы тьмы не спасут тебя от света Истинной Крови. Ты лишь отсрочил неизбежное.

– Что за чушь ты несёшь? Какая тьма? Ты там вообще поехавший? – Я рассмеялся. – Вы пришли первые. Пытались убить меня исподтишка, взорвали мой корабль, напали, скрываясь в невидимости, пытались расстрелять, зарезать, взорвать. А теперь ещё и прикрываешься пафосными словами про свет и тьму? У вас, у высокородных, всегда так? Сначала сделать подлость, а потом затирать про высокие идеалы?

Он не ответил. Видимо, аргументов не нашлось, или он считал ниже своего достоинства спорить с животным. Вместо этого его правая рука дёрнулась быстрым, отточенным движением, и из скрытого отсека на предплечье выскользнул короткий, похожий на стилет, клинок. Эльф принял боевую стойку – низкую, сбалансированную, и без единого лишнего движения бросился в атаку.

А он был быстр. Чертовски быстр. Но словно этого мало, ещё и его движения были идеальны. Экономные. Смертоносные. Каждый удар, каждый блок, каждый шаг, каждый перенос веса – всё было просчитано и отточено до автоматизма. Он не тратил лишнюю энергию, не делал широких, эффектных взмахов. Только необходимое. Вот что значит настоящая школа и оттачивание боевого искусства в течение сотен лет, если не тысячелетий. Если честно, мне до такого уровня чистого мастерства ещё учиться и учиться.

Я держался то только потому, что был значительно быстрее и сильнее его физически. Но даже так, он на голой технике, на одном умении, доставил мне несколько неприятных моментов, чуть не достав стилетом. Его клинок скользил по моей броне, оставляя на ней глубокие борозды, и я понимал, что если он попадёт в одно и то же место дважды – пробьёт.

Мой топор, тяжёлый и неуклюжий в сравнении с его оружием, встречался с его крошечным клинком, и каждый раз отскакивал, будто я бил по наковальне из какого-то сверхплотного материала. Очередной артефакт? Или просто качество эльфийского оружия? Он парировал, используя мою же силу и инерцию против меня, уклоняясь от ответа, заставляя меня проваливаться в пустоту.

Я пытался использовать стихии, чтобы сбить его ритм. Выброс концентрированного пламени из руки – он ушёл в сторону, словно предугадав направление ещё до того, как я начал движение. На поднимающийся из земли шип он не попался, а заскочил на него, сделав заднее сальто и использовав его как трамплин для нового выпада. Созданный мной порыв ветра, чтобы сбить с ног, он проигнорировал, использовав нечто вроде реактивного ранца на спине, создав противофазу в движении и сохранив равновесие.

Чёрт. Да он читал меня как открытую книгу.

Нет, конечно, можно было закончить всё в одно мгновение. Разогнанное на максимум восприятие давало мне достаточно возможностей для атаки, которую он не смог бы парировать чисто физически. Да хотя бы даже задавить голой мощью, превратив всё вокруг на сотни метров в огненный ад, или активировать иссушение, вытянув из него всю влагу, или полоснуть широким лучом лазера, от которого не увернуться. Но мне было интересно. Я не хотел быстро заканчивать это. Это был вызов. Вызов моим навыкам, моей способности адаптироваться.

Да я же приземлился на планету с одной целью. Ввязаться в хорошую драку! Выпустить пар, отточить умения на монстрах. И вот, драка сама прилетела ко мне, да ещё и такого качества. Грех, заканчивать её прямо сейчас. А ещё это отличный, просто бесценный шанс поучиться новым приёмам, тактике, движениям у истинного мастера. Не думаю, что на Земле есть какой-нибудь боец схожего уровня чистого мастерства. Жаль, конечно, что он дерётся не топором, а стилетом, но даже так – неплохо. Очень неплохо.

Мы кружили по выжженной земле, а наши тени, вытянутые низким солнцем, в такт нашим движениям плясали на обломках скал, разбросанных повсюду. Наверняка со стороны, если бы тут был хоть один зритель, это выглядело бы красиво и страшно одновременно. Все эти молниеносные удары, пируэты, взмахи, отступления и увороты, снопы искр при столкновении оружия. Жаль, никто не смотрит. Если только мёртвые эльфы да дымящиеся обломки. Ну ещё, может быть, за мной наблюдает вездесущий искусственный интеллект.

Нападающий провёл серию из трёх быстрых ударов, заставляя меня отступить на шаг. Его клинок просвистел в сантиметрах от моего горла, я почувствовал, как по коже пробежал холодок. Вот тоже интересный вопрос – пробьёт ли этот стилет защиту или нет? Раз уж оставляет царапины, то скорее да, чем нет, но лучше не рисковать и не проверять. Моя регенерация сильна, но голова – всё-таки голова и отрастёт ли она, проверять не хотелось.

Мы дрались уже полчаса, как минимум. Эльф уже показал весь свой арсенал, все приёмы, все уловки. Несколько раз он даже использовал те же маленькие бомбы, пытаясь подорвать и меня, и себя, создавая хаос, но я, подражая бейсболисту, ударом топора плашмя, раз за разом отправлял их высоко в небо, где они взрывались далеко над нами безобидным, ярким фейерверком. Напрасная трата хороших боеприпасов.

И это, его упорство, начало понемногу надоедать. Да, голое мастерство эльфа впечатляло – каждое движение перетекало в следующее, не оставляя окон для контратаки, создавая ощущение, что ты борешься с самой идеей фехтования. Но всё же мы были в разных весовых категориях. Это, как если бы величайший гроссмейстер фехтования вышел против асфальтоукладчика, пытаясь заколоть каток изящной шпагой. Техника, доведённая до совершенства, против грубой, подавляющей, неотразимой мощи и скорости, помноженной на собственную, пусть и менее отточенную, технику.

Эльф, кажется, тоже начал это понимать. Его дыхание, которое раньше было не слышно вовсе, стало прерывистым, шипящим в шлеме. Движения, хоть и оставались безупречными с точки зрения формы, потеряли ту самую неуловимую лёгкость, воздушность. Он уставал. Физически и, что важнее, ментально. А я – нет. Моя выносливость позволяла мне махать этим топором хоть неделю без перерыва на обед и сон. Я мог просто ждать, пока он совершит ошибку от усталости.

– Твоя техника безупречна. – Признал я наконец, блокируя очередной, уже чуть более медленный выпад. – Честное слово. Я такого ещё не видел. Но ты не победишь. Ты это понимаешь. Сдавайся. Мне нужна информация, а не ещё один труп.

Он не ответил, лишь сузил глаза. И вдруг, в его взгляде что-то изменилось. Отчаяние? Или последний, отчаянный трюк?

Эльф разорвал дистанцию, совершил несколько огромных, мощных прыжков назад, отлетая на добрых пятьдесят метров. А затем, сгруппировавшись, он превратился в живой снаряд. Реактивный ранец на его спине полыхнул огнём, но не короткими импульсами, как раньше, а сплошной, ревущей струёй, словно там открыли брандспойт с водой, только вместо неё было адское, бело-голубое пламя. Отчаянный, чертовски быстрый и, по сути, суицидальный рывок. Всё или ничего.

Хорошая попытка. Для любого другого противника, даже очень сильного, это стало бы концом. Скорость, мощность, элемент неожиданности. Но он забыл, с кем имеет дело.

Его клинок, вытянутый вперёд, скользнул по лезвию топора, который я подставил в последний момент. Оружие проскользило дальше, не оставив даже царапины, а сам он, потеряв точку приложения силы, провалился вперёд, оказавшись в моей зоне досягаемости. Вплотную. Без возможности отскочить, изменить траекторию. Он был в воздухе, а я на земле, с уже занесённой для удара свободной рукой.

– Попался. – Выдохнул я почти беззвучно.

Мой кулак, собравший в себя всю силу, всю скорость, всю мощь усиления, врезался ему в солнечное сплетение, прямо под грудной пластиной. Что-то внутри хрустнуло, его согнуло пополам, выбивая весь воздух из лёгких, и в этот момент, используя инерцию его же движения, мой топор пошёл вниз. Не для убийства. Пока нет.

Я не собирался его убивать сразу. Мне нужна была информация. О Лейаре, о её силах, о том, как они меня нашли, о планах. Но оставлять такого опасного противника с возможностью двигаться, держать оружие, было бы верхом идиотизма.

Первый удар, быстрый и точный, отсёк ему правую ногу чуть выше колена. Клинок топора прошёл через броню, кость и плоть как через масло. Эльф даже не успел закричать, как я, используя инерцию тяжёлого оружия, плавно развернулся и снёс ему левую ногу тем же движением. Он рухнул на камни, как подкошенный манекен, издав лишь короткий, захлёбывающийся стон.

Но даже лёжа в пыли, истекая кровью, с ампутированными ногами, он попытался поднять руку со стилетом, чтобы совершить последний удар. Фанатик, чтоб его. До самого конца.

– Лежать! – Рявкнул я.

Взмах. Левая рука отделилась от тела и отлетела в сторону.

Я занёс топор для последнего удара, чтобы лишить его и правой конечности, со стилетом, обезвредив окончательно. Удар! Лезвие прошло сквозь плечо, но вместо привычного звука отрубания плоти и хруста кости раздался звонкий металлический лязг и сноп искр.

Я замер, глядя на отрубленную конечность. Из культи торчали пучки проводов, сервоприводы и погнутый титановый штырь, заменяющий кость. Полимерная кожа, имитирующая настоящую, лопнула, обнажая сложную механику.

– Ну ни хрена себе… – Пробормотал я, опуская топор. – Эльф-киборг?

Это было странно. Эльфы, эти поборники природной чистоты, презирающие грубые технологии людей, сами баловались аугментациями? Или это привилегия только для избранных фанатиков Лейары? Если так, то лицемерие ушастых вышло на новый уровень.

Эльф лежал на спине, его глаза закатились, лицо под остатками шлема посерело. Шок, кровопотеря и, возможно, отказ систем жизнеобеспечения делали своё дело. Он умирал. И с ним могли уйти все ответы.

– Э, нет, приятель, так не пойдёт. – Я убрал топор в инвентарь и достал из инвентаря тюбик с регенеративным гелем.

Сорвал с него остатки разбитого шлема, запоздало подумав, что местная разряженная атмосфера может добить его, но нет… Повезло. Он с трудом, хрипло, но продолжал дышать, пуская кровавые пузыри изо рта. Лёгкие, видимо, ещё свои, органические. Или не совсем.

Я щедро, не жалея, выдавил густую, субстанцию на обрубки его ног и руки. Гель зашипел, вступая в реакцию с кровью и биологическими жидкостями, мгновенно вспениваясь и запечатывая раны плотной, эластичной коркой. Достал ещё один тюбик, разжал ему челюсти и выдавил содержимое в глотку. Отрастить конечности заново он не сможет, для этого нужно гораздо больше геля, время и, возможно, операционный комплекс. Но вот остановить критическое кровотечение, стабилизировать состояние и не дать пациенту откинуть копыта прямо здесь и сейчас – запросто.

Эльф дёрнулся всем телом, его глаза на мгновение прояснились, в них мелькнула дикая, непонимающая боль, а затем он затих, провалившись в глубокое, беспамятство. Хорошо. Без сознания – менее опасен и более сговорчив, когда очнётся.

Убедившись, что он никуда не уползёт, я создал вокруг него небольшую клетку из камня – просто на всякий случай ибо куда он денется теперь? Да и мало ли, привлечённые шумом и запахом крови нагрянут местные хищники.

Теперь можно было заняться вторым важным делом.

Я на всякий случай осмотрелся и направился к дымящимся останкам их корабля.

Звездолёт вблизи выглядел ещё печальнее. Мой выстрел угодил прямо в реакторный отсек или в какой-то ключевой энергоузел, и, судя по характеру разрушений, вызвал каскадное замыкание по всему корпусу. Корма превратилась в оплавленный, бесформенный комок черного металла и керамики, но носовая часть и кабина пилота уцелели относительно неплохо, хотя и были сильно помяты при падении.

Забрался внутрь через крупный пролом в борту, где оторвало одну из турелей. Интерьер был типично эльфийским, даже в боевом корабле: никаких резких углов, всё плавные, обтекаемые линии, сенсорные панели, которые раньше, наверное, светились мягким, успокаивающим голубым светом. Вернее, светились раньше. Сейчас всё было мёртво, тёмно, лишь кое-где перемигивались аварийные красные диоды, давая понять, что какие-то системы ещё пытаются работать.