Текст книги "Жена для наемника (СИ)"
Автор книги: Ари Дале
сообщить о нарушении
Текущая страница: 10 (всего у книги 14 страниц)
Глава 29
Наблюдаю за Вадимом, пока он следит за приближением брата со спутницей, и ловлю себя на желании стукнуть его чем-то тяжелом. Дыхание становится прерывистым, глаза сужаются до щелочек, и руки чешутся до жути
Видимо, Вадим чувствует что-то неладное, поэтому, когда гости почти подходят к нам, поворачивает голову. Его брови тут же взлетают вверх, а через мгновение на лице появляется довольная улыбка. Он сокращает разделяющее нас расстояние, и притягивает меня за талию к себе.
– Тебе не нужно ревновать, – шепчет мне на ухо. – Я вижу только тебя.
Александр со спутницей останавливаются перед нами. А я пытаюсь избавиться от гула в голове, оставленного словами Вадима.
«Я вижу только тебя».
«Я вижу только тебя».
«Я вижу только тебя».
Рука на талии даже через ткань жжет кожу. Пугаюсь, что останется след, но вовремя понимаю, насколько глупа эта мысль. Поэтому расслабляюсь и улыбаюсь девушке, которая выглядит дружелюбной по сравнению Александром. Брат смотрит на Вадима исподлобья. Почему-то мне кажется, что младший пытается передать взглядом осуждение старшему, за что получает локтем по ребрам от девушки рядом.
– Добрый день. Я, оксана помощница Александра, – она протягивает руку сначала Вадиму, который коротко ее пожимает, а потом мне.
Я приветливо улыбаюсь Оксане и тоже на мгновение обхватываю нежную ладонь. Девушка же не виновата, что мой будущий муженек облизывал ее взглядом.
– Приятно познакомиться. Я Таня, – обращаюсь к обоим.
– Александр, – гремит брат Вадима.
– Я знаю, – выдавливаю из себя. – Мы виделись в Дубае.
Мужчины напрягаются. Вадим сильнее вжимает меня в свое тело, его пальцы впиваются мне в бок.
– Теперь понятно, где я тебя видел, – Александр проходится внимательным взглядом по моему телу. Это вижу не только я. Оксана расплавляет плечи. С ее лица исчезает дружелюбность. Она натягивает на себя безэмоциональную маску, но глаза горят огнем. Вадим рядом со мной так сильно напрягается, что, кажется, вот-вот прыгнет на брата и вцепится ему в глотку.
– Хватит! – цедит сквозь зубы и пытается задвинуть меня за спину.
Вскидываю голову. Вадим прожигает брата испепеляющим взглядом. Второй тоже не собирается уступать. Засунул руки в карманы и смотрит на Вадима, не мигая. Складывается впечатление, что наблюдаешь не за взрослыми мужчинами, а за детьми в песочнице. Их противостояние напоминает гляделки двух оболтусов, которые не поделили игрушку. Напряжение нарастает, и мне становится страшно, во что оно может вылиться. Задерживаю дыхание.
Сигнал машины звучит неожиданно и заставляет меня вздрогнуть. Братья разрывают зрительный контакт. Выдыхаю. Начинаю успокаиваться, но только до того момента, пока не замечаю кортеж из машин, въезжающих на парковку. Они останавливаются у входа одна за другой. Два джипа впереди, три – сзади, и мерседес посередине.
Из джипов вываливается охрана и распределяется по парковке. Водитель выходит из мерседеса, огибает его и открывает заднюю дверцу. Абду выбирается наружу. Он сменил традиционное одеяние на обычный черный костюм, а волосы завязал в гульку на макушке.
Абду кивает присутствующим, после чего обходит машину и подает руку Лизе, когда водитель открывает дверцу с ее стороны. Подруга в длинном светло-розовом платье грациозно выбирается из автомобиля и становится рядом с мужем. Ее волосы развеваются на ветру, а в свободной руке она держит белый букет.
Пара быстро равняется с нами.
– Привет, – Лиза улыбается всем.
Замечаю, что Оксана дарит ей ответную теплую улыбку. Они знакомы?
Абду здоровается на ломанном русском, обмениваясь рукопожатиями с мужчинами, после чего снова переплетает с Лизой пальцы.
– Не думала, что ты так быстро затащишь ее в ЗАГС, – усмехается подруга, глядя на Вадима, и сует мне в руки букет белых роз. – Я была уверена, что ты забудешь про цветы. – Лиза шире улыбается, глядя мне в глаза.
Двери ЗАГСа распахиваются и на пороге появляется полноватая женщина в строгом черном костюме и юбке по колен. Ее русые волосы заколоты в конский хвост, а карие глаза светятся теплом.
– Добрый день, всем, – она осматривает присутствующих, после чего переводит взгляд на Вадима. – Готов? – нежно улыбается. – Освободила для тебя окошко.
Меня прошибает холодный пот.
– Пошли? – Вадим заглядывает мне в глаза. – Сделаем тебя моей женой!
Пока мы идем по светлому коридору, мимо ожидающих своей очереди пар, мир сужается до одной точки. На автомате переставляю ноги. Подрагивающими руками едва удается удержать букет. В голове пустота.
Мысли начинают собираться в кучу, когда я стою на ковре посреди просторной комнаты с бежевыми стенами. Окно сбоку завешено громоздкой, свисающей полукруглыми складками тюлью, а по бокам тянутся светло-коричневые шторы. Рядом Вадим, сзади наше «сопровождение», а перед нами деревянный стол, за которым стоит девушка-регистратор. Почти не слышу ее слов. Монотонная речь сливается в единый гул, который постоянно прерывается одной мыслью: «Куда я влипла?».
На автомате подписываю документы. Также возвращаюсь на место. Вадим становится рядом со мной через несколько секунд.
– А теперь время обменяться кольцами, – доносится до меня.
Александр передает брату красную бархатную коробочку, затем становится за нами.
Вадим открывает ее, и я вижу два золотых кольца. Одно – широкое, большое. Второе – поменьше. Вадим достает последнее и протягивает мне открытую ладонь. Перехватываю букет одной рукой. Пальцы дрожат, когда я кладу их на грубую ладонь Вадима. Он нежно пожимает мою руку, после чего надевает кольцо на безымянный палец. Когда настает моя очередь, Вадим без сомнений передает мне кольцо. Вот только я его чуть не роняю. Оно высказывает из пальцев, но мне удается перехватить кольцо в полете. Кажется, все это время я не дышу. Выпрямляюсь, боюсь взглянуть на Вадима, а, когда решаюсь, понимаю, что зря переживала. Он улыбается. Нежно. Ободряюще. Смотрит мне прямо в глаза, протягивает мне руку.
Делаю глубокий вдох и надеваю кольцо ему на палец.
– Объявляю вас мужем и женой, – радостно скандирует женщина-регистратор. – Можете поцеловать невесту.
Сердце пускается вскачь, когда Вадим притягивает меня за плечи к себе. Он смотрит на меня пристально, пронзительно. В его глазах вижу безмятежность, напоминающую пустоту. Она затягивает меня. Сравнение с ночью в джипе само лезет в голову. Дрожу. Вадим наклоняется. Мое дыхание прерывается. Глаза шире распахиваются.
Вадим нежно касается моих губ, а я дергаюсь назад.
Глава 30
Не могу уснуть. Кручусь в кровати. Перед глазами стоит взгляд Вадима, наполненный болью. Она показалась всепоглощающей, хоть и отразилась всего на мгновение на его лице. Потом Вадим натянул на лицо маску «веселого парня», даже улыбнулся. Вот только ямочек на щеках не появилось.
Мы ушли из ЗАГСа почти сразу. Даже штатного фотографа не дождались.
Лиза настояла, чтобы вся компания поехали в ресторан – отпраздновать. Никто не посмел ей перечить. Хотя думаю, грозный вид и суженные глаза здесь ни причем. Скорее, тут сыграла роль вздернутая бровь Абду.
В ресторане Вадим вел себя дружелюбно, вежливо. Но при этом держался на расстоянии. Он не улыбался мне. Не бросал на меня мимолетные взгляды. И его рука, сжимающая мою, стала жесткой, небрежной.
Вина пропитывала каждую клеточку моего тела. Не давала расслабиться. Сидя в отдельной комнате в ресторане за круглым столом, обтянутым белой скатертью, я дергалась от каждого взгляда, бросаемого на меня. Хуже всего был Александр. Осуждение считывалось в его глазах и кулаках, лежащих на столе. Лиза тоже не добавляла спокойствия. Она поймала меня в туалете и потребовала объяснений. Мне еле удалось отвертеться. И то только благодаря тому, что в уборной появилась Оксана. Как только мы вернулись, Вадим почти сразу увез меня, оставив подругу без ответов.
Я старалась вывести его на разговор, задавала вопросы, вроде «Куда мы едем?» и «Что будем делать дальше?». На что получала односложные ответы: «Домой» и «Посмотрим».
Радовало одно – он меня не игнорировал, вот только вина все равно царапала изнутри. И стала просачиваться наружу, когда Вадим привез меня домой, оставил одну в спальне, даже футболку дал, а сам пошел спать на диван.
Язык не повернулся язык предложить ему лечь со мной.
И вот теперь я лежу одна.
Перекатываюсь на живот и кричу в подушку. После чего подрываюсь. Сажусь на край кровати. Вижу свой силуэт в зеркале на дверце шкафа-купе из темного дерева. Такого же, как и огромная двуспальная кровать. Панорамные окна сзади завешаны шторой. Между ними виднеется небольшая полоска света, пускающая в комнату огни ночного города. Она скользит по паркету, затрагивает угол комода напротив изножья кровати и указывает прямо на закрытую дверь. Знаю, что за ней Вадим. Слышу его тяжелое дыхание и как он ворочается на диване.
Снова вспоминаю взгляд Вадима в ЗАГСе и тру грудь из-за вспыхнувшей вины. Какая же я дура!
Вадим – не Антон.
Не знаю, что произошло в джипе, но Вадим явно не собирался причинять мне боль. Хватит гнать от себя мысли о том вечере. Тем более, выкинуть Вадима из жизни просто так уже не получится. Смотрю на руку. Вижу кольцо даже в полутьме. Пора со всем разобраться!
Резко встаю и, пока не передумала, иду к двери.
Распахиваю ее. Тут же тушусь.
Натыкаюсь взглядом на Вадима, лежащего на диване. Он закинул руку на глаза и накрылся клетчатым пледом. Никакого постельного белья. Зато Вадим переоделся. Белая футболка выглядывает из-под пледа. Его грудь равномерно поднимается и опускается равномерно. Похоже, Вадим спит.
Сглатываю ком в горле. Собираюсь вернуться в спальню, когда слышу хриплый голос:
– Почему ты не спишь?
Вадим убирает руку с глаз и садится. Его волосы взъерошены, торчат в разные стороны. Футболка натягивается на бицепсах, когда он трет ладонями лицо. Жаль, что я не вижу его глаз из-за окна за его спиной.
Открываю рот, чтобы сказать, что хочу поговорить с ним, но вместо этого выпаливаю:
– Пить хочу.
Прикрываю глаза. Крепче сжимаю ручку дверцы. Какая же я трусиха!
Вадим усмехается.
– Холодильник там, – он кивает в сторону кухонного островка.
Делаю пару быстрых вдохов и делаю шаг из безопасной спальни. Босые ноги шлепают по паркету, когда я огибаю диван с противоположной от окна стороны. Захожу за барную стойку и открываю дверцу холодильника. Нижняя полка заполнена пол-литровыми бутылками воды, на верхней – стоят стеклянные банки с кетчупом. Больше ничего нет.
Приподнимаю брови, беру первую попавшуюся бутылку и закрываю дверцу. Все это время чувствую взгляд, сверлящий спину.
– Ты не ешь? – оглядываю сушилку возле раковины, но стакана или кружки не вижу. На других поверхностях тоже пусто. Втягиваю в воздух через нос и оборачиваюсь. – Стакан?
– В шкафчике, – Вадим смотрит на что-то рядом с моей головой, прежде чем снова взглянуть на меня. По коже будто ток пускают. Дыхание становится частым. Прикусываю язык, надеясь, что это отвлечет меня.
Отворачиваюсь и открываю шкафчик. Хмурюсь. Чашки стоят на верхней полке, сделанной из металлических прутьев. Становлюсь на носочки, пытаясь достать, но не дотягиваюсь.
– И нет, я обычно не ем… дома, – голос Вадима прерывается скрипом кожаной обивки. Слышу шаги сзади. Он приближается.
Не могу пошевелиться. Замираю с вытянутой рукой.
Вадим встает за спиной. Чувствую его тепло. Мускусный аромат окутывает меня. Прикрываю глаза.
Слишком близко.
Вадим едва касается моих пальцев. По телу проносится электрический разряд. Дергаюсь, резко опуская руку. Цепляюсь за край столешницы.
Вадим не отходит. Так и стоит сзади. Кажется, вечность. Слышу его сильное сердцебиение. Чувствую в волосах горячее дыхание. Не хватает только прикосновения и…
Слышу громкий стук. Взгдрагиваю. Вадим ставит передо мной стеклянный стакан и отодвигается.
Чувствую… разочарование. Оно скользкое, тягучее, оседающее в легких.
Боже, я идиотка. Разве Вадим может захотеть меня после того, как я отшатнулась от него на свадьбе?
Рука дрожит, когда откручиваю крышку и наполняю стакан. Дрожит, когда я обхватываю его. Дрожит, когда пью воду маленькими глотками.
Осушаю стакан полностью, но не могу удовлетворить жажду. Ставлю его обратно на стол, удивляясь, как еще не уронила. Закусываю губу.
Желание вернуться в спальню, а лучше сбежать, зашкаливает. Но я стою на месте. Нам нужно поговорить. Нужно!
– Это из-за горячей точки? – не узнаю свой голос, он такой слабый и хриплый. – Ты чуть не убил меня из-за ПТСР?
Глава 31
Собираюсь с силами и разворачиваюсь.
Вадим стоит, прислонившись к барной стойке и сложив руки на груди. Он смотрит на меня, но, кажется, не видит. Его взгляд будто сквозь мое тело проникает. На лице нечитаемое выражение. От Вадима веет напряжением, хотя он выглядит домашним в серых спортивных штанах.
Молчание затягивается. Я переминаюсь с ноги на ногу и мну край футболки. Какая же я дура! Почему не могла промолчать? Зачем нужно было лезть к Вадиму в душу? Понятно же, что это больная для него тема!
Делаю глубокий вдох и открываю рот, чтобы извиниться, но Вадим меня прерывает.
– Нет, – его голос отстраненный, безэмоциональный. – Уже нет…
Тяжело сглатываю. Молчу. Стараюсь не дышать, чтобы не спугнуть.
– Или я так думал, – Вадим фокусируется на мне и грустно улыбается. – Если бы я тогда не пришел в себя…
Не знаю, что меня подталкивает, но я быстро сокращаю расстояние между нами и обнимаю Вадима за талию, прижимаясь к его груди. Он застывает. Несколько секунд не двигается, после чего обхватывает меня своими руками. Только сейчас, когда на Вадиме футболка, а не костюм, я осознаю, насколько они огромные. Рядом с Вадимом я чувствую себя малышкой. Он зарывается пальцами в мои волосы и обнимает меня крепче.
– Прости меня, – шепчет он. – Прости. Я, правда, не хотел.
– Я прощаю тебя, – произношу нежно… Хочу отодвинуться, чтобы заглянуть ему в глаза. Но Вадим не отпускает, будто боится, что стоит меня отпустить, я сразу сбегу. Переплетаю пальцы за его спиной в замок и расслабляюсь. Поздно бежать. Нужно попробовать решить проблемы и найти общий язык.
Мы стоим какое-то время, прижавшись друг к другу. Вадим рассеянно перебирает мои волосы. Его сердце бьется размеренно под моей щекой. Тепло согревает меня.
Рядом с Вадимом я чувствую умиротворение. Осознаю это настолько яркое, что на мгновение становится страшно. Но я отгоняю это чувство. Поздно метаться. Лучше насладиться спокойствием.
– Не знаю, что произошло в джипе, – говорит Вадим через какое-то время. – Когда я только вернулся к обычной жизни, то не мог спать из-за кошмаров. Иногда лунатил. Но терапия помогла. Уже больше года я сплю, как убитый, и спокойно просыпаюсь, а не в поту.
Закрываю глаза и крепче вцепляюсь в футболку, обтягивающую спину Вадима, пытаясь передать ему всю силу, которая у меня есть.
– Поэтому, когда я «очнулся» и увидел тебя… свою руку на твоей шее… – он тяжело сглатывает. – Прости. Скорее всего, я перевозбудился, – смешок слетает с его губ, хоть и полный горечи.
– Эй, – отстраняюсь, запрокидываю голову и заглядываю Вадиму в глаза, но руки не расцепляю. – Я не буду говорить, что не злилась на тебя. Но сейчас… – вздыхаю и нежно улыбаюсь. – Сейчас я, кажется, понимаю. Просто пообещай мне, что больше не навредишь. Или хотя бы постараешься.
Образ Антона появляется в памяти, но он мутный, поэтому с легкостью получается его стереть.
Вадим обхватывает мои щеки теплыми ладонями.
– Я не наврежу тебе, – произносит он четко. – Обещаю!
– Верю, – говорю и понимаю, что это правда. – Хочешь поговорить о том, что с тобой случилось… там?
Вадим качает головой.
– Нет, меня давно ничего не беспокоит. Но если что-то будет не так, я с тобой поделюсь. Договорились?
Я коротко киваю и улыбаюсь шире. Уголки губ Вадима тоже поднимаются.
– Ты бы сейчас себя видела, такая милая, – он наклоняется ко мне, но замирает, когда между нашими лицами остается несколько миллиметров. Его горячее дыхание опаляет мои губы. Сердце начинает биться чаще. Разум пустеет. – И ты моя жена.
Я прерываю Вадима поцелуем.
Он превращается в живую статую, но не отстраняется. Позволяет мне целовать его. Губы жесткие, немного соленые. Дыхание горячее. Щетина колет нежную кожу моих губ. Прохожусь по ним языком. Проникаю в рот.
Не знаю, что мной движет. Желание стереть у Вадима чувство вины, которое сама же усугубила? Либо, возможно, мне надоело бежать, в первую очередь от себя самой?
У меня есть чувства к Вадиму. Как бы я их не гнала, они все равно пустили корни. Огненные искорки в груди вспыхивают каждый раз, когда я вижу Вадима. Хочется спрятаться за его спиной. Позволить себе положиться на его силу и стать слабой.
Сейчас же искорки превращаются в настоящее пламя. Оно разгорается. Разносятся по телу. Заставляет нервные окончания пылать.
Я, наконец, понимаю, что Вадим мне нужен. Нужен, как никто другой.
А еще он мой муж…
Кусаю его за губу.
Он шипит. Резко отстраняется. Смотрит на меня своими поразительными голубыми глазами. Долго. Так, будто не может решиться на последний шаг.
Не думаю, когда встаю на носочки и оставляю короткий поцелуй у него на губах.
Это становится спусковым крючком. Вадим подхватывает меня за талию и, разворачиваясь, сажает на барную стойку. Я даже вздохнуть не успеваю, как он устраиваться у меня между ног. Руками упирается в столешнийу. Заглядывает мне в глаза.
Молчит.
Я тоже не говорю ни слова.
Мы дышим часто. Прерывисто.
Хватаюсь за столешницу. Мизинцами касаюсь рук Вадима.
Меня будто током ударяет. Дыхание застревает в груди. Нас связывает струна напряжения. Она сковывает тело. Не дает пошевелиться. Грозит оборваться в любой момент. Одно неосторожное слово, лишний вздох, горячий взгляд, и она лопнет, вызвав настоящую бурю.
Тяжело сглатываю. Облизываю пересохшие губы.
Вадим опускает на них взгляд. Не знаю, замечает ли мой промелькнувший язычок. Когда же Вадим снова смотрит на меня, его глаза темнеют. Теперь я вижу, не яркое летнее небо, а накатывающую грозу.
– Не хочу причинять тебе боль, – шепчет он.
У меня внутри все сжимается.
Это я виновата, что Вадим сомневается в себе.
Кладу руку на щеку, покрытую щетиной. Не отрываю от него глаз. Кротко улыбаюсь.
– Я тебе доверяю.
Три слова, которые срывают последние цепи. Вадим обхватывает меня за талию. Вжимает в себя. Сминает мои губы.
Глава 32
Обнимаю Вадима за шею. Приоткрываю губы.
Горячий язык врывается мне в рот. Завладевает им. Предъявляет на меня права.
Дрожь проносится по телу. Мускусный аромат окутывает. Голова кружится. Не понимаю из-за чего. То ли меня дурманит запах, то ли руки Вадима, которые скользят по талии вниз, касаются бедер, забираются под футболку, после чего снова поднимаются.
Кожа горит. Она будто наэлектризована. Прикосновения Вадима посылает покалывание по телу. Ерзаю на барной стойке. Мне не хватает воздуха. Легкие горят. Отрываюсь от жадных губ. Запрокидываю голову и протяжно стону, когда Вадим всасывает кожу на моей шее.
Мурашки покрывают тело. Внизу живота разгорается пламя. Складки становятся влажными.
– Обхвати меня ногами, – бормочет Вадим мне в шею. Горячее дыхание заставляет кожу пылать. Не сразу понимаю, что он хочет, но, когда улавливаю смысл, беспрекословно слушаюсь.
Вадим приподнимает меня за бедра, быстро преодолевает гостиную и заходит в спальню. При этом не отрывается от моей шеи. Скользит по ней языком. Покусывает. Посасывает.
Крепче обхватываю Вадима, выгибаюсь, предоставляя ему больший доступ. Он рычит, отправляя по телу вибрацию. Стону, когда Вадим пальцами впивается в мои ягодицы. До боли, но такой сладкой.
Легонько царапаю его затылок. За что зарабатываю еще один рык.
Вадим впечатывает меня в стену, возле двери и заглядывает мне в глаза.
– Плохая девочка, – хрипит он возле моих губ.
В голубых глазах плещется страсть. Усмехаюсь.
– Только для тебя, – шепчу я.
Не успеют слова слететь с моих губ, как Вадим снова сминает их. Отрывает меня от стены. Двигается уверенно, будто я ничего не вешу. Целует так, словно для него на этом свете существую только я.
Последняя преграда рушится внутри. Отдаюсь Вадиму без остатка. Позволяю чувствам затопить грудь. Они такие сильные, что я задыхаюсь.
Вадим опускает меня на ноги. Сдергивает с меня футболку.
Замирает.
Я стою перед ним полностью обнаженная. Вадим делает глубокий вдох. Обводит жадным, полным желания взглядом мое тело. Задерживается на груди. Опускается ниже. Ниже. Ниже.
Мне не хочется прикрыться. Позволяю ему рассматривать себя. Даю возможность пожирать меня взглядом. И чувствую свою власть над ним. Спортивные штаны ничего не скрывают.
– Ты прекрасна, – голос Вадима звучит глухо, а взгляд возвращается к моим глазам. – Забирайся на кровать и расставь ноги! – а это уже приказ.
Подчиняюсь.
Делаю шаг назад, врезаясь задней частью коленей в кровать. Сажусь. Не разрывая зрительного контакта с Вадимом, отползаю на середину. Останавливаюсь и, подавляя стеснительность, развожу ноги.
Даже в полутьме вижу, как его взгляд темнеет.
Он срывает футболку. Избавляется от штанов вместе с боксерами. Перешагивает через них и идет ко мне. Его огромный член привлекает мое внимание не меньше, чем львиная грация. Все в Вадиме восхищает. Заставляет меня трепетать.
Не думала, что смогу желать Вадима сильнее, чем секундой назад.
Он забирается на кровать и накрывает меня своим телом. Локтями упирается с двух сторон от моей головы. Смотрит мне прямо в глаза.
– Ты же понимаешь, что теперь принадлежишь мне? – шепчет прямо в губы.
Не уверена, что это был вопрос, но все равно киваю.
Мое простое действие сносит последние барьеры Вадима.
Он впивается в мои губы. Целует меня грубо. Языком проникает в рот. Встречаю его на полпути. Отдаюсь полностью. Обхватываю его шею руками, а талию – ногами.
Тяну Вадима на себя. Хочу почувствовать его всего на себе. В себе!
Вадим не позволяет мне перехватить инициативу.
– Нет, моя хорошая, – шепчет между поцелуями. – Власть у меня, – отрывается от губ, проходится по ним языком. – В другой раз я позволю тебе быть главной, – кусает за подбородок. – Но сегодня… – скользит губами к шее, – я слишком сильно тебя хочу. Так долго ждал…
Он спускается еще ниже. Губами проходится по шее, ключице, обхватывает мой сосок, посылая волну жара мне прямо между ног. Сжимает вторую грудь в ладони, сильнее втягивая сосок в рот, после чего кусает.
Я кричу. Громко! Тело подкидывает. Хватаю Вадима за волосы. Прижимаю крепче к груди. Он усмехается, посылая волну дрожи через чувствительный от ласк сосок. Вадим отпускает его и заглядывает мне в глаза.
– Непослушная девочка, – коварная улыбка появляется у него на лице. – За это ты будешь наказана.
Он так резко выкручивает второй сосок, что я не успеваю ничего сообразить. Боль смешивается с удовольствием. Выгибаюсь. Закрываю глаза. Стону в голос.
Не понимаю, что тяну Вадима за волосы, пока они не начинают выскальзывать из моих пальцев. Разжимаю их. И это единственное, что я успеваю сделать, прежде чем чувствую горячее дыхание между ног.
Вадим ртом накрывает складки.
Мои глаза закатываются, когда он нажимает на клитор языком и посасывает. Сильная дрожь охватывает тело, и я хватаюсь за простыни, чтобы хоть немного унять жар. Он волнами разносится по телу. Воспаляет каждое нервное окончание. Заставляет низ живота гореть.
Но ненадолго. Вадим отстраняется.
Распахиваю глаза и смотрю на него.
Кривоватая ухмылка растягивается на его лице. Вадим снова опускается. Охватывает клитор губами и перекатывает его языком.
Я задыхаюсь. Сильнее сжимаю простынь. Чуть ли не рву ее…
Вадим снова прерывается.
Я только открываю рот, чтобы возмутиться, как он возвращается. Языком проходится по складкам, слизывая соки. Двумя пальцами проникает внутрь.
Ловлю ртом воздух, когда Вадим начинает двигаться во мне быстро, сильно. Одновременно с этим посасывает клитор, не давая мне передышки. Мое тело напрягается. Разум заполняет туман. Веки опускаются.
Воздух почти не попадает в легкие из-за прерывистого дыхания. Не удивлюсь, если в простыне появятся дырки.
Вадим там сильно сосет мой клитор, не забывая ласкать его языком, что тело наполняется сладкой агонией. По нервным окончаниям проносятся разряды тока. А я оказываюсь на краю обрыва. Готова с него сорваться, когда…
Вадим снова отстраняется. Разочарованно стону. Поднимаю голову, чтобы наорать на Вадима или лучше прибить, когда он наваливается на меня.
Ловит мой взгляд своими затуманенными глазами. Теряю запал, когда вижу желание, которое в них отражается.
– Я хочу быть в тебе, когда ты кончишь, – он резко входит, выбивая из меня воздух.
Сразу же начинается двигаться. Жестко. Грубо. Сильно. Словно пытается показать мне, как я ему нужна меня. Словно желает завладеть мною полностью. Словно хочет заставить принять его.
С силой разжимаю кулаки, отпуская простыть. Обнимаю его. Ногами обхватываю его бедра Вадима. Надавливаю.
Показываю ему, как он мне нужен. И что мне нужно!
Мое простое действие срывает последние замки на цепях, которые сдерживали Вадима. Он снова сминает мои губы и начинает двигаться так быстро, что я не успеваю сделать вдох. Мысли покидают разум, и я отдаюсь на волю чувств. Вадим вдалбливается в меня, делая полностью своей. Я позволяю. Он целует меня, кусает мои губы, зализывает потревоженные места. Не остаюсь в стороне – отвечаю со всей страстью, которая скопилась во мне, пока я сопротивлялась своим чувствам.
Вадим не отрывает взгляда от моих глаз. Я отдаю ему все, что у меня есть.
Он прерывает поцелуй, но не замедляется. Вбивается в меня жестко. Узел завязывается внизу живота. Огонь пылает в венах, заменяет кровь. Дыхание уже давно превратилось в пламя. Губы пересохли. Неконтролируемые стоны вырываются из меня. Перед глазами плывет. Впиваюсь ногтями в его спину. Царапаю.
Я уже близко. Так близко.
Сжимаю Вадима изнутри. Он глухо стонет. Черты лица заостряются.
Сжимаю снова. В подарок получаю еще один стон.
– Плохая девочка, – Вадим качает головой и скользит рукой между нами.
Напрягаюсь.
Дыхание застревает в груди, когда он касается клитора. Спина выбивается. Волна жара проносится по телу.
Вадим надавливает сильнее. Делает всего один круг, вместе с ним входя в меня. Я падаю в пропасть. Последние связные мысли покидают голову. Дрожу. Мне жарко и холодно одновременно. Хочется, чтобы жар прекратился и не заканчивался никогда. Не могу дышать. Чувствую, что пропадаю. Сильнее впиваюсь ногтями в спину Вадима. Он шипит, начинает вколачиваться жестче. Это разносит по телу очередную волну жара, окончательно лишая меня разума.
Удовольствие ослабевает, разливаясь негой по телу.
Краем сознания улавливаю еще несколько толчков и хриплый стон, после чего горячая влага наполняет меня.
Не соображаю, когда чувствую, что тяжесть исчезает. Вадим ложится рядом и притягивает меня к себе. Его грудь ходит ходуном. Горячее прерывистое дыхание развевает волосы на моей макушке. Я кладу голову ему на грудь, обнимаю и окончательно успокаиваюсь.
Веки становятся тяжелыми, а разум уносится прочь.
Болтаюсь между сном и явью, когда чувствую, что Вадим выбирается из кровати. Хочу спросить, куда он, но язык не поворачивается. Все, на что хватает сил – это положить ладони под щеки и провалиться в небытие, из которого меня очень скоро что-то вырывает. Не сразу понимаю, что чувствую влажную ткань между ног. Но она быстро исчезает, а меня укутывает мягкое тепло одеяла. Подтягиваю его ближе, обнимаю.
Разум снова начинает заволакивать тьма. Но что-то не дает мне покоя. Будто чего-то не хватает.
– Спи, – сонный разум улавливаю шепот.
Вадим целует меня в лоб и уходит, оставляя спать одну.
