Текст книги "Укради мое сердце (СИ)"
Автор книги: Арина Вильде
сообщить о нарушении
Текущая страница: 8 (всего у книги 15 страниц)
22:37 «Как насчёт сходить завтра в кино? Есть мультфильм про какую-то принцессу, боевик, триллер и сопливая мылодрама. Что выбираешь?»
23:07 «Ладно, выберу сам. Завтра в девять вечера сеанс, удивишься моему выбору».
23:22 «Ромашкина, где тебя носит? Могла бы хотя бы «угукнуть» или прислать стикер. Ты умеешь вообще слать стикеры? Смотри, какие у меня есть клевые!»
Я прыскаю от смеха, потому что на экране весёлый член, с глазками и ртом, приветственно размахивает руками, а вокруг него россыпь красных сердечек.
23:23 «Ой, сорян, не то».
А дальше много разных стикеров с единорогом и енотом.
00:03 «Ладно, я спать, а ты злая. Могла бы подыграть мне, подать хоть один признак жизни, сказать, что я классный парень, в конце концов. Надеюсь, у тебя случился приступ икоты, потому что я уже третий час думаю о тебе».
00:11 «Икаешь?»
Господи, он настоящий идиот. И, кажется, мой идиот. Сажусь на диван, чувствуя, как ноют от усталости ноги, но уходить домой не спешу. Несколько раз перечитываю от начала до конца сообщения Ромы и решаю не мучить бедолагу и отправить ответ: «Угу».
«Так сойдёт или надо ещё какой-то стикер прикрепить? Танцующую грудь, например?»
«А вообще, было весело наблюдать за тем, как ты поговорил сам с собой».
К моему удивлению, уже через несколько секунд на экране высветился ответ. Три ночи, почему он до сих пор не спит?
03:06 «От груди не откажусь. Затаил дыхание. Жду. Знай, если завтра я не приду на занятия, я умер от эстетического шока».
Я: «Спокойной ночи, извращенец!»
03:07 «Спокойной ночи, развратница».
03:08 «Может, всё-таки приедешь ко мне? Я уже договорился с Барсиком. За две консервы и три пачки корма. Проход открыт».
Я: «Кошмарных снов, дорогой. До завтра».
Выхожу из чата, быстро переодеваюсь и вызываю такси.
Кино. Завтра мы с Ромой идём в кино. И как я вообще согласилась на это все?
Глава 22
POV Рома
Я заезжаю за Никой на машине. Останавливаюсь в переулке, не доезжая до общежития метров двадцать. Конспираторы хреновы. Мне бы послать все к черту, обнять Нику, поцеловать прямо в университете, но я понимал свою крошку, Оля тот ещё подарок. Поэтому приходилось ныкаться по углам, обмениваться многообещающими взглядами и срывать случайные прикосновения. Хотя, должен признаться, это чертовски заводило.
Ерзаю на сиденье, поглядывая на время, и нервничаю, как подросток. Перевожу взгляд на соседнее сиденье, где ждёт своего часа букет ромашек. Ника должна оценить мою изобретательность.
В свете фар выхватываю хрупкую фигурку в платьице, и сердце пропускает удар.
Разве не должен я ненавидеть эту девушку? Разве не должен желать мести? Как странно повернулась жизнь. Желание задушить Веронику так никуда не исчезло, но перед этим хочется зацеловать ее до смерти и скрыть от всех взглядов.
Когда Ника дергает дверцу машины, я хватаю букет с сиденья и выжидающе смотрю в ее сторону. Улыбка сама по себе расплывается на лице, и, когда я встречаюсь с взглядом голубых глаз, чувствую себя настоящим дурачком. Совсем потерял мозг от этой девицы.
Жадно смотрю на ее стройные ножки, их почти не скрывает подол коротенького платьица, которое она надела сегодня, несмотря на то, что погода резко изменилась и на улице уже вовсю разошлась осень. Вероника замечает ромашки, и ее бровь ползёт вверх. Она хмыкает и так же, как и я, молчит.
– Это тебе, – прочищаю горло и протягиваю ей букет.
– Весьма символично. – Наши пальцы соприкасаются, и, клянусь, меня ударило током.
– Ожидал, что ты побьешь меня ими, но вариант, где ты блаженно вдыхаешь носом аромат самых красивых в мире цветов, меня тоже устроит, – нервно усмехаюсь, понимая, что хочу поцеловать ее, но почему-то не решаюсь. Даже несмотря на то, что за эту неделю мы целовались раз сто. Но сейчас меня настигла странная неловкость и стеснительность. Пытаюсь справиться с волнением и говорю себе, что это всего лишь Вероника Ромашкина, та самая девчонка, чьи косы я измазал зеленкой на уроке ОБЖ.
– Пожалуй, подожду до конца вечера. Возможно, придётся тебя ими наказывать, а пока что – спасибо. – На ее губах появляется едва заметная улыбка, и я все же возвращаюсь из состояния «скромного ботаника» к «покорителю женских сердец», тянусь к ней, зарываюсь пальцами в ее волосы и уверенно срываю с губ поцелуй.
Сердце в груди колотит как сумасшедшее, разгоняя по венам кровь, я проталкиваю язык сквозь губы девушки и замечаю, что и она смелеет. Углубляю поцелуй, чувствуя, как быстро зарождается во мне желание.
– Скучала? – выдыхаю и слегка отстраняюсь от девушки, заглядывая ей в глаза.
– Мы не виделись от силы часов пять, – хмыкает она и тянется рукой к ремню безопасности, намекая тем самым, что остальная доза поцелуев откладывается на потом.
– Ммм, значит, ты считала минуты, проведенные в разлуке со мной, – протягиваю и жму на газ.
– Конечно, это были самые прекрасные пять часов в моей жизни.
– Боюсь разочаровывать тебя, но ты ошибаешься. К концу вечера ты будешь умолять меня не отпускать тебя, будешь просить выделить место Барсика, чтобы остаться на ночь рядом со мной, даже если это место на коврике у двери.
– Ох, поверь, слушать храп Оли гораздо приятней, чем спать рядом с тобой.
– Оля храпит?
– Как настоящий мужик, – фыркает она, и мы заливаемся смехом. – Серьезно, мне очень жаль ее будущего мужа, ему придётся надевать беруши на ночь рядом с ней.
– Как хорошо, что ты у меня только мило постанываешь по ночам.
– Ничего подобного.
– Честно тебе говорю, а ещё тихонько бормочешь: Рома, пожалуйста, поцелуй меня, да. Сними с меня это чертово платье и сделай что хочешь, – изображаю писклявый девчачий голос и поглядываю на Веронику.
– О, – протягивает она, закусывая нижнюю губу, – кажется, кто-то пересмотрел фильмов для взрослых. Кстати, на какой фильм мы идём?
– Увидишь, – многообещающе говорю я, предвкушая реакцию Вероники.
Глава 23
POV Вероника
Рома меня и в самом деле удивил. Я ожидала последний ряд для парочек, какой-то фильм для мальчишек и несколько долгих поцелуев. А на самом деле мы оказались на пляже.
Огромный экран красовался прямо на фоне моря, перед ним были расположены несколько рядов шезлонгов с мягкими подушечками, а еще у входа раздавали теплые пледы.
– Всегда мечтал сходить сюда, но все как-то не получалось, – улыбнулся Рома, наблюдая за моей реакцией.
– Я и не знала что у нас в городе такое есть.
Это и в самом деле было прекрасное место. Шум волн, луна над головой, россыпь горящих разноцветных лампочек по периметру пляжа, которые придавали этому месту особую атмосферу, а морской воздух и тёплые руки парня, обнимающие меня за талию, превращали этот вечер в настоящую сказку.
– Сегодня последний сеанс, они закрываются до следующего лета, – шепчет мне на ухо Рома и целует в висок. – Ох, ты замёрзла, садись, я сейчас сбегаю закажу чего-то.
Он заботливо помогает мне устроится в шезлонге, укрывает пледом и ненадолго исчезает. Я смотрю по сторонам, разглядывая других посетителей импровизированного кинотеатра, а потом закрываю глаза, наслаждаясь прекрасным вечером и думаю о том, чем он закончится.
– Я взял малиновый чай и несколько пирожных, – раздается рядом со мной голос парня и я вздрагиваю, когда он специально притрагивается холодными ладонями к моей шее. – Пустишь согреться? – открываю глаза, упершись взглядом в маленький круглый столик перед нашим креслом и мои брови ползут вверх.
– Ты решил что мне срочно нужна убийственная доза сахара? – пара пирожных означало: эклеры, фруктовая корзинка, чизкейк, маффины и еще несколько красивых пирожных, название которых я даже не знаю.
– Просто вспомнил что ты сладкоежка, – хмурится Соловьев, придвигая свой шезлонг к моему и устраиваясь рядом. Он притянул меня к себе, обнял за талию и замотал нас в плед. Рядом с ним было тепло и уютно, и теперь даже резкие порывы ветра не заставили бы меня замерзнуть.
Мы молча лежали ожидая начало сеанса, не обращая внимание на голоса и смех людей вокруг, смотрели в небо, пытаясь выловить взглядом хотя бы одну звезду, несколько раз робко целовали друг друга то в губы, то в шею, и молча пили сладкий малиновый чай. Рядом с Ромой мне было спокойно и уютно, словно он снова стал моей тихой гаванью. В школе – чтобы не сойти с ума от безысходности, сейчас – от давящего одиночества.
– Так что за фильм? – спрашиваю робко, чтобы хоть как-то разрядить обстановку и избавиться от смущения. Рома был слишком близко. Его дыхание щекотало шею, а руки то и дело поглаживали то животик, то спину.
– Гарри Поттер.
– Что? Серьезно? – удивленно поворачиваю голову в его сторону и натыкаюсь на насмешливый взгляд.
– Ага, первая часть. Вспомним детство вместе?
– Боже, не могу поверить, что мы собираемся смотреть «Гарри Поттера», – ели сдерживая улыбку фыркаю я и вновь поворачиваюсь к белому экрану.
– Признай, это самое лучшее свидание в твоей жизни, – в голосе Ромы слышаться нотки гордости, он щипает меня за бок и притягивает еще ближе. Я уже практически лежу на нем и чувствую как от такой близости по телу расходится дрожь.
– Ммм, не знаю, не знаю, – дразню его и кладу голову ему на плечо.
Чувствую, как его рука блужает по моей спине, опускаясь все ниже и ниже. В какой-то момент его пальчики подхватывают подол платья, задирая его еще выше, и он прикасается к моему оголенному бедру.
– Начинается, – слышу его хриплый голос и делаю глубокий прерывистый вдох, когда его ладонь скользит вверх и накрывает мою грудь.
Я свожу ноги вместе и ерзаю, пытаясь унять внезапно нахлынувшее возбуждение. Фильм отходит на второй план, есть только я, Рома и его горячие руки, которые исследуют мое тело. Я чувствую его дыхание, он легко целует меня в висок, а потом тянется к губам. Я забываю о том, что вокруг нас полно людей, не хочу, чтобы этот поцелуй прерывался. Рядом с этим парнем так тепло и уютно, что все проблемы сразу же уходят на второй план.
– Что ты делаешь? – сквозь зубы произношу я, когда Рома, казалось бы, увлечённо пялится на экран, а сам пробирается пальцами между моих ног.
– Схожу с ума, – выдыхает он, но мое возмущение действует, поэтому он оттягивает вниз подол моего платья и вновь становится примерным мальчиком. – Может, ну его, этот фильм, поехали ко мне, а? – Он словно змей-искуситель, вот только я не поддаюсь. Я уж точно не собираюсь делать с ним то, ради чего он меня зазывает домой.
– Вечер ведь только начался, лежи и не двигайся, фильм интересный, – хмыкаю и устраиваюсь поудобней на его груди.
Какое-то время мы неподвижно лежим, смотря на экран. Широкая грудь парня вздымается под моей ладонью, я остро чувствую каждое его движение. Вот он переместил немного ниже на моей спине руку, вот заерзал, поднимаясь выше, а сейчас постукивает пальцами по краешку шезлонга, выбивая непонятный ритм. Уверена, ему точно так же, как и мне, не до фильма.
Время от времени Рома целует меня, поглаживает поясницу и проходится пальцами по позвоночнику вверх-вниз, вызывая дрожь по всему телу. А потом вдруг берет мою руку под пледом, кладёт себе на пах, и я чувствую твёрдый бугорок под своей ладонью. Первая мысль – отдернуть руку, но я сдерживаюсь, всё-таки это Рома и ничего плохого он мне не сделает.
– Ты сводишь меня с ума, – шепчет мне на ухо, призывая к действиям.
– Здесь люди, извращенец, – я и в самом деле злюсь, нашёл место для демонстрации своей «хотелки».
– Я, знаешь ли, не контролирую это. Со мной всегда так, когда ты рядом.
– Раньше ведь как-то справлялся. Соловьев, сделай несколько глубоких вдохов, подумай о коровах там, утках – мне, что ли, учить тебя, как бороться со стояком? – возмущаюсь, а сама руку не отнимаю. Во мне проснулась плохая девочка, которая вдруг решила подразнить бедного перевозбужденного парня.
Провожу несколько раз рукой по кругу, а потом большим пальцем поддеваю пояс джинсов и проникаю под резинку боксеров. Глажу пальчиком полоску его кожи, не решаясь проникнуть дальше, и чувствую, как Рома затаил дыхание. Я знаю, что это не честно, но не могу удержаться. Дразню его, мурлыкая на ухо, просовываю под джинсы еще несколько пальчиков и поглаживаю его пах.
Он горячий и напряженный. Слышу его рваное дыхание и понемногу тоже начинаю возбуждаться. Я ни разу не была с мужчиной, ни разу никому не позволяла ничего большего, чем поцелуй, и я совру, если скажу, что мне не интересно, как это. Но я боялась. До чертиков боялась переступить грань и стать такой же грязной, как те девочки, что стояли на коленях в ВИП-кабинках и зарабатывали на чаевые вовсе не танцами на шесте. Клуб навсегда оставил в моей голове отвращение к сексу.
Но вот сейчас… Сейчас мне было интересно следить за реакцией парня, и, если бы мы были одни, возможно, я позволила бы ему немного больше, чем просто поцелуи. Но только после того, как он полностью завоюет мое доверие.
Я вновь принялась ласкать его. Дразнить, почти дотрагиваясь до твердого члена, но в ту же секунду сдавать назад. Рука парня сжалась на моем плече, он зажмурился и громко выдохнул. Азарт во мне разгорелся вдвойне, и я вновь принялась ласкать его кожу, все ближе и ближе приближаясь к вставшему члену. Потом придвинулась к Роме и поцеловала его в шею.
Немного пощекотала его ноготком, а потом все же решилась притронуться к нему там. Легко. Одним пальчиком. Почувствовала нежную кожу и внезапно залилась краской смущения.
– Решила меня добить? – хриплым голосом спрашивает он, прижимая к себе еще сильней. – Смотри, а то скоро мы останемся вдвоём и я обязательно возьму реванш.
Я лишь усмехаюсь, оставляю в покое его штаны, переместив руку на грудь, и возвращаюсь к фильму. Какое-то время мы лежим неподвижно, а потом я на минуту закрываю глаза, вдыхая аромат парня, и не замечаю, как проваливаюсь в сон. Проснулась оттого, что Рома меня легко тормошит, пытаясь разбудить.
Глава 24
POV Вероника
Я сажусь на переднее сиденье автомобиля, нервно дергаю ремень безопасности и избегаю взгляда Ромы. Я прекрасно понимаю, что в общагу он меня не отвезёт, потому что попасть в неё я не смогу до утра. И я прекрасно узнаю дорогу к его дому. И мне даже гадать не надо, чтобы понять, что ночевать мы будем в его комнате, в одной постели.
И, казалось бы, из-за чего волноваться, подумаешь, в первый раз, что ли, с парнем ночую? Но нервное напряжение не покидало меня. А что, если он начнёт намекать на что-то большее, чем просто поцелуи? Он ведь взрослый парень, а таким нужен регулярный здоровый секс. А я не готова и не собираюсь поддаваться на его горячие взгляды и умелые руки.
Искоса поглядываю на Соловьева: он кажется уставшим, зевает и трёт глаза. А может, я зря себя накрутила? До этого он ведь хорошо себя вёл. Почти хорошо.
До дома мы добираемся в молчании. Я притворяюсь, что уснула, и, когда Рома глушит мотор авто, не понимаю, почему он так долго копается и не пытается разбудить меня. Слышу, как он вздохнул, а потом чувствую, как нежно провёл пальцами по моей щеке. Из последних сил сдерживаюсь, чтобы не выдать себя и не моргнуть, например. Чувствую, как его рука перемещается к волосам, заправляет за ухо прядку волос и снова отстраняется. Рома молчит ещё несколько минут, и я уверена, что он разглядывает меня.
– Ник, мы приехали, – зовёт меня, отстегивая ремень безопасности.
– А? – отзываюсь, потирая глаза, и оглядываюсь по сторонам.
– Идем в дом, а то я усну прямо здесь и тебе придётся тащить меня на себе, – Рома пытается пошутить, и я понимаю, что и он чувствует себя так же неловко, как и я. Резкие движения выдают его нервозность, от уверенного парня и напыщенного индюка не остаётся ни следа.
Мы молча заходим в дом, молча идём в его комнату, он придерживает меня за талию, и под его ладонью моя кожа горит огнём.
Как только за нами закрывается дверь, Рома сгребает меня в свои объятия, вжимает в стену и выпивается в мой рот своими жёсткими губами. Из меня вырывается стон, я отвечаю на поцелуй, но расслабиться не получается. Я все жду, когда он переступит черту и мне придётся одернуть его.
– И как тебе в кино? Понравилось? – его горячий шёпот щекочет мою шею.
– Очень, – мурлыкаю я, наслаждаясь лаской. Он проводит языком по моим ключицам, вверх к губам и снова терзает их
Соловьев действует осторожно и неторопливо. Я плавлюсь в его руках, и, несмотря на то, что прекрасно понимаю, что в любой момент смогу остановить его и остановиться сама, все тело дрожит от волнения и предвкушения. Его руки задирают подол короткого платья и скользят вдоль бедра. Он трется об меня, и я чувствую твердость в его паху.
– Ммм, ты такая сладкая, – шепчет и прикусывает мочку уха, а потом обхватывает меня за талию обеими руками и направляет в сторону кровати.
Я хочу сказать нет, но решаю, что ещё рано, ничего такого мы не делаем. Мне приятны его прикосновения, мы просто целуемся и исследуем тела друг друга.
Я сажусь на краешек кровати так, что пояс парня находится на уровне моих глаз. Сглатываю подступивший к горлу комок, встречаясь с затуманенным взглядом Ромы, забираюсь с ногами на постель и отползаю дальше.
– Чур, моя правая сторона, – мой голос дрожит, но я пытаюсь дать понять, что сегодня ночью между нами не будет ничего большего, чем объятия.
– А что будет, если я случайно перейду черту и посягну на твоё пространство? – голос Ромы звучит хрипло, он снимает кофту, футболку, и мои глаза жадно упираются в его накачанный торс.
– Могу нечаянно ударить во сне, – шепчу, зачарованно следя за каждым движением парня. Он не сводит с меня взгляд, медленно подбирается ближе. Проводит рукой вдоль моей ноги, от щиколотки к бедру, подминает под себя и вновь целует.
– Мне кажется, платье здесь будет лишним, – выдыхает мне в губы и опускает лямку вниз. Я дрожу так сильно, словно морозным зимним утром оказалась на улице в одной пижаме и тапочках.
– Дашь мне свою футболку? – провожу рукой по его волосам и перехожу на спину.
– У меня их целый шкаф, можешь выбрать любую, – но, несмотря на свое предложение, он не отпускает меня. Проводит большим пальцем по моей груди, оттягивает вниз лиф платья и целует.
Кажется, я не дышу. Собираюсь возмутиться, прежде чем он успеет полностью оголить мою грудь, но не успеваю. Рома возвращается к моим губам, и, пока мы самозабвенно целуемся, превратившись в одно целое, я слышу краем уха, как звякнула пряжка на его поясе. Одной рукой он придерживает меня за голову, а второй торопливо пытается расстегнуть штаны. И не нужно быть опытной в любовных утехах девушкой, чтобы догадаться, к чему все идет.
– Стой, – упираюсь ладонями в его грудь и отстраняюсь от него.
– Что такое, малыш? – замирает он, растерянно глядя на меня.
– Уже поздно, давай ложиться, – нервно бубню я, пытаясь восстановить дыхание.
Какое-то время Рома непонимающе смотрит на меня, пытаясь понять, где просчитался, а потом закрывает глаза и громко выдыхает.
– Хорошо, сейчас найду тебе что-то вместо пижамы.
Он быстро соскакивает с кровати и долго роется в шкафу, не обращая на меня никакого внимания. Его спина напряжена, а движения резкие. Ко мне вдруг приходит неприятная мысль: неужели вся эта романтика и заинтересованность была лишь для того, чтобы затащить меня в постель? Ведь сейчас он выглядит как парень, которого знатно обломали и который не знает, как отделаться от девушки.
Я закрываю глаза и понимаю, какая я идиотка. Соловьев уже давно не тот четырнадцатилетний мальчишка, за эти годы он успел вырасти и измениться, и я его совсем не знаю. Не знаю, что он любит, чем дышит и что творится в его голове.
Мне становится неуютно. Комната, которая казалась мне прекрасным теплым местом еще минуту назад, вдруг стала чужой и ненавистной. Я поправляю платье и пытаюсь понять, как слинять из этого дома по-быстрому.
– Нашел, – хмыкает Рома и бросает в меня черную футболку. – Тебе понравится. – На его лице расцветает хулиганская улыбочка, и я немного расслабляюсь. Он выжидающе смотрит то на меня, то на футболку в моих руках, я нерешительно разворачиваю ее и усмехаюсь.
– Капитан Бусинка? – белая надпись на ней смешит меня. Интересно, откуда у него в комнате женская одежда?
– Даже не спрашивай, – словно прочитав мои мысли, говорит Рома. – Но можешь не переживать, до тебя ее никто не надевал. Мне отвернуться? – Его бровь ползет вверх, и я киваю в ответ. – Да ладно, ты жестокая женщина, – наигранно говорит он, быстро подходит ко мне и прижимается губами к макушке. – Можешь принять душ, если хочешь, я буду здесь.
От его ласкового шепота я немного успокаиваюсь, и глупые мысли уходят прочь. Я убегаю в ванную комнату, долго смотрю на себя в зеркало, умываюсь и переодеваюсь. Когда возвращаюсь в комнату, свет уже погашен, а Рома лежит под одеялом, печатая что-то в телефоне.
– Я поставил будильник на шесть, завтра с утра обещают дождь, а ты легко одета. Заедем к тебе в общагу, чтобы ты переоделась, или, если хочешь, у Сони что-то попрошу. – От его неожиданной заботы на моем лице растягивается улыбка, и я уже смелее подхожу к кровати. Откидываю уголок одеяла и забираюсь под него. Максимально далеко от горячего тела парня.
– В общаге переоденусь, спасибо.
***
Я лежу, прислушиваясь к тишине, и чувствую себя глупой, потому что переживаю насчёт того, чтобы мой живот не начал издавать громкие урчащие звуки.
– Иди ко мне, ты ведь не собираешься и в самом деле делить кровать на две безопасные зоны? – Рома притягивает меня к себе, и я устраиваюсь на правом боку, а он повторяет мою позу.
Я чувствую его горячее тело, он в одних боксерах, и, когда его рука накрывает мои ягодицы и медленно поглаживает их, я чувствую, как его член вновь твердеет.
– Спокойной ночи, – бурчу я, немного отодвигаясь от него, и не понимаю, чего именно хочу в этот момент. Чтобы он отодвинулся или продолжил свою ласку?
– Спокойной ночи, малыш, – выдыхает он, и мы замираем.
Я закрываю глаза и пытаюсь уснуть, но ничего не получается. Ровное дыхание парня щекочет затылок, а те места, где наши полуголые тела соприкасаются, пылают жаром.
– Ник? – тихо зовёт меня Рома.
– Мм?
– Если что-то не так, скажи мне, хорошо? Я не совсем понимаю, как правильно вести себя с тобой.
– Ну уж как минимум не пытаться сразу же залезть мне в трусики.
– Ну, у меня инстинкты. Я ж мужик, – усмехается он и трется носом о мою шею.
– Мы даже не встречаемся, а ты сразу тащишь меня в постель, – возмущаюсь, понимая, что сейчас отличный момент, чтобы расставить все точки над «і».
– Что значит мы не встречаемся? Мы уже неделю как встречаемся! – фыркает он и приподнимается на локте позади меня.
– Ты мне даже не предлагал встречаться.
– Это было и так понятно. Я позвал тебя на свидание.
– Мало ли куда ты там меня или еще кого позвал, – хмыкаю, натягивая в свою сторону одеяло. – Женщинам нужна четкость и ясность в отношениях, а не подвешенное состояние.
– Хорошо. О Вероника Ромашкина, дама моего сердца, женщина, от которой в моем теле пульсирует кровь, отдавая в пах…
– Это уже лишние подробности.
– Хах, ладно. Детка, давай встречаться? Так лучше?
– Вполне. Я подумаю.
– У нас было уже два свидания. Официальных. Поздно думать.
– Но я все равно подумаю. И да, раз уж мы пара и все такое, о сексе в ближайшие несколько месяцев можешь не думать.
– Боже, ты и в самом деле жестокая.
– Если будешь плохо себя вести, то до самой свадьбы.
– Мы взрослые люди, которые нравятся друг другу, почему бы не заняться взрослыми вещами прямо сейчас? – Его пальцы поддевают резинку трусиков, и по насмешливым ноткам в голосе я понимаю, что он сейчас шутит надо мной.
– Я – верующая. До свадьбы ни-ни.
– Ты работала в стрип-клубе.
– Одно другому не мешает. – Бью его по руке, которая начала пробираться туда, куда не следует, и выдыхаю, понимая, что ночь будет долгой.
– Сладких снов, моя официальная девушка. Кстати, раз такое дело, в универе об этом можно объявить? – издевается он надо мной.
– Я люблю ролевые игры, давай сыграем в шпионов, – соблазнительно мурлыкаю и трусь об его твёрдость в боксерах, чтобы окончательно добить. – Сладких снов, мой парень.
– И всё-таки мне досталась бессердечная девушка, – ворчит Ромка, обнимает меня за талию, и я не замечаю, как проваливаюсь в сон.
Глава 25
Я до одури хочу Ромашкину. Не могу ни на чем сосредоточиться, думая о ее стройном теле и сладких губах. На парах все время пялюсь ей в затылок, на переменах невзначай прикасаюсь к кончикам пальцев и часто затаскиваю ее в пустые аудитории, где наконец-то могу сделать то, о чем мечтал всю лекцию. Поцеловать, погладить оголенный животик, потереться о неё вставшим членом, словно школьник, и свети ее с ума своими ласками.
Две недели были для меня настоящим испытанием. Мы ходили по краю лезвия, не переходя черту дозволенного. И казалось, что вот он, тот момент, когда Ника наконец-то позволит мне зайти дальше, чем поцелуи и прикосновения к ее груди, как меня вновь ждал облом.
В штанах все вскипает, в голове все время крутятся всякие непристойные мыслишки с участием Ники, и даже во сне нет спасения. В тот день, когда у нас наконец-то случится секс, я буду самым счастливым человеком на свете. Если не опозорюсь, конечно, потому что длительное воздержание никак не способствует долгой ночи любви.
Ромашкина все время даёт заднюю и, как бы я ни пытался расслабить ее, не поддаётся. Я не злюсь не неё, нет, просто устал ходить с вечной ноющей болью в паху от неудовлетворения. А ещё мы взрослые люди, так зачем тянуть? Ясно ведь, что у нас взаимная симпатия.
Я выиграл ещё один заезд, получил за это неплохие деньги и купил Нике небольшой подарок, который все никак не решался вручить.
К своему удивлению, я перестал смотреть в сторону других девчонок и жутко злился, когда к моей девочке кто-то подкатывал. Вот прямо как сейчас. Женя снова полез на мою территорию. Щебетал ей что-то на ухо, придвигаясь все ближе и ближе, и показывал какие-то фотки на телефоне.
– Эй, Ромашкина, – зову девушку, сидя за последней партой, и с силой сжимаю в руках карандаш. – У меня тут пара вопросов с курсовой, пересядь ко мне, ок?
Как же меня достала эта конспирация. Хочется плюнуть на просьбу Ники и при всех заявить на неё права, чтобы никакие Жени, Лехи и Андрюхи даже не думали смотреть в ее сторону.
Ника поворачивает голову и смотрит на меня насмешливым взглядом.
– Может, после пар встретимся и обсудим задания?
– Нет, после пар не могу. У меня все на телефоне, здесь один график что-то не получается, давай иди ко мне.
Несколько мгновений мы сверлим взглядами друг друга, но, к счастью, Ника все же сдаётся. Собирает свои вещи и садится рядом со мной, смотря на меня выразительным взглядом, который означал расправу в скором времени.
– Что? – шепчу я. К счастью, в аудитории стоит такой гомон, что те, для кого мои слова не предназначались, ничего не смогут услышать. – Я нашёл отличный предлог, чтобы мы сидели рядом. Ты ведь соскучилась по мне, правда? – улыбаюсь и касаюсь рукой ноги Ники под партой. – Меня уже достало то, что я не могу поцеловать тебя, когда хочу. Сколько нам ещё прятаться? Только не говори, что до выпуска.
– Подождем, пока Оля успокоится, не может же она вечно любить тебя? К тому же у неё явно кто-то есть. Из общаги. Тот эм… презерватив, который выпал из мусорного пакета, прямое тому доказательство.
– Да мне вообще чихать на Олю, – злюсь, потому что не до конца понимаю эти идиотские отговорки, почему я не могу обнять свою девушку при одногруппниках. – Не хочешь с ней жить – я могу снять тебе квартиру. Как тебе идея? – По глазам вижу, что Ромашкина злится на мои слова, но с этим надо что-то делать. В самом-то деле, не прятаться же ещё два года по углам университета?
– Я тебя попросила подождать немного, это ведь не так уж и сложно сделать, Рома.
– Ладно-ладно, потерплю. Неделю. А потом при всех возьму и поцелую тебя, – улыбаюсь, смотря на возмущение в глазах Ники. – Встретимся сегодня или у тебя снова тренировка?
– В воскресенье аж получится, а в среду я, кстати, выступаю. Придешь поддержать? – как бы невзначай спрашивает Вероника, отводя от меня взгляд.
– Конечно. В школе я был уверен, что ты двигаешься как слон, это прекрасный способ подтвердить мою теорию.
– Дурак. – Ника бьет меня ногой под столом, а я дурашливо даю ей сдачу. На лекции мы сидим вместе и ни Ромашкина, ни я не записали ни одной строчки в тетрадь. Все полтора часа мы тайком прикасаемся друг к другу, переплетаем наши пальцы под партой и переписываемся в тетрадочке, вырисовывая сердечки и черепа.
Мы и в самом деле были похожи на влюблённых подростков, и я очень хочу, чтобы это хрупкое равновесие между нами не рухнуло в один прекрасный момент. Потому что хорошего в нашей жизни, к сожалению, намного меньше, чем плохого.
А ещё я все гадаю, что случилось в семье Вероники, что ей пришлось жить в общежитии. Но, как бы ни старался выведать у неё о ее жизни, натыкался на стену. Она до сих пор не доверяла мне полностью, и я не винил ее в этом. Мы встречаемся всего три недели, я не взваливаю на неё свои проблемы, а она не делится своими. Хотя, признаться честно, я бы с удовольствием взвалил бы на свои плечи все ее невзгоды и бросился бы решать их.
Ромашкина, наверное, была одной из немногих девушек, которая могла бы вить из меня веревки, но ни разу не делала этого. И за это она нравилась мне ещё больше.
Я посмотрел на Нику, которая старательно выводила человечка на тетрадном листе, и усмехнулся. Нет, до воскресенья я не доживу. Заберу ее после тренировки, и поедем поедим где-то или просто прокатимся по городу. Перевожу взгляд в сторону и натыкаюсь на Олю. Она задумчиво разглядывает нас с Вероникой, и этот взгляд мне не нравится. Если она сделает что-то Нике, я не смолчу, быстро поставлю девушку на место.
Глава 26
POV Вероника
Мне нравились наши с Ромой словесные перепалки. Словно мы снова вернулись в прошлое. Только в этот раз все заканчивалось не испорченной одеждой или тетрадями для контрольных работ и уж точно не тем, что мы вываливали на головы друг другу обед в столовой. Нет, сейчас наши маленькие ссоры заканчивались тем, что мне затыкали рот поцелуем. И этот способ был весьма действенным.
Я не поняла, в какой момент этот парень занял почти все мысли в моей голове. Из-за бесконечных тренировок мы не так часто проводили вместе время, но, когда он подъезжал к общаге, я бросала все дела и мчала к нему навстречу. Мне достаточно было просто быть рядом с ним, чувствовать его теплые ладони на своей талии и плавиться от нежных прикосновений губ к моей шее.
Я знала, что Рома хочет большего, чем просто поцелуи на переднем сиденье у него в машине. Понимала это по его тяжёлым вздохам, по рукам, которые блуждали по моему телу, по голодным глазам и по тому, как топорщилась ширинка на его штанах. Но мы встречаемся не так долго, чтобы я могла довериться ему полностью, несмотря на то, что хотелось. Очень хотелось.
