Текст книги "Коварный (ЛП)"
Автор книги: Анжела Снайдер
сообщить о нарушении
Текущая страница: 7 (всего у книги 9 страниц)
Глава 21
После нападения в парке мне было страшно, слишком страшно, чтобы возвращаться домой, и даже слишком страшно, чтобы идти в полицию. Поэтому, когда Деймон предложил остаться у него на ночь, я без колебаний согласилась.
Если мой грабитель работал на Нолана Фаррелла, полиция все равно бы ничего не сделала. Клан Фаррелла под защитой продажных копов с толстыми кошельками, которым позволено разгуливать по улицам, сея хаос и разрушение, как им вздумается.
А если мой нападавший и не был связан с Фарреллом, шанс, что его вообще поймают, ничтожен. В этом городе каждый день происходят сотни ограблений, и не сомневаюсь, что это было не в первый раз для него. Он явно умеет уходить от наказания.
Я не успела разглядеть ни одной его черты, лицо было скрыто под лыжной маской. Но запомнила его маленькие, карие глаза и голос с хрипотцой и густым ирландским акцентом. Уверена, этой ночью он обязательно появится в моих кошмарах.
Меня пробирает неконтролируемая дрожь, хотя стою под самой горячей водой, какую только могу вынести, в душе Деймона.
Раздается стук в дверь, и я вздрагиваю.
– Виктория? – зовет Деймон. – Я оставил тебе одежду в спальне. Переоденься, когда закончишь.
– Спасибо, – отвечаю, хотя уверена, что звук воды заглушил мой голос.
Подношу лицо под струю воды, смывая остатки слез, заканчиваю принимать душ и выхожу. Деймон положил пушистое белое полотенце, и я не спеша, тщательно вытираюсь. У меня так много синяков и ссадин, что утром наверняка проснусь с болью.
Подхожу к раковине, провожу рукой по запотевшему зеркалу и смотрю на свое отражение. На виске уже проступает ужасный кровоподтек, а губа разбита в том месте, где ударил нападавший. Выгляжу, мягко говоря, ужасно.
Физически я знаю – переживу. Но вот психологически… теперь каждый раз буду бояться выходить на пробежку, и на меня нападут снова.
Глаза затуманиваются от слез, но не позволяю им пролиться. Я уже дала волю эмоциям в душе и не собираюсь больше плакать из-за того, что со мной случилось.
Заворачиваясь в полотенце, приоткрываю дверь и выглядываю в спальню Деймона. Его нигде не видно, но на кровати замечаю одежду, которую он для меня приготовил.
Огромная кровать с высоким изголовьем занимает почти всю комнату. Остальное пространство – это комод, тумбочка и небольшой шкаф.
Вся квартира такая же простая и минималистичная. Если бы не знала, что он живет здесь уже больше года, подумала бы, что он только что въехал. Возможно, из-за своей работы он редко бывает дома, и просто не придает значения уюту.
Разворачиваю одежду и не могу сдержать улыбку, увидев черную футболку с логотипом Nirvana. Обычно Деймон носит идеально сидящие костюмы или дорогие вещи, так что футболка с рок-группой – это неожиданно. Но мне нравится.
Надеваю ее через голову, затем натягиваю его боксеры, подворачиваю пояс, чтобы они держались на мне.
Сушу волосы полотенцем и вешаю его в ванной. После этого выхожу из спальни, чтобы найти Деймона.
Он развалился на диване в темно-синей футболке и серых спортивных штанах. Это совсем не тот образ, к которому привыкла, но, признаться, мне очень нравится. Даже слишком.
Он распахивает объятия, и мне приходится сдерживать себя, чтобы не броситься к нему. Укладываюсь рядом на диван, и он тут же притягивает меня к себе, целуя в макушку. Быть в его объятиях – чертовски приятно, и я сама удивляюсь, как сильно скучала по нему за эту неделю.
Прижимаюсь щекой к его груди, прислушиваясь к ровному биению сердца.
– Почему ты сегодня решил побежать именно в парке? – спрашиваю я.
Сердце под его грудной клеткой ускоряется, прежде чем он отвечает: – Я знал, что ты обычно бегаешь в парке по утрам… Надеялся, что случайно встречу тебя. Ты игнорировала меня, а… я сходил с ума без тебя, Виктория.
Его признание обрушивается на меня с неожиданной силой. Кажется, я тоже сходила с ума без него. Не знаю, что между нами происходит, но ощущение, будто мы созданы друг для друга. А сегодняшний день только подтвердил это.
Настоящее чудо, что он оказался в том парке, в том самом месте и в тот самый момент. Если бы не он…
– Тебе холодно? – спрашивает он, когда вздрагиваю от ужасных мыслей, пронесшихся в голове.
Еще крепче прижимаюсь к нему.
– Нет, – шепчу я.
Звук его сердца убаюкивает меня, глаза закрываются, и я больше не в силах их держать открытыми.
Поздно ночью чувствую, как Деймон перекладывает меня в постель. Когда чуть шевелюсь, он ложится рядом.
– Я больше никогда не позволю никому причинить тебе боль, – говорит он, прижимая меня к себе.
Его пальцы медленно скользят по моим волосам, веки становятся тяжелыми. И последнее, что я слышу: – Спи, моя милая Виктория.
Глава 22
Что-то случилось с Деймоном после той ночи, которую провела у него. Трудно объяснить, но вся динамика наших отношений как-то изменилась.
Деймон стал другим.
Но в хорошем смысле.
Кажется, несколько ночей в его личном пространстве стали первым шагом к прочному фундаменту наших отношений, и я безмерно счастлива.
Стоило мне решить все закончить, как вновь втянулась в его мир. Теперь я жду его звонков, хочу слышать его голос, и чем больше времени мы проводим вместе, тем сильнее и безнадежнее влюбляюсь.
Официально мы встречаемся уже два месяца, но ощущение, будто намного дольше, мы постоянно находим предлог увидеться. А с приближением праздников не представляю, как провести их без Деймона.
Он стал такой важной частью моей жизни, что уже не вижу ее без него.
Хотя он не любит говорить о своем прошлом, я чувствую, что он понемногу открывает мне свое сердце.
– Подожди, и что мне теперь делать? – спрашивает Деймон, вырывая меня из раздумий.
– Режь кубиками, вот так, – объясняю я, показывая, как нарезать овощи для салата.
Сегодня вечером мы готовим ужин у меня дома. В последнее время это стало нашей маленькой традицией – готовить вместе и просто проводить время друг с другом. Мне невероятно приятно его общество, и я ужасно скучаю, когда его нет рядом.
Мы по очереди остаемся на ночь у меня или у него, но каким-то образом всегда оказываемся вместе.
Секс между нами – нечто потрясающее, но и очень отвлекающее, потому что мы просто не можем держать руки при себе.
Вот и сейчас Деймон подходит ко мне сзади и кладет ладони на мои бедра.
– Покажи мне, как… резать, – шепчет он, с той бархатной хрипотцой, от которой мурашки бегут по коже. Я не могу не усмехнуться.
Одна его рука скользит вверх, накрывая грудь, а другая проникает под пояс моих легинсов. – Черт, на тебе нет трусиков, – рычит он.
Его пальцы дразнят мой клитор, и я роняю нож на столешницу.
– Деймон, помнишь, чем это в прошлый раз закончилось? У нас сгорел ужин.
– К черту еду, – ворчит он, срывая с меня легинсы. – У меня появился аппетит совсем на другое.
Вскрикнув, когда он подхватывает меня на руки, цепляюсь за него, пока несет в гостиную и бросает на диван.
– Ты просто пещерный человек, – фыркаю я, закатив глаза.
– Я. Хочу. Есть. Сейчас, – рычит он, и я заливаюсь смехом, когда он наваливается на меня сверху.
Это тот Деймон, которого я вижу редко. Веселый, расслабленный. Когда он на время прячет своего мрачного, серьезного двойника. Мне нравится этот Деймон. Жаль, что показывается не так уж часто.
Он покрывает мое тело поцелуями, спускаясь все ниже, пока не добирается до самой чувствительной части.
Его талантливый язык находит мой клитор, и я теряюсь в вихре наслаждения.
Но как только подхожу к одному из лучших оргазмов в своей жизни, чувствую запах гари и слышу раздражающий звук сигнализации.
– О, черт! – вскрикиваю, отталкивая его. Бегу на кухню и пытаюсь спасти спагетти на плите, но уже поздно. В кастрюле – черная масса из лапши и томатного соуса.
Размахивая кухонным полотенцем, чтобы отогнать дым от дымовой сигнализации на стене, в полном недоумении смотрю на Деймона. Он облизывает губы, те самые, что только что были на мне, и одаривает меня своей фирменной улыбкой.
– Ты должен мне новую кастрюлю, – говорю я, бросая испорченную в раковину.
– И сколько уже? – спрашивает он.
– Две… или три… – бормочу, прикрывая лицо рукой. Мысленно ставлю себе заметку купить замороженные ужины или что-нибудь, что не надо готовить на плите.
– Зато у нас есть салат, – подбадривает он.
Я улыбаюсь, оборачиваюсь к нему и говорю: – Может, теперь и я голодна не только по еде.
– Да ну? – Он откидывается к стене и опускает руку, сжимая эрекцию, заметно выпирающую из-под спортивных штанов. Я ясно вижу его возбуждение и невольно думаю, кто вообще придумал серые спортивки для мужчин, я бы с радостью написала этому человеку благодарственное письмо. – Надеюсь, ты действительно проголодалась.
– Умираю с голоду, – отвечаю с лукавой улыбкой.
Опускаясь перед ним на колени, тяну за пояс штанов. Его напряженный член выскакивает прямо перед моим лицом.
Боже, он такой огромный.
Его член длинный и твердый, крупная гладкая головка блестит на кончике. Мой язык медленно скользит, чтобы слизать соленую каплю.
И тут из его груди вырывается первый стон удовольствия, что только подстегивает меня. Я снова и снова вожу языком вокруг головки, покрывая ее влагой. Его спина прижимается к стене, а сам он следит за каждым моим движением через полуприкрытые, полные вожделения глаза, учащенно дыша через приоткрытые губы.
Член становится твердым, как сталь, когда обхватываю губами головку и принимаю его глубже в рот.
Пока его взгляд прикован ко мне, я провожу языком от основания до кончика. Его тело содрогается, когда опускаюсь ниже, к яйцам, облизывая и засасывая их в рот. На этот раз он не может сдержать стон, вырывающийся из самой глубины груди.
– Ох, черт, Виктория… – хрипит он.
Я снова поднимаюсь к головке, прежде чем полностью взять в рот. Его руки впиваются в мои волосы, и он начинает двигать бедрами, вгоняя член все глубже, пока у меня не перехватывает дыхание.
– Блядь… – шипит он сквозь стиснутые зубы, ускоряя ритм. Его взгляд пылает такой жаждой, что стону сама.
Слезы наполняют глаза, когда смотрю на него снизу вверх, но не пытаюсь отстраниться. Кладу руки на его бедра для опоры, Деймон ритмично ими двигает, глубже входя в мой рот, и я понимаю, что он близок, по тому, как его челюсть напряжена.
– Твой рот… так хорош. Черт, так хорош, – хрипит он.
Толчки становятся хаотичными, и вот он извергается мне в рот. Мускулистые бедра дрожат под моими ладонями, а грудь быстро вздымается.
Когда его дыхание наконец выравнивается, он ослабляет хватку в моих волосах и смотрит на меня.
– Ты чертовски прекрасна, – тяжело дыша, говорит он.
Затем, подхватив меня под руки, резко поднимает и целует.
Целует так, будто не представляет, как сможет когда-нибудь отпустить.
И в этот момент мне кажется, что наша жизнь вместе прекрасна.
Идеальна.
Я только надеюсь, что наш хрупкий пузырь счастья не лопнет внезапно и слишком скоро.
Глава 23
То, что Виктория каждую ночь на этой неделе проводит у меня, – одновременно и хорошо, и плохо.
Хорошо, потому что обожаю проводить с ней время.
Мне нравится, что ее лицо – последнее, что вижу перед сном, и первое, что вижу, просыпаясь. Также мне спокойно, что она в безопасности, здесь, в моих объятиях.
Но плохо то, что начинаю к ней привязываться. Слишком сильно. Виктория пробралась в мое холодное, темное сердце, и я не знаю, как изгнать ее из своей головы.
Ее запах пульсирует в моих венах. Ее улыбка будто выгравирована в моем мозгу. А стоны наслаждения все еще звучат в моих ушах.
– Черт, ну и придурок же я, – говорю своему отражению в зеркале после душа.
Вся наша связь, это несущийся под откос поезд, и у него только один финал – столкновение с кирпичной стеной.
Из этого легко не выбраться, обратной дороги нет.
Я зашел слишком далеко.
А когда Виктория узнает, что натворил… продолжаю творить… и что еще только собираюсь сделать – она никогда меня не простит. Я все это понимаю, но все равно не могу держаться от нее подальше. Словно наркоман, а она мой любимый сорт героина.
Хотя мы почти круглосуточно вместе последние несколько месяцев, иногда мне этого мало. Я окончательно пропал. По уши влюблен в девушку, которую никогда не смогу по-настоящему иметь и которая будет меня ненавидеть, когда узнает правду.
Слышу, как в другой комнате звонит телефон Виктории. Не желая подслушивать, но не в силах удержаться, приоткрываю дверь ванной, чтобы услышать, о чем она говорит.
– Все будет хорошо, Сью. Мы что-нибудь придумаем, – говорит Виктория ровным голосом, который должен звучать спокойно и уверенно, но даже я слышу в нем панику и сомнение. – Не знаю… Да, понимаю… Придется… Я что-нибудь придумаю и перезвоню.
Когда выхожу из ванной, Виктория сидит на краю кровати с тревогой на лице. Она грызет ноготь большого пальца, срывая раздражение на бедной ногтевой пластине. Когда поднимает взгляд, на ее лице появляется облегчение. И я снова чувствую себя последним подонком. Виктория смотрит на меня как на своего спасителя, но сейчас я его полная противоположность.
– Что случилось? – мягко спрашиваю, садясь рядом.
Виктория глубоко вдыхает и медленно выдыхает.
– Это была Сью из столовой для бездомных. Ночью где-то произошла утечка воды, и она испортила потолок в зале. Сработал главный автомат, и холодильник отключился. Вся еда, которую они подготовили к большому обеду на День благодарения, испортилась. – Она закрывает лицо руками. – Я не знаю, что делать, Деймон.
Ее голос звучит так уныло, что у меня сжимается сердце. Виктория действительно переживает за это место и за людей, которые туда приходят, и из-за этого я тоже начинаю переживать. А это для меня совершенно в новинку.
– Значит, мы заменим еду, – предлагаю я.
– Это не так просто. Речь идет о тоннах продуктов, которые за последнюю неделю пожертвовали сотни, если не тысячи людей.
Я беру ее за плечи и разворачиваю к себе.
– Виктория, мы заменим еду и устраним повреждения от воды. Я помогу тебе все исправить. Абсолютно все.
В ее глазах блестят слезы, когда она обнимает меня и прижимается ближе.
– Спасибо, Деймон, – выдыхает она. – Я не знаю, что бы делала без тебя.
Обнимая ее в ответ, чувствую, как холодная и липкая вина ползет по моему позвоночнику.
– Взаимно, – шепчу ей в волосы. И прижимаю к себе крепче, будто боюсь отпустить.
Потому что знаю, скоро придет момент, когда мне придется отпустить ее навсегда. И я понятия не имею, как после этого выживу.
Эта девушка сведет меня в могилу.
Глава 24
Когда Деймон сказал, что поможет мне все исправить, он не шутил. После нескольких звонков у нас уже есть люди, которые помогают демонтировать потолки, а местные продуктовые магазины подгоняют грузовики с едой, чтобы заменить все, что было утрачено.
Сью на седьмом небе от счастья, бегает по кухне со слезами на глазах и с самой широкой улыбкой, которую когда-либо видела.
Я могла бы попросить помощи у отца, у него денег больше, чем он сам может потратить, но он терпеть не может такие места и постоянно отчитывает меня за волонтерство здесь. Он считает, что я должна проводить время на вечеринках и в обществе богатых и знаменитых, а не помогать тем, кто действительно в этом нуждается.
Но мы справились и без него, и я горжусь тем, что не пришлось к нему обращаться.
С закатанными рукавами Деймон сам таскает испорченные куски гипсокартона в переулок за столовой. Его мускулы напрягаются под футболкой, и я не могу не бросать на него украдкой взгляд. Он выглядит как греческий бог: оливковая кожа, покрытая блестящей пленкой пота, пока работает.
Он ловит мой взгляд, когда заходит обратно внутрь, и одаривает меня сексуальной, понимающей улыбкой.
– Позже достанется и тебе, – беззвучно говорит он и подмигивает. И я ничего не могу поделать с тем, как жар от смущения быстро поднимается от груди к щекам.
Размахивая рукой перед лицом, чтобы остудиться, отворачиваюсь от Деймона и возвращаюсь к работе. Вместе с другой девушкой мы собираем мелкие обломки и сгребаем их в тачку.
Прорыв воды устроил настоящий погром, но с каждым часом обеденный зал становится все лучше. Праздничный ужин на День благодарения уже завтра в полдень, и Сью с оптимизмом говорит, что к тому времени кухня снова будет полностью готова. Я безмерно рада за нее и за всех, кто сможет получить достойный праздничный ужин.
К восьми часам вечера обеденный зал уже выглядит почти как новый – свежие листы гипсокартона, зашпаклеванные стены. Холодильники полны еды, а Деймон даже вызвал электрика, чтобы проверить щиток и убедиться, что с проводкой все в порядке.
Мы выходим из столовой с чувством гордости за проделанную работу. А когда возвращаемся к Деймону домой, все это кажется почти сном. Квартира у него небольшая и, может, не самая уютная, но за последнюю неделю она действительно стала ощущаться как дом.
Мы оба потные, уставшие, но я все равно обнимаю Деймона. Встав на цыпочки, приподнимаюсь и целую его. Вернувшись на пятки, смотрю ему в глаза и искренне говорю: – Спасибо.
Никакие другие слова не смогут выразить ту благодарность, которую сейчас чувствую. Он помог такому количеству людей этим вечером. Не уверена, что сам до конца это осознает.
Он бережно касается моей подбородка и мягко проводит большим пальцем по щеке.
– У тебя все лицо в пыли от гипсокартона, – говорит он с нежной улыбкой.
– Может, нам стоит принять душ?
Он кивает.
– Вместе, – добавляю я.
Он кивает уже энергичнее, и я громко смеюсь.
Подхватывает меня на руки, и несет в ванную. Ставя меня на пол, мы начинаем медленно раздевать друг друга. Без спешки, словно смакуя каждый момент.
Когда оба обнажены, он включает воду, проверяет температуру, а потом помогает мне зайти внутрь и сам заходит следом.
Пользуясь его гелем для душа, мы по очереди намыливаем друг друга, и наши прикосновения становятся все более жадными.
Под струями теплой воды он целует меня нежно и мягко. Его руки скользят вниз по моему телу, прикасаясь к каждому участку кожи, будто он хочет запомнить меня до мельчайшей детали.
Его язык скользит по моим губам, и я раскрываюсь, давая ему полный доступ. Он касается моего языка, а затем полностью захватывает контроль, поглощая поцелуем, от которого сжимается душа.
Я чувствую, как растущая эрекция давит мне в живот, и протягиваю руку между нами, чтобы обхватить его твердую длину. Он стонет прямо в мой рот, и мне это нравится. Нравится, когда он отпускает контроль.
Его умелые пальцы находят мой клитор и начинают нежно тереть. Боже, он точно знает, где и как меня трогать.
Когда уже близка к краю, он внезапно отстраняется и разворачивает меня в своих объятиях. Прижимая к кафельной стене, опускается на колени позади меня. Его рот находит мой клитор, заставляя вскрикнуть его имя. Язык скользит вдоль щели, поднимаясь к тому месту, где все еще остаюсь девственницей.
Он играет языком с краем моего тугого отверстия, и это сводит с ума. Я даже не подозревала, что это может быть так приятно.
– Деймон! – вырывается у меня.
Он заставляет меня замолчать, прежде чем вновь опускает язык к моему клитору. Я упираюсь ладонями в кафель, когда он снова доводит меня до предела, и резко останавливается.
– Пожалуйста! – умоляю я.
Он поднимается и говорит: – Сейчас я сделаю своей девочке хорошо.
Своей девочке.
Его девочке.
Слова, как наркотик, от них кружится голова.
Он берет в руку свой твердый член и проводит головкой вдоль моей щели, дразня меня.
– Это то, чего хочет моя девочка?
– Да! – молю я.
– Тогда скажи то, что я хочу услышать, – приказывает он.
И, боже, как же я обожаю его извращенную натуру и любовь к грязным разговорам.
– Пожалуйста, Деймон… Пожалуйста, трахни меня своим большим членом.
Он издает низкий рык, от которого меня пробирает дрожь, затем пристраивается и входит одним резким, безжалостным толчком, не останавливаясь, пока не заполнит полностью.
Я вскрикиваю от смеси боли и наслаждения, пока мое тело пытается приспособиться к его размеру.
– О боже! – стону я.
Снова рыча, он слегка покусывает мою мочку уха, затем проводит по чувствительной коже шеи. Его зубы впиваются в плечо, когда он медленно выходит из меня, только чтобы тут же вновь врезаться с еще большей силой.
Из моего рта вырывается громкий стон, а пальцы безуспешно цепляются за скользкую кафельную стену.
Деймон впивается пальцами в мои бедра и начинает безжалостно трахать меня. Каждый толчок задевает нужное место внутри, приближая к краю блаженства. Я так опьянена желанием, что почти не замечаю, как его правая рука отпускает мое бедро и опускается ниже.
Но когда кончик пальца касается ануса, мои глаза резко открываются.
– Деймон, – предупреждающе говорю я.
– Я хочу взять тебя прямо здесь, Виктория. Хочу быть первым в каждой дырочке твоего чертовски прекрасного тела.
Его палец скользит по моей киске, и это невероятное ощущение, лучше, чем могла представить.
– Обещаю, тебе понравится, – уверяет он, и я доверяю ему.
– Хорошо... – шепчу я.
Он вынимает пальцы из моей киски, собирает влагу и подносит ее к напряженному анальному отверстию. Один палец сменяется двумя, затем тремя, он проверяет, готова ли я. Опираясь головой о плитку, пытаюсь сохранять спокойствие.
– Расслабься, – говорит он, пристраиваясь у моего заднего входа. – Я буду нежен. Обещаю.
Его губы касаются моего плеча. Вновь находя клитор, он ласкает его, медленно входя в меня.
Сначала сопротивление и боль, но удовольствие от прикосновений заставляет меня принимать его, сантиметр за сантиметром.
Когда он полностью внутри, издает низкий стон.
– Черт, ты так тугая... Ты потрясающе хороша.
Его пальцы сжимают мой клитор, и я вскрикиваю от неожиданности.
– Это моя девочка, принимает мой твердый член так глубоко в свою тугую попку. – Он снова нежно трогает мой бугорок и предупреждает: – Сейчас я начну двигаться, Виктория.
Его толстый член кажется огромным в этом запретном месте, и я не могу не стиснуть зубы от первых нескольких толчков. Однако, как только первоначальная боль проходит, меня накрывает волна невероятного наслаждения, такого, которого никогда раньше не испытывала.
– Пожалуйста, Деймон… – выдыхаю, сама не зная, о чем прошу. Может, чтобы он остановился. Может, чтобы продолжал. Я не понимаю. Мой разум затуманен смесью боли и удовольствия.
Он доводит меня до оргазма снова и снова, так много раз, что сбиваюсь со счета, и они сливаются в бесконечную череду.
С последним мощным толчком Деймон прижимает меня к себе, заполняя меня собой до тех пор, пока его сперма не начинает вытекать вокруг его толстого члена.
– Черт, Виктория… – шепчет мне на ухо, крепко удерживая в объятиях.
Я остаюсь в его руках еще какое-то время, пока он осыпает поцелуями мою щеку, челюсть, шею и плечо. Это так приятно… Невыразимо приятно.
Когда его член смягчается, он осторожно выходит из меня и снова принимается мыть меня. Мои ноги дрожат, и я едва могу стоять, когда он помогает мне выйти из душа.
Деймон вытирает меня и заворачивает в мягкое теплое полотенце. Возвышаясь надо мной, смотрит вниз своими темно-зелеными глазами, и кажется, будто они поглощают меня целиком.
– Я люблю тебя, Деймон, – выпаливаю, прежде чем успеваю остановиться. До этого момента даже толком не задумывалась о своих настоящих чувствах к нему, но теперь знаю – это правда. Я люблю его. Кажется, полюбила его с самого первого мгновения, как только мы встретились.
Его темно-зеленые глаза слегка затуманиваются, и я замираю, испугавшись, что он не ответит мне теми же словами. Возможно, я совершила ужасную ошибку и навсегда останусь в памяти как та самая дура, которая призналась парню в любви, а он ее не любил.
Но прежде чем успеваю как-то отыграть назад или забрать свои слова, Деймон наклоняется и прижимает свои губы к моим. Этот поцелуй – властный и требовательный. Его пальцы скользят по моим влажным волосам, удерживая меня, полностью захватывая инициативу.
И когда он наконец отстраняется, смотрит мне прямо в глаза и говорит: – Я тоже тебя люблю, Виктория.
