Текст книги "Попаданка в беременную. Бывшая жена дракона (СИ)"

Автор книги: Анжелика Янчевская

сообщить о нарушении

Текущая страница: 5 (всего у книги 11 страниц)

13

Я устало опустилась на стул и провела пальцами по бархатистому лепестку василька. Кто бы мог подумать. Шестьдесят три года в одном мире – и ни цветочка. Несколько дней в другом – и вот, пожалуйста, букет от дракона с бандитской физиономией. Ирония судьбы – дама с весьма специфическим чувством юмора.

Я встала и убрала остатки со стола. Методично, без спешки вымыла тарелки, слушая, как потрескивают дрова в очаге. Эта простая, рутинная работа успокаивала, приводила мысли в порядок. А думать было о чем. Два дракона в моем доме. Один – бывший муж, который вышвырнул меня как бесполезную вещь, но теперь почему-то решил поиграть в заботливого лорда. Второй – дикий, непредсказуемый изгой, который смотрит на меня с насмешливым интересом и приносит цветы. И оба завтра собираются копаться в моем огороде. Мой огород. Святая святых. Я представила эту картину и невольно хмыкнула. Это будет зрелище похлеще гладиаторских боев.

Погасив свечи на кухне, я поднялась наверх. Мрак бесшумной тенью следовал за мной. Дверь в комнату Дарека была плотно закрыта. Я прислушалась – тишина. Спит или делает вид? Неважно. Я вошла в свою спальню, свою маленькую крепость, и плотно прикрыла за собой дверь. Скинув платье, я подошла к зеркалу. В полумраке, освещенная лишь лунным светом из окна, я всматривалась в свое отражение, в это молодое, незнакомое тело. И положила обе руки на живот.

«Ну что, малыш, – прошептала я, и губы сами собой растянулись в улыбке. – Кажется, у нас с тобой будет веселое детство. С двумя драконами-няньками. Главное, чтобы они друг друга не поубивали раньше, чем ты родишься».

Утро началось с настойчивого, но деликатного скрежета когтей по двери. Мрак требовал утренней прогулки. Я встала, ощущая себя на удивление отдохнувшей. Ночь прошла спокойно. Никаких ночных визитов, никаких выяснений отношений.

Спустившись вниз, я первым делом открыла дверь на задний двор. Мрак вылетел на улицу, как черный вихрь. Я же глубоко вдохнула свежий, пахнущий росой и лесом воздух. А потом замерла.

На моем будущем огороде, на том самом месте, где я мысленно уже разбила грядки под помидоры, стояли они. Оба. Клин, в простой рубахе, засучив рукава и обнажив мощные, покрытые татуировками руки, уже вбивал в землю колышки, размечая территорию с сосредоточенным видом настоящего мастера. А чуть поодаль, скрестив руки на груди, стоял Дарек. Он был одет в безупречный черный камзол, и вид у него был такой, будто он не в огороде стоит, а инспектирует парад.

– Я же сказал, к первому солнцу, – хрипло бросил Клин, не отрываясь от работы и заметив меня на крыльце. – А ваш лорд, леди, видимо, привык, что солнце ждет, пока он проснется.

– Я не спал, – ледяным тоном ответил Дарек, переведя взгляд с работы Клина на меня. – Я обдумывал план. Работа должна быть эффективной, а не бессмысленной. Ты просто втыкаешь палки в землю.

– Эта «палка», лорд, называется разметочный колышек, – с издевкой пояснил Клин, выпрямляясь и упирая руки в бока. – Это основа. Без нее твоя магия нашлепает грядки там, где у леди запланирована компостная куча.

– Моя магия создаст идеальные грядки с идеальной системой полива за десять минут, – отчеканил Дарек. – А ты будешь возиться со своими колышками до обеда.

– А потом первый же ливень смоет твой «идеальный полив» вместе с землей, потому что ты не учел уклон почвы, умник, – не остался в долгу Клин.

Я поняла, что пора вмешаться. Взяв с кухни кружку с травяным чаем, я спустилась к ним.

– Доброе утро, господа садоводы, – весело сказала я, становясь между ними. – Очень рада видеть такой трудовой энтузиазм. Но давайте договоримся. Я здесь прораб.

Слово сорвалось с языка раньше, чем я успела подумать. Эффект был мгновенным. Клин замер с молотком в руке и с неподдельным недоумением посмотрел на меня. Дарек же едва заметно скривил губы в презрительной усмешке, словно я сказала какую-то деревенскую глупость. Они переглянулись.

«Прораб. Отлично, Оля. Еще бы сказала 'бригадир'. Тьфу», – мысленно стукнула я себя по лбу.

Пришлось быстро исправляться. Я гордо вскинула подбородок. – Простите, увлеклась. Позвольте выразиться яснее. На этом клочке земли, который вы собираетесь превратить в поле битвы, последнее слово – за мной.

Теперь они смотрели на меня по-другому. Клин – с лукавой искоркой в глазах, явно наслаждаясь моментом. Дарек – с холодным, оценивающим вниманием.

– Итак, план такой, – я отхлебнула чай и указала на размеченную Клином территорию. – Мастер Клин, ваша разметка меня полностью устраивает. Здесь будут высокие грядки для овощей. Бортики сделаем из камня. Милорд, – я повернулась к Дареку, – ваша задача – поднять из земли подходящие плоские камни и доставить их сюда. Без разрушений, пожалуйста. Затем Клин их уложит. А после этого вы, милорд, проложите под землей каналы для полива. Медленно и аккуратно, чтобы не нарушить структуру почвы. Вопросы есть?

Тишина стала почти осязаемой. Клин усмехнулся, довольный, что его практический подход оценили. А вот Дарек нет. Он не сдвинулся с места, но воздух вокруг него, казалось, стал плотнее.

– Ты, кажется, забываешься, Оливия, – его голос был опасно тихим, почти шепотом. – Ты смеешь отдавать мне приказы?

Это был не вопрос. Это был вызов. Он не жаловался на работу, он ставил под сомнение мое право командовать им.

Я спокойно выдержала его взгляд. Страха не было, был азарт. – Я не отдаю приказы, милорд. Я ставлю задачу, – произнесла я ровно, делая акцент на последнем слове. Я сделала паузу, а потом нанесла удар по самому больному – по его драконьей гордости. – Я просто думала, что для дракона вашего уровня поднять несколько камней с помощью магии – дело пустяковое. Элегантная демонстрация силы, не более. Или я ошиблась, и это для вас слишком сложно?

Я видела, как в его темных глазах вспыхнули и заплясали золотые искры. Его челюсти плотно сжались. Он был в ярости. Но он был загнан в угол. Отказаться – значило признать, что задача ему не по силам. Признать это перед бывшей женой, а главное – перед этим изгоем Клином, было для него немыслимо.

Он молчал несколько долгих, звенящих секунд, прожигая меня взглядом. Затем медленно, отчеканивая каждое слово, произнес: – Будет сделано.

Это не было согласием. Это было обещанием, в котором слышалась скрытая угроза. Он сделает это, но сделает так, что я пойму, с какой силой я играю.

Я с трудом сдержала торжествующую улыбку и кивнула. Я сидела на ступеньках крыльца с чашкой чая, гладила Мрака и чувствовала себя самой могущественной женщиной в мире. Ведь это я заставила двух гордых, упрямых драконов копаться в моем огороде. И это было только начало.

Но даже самые могущественные женщины знают: работники, особенно такие крупные и энергозатратные, через пару часов захотят есть. А кормить их придется мне. Я мысленно провела ревизию своих скудных припасов. Остатки вчерашней курицы и овощей, немного крупы, травяной чай. Негусто. Для двух здоровых мужиков, драконьей породы, этого было явно недостаточно.

Идея пришла сама собой, простая и гениальная, как все, что рождается из практической необходимости. Мне нужны были яйца. И молоко. И, может быть, немного сахара. В голове мгновенно сложилось меню, достойное трудового подвига: пышный, сытный омлет с зеленью и на десерт – сладкие гренки, обжаренные в яйце до золотистой корочки. Простая, домашняя еда, которая согревает лучше любого камина.

Я решительно встала. – Мрак, остаешься за старшего, – сказала я, почесав волка за ухом. – Наблюдай, чтобы не жульничали. Затем я подошла к месту работы. Драконы, поглощенные своим молчаливым соревнованием, даже не сразу заметили моего приближения. – Господа, – произнесла я нарочито деловым тоном. – Я отлучусь на рынок за провизией. Прошу вас, пока меня не будет, не разрушьте тут ничего окончательно. И, пожалуйста, без жертв. Клин хмыкнул, не отрываясь от укладки камней. Дарек же метнул в меня короткий, недовольный взгляд, словно я нарушила какую-то важную медитацию, и молча заставил очередной валун взмыть в воздух.

Я взяла плетеную корзину и направилась в деревню. На этот раз мой поход на рынок был совсем другим. Испуганное молчание сменилось гулом приглушенных, но возбужденных перешептываний. Люди больше не шарахались, а, наоборот, с жадным любопытством провожали меня взглядами. Я чувствовала себя не просто новой хозяйкой, а местной достопримечательностью.

– Это она… та, что с волком… – донеслось мне из-за спины. – Тише ты! Говорят, сам лорд Райвен у нее в доме ночевал! Лично видела его карету на рассвете! – И еще один, из Теневых… страшный какой… Они у нее в саду работают! Представляешь, два дракона ей грядки копают! – Да не может быть! – Говорю тебе! Мой Митька видел!

Я делала вид, что ничего не слышу, и с самым невозмутимым видом подошла к женщине, торгующей молочными продуктами. Та, увидев меня, выпрямилась и торопливо вытерла руки о фартук. Ее вчерашнее добродушное любопытство сменилось почтительным страхом.

– Доброго дня, госпожа, – пролепетала она. – Чего изволите? – Мне нужны яйца. Десяток самых свежих. Хлеб. И кувшин молока. – Сию минуту, госпожа! – женщина засуетилась, отбирая самые крупные и чистые яйца. – И молочка вам самого лучшего, утреннего! Сливок побольше. – Давайте, – милостиво кивнула я, а потом, как бы между прочим, добавила: – И сахару мне, если есть.

С корзиной, наполненной продуктами, я шла домой, чувствуя на себе десятки взглядов. Они больше не видели во мне странную, одинокую городскую леди. Теперь в их глазах я была женщиной, которой драконы копают огород. Мой статус в этой деревне изменился кардинально.

Вернувшись, я увидела, что работа продвинулась. Несколько грядок уже были полностью обложены камнем и выглядели идеально ровными и аккуратными. Двое моих «работников» все так же трудились в напряженном молчании.

Я прошла мимо них на кухню, поставив на стол корзину. Яйца, молоко, сахар, кусок свежего хлеба. Такие простые, земные вещи на фоне той первобытной магии, что творилась сейчас за окном.

Они могли двигать горы, повелевать стихиями и испепелять врагов одним взглядом. Но через час они оба придут на мою кухню, уставшие и голодные. И их судьба будет в моих руках. Точнее, в моей сковородке.

Я усмехнулась, доставая из шкафа большую чугунную сковороду. Мое оружие – не магия. Мое оружие – здравый смысл и умение вовремя приготовить обед.

14

Запахло жареным. Густой, маслянистый аромат заполнил кухню, смешиваясь с запахом остывающих камней очага и сухих трав, висящих под потолком. Я стояла у огня, который теперь стал сердцем моего дома. На грубо отесанном столе передо мной стояла миска с дюжиной крупных яиц, глиняный кувшин с густым, пахнущим лугом молоком и маленькая деревянная солонка.

Сначала я методично разбила яйца в большую миску, добавляя молоко и щепотку соли. Деревянной ложкой я взбила их до пышной, однородной пены, в которой весело пузырился воздух. Эта смесь, вылитая на раскаленную, смазанную маслом сковороду, яростно зашипела и мгновенно начала схватываться по краям, превращаясь в золотистый, ноздреватый диск. Когда омлет поднялся высокой, дрожащей шапкой, я ловко поддела его лопаткой и сдвинула на край очага, чтобы не остыл. Затем принялась за десерт. Сладкие гренки. Ломти простого серого хлеба, которые я купила на рынке, один за другим погружались в сладкую молочно-яичную смесь, а затем, шкворча, падали на сковороду. Аромат, поплывший по кухне, был простым, домашним и уютным. Он совершенно не вязался с той первобытной, концентрированной мощью, что молча и мрачно преображала мой задний двор.

Когда на огромном глиняном блюде высилась целая гора румяных гренок, а в котелке над огнем тихо томился чай, в дверь постучали. Коротко и требовательно. Это был Клин. – Леди, – его голос звучал хрипло и устало, но в нем слышалось глубокое удовлетворение. – Работа закончена. Примешь?

Я вышла на крыльцо и замерла, невольно приоткрыв рот. На месте заросшего бурьяном пустыря раскинулся почти идеальный огород. Четыре длинные, высокие грядки, окаймленные ровными бортиками из серого, покрытого мхом камня, были идеально выровнены и готовы принять семена. Между ними были проложены аккуратные дорожки, посыпанные мелким светлым гравием. Под слоем свежей, темной земли угадывалась скрытая мощь – магическая система полива. Это было не просто красиво – это было сделано на века.

Дарек стоял чуть поодаль, скрестив руки на груди. Он не смотрел на меня, его взгляд был устремлен на дело их рук, на ровные линии грядок. – Это… великолепно, – выдохнула я, переводя взгляд с одного на другого. – Вы превзошли все мои ожидания, господа. Спасибо. А теперь, – я улыбнулась, – прошу в дом. Работников надо кормить.

Они вошли. Прошли к каменной мойке и по очереди вымыли руки под ледяной струей воды из работающего насоса. Затем сели за стол. Друг напротив друга, разделенные пространством и молчанием. Я поставила перед каждым большую глиняную тарелку с доброй порцией омлета, который успела посыпать мелко нарубленной зеленью, и водрузила в центр стола блюдо с горой дымящихся гренок.

За столом повисла наэлектризованная тишина, нарушаемая лишь стуком вилок о керамику. Первым ее нарушил Клин. Он отрезал ножом огромный кусок омлета, отправил его в рот и, прожевав, с неподдельным восхищением заявил: – Леди, клянусь всеми духами леса, это просто божественно. Я думал, вы, аристократки, вообще готовить не умеете. Сказав это, он начал рассказывать байки о жизни в Гиблом лесу – как они охотились на теневых вепрей, как искали редкие травы, – нарочито громко и весело, адресуя все свои истории исключительно мне.

Дарек не удостоил его даже взглядом. Он ел медленно, сосредоточенно, отрезая небольшие кусочки. Его движения были выверены и элегантны. Я видела, как напряжены его плечи под тонкой тканью камзола и как он сжимает простую деревянную вилку чуть крепче, чем нужно. Попробовав гренку, он на долю секунды замер. Его брови едва заметно сошлись на переносице, а в темных глазах мелькнуло искреннее, неподдельное удивление. – Вкусно, – произнес он очень тихо, обращаясь скорее к своей тарелке, чем ко мне. – Рада, что вам понравилось, – спокойно ответила я, подливая им в кружки горячего травяного чая.

Дальше завтрак прошел под аккомпанемент историй Клина, которые становились все громче и красочнее, и молчания Дарека, которое становилось все более тяжелым и ощутимым.

Когда с едой было покончено, Клин с громким стуком отодвинул стул и поднялся. – Спасибо за завтрак, леди. Это было лучшее, что я ел за последнее время, и я не шучу. – Он поклонился мне, бросив короткий, насмешливый взгляд на Дарека. – Работа сделана, основа заложена. Дальше – ваше дело, хозяйка. Загляну через пару недель, посмотрю, как тут у вас дела. Может, еще на такой омлет напрошусь.

Он подмигнул мне, повернулся и, не прощаясь с Дареком, направился к выходу.

Мрак, дремавший до этого у очага, плавно поднялся на лапы. Он подошел к Клину и, ступая рядом, проводил его до самой двери. У порога волк остановился, а Клин, не оборачиваясь, протянул руку и коротко потрепал его по загривку.

Я перевела взгляд на Дарека. Он сидел неподвижно, глядя на эту сцену. Его пальцы, лежавшие на столе, медленно сжались в кулак.

Клин вышел, не оглядываясь. Дверь за ним тихо хлопнула.

Мы остались одни. Дарек поднялся. Он подошел к окну и несколько долгих мгновений смотрел на сад, на ровные ряды грядок, которые еще утром были просто заросшим, диким пустырем.

– Я тоже должен уехать, – наконец произнес он, не оборачиваясь. Слава Богу подумала я, молча начала собирая тарелки со стола. Звук керамики, ударяющейся друг о друга, казался слишком громким в наступившей тишине. – Дела в замке не ждут. Я не могу надолго отлучаться.

Он медленно повернулся ко мне. Его взгляд был пристальным, изучающим. – Ты… очень изменилась, Оливия, – сказал он тихо. – Я должен признать, я удивлен. Эта стойкость, хозяйственность, это… спокойствие.

Он сделал шаг ко мне, сокращая расстояние. – Я вспоминаю ее… ту Оливию, что жила в моем замке. Она боялась сломать ноготь, пачкала руки только чернилами, когда писала жалобы на слуг. Ее единственной заботой был цвет новых портьер. Она не знала, с какой стороны подойти к венику.

Каждое его слово падало в тишину, как камень в воду. Я поставила последнюю тарелку в мойку и замерла, не решаясь обернуться. Мои пальцы вцепились в холодный, мокрый край каменной раковины.

– Люди меняются, милорд, – мой голос прозвучал глухо. – Обстоятельства… – Обстоятельства закаляют, – перебил он. Его голос раздался у самого моего уха. Я вздрогнула. Он стоял за моей спиной, совсем близко. – Они могут сломать или сделать сильнее. Но они не могут дать человеку знания, которых у него никогда не было.

Я застыла. Дыхание перехватило. – Я не знаю, кто ты, – прошептал он. – Или что ты. Но ты – не она.

Я резко обернулась. Его лицо было совсем близко, я видела, как пляшут золотые искорки в его темных глазах. В них не было угрозы. Была лишь усталость и острое, почти болезненное любопытство.

– Сейчас я уеду, – сказал он ровным, уже более твердым голосом, отступая на шаг и давая мне вздохнуть. – У тебя будет время. Но я вернусь. И когда я вернусь, я буду ждать честного ответа.

Он замолчал, и его взгляд стал холодным, как лед. – И я бы советовал тебе говорить правду, – добавил он тихо, но каждое слово звенело сталью. – Не все в этом королевстве так снисходительны к подобным… чудесам. Орден Очищающего Пламени очень интересуется подобными явлениями. И уберечь тебя от их внимания смогу только я.

Он развернулся и пошел к выходу. – Я пришлю тебе повозку с вещами, – бросил он уже от двери, не оборачиваясь.

Дверь за ним тихо хлопнула. Я стояла, прислонившись к мойке, слушая, как звук его удаляющейся кареты затихает вдали. Ноги подкосились, и я медленно сползла на холодный каменный пол, обхватив себя руками.

Тишина. Настоящая, полная, оглушительная тишина. Я была одна. И в этой тишине эхом звучали его последние слова. Орден Очищающего Пламени. Инквизиция.

15

Тишина.

Впервые за последние дни дом не гудел от напряжения. Он просто стоял, залитый утренним солнцем, и молчал. И эта тишина была оглушительной, пьянящей, как воздух после грозы. Я сидела на ступеньках крыльца с кружкой травяного чая, обхватив колени руками, и смотрела на свое новое сокровище.

Мой огород.

Идеальные, ровные грядки, окаймленные седым камнем, еще хранили прохладу ночи. Земля в них была темной, жирной, полной обещаний. Я смотрела на дело рук двух драконов и чувствовала злое, торжествующее веселье. Они думали, что соревнуются друг с другом, но на самом деле они просто выполняли мой план. План простой женщины, которая больше всего на свете хотела свои собственные грядки с помидорами.

Мрак, который после отъезда обоих «гостей» снова превратился в моего верного, обожающего пса, лежал у моих ног, положив тяжелую голову мне на колени. Он тихо сопел, изредка подергивая ухом. Кажется, он тоже наслаждался покоем.

– Ну что, друг мой лохматый, – пробормотала я, почесывая его за ухом. – Бездельничать некогда. Огород сам себя не засадит.

Сегодня был базарный день, и я не собиралась его пропускать. План был прост: закупить рассаду, семена, и все, что может пригодиться для посадки. Корзина в руке, кошель на поясе – я снова отправилась в деревню.

– Госпожа, возьмите мою капусту! Крепкая, ядреная! – А вот семена моркови, сладкая, как мед!

Я с важным видом выбирала рассаду, придирчиво осматривая каждый корешок, каждый листик. Взяла немного капусты, свеклы, пучок какой-то ароматной зелени, похожей на петрушку, и несколько мешочков с семенами.

Вернувшись, я с головой ушла в работу. Переоделась в самое простое платье, подвязала волосы тряпицей и вышла в свой огород. И это было чистое, незамутненное счастье.

Теплая, податливая земля под пальцами. Запах свежей пахоты и молодой зелени. Я высаживала каждое растеньице с любовью и заботой, как делала это сотни раз в прошлой жизни. Вот ряд капусты, здесь будет свекла, а тут посеем зелень. Я разговаривала с ними, как со старыми друзьями, обещая им солнце, воду и защиту от вредителей.

Мрак крутился рядом, пытаясь «помогать»: то выкопает ямку не там, где нужно, то с любопытством обнюхает саженец, рискуя его сломать. Я не ругалась, лишь посмеивалась, отгоняя его от грядок.

Я работала до самого вечера, пока спина не заныла приятной усталостью, а солнце не коснулось верхушек деревьев Гиблого леса. Выпрямившись, я оглядела свою работу. Мой огород. Маленький, но мой. Моя земля, которая теперь будет меня кормить. Я положила руку на живот, где затаилась моя главная тайна.

«Вот, малыш, – подумала я. – Это все будет твое. Твоя земля, твой дом.

На следующее утро меня разбудил не Мрак. Меня разбудил настойчивый, тяжелый гул, от которого едва заметно дрогнули стекла в окнах. Скрип колес и фырканье лошадей. Звук был слишком солидным для простой крестьянской телеги.

Я выглянула в окно. У ворот моего имения стояла большая крытая повозка, запряженная парой вороных лошадей. А на темном дереве повозки красовался до боли знакомый герб – серебряный дракон рода Райвен.

Сердце пропустило удар. Неужели вернулся? Так скоро?

Я быстро оделась и спустилась вниз. Мрак уже стоял у двери, тихо и настороженно рыча.

На крыльце меня ждал возничий – тот самый хмурый мужик, что привез меня сюда. Но теперь в его взгляде не было и тени прежнего пренебрежения. Он поклонился так низко, как только позволяла его негнущаяся спина.

– Госпожа, – пробасил он. – Велено передать от его милости, лорда Райвена.

Он отошел в сторону, открывая двери повозки. Я заглянула внутрь и ахнула.

Повозка была забита доверху. Тут было все.

Мешки с мукой, крупами, сахаром и солью. Огромные круги сыра, завернутые в вощеную ткань. Копченые окорока и связки вяленого мяса, источающие умопомрачительный аромат. Бочонки с маслом и медом. Но это было только начало.

Рядом с провизией лежали стопки нового постельного белья, теплые шерстяные и меховые одеяла. Набор прочной кухонной утвари – чугунные сковороды, медные котелки, ножи с деревянными ручками. Простая, но добротная глиняная посуда – тарелки, миски, кружки. Свечи, много свечей. Даже несколько мотков прочной шерсти для вязания и набор швейных игл.

Я стояла и смотрела на все это богатство, и не знала, что чувствовать. Это была не забота. Это был очередной ход в нашей молчаливой партии. Демонстрация силы и состоятельности. «Ты можешь якшаться с изгоями и играть в независимость, – говорил этот подарок, – но помни, кто здесь на самом деле обеспечивает твое существование».

– Куда прикажете разгружать, госпожа? – прервал мои размышления голос возничего.

Я очнулась. Практичная женщина внутри меня взяла верх над эмоциями. Бесплатные вещи – это всегда хорошо, чья бы гордость за ними ни стояла.

– Все на кухню, – скомандовала я. – А белье и одеяла – в холл.

Пока возничий таскал мешки и ящики, я стояла на крыльце, скрестив руки на груди. Я смотрела на герб Райвена на повозке и невольно улыбалась.

«Ну что ж, Дарек, – подумала я. – Принимаю твой дар. Но не думай, что ты меня этим купил. Ты просто облегчил мне жизнь. А значит, у меня будет больше сил, чтобы подготовиться к твоему возвращению. И к нашему разговору».

План Дарека, несомненно, сработал – по крайней мере, та его часть, что касалась демонстрации возможностей. Когда возничий, сделав несчетное количество рейсов от повозки до моей кухни, наконец уехал, я осталась стоять посреди гор провизии и утвари, чувствуя себя кладовщиком, принявшим годовой запас для небольшого гарнизона. Это было ошеломляюще. Он не просто прислал необходимое, он прислал все, лишив меня даже предлога для похода на рынок.

«Что ж, милорд, вызов принят», – хмыкнула я, засучивая рукава.

Работа закипела. Первым делом – кухня и кладовая. Я смахнула пыль с холодных каменных полок, которые, казалось, веками ждали этого момента, и начала методично расставлять свое богатство. Мешки с мукой, рожью и какой-то желтой крупой заняли нижние полки. Рядами выстроились бочонки с солью и сахаром, кувшины с маслом. Копченые окорока и связки пряных колбас я подвесила к потолочным балкам, как в настоящей деревенской избе. Кухня мгновенно наполнилась густыми, аппетитными запахами и ощущением жилого, основательного быта.

Новая посуда была простой, без изысков, но крепкой и надежной. Я с наслаждением вымыла каждую тарелку, каждую кружку под струей ледяной воды из починенного насоса и расставила на полках. Старые, щербатые черепки, найденные в доме, безжалостно отправились в мусор. Прошлое – в прошлом.

Затем настал черед спальни. Я расстелила на кровати новые, пахнущие свежестью простыни из грубого, но приятного на ощупь полотна. Сверху легло тяжелое шерстяное одеяло, а в изножье я бросила роскошный меховой плед, который теперь по праву был моим. Моя кровать перестала быть временным лежбищем – она стала оплотом уюта и тепла.

Вечер опустился на долину тихо и незаметно. Лиловые тени удлинились, воздух стал прохладным и наполнился ароматами трав и влажной земли. Поужинав остатками припасов, я почувствовала непреодолимое желание прогуляться. Не в деревню, а просто вокруг дома, по своей земле.

– Пойдем, Мрак, подышим воздухом, – позвала я, и волк тут же поднялся, радостно виляя хвостом.