Текст книги "Жемчужина драконьего рода (СИ)"
Автор книги: Анна Щербина
сообщить о нарушении
Текущая страница: 10 (всего у книги 14 страниц)
Глава 19
– Что здесь происходит? – раздался голос ректора.
Он размашистым шагом шел в нашу сторону. Борг едва слышно хмыкнул и опустил свой насмешливый взгляд. Рейган отступил на шаг назад и очутился у меня за спиной. Ага, значит настало мое время для концерта. Задиры отступили в сторону стараясь скрыться среди зевак.
– Ваше Высочество, – начал ректор слащавым голосом, но тут Борг неожиданно уронил между нами тарелку с едой.
Я подскочила от неожиданности и топнула ногой, вживаясь в роль избалованной принцессы. Я подняла глаза полные слез, картинно шмыгнула носом, потянула к ректору дрожащие руки. Он резко остановился, оглянулся назад, видима решил поискать помощи.
– Ректор Тимирион, – всхлипнула повторно, и сделала еще один шаг к нему. – Вы просто должны решить нашу проблему! – громко шмыгнула носом и по щеке покатились крупные слезы.
Лица забияк, мелькающие позади студентов, резко побледнели. Я внутренне усмехнулась, стараясь не выйти из образа. И чтоб дожать ректора, стала торопливо к нему приближаться, а он начал быстрее пятиться.
– А... Э… – доносилось его неуверенное бормотание между моими рыданиями.
– Господин… хнык… ректор, – взвыла я. – Это просто невозможно! – я шмыгала носом и вытирала несуществующие сопли через каждое слово.
Со стороны я казалась жалкой. Мой взгляд периодически скользил по лицам зевак. В их взгляде горело недоумение и презрение. Возможно, будь другая ситуация, я бы сама себя возненавидела за такое поведение. Но сейчас мне было плевать и на то, что я принцесса драконов, и на то, что в глазах посторонних существ мое достоинство упало ниже некуда. Сейчас моей целью было усыпить бдительность моих недругов.
– У-у-у, – протянула на одной ноте, и Борг стукнул меня сзади по ноге. Я явно переигрывала.
Самое главное, ректор не заметил, у него была паника, он просто не представлял, что делать с женской истерикой. Ректор был уже у самой двери… Я протянула к нему руки, и он резко дернул дверь на себя, раздался скрип и хлопок.
Дверь закрылась перед самым моим носом, я повернулась назад и встретилась с обеспокоенным взглядом Эржина. Одними губами прошептала, что потом все ему объясню.
Дальше в столовой оставаться не было смысла пока студенты, переговариваясь между собой, рассаживались по своим местам мы тихо покинули помещение. Желудок конечно жалобно урчал, требуя еды, но это того стоило!
Раз не удалось подкрепиться, то нам стоило хорошенько отдохнуть. День завтра будет сложным. Положила на стол рядом с кроватью вибрирующую сковородку и пошла приводить себя в порядок. После водных процедур с тоской глянула на пыльную постель, заставить себя лечь на нее так и не смогла.
Скинула все на пол и полезла в рюкзак доставать спальных мешок. Все лучше, чем спать в грязи. Как ни странно, но в сон я провалилась быстро. Видимо переживания прошедшего дня сказались.
Но отдохнуть так и не получилось…
* * *
Сон, что накрыл меня с головой, сжал грудь, не давая вдохнуть лишний раз. Теперь я была уверена, что мне это сниться не просто так. Увиденное происходило или прямо сейчас, или произойдут в ближайшем будущем. Вскочила я посреди глубокой ночи. Картинки так и мелькали перед глазами.
…это был день, или ночь! Разобрать был невозможно! Мои глаза застилал густой пел витающий в воздухе. Сквозь него я различила две фигуры: хрупкую женскую и массивную мужскую с кожистыми крыльями за спиной. Он прикрывал свою спутницу от удара в спину. Я даже не сразу поняла, кого я вижу.
А это были моя мама и Дейран. Рассмотреть получилось, когда у мамы в руках полыхнул светом пульсирующий черный кристалл. Складывалось впечатление, что это биение магического сердца.
А вокруг них, за границей какого-то защитного круга, копошилась тьма. Десятки, сотни пустых глаз, светящихся ядовито-зеленым. Они были мертвы, но в их движениях чувствовалась пугающая, неестественная осмысленность.
Я сидела на краю кровати, обхватив себя руками, и чувствовала, как по спине медленно стекают капли ледяного пота. Тишина комнаты казалась оглушительной, но в ушах всё ещё стоял гул того магического пульса. Если это было предупреждение, то времени у нас почти не осталось. Мама и мой суженный были в смертельной опасности.
Надо поспешить рассказать все Эржину. Брат поможет придумать, что делать дальше! Возможно, связаться с отцом или… мысли с бешенной скоростью проносились в олове пока выбегала из своей комнаты, даже не подумав на себя что-нибудь одеть.
Звук моих торопливых шагов эхом проносился по пустому коридору. Взялась заручку входной двери, сделала глубокий вдох, собираясь открыть ее. Но что-то остановило… возможно шорох гравия, или обычная интуиция… Я притаилась и не зря!
– Ты, когда уже начнешь действовать? – мужской голос был смутно знаком, но я не могла вспомнить, откуда его знаю.
– Завтра, вовремя соревнования, – уверенный и холодный голос ректора, словно никогда и не гостил у нас в замке.
– Мальчишка не будет мешаться? – я прикрыла рот рукой, боясь даже представить о ком они говорят.
– Эржин не будет помехой. Он даже не подошел к сестре, кода она приехала, – я сглотнула. Моя догадка была верна. – Не стоит привлекать пока лишнее внимание. Он все же наследный принц драконов.
– Пока он не мешается. Пусть живет! – набатом прозвучало в моих ушах.
Я отступила от двери и поплелась в темноту коридора. Желание все рассказать брату отпало моментально. Чем меньше он знает, тем в большей безопасности.
Сердце колотилось где-то в горле, мешая дышать. Я прижалась спиной к холодной каменной стене, стараясь стать невидимой, слиться с тенями, которые, казалось, теперь были моими единственными союзниками. Слова ректора звенели в голове, как разбитое стекло. Если я сейчас выдам себя, если побегу к нему, как планировала минуту назад, я лишь подпишу ему смертный приговор.
В коридоре стало невыносимо душно. Я медленно сползла по стене, обхватив колени дрожащими руками. В голове всплывали обрывки недавнего видения: пульсирующий черный кристалл, крылья Дейрана, закрывающие маму от удара…
Нужно было думать. Быстро и хладнокровно, как учил отец, а не как испуганная девчонка в ночной сорочке. Я прикрыла глаза, пытаясь отогнать панику. В памяти всплыл образ Дейрана. Он был там, в моем сне, он защищал маму.
Внезапно из-за двери донесся звук шаркающих шагов. Разговор был окончен. Я затаила дыхание, чувствуя, как по коже пробежал мороз. Шаги приближались к двери.
У меня было всего несколько секунд, чтобы исчезнуть. Я рванула в противоположную сторону, стараясь ступать бесшумно, босиком по ледяным плитам пола.
Добравшись до поворота, я на секунду обернулась. В тусклом свете факелов я увидела лишь высокую фигуру ректора, чья тень на стене казалась неестественно длинной и когтистой. Он остановился, словно принюхиваясь к воздуху, и я поняла: он что-то почувствовал.
Я нырнула в узкий проход, ведущий в неизвестном направлении. Если завтрашний день станет последним, я должна хотя бы попытаться изменить ход событий.
«Мама, Дейран… держитесь», – прошептала я, чувствуя, как внутри, вопреки страху, разгорается холодная, решительная ярость.
Не знаю, сколько я так ждала, но пора было возвращаться в свою комнату. Рассвет уже подбирался к окнам, а у меня в голове по-прежнему не было ничего, кроме хаоса. Но одно я знала точно: я не позволю им победить. Вернувшись в свою комнату, я не зажгла свечи. В полумраке, пробиваемом лишь серым светом предрассветных сумерек, пространство казалось чужим. Я подошла к окну, вглядываясь в очертания башен академии, окутанных туманом.
Там, за этими стенами, спал Эржин, даже не подозревая, что его жизнь уже взвешена на весах ректора и признана «не мешающей» – пока что. Эта мысль обожгла сильнее, чем ледяной пол под босыми ногами. Я не могла просто ждать. Если ректор чувствует магию, я должна придумать, как защититься.
Мама рассказывала, что, когда она тут училась, была книга-артефакт, способная помочь советом. А мне он сейчас был ой как нужен. Посмотрела на шкаф и закусила губу, в недрах моего рюкзака был спрятан дневник, очень давно мной позаимствованный у мамы.
Я открыла книгу на случайной странице. Чернила, казалось, слегка мерцали в темноте. «Тень не может убить свет, если свет научится прятаться в тени», – гласила одна из записей.
Руки дрожали, но я заставила себя сосредоточиться. Где-то была запись, как сделать поисковый артефакт. Ага! Нашла!«Если хочешь найти скрытое в тени, то закрой глаза и открой свет своего сердца!» – гласила надпись.
Но прежде, я должна предупредить брата! Так, чтоб нас никто не заподозрил в связи. Быстро пролистнула страницы в конец дневника и с удовлетворением прочла нужную надпись: «Кровные узы всегда связывают нас, эта нить тянется от сердца к сердцу, не смотря на расстояния!»
Взгляд упал на кольцо с фамильным гербом, которое я носила на цепочке под платьем. Оно было старым, почти потускневшим, но в глубине камня всегда теплилась крошечная искра – остаток родовой магии, которую отец называл «связью крови».
Я сжала кольцо в кулаке, закрыла глаза и представила брата. Не его лицо, не его голос, а само ощущение его присутствия – ту тяжелую, горячую энергию, которая всегда исходила от него, как от раскаленного металла.
«Эржин, – мысленно позвала я, вкладывая в этот зов всю свою ярость и страх. – Не доверяй никому. Особенно ему».
Кольцо внезапно потеплело, обжигая ладонь. В комнате на долю секунды стало невыносимо ярко, а затем всё погрузилось в абсолютную тишину. Я открыла глаза и увидела, что искра в камне погасла, став совершенно прозрачной.
Я обессиленно опустилась на кровать. Получилось ли? Услышал ли он меня, или я просто потратила магию кольца впустую?
За окном небо начало окрашиваться в бледный, болезненный цвет утренней зари. Птицы еще молчали, но замок уже просыпался. Где-то в глубине коридоров пробили часы, возвещая начало нового дня – дня, который мог стать для нас последним.
Эржин…
– Ваше Высочество! – в дверь постучали, и на пороге возник первокурсник. – Вам послание от отца!
Я прищурился, вглядываясь в мальчишку. Лицо показалось смутно знакомым. Секунда раздумий, и в памяти всплыл образ начальника дворцовой стражи. Ну конечно, это его сын. Из рода зелёных драконов – тех самых, что веками хранили верность короне, как никто другой.
– Говори, Виржел, – кивнул я, и глаза парня тут же засияли от восторга.
– Вы меня помните! – он просиял, но тут же спохватился, вспомнив о важности поручения. – Отец просил передать: Его Величество нашел способ взломать барьер вокруг горы, но на подготовку нужно время. Просил передать, чтобы вы задержали Ее Высочество. Не дали ей наделать глупостей… – Виржел густо покраснел. – Простите, это не мои слова, я лишь передаю приказ.
– Знаю, не переживай, – я ободряюще улыбнулся и отпустил его.
Когда дверь за ним закрылась, я тяжело опустился на кровать. Динара уже знает, что мама пропала. Вопрос был лишь в том, сколько часов у меня есть до того, как она сорвется с места. А если сестра что-то вбила себе в голову, остановить её было сложнее, чем сдвинуть гору.
Внезапно виски пронзила острая боль. Мир перед глазами качнулся, поплыл, и в этой серой пелене возник размытый силуэт сестры. Я замер, стиснув зубы, чтобы не вскрикнуть от неприятного ощущения, и в следующее мгновение в голове отчетливо прозвучал её голос:
«Не верь никому, а особенно – ему!»
Я похолодел. Разумеется, она имела в виду ректора. Но как, черт возьми, ей удалось пробиться сквозь ментальную защиту академии и связаться со мной напрямую? Это было невозможно, если только… она не нашла способ использовать нашу кровную связь. И это пугало куда больше, чем любые угрозы.
По образовавшейся связи ко мне долетали ее обрывчатые эмоции: волнение, сожаление, уверенность в своих действиях и самое страшное – решимость. Сестра планировала начать действовать. Я лихорадочно обдумывал дальнейшие действия.
Нам действительно надо держатся на расстоянии, а еще лучше… решили, что мы в ссоре. Это усыпит недругов, и я смогу придумать, как уберечь сестру.
План созрел мгновенно, хотя от самой мысли о том, чтобы причинить Динаре боль – пусть даже показную, – внутри всё переворачивалось. Но иного пути не было. Если ректор или его приспешники следят за нами, они должны увидеть не союзников, а двух рассорившихся наследников, чьи амбиции и обиды перевешивают здравый смысл.
Я поднялся, чувствуя, как в висках всё ещё пульсирует остаточное эхо её ментального вторжения. Нужно было действовать немедленно, пока эффект неожиданности был на нашей стороне. Я вышел из комнаты, стараясь придать лицу выражение холодного раздражения. Коридоры академии, казалось, стали длиннее и мрачнее, а каждый встречный студент – потенциальным соглядатаем.
Динару я нашел в библиотечном крыле, в самом дальнем углу, где пыльные фолианты скрывали нас от любопытных глаз. Она стояла у окна, сжимая в руках какой-то свиток, и её плечи были напряжены, как натянутая тетива. Услышав мои шаги, она не обернулась, но я почувствовал, как изменился её эмоциональный фон: настороженность сменилась ледяным спокойствием.
– Ты пришел! – произнесла она, не оборачиваясь. Её голос звучал ровно, но я уловил в нём ту самую решимость, которая пугала меня больше всего.
– Пришел, – я нарочито громко хлопнул дверью, чтобы привлечь внимание случайных прохожих, если таковые были поблизости. – И мне плевать, что ты там себе придумала, Динара. Ты хоть понимаешь, что ты написала домой? Отец ждет, а ты ведешь себя как капризный ребенок, который готов сжечь всё вокруг ради призрачной надежды истинной любви!
Она резко развернулась. В её глазах полыхнул гнев – настоящий, живой, но в глубине зрачков я увидел едва заметный сигнал: «Играй свою роль».
– Капризный ребенок? – она шагнула ко мне, и её голос зазвенел от наигранной ярости. – Ты всегда был таким, брат. Трусливым, осторожным, вечно прячущимся за спинами других! Ты боишься даже взглянуть правде в глаза, потому что правда разрушит твой уютный мирок! Любовь существует! Надо только открыть свое сердце
Я подошел ближе, сокращая дистанцию до минимума, и прошептал, едва шевеля губами, чтобы слышала только она:
– Ректор следит. Не делай глупостей. У нас есть два дня.
Затем, уже громче, я с силой ударил ладонью по столу, заставив стопку книг разлететься в стороны.
– Довольно! Я не собираюсь больше выслушивать твои бредни. Делай что хочешь, Динара, но, если ты продолжишь в том же духе, то останешься одна – не жди, что я буду вытаскивать тебя из этой ямы. Ты мне больше не сестра, пока не начнешь думать головой!
Я развернулся и быстрым шагом направился к выходу, чувствуя на спине её прожигающий взгляд. Внутри всё сжималось от осознания того, что этот спектакль – единственная нить, удерживающая нас от катастрофы. Я вышел в главный холл, где, как я и ожидал, у колонны замерла высокая фигура в черной мантии. Ректор. Он не смотрел на меня, но я чувствовал его внимание, липкое и тяжелое, как болотный туман.
Я прошел мимо, даже не кивнув, сжимая кулаки так, что побелели костяшки. Первый акт был сыгран. Теперь оставалось самое сложное – дождаться, когда ловушка захлопнется, и надеяться, что в этой игре мы окажемся охотниками, а не жертвами...
Глава 20
Динара…
Не дожидаясь полноценного наступления утра, решаюсь пойти в обычную библиотеку. Отправляться на поиски книги-артефакт, о которой говорится в мамином дневнике, времени просто не было. Оставалось надеяться на то, что мне просто повезет. Но проторчав в библиотеке почт час, я так ничего стоящее не обнаружила.
Громко стукнула дверь, привлекая не только мое внимание, но и всех редких посетителей в такую рань. Поворачиваться не стала, я уже знала кто ко мне приближается. Энергетика Эржина остро ощущалась кожей! Брат был на взводе.
Я замерла, вцепившись в край стеллажа так, что костяшки пальцев побелели. Внутри всё похолодело: его приход сейчас был как удар молнии в сухую траву. Я чувствовала, как он приближается, как воздух вокруг него вибрирует от сдерживаемого раздражения.
– Ты пришел, – бросила я, стараясь, чтобы голос звучал отстраненно, хотя сердце колотилось где-то в горле.
Когда он начал свою тираду, обвиняя меня в ребячестве и безрассудстве, я едва удержалась, чтобы не рассмеяться от абсурдности ситуации. Его слова, полные ядовитого сарказма, летели в меня, как стрелы, но я знала: это лишь фарс. Его громкий голос, эхом отражающийся от высоких сводов, был идеальной ширмой для того, что он собирался сказать на самом деле.
Когда он подошел вплотную, я уловила едва уловимый запах озона и старой бумаги, исходящий от его мантии. Его шепот, пробившийся сквозь шум его же криков, ударил по нервам сильнее, чем любая пощечина.
«Ректор следит».
В этот момент я поняла: Эржин получил послание. Один неверный жест, один лишний вдох – и всё, его жизнь станет на кон. Я подхватила игру, вкладывая в свой ответ всю горечь и обиду, на которую была способна. Мои слова о «любви» и «открытом сердце» звучали для стороннего наблюдателя как бред влюбленной дурочки, но для Эржина это был сигнал: я поняла правила.
Когда он с грохотом ударил по столу, я вздрогнула по-настоящему. Книги посыпались на пол, и этот звук показался мне выстрелом в тишине библиотеки. Его уход был демонстративным, резким, почти жестоким.
Оставшись одна, я медленно опустилась на стул, чувствуя, как дрожат колени. Взгляд ректора, который я ощущала даже спиной, казался физически осязаемым – тяжелым, липким, проникающим под кожу. Я прижала ладони к лицу, пытаясь унять бешеное сердцебиение.
Два дня. Брат думает, что у нас есть два дня, но он ошибался в своих расчетах. Времени больше не было! Я, посмотрела на свиток в своих руках – это то, что мне сейчас было нужно.
Я глубоко вздохнула, заставляя себя успокоиться. Спектакль окончен, но настоящая борьба только начинается. И если Эржин готов играть роль предателя, чтобы спасти меня, то и я не разочарую недругов.
* * *
Собрав остатки решимости, я уткнулась в текст. Уносить свиток в комнату было слишком рискованно – лишнее внимание сейчас смерти подобно. К тому же, я здесь чужая, не студентка этой проклятой Академии Прикладной Некромантии, и каждый мой шаг под прицелом.
Память у меня всегда была цепкой, так что я не боялась ошибиться. Заклинание оказалось на удивление простым: оно связывало троих, создавая защитный контур. Через него можно было подать сигнал бедствия или, если потребуется, подпитать силой того, кто выдохся в круге.
По сути, это был обычный оберег. На обратной стороне кисти проявлялся трехгранный символ – невидимый для обычного глаза, но отчетливо ощутимый для тех, кто связан узами заклятия. Я сосредоточилась, впитывая каждую деталь, пока метка не начала пульсировать в сознании, становясь частью меня.
Пальцы, сжимавшие пергамент, побелели. Я чувствовала, как магия свитка, едва я начала вчитываться в структуру плетения, отзывается в кончиках пальцев легким покалыванием. Это было не просто знание – это была нить, которую мне предстояло вплести в саму ткань реальности, чтобы связать наши судьбы в единый узел.
Вокруг меня зашевелились студенты, выдергивая меня из состояния полутранса и я вздрогнула. Мне так же не стоило здесь больше задерживаться. Я резко захлопнула свиток и положила его на полку. Сердце колотилось где-то в горле. Если ректор поймет, что я не просто «влюбленная дурочка», он уничтожит меня раньше, чем я успею сделать вдох.
Я поднялась, стараясь двигаться плавно, без суеты. Нужно было уходить. Мне казалось, что каждый смотрит на меня и это нервировало. Выходя из библиотеки, я чувствовала, как каждый шаг дается с трудом. Коридоры Академии казались бесконечными лабиринтами, стены которых, казалось, прислушивались к моему дыханию.
Я не знала, где сейчас Эржин, не знала, удалось ли ему отвести подозрения окончательно, но одно я знала точно: я не позволю ему пострадать. Я сжала кулак, чувствуя, как когти впиваются в кожу, расслабиться смогла, когда увидела троих демонов у двери, выделенной для меня комнаты.
Но меня удивил один факт, наставник стоял и улыбался мне. С чего бы это? как мы прибыли в эту академию на магические соревнования, Дейкан от нас отстранился. И вот посмотрите на него, стоит, как ни в чем не бывало.
Его поведение замела не только я. Как только я открыла дверь в его сторону полетела моя боевая розовая сковородка. Она с яростным треском рванулась вперед, извиваясь в воздухе, словно живая змея, и явно намереваясь приземлиться прямо на макушку наставника.
Я едва успела перехватить её за рукоять, чувствуя, как металл вибрирует от нетерпения.
– Угомонись! – прошипела я, пытаясь удержать брыкающийся кухонный инвентарь, который продолжал тянуться к голове Дейкана с самыми кровожадными намерениями.
– Вернемся в свою академию, и ты займешься её воспитанием, – поморщился наставник и погрозил Сковородке пальцем.
Я с трудом удержала рвущуюся из рук утварь, чувствуя, как по ладони пробегают искры магического разряда. Сковородка, обиженно звякнув, наконец затихла, хотя продолжала мелко подрагивать, словно ворчливый пес, которого насильно усадили на место.
– Воспитанием? – я перевела взгляд на Дейкана, стараясь, чтобы мой голос звучал ровно, хотя внутри всё клокотало от смеси недоверия и затаенного страха за Эржина. – Вы так любезны, наставник. Но, кажется, у нас были другие договоренности. Или вы решили, что игнорирование – это лучшая стратегия для победы на состязаниях?
Дейкан не ответил сразу. Он медленно опустил руку, и его улыбка, до этого казавшаяся почти дружелюбной, приобрела тот самый оттенок хищной многозначительности, от которого у меня всегда пробегал холодок по спине. Этим н сильно мне напоминал Дейрана.
– Стратегия меняется в зависимости от того, насколько глубоко ученик лезет в пекло, – негромко произнес он, и в его глазах на мгновение мелькнуло что-то похожее на искреннее беспокойство, которое он тут же спрятал за маской холодного безразличия. – Ты думаешь, я не видел, что ты сама нарываешься, привлекая внимание?
Я почувствовала, как к горлу подкатил ком. Сковородка в моей руке снова дернулась, словно чувствуя мой эмоциональный всплеск, но я лишь крепче сжала её рукоять, впиваясь ногтями в металл.
– Зачем тогда ты сегодня здесь? – спросила я, глядя ему прямо в глаза.
– Ты истинная моего дяди! – я горько усмехнулась.
– У нас есть пару минут, чтоб кое-что обсудить? – сейчас было не то время, что выяснять отношения.
– Динара, что произошло? – тут же уточнил Рейган и переглянулся с Боргом.
– Первое: соревнование сегодня, на нем мне подготовят ловушку, – я набрала в грудь воздуха, но продолжить не успела.
– Ты не участвуешь! – припечатал наставник. – И не смотри на меня так! Если с тобой что-то случиться, головы лишусь не только я! Дейран скоро станет первым лордом демонов, ты представляешь его силу?
– Если они поймут, что мы в курсе, то мой брат будет в опасности! – рыкнула так, что по моим щекам побежали черные чешуйки.
– Динара… – попытался достучаться до меня Дейкан.
– Нет! Не смейте! – в моем голосе вибрировала угроза, моя драконица рвалась наружу.
– Что ты тогда предлагаешь? – тихо вмешался Борг и слегка коснулся моего плеча.
– После завтрака мы наложим заклинание, по нему вы сможете меня отыскать если я вдруг исчезну. Благодаря ему не будет препятствий в виде магических барьеров, но только между нами, – я вкратце пересказала прочитанное.
– Хорошо! Но мне это не нравиться, – сдался Дейкан. – И еще одно! Вместо Рейгана в этом круге участвую я!
– Э-э! – возмутился было Рейган, но стоило наставнику бросить на него один выразительный взгляд, как он тут же прикусил язык.
– Не спорь. Если ситуация выйдет из-под контроля, свяжешься с отцом. Насколько я помню, он третий лорд? – Рейган поморщился, но кивнул.
– Вот и славно! Пора кормить нашего голодного дракона, а то она сожрет врагов до начала битвы, – хохотнул Борг и первым выскочил за дверь.
Кинутая мной подушка вслед убегающему демона громко шлепнулась на пол. Я вздохнула и отложила от себя мелко вибрирующую сковороду. В чем-то он был прав, перед началом состязания лучше не быть голодным, думается хуже.
Направляясь в столовую, надеялась, что сегодня нас никто не тронет. Вчерашний спектакль демонстративно показал насколько мы слабы. Я недооценила молодых магов, желание самоутвердиться за счет более слабого было развито у большинство аристократических кругов.
В столовой царил привычный гул, но стоило нам войти, как голоса стали тише, а десятки глаз скрестились на нашей группе. Аристократы, еще вчера с таким упоением обсуждавшие наше «падение», теперь старательно отводили взгляды, хотя в воздухе все еще висело липкое напряжение. Я чувствовала его кожей – как наэлектризованный воздух перед грозой.
Мы заняли дальний стол. Еда казалась безвкусной, но я заставляла себя проглатывать кусок за куском, чувствуя, как внутри, под слоями человеческой кожи, ворочается нечто древнее и голодное. Драконица требовала выхода, требовала крови, и только жесткий контроль Дейкана, сидевшего напротив, удерживал меня от того, чтобы прямо здесь, посреди зала, не выпустить когти.
– Ешь, – коротко бросил он, не поднимая глаз от своей тарелки. – Тебе понадобятся силы, чтобы не сгореть изнутри, когда начнется ритуал.
Я кивнула, чувствуя, как чешуйки на щеках медленно втягиваются обратно. Рейган, сидевший рядом, был непривычно молчалив. Его пальцы нервно постукивали по столешнице, и я видела, как он то и дело бросает взгляды на входные двери. Он понимал: если Дейкан решил вмешаться, значит, ситуация куда серьезнее, чем я предполагала.
– Ты ведь понимаешь, что после этого заклинания пути назад не будет? – тихо спросил Борг, наклонившись ко мне. – Как только мы свяжем наши ауры, ты станешь для них маяком. Если они ищут способ выследить тебя, мы дадим им в руки компас.
– Я знаю, – ответила я, стараясь, чтобы голос не дрожал. – Но если я буду действовать в одиночку, они просто раздавят меня, как насекомое. А так… у меня будет шанс ударить в ответ.
– Ты звучишь как истинная дочь своей матери, – хмыкнул Дейкан, и в его голосе проскользнула нотка гордости, которую он тут же поспешил скрыть за привычной строгостью. – Только помни: ловушка – это не всегда клетка. Иногда это приманка. Не дай им увести себя туда, где твоя магия окажется бесполезной.
Я посмотрела на свои руки. Они больше не дрожали. А сейчас, когда до начала состязаний оставались считанные часы, внутри меня воцарилась пугающая, ледяная ясность.
Если они хотят игры – они её получат. Но пусть не удивляются, когда жертва вдруг решит сменить правила и сама станет охотником. Я поднялась из-за стола, чувствуя, как в груди разгорается знакомый жар.
– Пора, – сказала я, глядя на наставника. – У нас осталось не так много времени!
Дейкан поднялся следом, и в его глазах, на этот раз без всяких масок, я увидела отражение собственного пламени. Мы вышли из столовой, оставляя за спиной шепотки и недоуменные взгляды, готовые к тому, что сегодняшний день либо вознесет нас на вершину, либо превратит в пепел. И, судя по тому, как сжались кулаки Рейгана, мы были готовы к любому исходу. А Борг был как обычно спокоен!
Возможно он прав, не стоит волноваться. Пусть переживают наши враги!
