Текст книги "Подмена: кого я люблю? (СИ)"
Автор книги: Анна Кривенко
сообщить о нарушении
Текущая страница: 2 (всего у книги 13 страниц)
Кириянин вздрогнул.
Захотелось просто сбежать, спастись от этого невыносимого омута боли, который отражался в необычных зелёных глазах…
Но Иноу не ушел.
– Голодный… – повторил он слова, которые услышал пару минут назад. – Овсянку с фруктами…
И улыбнулся…
Глава 4. Болезненные воспоминания…
Слёзы уже высохли.
Руки Мишель подрагивали, когда она выкладывала на порцию густой овсянки горку красных ягод.
Ян всегда любил малину, хотя та крайне тяжело приживалась на Земле-2. Мишель несколько лет тщетно пыталась рассадить её по всему участку, но кусты неизменно портились и засыхали. Приходилось покупать ягоды у фермера Диего Маньяны, который выращивал малину исключительно в теплице…
Ян странно посмотрел в тарелку и замер на несколько мгновений.
Мишель напряглась.
То, что с мужем было не всё в порядке, казалось очевидным. Он едва мог говорить, и вёл себя совершенно неадекватно. А ещё… не злился.
О Боже! Как давно она не видела его улыбку!
А пару минут назад он так ласково заулыбался, что вызвал в памяти жутко болезненные воспоминания…
…Они познакомились подростками в старшей школе. До шестнадцати лет Мишель обучали родители, потому что она была слаба здоровьем. Земляне летели сквозь космические дали в огромном корабле, похожем на маленький город.
Бо́льшая часть детей и подростков даже во время полета собирались в классы, но Мишель в этом совершенно не участвовала, и ей остро не хватало общения. Она уговорила родителей отпустить ее на учебу хотя бы по прилету на место назначения. Обещала усердно учиться и тщательно о себе заботиться, и родные нехотя согласились.
Колонисты довольно быстро отхватили себе приличный кусок земли на новой планете, испепелив участок густого леса. Вырубили деревья, построили дома, соорудили школу. В первый год даже частокола не было. Но когда с людьми всё чаще стали происходить несчастные случаи, было быстро возведено ограждение…
В классе новенькую девчонку встретили с любопытством. С несколькими девушками, живущими как раз по соседству, Мишель уже была знакома, но большинство учеников видело ее в первый раз.
Шум, гам, пошловатые шуточки и легкий флирт между мальчиками и девочками несколько шокировали Мишель, но острое чувство одиночества резко оставило её. Повседневность сразу же заиграла новыми красками. Кажется, жизнь на Земле-2 обещала стать счастливой…
В тот же день она и увидела своего Яна Вернера. Он зашел в класс хмурым и неприветливым, лениво бросив рюкзак на стул. Девчонки захихикали, обсуждая его бицепсы, виднеющиеся под рубашкой, и щеголеватую чёлку на пол-лица…
Мишель сидела на самой последней парте и не могла отвести взгляда.
Какой красивый! Точёный овал лица, слегка пухлые губы, большие карие глаза, широкие плечи, изящная фигура атлета – всё в этом выдающемся парне было совершенным.
– Эй, кажется, новенькая тоже запала на Вернера! – бросил кто-то из парней, и два десятка голов повернулись в её сторону.
Щёки Мишель предательски вспыхнули, выдавая её с головой, и в этот момент она встретилась глазами с Яном. Его взгляд скользнул по ней равнодушно и холодно, но лишь в первые мгновения. Потом Ян отчего-то сильно удивился и присмотрелся вновь.
Мишель смутилась и опустила глаза. Она была по природе застенчивой и боялась пристального внимания…
Учитель прервал неловкую ситуацию своим приходом, и начался урок.
После занятий Мишель поспешила быстро покинуть школу, но… её окликнул незнакомый мальчишеский голос. Девушка обернулась и большим удивлением увидела Яна! Тот подбежал ближе и остановился рядом, возвышаясь на целую голову. Улыбался…
– Привет! – произнёс неожиданно дружелюбно. – Меня зовут Ян. А ты Мишель, я знаю… Живёшь в западной части поселка?
Девушка кивнула, недоумевая, откуда он о ней так много знает, а потом услышала ещё более необыкновенные слова:
– Я тебя провожу!
Краснела, бледнела, заикалась, но шла рядом с самым популярным парнем школы и не могла поверить своему счастью. А еще не понимала его мотивов. Почему он последовал за ней? Зачем решил познакомиться? Неужели она… понравилась ему?
Через пару месяцев Ян уже открыто назвал Мишель своей девушкой и поцеловал. Мишель просто летала от счастья и каждую ночь не могла уснуть.
Первая любовь, первый поцелуй…
Как в книжках, которые так любила читать мама…
Ей завидовали все девчонки посёлка, в особенности Эллен Бин. Красивая, эффектная – она разительно отличалась ото всех остальных и была предметом грёз, как и Ян.
Она любила Яна. А Ян любил Мишель…
Потом случилась свадьба, которую сыграли с большим торжеством, и сперва всё было замечательно. Ян отучился на генетика, прослыв гениальным парнем, Мишель создала своё уютное гнездышко для двоих. Но Ян начал отдаляться.
Мишель искренне удивлялась, зачем он вообще женился на ней, если любовь так быстро остыла? Но однажды она нашла в его вещах старый потертый снимок. С него смотрела молодая женщина, одетая в несуразное яркое платье. Фотография еще с Земли! Но больше всего Мишель поразило лицо незнакомки: она была как две капли похожа на неё саму. Сзади прочла имя – Изабелла Раут, знаменитая певица дополётных лет… Да, Мишель не раз слышала это имя: Ян очень любил слушать старые песни. Фанат фактически…
И тут девушка поняла: он женился на ней из-за этого поразительного сходства! Он никогда лично её не любил…
Окончательно исчезли улыбки, задорный смех. Муж всё чаще оказывался раздражён и недоволен. Близость между ними случалась настолько редко, что Мишель крайне удивилась, узнав, что беременна.
Родились дети. Нездоровые тяжелые дети, оказавшиеся для их семьи настоящим испытанием. Это стало началом конца…
(Ян Вернер)
Мишель вынырнула из воспоминаний и с тоской посмотрела на Яна.
Он уже ел – медленно так, осторожно, словно чего-то боялся.
Удивилась. Бесстрашный и немного сумасбродный Ян в обычном своем состоянии никогда не осторожничал.
– Ян… – позвала его вдруг, заставив замереть ложку на полпути ко рту. Он посмотрел на Мишель немного исподлобья, но… мягко, как давно уже не смотрел. Молодая женщина нервно сглотнула слюну. – Ян, как ты оказался за частоколом?..
Глава 5. Что же теперь будет?
Пища пришлых была… сносной. Но крайне бедной энергетически. Кирияне ели редко, не чаще одного раза в седмицу. Они предпочитали восполнять силы за счет энергии, циркулирующей по планете. Растения излучали её в небольших количествах, но если Иноу спал под деревом больше суток, то мог насытиться полностью и несколько дней быть бодрым и активным. Животные обладали гораздо бо́льшим энергетическим запасом, но делились им не столь охотно. Кирияне частенько охотились на них, гоняясь за крупнымиярами*или устраивая ловушки медлительнымшинсу́нам**,а когда ловили, то брали часть их сил. Немного, ведь это было лишь развлечение, но напитавшемуся хватало на много-много дней.
Иноу опустошил тарелку, чувствуя на языке приторное послевкусие. Кстати, ложкой пользоваться он умел: нечто подобное использовали и в его народе уже много-много веков…
Женщина всё еще стояла рядом, полыхая напряжением. Энергия жизни от неё больше не исходила: видимо, это был всего лишь всплеск. Но весьма загадочный всплеск, удивительный…
Иноу разморило. После принятия пищи кирияне становились вялыми и ленивыми, как никогда. Потянуло на пол, чтобы растянуться на нем и блаженно закрыть глаза…
– Пойдём, Ян, – робкое прикосновение к его плечу отозвалось дрожью. – Тебе нужно отдохнуть…
Иноу покорно встал и пошёл. Сквозь ткань одежды в тело пробивались тонкие импульсы от чужих пальцев. Невесомые, едва заметные, но… приятные. Посмотрел на хрупкие ладони и удивился. В них тоже почему-то отражалась боль. Местами загрубевшая кожа свидетельствовала о тяжелом труде, обломанные ногти выглядели слабыми и больными…
Перевёл взгляд на лицо пришлой…
Бледная кожа словно светилась изнутри. На веках проступили сеточки кровеносных сосудов. Иноу весь погрузился в созерцание, завороженно наблюдая за изящным профилем иноземной женщины…
Кириянки были другими. Сильные, независимые, крепкие – они обычно полыхали здоровьем и энергией, соревнуясь силами с мужчинами наравне.
У Иноу еще не было женщины. Союзы создавались раз и навсегда, и он не хотел спешить. Да и кириянки не особо горели желанием идти под его власть: всё-таки он был не самым родовитым. Скорее, обычным, одним из многих…
Интересно, а как паруются пришлые? У них ведь нет энергообмена, чтобы узнать совместимость тел! Загадка, да и только…
Женщина привела Иноу в другую комнату, посреди которой стояло большое светлое ложе. Правда не овальное, как было принято у кириян, а прямоугольное и довольно высокое.
Пришлая остановилась, а потом с некоторым колебанием повернулась к Иноу лицом. Он чувствовал растекающийся от неё флёр страха. Украдкой посмотрела ему в лицо и несколько неуверенно протянула руки к вороту его одежды.
Иноу инстинктивно отшатнулся. Что она хотела сделать? Зачем?
Пришлая вся сжалась, несознательно хватаясь за щеку, в глубине зеленых расширившихся глаз промелькнул ужас…
Кириянин озадачился.
Несколько мгновений они напряженно смотрели друг на друга, а потом женщина спохватилась и, широко обогнув его, убежала прочь…
Иноу обернулся, глядя ей вслед.
Зеленоглазая была странной. Странной до невозможности, но при этом… безумно интересной. Пришлось напомнить себе, что Иноу пришел в поселение не на женщин захватчиков заглядываться, а развенчивать их гнусные планы.
Впрочем, одно другому не мешает, наверное. У него ведь глубоко исследовательский интерес…
Кириянин подошел к ложу и с удовольствием упал на него плашмя. Замер, расслабляя каждую мышцу. Мягко! И пахнет приятно. Несмотря на полное энергетическое опустошение пространства, его уже не трясет от слабости. Похоже, он действительно начал привыкать…
Прикрыл веки, свернулся калачиком и погрузился в неглубокий умиротворенный сон.
* * *
Разум Яна помутился однозначно!!!
Мишель замерла посреди дома, тяжело дыша. Вот чувствовала, что не нужно его трогать, но зачем-то полезла расстегивать рубашку. Он ожидаемо не дался…
Ян уже давно был сам по себе.
Даже прикосновений ее избегал в последнее время, словно она прокаженная какая-то! А уж о чём-то бо́льшем даже речи не шло. Последняя близость между ними случилась больше двух месяцев назад, хотя свершившийся акт трудно было назвать приличным словом. Ян просто поимел её, даже не целуя. Ни о какой прелюдии не шла речь. Словно они животные, а не люди…
Мишель поёжилась, обхватывая себя руками. Кажется, теплая шаль ей нужна даже дома: всё внутри колотит с самого утра…
Близнецы захныкали. Молодая женщина поспешно бросилась к ним и окунулась в водоворот домашних дел, пытаясь не думать о том, кто спал сейчас за стеной. Но выходило плохо…
Что теперь делать? Неужели Ян останется таким навсегда??? Он не сможет больше работать, и им не за что будет жить…
Прикусила губу до крови.
Мишель придется брать обеспечение семьи на себя. Но реально ли это? С кем оставлять близнецов? Мама болеет уже несколько лет, а соседка и так стонет из-за её постоянных отлучек. Нет, она не согласится поработать няней, разве что предложить ей большую сумму денег. Но ведь эти деньги нужно где-то взять!
Нахлынула тоска.
Что же теперь будет?
__________
* Яры-животные из рода кошачьих…
**Шинсу́ны-существа, похожие на земных панд…
Глава 6. Потеря памяти…
– Доктор Флэтчер, проходите…
Невысокий худощавый старик неуклюже вытер обувь об тряпку на пороге и вошел в дом.
Мишель держала на руках Дина, который жался к материнскому плечу и настороженно взирал на незнакомого мужчину. Рон уже уснул, утомившись раньше брата…
Джон Флэтчер улыбнулся ребенку, но своей старческой гримасой больше его напугал, чем успокоил. Дин захныкал и спрятал лицо у матери в волосах.
Мишель, с трудом удерживающая на руках тяжелого четырехлетнего мальчугана, успокаивающе погладила его по спине, но тут же переключилась на доктора.
– Можете не разуваться, – поспешила сообщить старику. – Я потом приберусь…
– Ну что ты, милочка… – воспротивился Джон, с кряхтением снимая ботинки. – В доме обутым ходить – себя не уважать! Мы не на матушке-Земле, чтобы лишний раз разбрасываться антисептиком…
Надев предложенные домашние тапочки, которые Мишель связала из остатков пряжи, доктор одобрительно улыбнулся хозяйке дома.
Ладная она была девушка, работящая, спокойная, услужливая. Жаль, что досталась такому проходимцу, как Ян Вернер. Охмурил он своим смазливым лицом едва ли не пол посёлка, «вертихвост»! И хотя это были всего лишь слухи, но таковые на пустом месте не берутся. А вот связь со знаменитой вдовушкой Эллен Бин была точно. Джон не единожды встречал их вместе то около больницы, то в кафе напротив…
Выдохнув, укоризненно покачал головой.
– Ну и где… благоверный твой? – доктор Флэтчер старался не выдавать неприязнь к молодому человеку. Поправил на переносице очки.
Мишель усадила Дина на диван, сунула ему в руку яблоко и пригласила Джона присесть напротив.
– Спит… – напряжённо покосилась на дверь в спальню. – С обеда лёг и не просыпается до сих пор.
Почувствовала озноб и быстро набросила шаль на плечи…
– Расскажи, что необычного заметила в его поведении? – голос доктора стал профессионально деловитым. Достав потрепанный блокнот и видавший виды карандаш, написал имя Яна и несколько нечитаемых слов рядом.
Мишель печально выдохнула.
– Почти не разговаривает, как будто ничего не узнаёт. Смотрит странно, да и ведёт себя совсем иначе, чем до случившегося…
Мишель замолчала, погружаясь в воспоминания.
– Как именно иначе? – уточнил старик, щурясь подслеповатыми глазами над своими записями.
– Ну… – Мишель немного стушевалась. Не говорить же, что Ян ей аж два раза улыбнулся и впервые за долгое время не устроил сцену??? – Просто иначе! Не такой, как всегда. Странный…
Смущаясь того, что выкручивается, молодая женщина потупила взгляд.
– Мне бы его осмотреть… – вынес вердикт доктор Флэтчер. – Попробуй разбудить…
Мишель вздрогнула. Тревожно закусила губу, но постаралась не выдать своего волнения. Недоспавший Ян – это катастрофа! В последние месяцы он почти всегда был жутко раздражён, если кто-то прерывал его сон…
Но покорно поднялась на ноги и направилась в спальню.
Ян спал на кровати, даже не раздевшись и не нырнув под одеяло. Скукожился, словно ребенок, на лице царило полное умиротворение.
Волосы разметались по подушке красивыми волнами, словно кто-то намеренно уложил их так привлекательно для глаз. Мишель даже показалось, что они стали значительно длиннее, чем раньше…
Замерла у кровати, не решаясь сдвинуться с места. Разглядывала мужа с острым болезненным чувством внутри, потому что сейчас он выглядел таким… милым. Как раньше.
Накатила тоска, сожаление о прошлом, на глаза поспешили навернуться слезы, но молодая женщина упрямо тряхнула головой и прогнала их. И только острая боль продолжала прожигать грудную клетку в районе сердца…
Коснулась его руки.
– Ян! Пришел доктор! Тебе нужно с ним поговорить…
Муж вздрогнул и резко открыл веки.
Мишель замерла, шокировано глядя в его глаза. В его неожиданноярко-голубыеглаза…
Заморгала, не веря самой себе, а когда посмотрела на Яна вновь, радужки его глаз уже были тёмно-карими.
Отшатнулась, чувствуя новой виток тревоги: неужели она тоже начинает сходить с ума?
Ян резво поднялся на ноги, поправляя одежду. Та даже не измялась, но Мишель была слишком ошеломлена своим «видением», чтобы обратить на это внимание.
Доктор Флэтчер сам появился на пороге комнаты, видимо, устав ждать. Посмотрел на Яна пристально, недружелюбно, но потом довольно-таки миролюбиво произнес:
– Я ненадолго!
Ян рассматривал старика с откровенным удивлением. Что именно казалось ему таким удивительным, было непонятно, но на просьбу присесть в кровать обратно, отреагировал мгновенной покорностью, столь ему не свойственной. Присел, продолжая внимательно наблюдать за действиями старика.
Тот достал старый-добрый статоскоп и потянулся к груди молодого человека, но Ян отшатнулся и мотнул головой.
– Не… на-до… – проговорил с трудом, как будто заново учась говорить. – Я не хо-чу…
Доктор Флэтчер нахмурился, но диагностический прибор убрал.
– Как ты себя чувствуешь? Что помнишь из вчерашнего дня?
Ян молчал. Смотрел в упор на пожилого человека и даже не собирался открывать рта…
Мишель напряженно выдохнула, а доктор засобирался прочь.
Они покинули спальню быстро, и уже на пороге дома Джон серьезно произнес:
– Он, похоже, потерял память, но взгляд осмысленный, светлый, поэтому… шанс на выздоровление есть. Попробуй пройтись с ним по посёлку, отведи на работу, дай поговорить с друзьями… Возможно, это даст какой-то толчок, и его воспоминания вернутся…
Мишель рассеянно кивнула, чувствуя внутреннее опустошение.
Как бы хотелось вернуть Яна, но только не недавнего, а того, кем он был несколько лет назад!
* * *
Вечерело, но сумерки не спешили превращаться в ночь.
Мишель не сиделось на месте, и она решила исполнить наказ доктора в тот же день. К детям позвала соседку, пообещав выкопать ей несколько кустов гладиолусов, на которые та заглядывалась в этом году.
– Ян, пойдем прогуляемся? – произнесла робко, с тревогой заглядывая мужу в глаза. Он снова смотрел странно, но через несколько мгновений кивнул.
Правда, выходя на улицу, забыл обуться. Мишель пришлось вернуть его обратно и протянуть туфли…
Обувался Ян с трудом, словно маленький ребёнок. Долго не мог понять, как завязать шнурки. Мишель присела на корточки и сделала это за него, чувствуя, что в голове какая-то каша из мыслей и ощущений.
Умопомрачение Яна пугало, но! Впервые за долгое время он позволил поухаживать за собой. На Мишель смотрел с любопытством, словно заново изучая, словно она ему вновь стала интересна. А когда их руки случайно соприкоснулись, по пальцам ощутимо ударил яркий электрический заряд.
Ох уж это статическое электричество!
В голову Мишель прилетела безумная мысль, что лучше б он и не выздоравливал вовсе. Чтобы не вернулся тот – жестокий…
…На улицу вышли вместе, как раньше. Небо посерело, покрывшись густыми облаками. Солнце скатилось за горизонт, но было еще довольно-таки светло и ясно.
Ян глубоко вдохнул, словно вырвавшийся на свободу пленник, а потом с интересом завертел головой, рассматривая дома вокруг.
Медленно двинулись вперед вдоль по улице к центру поселения.
Соседи высыпали из домов типа случайно, но все взгляды были обращены на супругов Вернер, а следом несся бесстыдный шепот.
Конечно, весь поселок сейчас на ушах: самый видный мужчина Земли-2 сошел с ума! Наверняка, ставили на то, что он будет, как Марко Джанни, пускать слюни (тот тоже решил погулять за частоколом лет пять назад и вернулся таким). Или же, как Нидро Слоуч, раздеваться догола и бегать по деревне каждое полнолуние…
Мишель было крайне неприятно от осознания факта этих пересудов, но изменить нравы людские она была не в силах.
Свернули на соседнюю улочку и остановились напротив лавки булочника. Ян всегда любил сметанники, которые тот пёк. Мишель постучалась в прикрытое окошко и затянула дружелюбную беседу с высунувшимся мужчиной, но когда через минуту обернулась к мужу, того рядом уже не оказалось…
Глава 7. Кулон на чужой шее…
Иноу проснулся от прикосновения и стремительно открыл глаза. Болезненно потянуло все мышцы, и он едва смог удержать в узде трансформацию: всё-таки тело начало ощутимо слабеть без подпитки из окружающей среды.
Пришлая стояла над головой и смотрела на него во все глаза. Иноу понял, что с обликом что-то не то. Женщина заморгала, отшатнулась, но… ему удалось быстро исправить изменения, и иномирянка пришла в себя.
В комнату заглянул незнакомец – беловолосый и жутко ветхий. Его кожа напоминала кору пятитысячного дерева, а руки были похожи на скрюченные ветви…
Кирияне никогда не старели до такой степени. Были среди старейшин личности крайне древние, но выглядели они однозначно посвежее странного пришлого.
Иноу речь старика понял отчасти. Значение слов само собою возникало в голове, и для ответа кириянин произнес пару фраз, едва не сломав при этом себе язык…
Женщина, крутящаяся рядом, выглядела крайне обеспокоенной. От неё постоянно веяло напряжением и страхом, и Иноу поймал себя на мысли, что хочет удалить от женщины этот страх. Хочет увидеть ее улыбку, почувствовать ее расслабление и радость…
Зачем это было ему нужно, он и сам пока не понимал…
Когда старик ушел, пришлая неожиданно пригласила Иноу погулять по посёлку. Ее слова он отлично понял и почувствовал воодушевление. Ему нужно возвращаться к своей первоначальной цели, и путешествие по поселению как раз для этого подойдёт…
Женщина вертелась рядом, робко поглядывая в его глаза. Казалось, она страстно желала прикоснуться, но всё не решалась, а когда Иноу, повинуясь собственному странному желанию, сам коснулся ее руки, между ними отчетливо пробежала яркая искра…
Кириянин ошеломленно посмотрел на свои пальцы. Как такое возможно вообще? Ведь это похоже на зарождающийся энергообмен!
Щеки вспыхнули от смущения.
Энергообменом среди народа кириян назывался акт сближения между двумя особями разного пола. Жизненные энергии их тел постепенно соединялись, сплетались, искря и фонтанируя силой, пока двое существ не начинали чувствовать себя одним целым.
А после этого происходило соединение тел для получения потомства. Сам Иноу ничего подобного еще не испытывал, но друзья, нашедшие пару, рассказывали, что процесс это странный и не имеющий большого значения. Если у пары рождалось дитя, больше подобного соединения просто не требовалось. Да и кириянки не собирались подпускать к себе мужчин снова, если основная цель парности оказывалась окончательно достигнута…
Но чтобы энергообмен случался между кириянином и кем-то из чужого мира??? Безумие! Невозможно!!!
Может, ему показалось?
Иноу был так взволнован, что, выйдя на воздух, не мог им надышаться. Глядя в бледно-голубое небо, ещё острее почувствовал тоску по дому, но руки женщины, аккуратно подтолкнувшие его вперед, привели Иноу в чувство.
Нет, он не должен быть таким расхлябанным! Несмотря на массу совершенно новых и ярких впечатлений, ему нужно было разузнать, чем именно вредят планете эти существа…
Бодро зашагал прочь, наблюдая за десятками пришлых, покинувших свои жилища.
Чувствовал льющееся от них любопытство, какую-то жадную неудовлетворенность, от которых стало неприятно. И даже женщина, продолжающая держаться за его руку, испытывала от чужих взглядов явный дискомфорт.
Когда они миновали пару улиц, стало легче. Закат окрасил небо в приятный фиолетовый оттенок, по воздуху разлилась прохлада наступающей ночи.
Пришлая остановилась около высокого здания и постучала в окно. Пока она разговаривала со своим соплеменником, Иноу еще раз огляделся, запоминая расположение строений, как вдруг…
Мимолётное, но острое ощущение чужого присутствия взбудоражило все органы чувств. Здесь кто-то из его народа!!!
Начал лихорадочно оглядываться, но, не увидев никого живого, рванул в ту сторону, откуда донесся слабый сигнал. Свернул в первый же поворот и… буквально налетел на местную жительницу.
Женщина сдавлено вскрикнула, прижимая ладони к груди, но в тот же миг испуганное выражение её лица сменилось радостью, и она бодро шагнула к Иноу, становясь к нему вплотную.
– Ян?
Голос женщины прозвучал хрипло, взволнованно, а наружу хлынули яркие чувства облегчения.
Не успел Иноу очнуться, как изящные руки пришлой потянулись к его шее… как будто намереваясь задушить.
Отшатнулся назад, не позволяя ей этого сделать, и женщина разочарованно сникла.
– Прости, – шепнула кисло. – Разум совсем помутился! Понимаю, что здесь не место… Просто… я слышала, что с тобой случилась беда. Ты не представляешь, как я переживала! Но вижу, что ты в порядке, и я просто счастлива!!!
Кажется, она даже смахнула слезу с длинных черных ресниц, но Иноу было всё равно.
Его взгляд был прикован к небольшому голубому камню, закованному в кроваво-красную оправу. Он висел на шее незнакомки в виде кулона. Этот камень незримо, но ощутимо полыхал энергией жизни – родной и до боли знакомой. Именно его импульс он почувствовал минуту назад…
Иноу побледнел.
Это украшение называлось «ауйрен» и для каждого кириянина считалось священным. Его надевали при рождении и снимали только после смерти хозяина. Точно такой же «ауйрен» сейчас болтался на шее Иноу. Он был спрятан в складках одежды и приятно согревал кожу.
Но откуда чужой «ауйрен» мог оказаться у какой-то там пришлой??? Кто из его народа умер, чтобы расстаться с ним???
У кириян было особенное отношение к смерти: они ее боялись. Боялись и ненавидели всем сердцем. Взыгравший в душе Иноу трепет заставил стать безрассудным, и он протянул вперёд руку, пытаясь сорвать «ауйрен» с шеи женщины. Но едва он притронулся к камню, как ладонь незнакомки накрыла его руку. Пальцы кириянина оказались крепко прижаты к выдающейся женской груди, виднеющейся из глубокого выреза в одежде. Глаза незнакомки странно полыхнули. На ярко-красных губах заиграла довольная улыбка.
– Я тоже скучаю по тебе, котик… – с придыханием прошептала она, хотя Иноу её совсем не понял. Хотел выдернуть руку, но просто не успел: позади послышался ледяной голос зеленоглазой.
– Что здесь происходит???
Глава 8. Воскрешение надежды…
Мишель ошеломлённо вертела головой, чувствуя, что сердце начинает выпрыгивать из груди. Где Ян? Куда он мог запропаститься?
Рванула вперёд, даже забыв забрать сметанники у булочника, и тот высунулся из окна, крича ей следом: «Что случилось???».
Молодая женщина его не слышала. Всё внутри вопило, оглушая: «Он опять ушёл! Опять!!! Только не снова!!!». Ей казалось, что если Ян исчезнет из ее жизни и теперь, то от этой жизни вообще ничего не останется. Ведь нежность, загоревшаяся вновь в его карих глазах, уже начала исцелять ее сердце…
Ян нашелся быстро, однако ситуация, в которой Мишель его застала, была дикой.
Он стоял за ближайшим поворотом вплотную к Эллен Бин. Та была разодета, как на прием: узкое короткое платье оголяло стройные ноги, приталенный пиджак подчеркивал шикарную фигуру, а грудь едва ли не вываливалась из внушительного выреза рубашки.
Мишель застыла, как вкопанная, тяжело дыша. Кровь ударила в голову, в ушах зазвенело. Ян стоял к ней спиной, но вот лицо вдовы-развратницы молодая женщина видела очень хорошо. Сколько было в этом лице торжества и самодовольства, похотливой развязности и распущенности!
Если бы она застукала их всего пару дней назад, то никогда в жизни не позволила бы себе подойти. Прежний Ян тут же втоптал бы ее в грязь. Мишель развернулась бы и ушла, а потом… потом, наверное, съехала бы к родителям.
Но сейчас, когда Ян изменился, когда он стал больше похож на неразумного ребенка, Мишель не могла остаться в стороне. Словно он всё еще мог принадлежать только ей…
Изнутри попёрла решимость, подстёгнутая лютым гневом, и молодая женщина решительно двинулась вперед.
Однако в этот момент Ян протянул руку и весьма бесстыдно приложил ладонь к вырезу на груди Эллен Бин. А та накрыла его руку своими пальцами и возбужденно задышала. Глаза вспыхнули, ярко-красные губы растянулись в самодовольной улыбке…
Мишель почувствовала, как в груди поднимается ненависть.
Ворковать прямо на улице! Ни стыда, ни совести!!!!
Хотелось вырвать Яна из лап этой потаскухи и повыдирать ей волосы!
– Что здесь происходит???
Кажется, этот голос принадлежал не ней.
Ян вздрогнул и обернулся, отнимая руку от чужой груди. В его карих глазах промелькнуло удивление. Такое искреннее удивление, словно он даже не понял, что попался на измене…
Эллен Бин презрительно фыркнула и переплела руки под грудью. Словно намеренно приподнимая ее и выставляя свое богатство напоказ.
– Мы общаемся, – бросила она, демонстративно рассматривая что угодно, но не лицо Мишель. – Истеричка!
Мишель вцепилась в руку Яна, отодвигая его от вдовы, и прошипела как змея:
– Не смей больше подходить к моему мужу!!! Оставь его в покое!!!
Эллен Бин недоверчиво посмотрела Мишель в глаза. Та буквально прожигала её взглядом, полным ненависти. Что, не ожидала отпора?
Вдова осторожно покосилась на Яна, надеясь, наверное, что тот как-то вмешается и поставит жену на место, но мужчина отрешенно пялился в… ее декольте.
Усмехнулась, решив, что тот глубоко насажен на крючок, и эта перебранка ничего не значит.
– Твой муж – не твоя собственность! – бросила она презрительно в сторону Мишель. – Мы с ним близкие друзья, и ты не в праве вмешиваться в наши отношения! Так что… знай свое место!
С этими словами вдова развернулась и, виляя бёдрами, ушла прочь.
Ян как будто дернулся следом, но Мишель сильнее вцепилась ему в руку.
Да, Ян потерял память, но инстинкты всё равно влекут его к этой самке каракурта! Эллен Бин – самая настоящая «черная вдова»!!!
Как хочется раздавить ее каблуком своих туфель!
Однако сейчас самое главное – спасти Яна от её яда…
Обернулась к мужу, который весь словно поник. Его лицо побледнело, глаза потухли, хотя в сгущавшихся сумерках всё труднее было что-то рассмотреть.
– Ян, пойдем…
Он не сопротивлялся, не говорил ничего в ответ. Да, действительно болен!
В груди Мишель по-прежнему ворочалась черная ревность, но… рядом с нею робко воскресала надежда.
Ян стал другим! Мишель поможет ему исцелиться и… вернёт его себе! Сделает всё возможное, чтобы он полюбил её заново! И даже если он никогда не любил её прежде, у неё все равно есть шанс…
Остановилась, а потом резво развернулась к нему.
Ян смотрел недоуменно, в широко распахнутых глазах читался вопрос.
На поселение медленно опускалась ночь, зажигая свет во множестве окон. Над ухом зажужжали насекомые, очень сильно напоминающие земных комаров. Но Мишель ничего не замечала. Решимость, кипящая в груди, превратилась в застывший камень. Камень, который собирался выдержать любую нагрузку и любые испытания, но получить желаемое.
– У нас всё будет хорошо! – прошептала она и, качнувшись вперед, прильнула к губам Яна с пылким поцелуем…
Глава 9. Её зовут Мишель…
Зеленоглазая своим появлением расстроила все планы Иноу. Он вынужден был оставить «ауйрен» на чужой шее, хотя еще долго не мог отвести от него глаз.
Пока шла нелепая перепалка, которую он даже не слушал, Иноу медленно приводил свои чувства в порядок.
Пришлые имели контакт с кем-то из его соплеменников! Контакт, закончившийся крайне плохо… Но кто это мог быть? Почему старейшины не бьют тревогу? Или это случилось буквально на днях???
Кириянина потянули за руку, и он с удивлением понял, что женщина с белыми волосами уже ушла.
Разочарованно выдохнул. «Ауйрен» на её шее просто вышиб из нормального состояния…
