Текст книги "Путь к свободе (СИ)"

Автор книги: Анна Одинцова

сообщить о нарушении

Текущая страница: 11 (всего у книги 12 страниц)

Глава 22. Заботы и тревоги

Лориан.

Я шел по улице, огибая редких прохожих, и скрежетал зубами.

И почему я раньше не путешествовал по империи? За пару часов столько нового узнал!

Оказывается, в деревне неподалеку от Бепаса вампиры, мстя за смерть своего, убили всех жителей – трупы свалили в яму. Соседняя деревня, куда по слухам люди отвезли труп вампира, исчезла через день – её жителей постигла та же судьба. Градоначальник Бепаса просто закрыл на это глаза, лишь приказал разобрать дома на бревна.

В Ханде оборотни поджигают уже не первый склад, а три недели назад там сгорел ночью в магическом пламени огромный постоялый двор и почти все его обитатели.

В Феите бесследно пропадают люди, в Рилайне полгода цены на продукты примерно равны ценам на дома в Саите.

А самое интересное в том, что ни одна новость не дошла до дворца. Или дошла, но не до всех.

И хуже всего – я понятия не имею что делать.

К сожалению, сейчас я не справлюсь с поисками этого любителя воровать письма. Нужно подождать до коронации: возвращение кузины и её восхождение на престол развяжет мне руки.

Ведьма права была – жить как прежде не получится. За сменой власти последует перестановка приоритетов в управлении империей и многим это не понравится.

Помимо советников, которые будут палки в колеса вставлять, есть ещё вампиры, нападающие на деревни, оборотни с их магическим огнем и встающий во весь рост призрак надвигающейся зимы. Наверняка Ханд не единственный город, лишившийся части складов. Снова начнется голод…

Увы, все мои планы по наведению порядка в Креите бесполезны, если вне империи порядка нет. Нужно разобраться с вампирами и не допустить войны, а потом уже здесь всё менять. Да и другого выхода как начать войну, чтобы раз и навсегда уничтожить вампиров, я сейчас не вижу.

Я помотал головой, пытаясь прогнать невеселые мысли. Пока не могу ничего изменить, да и сомневаюсь, что корона поможет решить ворох накопившихся проблем. В чем-то жизнь она, конечно, облегчит, но вреда от неё больше, чем пользы.

Ничего, я справлюсь. Должен справиться.

С пожаром ведь справился. Ректор магической академии, который прилетел к лесу через четыре часа, несильно удивился этому – мол, я должен был потушить огонь. Ведь я же наследник рода Неал, а в моем роду нет слабых магов. И зачастую это тоже больше минус, чем плюс.

Я остановился, приложил ладонь козырьком ко лбу и посмотрел на небо.

Из-за серой линии горизонта выглядывало солнце, его редкие лучи освещали крыши зданий, но пока они слишком слабы, чтобы прогреть камни мостовой и стекла окон. Ветер норовил забраться за воротник пальто, ладони я не вынимал из карманов – всё же местный климат для меня чересчур холоден.

Крагас расположен на северо-востоке и близок к приморскому Феиту, поэтому здесь намного прохладнее чем в Саите. В прошлом Крагас был военным центром Креита, тут ковалось оружие для воинов, находилось войско и разрабатывались планы по захвату соседних королевств.

Сегодня же он находится под присмотром храма богини Эгвы, фактически местный настоятель управляет городом и настолько хорошо справляется со своими обязанностями, что мне уже давно не приходили отсюда письма с жалобами.

Также в Крагасе расположен центральный храм Эгвы, и я даже не удивлен, почему именно этот город решила посетить моя сестра.

Леди Алианору ещё в младенчестве посвятили богине войны. Это значит, что вся дальнейшая жизнь принцессы превратилась в череду боев. Как в такой ситуации оставаться «леди» я представлял слабо.

Кроме посвящения о кузине я почти ничего не знал. Имя, возраст, да и на улице вполне мог бы узнать – всё-таки схожесть с матерью или на худой конец с людьми на портретах во дворце должна быть. Но она посвящена Эгве, что непременно наложит на внешность отпечаток. Поэтому я морально готовился увидеть нечто несуразное, неженственное и с мечом наперевес.

Однако как бы она ни выглядела, мне всё равно нужно найти её и доставить в столицу.

Я развернул заранее приготовленное плетение поисковой сети, соединил сеть с картой города, которую тщательно изучал по дороге сюда, и отметил первую точку – место, где я сейчас стоял.

Обычно найти кого-то с помощью поисковой сети легче легкого: всего-то вплетаешь в сеть образ нужного человека или его ауры и просто ищешь соответствия. Сеть эффективна на небольших расстояниях, чтобы поддерживать её в городе вроде Крагаса необходимо минимум два мага. Или смекалка и лишнее время.

Можно вместо одной большой сети создать несколько десятков маленьких, но для этого нужно закрепить ориентиры – проще говоря гулять по городу и отмечать точки, по которым заклинание сольется в одну громадную сеть.

Ситуация осложнялась тем, что в Крагасе вторую неделю празднуют «божественную неделю» – религиозный праздник, на который стекается народ со всей империи.

Люди целую неделю каждый день ходят молиться в храмы, а в последние дни устраивают грандиозную гулянку с морем вина и танцами до утра. В подобной толчее найти человека, да ещё со столь расплывчатыми характеристиками практически невозможно.

Вместо внешности я решил попробовать искать сестру по ауре, благо можно использовать свою – только придется немного её поменять, прежде чем соединять с плетением.

Бесцельно мотаться по Крагасу не хотелось. По всему выходило, что достаточное количество ориентиров я соберу если буду гулять до поздней ночи. На полноценную сеть не хватит сил: я не до конца восстановился после тушения пожаров у Ханда, и ещё боялся не успеть и две ночи летел без остановок, выжигая резерв.

Я тяжело вздохнул и, стараясь не сталкиваться с горожанами, направился на центральную площадь. Вечером там будет ярмарка, а пока полным ходом идет подготовка – развешивают на деревья и фасады домов магические фонари, которые будут светить всю ночь, сооружают на скорую руку и расставляют лотки, привозят товары на продажу. Всюду слышны ругань, стук молотков и стук колес по мощеной камнем мостовой, шум ветра в кронах.

Крагас только просыпался. Солнце светило вовсю, да и людей, готовивших город к празднику, на площади собралось немало, но простые горожане выбирались из домов неохотно – почти все, кто шли мне навстречу, зевали и щурили глаза. Часа через четыре народа на улицах будет столько, что о лавировании придется забыть – столкновений никак не избежать.

Поисковую сеть я использую не впервые, это абсолютно безопасное заклинание, которое навредить не может ни магу, ни тому, кого он ищет. Однако любоваться городом не получалось.

Два раза я оборачивался, гадая почудился ли направленный в спину чей-то взгляд или нет. Раз заходил в магазин и топтался там час, в надежде что преследователи отстанут. Ещё раз намеренно плутал по переулкам, чтобы избавиться от ощущения будто за мной наблюдают.

В конце концов нервы сдали, и я вернулся на постоялый двор, так и не закончив с ориентирами. Сел на кровать, кончиками пальцев потер виски, поморщился.

А может никакого преследования не было?

Тогда почему мне так тревожно?..

Почти физически я чувствовал – вскоре случится что-то ужасное. И предотвратить это я не успею.

Глава 23. Божественная неделя

Свет. Яркий белый свет. Яркий настолько, что выжигает глаза.

Именно таким он казался мне после долгих часов блуждания в кромешной темноте.

Постепенно любопытство брало верх над болью и страхом. Я часто-часто заморгала, утерла выступившие слезы и огляделась.

Я находилась в центре огромного зала. Ни потолка, ни стен не удавалось рассмотреть – свет не доходил до них. В трех метрах от меня постамент, на котором должна стоять статуя божества.

Говорю «должна», потому что её там не было. Вместо мраморной статуи сидел парень лет двадцати в светлой простой рубашке и серых брюках. Впрочем, даже если бы на нем был мешок, я всё равно подумала бы что передо мной сам Лереас. Ведь незнакомец красотой мог поспорить с прекраснейшим из богов.

– Итак, – парень убрал со лба длинную темную прядь, улыбнулся, – Кажется, ты хотела задать Лии пару вопросов. Увы, она слишком занята, поэтому можешь спрашивать меня.

– Я сейчас в её храме?

– Вроде того. Он тебе снится. Я подумал будет лучше, что мы немного поговорим, чем если ты станешь досматривать свой кошмар.

Значит эта темнота была всего лишь дурным сном? Да уж, кошмаров я не видела давно.

– Бог решил говорить со мной лично. С чего такая честь? – я вскинула брови, глядя на так и не представившегося парня.

Сомнений не осталось. Кем ещё он может быть, раз сама Лия разрешает ему говорить от своего имени? Только в пантеоне всего пять богов. Он, конечно, похож на Лереаса, но вроде бы передо мной не бог искусства.

– Я действительно не Лереас, – парень широко улыбнулся, явно польщенный сравнением, – Зови меня Рэймон. Можно просто Рэй. Не возражаешь, если я буду звать тебя Алей?

– Нет. Но ты не ответил на мой вопрос.

Рэй стряхнул с рукава несуществующую пылинку, изящно повел плечом.

– Не в чести дело. Просто так удобнее. Выдалась свободная минута, вот я и решил потратить её с пользой. Понимаешь, у меня обязанностей не меньше, чем у Лии, особенно сейчас – это для людей праздники в честь богов сплошное гулянье, а для нас работа и, надо сказать, работа выматывающая. Ладно, я не жаловаться пришел. Лия просила ответить на любые твои вопросы. Можешь все сразу задать, постараюсь ответить подробно на каждый.

Я почесала макушку, села, поджав под себя ноги, прямо на пол перед постаментом и задумалась.

Это будет сложно. Столько всего нужно узнать, а в голове настоящий бардак.

– Почему она помогает мне?

Рэй вновь улыбнулся, склонил голову набок, отчего темные пряди упали на лицо.

– А как ты думаешь?

Я поерзала и тяжело вздохнула. Кое-какие догадки у меня были.

– У нее есть планы на мою жизнь, да?

– Моя богиня в прошлом совершила немало ошибок (отчасти потому, что тогда я не был рядом) и это научило её просчитывать всё заранее. Когда твои братья и сестра погибли, Лия задумалась кого же сажать на трон. У империи три наследника, как видишь, выбор богатый. Богиня решила, что править будешь ты, поэтому она несколько раз вмешивалась и не позволяла тебе умереть.

– И как часто она вмешивалась? – севшим голосом спросила я.

– Демоны хотели тебя убить, – бог начал перечислять, загибая тонкие пальцы, – Лия напомнила им о старом долге и предложила Старейшине не убивать тебя, а воспитать как он посчитает нужным. Раз. В Саите многим дворянам стало известно, что ты жива. Богиня подумала, что в окружении врагов должен быть хоть один друг. Так Фрид появился в твоей жизни. Два. И ещё немного, по мелочи. А что?

Вот как ему объяснить?

– Лия хочет видеть на троне Креита меня. Однако я себя там не вижу, – прокашлявшись, я попробовала скопировать спокойный тон Рэя, – У меня совсем другие планы.

– Так в чем проблема-то?

– Как я могу распоряжаться своей жизнью, если она лишь наполовину моя? Если бы Лия не помогла, я умерла бы семнадцать лет назад! Я уже многие годы живу в долг…

– Знаешь, – парень спрыгнул на пол, склонился и подцепил пальцами мой подбородок, поднимая голову и заставляя смотреть в глаза, – На самом деле не боги определяют судьбу человека. Мы можем помогать, подсказывать и подталкивать, но только вы решаете какой выбрать путь.

– Ты говоришь как человек, – хмыкнула я.

– Лия хочет, чтобы ты стала следующей императрицей. Ты править не собираешься. Бросать вызов богам непросто, однако всё же возможно. Если хочешь жить по-своему – борись.

– А как же долг?

Получается, Лия спасала меня просто так, раз её планы рухнули? Значит я как минимум должна ей за помощь… Если не вернуть долг, проблемы в будущем от разгневанной богини мне обеспечены.

– Отдашь при случае. Хочешь я с ней поговорю? Придумаем тебе какое-нибудь задание, скажем, ещё один заказ?

– Получается, я буду и тебе должна?

Рэй улыбнулся.

– Не переживай. Со мной договориться проще.

– Тогда решено, – я облегченно выдохнула и, улыбаясь, протянула ему руку, – Я согласна на заказ.

Я не почувствовала как он сжал ладонь. Рукопожатие вышло чересчур мягким.

Мягким? Зевнув, я открыла глаза и с трудом удержалась, чтобы не рассмеяться.

Во сне я зажала в кулаке уголок подушки. Наверное, это и навеяло сон о новом заказе. Хотя…

Нет, это точно не обычный сон. Всё было взаправду. Я до сих пор чувствовала касание пальцев к подбородку, будто Рэй и сейчас держит меня.

Но никто меня не держал. Я лежала на середине кровати, ногами к изголовью, совершенно одна. По вискам била тупая боль, затекшее тело ныло. Сколько же я сплю?

Зевая, я привстала на локте и огляделась.

Через задернутые плотные шторы свет с улицы проникал едва-едва, однако и его оказалось достаточно, чтобы разглядеть сброшенные на пол подушки, мою сумку в углу, левее от кровати стул, на котором по-прежнему стоял поднос с тарелками (это я вчера попросила принести ужин в комнату), стол для чаепитий, заставленный склянками и заваленный пожелтевшими свитками (а это Фрид второй день мастерит какой-то артефакт). И судя по тому, что самого фарата в комнате нет, работу он закончил.

Четвертый день мы живем на постоялом дворе. Начиналось всё очень весело. Перепачканные кровью и землей, в рваной одежде и с бледными лицами, мы до обморока испугали хозяина постоялого двора. Мужчина согласился нас пустить, лишь увидев полный монет кошель и услышав печальную, но стандартную историю – напали вампиры, повезло спастись, провели несколько дней, прячась в лесах. Впрочем, мужчину куда больше интересовало серебро, чем слезливая история, которую я на ходу сочиняла и рассказывала заплетающимся языком.

Пока слуги готовили воду для купания, мы поднялись в снятую комнату и уже на пороге помянули радушного хозяина, сделавшего поспешные выводы, добрым словом. Комнату мы получили превосходную, но один изъян у нее был. Она предназначалась для пары.

Сначала мы посмеялись, глядя на огромную кровать с балдахином и темно-красное постельное белье, затем разругались, пытаясь решить кто где будет спать – кто на кровати, кто на полу. В итоге я уговорила Фрида занять одну из половин кровати. Выбора не было – комната нам досталась последняя. Остальные заняты такими же путешественниками как мы.

Из-за Элая, не предупредившего куда выведет выбранная им дорога, мы попали в Крагас. Можно сказать хоть в чем-то повезло – отсюда до Саита рукой подать. Потому Фрид предложил не спешить, погулять по городу, прикупить вещей перед поездкой в столицу, а тут ещё эти праздники.

Из подземелий мы выбрались к концу «божественной недели». Для нас как для посвященных пропускать главный религиозный праздник в году смерти подобно. О богах с Фридом я не решалась говорить, поэтому утром молча уходила и ни разу не напоминала фарату о необходимости посещать по праздникам храм своего божества.

Я свесила ноги с кровати, запустила пятерню в растрепанные со сна волосы. Нахмурилась. Куда бы не падал взгляд, он непременно натыкался на бардак. Вон, например, что сверкает на той сваленной в кучу одежде? Гребень? Одежда моя, гребень, понятное дело, Фрида. Непонятно другое – что заставило обычно аккуратного парня забить на уборку?

Обязанности в быту поделили честно. Он убирался, я таскала с кухни еду и относила обратно посуду. В обеденный зал никто из нас не спускался, мы почти всё время сидели в комнате. Правда по утрам я бегала по храмам, успевая посетить и храм Эгвы, и храм Лии. Иногда сворачивала на центральную площадь, где сейчас расположилась ярмарка, ходила вдоль рядов и всегда возвращалась с пустыми руками.

Хотя деньги у нас теперь были. Дриада забрала «лист» в тот же день, вместе с ним карту подземных городов, и призналась, что не особо надеялась на наше возвращение. За недоверие она откупилась здоровенным мешком серебра, в котором мы насчитали аж четыре сотни монет. Вопрос о банке оставался актуален.

Через полчаса дверь распахнулась и в комнату зашел Фрид. Вернее, неловко протиснулся. Правой рукой он прижимал к себе большое напольное зеркало, в левой держал поднос с чашками и чайником. На плече парня висела белая тряпка. Фарат поставил зеркало слева от двери, подвинул к кровати чайный столик и решительно смахнул свитки и склянки на ковер.

– Выспалась? – Фрид улыбнулся, глядя на мою помятую физиономию, и протянул полную чашку чего-то ароматного, – Выпей, станет легче. Ты весь день проспала. Слушай, а ты не заболела? Нормально себя чувствуешь?

Я смахнула его ладонь со лба и отпила глоток из чашки. Не чай, какой-то отвар. М-м, пахнет мятой.

– Нормально. А пожевать чего-нибудь ты не принес?

– Теперь верю, что с тобой всё в порядке, – хмыкнул он, вынимая из кармана плаща небольшую коробку печенья, – Я, кстати, закончил артефакт. Посмотреть не хочешь?

– Давай.

Фрид перенес зеркало в центр комнаты, повернулся ко мне спиной и снял плащ.

Рука, потянувшаяся к печенью, дрогнула.

– Иллюзия? – шепотом спросила я.

– Нет. Действие артефакта.

Я подошла ближе и замерла, разглядывая белую кожу, покрытую рубцами заживших шрамов.

Всё как обычно. Только крыльев нет.

Парень поднял руку, показывая широкий медный браслет на запястье.

– Он работает так же, как и мой плащ. Если его снять, крылья появятся снова. Часть плетения я подсмотрел в эльфийских свитках, кое-что подсказал Элай, но браслет я сам создал. Здорово, да?

– А зачем это?

– Во-первых, надоело вечно в плаще ходить. Во-вторых, безопаснее для окружающих – точно никто не порежется, случайно дотронувшись. И никто не увидит сами крылья, – он посмотрел на меня через плечо, улыбнулся, – Я привык прятаться. Вот придумаю артефакт, который скроет мою ауру от магов и буду спать спокойно.

Я провела кончиками пальцев по коже, коснулась лопаток, откуда должны расти крылья.

Ничего нет. Обычная спина. Невероятно…

Фрид вздрогнул, повел плечами.

– У меня руки холодные? – спросила я, делая шаг назад.

Фарат кивнул. Поднял с пола упавшую тряпку, при рассмотрении оказавшуюся рубашкой, и стал медленно застегивать пуговицы.

Пока он одевался, я успела выхлебать три чашки отвара, съесть всю коробку печенья и вкратце рассказать свой сон. Фрид спокойно выслушал, после чего спросил:

– Почему не спросила кто всё это время мешал тебе? Или почему твоя магия не проснулась?

Потому что забыла. Так бывает: в голове куча вопросов, а когда неожиданно обещают дать на всё ответы, невольно теряешься и на месте, где были вопросы, появляется пустота.

Я пробурчала нечто невразумительное, не желая отвечать. Впрочем, фарат и не настаивал – он вновь уткнулся в зеркало, поворачивался то одним боком, то другим и видимо никак не мог привыкнуть к новому облику.

Сейчас он выглядел как человек. Худощавый, высокий, в синих брюках и простой белой рубашке, длинные волосы фарат снова покрасил в черный и собрал в хвост на затылке. Я бы даже сказала, что Фрид похож на какого-нибудь лорда (издалека – пока вблизи не разглядишь шрамы, которых у неженок-дворян не может быть). Вообще в нем многое выдавало дворянина: безупречная осанка, манеры…

– Ты чего? – парень обернулся, заметив, что я его разглядываю.

Я хмыкнула и промолчала, отведя взгляд в сторону. Потом вновь повернулась и сказала:

– Сегодня последний день ярмарки. Говорят, будет весело. Давай сходим на площадь?

Моего энтузиазма Фрид не разделил, однако отпускать одну бродить по улицам отказался наотрез. Пока я переодевалась, фарат застилал кровать, упихивал свитки в сумку и не переставал ворчать – видите ли он не выспался, а из-за меня вынужден тащиться куда-то на ночь глядя.

Правда, ворчал парень недолго. Ночной город покорил и его. Как и я, он с открытым ртом смотрел на развешенные на фасадах магические фонари, горящие то красным, то желтым, то синим, вертел головой пытаясь услышать откуда идет музыка. В конце концов не выдержал, схватил мою руку, и мы помчались на центральную площадь.

Сначала нас понесло на ярмарку. Список вещей, которые нужно купить, меня немного пугал. Особенно тем, что большей частью списка была одежда. В Саите мы задержимся на какое-то время, поэтому обоим необходима (не побоюсь этого слова) приличная одежда. А в столице цены на неё будут заоблачными.

Теперь уже Фрид потешался, глядя на мое унылое лицо. Он знал меня достаточно хорошо, чтобы найти компромисс. Я безропотно таскалась следом, молча стояла в стороне, когда он выбирал вещи и грызла какую-нибудь вкусность. Яблоки в карамели, кусок яблочного пирога, кусок вишневого пирога – парень не спрашивал куда в меня столько лезет. Ответ его вряд ли устроил бы: я никогда не была на ярмарках и страдала от любопытства – а вдруг здесь что-то особенное готовят?

Пришлось покупать вторую сумку, в ту, которую захватила я, купленные вещи не влезали. Себе Фрид приобрел три рубашки свободного кроя – белую, темно-синюю и черную, две пары брюк, новые сапоги и по моему совету нормальные ножны для меча. Когда возле прилавка со всякими гребнями и лентами фарат столкнулся с двумя молодыми горожанками, которые тут же стали таращиться на него как коты на крынку сметаны, я начала зевать и закатывать глаза. А когда беседа затянулась, протиснулась меж ними, сняла с пояса парня кошель и демонстративно ушла.

К сожалению, нашел он меня быстро.

– Зачем сбежала? – спросил Фрид, забирая изрядно потяжелевшую сумку. Это тоже для меня было загадкой – на кой ему нести сумки, если такая тяжесть для меня не тяжесть вовсе?

– Не могу слушать «щебетание», раздражает, – повела плечами я, – Вон женская одежда. Пойдем, посмотрим мне новые бриджи.

– А может платье?

Я покрутила пальцем у виска. Последний раз платья носила я лет в пять.

– Лучше свернем потом в оружейные ряды. Может, получится найти арбалет по некусачей цене.

Фрид только покачал головой, чем вызвал у меня улыбку.

Мой выбор одежды парню категорически не понравился. Фрид считал, что для столицы нужно выбрать что-то дорогое и нарядное, я же настаивала на спокойных тонах и умеренной цене. Призрак арбалета не давал покоя и потому я берегла каждый медяк. В итоге купили легкие туфли, две белые рубашки, две пары штанов и жилет.

Мы договорились встретиться с Фридом возле оружейных рядов и разошлись. Фарат побежал обратно на постоялый двор относить наши покупки, я же осталась его дожидаться.

Вернулся он быстро, почти молниеносно. Закрыл нас магическими щитами и потащил меня в толпу. Остаток ночи прошел весело – мы танцевали, пели, прыгали через костры, что-то пили (вроде это был сидр), на потеху народу участвовали в разных соревнованиях – по стрельбе из лука, метанию кинжалов и перетягиванию веревки. Вернее, Фрид молча таскался за мной, наблюдал и отнекивался, если я его звала участвовать.

Лучше всего я запомнила конкурс поедания пирогов, где за победу мне презентовали здоровенную кружку сидра.

Веревку тянуть не пошла, зато с удовольствием постреляла из лука, покидала кинжалы по мишеням и везде взяла первые места.

Выигрывала в основном что-то съестное, иногда приносили сидр, поэтому большая часть ночи помнилась смутно. Вот я рвусь участвовать в кулачном бою, а Фрид меня не пускает, держит как котенка за шиворот, вот мы танцуем, среди звуков музыки не слыша своих голосов, вот я снова что-то ем и пытаюсь смыться от своего «конвоира».

Рассвет мы встречали, устроившись на гребне крыши какого-то трехэтажного здания. Небо постепенно светлело, солнце крохотной багровой точкой висело над ниткой гор, что отсюда виднелись едва-едва.

Внизу ещё шумела музыка. Я, закутанная в плащ, морщилась от прикосновений холодного ветра к горячим щекам и понемногу приходила в себя. Фрид сидел рядом, притянув колени к подбородку, и ничем не напоминал о своем присутствии.

Я зевнула, покосилась на притихшего парня и спросила:

– А я не рассказывала тебе про Феит?

– Рассказывала. И я в третий раз повторю, что поеду с тобой. Однако всё равно не могу понять зачем тебе эти соревнования.

– Понимаешь… – я замялась, подбирая слова, – Причина на самом деле есть, но, наверное, она покажется слишком глупой. В Маргана’аре я выросла в семье Старейшины, и он никогда не относился ко мне плохо. С детства я, немного стыдно признать, равнялась на него, стремилась если не во всём, то во многом подражать ему. Старейшина сделал немало, чтобы люди и демоны могли жить бок о бок, он посетил все королевства нашего мира, но самое главное – Старейшина доказал, что страх, присущий большинство из демонов, не властен над ним.

– О чем это ты?

– Те демоны, что сейчас живут в Маргана’аре, боятся воды. Их родной мир был уничтожен, а прошлое королевство исчезло под водой. Старейшина один из тех, кто привел демонов сюда и он помнит те события лучше других. И всё же он отправился в Феит, долго тренировался и победил в гонках на водных лыжах только чтобы доказать остальным, что страх можно одолеть.

Я не боюсь воды, однако соревнования для меня возможность показать, что я не хуже. Гонки опасны. Ежегодно гибнет минимум треть участников. Одно участие требует немалого мужества.

– Ещё Старейшина учился в академии Аллаина, – добавила я, – И говорил, что мне туда не попасть.

Фрид молчал пару минут, затем спросил:

– А ты бы хотела?

– Спрашиваешь тоже! Конечно, хочу!

– Ну с этим я могу помочь. Следующей весной начнут набирать студентов. Если вернусь, буду рекомендовать тебя к зачислению. Но вступительные сдать всё равно придется.

Всю дорогу домой я, взбодрившаяся новостью, допрашивала фарата насчет учебы.

По плану мы сначала выполним заказ, потом поедем на соревнования в Феит и там перезимуем, а едва сойдут снега отправимся в Аллаин.

И как всё успеть?

Однако на этом сюрпризы не кончились. У дверей постоялого двора стоял какой-то парень лет двадцати в дорогой, но потрепанной одежде. Увидев нас, он шагнул вперед, поклонился и сказал:

– Леди Алианора, прошу, выслушайте меня.

Это он мне? Мы с Фридом переглянулись. Я осторожно спросила, опустив ладонь на рукоять меча:

– Кто вы?

Незнакомец резко поднял голову. Золотые пряди волос разметались по плечам.

– Лорд Неал. Третий наследник трона Креита.