Текст книги "Бриллиантовый холостяк. Трилогия (СИ)"

Глава 3

Я замерла, глядя в темноту и пытаясь справиться с сердцем, которое внезапно решило выпрыгнуть. Оно стучало слишком сильно, а собственный голос по-прежнему не слушался. Я не то что закричать – даже ответить не могла.

Собеседник про это знал.

– Я сейчас отпущу, – тихо сказал он. – А ты пообещаешь не дурить.

Я закивала, готовая подтвердить что угодно, лишь бы получить информацию. Секунда, и неестественная сдавленность действительно прошла, а на подоконнике начала проявляться фигура человека.

Как в каком-то фильме с отличными спецэффектами! Всё было настолько реальным, что я отступила ещё дальше и опять заозиралась в попытке найти что-нибудь тяжёлое. Интересно, заговорённой биты или сковородки в этом бардаке нет?

– Да ладно тебе, – словно прочитав мысли, фыркнул незнакомец.

Впрочем, почему «словно»? Это же мир с магией!

– Ну какая сковородка? Зачем? – добавил он.

– Ты телепат? – резко напряглась я.

Сказала и, наконец, увидела своего собеседника. Я не случайно сразу перешла на «ты», «выкнуть» язык не повернулся.

На подоконнике сидел очень молодой парень – светловолосый и невероятно смазливый, как с картинки. Ещё и одежда оказалась специфичная – тёмные брюки, начищенные сапоги, рубашка и белоснежный китель. Только не военный, а какой-то другой.

– Телепат? И да, и нет. Вообще, к нашему с тобой счастью, телепатии в этом мире не существует.

– В этом? К нашему? – переспросила я тупо.

Тут же зацепилась за «да-нет», но устроить допрос не успела, парень ответил раньше:

– Твои мысли я читать могу, но иначе и не получится, ведь мы связаны.

– В каком смысле?

Я нахмурилась, а он…

– В обычном. Ты моя хозяйка.

Стоп. Снова ничего не поняла.

Глубокий вдох, и страх, обуявший в момент первого столкновения, отступил. Я сделала хмурый шаг вперёд и потребовала:

– Давай по порядку. Кто ты такой? Откуда тебе известно имя «Кира» и как ты читаешь мои мысли?

От улыбки блондина пыльная спальня будто озарилась каким-то сиянием, однако расслабиться и проникнуться я не успела.

– Начать нужно с того, что я не человек. Я… – Он спрыгнул с подоконника и шутливо поклонился. – Артефакт!

Я замерла. Подбородок попытался упасть, но я удержала. Спасибо всё тем же режиссёрам и прочим выдумщикам – вообразить, как предмет превращается в человека я могла.

Что такое артефакт тоже знала, и даже поверила в услышанное, но!

– Откуда знаешь про Киру?

Парень сразу посерьёзнел.

– Так это я тебя и вытащил. В нашем мире не нашлось подходящей души, пришлось искать среди других, свободных.

– То есть?

– Ты… как бы сказать помягче. Ты умерла.

Слова – тоже оружие. Ими можно бить и даже убивать. Сейчас на меня будто само небо упало. В голове стало невероятно пусто, и эта пустота оглушила. Я наконец признала, что где-то в глубине сознания эта догадка тоже была.

Я оптимист. Версия о том, что произошло временное «подселение-недоразумение» мне нравилась гораздо больше, чем что-то другое.

– Вижу ты не помнишь, – продолжил «артефакт». – Но полагаю это к лучшему. Смерть не всегда приятна, да и нет смысла ворошить прошлое.

– Я умерла? Но как? Я не могла умереть!

Я не сказала – это просто вырвалось. По инерции, от шока. Я вроде и понимала, и даже подозревала, но новость не укладывалась в голове.

Блондин сочувственно хмыкнул, однако углубляться не стал:

– Ты умерла. Леди Алексия тоже, но в несколько ином смысле. Её тело истощено, но с ним, в целом, всё в порядке, а вот с душой возникли проблемы. Не выдержала всего, что навалилось. Не видела выхода и покинула тело, ушла. – Парень снова улыбнулся, но уже безрадостно. Развёл руками. – А я подумал, что нам это тело подойдёт.

Снова шок, но уже не такой сильный, как раньше. Думать о том, что кто-то может взять душу и запихнуть в чужое тело… бррр!

Я поняла, что размышлять об этом прямо сейчас не готова. Куда интереснее выяснить зачем это переселение вообще нужно.

– Затем, – вновь подглядев мысли, ответил парень. – Есть у нас с тобой одна важная задача.

Тут я окончательно очнулась:

– У нас с тобой? А почему не у тебя?

Ну правда, почему? Он артефакт и, как уже поняла, могущественный, а я – юная представительница обнищавшего, вымирающего рода. Я никто. У меня проблем выше крыши, а мне выкатывают какую-то задачу.

– Не какую-то. От нас теперь зависит судьба мира. А вместе мы потому, что один не могу. С чем бы сравнить?

Короткая пауза, и он заявил:

– Вот как бактерии. Не все из них могут существовать отдельно от человека.

– Угу. А ещё в теле человека есть паразиты.

– Я не паразит, – парень очень возмутился. – Я более чем полезен.

Я уставилась пристально. Уже понимала, что деваться некуда, но эмоции кружили. Ненавижу такие подкаты. Это ведь не просьба, не предложение – меня, считай, уведомили. Да ещё «судьба мира». Ничего менее пафосного не нашлось?

– Не нашлось, – в очередной раз заглянул в голову «артефакт».

Градус эмоций сразу повысился, телепатия нравилась ещё меньше, чем уведомления.

– Но ты не злись, тебе ведь тоже выгодно. Только подумай, ты получила второй шанс. Сможешь прожить другую жизнь, исправить ошибки, которые допустила.

– Ошибки? Ты о чём? – опять-таки возмутилась я.

Моя жизнь была насыщенной, яркой, но довольно простой. Никаких роковых решений я не принимала. Мне никогда не хотелось вернуться в прошлое и что-то там переиграть, меня всё устраивало.

– Всё-всё? – уточнил собеседник с этакой подколкой.

Он намекал, причём выпукло, но я махнула рукой.

Во-первых, осознала, что передо мной всё-таки мужик, а у них своя логика, и абсолютного понимания между мужчиной и женщиной никогда не будет. Во-вторых, ненавижу, когда меня пытаются учить жизни. Особенно посторонние! Я не девочка, мне не восемнадцать лет.

– Как раз восемнадцать, – возразил «артефакт». – Вернее, теперь восемнадцать. Именно столько сейчас Алексии Рэйдс, которой ты стала. Даже не так… Давай договоримся? Забудь имя «Кира», никогда его больше не произноси. Ты – леди Алексия Рэйдс, и больше никто.

– Отличное предложение, – не удержалась от иронии я.

Новый вдох.

Очень глубокий. Глубже не бывает!

Парень терпеливо ждал, меряя меня взглядом, а я старалась не критиковать, пусть и мысленно, его внешний вид. Это ж надо быть настолько слащавым! Кукольная красота выглядит неестественно, да и весь облик… как с заставки подросткового интернет-шоу.

Впрочем, окажись такой мальчик в нашем «эфире», молоденькие девочки точно бы оценили. А я – нет. Таких, сладеньких, не люблю.

Миг, и… Опять телепатия.

Вроде не думала, но артефакт видимо считывал глубже, чем хотелось.

– А так? – спросил он, и начал преображаться. Худосочный мальчишка плавно повзрослел.

Он расширился в плечах, стал выше, массивней и небрежнее. Этакий небритый герой из потаённых фантазий. Квинтэссенция брутальности, силы и грубоватой мужской красоты.

Меня аж в жар бросило, но ненадолго. Я слишком хорошо понимала, что это иллюзия.

– Будь добр, верни как было, – попросила спокойно.

– Уверена? – Артефакт нагло ухмыльнулся.

Но я была непреклонна. Не собиралась покупаться на эту искусственность – ведь мужчины, которого мне сейчас показывают, в действительности нет.

Едва передо мной опять появился слащавый молодой человек в белом кителе, я спросила:

– Так в чём состоит задача?

– Для начала нужно поднять твой уровень магии, – сказал блондин, но как-то без энтузиазма. – Я силён, но уровень, который могу проявлять, завязан на уровень хозяина, а с этим у тебя беда.

Про беду я помнила, но плевать. Разберёмся. И не такие проекты поднимали.

– Что именно делать? – мой новый вопрос.

А теперь мой очень материальный, совершенно реальный собеседник пошёл рябью. Ещё миг, он стал полупрозрачным, а я услышала:

– Что хочешь. Только подними.

Я изумлённо приоткрыла рот, а парень засуетился:

– Вот же… Не рассчитал. Мой уровень магии завязан на твой, а твой минимален, запас кончается.

– Запас? Какой ещё запас?

– Пока ты нулевой маг, я не смогу проявляться, – огорошил блондин. – Общаться тоже будет проблематично, поэтому постарайся. Чем раньше сделаешь, тем раньше…

Полупрозрачная фигура превратилась в контур невидимки, а звук исчез. Снова он проявился уже в моей голове, только слышался приглушённо, как сквозь стену:

«Алексию доконали пилюли, в них магический элемент, который усмиряет не только тело. Не пей их».

Отлично. А дальше?

– Стой. Ты не можешь исчезнуть вот так! – я едва не сорвалась на визг.

«Я рядом. Накопи заряд магии, и я проявлюсь опять».

– Так мне поднимать или копить?

«Всё вместе. Я же расходую твою ману».

Я выругалась, зато сразу поняла, о чём речь. У меня минимальный уровень магии и, соответственно, минимальный запас магических сил. Этот запас можно исчерпать, что сейчас и произошло.

Меня резко качнуло, я почувствовала этот отток маны физически. Одновременно увидела «прекрасное» – то, что являлось полупрозрачным контуром человека вдруг сжалось в тугой, столь же полупрозрачный сгусток. Сгусток бросился ко мне и впечатался в тело.

Я ощутила жжение – словно к груди, к месту, где смыкаются ключицы, прижали что-то раскалённое. Опустив голову, увидела золотистый кругляш с острыми краями, который погружался… ну, собственно, в меня.

Пока эта абсолютно материальная штука растворялась в моей не менее материальной плоти, я, стиснув зубы, молчала. А когда кожа стала гладкой, даже без покраснений, не выдержала и выпалила несколько нецензурных слов.

Ну, артефакт.

Ну… блондин!

Да он с ума сошёл…

Да он!

Ох, а что теперь делать?

Впрочем, ответ на последний вопрос был очевиден. Меня шатало, а веки превратились в две свинцовые шторки. Отток «маны» полностью лишил сил.

Единственное, что мне удалось – закрыть окно и доползти до кровати. Темнота накрыла раньше, чем голова коснулась подушки. Оставалось надеяться, что ароматы, витавшие в спальне и доме меня не доконают.

А может я принюхаюсь и привыкну? Вон, Офелию запахи не беспокоят, значит могут не беспокоить и меня?

***

Увы, но в плане обоняния я оказалась оптимисткой. За ночь моё неприятие никуда не делось. Я проснулась от мерзкого, щекочущего нос ощущения – вонь не усилилась, но ужасно раздражала. Поэтому первым делом я опять распахнула окно.

А несколькими минутами позже, едва вышла из ванной, в спальню заявилась Офелия. Женщина вошла без стука и сильно удивилась:

– Как? Ты уже встала?

А я не просто встала. Я ещё выспалась, и была готова качать магическую силу немедленно. Оставалось понять как.

– Ох, милая… – Меня принялись разглядывать со всех сторон. – Ты жива… Как хорошо. Я уж испугалась, что с твоим здоровьем совсем плохо. Вчера ты так странно себя вела, такие вопросы задавала…

Промолчать было невозможно, отпираться бессмысленно, поэтому я ушла в несознанку:

– Я задавала вопросы?

– А ты не помнишь? – градус удивления толстушки повысился.

Эх, забывать, так забывать!

– Нет.

Удивление я сыграла очень натурально, и Офелия, помедлив, кивнула. Её губы тронула обеспокоенная улыбка, и мне выдали новое распоряжение:

– Одевайся, милая. Через два часа выезжаем. Надень лавандовое платье, оно тебе очень идёт.

Мм-м…

– А выезжаем куда?

Этот вопрос компаньонку не удивил. С великой грустью она сообщила, что нам надлежит прибыть в особняк лорда Бертрана, чтобы подписать бумаги.

– А какие именно?

Думала, что речь пойдёт о долгах или брачном контракте, но всё оказалось занятнее.

– Ты должна передать лорду Бертрану право на родовой артефакт.

Вот как? Очень интересно. А для чего? На каком основании? Впрочем, тут я всё же прикусила язык и промолчала. Зато сразу решила, что ничего подписывать не буду. Хотя бы потому, что понятия не имею как выглядит подпись Алексии, а выдавать себя посторонними закорючками нельзя.

Итог – я покорно кивнула и отправилась к шкафу. Его полки были забиты какими-то комками, но в соседнем отсеке, на плечиках, висело несколько платьев.

– Я приведу платье в порядок уже перед выходом, – добавила наблюдавшая мои действия толстушка. Стало понятно, что иллюзию на вчерашний наряд наложила именно она.

То есть Офелия маг. Видимо её уровень выше, чем мой, и это не очень приятно. Хорошо хоть телепатии, если верить словам артефакта, не существует. А что Офелия умеет кроме иллюзий?

Но вслух о другом:

– А завтрак?

Я даже не спросила, а робко заикнулась.

– На кухне поешь. Зира покормит. – Толстушка горестно поджала губы. – Но там, как понимаешь, не густо.

Да, я уже начала объяснять желудку, что придётся потерпеть.

Офелия ушла, а я оделась и отыскала на нижней полке подходящие туфли. Они были мягкими и изрядно поношенными. Впрочем, новых вещей в этой комнате и нет.

Заниматься причёской тоже пришлось самой. Подойдя к зеркалу, я слегка зависла, глядя на свои остриженные, выкрашенные в фиолетовый цвет волосы. Но вчера, на приёме, я была не единственной, кто не соответствовал светским канонам.

Вчерашняя пришибленность не помешала заметить девушку, в чьей высокой причёске проглядывали ядовито-оранжевые пряди. Ещё я видела девчонку с ярко-розовыми волосами. Короткие стрижки тоже были, и никто косо не смотрел.

– Видимо мода, – пробормотала уже вслух.

Расчёсываясь и пытаясь придать волосам хоть какую-то форму, я порадовалась – это куда проще, чем крутить локоны и сооружать на голове башни.

Потом был спуск вниз, на первый этаж, и тут видимо сработала память тела. Кухню я отыскала легко.

Толкнув массивную дверь, вошла в просторное, практически лишённое окон помещение. Пол был каменным, половину главной стены занимала печь, а вот крючки для посуды и посудные полки пустовали. Приглушённый свет заставил поёжиться, зато сюда не проникала разлитая по всему первому этажу вонь.

Ещё была компактная штука, напоминавшая обыкновенную плиту – именно возле неё возилась невысокая сутулая старушка в сероватом фартуке.

Заметив меня, пожилая женщина всплеснула руками и воскликнула:

– Ох, леди Алексия, садитесь…

Сесть предлагалось за единственный, грубоватый, но чисто выскобленный стол.

Не успела я расположиться, как передо мной поставили плошку с какой-то жижей, а ещё тарелку – на ней лежали уже знакомая лепёшка и вторая половинка вчерашнего яблока.

Стало грустно. Не из-за желудка, который ожидаемо сжался, а из-за всей этой ситуации.

– Вы ешьте, ешьте, – подтолкнула… ну, видимо, Зира. – Сейчас принесу чай.

Жижа оказалась съедобной, но совершенно невкусной овсянкой. Мне повезло в другом – кухарка сразу начала болтать:

– Уезжаете, да? Родовой артефакт передавать? Ох, горе-то какое. Но что делать, вы же теперь совсем подневольная. Будь Офелька поумнее, мы бы выбрались, а она… Ну какая из неё опекунша? Даже жениха приличного не нашла.

О том, что жених не очень, я уже догадалась, а статус толстушки прозвучал впервые. Значит опекунша. Местных законов не знаю, но звучит юридически нехорошо.

– А… – попыталась подать голос я.

Внезапно не удалось. Зира продолжила, и слова лились даже не потоком, а водопадом. Я не сразу поняла, что собеседник старушке не нужен, она разговаривает с самим пространством. Моё присутствие – лишь подвод выплеснуть то, что крутится на уме.

– Когда отца вашего убили, когда все отвернулись, сколько было… ох, сколько. Добро, земли, ценности разные… А что теперь? Прислуга разбежалась, прежние друзья воротят нос, а эти-то… как коршуны налетели! Заморочили Офельку, а она – дурочка… Да ещё взятки давать пыталась. Зачем?

Дальше – больше, водопад усилился. Зира говорила довольно бессвязно, но общая картина проявлялась как материк из тумана.

По всему выходило, что проблемы начались задолго до всех событий и гибели главы рода. Некогда великие Рэйдсы шли к сегодняшней катастрофе несколько веков.

Медленно, постепенно, род беднел и вырождался. К моменту появления Алексии Рэйдсов осталось всего ничего. Отец возлагал большие надежды на первенца, ждал одарённого магией наследника, но родилась дочка, а жена скончалась.

На этом печальные события не закончились – через год от болезни умер двоюродный брат, а спустя месяц умер уже родной.

Сам отец покинул этот мир три года назад, и его смерть стала этаким апофеозом краха. Лорд Рэйдс был ключевой фигурой, именно на нём всё держалось. С его уходом жизнь резко покатилась под откос.

Офелия стала опекуншей по завещанию, но с хозяйством не справилась, а Алексия… ну что с неё взять? Она была подростком. Умом и характером тоже не отличалась. Всё свернулось в какой-то жуткий, непреодолимый клубок.

В узел, который, по всей видимости, проще разрубить, чем развязать.

А касательно взяток – их Офелия давала всем подряд, пытаясь наладить связи и восстановить положение рода, которое сильно пошатнулось. Кажется, у Рэйдсов возникли какие-то проблемы с правящей верхушкой, но тут в излияниях Зиры был пробел.

Я успела проглотить овсянку, съесть всё остальное и выпить слабенький чай, а кухарка всё продолжала. Её признания будили острое желание схватиться за голову… Это же надо было так накосячить! Причём ошибок наделала не только Офелия, а вообще все.

Но одно дело смотреть со стороны – тут любой умнее, и совсем другое – находиться внутри ситуации. Я не спешила с выводами, не спешила никого осуждать. Просто слушала, а в итоге поняла – род не просто умирающий. Я – последняя.

Ну что ж, значит положение ещё хуже. Однако паниковать рано. Для начала надо выдохнуть и всё-таки взглянуть на моего крайне подозрительного кредитора-жениха.