Текст книги "Бриллиантовый холостяк. Трилогия (СИ)"

Глава 5

Я не знала деталей разорения семьи, моё представление было очень приблизительным. Но чем дольше смотрела на Бертрана, тем громче звучали в мозгу сказанные Офелией слова:

«Так он наш главный кредитор, милая. Знал, что платёжеспособными никогда не станем, но всё равно выдавал ссуды. И дом этот, и родовой замок, и земли твои, и драгоценности… всё под залогом у лорда Бертрана. А он так добр, что до сих пор нас не выгнал».

Добр он. Ага.

Законов я тоже не знала, поэтому сосредоточилась на том, на чём они обычно строятся – на здравом смысле. Голое предположение, но разве можно вот так, запросто, взять и обобрать сироту?

Ведь мы не абы где, а в сердце самого цивилизованного и, если верить Офелии, самого лучшего государства. А аристократия – не просто прослойка общества, это самый его цвет.

Умные, сильные, способные анализировать и просчитывать на годы вперёд, аристократы внимательно блюдут интересы не только собственные, но и всего «сословия». Любой может попасть в ситуацию, когда его пытаются обобрать и выкинуть, а значит система должна защищать.

Должны существовать механизмы, которые не позволяют разорить род. Особенно если речь о юных, не искушённых в финансовых делах наследниках.

Предохранитель. Некое правило. Уж не его ли Бертран пытается обойти?

Чем дольше я думала, тем чётче понимала: одно дело завладеть имуществом посредством кредитных договоров, и совсем другое – жениться. Жениться надёжнее. Я бы женилась. Только есть загвоздка – Бертран стар, а я наоборот молода.

В подобных союзах мужу, ещё до свадьбы, нужно позаботиться о расширении дверных проёмов, потому что иначе рога не пролезут.

Я очень аккуратно покосилась на Корифия и опять задалась вопросом «что это было?». Мы с лордом ещё не женаты, а меня уже хватают за зад практически на пороге семейного гнезда.

– Что ж, рад, что у вас всё хорошо, и что наши договорённости соблюдаются, – произнёс Бертран, промокая губы салфеткой.

Офелия расплылась в бесконечно широкой, очень неумной улыбке, а жених дёрнул головой в мою сторону и спросил:

– А как насчёт…

Он оборвал фразу, а опекунша поспешила заверить:

– Всё прекрасно! Никаких глупостей она не натворила, мы проверяли при помощи кристалла. Если хотите, можем проверить снова.

Они вообще о чём?

Я заметила странную реакцию Корифия – настроение брюнета, которое и так было хорошим, стало прямо-таки сияющим. Но дальше – больше.

– Это ненадолго, – заявил Корифий и самым вопиющим образом подмигнул.

Подмигнул. Мне. При живом и вроде как дееспособном женихе!

– Не торопи события, внук, – одёрнул его Бертран. Взглянул на меня и добавил: – Впрочем, в чём-то я тебя понимаю. Хорошенькая. Тело тощее, но сочное. Молодость, молодость… Когда я женился на твоей бабке, тоже изнывал от нетерпения. Сейчас мне уже не до этого, поэтому и приходится делегировать. Представляю как вытянутся лица аристократов, когда у меня родится ещё один наследник.

– Сделаем наследника максимально быстро, – бесстыдно разглядывая мою грудь, заявил брюнет.

Всё. Финиш. Я офигела настолько, что вскочила.

Мужчины подобной реакции удивились, зато Офелия…

– Ох, не обращайте внимания! – воскликнула толстушка с наигранной радостью. – Просто Алексия с такой теплотой относится к лорду Бертрану, что ей до сих пор сложно представить рядом с собой кого-то ещё.

Я офигела повторно. Размер моего шока достиг масштабов Вселенной.

А жених не поверил! В отличие от Офелии он прекрасно всё понимал. Только прожжённому дельцу было плевать на чувства невесты, видимо поэтому он добавил:

– Не волнуйтесь, милочка. Я буду присутствовать и всё проконтролирую. Вам понравится. Корифий – настоящий мастер.

Ну всё. Привет тошнота. Ещё эти обращения… Милая. Милочка!

Хренилочка.

– Прошу прощения, можно мне в уборную? – кое-как совладав с голосом, произнесла я.

Постаралась, чтобы это прозвучало нейтрально, хотя хотелось рычать. Ещё хотелось схватить поднос с пирожными и дать по голове… для начала Офелии.

Она совсем тупая? Или ей тоже подогнали какие-то «чудесные пилюли»?

– Ах, милая, да зачем тебе… – попыталась возразить эта «мадам».

Очередной ну очень глубокий вдох. Кажется, в этом мире я только и делаю, что пытаюсь наладить глубокое дыхание.

– Носик попудрить, – ответила я.

Показывать характер было сейчас глупо. Просто отпустите в туалет – всё, чего прошу.

После одобрительного кивка Бертрана Офелия засуетилась. Звонок в колокольчик, и в гостиной появился слуга, который нас и проводил.

Мы очутились в просторной комане с рукомойниками, зеркалами и диваном. Там, дальше, была ещё пара дверей, за которыми пряталась та самая полезная сантехника. Мне очень понравилось наличие в этом помещении окон. Вот люблю я окна! Как же приятно полюбоваться на красивый пейзаж из окон первого этажа!

Но прежде, чем уединиться в одной из «кабинок», я решила уточнить:

– Кажется, удар головой был сильнее, чем думала, – сказала совсем жалобно. Умею быть актрисой, когда приспичит.

– Да уж, – столь же жалобно проблеяла Офелия. – Ты и это забыла?

Я не ответила, но толстушка сегодня была щедра на объяснения.

– Бертран, как понимаешь, ничего уже не может, но ему нужен ещё один наследник. Он считает, что кровь рода Рэйдс, необходимо сохранить. Корифий – его любимый внук, и очень похож на самого Бертрана в молодости, поэтому никто ничего не заметит.

Пауза, и опекунша перешла на громкий доверительный шёпот:

– Но милая, так даже лучше. Ты женщина, тебе нужен мужчина, а Корифий… он ведь не только для зачатия. Лорд Бертран сказал, что Корифий готов удовлетворять твои желания на постоянной основе.

Мама дорогая. Куда я попала?

– И Бертран на такое согласен?

Толстушка приободрилась и заявила на полном серьёзе:

– Он разумный человек, милая. Он понимает, что рано или поздно природа возьмёт своё, и ты загуляешь. Его светлость предпочитает, чтобы ты делала это с Корифием, а не с каким-нибудь соседом. Слуги тут молчаливые, скандалов не будет. Все тайны останутся в семье.

Ага. Поняла.

И спрашивать про «буду присутствовать, проконтролирую» не стала. Ну нафиг! Давайте считать это неудачной шуткой.

– Поняла. Да, теперь припоминаю, – пробормотала я. И уже бодрее: – Ой, я сейчас…

С этими словами я поспешила в «кабинку». Заперла дверь на внушительного вида засов и, быстро одолев щеколды, распахнула окно.

Сомнений не осталось. Никаких! Как убегать, куда убегать – всё было не важно.

Я встала на унитаз, с него перебралась на подоконник и прыгнула. Тут же пригнулась и, радуясь отсутствию каблуков, поспешила вдоль дома к далёкому кованому забору. Он отделял территорию особняка от примыкавшего парка, и я даже не сомневалась, что смогу перелезть.

Слуг на горизонте не было. Если кто-то меня и видел, то тревога не поднималась. Но когда я очутилась возле забора, увидела острые кованые пики наверший, стало страшно. Тут-то и прозвучало:

– Ну, наконец-то! Алексия, сколько можно ждать?

– А?

Я даже завизжать не смогла. Не знаю почему. Видимо Бертран с его планами был страшнее. Внезапный рывок вверх, на добрых три метра, я перенесла почти спокойно. Когда неведомая сила перетащила через забор, и я вдруг начала падать, то сердце ёкнуло. К счастью, мне и здесь удалось промолчать.

– Молодец! – неожиданно похвалили меня.

Кто-то. Какой-то человек. Замотанный в серый плащ, и поймавший меня в последнюю секунду.

Я моргнула, и рядом проявился второй человек – тоже серый, но какой-то менее заметный. Словно размытый. То ли есть, то ли его нет.

– А… – всё-таки начала я, но…

– Бежим! – рявкнул первый, и сорвался с места довольно бодро.

Меня накрыла голодная слабость, недавние волнения тоже видимо сказались – я реагировала на происходящее в целом спокойно. Обвила руками шею то ли спасителя, то ли похитителя, прижалась так, чтобы не выронил, и прикрыла глаза.

Побег через небольшой парк закончился запихиванием меня в закрытую, лишённую опознавательных знаков карету. Второй человек, который всё это время бежал рядом с первым, запрыгнул вслед за мной и крикнул вознице:

– Гони!

Ещё миг, и карета не просто тронулась – сорвалась с места, словно круп лошади прижгли раскалённым железом. Я набрала побольше воздуха и выдохнула в лицо замотанного во что-то серое «второго»:

– Ты кто?

– Я? – поразился собеседник. – Алексия, ты вообще в себе?

***

– А потом она спрашивает: ты кто? – вещал парень, которого, как я теперь знала, зовут Артур.

Высокий. Симпатичный. Аристократ.

– Меня тоже не узнала! Представляете? – радостно сообщал другой. Помз. – Я её, значит, выдернул, пройдя по самому краешку защиты, поймал, а она только глазами хлопает. Мол, впервые вижу.

Помз тоже был аристократом. Выше, чем Артур, но смазливой мордашкой создатель не одарил.

Третьим героем миссии по спасению «девицы в беде» являлся «возница», его звали Нэйлзом. Из примечательного, Нэйлз был рыж, и рыжина такая, что понятно без слов.

Но плевать! Родство Нэйлза и Дрэйка никакого значения не имело. Здесь и сейчас я просто отмокала от пережитых приключений. Лежала на видавшем виды диване, в стороне от всей компании, и пила пятую чашку чая. И доедала двадцатый, наверное, бутерброд.

А в паре метров от меня, в гостиной приютившего нас подозрительно-неблагополучного дома, расселись человек двадцать. В основном парни. Девчонок, если не считать меня, было всего три.

Выглядело сборище занятно – молодые, разномастные и, невзирая на попытки демонстрировать брутальность, по-благородному утончённые. А вот пространство напоминало базу панк-группы – мебель побитая, окна зашторены, на стенах, прямо поверх обоев, граффити разной степени кривизны.

Как поняла, здесь обитала местная андеграунд-тусовка, и Алексия Рэйдс имела к ней какое-то отношение.

Народ набился в гостиную уже после того, как явились мы. Помз произвёл некие манипуляции со стоявшим в углу кристаллом, и спустя полчаса в дом потянулись люди. Один за другим.

Все были возбуждены и рады, меня искренне поздравляли с побегом, а я общаться пока не спешила. Только поесть попросила, потому что уже не могла.

Теперь наблюдала и, опять-таки, переваривала информацию. Моё прибитое состояние было очевидно, поэтому меня не торопили, но в какой-то момент Артур не выдержал, повернулся и спросил:

– Так чего ты так долго? Мы уже решили, что передумала, что согласна остаться со стариком.

При упоминании Бертрана меня перекосило. И да, я снова оказалась в ситуации, когда пришлось импровизировать:

– Я почему-то подумала, что вы не придёте.

– Мы? – оскорбился Помз.

– Да мы уже три дня тебя караулим, – принялся объяснять Артур. – Сегодня ночью у дома ждали, но ты так и не вышла.

Мм-м…

– А почему вы сами в особняк не вошли? – аккуратно поинтересовалась я.

Как по мне, украсть из фамильного гнезда Рэйдсов было гораздо проще. Слуг там считай нет, а с магией Помза можно взлететь на второй этаж. Подняться, подхватить меня, и всё. Никаких проблем.

Вот только…

– Шутишь? – Артур помрачнел. – На особняке такая защита, что не пробиться. Только если сама выйдешь.

Всё. Мне надоело быть осторожной, а непониманий стало слишком много. Я на мгновение зажмурилась и сказала:

– Тут кое-что ещё… Я вчера головой ударилась, а до этого Офелия поила какими-то подозрительными пилюлями. Теперь у меня провалы в памяти, и мысли путаются.

Народ дружно застыл.

Одна из девчонок пробормотала что-то про вчерашнее падение, и, приглядевшись, я поняла, что её лицо мне знакомо. Кажется, она тоже была на приёме.

– Я не шучу, – снова подала голос я. – С момента вчерашнего обморока я помню свою жизнь фрагментами. И скорее не помню, чем помню.

Новая пауза, и Артур застонал:

– Одно лучше другого. Алексия, ты самая невезучая леди нашего мира.

– Давай ты не будешь говорить такое даже в шутку? – напряглась я.

– Алексия действительно сильно ударилась, – встряла та самая девушка. – Но пилюли… Даже не знаю.

Мысль, что проблема именно в пилюлях, была коллективной. Никто даже не усомнился, что это они, вкупе с падением, дали такой эффект.

Это было прекрасно, ведь теперь я могла спросить напрямую:

– Так что за защита на особняке Рэйдсов?

– Обычная, родовая, – сказал Артур. – Но очень сильная, ведь у истоков рода стояли сильнейшие маги.

Занятно.

– А почему не выкрали раньше? – задала новый вопрос я. – Вне особняка? Например вчера мы с Офелией шли по городу пешком, абсолютно беззащитные.

Помз фыркнул:

– Беззащитные? Шутишь? Да за вами всегда и везде наблюдали люди из отрядов Бертрана.

Я прифигела, а парень продолжил:

– Охрану снимали только ночью, когда ты в особняке. Ну и на территории самого старика никто, понятно, не охраняет. Ведь к нему тоже не пробраться, а представить, что ты, после всех головомоек и запугиваний, решишься сбежать, было нелегко даже нам.

– Ты отлично разыграла послушную дурочку, – важно подтвердил Артур.

Что ж, картина начала проясняться. Алексия планировала побег из-под венца, а эта группа неформалов ей помогала. Только оптимизма, который мог вселить подобный поворот судьбы, юной аристократке явно не хватило.

– Если меня охраняли, значит и выследить могут? – предположила я.

Сказала, а по спине побежал холодок. В родном мире существовали разнообразные маячки, в мире магии диапазон вероятно ещё шире? Найти, например, по ауре? По крови? По какому-нибудь другому признаку?

– Здесь точно не выследят, – ответил посерьёзневший Помз. – Тут защита. А для переезда в Вункерс мы приготовили амулет.

С этими словами он кивнул одному из парней, и тот поднялся, чтобы передать мне штуку, которая напоминала выпуклую перламутровую пуговицу. В глубине этого перламутра пульсировала какая-то энергия.

Я посмотрела очень внимательно и, конечно, спросила:

– Что за переезд?

Оказалось речь о второй части плана. Оставаться в столице для меня небезопасно и дорого, но существует место, готовое приютить любую беглянку. Вункерс – небольшой город на юге, где обитают музыканты, художники и прочие творческие личности. Где царят совсем другие нравы, а в воздухе витают ароматы свободы.

Вункерс находится на территории империи, также подчиняется имперским законам, но это особая территория. И своих не выдаёт.

– Мы сможем организовать карету через два дня, – продолжил рассказ Артур. – Пока поживёшь здесь. Если хочешь, с тобой останется кто-нибудь из девчонок.

Каждая из девушек с готовностью кивнула.

Очень интересно. Будь я настоящей Алексией, я бы согласилась, но Алексия я без году неделя. Даже если забыть про артефакт, который спрятался в моём теле и грозит какой-то миссией, я не очень привыкла бегать. Более того, мне сложно вообразить себя в творческой среде.

Если Вункерс именно такой, каким представился, я не выживу. Богема с её повышенной истеричностью не для меня.

Зато у меня открылся огромный такой гештальт на тему изъятого имущества, и я изведусь, если не разберусь в этом деле. Я не просто не хочу – я отказываюсь быть нищей. Если Бертран получил мои деньги, земли и прочие ценности незаконно, он обязан их вернуть.

Как итог, я перетекла в более приличное положение и, отставив чашку, сказала:

– Спасибо вам за помощь, но я не готова уехать. Я должна остаться и, для начала, мне очень нужно поднять уровень магии.

Секунда тишины, и народ весело зафыркал.

Когда немного успокоились, Помз объяснил:

– Всем нужно, Алексия. Нет мага, который не мечтает поднять уровень, но в случае нулёвок это невозможно.

– Всё верно, – подтвердил Артур. – И даже будь ты пятого или седьмого… Да никакого, на самом-то деле. Будь это так просто, мир был бы другим.

Понятно. Но!

– Не важно что. Не важно как. Любой способ, – упрямо повторила я.

В этот раз никто не фыркал.

– На счёт «любого» не шути, – сказал парень, чьего имени я не знала, и чьи волосы были выкрашены в бирюзовый. – Если ты про зелья, то это тупик.

Ага. Значит существуют какие-то зелья.

– Зелья Алексия вообще не рассматривает, – строго произнёс Артур. – Верно, Алексия?

– Верно. Мне и пилюль хватило, – подтвердила я покладисто.

Хотя отбрасывать идею, понятное дело, не собиралась. Прежде чем говорить «нет», надо выяснить что к чему.

Парень с бирюзовыми волосами сразу смягчился, а потом покосился на Нэйлза. Девчонки тоже уставились на рыжего, а тот вдруг дёрнул плечами и возмутился:

– Что?

– Что, – передразнила та самая девица, которая видела мой вчерашний обморок. – Алексия находится в жутком положении, род Рэйдсов на грани вымирания.

– Правящие не вмешаются, – Нэйлз мотнул головой. – Даже не думайте. Мы с вами уже обсуждали.

– Да кому нужны твои правящие, – закатила глаза другая девчонка. – Эйза говорит про реликвию, про колонну.

Теперь рыжий надулся:

– К колонне Первохрама нельзя подходить так часто. Алексия прикасалась к ней в день совершеннолетия, всего месяц назад.

Опять мало что поняла. Мне вновь требовалась пояснительная бригада, и Артур словно почуял:

– Колонна Первохрама – реликвия, которая хранится на территории правящих. Она может поднять уровень магии даже у нулёвки, но подобное случается раз в миллиард лет. Это нереально. Вообще. С таким же успехом можно плюнуть в лужу и ждать чуда.

– Но Алексия последняя из рода, – встряла Эйза. – Она в критическом положении, значит колонна может сработать. Не забывайте, что род Рэйдс когда-то был великим. Он стоял у истоков нашего государства.

– Алексия была у колонны месяц назад, – напомнил Нэйлз недовольно. – Реликвия её даже не подпустит. Просто отбросит силовым барьером.

Повисла очередная пауза, а потом Помз резюмировал:

– Нужно пробовать.

Сказано было спокойно, и Помз точно не являлся лидером этой тусовки. Тут лидера вообще не было. На месте Нэйлза, я бы послала.

Но рыжий отреагировал иначе.

Рыжий выразительно застонал.