Текст книги "Мой дикий сосед (СИ)"

Автор книги: Аня Истомина

сообщить о нарушении

Текущая страница: 6 (всего у книги 14 страниц)

Глава 25. Даня

Назло Петрову моюсь долго. Так долго, что даже сама устаю сидеть в ванной. Пусть страдает.

То, что он сделал, – недопустимо. Отвратительно. Животно!

У меня по телу пробегают мурашки, когда я вспоминаю, как его горячие пальцы обожгли кожу на бедрах. А его взгляд после этого!..

Стону в ладони и с силой тру лицо, пытаясь смыть с себя наваждение.

Под его взглядом у меня запульсировало внизу живота от возбуждения.

На меня никто никогда так не смотрел!

Было ощущение, что он просто набросится на меня и… и я бы не смогла сопротивляться, потому что его напор просто плавит мой мозг!

Возможно, это вино так действует, но сейчас мне очень, очень хочется, чтобы он… вернулся.

Выхожу из ванной в растрепанных чувствах и вижу, что на дверной ручке висят мои трусы.

Так он… просто поиздевался, что ли?

А, ну да, у него же на меня не встаёт!

Усмехаюсь с горечью.

Почему меня это так волнует, не понимаю. Я не в его вкусе. Его характер – не в моем, хотя внешне Макс очень даже мне нравится.

Мы вообще соперники, по-хорошему. Я ненавидеть его должна. А он меня.

Но, вместо этого, я готовлю ему, а он меня лечит и спасает.

Наверное, это и подкупает. Я уже не отношусь к Петрову, как к чужаку. Он какой-то родной. Меньше убить его от этого не хочется, но и вычеркнуть из своей жизни тоже желания не возникает.

Хотя, я отдаю себе отчёт, что это все – ненадолго. Мы по-любому разъедемся. И от этого даже немного грустно.

И это капец как странно!

Иду на кухню попить воды, машинально кошусь на темный проем зала.

Макс лежит, уткнувшись носом в спинку дивана. Сопит.

Похоже, заснул всё-таки.

Вздохнув, подхожу и поднимаю с пола плед, накрываю Петрова и ухожу.

Зачем он сказал девчонкам, что мы живём вместе?.. Не в его же интересах совсем… Он же явно кобель тот ещё.

Утром просыпаюсь по будильнику и чувствую себя, как расплавленное желе. Ноги и руки ватные, голова болит.

Осознаю все, что произошло, только оцениваю уже трезвым умом.

Стыдно.

Приревновала Макса к подругам. Не столько Макса, сколько его внимание, которое раньше доставалось только мне.

Ушла, пока все отвлеклись на мороженое. Ну, как ушла? Парня на самокате тормознула и попросила подкинуть до метро. А то, что у меня с собой ничего нет, не сообразила.

Так и вернулась к машине, в надежде, что меня скоро спохватятся. Версию с туалетом придумала уже потом, когда Петров сказал, что искал меня.

Не могла же я сказать, что я – ревнивая собственница и хочу, чтобы он носил на руках только меня! Потому что привыкла быть самостоятельной и сильной, а он ведёт себя со мной, как со слабой девочкой. И это приятно!

Почему-то мне казалось, что он так себя ведёт только со мной. Что я уникальная.

– Уникальная дура, – хмыкаю, соскребая себя с кровати. – Работать иди.

Захожу на кухню, чтобы налить кофе. Посуда так и лежит в раковине. Закатываю глаза, но не трогаю.

Тихо завтракаю, чтобы не разбудить Максима. Привожу себя в порядок, делаю лёгкий макияж, надеваю блузку и брюки, настраиваю сервер для занятий.

Сегодня у меня групповой урок с детьми по английскому языку, а после небольшая подработка с маленькой группой из трёх американок, которые хотят выучить русский язык.

Надеваю наушники, подключаюсь к группе и начинаю занятие.

Когда первое заканчивается, тут же начинаю второе.

Женщины подключаются. Мы знакомимся с ними впервые. Все уже достаточно взрослые, но наивные. Спрашивают у меня про медведей, водку и балалайку.

Общаюсь с ними на английском, интересуюсь, какие слова из русского языка им знакомы. Понимаю, что они не знают практически ничего и начинать будем с самого простого.

В какой-то момент женщины замолкают и вдруг начинают махать в камеру.

Оборачиваюсь и вздрагиваю, увидев Петрова.

Он стоит позади меня в одних трусах и, широко улыбаясь, машет американкам. Его тело и волосы блестят от влаги.

– Макс! – краснею, вынимая наушник. – Ты сдурел? Что ты делаешь? У меня урок!

– Мэкс? Мэкс? – хихикают женщины, ни грамма не смущаясь его появления.

Петров невозмутимо подходит ко мне, присаживается рядом на корточки и с интересом смотрит в камеру щенячим взглядом.

– Зис ис май кузен. – отвечаю в микрофон на посыпавшиеся вопросы.

– Это твои ученицы? Они откуда?

– Из Америки, – параллельно отвечаю Петрову.

– Что ты им сказала? – переводит на меня заинтересованный взгляд Макс.

– Что ты – мой двоюродный брат.

– Врушка, – усмехается он. – Я… бой…бойфренд?

– Мы не встречаемся. Так что, просто “бой”. Ты что, совсем английский не знаешь?

– Хот бой? Бэд бой? – интересуются ученицы мне в ухо.

Какие раскрепощенные!

– Неа. – Петров берет мой наушник и вставляет себе в ухо, смотрит сначала на них, потом на меня пристально. – Разве только: “Хеллоу. Май нейм ис Максим. Ай лав ю.”

Женщины снова хихикают, а я смущаюсь от его прямого взгляда. Он с ними вообще разговаривает?

– Макс, выйди, пожалуйста, – прошу севшим голосом. – Ты мне занятие срываешь.

Петров почему-то довольно хмыкает, машет моим ученицам, и, демонстративно потягиваясь, игриво подмигивает в камеру и уходит.

Весь оставшийся урок у нас проходит очень активно. Женщины воодушевленно учатся здороваться и знакомиться по-русски.

Когда занятие заканчивается, выключаю ноутбук и сижу, смотрю в одну точку.

Макс ведёт себя так, будто вообще ничего не произошло. Мне что, тоже сделать вид, что я вчера не чудила? И про трусы забыть?

Но как? Только сцену в ванной вспоминаю, как по телу волна жара проходит.

Телефон вибрирует. Я смотрю на экран и тихо смеюсь.

“ Данечка, нам нужно срочно поговорить. Давай через час?” – сообщение от Кости.

Глава 26. Даня

Делаю скрин, отправляю в чат подругам. С припиской: “Вам не кажется, что среди нас завелся Иуда?”

Отключаю оповещения для этого чата. Злюсь. Сижу, кусаю губу. Потом все же пишу ответ Косте.

“Давай. За десять минут набери, я выйду.”

Вот и посмотрим, как сильно он скучал.

Все равно же пообещала встретиться.

Выхожу из комнаты, иду на кухню, чуть прихрамывая. Макс пьет кофе и что-то смотрит в телефоне, улыбаясь. Уже одет в спортивки. Удивительно.

Увидев меня, он откладывает телефон в сторону и невинно хлопает ресницами.

– Кофе будешь?

– Макс, что это было? – вздыхаю и сажусь напротив. – А если бы там дети в камеру смотрели?

– Да ладно тебе, – улыбается он. – Я же в трусах был. Вот если бы без них!..

– Макс, это не смешно! – хмурюсь. – Это моя работа. С хорошей оплатой. Если будешь срывать мне занятия, так и буду жить у тебя.

В глазах Петрова вспыхивают лукавые искры и у меня вдруг мелькает подозрение, что эта выходка была спланирована.

– Ты что, специально?

– Нееет, – возмущённо машет руками Макс. – Ты что? Но, имей ввиду, что ты меня не напрягаешь. Живи, сколько нужно.

– Спасибо, – вздыхаю тяжело и иду за чашкой. – Но это не правильно. У тебя одни привычки, у меня – другие. Я чужой тебе человек.

– Ммм, – кивает Петров согласно, встаёт и уходит из кухни. – А я тебе, да?

Гляжу ему вслед и понимаю, что опять психует. Ну что не так-то?

Отставив чашку, иду следом. Макс лежит на диване, снова уткнувшись в телефон.

– Петров, – сажусь рядом, чуть оттесняя его. – Ну нет, конечно, ты мне не чужой. Я уже привыкла к тебе. Бесит, что посуду не моешь, правда.

– Блин, да помою я ее, – закатывает глаза Макс. – Там всего две тарелки. Тебя только бардак смущает?

Я зависаю, думая, что меня смущает моя реакция на него, но вслух это разве озвучишь?

– Так, я смотрю, там бесконечный список, да? – ухмыляется Петров. – Запиши, чтобы не забыть. Потом озвучишь. А пока пошли куда-нибудь сходим?

– Когда? – отвисаю и удивлённо смотрю на него.

– Сейчас.

– Я не могу сейчас. Мне нужно уйти по делам.

– Я подброшу, – тут же садится Макс.

– Эмм… – чувствую себя совсем неловко. – За мной заедут.

Вижу, как его лицо снова становится мрачнее тучи.

– Константин? – уточняет холодно и получив мой кивок, хмыкает. – Кто он вообще такой?

Обрисовываю в двух словах, не вдаваясь в подробности.

– И что, ты хочешь с ним помириться? – отрицательно мотаю головой. – А на кой хрен тогда идёшь с ним на встречу?

– Пообещала.

– Так откажись.

– Не могу. Он сказал, это очень важно.

– Да блин, трахнуть он тебя хочет, вот и все.

– Фу, Макс! – морщусь. – Он слишком воспитанный для этого.

– Ну, я же не говорю, что он тебя в кусты потащит. Голову заглумит. Ты поверишь. Потрахаетесь и снова исчезнет.

Петров говорит это с такой ядовитой ухмылкой, что мне на миг становится даже обидно за Костю.

– Макс, скажи, это просто неприязнь или ты на своем опыте говоришь? – усмехаюсь.

– На опыте. – зло бросает он в ответ. – Врать даже не буду – не один раз лично так делал. А вы, как дуры, ведетесь. Что-то мусолите у себя в башке про прошлые чувства, ищете оправдания, верите в ересь про то, что он всё осознал и изменился и потом ходите воете снова.

– Фу, Макс, – снова вздыхаю. – Это мерзко. Зачем ты так делаешь?

– Не делаю. Делал. Давно. Потому что никогда всерьез все эти страдания не воспринимал. Захотелось секса – написал какой-нибудь бывшей. Мы проще к этому относимся. – Петров отводит взгляд в окно. – Сейчас уже в этом нет необходимости. Легче новую найти.

– Ну, а почему ты думаешь, что Косте не проще? Он постарше тебя. Серьезнее. И работает на высокой должности.

– Ой, все! – Макс резко поднимается с дивана и берет со спинки футболку. – Иди куда хочешь.

– А ты куда?

– За сигаретами. Буду дальше ходить и вонять, как пепельница.

– Да воняй, – усмехаюсь, – нам же с тобой не целоваться.

Петров хмыкает, уходит из зала и через несколько секунд хлопает дверь, щелкает замок.

Машинально заправляю сбившийся плед. Смотрю на время. Через полчаса примерно выходить. И тут меня осеняет: а как я уйду, если Макса нет и ключ у него? Квартира открытой останется!

Блин, Петров! Неужели специально?!

Глава 27. Даня

Пишу Петрову. Тут же получаю сообщение, что он через десять минут вернётся.

Выдыхаю с облегчением.

Пока есть время, подкручиваю волосы и делаю макияж поярче. Крашу губы красным. Одежду решаю оставить ту же.

Для меня встреча с Костей носит деловой характер. Но, хочется потешить самолюбие и показать, что без него я стала намного увереннее.

Слышу хлопок двери и выхожу из ванной. Макс скидывает кроссовки и хмуро смотрит на меня.

– Красиво? – подхожу ближе.

– Вот стоит он того, чтобы так расфуфыриваться? – зло щурится Петров, наклоняясь и разглядывая меня. – Ты – красивая девчонка, а бегаешь за тем, кто тебя бросил!

– Я не бегаю ни за кем! – возмущаюсь, отступая. – Он хочет поговорить.

– А ты вся такая раскрасивая для чего тогда? Не для того, чтобы у него член неделю стоял?

– Петров!

– Губы опять красные намалевала!..

Дзынькает сообщение и Макс замолкает. Я достаю телефон, смотрю на экран.

“Буду через пятнадцать минут”.

Вздыхаю, обхожу Петрова. С трудом втискиваюсь в лоферы, так как травмированная щиколотка болит.

– Макс, я не буду прислушиваться к твоему мнению о красоте, потому что у тебя на меня “не стоит”, – хмыкаю, кидая в сумку салфетки, наушники и помаду. – А, и я не брюнетка, да.

– Ну, давай теперь все припомним! – закатывает он глаза, опираясь о стену и скрещивая руки на груди.

– Знаешь, – разворачиваюсь к нему и тоже опираюсь на комод. Стоим друг напротив друга. Чувствую, что уходить нужно скорее, потому что опять напряжение нарастает. Но остановиться не могу. – После твоих слов, мне будет приятно, если у него неделю стоять будет. Если в нем ревность взыграет. Женщинам нравится… нравиться.

– Чтобы у него ревность взыграла, нужно сделать так, – Петров отлепляется от стены, и, придерживая меня за шею, ладонью смазывает помаду, а затем проводит себе по губам и смотрит на меня.

– Блять, Макс! – выкручиваюсь и оборачиваюсь к зеркалу, достаю салфетку. – Это не смешно уже!

– Зато похоже, что ты с кем-то сосалась. – вижу довольную ухмылку над головой.

Стоит весь перепачканный, с красной полосой от уха до уха, как клоун.

Как ребенок, честное слово! Даже злиться не получается.

Вздыхаю, оборачиваюсь и, приподнимаясь на цыпочки, вытираю его лицо.

– Не похоже. Зря помаду мне размазал.

Макс придерживает меня за талию и серьезно смотрит, пока я тру ему щеки.

– Тебе не идёт красная помада.

– Тебе тоже. – усмехаемся одновременно. – Это не повод, чтобы ее все время размазывать. Я не в твоём вкусе. Тебе вообще должно быть параллельно, как я выгляжу.

– Дура ты, – вздыхает он.

– Спасибо, Петров. Ещё один комплекс в копилочку, благодаря тебе. – хмурюсь и пытаюсь отстраниться, но, вместо того, чтобы отпустить, Макс сильнее сжимает мою талию руками и утыкается лбом в мой лоб.

– Ты почему такая упрямая, как баран? – шепчет мне в лицо. – Я тебе как мужик говорю, искренне, блин. Не для того, чтобы обидеть.

– Тогда выражаться научись, – шепчу в ответ, а Петров вдруг сажает меня на комод. – Ты что?! Мне идти надо!

– Сейчас пойдешь, – усмехается он, нависая сверху. – Только научусь правильно выражаться.

– Макс, прекрати! – беспомощно ерзаю и болтаю ногами, пытаясь его отодвинуть, но он как каменный. Прижимается бедрами к комоду, не давая мне соскользнуть. – Слушай, ну хватит уже! Какая тебе разница, куда я иду и что у меня там будет?

– Волнуюсь. Вдруг этот твой “скорострел” тебя обидит.

– Петров! – бью его по груди, чувствуя, как заливаюсь краской. – Да хватит, я тебя прошу! Можно подумать, ты – супергерой! Что-то я не вижу очереди фанаток под окном!

– Блять! – выдыхает Макс зло и я вижу, как его глаза стремительно темнеют. – Сейчас докажу!

– Что?! – взвизгиваю и отшатываюсь, но он стремительно подхватывает меня на руки. – Пусти!

Больше ничего не успеваю сказать, потому что теплый мягкий язык тут же врывается в мой рот.

Петров целует меня с таким напором, что голова моментально начинает кружиться от недостатка кислорода.

– Дурак! – уворачиваюсь, хватая ртом воздух, но Петров тут же притягивает меня к себе за затылок и нежно, но настойчиво, сминает мои губы снова, заставляя приоткрыть рот и принять поцелуй.

Это больше похоже на ураган! Я только и успеваю, что глотнуть воздуха, когда на короткое мгновение Макс отвлекается, с тихим урчанием прикусывая мои губы.

Боже, как он целуется! Страстно, с оттяжкой, глубоко. Его язык мягко терзает мой, увлекая в какой-то безудержный похотливый танец. Его губы обволакивают мои, оттягивая, всасывая, сжимая их.

Я мычу и брыкаюсь, сопротивляюсь и одновременно ловлю себя на том, что отвечаю на его поцелуи.

Понимаю, что мы в спальне, только когда падаем на кровать.

Глава 28. Даня

– Макс, – выдыхаю испуганно, когда он стягивает футболку, нависая сверху. – Прекратииии.

Выстанываю просьбу, вздрагивая от острых ощущений, потому что его пальцы вжимают шов моих брюк в самую чувствительную точку между ног.

Петров будто не слышит. Ощущение, что он везде! Я пытаюсь оттолкнуть его, чувствуя обжигающие поцелуи на шее, но тут же мои руки оказываются скованными над головой в его крепкой ладони. Шепчу, что он гад – и мой рот тут же затыкает очередной жадный поцелуй. Я то жмурюсь и плавлюсь от касаний его пальцев к оголившемуся животу, то распахиваю глаза и скулю ему в губы от очередного глубокого прикосновения между ног.

Макс отстраняется, тяжело дыша, и зубами яростно задирает мою блузку выше, покрывает поцелуями ребра, поднимается к кружеву на груди.

– Макс! – всхлипываю от спазма между ног и прогибаюсь в пояснице, когда его губы прямо сквозь ткань сжимают сосок.

Я больше ничего не контролирую. Чувствую, как Макс кладет мою ослабевшую руку на свой возбуждённый член и сжимает ее, толкаясь бедрами. Он такой крупный, что я едва могу сомкнуть пальцы. А еще даже сквозь ткань штанов я ощущаю, насколько он горячий.

– Помоги, – шепчет Макс глухо, задирая мне лифчик и сминая вторую грудь в ладони.

Он облизывает и посасывает сосок так нежно, что меня опять непроизвольно выгибает ему навстречу, пронзает разрядами тока.

Сжимаю ладонь сильнее, Макс тут же снова толкается бедрами, заставляя двигать рукой.

Он поднимается выше и мы оказываемся лицом к лицу. Я вижу на лбу испарину и тянусь свободной рукой к его голове, смахиваю влагу и провожу ладонью по жёстким волосам.

Макс прикрывает глаза от удовольствия, подставляя голову, как ласковый кот, и сильнее вжимает меня в матрас своим телом.

Его пальцы начинают быстрее ласкать меня между ног. Я понимаю, что настолько мокрая, что, кажется, даже ткань брюк промокла. Но это уже не имеет значения, потому что меня накрывает волнами наслаждения, вымывая из головы все мысли. Я слабо мычу сквозь сомкнутые губы, но Макс дразнит короткими поцелуями, заставляя раскрывать рот, из которого тут же вырываются хриплые короткие стоны.

Я вся сжимаюсь и вздрагиваю, обхватывая его за шею, прижимаюсь крепче, чувствуя, как соски трутся об его кожу. Умоляю остановиться, но он лишь усиливает напор и я громко протяжно стону от мощных спазмов между ног. Икры сводит от напряжения. Мое тело больше мне не принадлежит. Оно содрогается, подаётся навстречу нахальным движениям и, наконец, обмякает, падая на кровать.

Макс снова крепко сжимает мою ладонь на члене, толкается в нее все быстрее и быстрее, жмурится, рычит сквозь зубы, а затем замирает и его передёргивает.

Это настолько дико и мужественно выглядит, что я восторженно выдыхаю. Наблюдаю, как по мощным плечам расползаются мурашки. Член в моей руке то и дело вздрагивает, а Макс утыкается лбом мне в грудь, выдыхая короткий тихий стон, который обжигает кожу.

Успокаиваясь, он отпускает мою руку и жмется влажным виском к плечу.

Я несмело зарываюсь пальцами в его волосы снова и пытаюсь унять сбитое дыхание.

Это… безумие!

– Мы с тобой кончили, не снимая штанов, – усмехается Макс слабо. – Было у тебя такое когда-нибудь?

– Нет, такое… впервые… – шепчу, облизнув пересохшие губы. – Петров, ты гад. Что ты наделал?

– Дал нормальный повод для ревности твоему бывшему. Все, теперь можешь идти на свидание.

Усмехаюсь. Губы горят от укусов и, наверное, распухли. Тут уж захочешь скрыть, не скроешь, что что-то произошло.

– То есть, теперь ты уверен, что между мной и им ничего не будет?

– Да у тебя не встанет на него! Судя по его вылизанному виду, у вас секс был похож на чайную церемонию.

– Пфф! – я закатываю глаза. – Какой ты самоуверенный!

Блять, да!

Не сказать, что с Костей было плохо, нет. Просто однообразно. Аккуратно. И таких мощных эмоций я не испытывала. Если снова сравнивать... то Костя – это прибрежная волна, а Петров – разрушительное цунами.

Макс привстает на локте и обводит пальцем мою скулу, чуть отворачивает голову и утыкается носом в шею.

– Что ты делаешь? – хихикаю от щекотки, уворачиваюсь.

– Ты бы знала, как охуенно ты пахнешь, – выдыхает он мне в ухо, тут же прикусывает за загривок.

– Петрооов, – покрываюсь мурашками и переворачиваюсь на живот, пряча лицо в подушку. – Прекратииии! Этого не должно было произойти! Мы – соседи!

– Ой, да ладно тебе. Это так, маленькая шалость. А вообще, секс по дружбе – нормальная тема.

– Ага, а потом дети по дружбе, носки и посуда в раковине. Нет, спасибо. Блин!

Подпрыгиваю, услышав, что в коридоре надрывается телефон.

Макс тут же хватает меня и рывком сажает на себя.

Я чувствую у себя между ног твердый бугор. Ошалело смотрю на Петрова.

– Ты же только что кончил. Он опять стоит?!

– Он и не падал, – усмехается Макс.

– Так не бывает!

– Бывает. Привыкай, детка. Я скорпион.

Макс подмигивает и самодовольно тянется, а я спрыгиваю с него, пока он расслабился, и быстро иду к выходу.

– Я буду скучать, – доносится в спину.

– Петров, – оборачиваюсь, – закатай губу. Это была разовая акция. Я не собираюсь с тобой спать.

– Да что ты говоришь?! – Макс подрывается с кровати и я с визгом несусь в коридор. – Иди сюда!

Глава 29. Даня

Спасибо, что обувь на мне!

На бегу хватаю сумку, толкаю дверь. Макс, видимо, ее не закрыл, поэтому вылетаю в подъезд, случайно бухая дверью об соседскую, оборачиваюсь испуганно.

Меня тут же сносит будто ураганом! На секунду теряю ориентацию, потом понимаю, что вишу вниз головой.

– Петроооов!!! – брыкаюсь, несмотря на реальную возможность свалиться и расшибить голову. – Отпусти меня!!!

Вскрикиваю, потому что чувствую жгучий укус на бедре.

– Ты больной?! – колочу его по спине сумкой, путаясь в волосах, пока он меня тащит обратно.

Снова падаю спиной на кровать и пытаюсь отползти, но Макс быстро подтягивает меня обратно за ноги и нависает сверху, с ухмылкой разглядывая, как я извиваюсь под ним.

– Да хватит орать, – шепчет миролюбиво и, прижимаясь бедрами к моим, тяжело сглатывает.

Я замираю, чувствуя, как между ног упирается его твердый член. По телу пробегает волна сладкой истомы.

– Макс, – шепчу, уворачиваясь от его поцелуя, – пожалуйста, прекрати. Я не готова.

Выдыхаю рвано, чувствуя будоражащие поцелуи на шее. Его вообще можно остановить?!

В голове кавардак. Хочу, чтобы он остановился и не хочу одновременно. Мне страшно до ужаса!

– Точно? – хмыкает Макс мне на ухо и толкается бедрами, вырывая из груди возбужденный всхлип.

Остатки сознания борются с животными инстинктами все слабее.

– Да, – не очень уверенно выдыхаю ему в губы и давление на тело тут же исчезает. Макс приподнимается на руках и больше не касается меня, но дразнит мои губы, требуя поцелуя.

Принимаю его неспешные расслабленные прикосновения, чувствуя, как под кожей медленно растекается огонь.

Мы оба вздрагиваем от громкого звонка. Макс тут же напрягается, сжимает челюсть и тянется к моей сумке, которая валяется на кровати неподалеку. Вытряхивает ее содержимое, тянется к телефону и замирает, так и не притронувшись.

Я смотрю на него и не понимаю, что он собирается сделать.

– Макс, ты чего? – уточняю, глядя в его темные глаза.

– Тебе пора идти, – ровно выдает он и отстраняется. – Не будем заставлять Константина ждать.

Пока я перевариваю его реакцию, Петров отстраняется и уходит из комнаты. Слышу, как хлопает дверь в ванную.

Я поднимаюсь с кровати, испытывая разочарование. И не понимаю саму себя. Просила же остановиться! А теперь хоть следом беги.

Вздыхаю, сгребаю все обратно в сумку и иду к выходу.

Оглядываю себя.

Ну, прямо скажем, видок помятый. На блузке пара влажных пятен он губ Макса. Между ног – скользко и не очень комфортно. Но, хотя бы не видно никаких следов. Боюсь представить, что с лицом. А ещё… мне кажется, что я вся пропахла ароматом Петрова.

Свежесть и табак.

Наконец, добираюсь до зеркала и вижу вместо себя какую-то растрепанную раскрасневшуюся девушку с блестящими от возбуждения глазами.

Вздыхаю, поправляя волосы. Быстро подкрашиваю истерзанные губы розовой гигиеничкой, чтобы хоть как-то обозначить их контур. Спускаюсь вниз. Образа идеальной женщины, которую благополучно просрал, Костя сегодня не увидит.

Да и пофигу уже, если честно.

У меня сейчас так зашкаливали эмоции, что теперь я чувствую усталость и опустошение.

Машина бывшего жениха стоит почти у подъезда. Вижу, как он изучающе разглядывает меня из салона и начинаю краснеть. Ощущение, что у меня на лбу написано, что произошло несколько минут назад.

– Привет! – Костя выходит из машины, целует меня в щеку и галантно открывает дверь.

Мы едем в дорогое кафе, чтобы попить кофе и съесть десерт.

Я чувствую, что Костя напряжен, хоть и не показывает виду. В дороге перебрасываемся какими-то дежурными фразами и вопросами, но, когда садимся за стол и ждем заказ, он все же переходит к делу.

– Даня… Расскажи мне, пожалуйста, что у тебя произошло?

– Да у меня много чего произошло за эти полгода, спрашивай конкретнее, Костя. – улыбаюсь лучшей улыбкой.

– С квартирой. Мне девочки сказали, что ты живешь вместе с тем, кто привез тебя вчера в ресторан… Максимом, да? – согласно моргаю. – Но при этом, вроде как, это из-за какой-то путанницы в документах.

– Ну, типа того, – улыбаюсь. Каждой подруге в личке написала разные версии, почему живем вместе с Максом, и теперь точно знаю, кто меня слил. Интересно, что там сейчас в чате творится? – На самом деле, Кость, все гораздо хуже. Я договор на сдачу квартиры оформила с каким-то мутным чуваком перед отъездом в Англию. И он предложил подписать генеральную доверенность на тот случай, если вдруг придется действовать от моего имени. Я торопилась очень и даже не поинтересовалась, какие права ему это дает. Ну, а когда вернулась через полгода, оказалось, что квартира больше не моя.

– И что тебя сподвигло остаться в квартире с незнакомцем?

– Так, по факту, мне негде жить, Костя. Хочешь, давай я к тебе перееду? – смеюсь беззлобно, наслаждаясь реакцией, и отпиваю ароматный напиток из чашки.

– Давай подадим в суд и признаем сделку незаконной? – предлагает он другой вариант, прекратив таращить на меня глаза. – У нас в компании есть отличные специалисты.

– А как же Максим? – приподнимаю бровь. – Он не виноват. Нужно наказать черного риэлтора.

– Так процедура затянется. Проще сделать, как я сказал, а уже Максим, – Костя выделяет голосом его имя, явно давая понять, что ему совершенно не нравится Петров, – будет разбираться с тем, кто ему такую квартиру продал.

– Нет, спасибо, Костя. Я так не хочу.

– То есть, ты готова жить под одной крышей с чужим человеком?

– А какие у меня варианты?

– Давай я сниму тебе квартиру?

– Зачем тратить деньги, если ты все равно хотел помириться? Давай жить вместе? – парирую и наслаждаюсь заминкой в его продуманной речи. – Ладно, я шучу. Отвези меня домой, пожалуйста. У меня занятия скоро.

Нет никаких занятий. Просто мне не хочется больше с ним общаться. Макс, наверное, прав. Хотел бы Костя искренне помириться, не игнорировал бы мой вариант так усиленно. И снова Петрову плюсик к рейтингу. Пустил жить, даже несмотря на то, что не знал меня совершенно. И не выгнал, когда узнал ближе.

Прошу Костю высадить меня возле магазина у дома. Надо сварить Максу моего фирменного борща и сделать мамину кулебяку.

– Дань, – Костя ловит меня за руку прежде, чем я выхожу и тянет к себе в объятия. – Я правда соскучился. Я не уверен, что готов после перерыва сразу жить вместе, но очень хочу все вернуть. Я скину варианты квартир, ладно? Давай встретимся вечером? Можно и у меня, фильм посмотрим.

– Кость, – уворачиваюсь от поцелуя. – Мне кажется, ты Даше нравишься. Замути уже с ней, а? А я со своими заботами как-нибудь сама разберусь.

Тащу тяжелые пакеты с магазина. Страдаю. Надо было отправить Макса, но я не думала, что наберу столько продуктов.

Толкаю дверь, она открыта.

Слышу из зала громкие голоса и смех девушек.