Текст книги "Сиделка (СИ)"
Автор книги: Анна Морозова
сообщить о нарушении
Текущая страница: 2 (всего у книги 12 страниц)
Глава 5. Ты когда такой сентиментальной стала?
– Ну что, как прошла первая встреча? – Набрасывается с расспросами Сашка, как только я заселяюсь в свои скромные апартаменты на ближайшие несколько месяцев. Здесь довольно неплохо, правда, тесновато, но зато кровать широкая, с ортопедическим матрасом. И вид из окна чудесный. В общей сложности я довольна, не считая самого объекта всей этой заварушки. Изначально было понятно, что легко не будет, и я готовила себя морально всю неделю, за которую мы с Павлом Викторовичем обсуждали детали договора и экстренно искали мне временную замену в офисе. Вот только реальность оказалась куда сложнее. Этот Егор просто зверюга бессердечная. Уволил Александра, наорал на Маргариту. Меня тоже пытался послать, но я оказалась не из робкого десятка и его слова восприняла как первый шаг наших непростых отношений. На этом и разошлись.
– Дерьмово, – вздыхаю, падая на кровать. – Этот осел даже хуже, чем мы думали. Высокомерный, злой, жестокий. Продолжать?
– А я говорила! – Фыркает подруга в трубку, на что мои глаза укатываются из орбит. – Нечего было идти на поводу у этого твоего Павловича.
– У Павла Викторовича – в очередной раз поправляю её. – К тому же я не сказала, что мне здесь не нравится. Если не брать в расчет этого ненормального, мне крупно повезло насладиться временным комфортом. Особенно учитывая гиен родственников, готовых в любой момент потоптаться на моих костях.
– Расскажи – мгновенно воодушевляется Сашка. – Интересно же, как живут буржуи.
– Ох, это восторг! Два этажа, панорамные окна во всю стену. Огромнейшая территория на улице с летним бассейном и барной установкой. Сауна, повар, приходящий три раза в неделю, и даже личный водитель для выезда в город. А ещё здесь чистый воздух и пахнет соснами.
– Обалдеть, конечно. Я бы тоже ради таких привилегий не отказалась взять под крыло инвалида. Когда ещё появится возможность пожить по – человечески.
– Он не инвалид – одергиваю её. – Психологическая травма, в отличие от физической, имеет больше шансов на выздоровление.
– Да ладно тебе. Ты когда такой сентиментальной стала? Сама же его колясочником называла. Или хочешь сказать, это другое?
– Нет, но… инвалид звучит как – то жестоко.
– Это правда жизни, подруга. И люди с подобными проблемами вряд ли со мной не согласятся.
Я не стала спорить, потому что в её словах, как всегда, отражалась истина, но себе пообещала больше никогда не отзываться о людях с ограниченными возможностями в подобном тоне. До сих пор чувствую себя немного гадко, что позволила в глаза назвать Егора колясочником. Все – таки стоило сдержаться и найти другой метод поставить этого фриканутого на место.
– Кстати, а ты уже придумала, как потратишь оставшиеся с выкупа денежки? Я бы на твоем месте поехала куда – нибудь отдыхать. Желательно, где море, песок, полуголые мужики и секс без обязательств.
– Это ты мне сейчас прошлогодний отпуск свой рассказала?
– И прошлогодний, и скорый будущий. Это ты у нас решила старой девой помереть, а у меня ещё планы хакнуть эту жизнь по полной. Я молодая и одинокая. Имею право, в конце концов.
– Поосторожнее с желаниями, Санек. – Не сдерживаю смешка. – А то Каринка Бегунова как то тоже хотела жизнь хакнуть, пока в восемнадцать не родила двойняшек. И тогда жизнь хакнула её.
– Не, ну не до такой, конечно, степени. Я даже под дулом пистолета не соглашусь, чтобы из меня вылезал человек. Лучше одной, чем с орущим и требующим без конца спиногрызом.
– Ты сейчас так говоришь. А когда встретишь того самого, сразу всё изменится.
– Не в этой жизни, Лиска. Не в этой жизни.
Поняв, что беседа сворачивает не на ту дорожку, я наскоро меняю тему. Целый час мы болтаем о всякой чепухе. Обсуждаем Сашкин недавний поход на свидание в слепую и как её потенциальный кавалер ел козявки, думая, что она не видит. В шутку придумываем план избавления от вредного Егора и проходимся по его внешности. Что – что, а выглядит он довольно привлекательно, даже несмотря на волчий взгляд и ненавистную мне бороду. Уверена, до аварии у него был целый арсенал поклонниц. Разговор заканчиваем на положительной ноте, когда к Саше приезжает курьер с цветами. Я же какое – то время лежу, раскинув руки в стороны, наслаждаясь тишиной и одиночеством, и только потом решаю выйти из комнаты, хотя не собиралась этого делать как минимум до полуночи. Несмотря на всё ещё присутствующую злость, у меня как никак есть обязанности, которые я должна выполнять. Поэтому приходится засунуть поглубже свою гордость и отправиться на разведку. К тому же как – то глупо соревноваться с человеком, жизнь которого в сто раз хуже твоей, даже с учетом богатого кошелька. Ведь когда речь касается здоровья, деньги не всегда играют важную роль, но они могут быть посредниками к выздоровлению. Обойдя весь первый этаж, Егора нахожу на выходе из столовой. То есть на выезде. Никак не могу привыкнуть к новым формулировкам. Он не замечет меня, и я позволяю себе последовать за ним втихую до самой гостиной, где Егор тормозит напротив окна. Я же, пристроившись в дверном проеме, смотрю на мужской затылок и думаю, как мы будет коммуницировать, если с первого взгляда не срослось.
– Преследуешь меня? – Сухо бросает Егор, заставив меня вытянуться струной, а сердце упасть в желудок. – Я уж было надеялся, что ты обратно в своё захолустье ускакала. Или где такие быдлячки, как ты, проживают?
Вдох, выдох. Вдох, выдох. Только спокойствие. Я сильная, взрослая и эмоционально стабильная. И никогда не поведусь на подобные манипуляции. Он просто хочет меня прогнать и выбрал самый легкий для этого способ. Главное – держать себя в руках.
– Это было бы слишком просто – усмехаюсь, делая шаг, но тут же замираю, когда Егор разворачивается в кресле, глядя на меня, сведя на переносице брови.
Главное – держать себя в руках – повторяю про себя, словно мантру.
– Почему? – Спрашивает он.
– Что почему?
– Почему ты здесь?
– Это моя работа. – отвечаю без раздумий, не вдаваясь в подробности. Да и не думаю, что они ему интересны.
– Прислуживать моему отцу? – Усмехается. – Я знаю, что у тебя нет ни медицинского образования, ни опыта. И знаю, что ты работаешь в «Мелстрое». Так почему ты здесь, Алиса Брагина?
Мои глаза широко распахиваются, а рот изображает букву «о».
– Как ты… вы узнали? – Пищу, заламывая пальцы. Прошло чуть больше часа. Когда он успел нарыть на меня информацию? Вряд ли ему Павел Викторович помог, который по неизведанной мне причине даже приехать не удосужился.
– А разве это тайна?
– Нет, просто…
– В этой жизни ничего не просто, Алиса. Как и твое нахождение здесь. Вопрос только в том, для чего ты готова пожертвовать несколькими месяцами своей жизни ублажая колясочника.
Ясно. Обиделся, значит, за колясочника. Да мне стыдно, что уж там. Но извиняться я не собираюсь. С его стороны обидных слов было сказано не меньше.
– Моя жизнь не должна вас касаться, как и моё желание нахождения здесь. Вы либо принимаете этот факт, либо не принимаете. В любом случае я не уйду.
– Это мы ещё посмотрим – щурится он, гневно играя желваками.
– Даже не старайтесь. – отвечаю ему тем же, скрещивая на груди руки. Так мы боремся взглядами несколько минут, но в итоге Егор первый сдается и, покачав головой, нажимает на кнопку, запуская кресло в движение. Он уезжает, а я опускаю лицо в ладони, молясь, чтобы эти чертовы месяцы закончились как можно скорее. Сегодня только первый день, но мои нервные клетки уже наготове устроить истерику.
Глава 6. И чем ты можешь мне помочь?
Второй день нахождения в этой золотой клетке начался спокойно. Я приготовила завтрак на двоих, как и было указано в договоре. Съела его одна, как и предполагалось, и пошла выполнять свои прямые обязанности, то есть налаживать общение с нелюдимым мужчиной. Егора обнаружила во дворе рядом с цветущим садом. Он читал какую – то книгу: сосредоточенный и серьезный, и не замечал моего приближения. Или делал вид, что не замечает. Вчера, после последнего разговора, мы больше не пересекались. Я закрылась в комнате и даже ужинать не стала. А Егор, судя по звуку скрипа двери, появился у себя ближе к полуночи. Где все это время он пропадал, мне неизвестно, да и не интересно. Павел Викторович предупреждал, что пока Егор не привыкнет к моему присутствию в его жизни, так примерно и будет. Поэтому особо не парюсь.
– Доброе утро! – Нарочито бодро воскликнула я, натянув на лицо счастливо фальшивую улыбку. Мой «пациент» даже бровью не повел, продолжая смотреть в книгу. Поэтому пришлось действовать на опережение. Как только я оказалась в доступной близости от мужчины, одним резким движением выдернула из его рук предмет чтения и отпрыгнула в сторону.
– Отдай, – холодно бросил Егор, даже не почтив мою персону своим вниманием. И пусть его взгляд был устремлен вниз, от меня не укрылось, насколько хмурыми оказались его брови и с каким усилием он поджимал губы. Это выглядело довольно комично.
– Вы похожи на сморщенную задницу обезьяны – не выдержав, хрюкнула от смеха. Теперь два сверлящих глаза были направлены четко на меня и извергали адское пламя. – А другие эмоции в вашем арсенале имеются?
– А чувство такта в твоем арсенале имеется? – Буркает он и вытягивает в воздухе ладонь. – Отдай что взяла, и уходи. Я хочу побыть один.
– Ну конечно. – Фыркнула я, принявшись листать книгу. – Судя по всему, это ваша устоявшаяся жизненная позиция. Любите детективы? – Я подняла на него заинтересованный взгляд. Сама я просто обожаю этот жанр.
– Мои предпочтения тебя не касаются. Давай сюда и иди. Я не нуждаюсь в твоей компании. А лучше вообще уезжай.
– Эта песня хороша, начинай сначала. – Обойдя Егора, я присела на старенькие качели, положила книгу на колени, и оттолкнувшись от земли, слегка качнулась. – Знаете, отчасти я вас понимаю. Видеть в своем доме нежеланного гостя – такое себе удовольствие. Но и вы поймите, моё нахождение здесь – не просто прихоть вашего отца. Это очередной способ помочь.
– И чем ты можешь мне помочь? – Язвительно хмыкнул он, продолжая сидеть ко мне спиной. – Своей идиотской болтовней или, может, отвратительной готовкой? А может, я выздоровею от вида твоей пестрой одежды, от которой ослепнуть хочется? В чем твое преимущество, Алиса Брагина?
– А чем вам моя еда не нравится? – Принялась возмущаться я, решив, что другие два пункта ещё как – то можно оправдать. – Вы ведь даже и кусочка не попробовали. А оладушки, между прочим, были божественные.
– Если обгорелые оладья в твоем понимании божественные, то о чем с тобой в принципе можно разговаривать.
Ой, подумаешь, какая цаца. Ну да, на звезду Мишлен мои кулинарные навыки не тянут, но я и не стремлюсь к этому статусу. Вкусно, да и ладно.
– Внешний вид бывает обманчив – сказала я в свое оправдание и ещё сильнее принялась раскачиваться. Теперь ветер трепал мои волосы, а ноги все выше поднимались от земли, захватывая дух. Последний раз я качалась в пятнадцать лет и это самые незабываемые чувства. Детство, адреналин, безграничное счастье. Даже присутствие этого сухаря не портит мне настроение.
– Может хватит уже – раздраженно прошипел Егор. Я сначала даже не поняла в чем дело – Этот скрип меня бесит.
Какой нежный!
– Меня вот вы бесите, но ничего, терплю же. – И ещё сильнее принялась раскачивать качели, играя на нервах их хозяина.
Я знаю, что веду себя глупо, по – детски, абсолютно непрофессионально, но поделать ничего не могу. Мне сложно вступать с ним в контакт, не понимая, что от меня требуется. А ещё я чувствую себя подопытным кроликом, хотя это звание подходит больше Егору, но все же… Меня просто кинули, как какой – то чипированный объект и словно ждут, что будет дальше. Выживу ли я в таких условиях или понадобиться новый объект для опытов. Павел Викторович изначально дал понять, что моё присутствие в доме должно влиять на психику его сына, а вот каким образом, толком не пояснил. Да, есть пункты в договоре, которые нужно выполнять беспрекословно, вот только это никак не связано со здоровьем Егора. Обычные бытовые мелочи, не более. Ставя свою подпись, я ни о чем не задумывалась. Мне казалось все предельно ясно, как дважды два. Но сегодня только первое утро моего проживания, а паника уже накрыла с головой. Что если я только хуже сделаю? Или не справлюсь? Как потом смотреть в глаза Павлу Викторовичу, который загорелся чуть ли не последней надеждой. Будет стыдно, однозначно. А я терпеть не могу это чувство.
Забурившись в свои мысли, я даже не заметила, как Егор двинулся в сторону дома. Пришлось спрыгнуть на землю и, оправив кислотно зеленое платье, догнать его у лестницы.
– Давайте помогу – я взбежала на крыльцо и распахнула дверь, глядя как Егор въезжает по пандусу. На меня он по – прежнему не смотрел, держа взгляд прямо. – Вы сейчас куда? – Спросила, когда мы оказались в холле. Я упорно следовала за ним, а он упорно меня игнорировал. – Может быть, вам помощь нужна? Я готова, только скажите.
Инвалидное кресло резко затормозило, и я едва не врезалась в спинку. Отскочила назад, наблюдая, как Егор разворачивается и смотрит на меня предельно серьезно, но будто как – то иначе.
– Вообще – то кое – что есть – Он задумчиво постучал пальцем по подбородку, заставив меня на несколько секунд впасть в ступор и раскрыть от удивления рот. Мне не послышалось, и ему нужна помощь? Вот так просто? Без ворчаний, гневных речей и высокомерного взгляда? Я в шоке.
– Что от меня требуется?
Глава 7. А вы случайно не подслушали мой разговор?
Спустя несколько дней беспросветных метаний по дому стало откровенно скучно. Егор шел на контакт не охотно, большую часть времени пропадая неизвестно где, а я уже не знала, чем себя занять. Бассейн еще не залили, цветы в саду только – только начали распускаться. Телевизора, как выяснилось здесь отродясь не было. Так и одичать не долго. Даже пообщаться не с кем, словно мы в доме одни. Хотя я знаю, что здесь полно охраны. Одно радует, сегодня должна прийти Зиночка, как любезно о ней отозвался Павел Викторович в сообщении, и не оставить нас умирать с голоду. Я,конечно, стараюсь, готовлю по своим возможностям, но, к сожалению, мои возможности слишком ограничены. Егор так вообще на кухне практически не появляется. А если заезжает, то чтобы сделать пару бутербродов и снова куда – то исчезнуть.
– Мне кажется, я зря согласилась – вздыхаю в трубку, неспешно бродя по саду. Это единственное место, где я провожу большую часть времени.
– Всё, доконал тебя твой Емеля? – Спрашивает Сашка с откровенной издевкой.
– Да не в этом дело. – Я присела на лавочку и закинула ногу на ногу. В воздухе щебетали птицы. – Понимаешь, прошло уже столько дней, а продвижений ноль. Я понятия не имею, как к нему подступиться. Уже итак и эдак. Разговорить пыталась – сразу куда то уезжает. Помощь предлагала. Вроде согласился, но подробности этого момента так и не раскрыл. Уже два дня молчит. Блин, да здесь даже погулять особо негде. Скука смертная. Слышала, недалеко за лесом озеро есть, но по договору территорию в одиночку покидать нельзя, а этот урюк в своём склепе с утра до ночи сидит. Скоро мхом покроется. Нет, Сашка, надо отсюда сваливать. Как нибудь другим способом деньги заработаю..
– Так! Отставить панику! – Рявкнула подруга тоном, не терпящим возражения. – ты че, Брагина, как тряпка половая стала. Где твоя выдержка, сила, где железный характер? Даже недели не прошло, а ты уже сдаться решила. Самой то не стремно?
– Не стремно – в тон ей ответила я. – Была бы ты на моем месте поняла, какая это невыполнимая задача.
– Не выполнимых задач не бывает. Бывают слабые и ленивые люди, не готовые много трудиться. А то, что легко не будет, было ясно с самого начала. Все, прекращай сопли на кулак наматывать и включайся на максимум. Докажи в первую очередь самой себе, чего ты стоишь. Не хочет он общаться с тобой – заставь!
– Как я его заставлю? – Хмурюсь и резко дергаю головой услышав какое то шуршание. Слегка привстав, смотрю по сторонам, но не увидев ничего, сажусь обратно.
– Ты че там замолчала?
– Ничего, – я вновь обернулась, – показалось, что что – то шуршит. Ветер, наверное.
– Ага, или мышь. – хихикнула Сашка – Полевая.
– Главное, чтобы не змея – меня аж передернуло от подобной перспективы. – Терпеть их не могу.
– Ой, Лиска, мыши и змеи, это не самое страшное в жизни. Самое страшное – это люди. От них все беды. Вот даже взять твоего Емелю.
– Егора.
– Не важно. Вроде все время сидит, а сколько от него проблем. Только и делает, что нервы мотает. А все почему? Потому что живет в мире, думая, будто все ему должны и обязаны.
– Не неси ерунду – морщусь я. – Да, у него сложный характер, но это и понятно. Всю жизнь жил себе человек, бед не зная, а потом раз – и прикован к коляске.
– Странная ты всё таки – ухмыляется Сашка – сначала жалуешься на него, потом защищаешь. Тебя не поймешь.
– Твою мать! – услышала я грозный рык и тут же обернулась. Звук доносился из заднего двора дома. И, судя по последующему мату, кому – то явно нужна помощь.
– Слушай, давай позже созвонимся. У меня тут дела образовались.
– Скоро у меня… – Но я уже отключаюсь, не дослушав, и сразу же иду посмотреть, что происходит. Не считая охраны, которая все время сидит в своём погребе, кроме меня и Егора здесь никого нет. Поэтому не сложно догадаться, кому принадлежат эти ругательства, которые становятся все громче и яростнее. Обойдя дом, моему взору предстает следующая картина: Егор, находившийся рядом с беседкой, буксует колесами, застрявшими в кучке гравия. Он пытается двигать коляску сначала назад, затем вперед, но колеса лишь сильнее проваливаются в камни. Приходится ускориться, пока Егор окончательно не зарылся.
– Прекратите – требую, как только оказываюсь рядом. Мужчина поднимает на меня хмурый взгляд, но движение останавливает. – Так вы делаете только хуже.
– Да что ты – ворчит он. – А ты знаешь способ получше?
– Лопата есть?
– Ммм. Ну да, в гараже.
– Ключи дадите?
Посмотрев на меня недоверчиво, он все же достает ключи, которые чудным образом оказываются в кармане его ветровки, и кидает их мне. Как только я забираю из гаража лопату и прихожу обратно, Егор уже знатно поджарился. Щеки красные, на лбу выступил пот, на лице вселенская усталость. Оно и понятно, кто ж в такую погоду в штанах и кофте ходит. Хоть бы кепку надел.
– А вот и мы – Я широко улыбаюсь, демонстрируя свою мини – находку, и тут же пытаюсь оценить масштаб проблемы. На первый взгляд ничего сложного. Пару раз капнуть лопатой и дело сделано.
– Попробуй начать сзади. – Подсказывает Егор. Кивнув, я присаживаюсь на колени, принимаясь копать. С первым колесом справляюсь довольно быстро. А вот второе, кажется, на что то наехало, отчего движение находится в стопе.
– Там походу какой то булыжник – Пыхчу я и, отбросив лопату, пытаюсь разрыть камни руками.
– Может, лучше охрану вызвать? – Булькает Егор. Подняв голову, я вижу на его лице что – то похожее на смущение. Или мне просто так кажется.
– Зачем охрана? – Я сдуваю со лба мокрую прядь. – Я и сама смогу, что людей зазря беспокоить. Сейчас еще спереди немного вырою, а потом попробую вас подтолкнуть. Идёт?
– Хорошо. – сухо бросает он и отворачивается.
Странный какой то.
Раскопав колеса со всех сторон, я встаю позади Егора.
– Давайте – сказала и подождав, когда мужчина нажмет на кнопку, приводя механизм в движение, принялась выталкивать коляску из ямы. По спине струсила пот и силы практически закончились, но я продолжала толкать. А когда заметила, что стало получаться, воодушевилась – Ещё чуть – чуть. Раз, два, раз, два… И рааааз – с седьмой попытки коляска наконец то выехала, а мои руки, кажется, превратились в два огромных бетонных блока.
– Все нормально? – Спросил Егор, развернувшись. Он, как обычно, оставался серьезным сухарем, поджимающим губы. А с этой его бородой, прибавляющей возраста, выглядит как закоренелый мужик, живущий в деревне и ругающийся, словно сапожник. Хотя я знаю, что Егору всего тридцать лет.
– Все отлично – скривилась я, стирая со лба капли. Солнце сегодня беспощадное, голова идёт кругом. Сделав из ладони козырек, я с прищуром посмотрела вдаль, где за железным забором была видна лишь полоска неба и вдалеке просачивались деревья. – Сейчас бы искупаться – произнесла со вздохом – Жаль у вас бассейн ещё не залили, так бы я…
– А поехали на озеро – вдруг предложил он, чем удивил ещё сильнее, чем два дня назад, соглашаясь на мою помощь.
– На озеро? – Зачем то переспросила я и тут же перевела на него подозрительный взор. Это что – то новенькое. – С чего такие привилегия, Егор Павлович?
– Да я – замялся он
– А вы случайно не подслушали мой разговор? – Теперь я смотрела на него, как на подозреваемого преступника. Одну ногу выставила вперед, а руки уперла в бока. Егор и вовсе растерялся, но сразу же нахмурился.
– Ещё чего! – Фыркнул он – Делать нечего твой треп слушать. Я всего лишь хотел отблагодарить за помощь. Сегодня и правда жарко. Но если ты не хочешь, то…
– Хочу! – Воскликнула я так громко, будто от этого зависела моя жизнь. Егор кивнул и, развернув коляску, поехал в сторону ворот, выкрикивая на ходу:
– Чего застыла, Алиса Брагина. Пошевеливайся, пока я не передумал.
