Текст книги "Приграничное владение 5 (СИ)"

Автор книги: Артем Матюшенко

сообщить о нарушении

Текущая страница: 18 (всего у книги 37 страниц)

Глава 18

Почти до обеда народ грузился на большую галеру оборудованную, пока, одним большом парусом. Северяне во главе с Ярыгой, отплыли еще на рассвете, часов семь назад, на своей быстроходной плоскодонке, чтобы прибыть немного раньше и предупредить всех жителей о положительном итоге их переговоров и встрече будущего правителя, но народу и без них хватало. Саша все же подумал, и решил взять с собой Герхарда, пусть уж на торжественном мероприятии будут оба рыцаря рядом с ним. Но узнав о том, что ее жених плывет становиться сюзереном целого города, Агата тоже напросилась в это небольшое путешествие, ну а с ней, и ее подруга Вероника, и господин Рувво с супругой – свита княжны и вдобавок дворяне, просто так нафиг не послать, приходится прислушиваться.

Командора всех островных войск, лейтенанта Капчика, пришлось тоже брать, как-никак, его солдатам там форт строить, да службу в нем нести. Ярл Олаф, тоже должен плыть, его северянам побережье, да реку Полноводную, на своих снеккарах патрулировать. Айсинур, его помощник и еще дюжина босмеров стрелков которые останутся в усиление солдатам Капчика. Еще, торжественный караул состоящий из сборного отряда. Потому как, «так, милорд, вы покажете мощь и великолепие» – посоветовал ему Герхард. Ну да, дюжина гвардейцев в синих сюрко, по традиции, с вышитыми на груди золотым имперским львом, валашцы в своих бело-голубых сюрко с вышитым на груди соколом (пока Саша, формально, не князь, но княжна-то будет присутствовать на церемонии гоминиума, как она тут называлась) и дюжина лучших воинов Капчика, в зеленоватых сюрко с вышитым на груди гербом Ригена – русалкой держащей щит и меч. Потому он, все его рыцари и командиры взяли с собой мечи, шлемы, парадные перевязи, расшитые плащи и парадные костюмы.

Макарову тоже пришлось брать с собой свой парадный, расшитый серебром и отделанный мехом соболя плащ, массивную золотую цепь с серебряным медальоном на котором был изображен герб Ригена, помимо ножа в украшенных серебром ножнах, еще и подаренную Вардисом тяжелую шпагу украшенную в навершии большим рубином, а главное золотой венец правителя – маркграфскую корону. Ну что, тут уж надо соответствовать, не в армейском же камке к народу выходить. Тут ведь как везде, встречают по одежке… ну главное, чтобы проводили хорошо!

В общем, полный набор – ответная делегация, превышающая приезжавших к нему северян, раз так в десять. Ну и Якоба взял с парой помощников, пусть налаживает связи с тамошним муниципалитетом. Хотя какой там муниципалитет? Несколько старейшин и хорошо, если книги какие ведут. Но ничего, в планах у Александра не только военную помощь оказать, да золотые монеты взамен добытого золота выдавать, но и создать инфраструктуру. Построить большой рынок, несколько лавок, возможно, мастерские от гильдий. Раз уж будут горожане получать часть дохода от золотодобычи, то лучше если они свои деньги за товары торговцам с Ригена отдадут, нежели кому другому, да и товар у заготовителей они же скупать могут и на коггах, да кноррах маркграфа его в Тихую гавань и Кайру доставлять.

Еще, на галере плыла сотня с небольшим солдат армейцев, которые в три смены будут налегать на весла, ну и два десятка опытных строителей и плотников, которые будут руководить строительством северного укрепления. А когда вернется Лаэрт со своими разведчиками, то придется и на остров, помимо нанятых в Хунгисваре рабочих, отправить столько же мастеров с Ригена. Хотя, там еще и каменщики потребуются, если побратим и впрямь, каменную башню решит ставить.

«Не дай бог, нападет какая чудовищная тварь и утащит большой корабль в пучину морскую, считай, все руководство Ригена одним махом!» -внезапно пришла Саше в голову несуразная мысль.

Тут, конечно, тоже легенды и про кракена есть, и про чудовищных размеров акулу, но Саша надеялся, что это только байки. Плыли они каботажем – меньше километра до берега, без труда доплыть можно, да и сопровождало их два снеккара северян Олафа.

Галера претерпела немалые изменения, помимо установленной, пока, одной мачты, с палубы убрали все клетки для содержания перевозимых рабов, расширили надстройку на корме и теперь там вместо двух кают, было четыре. Возвели длинную и узкую надстройку ближе к носу корабля, где могли спать свободные от вахты и весел солдаты, а еще натянули несколько тентов от солнечных лучей, чтобы леди Агата и другие сопровождающие маркграфа дворяне могли с комфортом проводить время на палубе. На мачте синел флаг Вэллора, а на карме развевалось сразу пара – изумрудный стяг Ригена, с вышитой у самого древка русалкой и лазоревый, с летящим белым соколом, стяг княжества.

Сам же Саша, посидев немного на палубе в установленном под тентом удобном раскладном креслице, перекинулся несколькими фразами с делегатами, а потом, ушел в каюту. У него было дело, к которому, из-за суеты и загруженности последних суток, он никак не мог приступить. Саша уселся за стол возле небольшого оконца, с распахнутыми сейчас ставенками, выходящим на кильватерный след, взял вещмешок и вынул из него черную книгу, то ли убитого, то ли впрямь выжившего колдуна.

Толстая обложка черного цвета, сделанная из какой-то грубой кожи. Две небольшие золотые застежки, отщелкнув которые Саша раскрыл книгу на первой странице – буквы незнакомого языка выведенные черной тушью на пергаменте. Всего страниц в книге было не так много – тринадцать и первая, до середины была пуста. Саша перевернул ее и увидел рисунок, все той же черной тушью напоминающий старинную гравюру. Как понял Саша на ней был изображен один из высших демонов-королей. Тот сидел на коне, на голове корона, в одной руке меч, в другой знамя. Под рисунком и на соседней странице снова текст.

Перевернул плотную пергаментную страницу и стал разглядывать вторую картинку – этого, как раз видел в подвале заброшенного интерната. В темном балахоне, кожа обтягивает череп, глаза с вертикальными зрачками и раздвоенный язык. В одной руке чаша, в другой небольшой кувшин, будто демон собирался налить вина пришедшему гостю. Снова текст, который Саша еще не мог читать, но предположил, что как раз под изображением демона написано его имя – Слааш.

На третьем рисунке мускулистый человек в набедренной повязке… вернее демон, с бычьей головой. Очень похож на мифического минотавра. В правой руке сжимает костяной топор, в левой – рог животного, на плече восседает черный ворон. Заурган! Один из пяти высших демонов тьмы. Демон ярости и мщения. Может являться в образе черного, огнедышащего быка. При обращении к нему, может помочь сокрушить самых сильных врагов и свершить праведное мщение.

Следующий демон – Хельвар, повелитель мертвых. Является в виде скелета с оставшимися кусками плоти на костях. На голом черепе надет стальной обруч с огромным сапфиром, в руке копье тьмы. По просьбе мага, может насылать порчу и мор, неурожай и падеж скота. Может обучить мага некромантии, чародейству и общению с духами убитых насильственной смертью. Может показать спрятанные в земле клады и отыскать сокрытые сокровища.

Только сейчас Саша понял, что уже несколько минут, разглядывая картинки читает, а главное понимает смысл написанных под ними слов.

«Ого, я стал понимать написанное, но почему-то анализатор промолчал?»

На очередном рисунке-гравюре, был изображен пятый и последний демон из высшего круга – Аташве, горбатый карлик в кожаном переднике кузнеца с молоточком в руке. Этот демон был покровителем магов-артефакторов, мог дать знания для изготовления самых сложных амулетов, научить мастерству выковывать доспехи и оружие тьмы. Мог показать, где в земле залегают разные металлы и драгоценные камни.

«Вот, черт, какие перспективы! Жаль только, что для всего требовались человеческие жертвы!»

Саша снова открыл страницу с первым рисунком и прочитал про верховного демона. Баргот! Высший из демонов, король тьмы и преисподней. Является верхом на красном коне, в золотой короне на голове, в одной руке – знамя тьмы, в другой священный меч. Дает большую магическую силу призвавшему его магу. Может научить заклинанию трансмутации – обращать другие металлы в золото. Даст силу и власть влиять на людей. Может явиться, вызывающему его магу, в образе большого черного пса с горящими глазами.

– Саша, что ты тут один сидишь? -заглянула в каюту Агата.

– Да, что такое-то? Мне спокойно поработать нельзя⁈ -вскинулся Макаров.

– Ну ладно! -девушка сразу захлопнула дверь

«Вот же засада, чего это я сорвался?»

Макаров убрал книгу обратно в походный рюкзачок и вышел на палубу. Леди Агата стояла у борта одна и на глазах ее он увидел навернувшиеся слезы.

– Прости, пожалуйста! -чуть приобнял он невесту за тонкую талию,– -Сам не знаю, что со мной, на нервах весь.

– Ладно, Саша, я понимаю! -положила она руку на его ладонь,– -Такое событие важное, я тоже волнуюсь и тебя, конечно, понимаю.

На пристани Хунгисвары, уже стояла толпа народу, впрочем, основной ритуал и торжество было назначено на следующий день, сейчас просто встреча будущего сюзерена и лорда. Северное поселение, когда-то вольных охотников и рыбаков, представляло сейчас целый город. Ну да, как ему сказал Ярыга, живет здесь уже около двух тысяч человек. Теперь не только охотники, да промысловики, больше половины мужиков обзавелись семьями. Привозя себе невест и из Нординга, и из Вэллора, и даже с Западного берега Срединного моря. А последнее время зазывают к себе и беженок, девиц и вдов из воющих княжеств – всем мужья найдутся.

Многие промысловики, ранее приплывающие сюда сезонно, осели, стали заниматься выращиванием свиней или крупного скота, было несколько пивоварен, своя сыроварня, пара кузниц, скорняжные и кожевенные мастерские на окраине, где выделывали шкурки пушного зверя и крупного рогатого скота. Северяне, даже, разводили лошадей, свою разновидность – пятнистого окраса, низкорослых, но выносливых. Чем-то, напоминающих гномских тягловых пони, что Саша, десятка три, купил через совместный торговый дом и привез на остров.

Церкви, тем более собора в городке не было, да и суровые мужики мало своего времени уделяли молитвам и церковным догматам. Мало того, тут жило много язычников, о чем свидетельствовали деревянные истуканы лесного бога удачной охоты и бога моря, стоявшие недалеко от пристани. Макаров, сам не был ярым приверженцем принятой в империи религии с обязательным почитанием бога творца и семи его человеческих воплощений, поэтому проблемы, пока между собой мирно уживаются представители разных религий, он не видел.

Постоянной армии, даже небольшой, в Хунгисваре не было, только полсотни народного ополчения при нападении врага и с десяток воинов дежуривших в общинном доме, представлявших из себя смесь дружины, телохранителей старейшин и народной милиции следившей за порядком, а иногда, осуществлявшей расправы над особо провинившимися. Но, по большей мере такие расправы по решению совета старейшин, представляли из себя полдюжины плетей за пьянство или дюжину, за мелкое воровство.

С дороги Саша умылся, перекусил, дал людям немного отдохнуть, но рассиживаться не стал – нужно было успеть осмотреть тот самый остров, который находился ближе всего к местам промысла золотодобытчиков. Благо, что сюда шли по южному течению омывающему восточный берег и по ветру, поэтому команды снеккаров практически не налегали на весла.

До острова, который они с Лаэртом назвали тогда островом «Побратимов» на веслах два снеккара дошли относительно быстро, часов за пять с небольшим. В прошлый раз дорога показалась маркграфу намного длиннее.

«Если сейчас, против течения за пять, то по течению еще быстрее будет, или там ребята на весла налегать не станут, зачем, если по течению снеккар сам плывет? Да и шли при хорошем попутном ветре – гребцам легче, вот потому и получилось так скоро доплыть. А если, ветер встречный, так сколько добираться получится – часов семь, восемь или того больше, если гребцы-северяне устанут и на отдых к берегу на часок причалят?»

Макаров попросил Олафа подплыть к памятному острову. Заводь удобная, получилось подойти к самой земле. Саша сбежал по доске-сходне и пошел осмотреться, с ним ярл Олаф, Большой, лейтенант Капчик, пара гвардейцев и телохранитель ярла – суровый северянин с багровым шрамом на лице. Шириной остров был метров пятьсот в самой его широкой части, длиной – километра полтора.

«Один километр, четыреста двадцать три метра.» -услужливо подсказал ему анализатор.

От земли примыкающей к предгорьям остров отделяла узкая протока, шириной всего метров в тридцать.

«Может, вода спала? Но в прошлый раз она была шире или, мне, так показалось?»

На западной оконечности над водой, на добрых дюжину метров возвышался плоский, скалистый утес на котором, как сказал тогда Лаэрт, было бы хорошо поставить башню.

'А что, сам остров метра на четыре над гладью воды, поэтому его даже весной не заливает, ну если только самую его восточную окраину, низину поросшую кустами и осинником. Действительно, на таком острове удобно военный лагерь расположить или даже форт поставить, для солдат, что будут промысловиков охранять. Вот только, кого сюда старшим поставить, кому я доверяю? Волоху Большого? Так мне без него на Ригене скучно будет, да и дом он новый только построил, а тут на тебе – снова переселяться! Герхарда или Радека? Так они тоже на Ригене нужны, да и какие из городских дворян-гвардейцев следопыты?

А может, моего побратима и переселить, раз хотел тут башню поставить, так пусть ставит, кто помешает? Через протоку, пожалуй, без проблем, можно мост поставить. Сначала деревянный, а после и каменный построить. Если в форте, рядом с Хунгисварой точку перехода установить, то можно сюда и кирпичи из песчаника без всяких проблем доставлять. Галера-то мне самому нужна будет, а вот один из грузовых коггов, что еще пиратами захвачены были и мне достались, можно сюда выделить и один снеккар нордов для охраны. Хотя и местные, на своих плоскодонках могут строительный камень доставлять, все заработок. На своих корабликах будут сюда камень доставлять, продукты, рабочих старателей на промысел возить и обратно, а отсюда уже намытое золотишко. Хотя, золото лучше коггом или снеккаром в Хунгисвару доставлять, так надежнее.

Если, на снеккаре команда в полторы дюжины, да на когг, помимо команды, еще дюжину солдат, то кто тогда на них нападет? Да и полдюжины лесных стрелков, можно сменой сюда направлять можно, например, по неделе дежурить. А можно и дюжину, а чего – нормально! В форте возле поселения северян дюжина стрелков не помешает, посидели неделю в крепостице, потом сюда за золотом сплавали и домой переходом! Лаэрт говорил, что ему на лесовиков поровну, это с высокородными у них ненависть ненавистная и вражда кровная, а лесные братья ему, что шли, что плыли!

Вот только, двенадцать разведчиков темного для замка маловато будет? Тут, и промысловиков золотодобытчиков конными разъездами охранять нужно, и рабочих строителей на этом острове, да и золото если все сюда с приисков привозить будут, то тоже охрана хорошая нужна. Кто знает, сколько его за неделю в горных речушках да ручьях намоют, может несколько килограмм, а может и впрямь, самородок с конскую голову отыщут? Хотя, в чем проблема, выделю сюда отряд в три дюжины копий во главе с сержантом, поставят армейские палатки для себя и рабочих, укрепят на первое время военный лагерь как смогут, а через неделю-другую, срубы под жилье, да частокол поставят. Да и рабочих рук в самой Хунгисваре много, за золотые солиды, думаю, немало желающих тут поработать найдется. Не хотят по щиколотку в ледяной воде горных ручьев золотой песочек мыть, велком на строительство!' -все обдумав и удовлетворенный своими умозаключениями, Саша вскарабкался на скалистый утес.

«Ну да, хорошее место, просто отличное, представляю какой вид будет с этой башни! Даже, немного завидую побратиму. А ведь, если Лаэрту выделять небольшой процент с добываемого золота, то совсем это лыко в строку выйдет. И службу будет старательнее нести, так как и себе тоже доход, и деньги будут, еще разведчиков в отряд набрать. Ну да, если он тут свою башню поставит, зачем я буду тут своих армейцев держать, свой гарнизон и наймет. Нет, на первое время, выделю конечно и людей и средств, а там пусть сам крутится, да еще и мое золото охраняет. Ай да, Санька, ай да су… голова, в общем!»

Макаров, еще постоял на утесе глядя на широкую реку, что неспешно несла свои синие воды от ледников Белого великана, до Срединного моря и задумался.

«Вот интересно, поверил я бы сейчас личу в шелковой маске? Скорее всего, нет! Да уж, наивный был, молодой, не пуганный! Хотя, поверил тогда и не прогадал – видать не все, колдуны одинаково вредны, попадаются и вменяемые. Лаэрта спас и мне операцию магическую на глаза сделал. Что, он там, мне говорил? Что участие в войне принимал, когда все расы против людей были? А ведь, это более тысячи лет назад было, еще во времена первой империи! Еще говорил, что это он знаменитого 'белого лекаря» изобрел, а после дополнил его формулу новыми ингредиентами, улучшил до «сияющего», который уж совсем чудотворное средство прямо какое-то. Живая вода, а не лекарство. Хотя, почему нет? Человек… вернее мертвый человек, лич, который походя делает магическую операцию на глаза, улучшая мое зрение, делая его лучше кошачьего, да который, изобрел такое лекарство, как «сияющий»?

А ведь по местным религиозным писаниям, тот самый лекарь, что принимал участие в великой войне первой империи и изобрел чудо-лекарство, признается одним из семи воплощений бога создателя, почитается наравне с девой Вергуной и воином-магом Альвертисом. Кто там еще – старец, матерь, камнетес и кузнец? Это выходит, ему церковники в храмах молитвы воздают, а он, не желая умирать, стал живым мертвецом и хоронится ото всех где-то на севере за белыми шапками далеких гор? Мда… такое вслух говорить не стоит, за такое и в ереси обвинить могут, да к сожжению на костре, публике на потеху, приговорить!'

Саша решил свои размышления и домыслы насчет неверности церковных догматов, оставить сугубо при себе. Он, еще раз, с утеса оглядел остров и укрепился в своем выводе, что это отличное место для строительства укрепления.

«Ну что, ознакомительную прогулку пора заканчивать, возвращаться назад в Хунгисвару и завтра переходить к торжественной части моей миссии!»

Вернулись в поселение северян уже в сумерках, но все равно Саша прогулялся до большого холма на окраине Хунгисвары, где его солдаты стали лагерем. Остался доволен увиденным – вокруг холма начали копать ров, кое-где уже лежали заготовленные для частокола бревна. Сам холм выровняли, вырубили густой кустарник и деревья, правда оставив в середине получившейся большой площадки старый раскидистый дуб. Ну тоже правильно, будет тень давать, все не на пустом месте, да под солнцем. Вокруг этого дуба, сейчас горели костры военного лагеря и было установлено полтора десятка зеленых армейских палаток, а главное, за дубом плотники уже установили вместительный сруб, примерно четыре на шесть метров, для точки магического перехода. Даже успели ворота навесить и крышу возвести. Саша придирчиво осмотрел сруб внутри, но остался доволен – при желании, можно сюда и конных кнехтов сразу по полудюжине всадников переправлять и груженые товаром и стройматериалами возы.

Места всем «благородным» из свиты маркграфа, да и ему самому выделили в большом трехэтажном срубе общинного дома. Хотя, сам общинный дом, служил скорее, местом сбора старейшин, представителей от заготовителей, охотников, ремесленников и золотодобытчиков, чем жилым домом. Жил там как раз только Ярыга, правда с многочисленным семейством и охраной, но все равно – половина комнат было свободно.

Саша хотел выделить деньги на завтрашние массовые гуляния, по поводу обретения их вольного поселения статуса одного из городов Вэллора, но Ярыга воспротивился этому. Сказал, что сам оплатит все расходы из общей кассы и показал Макарову небольшой, но довольно тяжелый сундучок, набитый самородками, размером от горошины, до крупной ранетки.

– Вот, ваше сиятельство, и несколько бочек пива, и мяса для жаркого, за небольшие золотники купим, все одно нам же менять принесут. Да и это золото вам поменяем, -кивнул Ярыга на свой сундучок, -монетой иметь, все сподручнее. Но не только золото, часть лучше бы медными деньгами получить, для торговых дел удобнее.

– Без проблем! -кивнул Саша, уже прикидывая, сколько золотых солидов достанется ему при обмене местного золотого запаса. Но и где взять, столько разменной монеты, ведь только одна золотая монета в пересчете на медь, весила несколько килограмм.

«Придется Сальфаторе напрячь, пусть за жемчуг, снова медь на Риген везет. Но все равно много выходит, только сюда килограмм сорок – пятьдесят отдать придется и это только для начала!»

Саму церемонию присяги решили провести на холме. Символично, да и народ на склоне поместится. Для этого убрали несколько уже установленных палаток, чтобы Маркграф со своими рыцарями и свитой и Ярыга со старейшинами и представителями мастеров стояли под кроной большого дуба. Народу собралось довольно много, на вскидку – не меньше двух тысяч, Саша даже удивился, думал, что в поселении меньше жителей, но видно и со всех окрестных хуторов на такое мероприятие народ прибыл. Сама церемония, взятия под свою руку Хунгисвары и всех окрестных земель, много времени не заняла. Ярыга и старейшины поклялись соблюдать верность новому господину, а Саша клялся защищать их от набегов врага и судить справедливым судом провинившихся, после этого все жители, включая и старейшин преклонили перед ним колено, а после того как поднялись над холмом и гладью реки пронесся торжественный крик вырвавшийся из тысяч глоток. Что-то старинное, громкое, протяжное, как понял Саша, дословно значащее – «Да здравствует, наш Вождь! Да трепещут, враги его!»

«Ладно, пусть орут от радости, зато, ради исполнения ритуала кровь пить не заставили или, например, землю есть в подтверждение своей клятвы!» -подумал Саша.

После торжественной клятвы сказал еще небольшую речь, минут на десять, традиционно пообещал освободить на два года всех жителей от уплаты налога. Который, тут назывался – полюдье. По традиции северян, брали его не со всех жителей городка и не с сельского двора, как Вэллоре, но только со взрослых мужчин. Ну правильно, если вдова, да с детьми еще, какой ей налог? Ей только об одном думать – как бы детей прокормить, да самой с голодухи не опухнуть.

Впрочем, и он сам, и вся его свита, без сомнения ощутили торжественность момента. Далее, по плану, шло всеобщее гуляние с бесплатной раздачей жареного мяса, хлеба и пива. Для него – нового вождя северных поморян, его свиты и местной верхушки богатый стол был накрыт в каминном зале общинного дома. Впрочем, засиживаться, а тем более напиваться Саша не планировал, даже не смотря на торжественность момента и всеобщие гуляния. Ему, нужно было до вечера установить серебряную пластину магического перехода, настроить ее и вернуться вместе с сопровождающими на Риген, задерживаться здесь еще на сутки, он себе позволить не мог.