Текст книги "В его глазах (СИ)"
Автор книги: Анна Ардо
сообщить о нарушении
Текущая страница: 4 (всего у книги 14 страниц)
Глава 12
Неужели мне снова предстоит терпеть такую же боль и унижение?.. Или даже станет ещё хуже?..
Глаза Золотницкого горели похотью и жаждой издеваться надо мной дальше. Он по-настоящему пугал меня. Он будто стал олицетворением дьявола в этой комнате, до которой сузился весь мой мир.
Впрочем, Станислав ведь тоже оказался отнюдь не ангелом. Для чего он подверг меня этой чудовищной пытке? Действительно ли ему нравилось делать мне больно?
Ответ был слишком очевиден – да, нравилось. И не ему одному. Оба этих мужчины кайфовали от происходящего.
А я… Я даже не понимала толком, что испытываю. Плеть ранила меня. Звук и ощущения словно возвращали в прошлое… В прошлое, которое я не хотела вспоминать ни при каких обстоятельствах. Но вместе с тем руки, ласкавшие меня в данный момент, дарили совершенно иные чувства. Они будто заверяли в безопасности, обещали нежность и заботу, успокаивали, дарили тепло.
И этому я также не могла сопротивляться. Снова и снова горячие ладони проходились по моему телу, вызывая толпы мурашек и пробуждая нечто, казалось бы, абсолютно неуместное в данной ситуации, – возбуждение… К своему ужасающему стыду я испытывала приливы сильного возбуждения, которое то нарастало, то спадало, а затем снова накрывало лавиной. Это было похоже на качели над бескрайней пропастью – страх и восторг существовали одновременно. Я уже знала, что непременно разобьюсь, но не останавливалась.
– Пожалуй, на первый раз достаточно, – услышала я Адлера и выдохнула.
– Ладно, – как будто бы расстроено отозвался Золотницкий. – Вставай, Куколка. Мы слишком отвлеклись от важных дел на забавы.
Под его пристальным взором я стала подниматься на ноги. Оскар следил за каждым моим движением. Не сомневаюсь, что и Станислав не упустил возможность насладиться унизительным зрелищем.
– Можешь не обуваться, – вдруг сказал Адлер. – Похоже, эти туфли не слишком удобны для тебя.
– Спасибо… – проронила я, действительно благодарная за то, что мне больше не нужно мучиться хотя бы из-за обуви.
– «Спасибо, Хозяин», – тотчас поправил Оскар. – Не забывай, кто ты здесь в данный момент, и кто мы.
– Да, – я растерянно кивнула и тут же поправилась: – Как скажете, Хозяин.
– Вот и молодец, – похвалил Золотницкий. – Трусики тоже не надевай.
Новое требование вновь пошатнуло меня. Оскар собственными руками поровнял моё платье, а затем спустил бельё с колен к щиколоткам. Я осторожно вышагнула из прорезей. Трусики остались в пальцах Золотницкого. Он поднёс их к своему лицу и сделал глубокий вдох.
– Ты вкусно пахнешь, Куколка, – заключил он с улыбкой, после чего положил мои трусики в нагрудный карман своего пиджака. – Я оставлю их себе на память. Ты же не против?
Конечно, я была против. У меня не так много вещей. А это бельё я купила совсем недавно – хотела побаловать себя чем-то не столь жизненно важным, но приятным. По сути, это был единственный комплект, который пока ещё был приличным и очень удобным, к тому же сохранял белоснежный цвет, а не приобрёл грязно-серый оттенок.
Но я уговорила себя, что эта потеря не столь уж велика, если мне правда заплатят за все мои испытания. Так мне обещал Артур, и Станислав тоже пообещал. Почему-то их слова внушали доверие, а вот вид ликующего Оскара Золотницкого – ни капли.
– Разумеется, Хозяин, – произнесла я на выдохе, смиряясь с его решением.
– Вот и славно. Куколка, налей нам виски. Мне и господину Адлеру нужно побеседовать. А ты пока займись делом – сделай мне массаж, а то у меня шея затекла.
Понимая, что такой расклад немногим лучше порки, я всё-таки выполнила и этот приказ. Налить виски в бокалы – ерунда, но массаж…
Мы с Маринкой иногда делали друг другу массаж, по-дружески. Подруга говорила, что у меня феноменально получается. Однако есть большая разница в том, чтобы дотрагиваться до девушки, с которой я выросла в одном дворе, которая так много уже сделала для меня и с которой у нас почти всегда были отличные отношения. Фактически Марина была моей единственной подругой, которую я безумно любила, которой, можно сказать, даже отчасти восхищалась.
И совсем другое – прикасаться к незнакомому мужчине, которого вижу в первый и, надеюсь, в последний раз. Я вообще прежде не трогала мужчин, если не считать вынужденного соседства в общественном транспорте. Но ведь я не могла рассказать обо всём этом Оскару.
Мужчины погрузились в разговор. Они снова обсуждали продажу клуба. Я старалась не вслушиваться в их речь, но изредка невольно улавливала отдельные фразы.
– Стас, это несерьёзно, – рассуждал Золотницкий, пока я разливала виски по бокалам. – Оценочная стоимость клуба в два раза выше.
– Но мы ведь говорим о половине стоимости.
– Не хитри. Мы говорим о том, что тебе достанется вся прибыль целиком после того, как «Империал» поступит в твоё распоряжение.
– Тебе ли не знать, что прибыль у нас нестабильна.
– Последние отчёты радуют чуть больше…
– Да, благодаря моим, – Станислав подчеркнул это слово, – нововведениям.
– Ну, и что с того?.. – равнодушно ответил Оскар.
Я отошла от столика и встала за спиной Золотницкого. Руки предательски подрагивали, когда я опускала их на его плечи. Сначала принялась массировать через пиджак, но вскоре Оскар снял его.
– Так-то лучше, – заключил он, оставшись в одной рубашке. – Поактивнее, Куколка. Мне тоже иногда нравится жёсткость.
Золотницкий вновь подключился к общению, а я старательно прикладывала усилия, чтобы промять его стальные мускулы. Это было не так уж просто, даже чисто физически, не говоря уже о моральной составляющей.
– Я понимаю твои претензии, приятель, – рассуждал Оскар, пока я делала ему массаж. – Но давай оставим эту лирику. Ты хороший управляющий и погружен в Тему ещё больше моего. Не сомневаюсь, что под твоим единоличным руководством «Империал» будет процветать.
– Вот именно. Тебе не о чем переживать.
Адлер глянул на меня. Я лишь в тот момент осознала, что неотрывно смотрела на него всё это время. Меня, словно магнитом, тянуло в его сторону. Возможно, движения Станислава, его мимика и волевое выражение лица казались мне завораживающими. Он умел держать себя и выглядел человеком, полным достоинства. В то время как Оскар вёл себя скорее развязно и неформально.
Станислав задержал на мне взгляд. Голубые глаза точно парализовали меня. Я читала в них нечто, заставлявшее всё моё существо трепетать. Неосознанно руки перестали меня слушаться и застыли.
– Куколка, – вывел меня из транса Оскар, – ты уснула?
– Нет, Хозяин, – опомнилась я и снова принялась массировать с удвоенной силой.
– О, вот так хорошо. Очень хорошо, – замурлыкал Золотницкий. – Можешь ведь, когда хочешь. Да, вот тут – у основания шеи… М-м-м… Кайф…
Я запустила пальцы в его тонкие густые волосы и провела по затылку. Оскар стих и закрыл глаза.
– Да ты волшебница… – прошептал он блаженно.
Пространство погрузилось в тишину. Золотницкий наслаждался массажем, а Станислав по-прежнему следил за мной. Теперь ему ничто не мешало – Оскар сидел с закрытыми глазами. Даже помня о правиле, что нельзя смотреть в глаза, я тоже смотрела на Адлера.
Трудно передать, что творилось между нами в тот момент. Это походило на диалог без слов. Вот только передать смысл нашего «общения» я бы не рискнула. Слишком… слишком интимным и глубоким было это переживание. Могу лишь сказать, что из-за отсутствия белья вдруг ощутила, что внутренние стороны моих бёдер заметно увлажнились.
Чёрт…
Я сама себя не понимала. Отказывалась верить, что моё собственное тело будто предаёт меня. Эти реакции были мне абсолютно чужды, я не могла, не имела права так реагировать. И всё же это случалось со мной.
– Оскар, мы не закончили, – вкрадчиво проговорил Адлер.
– Я тоже пока не кончил, – похотливо улыбнулся Золотницкий, не поднимая век. – Вот только теперь даже не знаю, что делать. Ты привёл мне девочку, которую я не могу использовать по полной программе.
– Запреты подстёгивают фантазию.
– О, да, – согласился Оскар. Он всё-таки открыл глаза и оглянулся через плечо. – Куколка, я хочу, чтобы ты мне подрочила. Надеюсь, это тебя не смутит?
Золотницкий выгнул бровь. Его ухмылка сместилась на одну сторону лица.
– Это ведь точно не секс, – подхлестнул он. – По крайней мере, не у тебя. Считай, это точно такой же массаж. Ну, что скажешь?
Глава 13
Оскар ждал моего ответа, хитро щурясь сквозь длинные ресницы, а я в самом деле онемела. Перед глазами стояли картинки из того ролика, что показывала мне Маринка.
– Да что тут такого?! – не понимала она моего замешательства и паники. – Мужчинам это нравится!
– Это не нравится мне! – вопила я, поскорее отворачиваясь от её нового гаджета.
– Ну, и дура.
Подруга так и не смогла принять мою сторону, и больше между нами не случалось разговоров на подобные темы.
Да, с тех пор я повзрослела. Тогда я жила в малюсеньком городишке под крылом мамы, которая после определённых событий стала невероятно набожной. Мне её вера в бога почти не передалась, но вот пуританское воспитание давало о себе знать, даже когда я очутилась уже в большом городе, где царят совершенно иные нравы.
Я пока была лишь в самом начале узнавания столичных нравов, но Москва уже, несомненно, оставила след в моём сознании. Здесь всё было иным, особенно – люди. Девушки спокойно ходили в коротких юбках, открыто курили, употребляли алкоголь и обжимались с парнями. Наверняка делали и то, чего хотел от меня сейчас Золотницкий. А может, и ещё что-нибудь более развратное…
– Стас, где ты её взял? – услышала я его насмешливый голос.
– А что, не нравится? – ответно усмехнулся Адлер. – Могу забрать обратно себе…
– Ну-ну-ну! – перебил Оскар. – Ты какой-то сегодня слишком напряжённый! Уж и слова тебе сказать нельзя. Я лишь заметил, что девочку ты выбрал… – он задумался на секунду. – Необычную, – договорил по слогам. – Иди сюда, Куколка, – Золотницкий перехватил моё запястье и подтащил к себе. – Иди-иди, не бойся.
В итоге он заставил меня сесть ему на колени. При этом я снова глянула на Станислава, и Оскар это заметил.
– Прекрати так пялится на моего друга, иначе я буду ревновать, – Золотницкий сжал меня обеими руками.
Я бедром ощутила его напряжённый член. Золотницкий взял мою правую ладонь и положил к себе на ширинку.
– Ты случайно не в театральном учишься? – прошептал он мне в ухо, одновременно заставляя гладить его промежность. – Тебе идут драматические роли.
– Она не притворяется, – вместо меня ответил Адлер.
– Нет? – Оскар въедался глазами в мой профиль. – Тогда это ещё сильнее возбуждает.
Кажется, на лице моём не осталось места, которое бы не покрыла пунцовая краска. Пусть и не сама, а при помощи Золотницкого, под его давлением, я трогала его мужское достоинство, и похоже, ему это приносило удовольствие.
Хотелось поморщиться, закусить губы, зажмуриться изо всех сил, но я уже вступила в эту игру. Пути назад не существовало.
– Давай, малышка, сделай мне приятно. И мы закончим разговор, – требовательно прошипел Оскар и вынудил меня залезть в его ширинку.
Он высвободил свой член и вложил мне в руку. И хоть я не видела его, почувствовала, как ладонь обхватила нечто твёрдое и упругое. В это же время мужские руки не позволяли мне разжать пальцы. Он управлял мной, будто реальной куклой.
Послышался глухой утробный стон, прозвучавший мне в волосы. Оскар прикрыл глаза, продолжая задавать нужный ритм.
Я осторожно посмотрела на Станислава. Тот сидел по-прежнему в кресле, спокойно и неподвижно. Лишь желваки на его скулах свидетельствовали о напряжении. Опустить взгляд ниже я не рискнула. Смотрела лишь в его голубые глаза, не моргая. И он тоже не прерывал зрительного контакта, пока Золотницкий наслаждался своей забавой.
Он стал дёргать мою руку всё активнее и активнее. Я чувствовала его тугую плоть собственной кожей. Ощущала выпирающие вены. С каждым движением член набухал всё больше. Мне даже казалось, Золотницкому может стать больно. Мне и самой порой было дискомфортно от того, как сильно он в меня вцепился. Однако Оскар не останавливался.
Вскоре его голос перешёл на рык, который оглушал меня. Но я смотрела на лишь на Адлера, не отпускала его взгляд. Голубые глаза потемнели. И их тьма словно передалась мне. Внизу моего живота застонала гулкая, рокочущая тьма, моё собственное тело отяжелело.
В какой-то момент представилось, что Оскара вообще рядом нет. Никого нет. Лишь я и Станислав…
Это его естество зажато в моей ладони…
И только я подумала об этом, как рука моя стала твёрже и уверенней. Она будто уже запомнила необходимые движения и стала самостоятельной.
Золотницкий тоже ощутил перемену и отпустил. А я забыла о нём окончательно. Пока Оскар свалился на спинку кресла и потерял связь с реальностью, моя связь с Адлером только набирала обороты. Не знаю, чувствовал ли он то же самое, или мне только так казалось, но в те минуты я доставляла удовольствие ему, утопая в его глазах, падая вместе с ним в какую-то нереальную бездну…
Всё закончилось, когда Оскар громко застонал. Наваждение рассыпалось. Одновременно с диким стоном мои пальцы, руку и платье оросило струёй спермы. Залп повторился трижды, и трижды Золотницкий конвульсивно дёргался, скрежетал зубами, кажется, даже матерился.
Я посмотрела на дело рук своих и тотчас перепугалась, быстро убрала ладонь, выпустила член. Чуть не заплакала от испуга.
Господи… Что я натворила?..
– Это было охуенно! – выпалил Оскар и поднял затылок с подголовника. Он заглянул мне в лицо с уже знакомой ехидной усмешкой. – Не хочешь прибраться?
Он показал глазами на стол. Я быстро схватила салфетку и стала счищать капли спермы с его брюк. В этом смысле Золотницкому повезло куда больше – почти вся его сперма оказалась на мне. И себя мне тоже хотелось привести в порядок как можно скорее. Не только утереться салфеткой, а вообще скинуть с себя это платье и залезть целиком под душ.
– Видимо, ты всё-таки умеешь притворяться, Куколка, – Оскар просунул руку между моих бёдер и, конечно, обнаружил, насколько я вся мокрая. – Надеюсь, ты не кончила. Я ведь тебе не разрешал.
– Нет, Хозяин.
Он улыбнулся и сделал жест, чтобы я встала. А мне и за радость было.
– Знаешь, Куколка, – поправляя застёжку на брюках, сказал Золотницкий, – обычно с такими, как ты, я не встречаюсь дважды. Но тебя бы мне ещё хотелось увидеть. Может, в следующую нашу встречу мы познакомимся поближе?
– Тогда и решите, – не дал мне и рта открыть Станислав. – Оскар, надеюсь, теперь наши переговоры пойдут живее?
Золотницкий не отвечал с минуту, он сверлил меня взглядом. Наконец, произнёс:
– Не хочется тебя отпускать, Куколка. Но, боюсь, если ты останешься, мы со Стасом до утра беседовать будем. Так что на сегодня ты свободна.
– Хорошо, – я кивнула.
– Что надо сказать? Ты же вежливая девочка, – намекнул Золотницкий.
– Спасибо, Хозяин, – проронила спешно.
– Иди, Куколка. Иначе через десять минут ты уже просто так не отвертишься.
Глянув на Адлера, я заметила, как он медленно моргнул и указал на дверь подбородком. На негнущихся ногах я побрела к выходу. По дороге вспомнила о туфлях, подхватила их с пола. Потом вспомнила и об оставшемся белье, но тут же поняла, что это плохая идея – снова заговаривать с Золотницким.
Пока шла до двери, мужчины молчали. Меня провожал глазами лишь Оскар, Адлер даже не повернулся. Прежде, чем уйти, я снова глянула на него.
– Хочешь остаться? – спросил Золотницкий с явным вызовом.
Мне этого намёка хватило, чтобы живо опомниться и вылететь прочь из комнаты.
Глава 14
Лишь оказавшись по другую сторону двери, я поняла, как дико бьётся моё сердце. Пульс в запястьях, в висках, на шее грохотал так, что я бы не удивилась, если б упала замертво в ту же секунду. Кровь разогналась до предельных скоростей. И руки, и ноги мелко дрожали, глаза слезились так и не выплаканными слезами.
Боже… Что я наделала?.. Ради чего?..
Только теперь до меня дошло, что никаких обещанных «чаевых» я так и не получила. Да и вообще никаких денег не увидела.
Меня опять обманули?..
От этой мысли стало дурно. Прежнее жульничество, в которое я вляпалась с документами, уже не казалось столь бессердечным и подлым. Тогда у меня только забрали деньги, а сейчас… А сейчас мною грубо и пошло воспользовались. Не моими деньгами, а именно мной. Моим телом. Моей душой…
– Эй, ты в порядке? – услышала я чей-то голос, но не успела разобрать, знакомый или нет.
Всё плыло перед глазами. Кажется, я падала навзничь.
– Эй-эй-эй!..
Чужие руки подхватили меня, не дав позорно растянуться на полу. Я почувствовала сильный хват на плече, а затем и на груди. Рефлекторно появилось желание отмахнуться, нагрубить, заочно обвинив в домогательствах. Но внезапно в голове чуть прояснилось, и стало понятно, что голос, который я слышу, принадлежит… девушке.
– Да что с тобой? Держись! Ты в порядке? – она держала уверенно и не давала мне шататься. – С выпивкой переборщила?..
Я хотела ответить, но язык прилип к нёбу из-за сухости во рту. Кроме того, меня сковало каким-то запоздалым шоковым осознанием.
– Что тут у вас такое?.. – о, а этот голос я узнала сразу, и, пожалуй, хотя бы немного обрадовалась. – Аника!
Артур подлетел к нам за секунду. Я глянула ему в глаза – у него были расширены зрачки. Уж не знаю, из-за полумрака или из-за того, что он делал в той комнате, с той странной незнакомкой.
– Артур?.. – появился и третий человек, ещё одна женщина.
Я едва разглядела её, но, кажется, она и была той самой незнакомкой, которая час назад обнималась с Артуром.
– Так, давайте не шуметь, – скомандовала незнакомая девушка, которая всё ещё держала меня. – Отведём её в чилаут, а там уж разберёмся.
– Конечно-конечно! – закивал Артур.
Третья подошедшая тоже присоединилась к транспортировке меня в какое-то другое место. Они окружили меня, будто защитным панцирем, и повели по коридору.
Маршрут я не запомнила. Поняла лишь, что мы очутились на этаж или два ниже. Меня сопроводили в комнату с приглушённым освещением и приятной музыкой, усадили на мягкий диван. В тот же миг мою пятую точку зажгло пламенем, а воспоминая о порке воскресли, будто я вновь находилась в том ужасном положении – на четвереньках, почти голая… Благо, сиденье дивана оказалось достаточно щадящим для моего пострадавшего тела. Я поморщилась от неприятных чувств, но скорее от заново вспыхнувших эмоций.
Стараясь отвлечься, мельком оглядела помещение: здесь были ещё люди, но никто из них не обратил внимания на нашу компанию. Все были заняты своими делами и разговорами. Я не стала вглядываться, что именно они делали – уже по горло насытилась чужими тайнами.
Артур куда-то убежал и вскоре вернулся со стаканом воды. Двое других новых знакомых оставались со мной. Первая девушка держала меня за руку и что-то тихо приговаривала, успокаивая. А я даже не знала, как её зовут.
– Всё нормально, просто дыши. Вот так, через нос – вдох, выдох…
Я старательно дышала, чувствуя, что бешенный сердечный ритм идёт на спад. Попутно обратила внимание на необычную внешность девушки: у неё был пирсинг в носу в виде колечка, густо подведённые чёрными тенями глаза и короткая стрижка с почти полностью выбритыми висками. Простая белая майка, под которой не было бюстгальтера, не скрывала тонких рук с чётко прорисованными мышцами.
Вторая девушка, которую я уже видела через экран вместе с Артуром, в реальности показалась мне старше, чем при первом взгляде через камеру. Ростом она был чуть ниже Артура. Стройная, крепкая, кажется, сложенная по-спортивному. У неё были кудрявые волосы приятного медного оттенка, ямочка на подбородке и тёплые карамельные глаза.
– Вот, выпей водички, Аника, – подоспел Артур и всучил мне стакан. – Сейчас полегчает.
– Ты что, сабспейс словила? – спросила первая девушка.
– Боюсь, как раз наоборот, – хихикнул Артур. – Аника у нас новенькая, и сразу угораздила в пасть к Золотницкому и Адлеру.
– Серьёзно? – девушка заглянула мне в глаза, на что я лишь молчаливо кивнула, продолжая цедить воду. – То есть ты и есть та стрипуха, которую вызвал Стас? На фото ты выглядела иначе.
– Видимо, профессиональный макияж, – покачала головой вторая незнакомка.
– Та девушка не пришла, – поспешил прояснить ситуацию Артур. – Аника должна была сегодня дежурить за Марину. Я, кстати, надеялся, что ты этим и займёшься остаток ночи… Но… – он критически осмотрел моё лицо. – Похоже, больше не стоит тебя сегодня мучить.
– То есть эта мерзавка сегодня не придёт?! – вскрикнула первая девушка, что я аж отшатнулась.
Сначала подумала, она меня имеет в виду. Или стриптизёршу?..
Но тут всё встало по своим местам, когда опять вмешался Артур:
– Ты разве не знаешь? Марина на три дня укатила с Семёном и Ромой…
Я поперхнулась водой от неожиданности, резко поняв, что речь идёт о моей подруге.
– Что?! – выдохнула я с не меньшим шоком. – Что вы такое говорите?!
– О, ты, кажется, пришла в себя, – усмехнулась женщина, чьего имени я пока так и не узнала.
– Погодите-погодите!.. – выпалила я, стараясь сохранить нормальное дыхание. – Вы сейчас о какой Марине?
Все трое озадаченно переглянулись. А мне пришла в голову совсем уж абсурдная мысль: что, если произошла какая-то ошибка, и я вообще спутала этот клуб «Империал» с другим «Империалом», и здесь также по чистой случайности работает девушка Марина на ресепшене, которая, опять же, по чистой случайности именно сегодня не явилась на работу…
Полный бред. Такое бывает только во второсортном кино и дешёвых книжках.
Пришлось взять себя в руки и объяснить моим собеседникам:
– Марина сказала, что едет за город подправить здоровье…
Сначала никто не прореагировал. Первой засмеялась девушка с пирсингом. Её смех тут же подхватила кудрявая. Артур виновато закусил губу, но, видимо, тоже старался не заржать.
– Ну, можно и так сказать, – улыбнулся он совершенно нелепой улыбкой.
– Хорошая формулировка! Надо пользоваться! – хохотала его партнёрша.
О, боже… Чего я ещё не знаю?.. Сколько новых сюрпризов готовит мне эта ночка? Надеюсь, нисколько, ибо мне уже хватило с избытком.
– Да брось, не бери в голову, – снова пришла на помощь первая девушка, видя моё смятение. – Тебя, значит, Аника зовут? А я – Кира. Работаю здесь барменом. Но, когда случаются накладки, приходится и на рецепции дежурить.
– Всем приходится, – поправил Артур с возмущением.
– Очень приятно, Кира, – я попыталась хоть немного улыбнуться ради приличия.
Мы обменялись тёплым рукопожатием, после чего заговорила вторая незнакомка:
– А меня зовут Соня, – она тоже протянула мне руку. – Я тут всего лишь гостья. Иногда захожу… – она бросила многозначительный взгляд на Артура, – … к своим добрым друзьям.
Я неосознанно покраснела, вспомнив, как именно выглядит «дружба» этих двоих.
– Я правильно понял, что на сегодня ты уже достаточно впечатлена? Дежурство отменяется? – аккуратно спросил Артур, которому, видимо, очень хотелось услышать опровержение своих догадок.
– Пожалуйста, дай мне ещё немного времени, – подумав, ответила я. – Мне бы переодеться обратно в своё…
– Может, тебе поесть принести? – ласково поинтересовалась Кира. – А то у тебя глаза до сих пор на лбу.
– Неудивительно, если наша ветреная цыпочка не подумала о том, чтобы предупредить подругу о том, что её тут ждёт, – фыркнул Артур.
И я окончательно пришла к выводу, что он совсем не в восторге от Марины. Но почему? Мне всегда казалось, вот уж она умеет очаровать кого угодно с первого взгляда, в отличие от меня.
– Спасибо… – робко поблагодарила я Киру за заботу. – Но мне сейчас не до еды.
– Ну, ты хоть расскажи, что там такого случилось? – попросила она и снова взяла меня за руку.
Все замолчали в ожидании рассказа, а я не знала, что им поведать.
Могу ли я распространяться о том, что было в той комнате, пока я была заперта с двумя мужчинами? Да и не примут ли мой рассказ за какую-то глупую выдумку?
Впрочем, само это место было не из тех, где происходят заурядные вещи. И всё же вдруг я должна сохранять всё в тайне? Ладно сейчас меня «прокатили» с оплатой, но не ждёт ли меня наказание за лишнюю болтовню?
– Если не хочешь говорить, не надо, – сказала Соня. – Просто, если тебя обидели…
– Аника! – вдруг окликнули меня на такой громкости, что все присутствующие в чиллауте обернулись на зов.
А у меня сердце мгновенно ушло в пятки. Ведь звал меня никто иной, как Станислав Адлер.
