Текст книги "Дитя Палача (СИ)"
Автор книги: Анна Ланг
сообщить о нарушении
Текущая страница: 5 (всего у книги 7 страниц)
Глава 20
Сидя в карете, Мелисса ждала, пока кучер с кем-то поговорит, потом девушка услышала, как Арнольд возвращается к карете и выглянула в окошко.
– Миледи Мелисса, – сказал слуга, – всё устроилось самым наилучшим образом. У Вас будет приют, и о вас смогут позаботиться. Я буду спокоен за Вашу судьбу, зная, что Вы не попадете в чужие руки. Герцог, когда вернётся, обязательно вас заберёт.
Мелисса тепло попрощалась с кучером и подошла к огромным дубовым воротам. У ворот девушку ждала женщина, одетая в чёрную рясу и с чёрным платком на голове. Женщина одобрительно оглядела Мелиссу и промолвила.
– Добро пожаловать в обитель святой Берты, дитя мое. Мы даём приют заблудшим душам, но тебе придётся поработать во славу Господа.
– Я не боюсь работы, матушка, – ответила девушка.
Мелисса улыбнулась, сейчас, таким вот причудливым образом сбылось её желание оказаться в монастыре. Она шла за монахиней мимо огородика и сараюшек с живностью, прошла и в здание монастыря – женщин ждали тускло освещённые коридоры. Девушка и её сопровождающая прошли и мимо большого зала, где монахини, послушницы, женщины в обычной скромной одежде – видимо, и им дали приют, подумала Мелисса – склонились над вышиванием и шитьем.
– Как мне обращаться к Вам, матушка? – спросила девушка монахиню.
– Я сестра Агнесса, дитя, – ответила монахиня. – Сейчас я проведу тебя в твою келью. У тебя будет соседка. Я очень надеюсь, что вы найдёте опору друг в друге.
Монахиня привела Мелиссу в скромную каморку, где стояли две кровати, накрытые колючим шерстяным одеялом, добротный комод и два стула.
– Располагайся, дитя мое, я жду тебя на трапезу. Потом я познакомлю тебя с твоей соседкой, с другими обитательницами нашей обители. Мы решим, чем ты можешь помочь Господу.
– Матушка, подала голос Мелисса, – возможно ли мне будет позаботиться о детях? Когда-то папенька, чтобы привить мне послушание, – Мелисса запнулась, – отправил меня в монастырь святой Катарины. Там, при детском приюте, сёстры научили меня обращаться с детьми, я была бы рада найти применение своему опыту и здесь.
Монахиня расплылась в довольной улыбке.
– Неисповедимы пути Господни, – воскликнула сестра Агнесса, – нам не хватает рук заботиться о юных душах. Располагайся, дитя.
– Зовите меня Мелисса, матушка.
– Ты можешь звать меня сестра Агнесса. Как разместишься, приходи на трапезу и потом мы с тобой отправимся в приют.
Мелисса подумала, что сестра Агнесса права – пути Господни действительно неисповедимы. Мелисса не знала, вернется ли за ней Палач, ведь матушка отправляла ее в Вайсеншлосс с тайной надеждой, что Мелисса составит счастье герцогу Аберкромби. Только вот Сэмюэл уже выбрал себе пару – громогласную и роскошную миледи Дегре. У Мелиссы осталась память о Сальваторе и о маленьком Александре. А сейчас она постарается согреть те души, которые нуждаются в ней.
* * *
В трапезной монастыря стояла тишина. Мелисса вглядывалась в новые лица – светлые и отрешённые лица монахинь, Божьи сестры поприветствовали её улыбкой. В их глазах девушка видела сердечность. Она заметила и пару дев, высокомерно смеривших её презрительными взглядами. Потом взгляд Мелиссы оказался прикован к другим женщинам – худым, уставшим, в огромных мешковатых платьях не по плечу. Эти женщины ответили девушке затравленными взглядами и прижали к себе болезненных детей.
– Наша обитель даёт приют всем нуждающимся, – подала голос сестра Агнесса. – Я хотела представить тебе твою соседку, только эта заблудшая душа опять спряталась в саду.
А что до разных женщин, которых ты видишь за этим столом… если бы не регулярные пожертвования близких наших подопечных, мы не смогли бы принимать всех.
Многим нужна помощь лекарей, травы не всегда помогают излечиться от хворей. Дети наших подопечных с четырех лет работали в шахтах, вместо ездовых животных или чистили камины. Мы стараемся облегчить их страдания, – добавила сестра Агнесса, – но и мы далеко не всесильны.
Подали крапивный суп. Все присутствующие в столовой приступили к благодарственной молитве. Мелисса повторяла слова, которые запомнила ещё с детства, однако девушка не могла отрешиться – она не переставала думать о маленьком Александре, наверняка Сюзанна опять посадит его в клетку и будет кормить рисовым молоком.
Мелиссе хотелось верить, что отец маленького Николаса Александра все же прислушался к ней, и позаботится о нужда ребенка, она надеялась, что герцог Аберкромби постепенно научится дарить своё тепло ребёнку, ведь детям как никогда нужна забота родителя.
Сестра Агнесса прервала мысли Мелиссы, тихонько тронув её за плечо. – Если ты уверена в том, что хочешь заботиться о недавно рождённых душах, я отведу тебя в приют.
И вновь Мелисса последовала за сестрой Агнессой по тёмным гулким коридорам – девушка и монахиня пришли в большую залу, где Мелисса увидела множество колыбелей, между которыми, будто юркий корабль, сновала еще одна монахиня.
– Мелисса, это сестра Эстер.
– Эстер, это Мелисса, она с радостью поможет тебе. Я оставлю тебя и постараюсь отыскать твою соседку, ей нужно учиться смирению.
Сестра Эстер подвела Мелиссу к столу, где кипятились глиняные бутылочки с резиновыми сосками и попросила девушку заняться кормлением. Мелисса порадовалась тому, что сестра Эстер не верила популярным советам миссис Битон, считавшей, что бактериям надо давать размножаться. Наоборот, монахиня видела, что плохо промытые бутылочки приводили к детским болезням или утере младенца. Мелисса отвлекалась на простые мысли и продолжала помогать монахине. В детской появилась ещё одна девушка, почему-то чем-то похожая на маленького Александра.
– Ты пришла, я рада тебя видеть, дитя моё, – обратилась к пришелице монахиня, – сможешь ли ты помочь нам?
– Нет, нет, пожалуйста, – голубоглазая светловолосая незнакомка жалобно смотрела на сестру Эстер, – я не выношу детского крика и грязи.
Мелисса увидела выражение ужаса на лице девушки и она поняла, что кучер Арнольд привёз её в монастырь, где находилась бывшая жена Сэмюэла. Чтобы подтвердить свои подозрения, Мелисса обратилась к сестре Эстер с вопросом.
– Это Мэриан Хэвишем?
– Да, это бывшая герцогиня Аберкромби, – грустно ответила монахиня.
– Дитя моё, – обратилась сестра Эстер к Мэриан, – постирай пелёнки, пожалуйста. У фонтана мыло и стиральная доска.
На лице Мэриан отразилось облегчение, бывшая жена Сэмюэла подхватила пелёнки и отправилась к фонтану, а сердце Мелиссы перехватило от невыразимой жалости. Она поняла, что что Мэриан Хэвишем страдала от душевного нездоровья. Мэриан Хэвишем просто не выносила маленьких детей.
Глава 21
Мелисса
Мелисса провела целый день в детском приюте, непрестанно заботясь о маленьких детях. Девушка не обращала внимания на одобрительные взгляды сестры Эстер, которая не ожидала увидеть от благородной дамы такого внимания к потерянным существам, которых даже их матери оставили на пороге монастыря. Мелисса кормила, пеленала, меняла бельё, для каждого ребёнка у неё находились и объятие, и доброе слово, и ласковый взгляд.
Сестра Эстер подумала, что Мелисса, несмотря на её тепло, несмотря на её готовность принять на себя заботу о живых существах – заботу безусловную и искреннюю, дети, как никто другой, это чувствуют – несмотря на всю искренность девушки, она не смогла бы стать хорошей невестой Божией. Мелисса не смогла бы посвятить себя богу самым надлежащим образом, слишком живая и слишком теплая девушка просто создана для материнства и семейного очага. От сестры Агнессы сестра Эстер узнала, что Мелиссу Грейсток привез кучер герцога Аберкромби.
Кучер в двух словах сообщил сестре Агнессе о появлении греховной женщины в доме герцога. А так как челядь не могла перечить благородным господам, рисковать должностями, а то и шкурой, слуга взял на себя смелость привезти девушку сюда, в обитель святой Берты, единственный монастырь, находящийся поблизости. Монахиня подумала, что если герцог откажется участвовать в судьбе Мелиссы, которой он дал приют по просьбе матушки, то она постарается устроить её судьбу, постарается связаться с родными девушки. Из Мелиссы получилась бы превосходная гувернантка и замечательная мать.
После утомительного дня, проведенного с детьми, Мелисса вернулась в свою келью, где застала Мэриан, со слезами на глазах пытающуюся оттереть серые камни ветошью. Молодая женщина твердила, что камни грязные, грязные, грязные.
– Ты что? – спросила Мелисса, от волнения забыв о правилах этикета, – это же камни, это же их природная расцветка. Никто ещё не тёр камни.
– Они грязные, грязные, грязные, посмотри, сколько на них пыли и грязи, – плакала Мэриан.
– Нет, моя милая, что ты, – Мелисса видела душевное волнение Мэриан. Мелисса заметила, что руки Мэриан покраснели и воспалились, а сама девушка дрожала мелкой дрожью. Мелисса обняла несчастную и стала тихо говорить:
– Это самые чистые камни и они чистые благодаря тебе. Никто никогда не мыл их, и никто никогда не чистил их так, как ты.
– Я стараюсь, я правда стараюсь, – не прекращала плакать Мэриан, – моя матушка всё время твердила, что женщина не должна быть грязной, что чистота телесная есть первый шаг к чистоте душевной. А самыми грязными являются младенцы, – продолжала откровенничать Мэриан. – Эти создания постоянно пачкаются, плачут, они грязные, и столь же грязно и порочно продолжение рода человеческого. Мужчины – похотливые животные, они неуемны, протыкают женщин своими кольями и приходят и мучают нас, пока не обзаведутся собственным грязным подобием.
Мелисса поняла, что Мэриан нездорова, что любовь к детям и любовь к супругу она считает чем-то нечистым. Монастырь не поможет Мэриан Хэвишем справиться с недугом. Мелисса решила, что она напишет Сэмюэлу Аберкромби о судьбе его бывшей супруги и попросит принять участие в жизни Мэриан, заодно воспользуется оказией и уточнит, действительно ли гостеприимство герцога больше не распространяется на неё саму. Девушка сказала:
– Посмотри, какую ты чистоту навела, нам будет чисто спать. Завтра мы попросим сестёр дать тебе другую работу, монастырь нуждается в уборке, а ещё попросим дать тебе лекарство от хворых рук. От постоянной уборки твои руки совсем воспалились, но мы это поправим. Как ты чудесно привела в порядок нашу келью!
Мелисса решила не откладывать написание письма в долгий ящик. Мэриан Хэвишем нуждалась в помощи Мелиссы, к тому же девушке следовало бы решить, что ей делать с собственной судьбой. Если герцог обзаведется семьёй, Мелисса уведомит родителей о том, что находится в монастыре и о том, что она хочет остаться в Божией обители.
Сэмюэл
Сэмюэл скакал домой, долгая дорога позволяла ему размышлять о многом, в том числе и о собственных ошибках. Он отказался от уговоров помощника занять прежнее место главы королевской безопасности.
– Вы всегда останетесь Палачом, – заявил Сэмюэлу заместитель, который заступил на его должность. – Я мог бы походатайствовать перед Его Величеством, чтобы Вас восстановили в должности и вы смогли бы приступить к службе. Правда, должен признаться, я сомневаюсь, что Вам вернут поместья и флот. Король уже даровал их своим сподвижникам за заслуги.
Сэм горько усмехнулся. Девушка, волею судьбы, а вернее волею матушек – маркизы Грейсток и герцогини Аберкромби – девушка, которая стала его гостьей, оказалась права. В погоне за мифическим почетом Сэмюэл рискует потерять самое важное, что у него осталось – ребёнка, да и Вайсеншлосс, который начал приносить доход. Сэм был уверен в своей челяди и стражниках, зная, что ни один подозрительный комар мимо не пролетит. А если Сэм опять оплошает? Его Величество что, снесет ему голову? Снова лишит его последнего крова над головой? Нет уж, он попытается сохранить то, что у него уже есть. А может, и преумножить.
– У герцогини Аберкромби остались корабли. Да и должен Вам признаться, многоуважаемый маркиз, я боюсь не оправдать доверие Его Величества вновь. (И боюсь потерять своего ребенка, – подумал Сэмюэл). Я верный слуга Его Величества и своего отечества, и буду рад оказать посильную помощь. Вам стоит только обратиться, и я всегда сделаю все возможное и невозможное для своего сюзерена и для своего Отечества.
Сэмюэлу было приятно почувствовать себя нужным, но он уже определил приоритеты в своей жизни.
Сэм вспоминал разговор с помощником, он скакал и размышлял о том, что ему следовало бы попрощаться с Мелиссой, следовало бы наказать слугам относиться к ней с должным почтением, но он …суровый Палач набрался смелости признаться самому себе… но он просто испугался, что поцелуй, случайный, сладкий, оказался просто совпадением, и что во взгляде Мелиссы он найдет отчуждение, непонимание, а то и стыд. И все же он хотел бы с ней объясниться.
Сэмюэл прискакал в Вайсеншлосс глубокой ночью, он отметил с удовлетворением, что стражники несут свой караул как должно. Сэмюэл добрался до замка, оставил лошадь конюху, прошел по коридорам, краем глаза обратил внимание, что на стенах замка появились новомодные гравюры, а кое-где окна обзавелись кричащими шторами цвета киновари, прошел в свои покои, разделся и бухнулся в кровать, укрывшись меховым одеялом.
Под утро Сэм почувствовал, как его орудие обхватили нежные пальчики, сжали, погладили и снова стали ласкать. Сэм почувствовал, как его плоть восстает и наливается силой. В полусне Сэмюэл подумал, кто это такой умелый, не Мелисса же знакома со столь непристойными навыками. Сэм почувствовал, что он пришел в полнейшую готовность – от этого порочного сна никак не хотелось просыпаться. Его внушительный ствол обхватили сочные губы и начали ритмично посасывать, то убыстряя, то замедляя темп. Сэм почувствовал, что вот вот достигнет разрядки, он наконец излился в умелый рот. Сэмюэл открыл глаза и увидел знакомую блондинку, которая обрабатывала его достоинство. Нужно признать, обрабатывала с тщанием и умением.
– Эсмеральда? – спросил Сэмюэл. – Что ты здесь делаешь?
– Я доставляю тебе удовольствие, – низким голосом заметила женщина. Бывшая любовница перестала ласкать самое сокровенное у Сэма и легла рядом с ним на подушку.
– И с каких это пор ты являешься в мои покои? И позволяешь себе подобные действия?
– А с таких, что мы с тобой поженимся, милый мой Палач, – по-кошачьи протянула женщина. – Все равно кроме меня, тебя никто не вынесет.
– Да я нашел девушку, которой ни ты, ни Мэриан в подмётки не годитесь! Я женюсь на Мелиссе Грейсток, – вырвалось у Сэма.
– На ком? На Мелиссе? На этой вредной надоедливой девчонке, худой, как стиральная доска! У нее нет моих достоинств, – Эсмеральда приподняла свои пышные сочные груди. – И вряд ли ты захочешь до нее даже дотронуться, глупый мой Сэмми, она в борделе, обслуживает морячков в порту.
– Что ты сказала? – Сэмюэл разъярился, навалился на бывшую любовницу и схватил ее за горло. Если только она посмела причинить Мелиссе вред, если только с головы девушки упадет хоть один волос… Сэмюэл яростно сжимал горло бывшей любовницы, он вдруг увидел, что Эсмеральда захрипела.
Глава 22
Сэмюэл отшвырнул от себя женщину, запахнулся в халат и стал нервно ходить по комнате. Эсмеральда, поскуливая, так и осталась валяться на полу, она боялась подняться, думая, что Палач опять начнет ее душить. Мисс Дегре даже представить себе не могла, что Палач, одиозный, грозный, ненавидимый многими, не примет её. Женщина видела, что захолустье, где обретался теперь Сэмюэл, требует женской руки, знающей моды, всех самых известных художников, что его берлоге, этому стылому суровому замку не хватает вкуса, а прислуге – крепкой руки.
Сэмюэл нервно расхаживал по комнате и едва ли не кричал.
– Как ты вообще посмела явиться сюда, вот так, внаглую? Как ты обманула моих слуг, как? Я же муштровал их? С чего тебе вообще пришла в голову мысль сюда явиться!? у тебя же были любовники? Ты же бросила меня, сказав, что опальный Палач тебе не нужен, ты ищешь, где выгоднее. Как там твой этот… Бродерик?
– Нет ничего проще обмануть доверчивых мужланов, – тихо промолвила женщина, – нужно вести себя так, будто ты уже здесь хозяйка и пригрозить всяческими карами.
Про тебя же ходили слухи, – промолвила Эсмеральда, – что ты вернёшься на место главы королевской безопасности, и я решила воспользоваться ситуацией. А так как я была твоей единственной женщиной многие годы, я надеялась составить тебе партию. Стать герцогиней Аберкромби. Было достаточно тебя как следует приласкать, и ты сам упал бы мне в руки, как перезрелый плод.
– Мне? Ты хотела составить партию мне? – зло усмехнулся Сэмюэл. – Знаешь, каких сил стоило мне привезти в относительный порядок это захолустье, как ты говоришь. У меня нет поместий, нет флота, всё, что я раньше нажил непосильным трудом, Его величество раздал другим за заслуги, так что ты попросту просчиталась.
Сэмюэл не стал говорить бывшей любовнице, что Вайсеншлосс за последние годы стал приносить доход, что он участвовал в управлении поместьями матушки, заботился в том числе и о её кораблях. Сэмюэла беспокоило то, как Эсмеральда узнала о Мелиссе, а то, что женщина поверила светским слухам, стало её ошибкой, то, что она посмела распоряжаться у него дома, станет ее приговором.
Сэмюэл грозно навис над лежащей на полу Эсмеральдой.
– Как ты узнала о Мелиссе?
– Сюзанна, твоя милая нянька Сюзанна сообщала мне все подробности твоей скучной жизни. Ты что, думал, что я откажусь от такого лакомого кусочка, как ты? Мне ничего не стоило подослать верных слуг, чтобы узнать, кого ты возьмёшь с собой в ссылку, и перекупить этого человека.
Сэмюэл помнил, как он уезжал в Вайсеншлосс с минимумом челяди, как отказался от услуг кормилиц и других нянек, и как Сюзанна слезно умоляла оставить ее, несмотря на то, что она терпела выходки его бывшей жены и не говорила ему о жестокости Мэриан. Сэмюэл корил себя за поспешность, в тот момент он решил, что женщина, поклявшаяся в верности, не предаст его – выходит, нянька его предала, просвещая Эсмеральду о его жизни.
– Поднимайся! – Сэмюэл схватил Эсмеральду за волосы и выволок её из собственной спальни. Он проволок женщину по коридорам, ворвался в детскую собственного ребёнка и увидел картину, которая раньше не вызвала бы у него вопросов, но слова Мелиссы отложились у Сэма в сердце. Нянька спала в кресле, а его ребёнок был выставлен в клетке на балконе.
Сэмюэл больно схватил ее за руку.
– Почему ты не выполняешь распоряжения маркизы Грейсток? Почему мой ребёнок в клетке?
– Ваша светлость, ваша светлость, – испуганно забормотала Сюзанна, – так малыш совершает утренний моцион.
– А ты продолжаешь видеть сладкие утренние сны, да? – язвительно заметил Сэмюэл. – Вытащи моего сына из клетки, с предельной аккуратностью положи в коляску и идите со мной.
Нянька споро вытащила маленького Николаса Александра, положила малыша в коляску и последовала за Сэмюэлом и Эсмеральдой в большой зал. Сэмюэл громким рыком созвал всех слуг. Испуганная челядь набилась в зале и смотрела на разъяренного герцога.
– Есть ли среди женщин та, которая может обращаться с ребенком? Есть ли среди женщин матери? – спросил Сэмюэл, грозно оглядывая слуг. – И есть ли те, кому маркиза Грейсток давала распоряжения?
Вперёд выступила кухарка.
–У меня четверо детей, Ваша Светлость, я знаю, как с ними обращаться. Маркиза Грейсток много рассказывала мне, как кормить и ухаживать за юным господином.
– Значит, так, – сказал Сэмюэл – до приезда маркизы Грейсток ты и займешься моим сыном. И смотри мне, как там тебя…
– Нелл, Ваша Светлость.
– Нелл. Если я увижу его в клетке, если я увижу его больным, если хоть один волос упадёт с головы Николаса Александра, моего наследника, то не сносить головы тебе самой.
– Что Вы, Ваша светлость, я позабочусь о юном герцоге так, как заботилась бы о собственном сыне.
Кухарка испуганно закивала и подхватила коляску.
– А теперь вы, – отрезал Сэмюэл. – Я уехал по поручению его величества. Уезжая, я оставил замок и деревни на ваше попечение. Вы приняли в замке самозванку, поверили ей, вот так, не глядя, только потому, что она согревала мне постель, только потому, что эта гарпия взяла на смелость притвориться той, кем никогда не будет! Вы позволили ей распоряжаться судьбой благородной госпожи! А теперь расскажите мне о судьбе маркизы Грейсток, гостье, которая доверила мне свою жизнь, и в зависимости от того, что вы мне расскажете, я решу, что делать с вашими шкурами.
Вперёд выступил кучер, Арнольд.
– Ваша светлость, мы никогда бы не посмели обидеть госпожу маркизу, мы знали, что Вы вернетесь. Госпожа Мелисса в монастыре, я позволил себе отвезти её туда, зная, что там госпожа маркиза будет в безопасности. Сестра Агнесса обещала приглядывать за госпожой и немедля написать мне, в случае если с госпожой Мелиссой что-то случится.
У Сэма отлегло от сердца, он действительно подумал, что Мелиссу его слуги и правда отправили в веселый дом. Но чувство вины едко разъедало душу Сэма.
– Я благодарен тебе, Арнольд, за то, что ты единственный хоть как-то подумал своей головой. Я лишу вас всех жалования за полгода и радуйтесь, что я не велел вас высечь или выкинуть за порог. Вас же, мои драгоценные, – Сэмюэл оскалился злобной улыбкой, глядя на Эсмеральду и Сюзанну – вас же, мои драгоценные, я отвезу в порт. Там стоит мой корабль, который должен отправиться в долгое плавание. Вы станете обслуживать матросов, которые потом выкинут вас, как наиграются – может, в море, а может, в ближайшем порту.
Сэмюэлу было безразлично проявившееся выражение ужаса на лицах Эсмеральды и Сюзанны. Он думал о Мелиссе, и о том, что действительно не против на ней жениться.
– Слушайте все! – сказал Сэмюэл слугам, с благоговением и невольным уважением взирающим на своего господина – если я уезжаю, не отдавая распоряжений, значит, всё должно идти, как шло. Мои гости и гостьи остаются в замке, а пришельцы же, будь новоприбывшим хоть сам король, не имеют права отдавать никаких распоряжений. В Вайсеншлоссе без моего личного приказа, не письменного, личного, никто не имеет права хозяйничать.
И если в моё отсутствие какой незнакомец ступит на мою землю и вы позволите ему здесь устанавливать ваши порядки, в следующий раз полетят ваши головы и головы ваших семей. Этих в подвал, связать и ждать, пока я не отдам распоряжения об отъезде. – Сэмюэл кивнул дворецкому. – Вели подавать завтрак.
– Госпож предательниц ждёт расплата за всех их деяния. Злодеяния.
А сам Сэм будет надеяться на милость Мелиссы, надеяться на то, что девушка его простит. Иногда ему казалось, что вся его жизнь сплошная череда ошибок.
