Текст книги "Сиделка (СИ)"
Автор книги: Анна Морозова
сообщить о нарушении
Текущая страница: 4 (всего у книги 12 страниц)
Глава 11. Вероятно у вас сильный ангел хранитель, раз дает вам всё новые шансы
Парк, куда мы направлялись, был не самым востребованным, пусть и располагался в центре города. Самое то, чтобы погулять и не нарваться на толпу людей.
– Егор Павлович, – как бы невзначай начала я, когда мы практически приехали, – а когда в последний раз вы гуляли в черте города?
– Не помню – пробубнил он, не отрываясь от своего телефона. Понятно. Значит года три назад, не меньше. Интересно, какого это лишиться разом привычной жизни? Нет, конечно, я бы не хотела проверить на себе, но понять, что человек при этом ощущает, была бы не против. По крайней мере, смогла бы понять Егора. Он весь такой неприступный, закрытый, холодный, отчужденный. И я уже не знаю, на какой козе к нему подъехать. Время идёт, ничего не меняется, и меня это начинает напрягать. Но самое странное, что ещё совсем недавно я хотела опустить руки, а сейчас же искренне хочу сделать всё, что в моих силах. Просто по человечески, даже не беря в счет оплату за свои старания. Я ведь гарантий никаких не давала с самого начала и, по идее, до конца его окончания могла не стараться, зная, что все равно их получу. Но стоит мне больше проводить времени в доме Егора, видеть атмосферу, в которой он живет, сразу хочется это исправить. Богатые – не значит счастливые. Счастливые не значит любимые.
– А вы не против, если мы заедем в одно место? Буквально на полчасика.
– Наглеешь на глазах. – хмыкнул он, и я расценила это как положительный ответ.
– Я знала, что вы настоящий мужчина. Алексей, сейчас направо.
Как только машина затормозила, Егор перевел взгляд на окно, а затем на меня.
– Куда мы приехали?
– Эм, – я закусила губу и слегка улыбнулась. – В парк.
– В какой парк? Ты опять за своё?
Сейчас его голос принял стальные нотки, отчего захотелось вжать голову в плечи. Но вместо этого я продолжала держать лицо, потому что фиг он меня напугает. Вот так то. И вообще пора бы уже кому то научиться нормально общаться с женщинами. Наглый, напыщенный урюк!
Но снаружи я по прежнему непоколебима.
– Алиса, что ты придумала на этот раз? – Повторил свой вопрос с нажимом. Я сглотнула, и покосилась в сторону Алексея, что сейчас делал вид, будто он вообще не при делах. А я бы не отказалась от поддержки, потому что даже с моим характером вынести характер Егора порой удается с трудом. Он же, как железный дровосек, вообще непробиваемый.
– Ничего особенного – я заправила прядку волос за ухо, невинно похлопав глазками. – Так, легкая прогулочка, не более. Вы же не против составить компанию?
– Против – отрубил он все мои надежды, положительное мнение на его счет и хорошее настроение. Зачем, блин, так брови хмурить? В паре со своей бородой он напоминает мне злого викинга.
– Да перестаньте вы так, – психанула я. – Достали честное слово! Мы что, ваши обезьянки дрессированные? Обязательно перед вами танцы с бубнами устраивать, чтобы дождаться от вас согласия? Это, блин, всего лишь Парк! Долбанный парк, где ни меня, ни вас никто не знает. Сложно просто сказать: «Ладно Алиса, давай погуляем. Я не против». От вас убудет или это принцип? Разве я многого прошу?
Мой голос охрип, дыхание сбилось. Я открыла окно и глубоко вдохнула. Сердце в груди прыгало, словно мячик для пинг понга. Да, наверное, я немного перегнула палку. Но ведь невозможно спокойно реагировать на откровенное свинство. Я держалась. Правда держалась, до самого последнего и не хотела срываться на него. Но мои нервы, увы, не железные канаты, и им тоже свойственно срываться. А может, дело во мне и это не он такой, а я просто не умею правильно налаживать контакт?
– Алиса – с теплотой произнёс моё имя, а рука легка на плечо. Я дернулась, не желая терпеть его прикосновения. – Ладно, пошли уже в твой парк. Я не против небольшой прогулки.
– Правда? – я резко повернулась, глядя в спокойное лицо мужчины.
– Правда – кивнул он. Ты права. Ничего не случиться, если мы немного здесь побудем.
– Класс! Спасибо вам, Егор Павлович!
Дернув ручку, я наскоро выбралась на улицу, пока кое кто не передумал. Дул прохладный ветер. Я убрала с лица волосы и посмотрела на посеревшее небо. Наверное, скоро пойдет дождь.
Как только Алексей помог вытащить из багажника коляску, я подвезла её со стороны Егора. Распахнула дверь и подождала, когда мужчина не без помощи водителя сядет в свое место. Алексей остался в машине, а мы побрели к кованным высоким воротам, откуда доносилась ритмичная музыка. Как я и думала, народу было немного. В основном дети с родителями или редкие пожилые прохожие.
– Хотите чего – нибудь поесть? – Поинтересовалась у Егора, глядя на мелькавшие перед глазами палатками с уличной едой. – Хот – дог, например?
– Я не голодный.
– Тогда, может, мороженое? – Не унималась, указывая на огромный ларь разнообразных вкусов.
– Не хочу.
– Какой же вы скучный, Егор Павлович. О!
Я перебежала на противоположную сторону, где продавалась кукуруза. Спрашивать, хочет ли Егор отведать это божественное блюдо, даже не стала. Все равно ответ очевиден.
– Мне две кукурузы – обратилась к женщине средних лет в синем халате и повязкой на голове.
– Солить?
– Ага.
– С вас двести пятьдесят рублей.
Расплатившись, я развернулась и продемонстрировала Егору свою покупку. Затем подошла и протянула одну ему.
– Угощайтесь. Надеюсь, вы любите с солью.
– Я же сказал, что не голоден. – Бросил небрежно. Ну, начинается.
– У вас стиль такой на всё отвечать отказом?
– Просто не хочу.
– И что мне теперь её выкидывать, что ли? – Я вздохнула с грустью, все ещё продолжая протягивать Егору початок – Ну пожалуйста. Чего вам стоит?
Немного помедлив, он забрал из моих рук кукурузу и, повертев в руке, принюхался.
– Да не боитесь, не отравитесь – хихикнула я, смачно откусывая сладко соленые зерна. – Вы что, ни разу уличную еду что ли не пробовали?
– Нет – Ответил он.
Я аж поперхнулась, выплюнув изо рта пару зерен.
– Чего? Вы серьезно?
– А что такого то? – Его лицо исказилось в недоумении. – Обычное дело.
– Ну да – я ухмыльнулась, вытирая ладонью рот – Вы же лобстерами да омарами питаетесь. Куда уж нам, простым смертным, до элиты.
– Причем тут это?
– При том, что вы, Егор Павлович, многое упустили в жизни.
– Из – за того, что не ел хот доги из непонятно чего и кукурузу, которую, возможно, трогали голыми руками?
– Вы вообще в курсе, что в ваших забубенных ресторанах повара тоже трогают еду голыми руками. А перчатки – это как раз таки залог распространения микробов. Это так, для общего ознакомления.
Я вновь впилась зубами в кукурузу, откусив добротный кусок. Затем посмотрела вдаль сквозь цветущую аллею, и мои глаза загорелись от внезапно вспыхнувшей идеи. Переведя взгляд на Егора, который продолжал смотреть на своё семейство злаковых, как на инородный предмет, не смогла сдержать улыбки. Какой же он всё таки странный.
– Вы так и будете смотреть или, может, попробуете? – Поинтересовалась не сдержав ехидства. Мимо пронесся парень на самокате, чем сильно напугал Егора. Он вздрогнул, стоило тому оказаться рядом, и случайно уронил початок на землю.
– Куда прешь, блин – разозлилась я, наклоняясь, чтобы поднять кукурузу и выкинуть в мусорный бак – Фары протри, мудила. С вами всё в порядке, Егор Павлович?
Он не ответил, продолжая смотреть вслед удаляющемуся самокатчику, выглядя при этом до дрожи потерянным. Я видела в его глазах что – то такое, отчего сердце сжалось в маленький комочек и в горле засвербело. Стало вдруг не по себе.
– С вами всё нормально? – Повторила вопрос спустя несколько минут.
– Да – шепнул он на выдохе и, нажав кнопку, запустил кресло в движение. – Пойдем.
– Конечно, а куда?
– Куда хочешь, туда и пойдем.
– Ладно – я пожала плечами и указала рукой в сторону тропинки, ведущей к аллее – Нам туда.
Атмосфера какого никакого беззаботства исчезала, а на смену ей пришла звенящая тишина, пусть по всюду и были слышны звуки. Мы молчали. Весь путь до аллеи и после тоже не произнесли ни слова. Я только маршрут указывала, а Егор, на удивление, даже не высказал недовольство, послушно следуя за мной. Так мы и добрались до места назначения.
– Прокатимся? – Спросила у Егора, глядя на колесо обозрения. Оно не отличалось огромной высотой, зато было снабжено кабинкой для людей с ограниченными возможностями, что для нас имело огромный плюс.
– Это не очень удобно – покачал головой и, сделав из ладони козырек, приложил ко лбу. – Такие как я, не катаются на аттракционах.
– Что за чушь! – Фыркнула, не веря своим ушам. – Почему вы так к себе категоричны и зачем ограничиваете себя во всём? Мы же не на американских горках будем кататься. Это всего лишь колесо обозрения, к тому же оборудовано специально под вас. Ну, давайте же, Егор Павлович, соглашайтесь, раз не захотели пробовать пищу богов.
– Как я понимаю, выбора у меня нет? – Он вскинул брови, приподняв уголок губы.
– Правильно понимаете Егор Павлович.
– Ладно, так уж и быть. Пошли.
Честно? Я ожидала, что придется приложить больше усилий, но на радость этого не потребовалось.
Оплатив два билета, мы подошли к девушке, отвечающей за аттракцион. Она сопроводила нас до нужной кабинки, а как только мы оказались внутри, помогла Егору закрепить коляску. Я села напротив на специальное сидение, и колесо со скрипом поползло вверх.
– Надеюсь, вы не боитесь высоты? – Спросила чтобы хоть как то растормошить давящее молчанием. Посмотрела на Егора и ужаснулась. Он выглядел напряженным. Его руки, лежащие на подлокотниках сжимались в кулаки, а взгляд казался стеклянным. – Вы что, боитесь?
– Нет – кротко ответил, даже не шевельнувшись. Вот я дура. Блин, ну откуда ж мне было знать?
– Простите, Егор Павлович. – Я поддалась вперед и положила ладони на его одеревеневшие руки. Теперь Егор смотрел на меня, не скрывая страха. – Надо было сказать. Я ж не знала.
– Все нормально – шепнул, попытавшись выдавить из себя улыбку. Но стороны это выглядело так, будто у него перекосило рот.
– Мы сами навязываем себе страхи. Я вот раньше боялась темноты. Мне казалось, что оттуда непременно кто – то выползет. Но потом я поняла, что это всего лишь моё воображение. В боязни высоты нет ничего зазорного, но порой мы боимся напрасно. Например сейчас. Мы полностью закрыты и вы точно не упадете. Просто посмотрите, какая открывается красота за окном. Виден город, природа, речка. А люди? Они такие крошечные, словно муравьи. Только взгляните.
– Заговариваешь мне зубы? – Хмыкнул он.
– Пытаюсь – улыбнулась я. Мои ладони все ещё лежали поверх его рук, и я не чувствовала неловкости. Наоборот, это казалось таким привычным, словно мы делаем так изо дня в день. Да и Егору так спокойнее. Я чувствовала, как с каждой минутой он расслабляется.
– В двенадцать я залез на железную вышку, высотой с девятиэтажный дом. – Сиплым голосом начал он. Я затаила дыхание. – А потом случайно потерял равновесие и упал. Врачи думали, не выживу. Меня буквально по кусочкам собирали, но жизнь дала второй шанс. После того случая я с трудом переношу высоту.
– Какой ужас! – Мои глаза широко распахнулись. Даже представить такое страшно, не то что испытать на себе. – Вероятно у вас сильный ангел хранитель, раз дает вам всё новые шансы.
Я не произнесла вслух, что именно имелось ввиду, но мы оба поняли смысл. Мы посмотрели друг другу в глаза и улыбнулись. Кабинка тем временем поднялась на самый высокий уровень. Егор покосился в сторону окна, но так и не смог как следует посмотреть на город. А я больше не настаивала. Так и доехали в единодушном молчании. Но впервые за все время нашего знакомства оно не напрягало.
Глава 12. Какая ты всё – таки интересная, Алиса Брагина
– Соус барбекю или терияки? – Спрашиваю прижимая телефон ухом.
– Однозначно барбекю – отвечает подруга на фоне шума машин. Она спешит на свидание с каким – то Артуром, пока я в этот момент в романтике с куском говядины и кучей овощей пытаюсь замутить вкусный ужин. Я немного жалею, что решилась на такие сложности, но в то же время хочу порадовать Егора своими способностями. Сегодня у нас обоих был непростой и насыщенный день.
– Как думаешь, а если я овощи на гриле пожарю, это будет считаться гарниром?
– Мать, ты чего это так заморачиваешься? Неужто пытаешься перед своим хромоножкой услужить?
Она смеётся, а у меня внутри неприятно горит от её слов.
– Не называй его так – хмурюсь я, отрывая от помидор зелёные верхушки и складывая овощи в глубокую миску.
– Да ладно – ладно, не газуй. Лучше расскажи, как продвигаются ваши дела со взаимопониманием? Ещё пока не хочешь сбежать?
– Все нормально – сухо поясняю, не желая вдаваться в подробности. Мне отчего – то хочется оставить воспоминания о нашей прогулке в секрете и о разговоре во время катания на колесе обозрения. Словно это только между нами и никому до этого дела быть не должно.
– Понятненько. Значит, всё по старому. Ну ты не дрейфь, подруга. Время быстро пролетит и скоро всё закончиться.
– Угу.
– А я вот недавно Сашку Ефремова видела. Про тебя спрашивал.
Ну и зачем она всё это говорит? Ефремов – мой бывший парень, после которого я перестала верить в любовь, волшебство и счастье. Он не просто растоптал меня, он сделал всё, чтобы я собирала себя по кусочкам долгие – долгие годы. Конечно же, сейчас мои чувства к нему не имеют веса, но обида и некая неприязнь так и остались.
– Класс – бросаю небрежно и развернувшись, вздрагиваю, когда вижу Егора. – Вы меня напугали – тяну носом воздух и ставлю миску в раковину.
– Я такой страшный? – Егор вскидывает бровь, а на губах появляется едва заметная улыбка. Так непривычно видеть его без маски злодея. И отчего – то приятно. В груди мгновенно теплеет.
– Вы? Нет! Вы очень даже…то есть…я хотела сказать, вы не страшный, Егор Павлович. Это просто я пугливая.
– Алё! Брагина? – Слышу в ухе возмущенный возглас подруги. Ох, я совсем про неё забыла. – Ты че там, своего бармалея обхаживаешь?
– Давай потом созвонимся – шиплю в трубку, включая кран. – Я занята.
– Смотри не заразись бешенством – ржет она и отключается. Ненормальная.
– Я сорвал важный разговор? – Спрашивает Егор. Я кладу телефон на сухую поверхность и принимаюсь тщательно мыть овощи.
– Вовсе нет. Так, обычная болтовня. А вы тут какими судьбами? Решили проконтролировать мою готовку или помочь?
– Вряд ли я чем то смогу тебе помочь.
– Ну у вас же ноги не двигаются, а не руки. – Говорю беспечно, поглядывая на него искоса. Он хмурится, поджимает губы, но в конечном итоге разворачивает коляску и, объехав столешницу, оказывается рядом.
– Что мне нужно делать?
Ощущаю себя супергероиней, не меньше.
– Вот вам помидоры. – Я ставлю миску на островок для нарезки. Беру ножик и кладу рядом. – Режьте кубиками средней формы.
Егор берет в руки ножик, вертит его в руке, словно впервые видит, и, положив помидор на доску, принимается за работу. Я в этот момент мариную мясо, не забывая следить за мужчиной. Он делает всё криво, порой небрежно, но так старательно, что с моих губ не сходит улыбка. А какое у него сосредоточенное лицо! Сразу хочется всё ему простить. Даже эту помидорную кашу.
– Кажется, получается какое – то месиво – бормочет Егор.
– Супер – показываю палец вверх, препарируя всё подбадривающей улыбочкой. Егор же со вздохом вновь глядит на свой помидорный фарш и продолжает резать. – А вы слышали, что лучшие повара – это мужчины?
– Ну, явно не в моём случае – ухмыляется. Я беру острый соус и поливаю им мясо.
– Почему вы вновь ставите на себе крест? Вы ведь даже не попытались, а уже опускаете руки. В любом деле главное не талант, как многие думают, а желание, стремление и упорство. Только так можно чего – то добиться.
– Для некоторых даже эти качества не спасают ситуацию.
– Например?
– Певцы, актеры. Художники так же бывают бесперспективны.
– Не спорю, такое тоже не редкость. Но в основном эти люди либо просто не пробились на вершину Олимпа и поэтому окрестили себя бесперспективными неудачниками, либо мало приложили усилий для достижения цели. Во всем нужно время. Кому – то требуется год, чтобы стать теми, кем они мечтают. А кому – то и десяти лет мало.
– Я как будто на сеанс психологии попал или на лекцию юного философа – Егор улыбнулся, а я хихикнула.
– Мне льстит, что вы обо мне такого мнения, Егор Павлович.
– Я всего лишь констатирую факты. Это далеко не лесть.
– Ладно, ладно. Как скажете. Ну что вы помидоры нарезали?
– Ну, если можно это назвать нарезкой, то да.
– Отлично. Теперь берите перцы. Вон там – я показываю на столешницу напротив – Они уже мытые, вам их нужно только почистить.
– Но..
– Просто отрезаете верхушку с зеленым хвостиком, вытаскиваете семечки, промываете внутри и нарезаете треугольниками. Ничего сложного.
Пока Егор занимался перцами, я замариновала мясо и поставила его в холодильник. Затем принялась мыть посуду. Мой далеко не юный помощник всё ещё разбирался с овощами.
– Вы режете слишком мелко. Чуть крупнее.
– Как могу – психует он, явно уже задолбавшись играть в повара.
– Вы всегда такой?
– Какой?
– Нетерпеливый. У вас нож в руках от силы минут тридцать, но вы уже готовы всё бросить. С ногами тоже самое?
Я не знаю, зачем подняла эту тему. Поэтому, когда в меня сверкнули два яростных глаза, мгновенно прикусила язык.
– Простите – пропищала едва слышно опустив взгляд в раковину. Правда, молчать долго не получилось, и уже через несколько минут я вновь заговорила, потому что не могла не высказать то, что вертелось на языке и не давало покоя: – А вообще – то в моих словах есть логика. Вы боитесь перемен, Егор Павлович. Закрылись в своей ракушке, лапки свесили и ждете чуда. А его нет, понимаете? И не будет. Нужно делать всё, что в ваших силах и жить настоящим. И плевать, кто что скажет. Плевать на всех.
– Так, всё! – Он бросает на доску ножик и разворачивает коляску. – Мне это надоело!
– Конечно! Проще сбежать, чем посмотреть правде в глаза. Только знаете что? От себя всё равно не убежите.
Последние слова я кричала уже в пустоту. Егор уехал, а злость внутри меня разгорелась адским пламенем. Я сполоснула руки, выключила кран и потопала следом. Не знаю зачем, но так велело мне сердце. Пройдя через коридор, я очутилась в гостиной. Егор в этот момент как раз заворачивал в сторону холла. Пришлось ускориться.
– Ну – ка стойте! – Крикнула догнав его на повороте к входной двери. Коляска резко затормозила. Я почувствовала, как у меня горят щеки и тяжелеет дыхание – Вы… Вы…Знаете что! У вас самый отвратительный характер из всех, что я знаю. Вы непробиваемый, вредный и злой. Находясь рядом с вами, хочется потеплее закутаться в одеяло, потому что в воздухе веет холодом.
– Всё сказала? – Раздалось тихое шипение.
– Нет! – Я сложила на груди руки и одну ногу выставила вперед. – Ещё вы бестактный, невежливый и неуклюжий. И да, ваши помидоры – полный отстой!
Егор развернулся. Я вскинула подбородок, принимая достойно его мрачный взгляд.
– Может, что – то еще скажешь?
– И скажу!
– Я весь во внимании.
– У вас ужасная борода. Вы похожи на какого – то лесника, живущего в тайге лет двадцать в компании ежей. Теперь всё!
Я ожидала, что Егор разозлиться, нагрубит, прогонит меня, в конце концов. А он… он взял и улыбнулся, оголив передние зубы, которые были у него идеально ровные и белые. А потом и вовсе расхохотался. От этого я впала в ступор, вконец растерявшись и глядела на него во все глаза.
– Какая ты всё – таки интересная, Алиса Брагина – отсмеявшись сказал он с ухмылкой. – К ужину буду. – И направился на улицу.
Я проводила его шокирующим взглядом, а в мыслях вертелось только одно: Это самый непредсказуемый человек в моей жизни.
Глава 13. Ты что, её обидел, щенок?
Не знаю зачем, но я уже тридцать минут, как дурочка, перебираю свой гардероб для обычного ужина. И, как назло, ничего не нахожу. То слишком броское а Егор, как я помню, не любит яркую одежду. То слишком старое. То просто не то. В конце концов, останавливаю выбор на простого кроя бежевом платье, а волосы завязываю в высокий хвост. Немного духов, блеска для губ – и вуаля, я выгляжу как надо.
К столу спускаюсь за тридцать минут до ужина, чтобы успеть накрыть на стол. Ставлю тарелки с приборами, два стакана и графин с морсом. Алкоголь в этом доме под запретом. Мясо вынимаю из духовки в последнюю очередь, чтобы оно не успело остыть.
Егор появляется ровно в восемь, когда я только – только успеваю присесть за стол. На нём голубая рубашка с коротким рукавом и синие джинсы. Волосы влажные, видимо, после душа.
– У нас как будто праздник – улыбается он, устраиваясь за столом напротив. Улыбаюсь в ответ, разливая по стаканам напиток. После последней нашей стычки я уже даже не знаю, как правильно себя вести, чтобы в последствии не допустить очередной скандал.
– Положить вам мясо?
– Не откажусь – он протягивает мне тарелку. Накладываю порцию говядины на двоих и рядом овощи на гриле.
– Приятного аппетита, Егор Павлович.
– И тебе.
Ужинаем молча. Я не знаю, что и говорить, ощущая вселенскую неловкость от того, что его глаза всё время блуждают по моему лицу. А Егор, видимо просто не привык много болтать. Но в какой то момент это становиться мукой, и я не выдерживаю:
– Вкусно? – Интересуюсь нанизывая на вилку ломтик перца.
– Вкусно – кивает он, отправляя в рот мясо. Мои губы растягиваются в удовлетворённой улыбке.
– А можно вопрос?
– Когда ты так говоришь, ничем хорошим это не заканчивается.
Он намекает, что я ходячая катастрофа? Вот же урюк трухлявый!
– А вы что опять боитесь? – Язвлю я. Егор кладет приборы на тарелку и пьет морс. Его кадык дергается, капля стекает по подбородку, а взгляд: цепкий и прямой, направлен прямо на меня. Я аж сглотнула, насколько это показалось мне интимным, и даже немного смутилась.
– Разве мне есть чего бояться? – Егор вытирает рот тыльной стороной ладони и поставив пустой стакан на стол, облизывает губы.
Я зависла.
– Эм, нет. Но…
– С тобой всё в порядке?
– Конечно – киваю, убирая со лба выбившиеся пряди. – Просто немного устала. День был насыщенный, не так ли?
– Согласен. Давно я настолько разнообразно не проводил свободное время… В основном одна и та же ерунда.
Мне так и хочется спросить, что же у него всё время за одна и та же ерунда, из – за которой он пропадает неизвестно где. Но тактично помалкиваю, напоминая себе, что это не моё дело. В первую очередь я должна наладить контакт, помочь преодолеть трудности, вернуть желание к прежней жизни. И не стоит об этом забывать и забываться. Ни к чему хорошему это не приведет.
– Вот видите, как хорошо всё сложилось. А вы ехать не хотели. Значит, не зря.
– Наверное, ты права.
– Конечно. Иначе просто быть не могло.
Он усмехается, качает головой и принимается за еду. Я с удовольствием наблюдаю, с каким умением он орудует приборами, словно какой нибудь аристократ. Всё таки Егор хороший человек. Сложный, несомненно, но…
Дверь резко распахивается и слышаться тяжелые шаги в перемешку с цоканьем каблуков.
Дергаю головой и от неожиданности распахиваю рот, потому что к нам вальяжной походочкой направляется сам Павел Викторович в своём излюбленном синем костюме. Да не один, а под ручку с какой то блондинкой с бесконечными ногами, обтянутыми белыми брюками. Верх у неё тоже белый, состоящий из пиджака и кроп топа. Волосы гладкой волной рассыпаются по плечам. Породистая, – окрестила я её мысленно.
– А мы вовремя! – Восторженно воскликнул Павел Викторович, подталкивая свою довольную спутницу к столу. Я вернула взгляд на Егора. Он был мрачнее тучи и с силой сжимал столовые приборы, но при этом молчал. Кажется это явно не жест радости.
– Добрый вечер – первой начала я, когда гости без разрешения уселись за стол. Блондинка села со стороны Егора, а Павел Викторович расположился рядом со мной.
– Алисонька – обратился ко мне начальник. – Познакомься, это Кристиночка, подруга Егора. А это Алиса, сиделка Егора.
– У вас новые обязанности – ужинать со своим подопечным? – Обратилась она ко мне, оценивающе оглядев. Мне стало не по себе. Даже мурашки на коже выступили после её стервозного взгляда.
– А вы знаете мои старые обязанности? – Не осталась я в долгу и тоже осмотрела её с некой пренебрежительностью. На самом деле она красотка, но я же не могу этого показать, учитывая, что она меня явно считает отбросом общества. Зачем только Павел Викторович её сюда притащил? Ещё и без приглашения. Вон Егор опять превратился в несносного буку. Сидит, пыхтит, помалкивает. Только, только стало всё налаживаться.
– Алисонька – Павел Викторович положил ладонь на моё плечо. – отойдем на минутку? Надо поговорить.
Я отодвинула стул и, не говоря ни слова, поднялась с места. При этом не сводила взволнованного взгляда с мужского небритого лица.
– Всё хорошо, Егор Павлович?
Он не ответил.
– Пойдем, пойдем – шепнул Павел Викторович и, приобняв меня за плечо, вывел из столовой. Отчего – то подсознательно я не хотела оставлять Егора наедине с этой барби, но даже себе ответить на вопрос почему не могла. Наверное, всё дело в его потерянном взгляде, от которого моё сердце сжалось в маленький комочек.
Как только мы остались наедине, я убрала со своего плеча мужскую ладонь и, развернувшись, впилась в лицо начальника пытливыми глазами.
– Вы видели, как Егор помрачнел? Зачем она здесь? И почему в такое время?
– Угомонись – рыкнул Павел Викторович, заставив меня вмиг замолчать. – Что за тон, Алиса?
– Она мне не нравится. – Фыркнула я.
– Кристина и не должна тебе нравится. Она вообще не для тебя здесь, а для Егора.
– Вы ведь не просто так заявились сюда на ночь глядя? – Не унималась я. Меня вывело из равновесия появление этих двоих и всё, что я при этом ощущаю – раздражение. – У вас какой то план?
Павел Викторович провел ладонью по темным волосам с седой проседью и довольно закивал.
– Я сегодня разговаривал с психологом, и он сказал, что нужно для Егора воссоздать привычную картинку жизни, которая была до аварии. А тут я как раз Кристиночку встретил, и всё сложилось. Мы сразу же сюда отправились, не теряя ни минуты.
– А вам не кажется, что может стать только хуже? Это откат в прошлое, а не попытка наладить его настоящее и уж тем более будущее. Я думаю, на таком этапе, наоборот, не должно быть тригерных факторов, которые бы напоминали Егору о жизни до.
– Давно ли ты психологией стала увлекаться? – Разозлился Павел Викторович, будто я говорю о каких то ужасных вещах, а не о логичных и, на мой взгляд, правильных. Во всяком случае, я живу здесь, вижу Егора каждый день и думаю, что в отличие от психолога, который дистанционно раздает советы, могу иметь представление о целостной картинке, а не о ломаном куске. Правда, доказать свою позицию Павлу Викторовичу невозможно. Он загорелся идеей внедрить в жизнь Егора людей из прошлого, и его ничего не остановит. Даже сам Егор. Что уж говорить, если мужчина на ночь глядя примчался за сотню километров от города, лишь бы начать реализовывать план. Только вот я не уверена, что будет положительный исход.
– Давайте так, – начала я, – в следующий раз, когда вам захочется привезти кого то ещё из прошлой жизни вашего сына, вы сначала позвоните и скажите об этом мне.
– Алиса, мне кажется ты что – то путаешь. Ты моя подчиненная и работаешь здесь только потому, что я этого хочу. Условия мне ставить не нужно.
– Вы сыну помочь хотите?
– Конечно, хочу. К чему этот вопрос?
– К тому, что я тоже хочу ему помочь. И мы с вами должны действовать сообща. Поэтому в следующий раз я должна знать а ваших скрытых планах, чтобы иметь возможность хотя бы подготовить Егора к встрече, а не вываливать на него все это неприятной неожиданностью. Я уверена, он не в восторге от вашей Кристины, и вы сделали только хуже.
– А я так не думаю – в глазах мужчины загорается протест. Теперь понятно, в кого Егор такой непробиваемый. – Кристиночка – чудесная девочка, и у них с Егором прекрасные отношения.
Где же ваша ненаглядная Кристиночка была все это время?
– Мне кажется, нам уже пора. – Я указываю на дверь, потому что разговаривать о чем либо здесь бесполезно. И как только мужчина одобрительно кивает головой, первая направляюсь обратно в столовую. Влетаю без стука, застав барби – Кристину плачущей у окна, а Егора, сидящего на том же месте с лицом железного Арни. Не единой эмоции на лице, как будто он и не живой вовсе. Но я отчего то знаю, что это только маска, а на самом деле в душе у него как минимум бушует ураган.
– Ну, как вы здесь без нас? – Я нацепляю на лицо маску беспечной радости и плавной походкой направляюсь к столу, слыша, как следом идём Павел Викторовичу. – Соскучились?
Кристина тут же прекращает крокодильи рыдания, маша перед лицом ладонями. Видимо этот концерт планировался только для одного зрителя. Актриса. И почему для многих слёзы, жест, манипуляции? А я уверена, именно это она и планировала. Даже не зная человека, можно сделать кое какие выводы по некоторым признакам: взгляд, жесты и речь. Если тебя при первой же встрече пытаются поставить на ранг ниже, значит ждать от этого человека чего – то хорошего не стоит. Так говорила мама, и у меня нет причин, чтобы ей не верить.
– Ты что, её обидел, щенок? – Нахохлился Павел Викторович чуть ли не летя в объятия блондинки и тут же принялся что – то шептать ей на ухо, поглаживая по голове. Она только успевала молча кивать, шмыгая носом. Страдалица, блин, несчастная. Меня стало тошнить от всего происходящего. В особенности как отец даже не удосужился поприветствовать своего сына, но зато набросился при первой возможности. Я посмотрела на Егора. Он смотрел в стол. Теперь мне стало обидно за него, и в тоже время я на него злилась. Почему он молчит? Это что новый способ мазохизма? Приходите, кто хотите, делайте, как вам вздумается, так что ли?
– Павел Викторович – проскрипела я и, дождавшись внимания гостей, продолжила. – Я думаю вам пора домой. Егор Павлович устал, ему нужно спать.
– А ты что тут раскомандовалась? – Возмутилась блондинка. – дядь Паш, что она себе позволяет?
– То, что мне положено, то и позволяю. А вам бы тон поубавить. Вы в дом чужой пришли без приглашения и не нужно права здесь качать.
– Брагина! – рыкнул Павел Викторович, послав мне взгляд, полный раздражения. Ну а что он хотел? Я молчать не собираюсь. Устроили тут цирк. Одно посмешище, да и только.
– Нужно немедленно её уволить – раскомандовалась эта кукла.
– Кристиночка, не нервничай.
– Да, Кристиночка, не нервничай, а то ещё прыщами от стресса покроешься.
– Хватит! – Воздух пронзил звонкий холодный голос, и мы все посмотрели на Егора. Он выехал из – за стола и я увидела, как часто вздымается его грудь. Остановился напротив парочки твикс. – Пошли вон из моего дома! И чтобы я больше вас не видел!
