Текст книги "Тайны затерянных звезд. Том 1 (СИ)"

Автор книги: Антон Кун

Соавторы: Эл Лекс
сообщить о нарушении

Текущая страница: 4 (всего у книги 15 страниц)

Я даже как-то и позабыл, что этими же конечностями этот робот легко может крошить в щебень камни размером с мою голову…

Но сейчас, держа меня одной «рукой» за лямки врекерской перевязи, Жи шустро перебирал всеми остальными конечностями по обшивке корабля, цепляясь за самые незаметные неровности и, словно на буксире таща меня за собой.

Я уже настолько замёрз, что не хотелось даже шевелиться, и всё, что я мог – улыбаться, глядя на плоскую серую мину, закреплённую на «заднице» робота. Там, где он сам никогда в жизни её не увидел бы, да и остальным вряд ли пришло бы в голову смотреть.

Спустя половину минуты робот добрался до шлюза на другой стороне корабля – точной копии того, который мы разгерметизировали. Открылись двери, и Жи затащил меня внутрь, после чего включилась искусственная гравитация и я, не успев сгруппироваться, кулем рухнул на пол.

Кружилась голова, как после контузии, а руки и ноги буквально отказывались слушаться.

Но главное – я был жив. Жив и свободен.

В шлюзе загорелся свет – значит, давление вернулось в норму.

Я попытался поднять руку и стянуть дыхательную маску, но не смог – пальцы совершенно не слушались, я даже по маске, кажется, не попал.

Внезапно свет заслонила высокая фигура, и только по её угловатой форме я понял, что это робот.

– Человек, ты функционируешь? – спросил он откуда-то издалека, словно через вату. – Если ты не подтвердишь свою функциональность, я вынесу капитану предложение утилизировать тебя.

– Пошёл вон, железяка сраная! – раздалось откуда-то ещё более издалека гневным женским голосом, кажется это была Кори. – Он вообще-то наши жизни спас! И твою тоже.

– Моё функционирование не укладывается в рамки понятия «жизнь».

– Да оно вообще непонятно во что укладывается! Пиявка, он жив⁈

– Жив, красавчик, жив! – это уже какое-то нежное, но с примесью страсти, воркование. – Таких сорвиголов вообще трудно убить, знаете ли.

– А почему он не отвечает и не шевелится⁈

– Ну, милая моя, у него ещё и пульс пятьдесят, и давление почти на нуле. Отходняки от моих стимуляторов сама знаешь какие, а он ещё только что с фридайва. Тоже, знаешь ли, не способствует оздоровлению. Замёрз, бедняжка.

– Так сделай тогда что-нибудь!

– Обязательно сделаю, милая моя. Отогрею вашего… в смысле, «нашего» спасителя в лучшем виде, по старинной технологии – с помощью голой женщины в одном с ним изотермическом мешке!

– Эй, я не соглашалась!

– А я и не тебя имела в виду, деточка!

Какая прелесть… Я тут почти подыхаю, а они меня делить вздумали… Я им что, воскресный приз?

Я даже хотел открыть рот и возмутиться, но не успел. Голова окончательно поплыла, словно я не на полу лежу, а сижу в середине тренировочный центрифуги, запущенной на 10 g. И я окончательно отключился.

Глава 7

– Шесть человек – шесть паролей, – произнёс Мэдс, поднимаясь с колена. – Теперь ни одно смертное существо не сможет вскрыть этот архив, не собрав все шесть паролей. Даже никто из нас.

Мы ещё раз посмотрели на стальной ящик, в котором лежало наше сокровище. Защищённое от всех возможных факторов, включая радиационное поражение, хранилище данных, в котором находился архив компромата на Администрацию. Не на всю, конечно, а только на её гнилую часть – тех, кто был так или иначе связан с преступными приказами, которые мы выполняли, не зная, на что идём. Тот самый архив, который Иши вытащил из компьютера Кристофера Роудса, а потом долго и скрупулёзно дополнял на протяжении всего того времени, что мы бежали от Администрации.

Теперь стало очевидно – дальше бегать не выйдет. Пора было разделиться и затаиться. По отдельности, чтобы нас сложнее было найти. А потом, через время, если понадобится – через десятилетия, мы планировали снова собраться здесь, открыть архив и опубликовать информацию из него.

Делать это сейчас не было никакого смысла – Администрация уже настроила всю Вселенную против нас, и она моментально объявила бы это всё не компроматом, а очередной ложью преступников, пытающихся обелить своё имя. Сперва нам нужно было, чтобы про нас позабыли. Хотя бы немного изменили своё отношение к нам, перестали видеть в нас людоедов и детоубийц. А уж потом можно и публиковать изобличающие данные.

Ну либо найти канал, по которому мы можем опубликовать данные, не подставив людей, и чтобы информация получила широкий резонанс, чтобы уроды из Администрации получили своё наверняка.

Такой канал нужно было подбирать тщательно, вот только Администрация не оставила нам такой возможности. Так что, мы решили спрятать пока весь имеющийся у нас компромат – до лучших времён.

Что касается сложностей с паролем, тут всё просто. Слишком уж специфические данные там находились. Их можно использовать по-всякому…

– Ну что? – я обвёл своих парней взглядом. – Не прощаемся.

– Не прощаемся, – согласились парни и вытянули вперёд правые руки. Мы сложили ладонь на ладонь, качнули их вверх-вниз и хором грянули:

– Мёртвое эхо!..

И я проснулся.

Сколько времени прошло с момента, как я отрубился, сказать было невозможно – мои биологические часы полностью вышли из строя после всего произошедшего. Отрубиться я мог как десять минут назад, так и неделю. Но главное – что вообще пришёл в себя, а остальное приложится.

Я осторожно приподнял голову, чтобы оглядеться и понять, где нахожусь. Судя по тому, что я лежал на жёстком ровном столе, а надо мной расположилась миниатюрная бестеневая лампа, это был лазарет. В пользу этой теории также говорило и то, что на мне не было одежды, а только лишь тонкая белая простыня. Ну ещё и надоедливый пронзительный писк откуда-то сбоку, начавшийся, как только я пошевелился.

– Ну наконец-то наш спящий красавец очнулся! – раздался глубокий грудной голос, и надо мной возникло знакомое лицо.

Разумеется, это была Пиявка, кто же ещё. Раз я в лазарете, то и рядом со мной должен быть местный врач, больше некому.

– Как мы себя ощущаем? – спросила Пиявка, проникновенно рассматривая меня.

– Мы себя ощущаем на удивление прекрасно, – честно ответил я, глядя в её красные глаза и изо всех сил пытаясь вспомнить, что же они мне напоминают. – И не скажешь, что пришлось пережить взрывную декомпрессию… И всё остальное.

– Это очень, очень хорошо! – плотоядно улыбнулась Пиявка, отчего красная вертикальная полоса на её губах слегка растянулась. – Но мы же не можем доверять одному лишь самочувствию, верно? Так что мы сейчас проведём несколько… тестов, и по их результатам уже будем судить о вашем самочувствии… пациент. Одну секундочку…

Она потянулась к какому-то прибору прямо через меня. Едва застёгнутый на пару пуговиц халат натянулся и раскрылся, почти выпуская наружу большую грудь Пиявки, которая практически легла на меня – настолько далеко вытянулась девушка, чтобы до чего-то там достать. Настолько далеко, что проще было бы обойти стол.

Не скажу, что грудь у Пиявки была не красивой, и я не отреагировал на неё. Очень даже отреагировал! Ещё бы не отреагировать! У меня уже давно не было женщины. Вот только бросаться на всех подряд я не собирался, я прекрасно контролировал свои желания. Тем более, что в голове свербела мысль: внешность местного доктора мне что-то напоминает…

Наконец Пиявка чем-то там щёлкнула и замерла на несколько секунд, поглядывая при этом на экран интересующего её прибора. С меня она при этом не слезла, и её явно всё устраивало.

– Что ж, пациент, – наконец она перевела взгляд на меня и медленно, как змея, стекла, не забыв потереться грудью. – Кажется, вы действительно в порядке. Осталось только провести детальный внешний осмотр, чтобы убедиться в отсутствии… Травм.

Пока она говорила, её руки уже начали тот самый осмотр. Она провела по моим плечам, по груди, слегка царапнув её острыми коготочками, пальцы скользнули ниже, под простыню, к бёдрам, и взялись за самое сокровенное для любого мужчины…

– О-о-о… – довольно протянула Пиявка, стягивая простыню с меня. – Да я смотрю, пациент не просто в порядке… Он в полнейшем порядке!

Хитро улыбнувшись мне и подмигнув, она приоткрыла рот, провела языком по губам и начала медленно нагибаться надо мной.

Так, стоп!

Красные глаза.

Красная полоса на губах.

Повышенное просто до неприличия либидо…

– Секундочку, – я протянул руку и остановил Пиявку в сантиметре от её цели. – Держим себя в руках, миледи.

– Что-то не так? – она повернула ко мне голову и улыбнулась.

– Кое-что да, – я кивнул. – Ты с Тантала-три.

Она резко замерла и буквально окаменела в неудобной позе. Ещё секунду стояла так, а потом резко разогнулась, и взглянула на меня уже совсем по-другому. С нескрываемым раздражением, граничащим с ненавистью.

– Вот надо было тебе все испортить! – прошипела она, сделала шаг назад и скрестила руки на груди. – Умный дохера, да⁈

Я подтянул простыню, накрываясь ею до пояса, и сел на операционном столе, глядя на обиженную Пиявку. В таком состоянии, без своего обычного ехидства и сексуальности, она напоминала обычную девушку, которая была в шаге от того, чтобы расплакаться.

Но она не была обычной девушкой. Она была танталкой. Представителем вида генно-модифицированных людей, которых вывели на планете Тантал-три бессовестные учёные одной из корпораций, делающих деньги на добыче ископаемых. Разумеется, такие эксперименты были полностью незаконны, но корпорация в погоне за прибылью готова пренебречь любыми законами.

Итогом долгих засекреченных исследований и экспериментов стал новый вид людей – более сильный, более выносливый, с большей продолжительностью жизни. Всё то, что нужно для работы в шахтах. А ещё у них были красные глаза из-за того, что они улавливали инфракрасный спектр, что позволяло экономить на освещении в шахтах. А ещё у них было раздутое до размеров линкора либидо, чтобы они как можно быстрее размножались и плодились. А ещё у них не было свободы воли, но зато выработка дофамина напрямую была завязана на выполнении чужих приказов. Проще говоря – им на физическом уровне доставляло удовольствие выполнять чужие приказы.

Но не всем. Как и в случае любого другого биологического вида, среди тантальцев иногда происходили мутации. И чаще всего мутации затрагивали как раз эту связь с господином, делая её непрочной, а то и вовсе убирая её. И тогда они становились серьёзной угрозой.

– Ты девиант? – напрямую спросил я. – Отбраковка, которая лишена инстинкта подчинения?

– Да, и что⁈ – с вызовом спросила Пиявка, бесстрашно глядя мне в глаза. Так, как никогда не стал бы смотреть настоящий чистокровный танталец.

– Решительно ничего, – я покачал головой. – Просто… Это же не твоё желание. Тебя заставляют приставать ко мне вложенные в тебя генетические программы, и ничего кроме. Будь на моём месте любой другой…

– Дурак ты! – фыркнула Пиявка. – Я сама этого хочу!

– Это ты так думаешь, – улыбнулся я.

– А даже если и так! – Пиявка снова злобно посмотрела на меня. – Тебе трудно было просто заткнуть своё сопло и не возмущаться⁈ Просто насладиться процессом⁈

– Нетрудно, – я покачал головой. – Но это было бы нечестно. И по отношению к тебе, и по отношению ко мне тоже.

Говорить про то, что я не собираюсь быть очередным самцом, удовлетворяющим вложенные в неё инстинкты, я не стал.

– Ну, знаешь! – Пиявка всплеснула руками. – Какой правильный нашёлся!

Ты даже не представляешь, насколько правильный, девочка… Тебе же лучше, что не представляешь.

– Как ты попала на корабль? – вместо ответа спросил я.

– Не твоё дело! – огрызнулась Пиявка. – Как надо, так и попала!

Её явно очень уязвил мой отказ. Или очень не хотелось вспоминать своё прошлое – одно из двух. В любом случае, она не настроена ни на какой диалог, и выяснить её историю прямо сейчас не удастся.

Хотя чего выяснять. У девиантов только один путь – в инсенератор, крематорий, если по-простому. И, раз она здесь, значит, ей удалось сбежать. А подробности уже не столь важны.

Динамик где-то под потолком громко щёлкнул, извещая о начале трансляции, и заговорил голосом капитана:

– Пиявка, как там наш пассажир?

– Очнулся, – ответила Пиявка, не поднимая головы и продолжая сверлить меня взглядом. – В полном порядке.

– Тогда подходите в каютку. Пора поговорить на серьёзные темы. Все уже собрались, ждём только вас.

И динамик снова щёлкнул, объявляя о конце передачи.

– Слышал? – в голос Пиявки вернулось её обычное вульгарное ехидство. – Пора топать.

– Одежда? – я вопросительно поднял бровь.

– Ой, да ты и без одежды ничего, – плотоядно улыбнулась Пиявка, будто уже совершенно забывшая о том, что только что обижалась и злилась.

– Одежда, – повторил я, глядя ей в глаза.

– Ой, какой неженка, – она притворно закатила глаза, подошла к шкафчику и достала оттуда мою одежду – выстиранную и аккуратно сложенную. – Мне, может, ещё отвернуться, пока ты переодеваешься?

Не отвечая ей, я откинул простыню, встал со стола и оделся. Подогнал под себя все ремешки и липучки, и снова почувствовал себя готовым к действию.

И первое действие – выяснить планы капитана.

Пиявка вела меня по узким коридорам корабля, мягко ступая голыми ступнями по стальным плитам и аппетитно виляя задницей.

Я на это, конечно, не вёлся. Вместо этого я осматривал всё, что попадалось по пути, подмечая несоответствия в конструкции корабля. Несоответствий набиралось так много, что вывод напрашивался сам собой – этот корабль модернизирован настолько глубоко, что родного в нём остался, наверное, один лишь корпус.

Два поворота спустя мы добрались до кают-компании. Дверь в неё была приоткрыта, и оттуда слышались негромкие голоса, словно присутствующие что-то обсуждают, но не желают, чтобы их обсуждение слышали со стороны.

Пиявка распахнула дверь и ввалилась внутрь так же нагло и беспардонно, как делала всё остальное. Я вошёл за ней следом и оказался в стандартной для корабля таких размеров кают-компании – каютке, как часто называют её на кораблях. Небольшой овальный стол, который можно разложить, увеличив в полтора раза, псевдо-мягкие диванчики из пластикожи, стоящие двумя дугами вокруг этого стола, и вдоль одной из стен – всякие шкафчики для посуды, алкоголя и прочего.

Вся команда сидела за столом и, судя по всему, ждала только нас. По идее, на подобном корабле экипаж должен состоять из восьми человек, и места было тоже на восьмерых, но тут членов оказалось всего шестеро, причём один из них вообще робот. Он весит впятеро больше любого человека, так что его ни один стул не выдержит. Да и сидеть ему не нужно, если уж на то пошло, он и стоя прекрасно себя «чувствует».

Я тоже не стал садиться, несмотря на то что Пиявка недвусмысленно похлопала по диванчику рядом с собой. Я и так неизвестно сколько лежал, хватит. Надо и постоять для разнообразия.

Я привалился к дверному косяку и сложил руки на груди, оглядывая команду и ожидая, когда капитан заговорит. Это же он хотел поговорить.

– Как зовут? – без приветствия спросил капитан, сурово глядя на меня.

– Картер, – я назвался тем именем, которое указывал при трудоустройстве в «Линкс». – Можно Кар.

– Отлично, Кар. Спасибо за то, что помог нам уйти от Администрации, – капитан сухо кивнул. – Это было безумно… И гениально одновременно. Без тебя мы бы точно не вышли сухими из воды, но сейчас меня интересует другое. Каковы твои дальнейшие планы? Варианта два – или мы тебя высаживаем на ближайшей структуре, или ты остаёшься с нами. Мы уже убедились, что ты не двойной агент Администрации, так что, думаю, мы вполне можем позволить себе пойти на такой риск.

– А у вас что, недобор по экипажу? – риторически усмехнулся я, оглядывая всех собравшихся. – Хотя да, вижу, что недобор.

Я, в общем-то, даже не раздумывал над вопросом капитана, ответ был очевиден. Моё прикрытие официально накрылось взрывом сверхновой, и теперь о спокойной жизни можно было забыть. Даже новая смена личности не поможет второй раз устроиться в «Линкс», ведь у них есть вся моя биометрия. То, что меня списали, не означает, что они удалили мои данные из базы – они никогда ничего не удаляют. Корпорации уровня «Линкс» потому и обретают своё влияние и масштабы, что к любой, абсолютно любой информации, относятся как к тому, что потенциально может принести отличные барыши. В период начала колонизации Марса к зёрнам первых деревьев относились не так трепетно, как ультра-корпы – к информации.

А менять биометрию я больше не могу. Один раз я это уже сделал, а второго человеческое тело не вывезет. Даже моё.

Поэтому, стоит мне сойти на первой же структуре, как я окажусь в поле зрения Администрации. А там лишь дело времени, как скоро это внимание станет слишком пристальным для того, чтобы я дальше смог его избегать. Зная Администрацию – это будет именно что «скоро».

Конечно, можно было сбежать во Внешние Колонии, присоединиться к той же «Шестой луне», которая, как оказалось, борется за правое дело…

Но зачем? Ведь есть вариант получше. Вариант, который капитан предложил сам. Присоединиться к этим оторвам и затеряться в толпе таких же нелегальных теневых обитателей космоса. Это ведь только кажется, что их мало и все они – отбросы общества. На самом деле Администрация контролирует от силы шестьдесят процентов населения своей территории, и от силы сорок процентов людей, которые её населяют. И дело не в том, что в Империи так много бандитов, убийц и прочих проходимцев, нет.

Просто жить под контролем Администрации настолько сложно и муторно, что люди предпочитают становиться нелегалами. Лишаться небольших привилегий, но вместе с ними – и целой кучи головняка. Это всё обычные люди, плохие люди, хорошие люди, верующие или нет, веганы, мясоеды – все разные. Объединяет их только одно – Администрация о них не знает.

И это мне подходит.

И это всё не говоря уже о том, что, путешествуя с кучкой изгоев я могу как бы ненароком забрать наш архив с компроматом на Администрацию оттуда, где он хранится. Раз уж всё пошло по звезде, я не могу позволить ему оставаться там, это слишком опасно. Пусть уж лучше будет у меня.

Что касается способа его открыть… Сдаётся мне, именно с этими ребятами у меня есть все шансы найти этот способ.

Поэтому я кивнул, подводя итог своим мыслям, и коротко ответил:

– С вами.

– Я так и думал, – капитан кивнул тоже. – Но, сам понимаешь, такие вещи с наскока не решаются. Я спросил тебя только лишь потому, что в случае противоположного ответа, этого делать не пришлось бы… Но, раз ты ответил положительно, то теперь мне придётся спросить остальную команду. Итак, команда, голосуем – кто за то, чтобы Кар остался на корабле?

Глава 8

– Итак, кто против того, чтобы Кар вошёл в наш экипаж, поднимите руки, – велел капитан, окидывая команду взглядом.

Я тоже обвёл всех присутствующих взглядом. Я не переживал за исход голосования, мне было лишь интересно, кто проголосует «против».

А ещё мне было интересно, что они будут делать, если голоса разделятся поровну? Их же шесть. Или робот не считается? Если так, то это очень глупое решение с их стороны, ведь только робот способен проголосовать, исходя лишь из логики и рационализма, без посторонних примесей чувств и личных эмоций.

Первым руку поднял негр с косичками, чьего имени я до сих пор не знал. Он мне сразу не понравился, да и судя по тому, как он смотрел на меня, я ему не нравился тоже.

– Он мне не нравится, – так и сказал негр даже раньше, чем капитан спросил у него, почему тот голосует «против». – Он какой-то мутный. А ты знаешь, кэп, у меня на мутных нюх.

– Принимается! – коротко кивнул капитан. – Кайто?

Я перевёл взгляд на азиата и оказалось, что он тоже сидит с поднятой рукой. Но, в отличие от негра, смотрел он при этом не на меня или капитана, а в стол перед собой, словно пытался разобраться, как тот работает… При условии того, что это обычный стол и он не работает никак.

– Ещё один ч-член экипажа означ-чает повышенную нагрузку на системы жизнеобеспеч-чения, – тихо сказал азиат. – А она и так работает не оч-чень хорошо. Ремонты придётся проводить ч-чаще, а то и вовсе возможен выход системы из строя. Мне бы этого не хотелось. Нич-чего лич-ного.

Чтоб меня космический дельфин покатал, да он будто специально подбирает слова так, чтобы в предложении было максимум букв, на которых он спотыкается! И тем не менее, он хоть как-то объяснил свой выбор, а не просто отмазался общей фразой «Он мне не нравится». Мало ли кто кому не нравится… Мне вот вообще никто из них не нравится. Кроме робота, разве что. Он хотя бы предсказуемый.

Предсказуемый робот медленно повернул голову, переводя взгляд механических глаз с азиата на негра, и проскрипел:

– Почему вы голосуете «против»? Ваши голоса контрпродуктивны.

– Ну-ка, ну-ка! – капитан живо подался вперёд, явно заинтересовавшись сказанным. – Поясни, что ты имеешь в виду, Жи?

– Я имею в виду, что эти два человека голосуют нелогично. Человек, назвавшийся Картером, совершенно очевидно обладает навыками, которых лишены все остальные члены экипажа. Данные навыки уже один раз помогли нам выпутаться из сложной ситуации, и могут помочь в будущем.

– А могут и не помочь! – упрямо перебил его негр.

– А могут и не помочь, – согласился робот. – Вероятность того, что мы снова попадём в ту же ситуацию, даже по самым смелым подсчётам не превышает пяти процентов. Однако отсутствие в экипаже человека, назвавшегося Картером, в случае этих пяти процентов автоматически означает уничтожение корабля или его абордаж. Ни тот ни другой вариант не находятся в списке предпочтительных для меня. Кроме того, мы не знаем, какими ещё талантами обладает человек, назвавшийся Картером. Говоря более простым языком – подобный человек нужен в экипаже, даже если для этого придётся увеличить нагрузку на систему жизнеобеспечения. Я голосую «за».

– Спасибо, Жи! – улыбнулся я. – Я в тебе даже не сомневался. И кстати…

И, уже не ожидая от робота никакой подлянки в стиле «Убить всех человеков», я подошёл к нему, нагнулся и отлепил у него со спины магнитную мину, которую сам же туда и поставил перед фридайвом. Показал её всем окружающим и с ухмылкой засунул за пояс:

– Подстраховку оставлял. На всякий случай. Сами понимаете, мы едва знакомы.

И тут Пиявка засмеялась. Не просто засмеялась – залилась хохотом, так откровенно и громко, что не улыбнулся один лишь только робот. Сжав руку в кулачок, она несколько раз ударила рядом с собой по дивану, а потом этим же кулачком утёрла выступившие от смеха слёзы. Ещё несколько раз содрогнулась от запоздалых конвульсий, и обвела всех довольным взглядом:

– Да вы идиоты, если голосуете против! Только посмотрите на этого парня, где, мать вашу, вы ещё найдёте такого типа⁈ Нет, вы как хотите, а я голосую за! Жи прав – такие люди нам в экипаже нужны однозначно!

Красноволосая девчонка не стала поднимать руку. И выбор свой объяснять не стала. Она просто кивнула мне, глядя в глаза, и на этом всё закончилось.

– Что ж… – медленно произнёс капитан, когда проголосовали все, кроме него. – Получается, мой голос решающий. Или я голосую «против» и мой голос как капитана считается за полтора… Или я голосую «за» и тогда всё очевидно.

– Ну так и? – я сделал вид, что заинтересован.

– Я голосую… «за», – медленно произнёс капитан. – За то, чтобы ты остался. Жи и Пиявка правы – на этом корабле собрались люди разные, но каждый определённо в чём-то талантлив. И твой талант впишется в команду на отлично. Даже если всё, что ты умеешь – это распиливать корабли. Этого уже будет достаточно.

Негр скрипнул зубами и опустил руку. Кайто опустил руку тоже, но как-то обречённо, пробурчав под нос что-то вроде «Ну ладно, чинить так чинить…»

– Так, хорошо! – капитан хлопнул ладонями по коленям. – С этим мы определились. Теперь следующий вопрос, не менее важный, а то и более. Присаживайся, Кар.

– Спасибо, я пешком постою, – хмыкнул я.

– Ну, дело твоё, – капитан безразлично пожал плечами. – Кайто, ты продвинулся с ремонтом?

– Н-не совсем, – заикнулся китаец. – Я поч-чинил всё, что мог… Но мог поч-чинить я мало что. Маршевые двигатели на последнем издыхании, выжимаем не больше тридцати процентов расчётной мощности. И сильнее нагружать их нельзя. Не выдержат. Жизнеобеспечение примерно на том же уровне… – китаец бросил на меня быстрый взгляд.

– А мы уже едва укладываемся в сроки доставки… – задумчиво протянула Кори, глядя куда-то в потолок. – Ватрос будет очень недоволен, если мы не успеем вовремя.

– Если мы попытаемся успеть к нему, то велик шанс, что больше нам успевать будет некуда и незачем, – покачал головой Кайто. – Кораблю нужен нормальный ремонт, в доке. И нужен уже вчера. Иначе рама просто развалится. И не только рама. Просто она будет первой.

– Если мы не доставим Ватросу груз, ремонт понадобится уже нам! – Кори аж стукнула кулаком по столу от избытка чувств.

– Да я же… Я же… – Кайто моментально потупился и спрятал взгляд. – Я же ничего…

– Так, хватит! – капитан слегка повысил голос, и оба спорщика тут же заткнулись. – Я думаю.

– А о чём тут думать? – я решил вмешаться в разговор. – Здесь же всё очевидно.

– Что именно тебе очевидно? – капитан повернулся ко мне и нахмурился.

– У вас висит какой-то заказ, во время выполнения которого за вами погналась Администрация. Значит, вы уже потеряли кучу времени на доставку и заказ вот уже прямо горит, чего вы и не скрываете. При этом заказ этот принадлежит важной шишке, с которой лучше было бы не ссориться. А это значит, что заказ надо закрывать и желательно – закрывать его с соблюдением всех сроков, на которые вы договаривались.

– А корабль? – спокойно спросил капитан.

– А что корабль? – я пожал плечами. – Когда я фридайвил, я осмотрел ваш корабль со стороны. Не скажу, что никогда не видел настолько глубоко модифицированной «Барракуды», но ваша – определённо где-то в первой десятке. Учитывая её довольно слабую раму с такой себе несущей способностью, можно смело говорить: если она у вас не развалилась после того, как вы на неё навесили дополнительные фазирующие антенные решётки, подавители магнетаров и детекторы всех возможных видов излучения, о котором только знает человечество, то не развалится ещё немного. Для того, чтобы отремонтироваться в доке, вы сами знаете, понадобится целая куча времени и юнитов. Я не знаю, как у вас… теперь уже у нас… со вторым, а первого явно не хватает. И в наших же интересах завершить заказ как можно быстрее и уже потом, без необходимости ежеминутно глядеть на часы, спокойно отремонтироваться по полной программе. Заодно и отдохнём нормально после всей этой заварухи с Администрацией.

Кайто услышав мои слова, аж подскочил в возмущении, но сказать ничего не успел.

– Человек, назвавшийся Каром, дело говорит, – снова прогудел робот. – Проанализировав оба варианта развития событий, я пришёл к выводу, что его план намного оптимальнее, нежели альтернативный. Во всех аспектах, кроме аспекта человеческих отношений – их я просчитать не могу по очевидным причинам. Если бы мы снова проводили голосование, я бы проголосовал за вариант человека, назвавшегося Каром.

Кори посмотрела сначала на него, а потом перевела взгляд на меня, слегка улыбаясь при этом. Но, как только она поймала мой взгляд, улыбка тут же пропала с её лица, и она демонстративно отвернулась.

– А я говорила, а? – хитро блестя глазами, улыбнулась Пиявка. – Я же говорила!

– Так! – теперь уже капитан хлопнул ладонью по столу. – Хватит болтовню разводить! Я решил – заканчиваем доставку груза для Ватроса, после чего сразу же направляемся к ближайшей серой станции на ремонт!

– Чтобы корабль не развалился ещё в полёте, я помогу поддерживать его в рабочем состоянии, – добавил я, глядя на Кайто, который совсем приуныл от нашего решения. – Две головы лучше, чем одна, а четыре руки вместо двух это вообще бесценно.

Азиат удивлённо глянул на меня, но потом оживился:

– Помощь мне ещё как пригодится! Я один не подготовлю корабль к прыжку. Не тогда, когда он в таком состоянии.

– Отлично! – капитан кивнул, словно ставя точку в разговоре. – Тогда Магнус, проложи курс до базы Ватроса. Кар и Кайто – на технический пост. Кори – твоя смена на мостике. Я тебя сменю через четыре часа.

– А я? – невинно поинтересовалась Пиявка, закинув ногу на ногу.

– А ты не мозоль мне глаза! – поморщился капитан. – Честное слово, я когда-нибудь сам сдам тебя Администрации!

– Кто же тогда будет терпеть твои несмешные шуточки⁈ – рассмеялась Пиявка, встала первой и на носочках вышла из кают-компании. Проходя мимо меня, она игриво подмигнула.

Следующим из каюты вышел негр, который, судя по всему, носил звучное имя Магнус. Он даже не глянул на меня, но отчётливо попытался снести меня плечом, проходя мимо. Я подвинулся немного в сторону, чтобы вместо меня его плечо угодило в железо дверного проёма. Магнус от такого чуть не потерял равновесие, свирепо посмотрел на меня и вышел наконец вон.

– Кайто, покажи Кару его каюту, и отправляйтесь диагностировать систему. Хотя нет! Ты отправляйся прямо сейчас, а каюту покажет Кори, – капитан быстро кинул взгляд на красноволосую девушку.

– Но я!.. – вскинулась та.

Капитан остановил её жестом ладони:

– Выполнять.

Кори буркнула себе под нос что-то, что можно было одинаково расшифровать и как «Есть выполнять» и «Совсем охерел» и встала со своего места.

– Идём! – буркнула она, проходя мимо меня. – Покажу тебе твою нору.

Я прекрасно знал, где на «Барракуде» находится жилой блок, и нашёл бы свою каюту без труда – на всех остальных стояла бы блокировка по биометрии. Но я все равно позволил Кори отвести себя. Очень уж хорошо она выглядела сзади. Тонкие штаны обтягивали её попку, и при движении упругие ягодицы играли. Красота!

Мы дошли до жилого блока, прошли мимо общего туалета и душевой, и наконец добрались до кают. Кори мазнула рукой по сенсору и кивнула в открывшиеся двери:

– Теперь это твоя нора. Всё, что было при тебе, тут.

Я, не входя, с порога осмотрел «нору». Стандартная каюта экипажа крошечного кораблика типа «Барракуды». Узкая кровать под самым потолком, под ним – маленькое рабочее место со столом и стулом. На столе – личный терминал, а у противоположной стены – шкаф для личных вещей. И ничего кроме этого, даже иллюминатора нет, а свободного места так мало. Собственно, его вообще не было – всё свободное место занимало моё врекерское снаряжение, сваленное прямо в проходе. А больше ничего у меня с собой и не было, собственно.

– Крайне мило! – хмыкнул я, поворачиваясь к сенсору входной двери и в три нажатия активируя режим привязки. – А у тебя такая же… нора?

– Не твоя дело, какая у меня нора! – жёстко ответила Кори и встряхнула головой, отгораживаясь шторкой красных волос. – Раз ты знаком с компоновкой «Барракуды», значит, путь до технического поста сам найдёшь! А мне некогда с тобой нянчиться!