Текст книги "Дитя Палача (СИ)"
Автор книги: Анна Ланг
сообщить о нарушении
Текущая страница: 2 (всего у книги 7 страниц)
Глава 6
Помощник Сэмюэла сообщил о подозрительных грузах. Мол, по Темзе сплавляют слишком много древесины, гораздо больше, чем обычно переправляют в это же время года. По долгу службы Сэмюэл знал, что именно из таких вот незначительных порой деталей и можно сложить картину злодеяния. А поэтому и Палач, и его помощник уже поступили отработанным способом, надели неброские плащи, оседлали коней и отправились в порт.
В порту Сэм нанял перевозчика, кинув тому золотой. Река после дождя бурлила серыми водами, и Сэм, и его помощник переправились на другой берег, где таможня принимала грузы. Таможенник узнал Палача и подручных, именно он и подал подозрительный сигнал. Сэм отправился к барже, груженной дровами.
– Браконьерствуем? А ну покажи лицензию на вырубку древесины, – рыкнул Сэм на невзрачного мужичонку.
– Сей момент, Ваш сиясь, сей момент, – волнующийся купец протянул Сэму бумаги. Палач изучил помятую бумагу, сличил все подписи и печати. Помощник заикнулся было о том, что груз не мешало бы досмотреть, но герцог Аберкромби буркнул, что вряд ли в деревяшках можно усмотреть что-то противозаконное. Сэмюэлу было невдомёк, что купец и таможенник разработали хитрый план. Мысли герцога были заняты супругой, Сэм размышлял, что же он упустил.
Почему милая и скромная Мэриан Хэвишем оказалась такой… противоречивой? Сэм, помня выволочку маменьки, несколько раз вывозил Мэриан на балы, в театры, один раз даже съездил в оперу, где мирно продремал под завывание звёзд сцены. Мэриан на людях казалась агнцем Божиим, сошедшим с облаков. Улыбалась, смеялась, шутила, демонстрировала всяческое довольство, и лучилась от счастья ещё больше, видя завистливые взгляды дебютанток и их маменек. Вон оно как, юная герцогиня Аберкромби счастлива.
А дома счастливая новобрачная преображалась, покрикивала на слуг, требовала чистоты, коей и у его Величества в покоях не бывает, с трудом подпускала к себе Сэма. Поэтому ему оказалось просто не до деревяшек.
Помощник сообщил Сэмюэлу и о том, что какой-то купец отвалил баснословные деньжищи за аренду подвала в Парламенте, мол, всегда хотел быть ближе к его Величеству, а от подвала ему буквально квартал до магазинчика, товар возить. Комиссия из доверенных сотрудников Сэма также не обнаружила ничего странного, ну захотел тщеславный торговец арендовать помещение в Парламенте, все казне прибыток.
Вечером дражайшая супруга сообщила Сэмюелу о долгожданной беременности.
* * *
Мэриан с недовольством согласилась принять Сэмюэла в своей гостиной.
– Я ожидаю Вашего наследника, герцог. Полагаю, теперь Вы не станете мучить меня Вашими ночными визитами?
– Как Вам будет угодно, дорогая Мэриан.
– И раз уж я одарю Вас отпрыском и откажусь от светской жизни, настоятельно прошу составить мне компанию. Испросите отпуск, думаю, его величество после стольких лет беспорочной службы не откажет Вам.
Сэмюэл заскрежетал зубами, и согласился с требованием супруги. Главное, пусть она доносит ребенка, потом, Сэмюэл был уверен, что у него будет сын, когда сыну исполнится год, Мэриан и останется доживать в том же поместье. Он, так уж и быть, выделит ей небольшое содержание, штат прислуги, ну и пригласит доверенного человека присматривать за женой, чтобы не позорила имя Аберкромби. А пока необходимо испросить аудиенции у его Величества.
Сэмюэл отправился в министерство, где помощник доложил о существующем положении дел. Банды более не бесчинствуют, лишь некоторые банкиры замечены в махинациях, да один граф поссорился с соседом, не поделили пограничный лес. С такими сведениями можно и отправляться к его Величеству.
Монарх принял герцога Аберкромби в личных покоях, и милостиво соизволил выслушать. Сэмюэл заговорил о том, что хочет на неопределенное время удалиться от дел из-за беременности супруги, и не выдержав, признался его Величеству, что Мэриан оказалась мегерой, тиранящей слуг и доводящей до белого каления его самого. Его Величество предложил Сэму шотландского виски и снисходительно заметил, что женскую натуру не смогли познать со времен Адама и Евы, и предложил временно сдать дела помощнику, однако продолжать держать связь с министерством через почту.
Сэмюэл покинул дворец с чувством облегчения и осознанием того, что и монарху ничто человеческое не чуждо. В поместье супруга третировала слуг с очередной завиральной идеей, требовала убрать зелёное. Носить зелёный цвет считалось плохой приметой. Сэм выслушал дворецкого, велел делать так, как требует герцогиня, и отправился к Эсмеральде. В объятиях француженки ему удастся забыться.
Глава 7
Сэмюэл отправился вместе с Мэриан в отдаленное поместье, где о Палаче, как ни странно, население отзывалось по-доброму. Арендаторы знали, что герцог Аберкромби не дерет три шкуры, что по справедливости всегда рассудит любые споры, и что они всегда могут прийти к ним за честным судом.
Сэмюэл заранее отправил гонца, чтобы к их приезду с Мэриан поместье привели в порядок. Он надеялся, Мэриан будет гулять в саду, наслаждаться красотами парка – а его беременная супруга заявила, что не хочет подвергать свою жизнь опасности и собирается всю беременность провести в спокойном положении, в обществе уважаемого супруга.
У Сэма установился своеобразный ритуал, на рассвете он выезжал на охоту, либо тренировался с войском. Мэриан же просыпалась ближе к ланчу, и неизменно требовала общества супруга. После трапезы Сэм отправлялся вместе с Мэриан в гостиную, где он работал, а молодая жена вышивала покров на алтарь.
Мэриан была воспитана в самых строгих английских традициях. Девушка считала чтение неподходящим женским занятием, особенно же развращали женскую натуру, по мнению Мэриан, бульварные романы. Ей был неинтересен домашний театр, она не любила музыку. Иногда готова была сыграть партию в лото, а карты тоже считала грехом.
Правда, заметил Сэм, беременность все же успокоила Мэриан, она перестала мучить слуг постоянной уборкой. После ланча, когда Сэм работал, принимал арендаторов, старост, проверял бухгалтерию или получал отчёты от капитанов своего флота, Мэриан дремала. Сэм также вел частую переписку со своим помощником, который в присущей ему манере дотошно информировал герцога о текущих делах, и о том, что в королевстве все спокойно. Сообщил помощник и о слухах, о том, что Палача отправили в опалу.
Сэм начинал находить удовольствие в вынужденном затворничестве, привык к обществу молодой супруги, и с нетерпением ждал рождения наследника, после коего он отправится в столицу.
Помощник не сообщил Сэмюэлу, что в королевстве зрело недовольство слишком суровой политикой короля по отношению к аристократам. Недовольные будут всегда, текущие обстоятельства радовали удивительным спокойствием, которое оказалось ничем иным, как затишьем перед бурей.
* * *
Аккурат под Рождество прекрасная герцогиня Мэриан произвела на свет Александра Николаса Аберкромби, двенадцатого герцога знатного и известного рода. Его Величество прислал поздравления и прекрасных скакунов из дальних жарких стран, и выразил пожелание увидеть верного слугу, как только супруга оправится.
Доктор, которого Сэмюэл пригласил из столицы, заявил, что и наследник, и герцогиня чувствуют себя наилучшим образом, однако настоятельно порекомендовал молодой матери провести несколько недель в постели. Сэм выписал из близлежащей деревни трех кормилиц, староста постарался подобрать пышущих юностью, здоровьем и силой женщин. А ещё Сэму пришлось нанять двух нянек, так как супруга не захотела видеть младенца.
Вот и в этот раз, когда няньки внесли маленького Александра, Сэма с ребенком ожидал тот же холодный прием.
– Мне достаточно того, что Ваш – Мэриан страдальчески выделяла это "Ваш" – Ваш сын находился в моем чреве долгие девять месяцев, испортил мне фигуру, и я похожа на какую—то квашню. Подите вон, у меня разыгралась мигрень.
Сэм молчаливо кивал служанкам, младенца уносили в детскую, где его ждали кормилицы и няньки. Сэмюэл смотрел, как няньки аккуратно укладывают ребенка в люльку, и его сердце сжималось от нежности, глядя на крохотные кулачки, маленькое сморщенное личико. Теперь у Сэмюэла Аберкромби появился смысл жизни, наследник, ради которого стоило преумножать благосостояние, и покрывать славой род Аберкромби.
А Мэриан, Мэриан… Что ж, как только ребенок подрастет, Сэм отправится с ним в столицу, а супруга останется в поместье приводить в порядок. Доктор, ежедневно осматривавший ребенка, свидетельствовал о его здоровье, о Мэриан же эскулап высказывался весьма скупо, говоря, что ноша, выпавшая на долю герцогини, повредила ее душевное здоровье, и нужно время, терпение, присутствие супруга, чтобы молодая мать пришла в себя и начала наслаждаться материнством.
Время оказалось неумолимо к Палачу, жившему в добровольном затворничестве.
Промозглым октябрьским утром, когда Сэм собирался объехать угодья и пострелять уток, прискакал гонец.
– В столице раскрыли заговор. Вас немедля вызывает его Величество!
* * *
Сэмюэл велел накормить и напоить гонца, сам же отправился на конюшню, и велел седлать самого быстрого жеребца. Сэмюэл скакал без остановок, на пути к столице он договорился с трактирщиком о замене верного скакуна. Во дворце Палача ждали.
Внушительный мрачный стражник сопроводил Сэмюэла в королевские покои. Герцога Аберкромби встречали Его Величество с охраной, помощник Сэма и несколько самых верных людей.
Оказалось, что недовольная аристократия собралась подорвать Парламент, заложить бочки прямо под Палатой лордов. На воздух взлетели бы Его Величество и самый цвет дворянства. Тщеславный купец, арендовавший подвальное помещение Парламента, оказался одним из организаторов заговора. Участники постепенно переносили порох, чье количество в маленьком сыром помещении перевалило за две тонны.
Сэм вспомнил подозрительный груз с древесиной, тогда от отмахнулся от неясного сомнения. Купца надо было досмотреть, и если король прикажет отрубить ему голову, то Сэмюэл с достоинством примет этот приговор, как и любой другой.
Заговорщики распускали слухи о болезни короля, об опале Палача, о том, что соседнее королевство после кончины Его Величества посадит на трон третьего сына тамошнего монарха. Так зачем ждать, когда немощный правитель умрет, если уже сейчас можно найти человека, которому окажется небезразлична судьба страны.
Заговорщиков поймали, по счастливой случайности. Мелкопоместный дворянин, участник заговора, озаботился судьбой своего родственника, заседавшего в Палате Лордов, и отправил тому записку, с просьбой не являться на заседание. Записка, натуральным образом, вызывала подозрение у вельможи, тот вовремя забил тревогу, и сейчас все участники заговора томились в застенках, ожидая решения своей участи. Мгновенно почерневший от горя Сэмюэл испросил у короля позволения решить судьбу мятежников.
Глава заговорщиков переломанными пальцами подписал признание в организации переворота, оказалось, пороха было столько, что пострадало бы не только здание Парламента, но и ближайшее аббатство, несчастный перечислил имена всех участников мятежа.
Имущество опальных семей арестовали в пользу короны, малолетних детей отправили в приюты, а остальных ждал удел, заслуживающий их проступка. Преступников вздернули на рее, потом, полузадохнувшимся, вспороли брюхо, выпотрошили, четвертовали и наконец отрубили головы. Отрубленные головы оставили висеть на центральной площади, в назидание тем, кто только помыслит посягнуть на незыблемость власти монарха.
А Сэмюэл повелел приставам с тех пор проверять как сам подвал здания Парламента, так и все комнаты зданий. За несколько недель Палач навёл порядок, подтвердил свою славу самого жестокого человека королевства.
Герцог Аберкромби, выполнив свой долг, отправился на аудиенцию к его Величеству, готовый принять любое решение монарха.
Глава 8
Его Величество сразу согласился принять герцога. Сэмюэлу бросилась в глаза нарочитое спокойствие монарха, и некая нервозность помощника.
– Ты же понимаешь, – начал король, – что мы не взлетели на воздух по чистой случайности, а с нами и весь цвет королевства? Твоя небрежность привела к развитию заговора, хотя… кто знает, удалось бы поймать заговорщиков в другой ситуации.
– Виноват, Ваше величество, – готов принять любое Ваше решение.
– Только потому, что ты, Сэмюэл Аберкромби, преданный слуга короны, мы сохраним тебе жизнь. Ты сложишь с себя полномочия и передашь их маркизу. Мы подготовили указ – тут царственная рука вывела подпись на документе, – по которому герцог Аберкромби лишается всех поместий, кораблей, деревень. Такова цена за твою небрежность.
– Осмелюсь ли я нижайше попросить не наказывать мою матушку?
– Поместье герцогини, ее доходы останутся за ней.
– Слуги тоже переходят под патронаж короны. Мы даём тебе сроку две недели. Ты отправишься в Вайсеншлосс, крепость в соседнем королевстве, деревни, лес и близлежащие земли переходят в твою собственность. Как видишь, я не оставляю тебя без средств к существованию. Тебе и твоей семье запрещено появляться при дворе. Прощай, бывший Палач.
Сэмюэл перевел дух и низко поклонился. Он ожидал, что король может приказать его казнить, заключить в тюрьму. А Вайсеншлосс, Белый замок – эту крепость сделал своей резиденцией скандально известный епископ, который в свое время выступал против королевской власти.
Осталось подготовиться к переезду и сообщить эту новость Мэриан. И вновь Сэмюэл скакал без перерыва. Он появился в поместье поздней ночью. Слуги почтительно расступались перед герцогом. До Сэма донеслись крики супруги и плач его ребенка. Обеспокоенный, герцог зашёл в спальню, и увидел, как Мэриан нервно хлопала по щечкам его новорожденного сына. Рядом застыла неподвижная нянька, в ужасе взиравшая на герцогиню.
– Да замолчи ты уже, дьяволово семя! – кричала Мэриан. – Она трясла ребенка, а тот ещё больше заливался плачем.
– Отродье дьявола – это Вы. Я долго терпел Ваши выходки, дражайшая супруга, считал, что юной неискушенной деве нужно привыкнуть к замужнему статусу. Я думал, что Ваши придирки к слугам и ко мне со временем сойдут на нет, старался быть терпеливым и внимательным, но бить младенца…. Вы отправитесь в монастырь, дорогая Мэриан. И Вы станете совершенно новой, незамужней личностью, сможете всецело посвятить себя служению господу.
– И давно это продолжается? – обратился Сэм к перепуганным нянькам.
– Давно, господин.
– Позвать ко мне управляющего, немедленно! И успокойте в конце концов ребенка!
Мэриан пыталась кричать, громко заявлять о своей невиновности, Сэм чувствовал, что у него что-то надломилось в душе. Ему была неинтересна судьба уже бывшей супруги. Он предложит остаться самой верной прислуге и наймет новых людей. Король оставил за матерью Сэма доходы и поместье, матушка не будет возражать, если Сэм возьмёт у нее ссуду на переезд. Мысль о том, чтобы переехать с недавно рождённым сыном к матери, у Сэма даже не возникала – он боялся подставить матушку под удар, а в ребенке Сэм находил утешение, и понимал, что просто не выдержал бы одиночества. У него будет сын, наследник, о котором необходимо заботиться.
* * *
Мэриан Хэвишем отправилась в монастырь, а Сэмюэл готовился к переезду в Вайсеншлосс. Сэм приказал подготовить все необходимое для младенца, он смог оплатить жалованье няньке и кормилице, а всех остальных слуг герцог решил нанять уже по приезде. В Вайсеншлоссе, как сообщил уже бывший помощник, ранее обитал епископ, который также печально славился антимонархическими настроениями. Крепость известна плодородными землями, бывший поверенный сообщил Сэму, что в лесах водится и дичь.
Герцог Аберкромби собрался предложить переехать и мисс Дэгре. Эсмеральда давно уже не выступала на сцене, наверняка француженка не откажется скрасить дни Сэмюэла в изгнании. Сэм приехал к домику, который снимал для своей любовницы. Однако Сэмюэла ждал неприятный сюрприз. В дверях герцог столкнулся с напыщенным маркизом Бродерик. Толстяк презрительно фыркнул, увидев Сэма, и не стал отвечать на его приветствие. Эсмеральда, против обыкновения, приняла герцога в гостиной.
– Быстро же Вы соизволили найти мне замену, – заметил Сэмюэл.
– Герцог, все знают, что Вы в опале из-за того, что позорно проморгали заговор. Вам не стоит более искать со мною встреч.
– Полагаю, и предлагать Вам переезд тоже не стоит?
Эсмеральда скорчила капризную гримаску и попросила герцога удалиться. Сэм, возвращаясь домой в незаметной карете, думал о том, что все женщины все же изменчивы и коварны, как дочери Евы. Только его матушка составляет исключение. Сэм решил, что надо бы отписать матери.
Герцога Аберкромби ждал ещё один неприятный сюрприз. К Сэму явилось семейство Хэвишем. Матушка Мэриан попыталась было заявить о том, что Палач несправедливо поступает с ее крошкой, ведь она подарила ему наследника. На что Сэм отрезал:
– Бывший Палач. Ваша дочь собственноручно чуть не вогнала в гроб моего ребенка. И да, монастырь – ещё снисходительный приговор для нее.
Родители Мэриан недовольно удалились, а Сэм отправился в путь, к своему новому пристанищу. Маленький Александр на удивление спокойно сносил тяготы пути, заявлял о своих потребностях тихим хныком, хватал Сэма за палец и пытался ему улыбаться. От улыбки ребенка на душе у Сэма воцарялся свет, и он думал, что справится со всеми тяготами.
Вайсеншлосс встретил своего нового хозяина опущенным мостом. Сэм, малыш и слуги преодолели крутой подъем, Сэмюэл почти не обращал внимания на зажиточные кварталы и торговую слободу, раскинувшуюся у подножия замка, а вот дремлющая стража совсем ему не понравилась. Во дворе замка обосновался осел, Сэм удивился животному. На выкрик герцога никто не подошел. Белый замок встретил Сэма ощерившимися башенками, бесконечно длинными лестницами, затхлыми помещениями. Единственными приличными покоями оказалось бывшее обиталище епископа. Герцог заметил и затейливо уложенный паркет, и внушительную печь, и изысканные потолки, стены, обитые нежно-зеленым шелком, на котором были вышиты геральдические линии, добротную мебель италийской выделки в стиле ампир. Только вот слуги почему-то все попрятались.
– Да есть здесь кто-нибудь? Я герцог Аберкромби, Ваш новый хозяин!
Так началась новая жизнь бывшего Палача и его сына.
Конец первой части
Июль—август 2022
Глава 9
Часть 2
Мелисса
Мелисса Грейсток принадлежала к старинному дворянскому роду. Папенька, маркиз Грейсток, славился крамольными высказываниями о том, что парламенту надо бы дать больше свобод, но никто не принимал всерьез разглагольствования маркиза, ибо общество знало, что Грейсток получил пулю в голову в битве под столицей Франкии. Вольные высказывания списывали на повреждённый рассудок.
Сыновья же маркиза, братья Мелиссы, получили славу гуляк и охальников, маменьки, тётушки, бонны прятали от молодых Грейстоков юных и не очень дебютанток, а те, видя, как при их приближении матроны-церберы закрывают собой юные цветочки, только посмеивались, и отправлялись покорять очередную вдовушку. Вдовам, как известно, всегда позволялось чуть больше.
Сэл Кавендиш, напротив, слыл любимцем дам, юных и не очень. Сальваторе Кавендиш отличался обходительностью, внимательностью, умел разговорить и успокоить даже самую непримечательную и не отличающуюся красотой дебютантку. Каждый сезон кумушки надеялись, что Сальваторе Кавендиш окажет предпочтение именно их воспитаннице, только Сэл был неизменно вежлив, внимателен и предан Мелиссе Грейсток.
Грейстоки враждовали с Кавендишами, с тех пор, как граф Кавендиш вытащил маркиза из-под пуль в той приснопамятной битве. В награду папенька Мелиссы пообещал Грейстоку хоть луну с неба, а когда тот решил воспользоваться оказией и явился в поместье маркиза просить о денежном довольствии, так как в тот момент был значительно стеснен в средствах, Грейсток спустил просителя с лестницы, и с тех самых пор между семействами воцарилась самая настоящая вражда. Маркиз неофициально получил прозвище скряги, а Кавендиша Грейсток величал бахвалом и фанфароном. Впрочем, Мелисса и Сэл надеялись покончить с этой бессмысленной враждой.
Мелиссе и Сэлу удавались тайные встречи. Всем известно, что тайное лучше всего скрыть на виду, поэтому юная маркиза и граф Кавендиш придумали целую затейливую систему, чтобы сбить с толку спутников девушки. Маменьку Мелиссы нередко занимала разговорами какая-нибудь почтенная матрона, заговаривая о модных в этом сезоне фасонах, музыкантах, актёрах. Вон, к герцогине Бимли приехал сам Альберто, знаменитый модный тенор, ах, как поет, как поет, а какие у него глаза, а какие напомаженные кудри, ах, ах. Маменька слушала очередную кумушку, когда та восторгалась каким нибудь заезжим молодцом.
А Мелисса тем временем, удостоверившись, что папенька и братья отправились в курительную комнату, пить коньяк, играть в карты, развлекаться новомодными пузелями (*прообразом паззла, который изобрел английский картограф), смотреть кунсткамеры или живые картины – Мелисса нередко выскользала из бального зала, в парк, в сад, где ее ждал Сальваторе. Девушка проводила наедине с возлюбленным сладостные мгновения – пара предавалась мечтам о свадьбе, Сэл обсуждал с Мелиссой, как склонить родителей признать их отношения. Мелисса же говорила о том, что никто из ее семейства и слышать не хочет о Кавендишах, не говоря о том, чтобы с ними породниться.
Вот и сегодня, семейство Грейстоков отправилось на очередной бал, маменьку взяла в оборот знакомая дама Сэла. Сэл Кавендиш с лёгкостью уговаривал почтенных леди заболтать маркизу Грейсток. Мелисса обратила внимание, что мужская половина ее семейства отправилась курить сигары и пить коньяк. Девушка, по отработанному сценарию, выскользнула в парк, где ее уже ждал Сальваторе.
Сэл Кавендиш не удержался, и запечатлел на губах своей возлюбленной приветственный поцелуй, Мелисса ответила, но…
– А я-то все гадала, почему местные дамы оказались такими болтливыми, – матушка Мелиссы, маркиза Грейсток, застала дочь врасплох. – А тут наша дебютантка, как выяснилось, позорит семью, да ещё с кем, с презренным Кавендишем!
– Мама, я…
– Молчать и слушаться!
– Мадам, я готов хоть сейчас искупить вину и жениться на Мелиссе.
– Искупить он готов, проваливай с глаз моих вон, отродье Кавендишей, а не то я на тебя братьев Мелиссы натравлю.
Мелиссу все же заперли в комнате на целую неделю. Девушка была рада получить передышку от балов. Единственное, она переживала о невозможности видеться с Сальваторе. Но Сэл все равно находил возможность общаться с возлюбленной.
Юноша, конечно же, прознал о недельном наказании Мелиссы – просветили все те же болтливые кумушки, и пришел под окна к своей милой. Сальваторе приходил каждый вечер, он рассказал слугам о своей любви к их госпоже, надеясь заручиться их помощью. Те, видя обходительность и манеры молодого человека, который оказался совсем не заносчив, и просил их об одолжении, пускали Сэла под окна Мелиссы, не сообщая хозяевам о визитере юной маркизы. Так домашний арест для Мелиссы окрасился сладким ожиданием тайных свиданий и драгоценными часами с Сальваторе.
