Текст книги "Сиделка (СИ)"
Автор книги: Анна Морозова
сообщить о нарушении
Текущая страница: 7 (всего у книги 12 страниц)
Глава 19
– Серьезно? – Во всю хохочет Егор – Так и сказала: мелкий писючий отросток?
– А что такого? – Я пожала плечами, отпивая из пластмассовой кружки малиновый чай. – Он сам виноват. Нечего было своими причиндалами на всю улицу размахивать. Зато этот любитель прилюдной ананистости сразу же убежал, тряся своим корнишоном. После того случая я и купила перцовый баллончик.
Солнце уже зашло за горизонт, и на смену чистому и голубому небу пришли сумерки и прохлада. Я сидела на пледе, закутанная в плед, и смотрела на оживший город, где с каждой новой минутой огней становилось всё больше. Егор находился чуть поодаль от меня, потому что боязнь высоты, не смотря на наш подъем в гору, никуда не исчезла.
– Как ты смог преодолеть страх перед высотой? – Не выдержав, спросила я и повернула к нему лицо. Его аккуратно уложенные волосы трепал ветер.
– Я не преодолевал – улыбнулся он мне. – Просто не смотрел вниз.
– Ты знаешь, что удивительный человек?
– Самый что ни на есть обычный.
– А я так не думаю. Вот если у меня есть страх перед чем либо, я никогда не полезу туда, где есть возможность с этим страхом столкнуться.
– Просто здесь очень красиво. И я должен был показать эту красоту тебе.
В душе приятно затрепетало. Он полез сюда ради меня. Не взирая на страх, не отступил. Чем я заслужила знакомство с ним? Иногда мне кажется, что это было дано свыше, чтобы я поняла, насколько удивительна жизнь, когда в ней появляются нужные люди.
– Однажды я тоже покажу тебе одно место. Оно называется «Озеро Надежды». Слышал о таком?
– Нет.
– У него необычный лазурно – голубой цвет. И находится оно в пещере. Купаться там запрещено, но туда приезжают и не за этим. А для того, чтобы взять немного воды. Говорят, что она наделена силой, которая приносит удачу.
– И ты в это веришь? – В голосе Егора полнейший скепсис.
– Мы все верим в определенные вещи, в которые хотим верить. Астрологи, тарологи, ведьмы, экстрасенсы. С помощью них люди ищут какой то знак, где благодаря ему жизнь непременно наладиться. Иногда они ищут надежду и получают её. А порой успокоение души.
– Знаешь, наверное, ты права. Когда я только попал в аварию и моё тело раскромсало по кускам, врачи твердили, что я не жилец. Если и протяну неделю, то это будет чудом. Но отец не сдавался. Он искал выход. Даже к одной женщине ездил, которая лечила людей на расстоянии. Я, конечно, в эту муть не верю, но отцу дали надежду, за которую он уцепился и до сих пор не отпускает. Отчего то верит, что я непременно буду ходить. Это бред – Егор невесело усмехнулся, проведя пальцами по густой бороде. Я смотрела с особой внимательностью, впитывая каждое сказанное им слово. Мне было важно узнать, что он чувствует.
– Почему ты не веришь в своё выздоровление? – Спросила я после недолгого молчания. – Ведь физических изъянов в твоём теле нет.
– Потому что я два года как сел в это чёртово кресло, и за все время ничего не изменилось. Как думаешь, это потому, что я здоров?
– Я не знаю – шепчу, ощущая вселенскую грусть. – Возможно ты просто не пытался.
– Не пытался встать? – Он смеётся, но в голосе слышится едва уловимое раздражение. – Да я каждый день варюсь в этом дерьме, а толку ноль. Это бесполезная трата времени, вот и всё.
– Если сдашься, будешь слабаком.
– Плевать.
– Мне не плевать!
Мы смотрим друг на друга, хмурясь и злясь. Но я не собираюсь уступать ему. Ни за что на свете! Если он не хочет бороться, значит, это сделаю я.
– Давай закроем эту тему – попросил Егор после тяжелого вздоха и перевел взгляд на город. – У нас вроде как свидание. Ни к чему эти разборки.
– Ты прав.
Скинув с плеч плед, я поднялась на ноги и подошла к Егору.
Встала позади и, немного наклонившись, обняла, положив свои ладони поверх его рук, ободряюще сжав. Он, явно не ожидая от меня такой близости, весь напрягся. Но я знала, как сильно ему требовались тепло и поддержка. Потому что каждому человеку нужен человек. Не важно в качестве кого: любовника, друга, отца. Егор – одиночка. Сам ли он так решил, или в его окружении не было достойных, но мне очень хочется, чтобы жизнь этого мужчины наполнилась светом. Чтобы он знал, что у него есть тот, кто всегда выслушает и поддержит. Что можно просто позвонить в любую минуту, попросив о помощи.
– Когда – нибудь, я уверена, ты придешь сюда снова. Поднимешься ногами по лестнице, а рядом с тобой будет близкий человек.
– Алис.. – Тихо сказал он.
– Это моё желание, в которое я буду верить.
Отпрянув от Егора, я глубоко втянула носом воздух, чтобы справиться с подступающим комом к горлу, и несколько раз моргнула, прогоняя проклятые слёзы. Не хочу, чтобы он видел, как сильно меня задевает его состояние. Я даже не поняла, когда привязалась к Егору настолько, что теперь даже мысленно боюсь представить день нашего прощания.
– Закрой глаза – попросил Егор.
– Зачем?
– Закрой и не открывай. Я ведь обещал тебе сюрприз. Время пришло.
– Ладно – на губах появилась улыбка, полная ожидания. Я слышала хруст веток, тихий бубнёж Егора и какой – то стук. Внутри трепетало от желания поскорее узнать, что же за сюрприз ожидает меня.
– Можешь поворачиваться – разрешил Егор, когда я уже вся извелась от любопытства. Резко крутанувшись на месте, мои ладони накрыли рот, а глаза широко распахнулись, не веря в увиденное.
– Как? – Мой голос охрип. Я сделала неуверенный шаг и, замерев, прижала руки к груди, где сердце колошматило так, что отдавалось вибрацией – Как ты это сделал?
– Я ведь говорил, что свои секреты не раскрываю – довольно улыбался Егор – Ну и чего ты застыла? Дуй быстрее сюда, будем испытывать.
Сглотнув, я вытерла мокрые ладони о ткань платья и подошла к железной трубе на устойчивой, разветвленной на три конструкции ножки.
– Такой большой – Восхищенно произнесла, слегка прикоснувшись трубы и посмотрела на Егора. – Где он был все это время?
– В надежном месте. Нравится?
– Я… да… он просто… – Обойдя телескоп, подошла к Егору и крепко его обняла – Спасибо. Это лучшее, что когда – либо со мной случалось.
Подняв голову, я заглянула в карие глаза и улыбнулась. Егор улыбнулся в ответ.
Впервые в жизни мне повелось смотреть на звезды на таком близком расстоянии. Это не просто волшебно, это что – то за гранью нашей реальности. Бесконечное пространство, мерцающий свет, необъятный космос. Егор тоже согласился понаблюдать в телескоп за звездами и был не менее восхищён, найдя в этом покрывале ночи очертания Сатурна и созвездие Тельца. Не помню, сколько прошло времени, но в какой – то момент Егор уснул, склонив голову вниз. А я, накрыв его теплым пледом ещё долго не могла насладиться красотой космоса.
Уже утром, когда мы спустились к воротам, собираясь отправиться домой, телефон взорвался от потока сообщений, и все они принадлежали моей подруге. Пока Егор с помощью Андрея усаживался в машину, я отошла в сторону, указав жестом, что скоро буду. И, не открывая месенжер, набрала номер подруги.
– Что это за пулемет мне прилетел? – Ухмыльнулась я, как только она взяла трубку. Но услышав тихий скулеж, с лица стекла улыбка, а на место спокойствия пришла паника. – Саш?
– Алиса – Трясущимся голосом прохрипела подруга. – Приезжай пожалуйста. Женя… он…
– Что с Женей? Саш! Что с Женей?
Но вместо ответа она громко разрыдалась.
Глава 20. Никогда не бери ответственность за другого человека
Женя – младший брат Саши. Через месяц ему исполняется девятнадцать лет, и мы планировали отметить день рождения на базе отдыха с большой компанией его друзей. Этот мальчишка с детства был задирой, но в то же время добрым и сопереживающим. Когда мама бросила их ради новой семьи, а отец умер, они остались на попечении у бабушки. Но два года назад не стало и её. Поэтому для Саши Женя единственный близкий человек, из – за которого она периодически не спит ночами, когда тот не ночует дома. Отчитывает за прогулы в Институте и ворчит из – за не выкинутого мусора. А ещё плачет так, что моё сердце сжимается в узел.
– Это я виновата – заходится в новой истерике, впиваясь пальцами в волосы.
Мы сидим на лавочке в парке больницы, куда Женю привезли в три часа ночи. И до сих пор врачи не дают никакой информации. Всё, что мы знаем: ему провели срочную операцию по удалению воздуха из лёгких и отправили в реанимацию.
– Ты не могла знать, что так будет – пытаюсь успокоить её, но она будто не слышит.
– Если бы я не наехала на него из – за этой долбанной тройки, то он бы не ушел из дома и не лежал сейчас в больнице. – Она поднимает на меня заплаканный взгляд – А если он не проснётся? Алис, что если он не проснётся? Как мне жить после этого?
– Не говори глупостей – хмурюсь я и обнимаю её. – Все будет хорошо. Люди порой с девятого этажа падают и живут себе спокойно, а это третий этаж. Да, неприятно, но всё образуется. Женя сильный, он справится. Лучше скажи, как так получилось? Почему он упал?
Я отпускаю её и сажусь рядом, поправляя края желтого платья.
– Я не знаю – заикаясь говорит она – Друзья сказали, что случайно упал. У них там что – то вроде вписки было. Толком никто ничего не видел.
– Понятно – я вздыхаю, беря в руки телефон. С Егором мы виделись два часа назад, когда я выходила из машины и с тех пор от него никаких вестей. Он обещал мне позвонить или написать. Сама я не могу по причине того, что до сих пор не знаю его номера телефона. Как то до этого момента он и нужен не был.
– Я плохая сестра – Шепчет Саша хриплым от слез голосом. Я впервые вижу её такой разбитой. Даже после всего дерьма, которое с ними случилось, она приняла новую жизнь стойко. А сейчас в ней словно что – то сломалось. – Это из – за меня. Я не доглядела как следует, не смогла защитить.
– Ты не виновата – пытаюсь вдолбить в её голову эту простую истину – Никогда. Слышишь? Никогда не бери ответственность за другого человека. Даже за Женю. Он давно вырос и сам должен понимать последствия тех или иных действий. Это просто несчастный случай, который мог произойти с ним и дома.
– Да, но произошел на этой долбанной вписке. А что, если это не случайность? Вдруг его столкнули?
– Вот проснётся Женька и узнаем – я глажу её по плечу. – А он обязательно проснётся. По – другому и быть не может.
Спустя час. Отделение хирургии. Коридор.
– Ну что? – Я подскакиваю на ноги, как только Саша выходит из кабинета врача. Потерянная, напуганная, с какими – то бумажками в руках.
– Всё плохо – дрожащим голосом говорит она. Я тут же подхватываю её под локоть, усаживаю на сидение. В груди всё сжимается от нарастающей паники.
– Что, плохо? Говори скорее. Ты из – за, Жени так?
– И да, и нет.
– Это как?
Она вдыхает воздух и медленно выдыхает. Её руки дрожат, как и губы, и подбородок. На глаза наворачиваются слёзы.
– Саш – я беру её руку в свою и крепко сжимаю. – Расскажи. И мы обязательно что – нибудь придумаем.
– У него много ушибов. Ребро проткнуло легкое. Повреждена селезенка и печень. Плюс черепно – мозговая травма и перелом ноги. Нужна срочная транспортировка в Москву, так как в нашем городе не достаточно мощное оборудование. Он просто может не выжить.
В ушах звенит, в горле образуется ком. Я пытаюсь переварить эту информацию, но мозг отказывается работать.
– Так – пытаюсь взять себя в руки – что говорят врачи? Когда нужно ехать?
– Чем раньше, тем лучше. Если выехать сегодня, то утром его уже прооперируют. Саш, я не знаю, что делать. Это же Москва. У меня нет столько денег.
– А сколько нужно?
– Он не назвал точную сумму. Все будет зависеть от сложности и реабилитации. Примерно от пятисот до семисот тысяч.
Сколько?
Твою мать!
Глава 21. Только попробуй рассказать ему, и я тебя уничтожу
«Мелстрой». Офис. Кабинет Павла Викторовича.
– Какими судьбами? – Интересуется Павел Викторович, вальяжно восседая в своём боссовском кресле. Он смотрит на меня свысока, сложив ладони домиком, пока я, не спрашивая разрешения, подхожу к столу. После нашей последней встречи у меня достаточно впечатлений об этом мужчине, и я не хочу тратить ни минуты зря, находясь здесь. В месте, которое когда – то считала родным. Всё та же обожаемая нами иллюзия и самообман.
– Хочу с вами поговорить – отодвинув стул, сажусь, закидывая ногу на ногу.
– Знаешь, я удивился, когда ты позвонила, изъявив желание встретится. Надеюсь, это по поводу Егора? Как он?
– А вы с ним вообще не разговариваете?
– Ну, ты же знаешь, что я всегда в работе. Суета, поездки, совещания.
– И Кристина – с издевкой говорю, приподняв уголок губы в усмешке. Лицо мужчины мгновенно сереет, теряя былую расслабленность, а в глазах буквально на секунду вспыхивает паника, которая гасится под соусом ехидства и небрежности.
– Я всегда знал, что у тебя шикарная фантазия – хохотнув отвечает он. Затем вытаскивает из под стола начатую бутылку виски и два стакана. – Выпьешь со мной?
– Нет, спасибо. С недавних пор предпочитаю безалкогольные напитки.
– Не уж то Егор натренировал? Он терпеть не может, когда при нём кто – то пьет.
– Я не мышь подопытная, чтобы меня тренировать.
– Не придирайся к словам – Он берет в руки стакан и выпивает половину. Ставит на стол и, наклонившись слегка вперед, спрашивает: – Ну так зачем ты пришла?
– Мне нужны деньги, которые вы мне пообещали. Желательно прямо сейчас.
– Исключено. – Он откидывается обратно в кресло и складывает на груди руки. – Только после окончания договора.
– Но мне очень нужны деньги. Одному хорошему человеку требуется операция в Москве. Вы ведь сами испытали подобные чувства. Вы должны меня понять.
– Я ничего тебе не должен – отчеканил он злостно.
Ладно. Пойдем по другому пути.
– Что у вас с Кристиной? – Повторяю вопрос, ответ на который так и не получила. Павел Викторович хмурится.
– Ты опять за своё? Брагина, хватит нести чушь. Я и уволить могу. Скажи спасибо, что после твоих последних выкидонов в доме Егора я не оштрафовал тебя. А мог.
– Она молодая, красивая – перечисляю игнорируя его мнимые угрозы – фигуристая. С такой и перед друзьями не стыдно появится.
– Что ты несешь? – Он вскакивает на ноги, упирая ладони в стол. – Следи за своим языком, если не хочешь заиметь проблем.
– А вы? – Я смотрю на него с вызовом и небрежностью – Сами то проблем не хотите? Представьте, что будет, когда Егор узнает, что его папочка спит с его бывшей девушкой. Думаю, он не придёт в восторг. А вы как считаете?
– Вот же сука – рычит, стиснув зубы – Только попробуй сказать ему, и я тебя уничтожу.
– А если не скажу? Дадите денег?
– Не нужно меня шантажировать, Алиса.
Он берет стакан, выпивая остатки виски, и сразу же наливает вторую порцию. Видимо, новость, что его таскания с Кристиной вовсе не новость, выбили его из равновесия. Он ещё не догадывается, что об этом знает половина его подчиненных. И если бы не сплетница Мира, работающая в отделе менеджмента и так удачно оказавшаяся у меня на пути по дороге в кабинет, я бы не получила весомый козырь в нашем с ним разговоре. Признаю честно, узнав, что Павел Викторович снюхался с Кристиной, оказалось неприятной новостью. Как они вообще посмели явиться вдвоем в дом Егора и права качать. Это аморально даже по меркам моего бывшего.
– И в мыслях не было вас шантажировать. Мне всего лишь нужны деньги, а вам – сохранение репутации перед сыном. Обычные выгодные отношения двух взрослых людей.
– Ещё раз говорю, не пытайся вставать на моём пути, иначе я уничтожу тебя, превратит в несносную пищинку. Ты же меня знаешь, Брагина, я способен и не на такое. Хочешь остаться на улице? Я могу тебе организовать. Подделаю документы, где выясниться, что в квартире, часть которой принадлежит тебе, ты живешь незаконно. Тетка с племянником подпишут, не моргнув. Ещё и на статью о мошенничестве нарвешься.
Вот сейчас я слегка намочила штаны. И дело не в том, что он узнал о всей моей подноготной жизни. Просто я вспомнила, как однажды Павел Викторович посадил своего конкурента за мошенничество, которое тот не совершал. Об этом знают все в этом помещении, но никто не решается открыть рот, понимая, чем этот резонанс может обернуться. И только сейчас до меня дошло, в какую игру я решила поиграть, тыча его в отношения с той блондинистой сукой. Он меня сотрет в порошок и на следующий день даже не вспомнит.
– Вот и умничка – ехидно улыбается, заметив перемены на моём лице. – Но ты не волнуйся, получишь свои деньги, так уж и быть. Вот только для этого придется выполнить одно условие. Согласишься – деньги твои. Нет – увы.
– Что за условие?
– Ты должна будешь сблизиться с Егором настолько, насколько это возможно. Влюби его в себя. Соблазни. Сделай всё, чтобы он хотел только тебя.
– Что? – Изо рта вырывается нервный смешок – Это шутка? Что за бред?
– Разве видно, что я шучу? Тебе нужны деньги. Мне нужен результат.
– Зачем? Для чего вы желаете своему сыну искусственного счастья?
– Для своего сына я желаю самого лучшего. А причины тебя волновать не должны. Ну так что, ты согласна?
Глава 22
Я: «Я нашла деньги. Скоро поступят на твой счет.».
Санчес: «Даже не знаю, как тебя благодарить».
Я: «Главное чтобы Женька поправился».
Закинув телефон в сумку, я выхожу из машины такси и направляюсь в дом. Егора нахожу в гостиной. Он, не изменяя своим привычкам, сидит напротив окна, а когда видит меня – улыбается. Я тоже улыбаюсь, радуясь в душе от нашей встречи. Честно признать, мне не хватало его присутствия. День сегодня выдался супер тяжелый, учитывая все обстоятельства. И Егор, как светлое пятно в темном коридоре.
– Привет – произнесла я, подперев плечом дверной откос.
– Привет – Егор разворачивается и подъезжает ко мне. На нём черные треники, обычного кроя футболка и уставший взгляд. – Как ты?
Я пожала плечами. А как я? Дерьмово!
– Нормально. А ты? Почему не позвонил, не написал? Я волновалась.
– Не стал напрягать. Подумал, тебе не до меня.
– Глупости – нахмурилась я, убирая с щеки волос. – Больше так не делай. Мне было бы спокойнее, зная, что с тобой всё хорошо.
– Ладно – Егор улыбнулся. – Как там дела у брата твоей подруги? Помощь нужна?
– Уже нет. Мы всё решили. Лучше скажи, ты что – нибудь ел?
– Я доел остатки пирога. Не волнуйся, мамочка.
Изо рта вырвался смешок, даже несмотря на то, что вся эта беззаботность пахла фальшью. Мне чертовски сложно смотреть в глаза Егору. Но в то же время он тот, с кем я чувствую себя спокойно. Вот увидела его и сразу стало легче. И мысли дурные из головы выпорхнули. И солнце засветило ярче. А на душе так и вовсе потеплело, посветлело, запахло цветами. Пусть это странно. Но это то, что я ощущаю рядом с ним. Рядом с ним вообще всё иначе. И я другая.
– За тебя невозможно не волноваться – сказала я с усмешкой, поправляя сползшую с плеча ласку от сумки. – Ладненько, я быстренько в душ схожу, а то от меня каким то мхом несёт. А потом мы с тобой попьем кофе.
– Как я понимаю, возражения не принимаются? – Улыбнулся Егор.
– Правильно понимаешь. – подмигнула ему – Всё. Скоро буду.
Закрывшись в комнате, я скинула с себя одежду и встала под горячие струи душа. Из головы не выходило моё путешествие в офис Павла Викторовича. Я даже не представляю, что лучше, узнай Егор правду или живя всю жизнь во лжи. Мне до чертиков хочется рассказать ему всё, но я понимаю, что пока не время. Не ради себя. Ради него. Он только начал выползать из своей скорлупы. А я сделаю только хуже.
Скрутив волосы в полотенце и накинув на себя домашнее платье, я пошла на кухню, где Егор, не теряя времени зря, что – то готовил.
– Я смотрю, ты вошел во вкус – хмыкаю я, подходя к кофемашине.
– У меня был хороший мотиватор – важно заявляет, шипя сковородой – До профессионала мне, конечно далековато, но я ведь только учусь. Ты же не против яичницы? С лучком, перцем, помидоркой. Думаю, это можно счесть за полноценный обед.
Мой желудок на эту симфонию мгновенно скрутило узлом, потому что последний прием пищи был ещё на поляне в лесу. А с тех пор прошло больше пятнадцати часов. Сглотнув слюну, я нажала на кнопку, запустив кофемашину в действие. Развернувшись, подперла спиной столешницу и с интересом стала наблюдать за стараниями Егора. Его сосредоточенное лицо неимоверно вызывало улыбку, а то, с каким усердием он размешивал овощи в сковороде, прячась от нападок масляных брызг, заставляло меня смеяться.
– Во всём виноват помидор – воскликнул Егор, прикрывая лицо и ныряя лопаткой в сковороду – Кажется он пытается меня атаковать.
– Закрой крышкой – подсказываю ему я, не прекращая посмеиваться. – Овощи немного потушатся, и масло не будет стрелять.
Двумя пальцами Егор схватил крышку за ручку и кинул сверху. Сам же на расстоянии вытянутой руки при помощи лопатки пытался поправить сползшую сковороду с конфорки.
– Мне кажется, я только что посмотрела блокбастер под названием: «Овощи убийцы». – Уже во всю хохотала я.
– Очень смешно – буркнул Егор. Но было заметно, что он сам едва сдерживается, чтобы не засмеяться.
После обеда, который на удивление оказался довольно вкусным, мы с Егором вышли на прогулку. Между нами больше не было неловкости или зажатости в общении, а после дружеского свидания я и вовсе взглянула на него другими глазами.
– А ещё я обожаю сверхъестественное – восторженно воскликнула я, усаживаясь на качели. Егор, пристроившись сбоку, начал меня раскачивать. – И волчонка. Могу смотреть их бесконечно. О, ну и конечно про маньяков. Это моя страсть. Месяц назад смотрела сериал «Зверобой». Очень захватывающий.
– У тебя интересные вкусы – отозвался Егор, продолжая меня раскачивать. Всё выше и выше, что аж дух захватывало, а волосы разлетались в разные стороны. Это такое чувство незабываемое, родом из детства, которое с годами выветривается из памяти, заполняя нашу личную вселенную другими заботами. А сейчас оно разблокировалось и стало так хорошо, так ярко на душе.
– А ты? Какие любишь фильмы?
– Честно говоря, за последние три года я вообще телевизор не смотрел. Если ты не заметила, его даже в доме нет.
– Этот печальный факт я прочувствовала в первый день своего появления здесь. И до сих пор не понимаю, почему. Ты не любишь смотреть телевизор, предпочитая книги?
– До аварии книги я открывал только в школе. Меня вообще не интересовало чтение. Оно казалось нудным, утомительным, мучительно долгим. Открыв первую страницу, я тут же закрывал и убирал учебник куда подальше. Но, лежа в больнице, мне стало скучно. В интернет не заходил принципиально, чтобы не видеть отсутствие сообщений от друзей. А больше там заняться было нечем. Поэтому я и попросил Андрея привести мне любую книгу на свой вкус. Как сейчас помню, это была Агата Кристи «Десять негритят». Прочитал за три дня и попросил ещё. С тех самых пор я только читаю.
– Здорово – искренне восхитилась. – А я вот больше люблю смотреть, чем читать. Хотя и книги мне очень нравятся. Но я быстро начинаю хотеть спать.
– На этот счет у меня есть одно правило: Никогда не читай лежа в кровати, иначе через пять минут ты будешь в отключке.
– Учту. Всё. Не раскачивай больше. Меня уже тошнит.
Как только качели остановились, я тут же спрыгнула на землю и почувствовала, как кружиться голова. В глазах потемнело, ноги ослабели, и если бы не Егор, вовремя дернувший меня на себя, я бы пропахала носом землю. А так упала в теплые мужские объятия, приземлившись на мужских коленях.
– Приветик – шепнула я, растеряно глядя в карие глаза Егора. Мы впервые так близко. И то, что я ощущаю в данный момент – это волнение, током пронзившее всё тело.
– Ты чуть не упала – таким же тихим голосом произнес Егор.
– Чуть не упала. Да. А ты меня спас.
– Наверное – уголок его губы пополз вверх. – Вероятно мне полагается приз за твоё спасение?
– И что же ты хочешь? – Я облизала пересохшие губы. Егор сглотнул. И это было его фатальной ошибкой, потому что моему сердцу подали сигнал, отчего оно застучало со страшной силой. Ладони вспотели, как и спина, и лоб. В ушах сплошной шум. А глаза не могут оторваться от его лица. От чуть кривоватого носа, от густых бровей, от родинок на левой щеке и от его притягательных губ. Я схожу с ума, потому что прямо сейчас чувствую потребность от поцелуя с ним. Знаю, что нельзя. Это не правильно. А ничего не могу поделать. Хочу! Не дожидаясь ответа, я наклоняюсь вперед и замечаю, как карие радужки заволокла чернота и как грудь стала вздыматься чаще. Меня потряхивает от волнения, как и Егора. Но он не отталкивает меня, не пытается отстраниться. Это придает уверенности, и я позволяю себе коснуться пальцами его щеки.
– Ты очень мягкий – говорю дрожащим голосом и Егор улыбается. Тогда я веду пальцами вниз и касаюсь бороды – А здесь колючий. Я даже почти привыкла к ней, но мне всё же кажется, без неё было бы лучше.
– Ты так думаешь?
– Уверена.
Я вновь наклоняюсь. И теперь наши носы касаются друг друга.
– И пахнет от тебя приятно. Сменил парфюм?
– Решил не травмировать твою психику.
– Это правильно.
– Да, я тоже так думаю.
Сглотнув, я прикрываю глаза и замираю в нескольких миллиметрах от губ Егора. Если сейчас это случиться, всё изменится. Хочу ли я этих перемен?
И больше не думая, целую Егора.
