Текст книги "Жена для наемника (СИ)"
Автор книги: Ари Дале
сообщить о нарушении
Текущая страница: 7 (всего у книги 14 страниц)
Глава 19
– Вот же… – нажимаю, что есть силы на экран телефона. Боль стреляет в запястье, но я от нее отмахиваюсь.
Лиза не берет трубку. Номера Вадима у меня нет. А Абду я опасаюсь звонить. Приходится сидеть одной в маленькой каморке на старом диване и сверлить взглядом дверь. Здесь даже окна нет, через которое можно было бы выбраться наружу. Стучать, кричать, звать на помощь я уже пробовала.
Этот гаденыш позаботился о том, чтобы никто не пришел мне на помощь. Как я не подумать о том, кому Абду мог доверить охрану своего первого масштабного мероприятия в России? После того, как на него с Лизой напали в аэропорту, они усилили охрану. Когда я пару дней назад встречалась с подругой в кафе, ее окружало как минимум с десяток телохранителей. А откуда им взяться? Конечно же, это люди Вадима. Я так старательно гнала от себя мысли о нем, что не подумала об очевидном.
Разблокировав телефон, снова набираю Лизу и жду. Гудок. Второй. Третий. Ответа нет. Правильно, кто оставляет на ночь включенный звук? Бросаю телефон рядом и откидываюсь на спинку дивана. Первый час я бы убеждена, что в жизни не сяду на него. Особенно, после произошедшего с Антоном. Но потом ноги устали, а спину начало ломить. Я решила, раз все равно, пока я одета в тряпку, «подаренную» бывшим, какая, нафиг, разница, где сидеть. Поэтому уселась на диван, подтянула под себя ноги и стала ждать. Адреналин начал выветриваться из крови. Крупная дрожь охватила тело. Я легла на диван, прижала ноги к груди и стиснула зубы. Слезы же не вырвались наружу. Они собрались внутри меня комом, не давай отчаянию отпустить меня. А потом я уснула.
Только совсем недавно разлепила глаза. Заглянула в телефон и резко села, когда поняла, что уже утро. Вадим не появлялся всю ночь. Возможно, он вообще забыл про меня. От этой мысли холодок бежит по коже. Сколько еще я должна просидеть здесь, пока Вадим не вернется? И выдержит ли мой мочевой пузырь? Я уже начала заглядываться на бутылки из-под бытовой химии. Что если использовать одну из них?
Поворот ключа в замочной скважине становится для меня знаком. Вскакиваю с дивана. Одергиваю платье, которое неприлично задралось. Подхватываю телефон, сумочку. И тут же встречаюсь с голубыми глазами, которые по цвету напоминают больше тучу, чем ярко-голубое небо.
– Идем, – Вадим указывает головой на коридор.
Где-то на краю сознания улавливаю, что он не сменил одежду, а под глазами залегли темные круги, но отмахиваюсь от наблюдений. Дыхание спирает. Сужаю глаза. Сжимаю челюсти. Набираю в грудь побольше воздуха и…
– Давай не сейчас, – Вадим качает головой.
Его плечи поникают. А у меня пропадает запал. Выдыхаю.
– За что ты так со мной? – говорю тихо, обхватывая себя за плечи.
– Не здесь, – Вадим обводит взглядом коморку и кривится.
Я не оборачиваюсь. Не хочу видеть место, где чуть не произошло непоправимое. Снова. Хватило уже того, что я провела здесь столько времени. Тяжело сглатываю и иду к Вадиму, но быстро останавливаюсь, заглядывая ему в глаза. Не знаю, какие выводы он делает. Но, явно, ничего утешительного в его голову не приходит. Потому что я слышу тяжелый вздох, а после него Вадим отходит к противоположной стене коридора.
Следую за ним и, если честно, не боюсь. Сил на страх не остается. Единственное, чего мне хочется – смыть с себя воспоминания о сегодняшнем дне, а платье выбросить нафиг. Мало того, что оно ничего не прикрывает, так еще и химическим запахом пропиталось. Этот «аромат» легким шлейфом окутывает меня, когда я иду по ярко-освещенному коридору. Нас с Вадимом разделяет несколько шагов. Я бы могла догнать его и потребовать объяснений, вместо этого просто иду за ним. Думаю лишь о том, чтобы убраться из Гостиного двора. Но, кажется, у моего мочевого пузыря другие планы. Еще пару шагов и я почувствую на себе, что значат знаменитые бабушкины «ошпаренные коленки».
– Вадим, – зову тихо. Он сразу же останавливается.
Я тоже торможу. Жду. Но Вадим не оборачивается. Поэтому мне приходится, набрать в грудь побольше воздуха и выпалить:
– Я в туалет хочу.
Секунду ничего не происходит, а потом я слышу твердое:
– Идем.
Вадим снова начинает двигаться, а мне ничего не остается, как следовать за ним. Иду чуть ли не вприпрыжку, когда Вадим останавливается у неприметной двери. Толкает ее, щелкает выключателем на стене и отходит в сторону. Прислоняется к стене в коридоре. На меня до сих пор не смотрит. Достает телефон из кармана, бросает взгляд на экран и хмурится.
– Давай, – указывает головой на дверь, все еще не глядя на меня.
Я с опаской поглядываю на Вадима, когда подхожу к комнатушке, из которой льется свет. Заглядываю и вижу небольшое пространство, отделанное белой плиткой, унитаз и маленькую раковину.
Сразу же залетаю внутрь, не забывая захлопнуть за собой дверь.
Проходит несколько минут, и я готова вернуться обратно. Но как только открываю дверь, вижу белоснежный смокинг. Вздрагиваю. Делаю шаг назад. Сердце снова пускается вскачь. Изо всех сил сжимаю ручку, намереваясь запереться в туалете. Но вовремя понимаю, что глаза не те – они темно-синие. Выдыхаю.
– Вадим, представишь нас? – бархатный голос не сочетается с внешностью, которую я бы описала одним словом – скользкая. Вытянутое лицо, тонкие губы, изогнувшиеся в мерзкой улыбке, и взгляд, который задерживается на каждой открытой части моего тела. – Не знал, что тут кто-то есть, кроме нас.
Мужчина шагает в мою сторону, но передо мной вырастает стена в виде Вадима. Вижу перед собой его широкую спину.
– Девушку зовут Татьяна. Мне нужно отвезти ее домой, – последнее слово Вадим почему-то выделяет. – Вы хотите что-то обсудить со мной, Михаил?
Опускаю взгляд, и вижу побелевшие костяшки Вадима, так крепко он сжимает телефон.
– Сегодня точно нет, – голос мужчины становится менее дружелюбным, но все-таки остается достаточно спокойным, чтобы понять – бури пока не предвидится. – Мы можем встретиться завтра? У меня есть для вас предложение.
Спина Вадима еще сильнее напрягается, и я подавляю желание положить на нее руку. Ноющее запястье очень вовремя напоминает о себе.
– Мой офис в качестве места встречи устроит? Завтра в два? – в голосе Вадима не отражается ничего, кроме холодного равнодушия, хотя его плечи не опускаются.
– Да, вполне. С шейхом мы закончили, пора и честь знать, – мужчина зевает. – А то уже поздно. Или рано, – слышу смешок.
– До завтра, – Вадим протягивает руку.
До меня доносится шорох пожатия.
– Доброй ночи, – мужчина повышает голос и заглядывает Вадиму через плечо. – Всего доброго, Татьяна! – его ухмылка тут же скрывается за Вадимом, который делает шаг назад.
Я чуть лбом в его спину не врезаюсь.
Михаил хмыкает, а потом до меня доносится громкое «до завтра», которое перекрывается тяжелыми шагами. Только когда они исчезают, Вадим поворачивается ко мне. Ловит мой взгляд. Гипнотизируют. Я забываю, как дышать, и вспоминаю только тогда, когда Вадим отступает.
– Пойдем, – больше ничего не говорит, разворачивается и двигается вперед.
Следую за Вадимом по лабиринтам коридоров, пока мы не выходим в переулок, где нет ничего кроме мусорных баков и припаркованного джипа. По коже ползет холод раннего утра. Покусывает ее. Обнимаю себя за плечи, тру их, чтобы избавиться от неприятного ощущения. Но моментально замираю, когда слышу пиликанье сигнализации. Смотрю, вытаращив глаза, как Вадим открывает заднюю за водительским местом дверцу. Явно для меня. Он ничего не говорит. Ждет. А я пошевелиться не могу. Невольно вспоминаю, чем закончилась последняя моя поездка с ним.
Вадим вздыхает.
– Я ничего тебе не сделаю, – он встречается со мной взглядом. В глазах Вадима я вижу… грусть? – Просто садись в машину.
Мне приходится подавить желание сбежать, особенно, когда я замечаю выход из переулка, за которым видна проезжая часть. Но вместо того, чтобы помчаться туда, я иду к джипу. Забираюсь на заднее сиденье. Пристегиваюсь.
Хлопок дверцы звучит так, будто за мной закрылась крышка гроба. Озноб проносится по телу. Чувствую себя дурой, которая сама зашла в клетку ко льву. Нехорошее предчувствие лишь усиливается, когда Вадим открывает водительскую дверцу, и ветер доносит до меня его мускусный аромат. Теперь остается надеяться на благоразумие Вадима. Ведь он спас меня… в очередной раз.
Воспоминания произошедшего в каморке начинают просачиваться через стену, которую я тщательно выстраивала в сознании. Приходится затолкать их подальше. Глаза уже начали увлажняться. Именно в этот момент Вадим ловит мой взгляд в зеркале заднего вида. Прищуривается, но ничего не говорит. Заводит двигатель, после чего выезжает из переулка.
Откидываюсь на сиденье. Расслабляюсь. Во время поездки со мной точно ничего не должно произойти.
Только спустя минут десять понимаю, что Вадим не спросил, куда меня отвезти. Резко выпрямляюсь.
– Куда ты меня везешь? – впиваюсь пальцами в бедра.
– Домой, – Вадим не смотрит перед собой.
– Но я живу в другой стороне, – голос начинает дрожать.
Вадим на мгновение отрывается от дороги, и я замечаю его голубые глаза в зеркале заднего вида.
– Я везу тебя к себе домой.
Глава 20
– Пусти меня! – пытаюсь вывернуться из железной хватки, но боюсь упасть, поэтому хватаюсь за пиджак. Перед глазами маячит крепкая задница. Не могу выбрать, что с ней сделать, ударить или лучше укусить.
Когда мы подъехали к многоэтажному дому, находящемуся в закрытом комплексе с охраной, я сразу же выскочила из машины. Но даже пары шагов не успела сделать, как сильные руки обхватили меня. Уже через мгновение я висела вверх тормашками на твердом плече, которое сейчас впивается мне в живот. Мне едва удалось перехватить сумочку, чтобы та не упала на землю.
Удары по заднице не заставляют Вадима отпустить меня. Только запястье начинает ныть еще больше. Вадим заносит меня в просторный холл с висящими цветами в горшках на серых стенах, диваном у окна и пухленькой старушкой-вахтершей за стеклом, у которой на носу большие квадратные очки.
Вадим, зараза, ни капли не смущаясь, здоровается с «Людмилой Петровной» и проходит мимо нее к лифтам. Лишь когда двери задвигаются за нами, он опускает меня на ноги. И то не по своей воле. Уверена, это сработал щипок за задницу. Сильный!
В огромном зеркале смотрю на себя.
Да-а-а! Если вахтерша – типичная старушка, то славу гулящей женщины я заработала. В платье, из-под которого выглядывало нижнее белье, с взлохмаченными волосами и горящими глазами по-другому меня сложно воспринять. Хорошо, хоть синяка на стуле не осталось, зато щеки покраснели так сильно, что до цвета свеклы осталось совсем чуть-чуть и можно борщ варить.
За рассматриванием себя не замечаю, как лифт поднимается на нужный этаж. Зато, когда раздается характерный звон, тут же срываюсь с места. Двух шагов сделать не успеваю, как Вадим хватает меня за запястье, хорошо, что не за больное. Впечатываюсь в твердую грудь, чувствую на пояснице сильную, но нежную ладонь. Стоит мне восстановить равновесие, как она пропадает.
Вадим вытаскивает меня в коридор, и я замечаю те же серые стены, что внизу, только без горшков с цветами. А также с двух сторон от меня – металлические двери.
– Отпусти, – пытаюсь затормозить, но каблуки врезаются в выемку между плитками, и я чуть не лечу носом в пол.
Хорошо, что Вадим изворачивается и ловит меня. После чего вообще перехватывает за талию и ведет к двери справа.
– Ты решил меня похитить? – чтобы взглянуть на Вадима, мне приходится прилично прогнуться в спине. Только благодаря его руке, крепко держащей меня, я все еще не падаю.
Ответа на свой вопрос я, естественно, не получаю. Лицо Вадима бесстрастное. А он сам какой-то… холодный. Настоящий телохранитель. Или «наемник», как он однажды сам себя назвал.
Вырвыться больше не пытаюсь. Смысла нет. Мы останавливаемся у двери. Сначала снимает сигнализацию, прикладывая таблетку, а только потом вставляет ключ в верхнюю замочную скважину. А потом в нижнюю.
– А у тебя там случайно лазерных лучей нет? – ерничаю, когда Вадим открывает дверь.
Конечно же, он не отвечает. Просто заходит внутрь вместе со мной. Лазерных лучей нет или они отключаются вместе со светом, когда Вадим щелкает переключателем.
Вадим подталкивает меня по небольшому коридору к просторной гостиной. Через узкий проход замечаю белые стены и паркет из темного дерева. Они создают уютный контраст вместе с множеством лампочек на потолке. Большой белый диван стоит посреди комнаты, упирается в квадратную колонну и сразу бросается в глаза. Дальняя стена сделана будто из натурального кирпича. На ней висит большая плазма, под которой стоит длинная тумба чуть темнее пола. пола, а рядом расположилась дверь из темного дерева. На стенах замечаю висят черно-белые картины, но не похоже, что они означают что-то особенное. Такое чувство, что это просто деталь интерьера.
Улавливаю, как сзади закрывается два замка, после чего шарахаюсь в сторону, когда чувствую приближение Вадима. Он просто проходит мимо, на ходу снимая пиджак и бросая его на спинку дивана. Связка ключей летит через диван и приземляется на что-то твердое, издавая громкий звон.
Вадим скрывается за стеной. До меня доносятся хлопки дверями, шорох и шум воды. После чего Вадим появляется снова.
– Иди сюда, – его голос тихий, но в нем слышны приказные нотки.
Они заставляют мою грудь наполнится раздражением. Дыхание становится более глубоким. Кожу будто что-то стягивает. А пальцы сами сжимаются в кулаки.
– Что ты о себе возомнил? – цежу сквозь стиснутые зубы.
Вадим останавливается у дивана и смотрит на меня, склонив голову.
– Хочешь снова покататься на моем плече? – замечаю в его руке прозрачный пакет странной формы. И во второй тоже что-то есть.
– Ты идиот?! – во мне расцветает такое сильное возмущение, что чуть ли пар не идет из ушей.
Но во избежание греха, делаю шаг к Вадиму, а потом еще один. Не сомневаюсь, что он выполнит угрозу. За ним не заржавеет.
Каблуки стучат по паркету, когда я быстро подхожу к Вадиму. И толкаю его в грудь!
– Кем ты себя возомнил? – отмахиваюсь от боли, стреляющей в запястье. Вадим даже не дергается. Прирос с полу, словно статуя. – Сначала запер меня не пойми где на всю ночь. Потом сюда притащил без спроса. А теперь еще издеваешься? – хочу опять толкнуть, но Вадим перехватывает мою руку. Больную руку. И прикладывает к запястью пакет.
Шиплю. Холодно!
Опускаю взгляд и вижу, что пакет наполнен льдом. Кожа покрывается мурашками. По телу пробегает дрожь. Не уверена из-за льда или потому что Вадим нежно держит мое запястье, прижимая пакет. Поднимаю взгляд, а Вадим опускается на корточки и берет что-то с пола. Молча встает и, все еще держа меня за руку, обводит меня вокруг дивана. Послушно двигаюсь за ним. Только сейчас замечаю панорамные окна, за которыми видна тьма, освещаемая множеством огней. По телу пробегает дрожь. Не могу понять: слышу стук каблуков или своего сердца, которое вот-вот выпрыгнет из груди. Все мысли тут же исчезают, потому что Вадим усаживает меня на диван, не доходя до стеклянного журнального столика. Сильнее цепляюсь в сумку, когда Вадим устраивается рядом.
Он бросает нечто себе на колени, и тогда я понимаю – эластичный бинт. Вздергиваю голову и с расширенными глазами смотрю на Вадима. Как он узнал? Когда?
Хорошо, что Вадим не видит мое шокированное выражение лица. Все его внимание сосредоточено на поврежденном запястье. Вадим аккуратно убирает пакет со льдом. Кладет его на столик, где лежат ключи, и поднимает мою руку. Аккуратно двумя пальцами надавливает на сустав и начинает водить его туда-сюда. Я же, как послушная кукла, сижу и хлопаю глазами, позволяя управлять моими конечностями Боль от манипуляций Вадима не очень сильная. Поэтому я просто морщусь, но никаких звуков не издаю.
Вадим кивает, после чего отпускает мою руку. Она безвольно падает на колени. Вадим снимает металлические фиксаторы с бинта и снова берет меня за запястье. Медленно и аккуратно от манипуляций Вадима. Я же могу лишь сидеть и наблюдать за ловкими пальцами Вадима. Стараюсь при этом не позволить воспоминаниям об их смертоносности проникнуть в мысли. Только когда фиксаторы оказываются на месте, я позволяю себе поднять голову. Встречаюсь с голубыми глазами и теряюсь в них. Они несут в себе опасность. Я знаю. Но почему-то не чувствую ее. Все, что вижу – спокойствие. Оно передается и мне. А еще замечаю тепло. Вместе с пальцами Вадима, которые нежно держат мою поврежденную руку, оно будто укутывает меня в мягкий плед. Я расслабляюсь. Наконец могу выдохнуть.
– Что тебе от меня нужно? – говорю тихо, сил на споры у меня не остается.
Вадим тяжело вздыхает. Не отводит от меня взгляда А потом произносит то, отчего мне снова хочется сбежать:
– Чтобы ты вышла за меня замуж.
Глава 21
Вскакиваю с дивана так быстро, как только могу. Осматриваюсь. Мелькает мысль выпрыгнуть в окно, но я не суперменша и слишком сильно ценю жизнь. Лестница на второй этаж у окна явно не поможет мне скрыться. Дверь закрыта. Конечно, можно было бы схватить ключи… Бросаю взгляд на журнальный столик. Металл блестит в свете ламп. Манит к себе. Но я вовремя ловлю смеющийся взгляд Вадима, и мои плечи поникают.
– Вот скажи, ты с ума сошел? – отхожу на пару шагов назад. Мало ли что ему в голову взбредет. Сумочкой защититься у меня не получится.
Вадим откидывается на спинку дивана и складывает руки на груди. Проходится по мне любопытным взглядом и ухмыляется.
– А что такого? – он приподнимает бровь.
У меня падает челюсть, хорошо, что не на пол. Вадим выглядит таким беспечным. Уголки губ подрагивают, а у глаз появляется мелкие морщинки.
– Это шутка? Скажи, что ты просто по-дурацки пошутил, – хмурюсь.
Вадим склоняет голову набок, долго смотрит на меня, после чего хмыкает.
– Нет, не шутка. Мне нужна жена, тебе – защита. По-моему, тут все просто, – он встает, а я делаю еще пару шагов назад.
Но, оказывается, зря. Вадим забирает со стола пакет со льдом, после чего разворачивается и идет к кухонному островку, состоящему из каменной барной стойки, нескольких стульев, бытовой техники и шкафчиков.
– О чем ты вообще? Мне от тебя ничего не нужно, – снова смотрю на ключи. Стоит только руку протянуть.
Вадим бросает пакет в раковину и открывает холодильник. Достает оттуда бутылку воды, и, прежде чем захлопнуть дверцу, поворачивается ко мне.
– Пить хочешь? – вздергивает бровь.
На автомате мотаю головой.
– Я тебя не об этом спросила, – кошусь на ключи и делаю маленький шажок, поближе подбираясь к желанному.
Вадим пожимает плечами и захлопывает дверцу. Прислоняется к холодильнику, откручивая крышку. Подносит бутылку ко рту, обхватывает губами горлышко и медленно пьет. При этом не отводит от меня глаз.
Все мысли вылетают из головы. О ключах, в том числе. Не могу отвести глаз от Вадима. Как он смотрит на меня. Каким расслабленным выглядит. Как ходит его кадык при каждом глотке.
Вадим совсем не похож на человека, который только что сделал мне предложение. Держится на расстоянии. И уж точно не выглядит влюбленным. Кольца я тоже не вижу. Вот только желание сбежать на мгновение утихает. Мне становится любопытно, что творится у Вадима в голове. Он все также молчит, просто наблюдают за мной. Хорошо, что пить перестает. Хотя бутылку все еще держит.
– Так что? – складываю руки на груди, приподнимая бровь.
– Мы мужчину, с которым ты закрылась в каморке, проверили. Как я понял, это твой бывший. И он оказался, очень непростым человеком. Точнее, отец его – Вадим отталкивается от холодильника и ведет плечами, будто хочет сбросить напряжение. – Когда очнулся, грозился моих парней работы лишить и посадить заодно.
Морщусь. Очень похоже на Антона. Но кое-что меня смущает?
– А я тут при чем? – произношу осторожно и стараюсь равномерно дышать. Главное, дышать. Нужно просто дышать.
– Если дословно: «Этой сучке я вообще голову оторву. Пусть не надеется, что ей все с рук сойдет».
Дыхание застревает в груди. Тяжело сглатываю. Ладони потеют.
– Он еще что-то про твоих родителей лепетал, мои ребята толком не разобрали, – Вадим подходит к барной стойке, ставит на нее бутылку и облокачивается. – Его пришлось отпустить. Если ты заявление хочешь написать, то я завтра тебя отвезу. В любом случае, не сомневаюсь, мне скоро ответное прилетит.
– Заявление? Ответное? – встряхиваю головой. – О чем ты вообще?
– Твой бывший точно мне какую-то подлянку подложит, когда узнает, кто я такой. Может, даже к дружкам папочки, занимающим высокие должности, побежит. И придут за мной дяденьки в погонах, – уголки губ Вадима ползут вверх. – Не переживай ты так, если что-то подобное произойдет, то меня сразу же предупредят. Не только у твоего Антона есть связи.
Меня трясет. Буквально. Рот приоткрывается и не хочет закрываться. Я будто к полу прирастаю. Боюсь, если сделаю шаг, то упаду в пропасть.
– Он не мой, – голос такой тихий, что я сама еле разбираю слова.
– Уверена? – Вадим саркастически усмехается. – Насколько я знаю, вы не так давно неплохо вместе в клубе развлекались.
Не сразу понимаю, что он имеет в виду, но, когда до меня доходит, бросаю сумку на диван и срываюсь с места. Иду прямо к Вадиму. Упираюсь руками в стойку.
– Ты следил за мной? – цежу сквозь стиснутые зубы.
– Да, – этот гад смеет еще и улыбаться! – Хотел встретиться, когда узнал, что ты прилетела в Москву. Поговорить о случившемся, – он бросает взгляд на мою шею. – Но узнал, что ты в стрип-клуб с каким-то мужиком пошла, и решил тебя не беспокоить.
Не знаю, что сказать. Мысли роятся в голове, но не могут собраться в одну кучу. Все, что удается из себя вытащить:
– Зачем тебе жена, которая развлекается с мужиками в стриптиз-клубах? – отталкиваюсь от стойки и отхожу на пару шагов назад, когда понимаю. – Там… в каморке. Ты ведь думал, что я с ним…
Не могу продолжить. Просто не могу! Вадим не отвечает. Но я все вижу по его глазам.
Качаю головой. Нужно уйти. Срочно.
– Прости, но я откажусь от твоего предложения, – разворачиваюсь на пятках и иду прямо к журнальному столику. Нужно взять заветные ключи, убраться и забывать о Вадиме навсегда!
Вот только слышу сзади тяжелые шаги. Ускоряюсь. Обхожу диван. Остается совсем чуть-чуть, когда сильные руки хватают меня за плечи и разворачивают. Вадим впивается в меня своим гипнотизирующим взглядом. Но они на меня больше не действует. Не после всего.
– Сейчас послушай меня внимательно, – произносит он проникновенно. – У тебя, конечно, есть выбор. Заставлять выходить за меня замуж я никого не собираюсь. Но сначала подумай хорошенько. Из того, что успел узнать о твоем бывшем, он не привык просто так сдаваться. Ему всегда приносили все на блюдечке с голубой каемочкой. Или с зеленой, тут уж как он попросит. И уж точно Антон не привык к отказам. Что он сделает, когда доберется до тебя?
Перестаю дышать. Воспоминания о каморке лезут в голову и не хотят заталкиваться в дальний угол, где я их хранила последние несколько часов.
– Я смогу защитить тебя. И не только тебя, если потребует. Даю тебе словно. Мне просто нужна ответная услуга, – он не отводит от меня своих пронзительных глаз.
Не знаю, что сказать. Вспоминаю родителей, у который только все наладилось. Сердце сжимается. Антон будем мстить. Он меня в покое не оставит. В этом нет сомнений. Со мной-то все будет в порядке. Я улечу обратно в Дубай, например. Но вот родители…
Антон их со свету сживет. Этого я точно себе не прощу. Кусаю внутреннюю щеку. Из двух зол придется выбрать наименьшее.
– Я… я…
Звон раздается в комнате. Вадим вздыхает и отходит от меня. Достает из кармана брюк телефон. Заглядывает в экран. На его лице проскальзывает волнение, после чего он сразу отвечает, разворачиваюсь к окну.
– Как Ева? – Да. Вадим точно переживает. Секунда молчания. – А ребенок?
Ребенок? Меня прошибает пот. У Вадима есть ребенок? Дыхание прерывается. А если есть ребенок, значит, должна быть и жена… Тяжело сглатываю. Ну уж нет.
Поворачиваюсь, хватаю ключи, забираю с дивана сумочку и на носочках бегу из квартиры. Два замка задерживают меня. Но ненадолго. Лестничная площадка встречает меня. Нажимаю на кнопку лифта. Двери разъезжаются, и я слышу:
– Таня!
