![](/files/books/160/oblozhka-knigi-banda-vo-vremennoe-polzovanie-235503.jpg)
Текст книги "Банда во временное пользование"
Автор книги: Андрей Трушкин
Жанр:
Детские остросюжетные
сообщить о нарушении
Текущая страница: 10 (всего у книги 11 страниц)
ТАКТ 21 Неожиданная идея. Тайна Курского вокзала
Посещение Третьяковской галереи, приобщение к шедеврам мировой живописи подействовало на умственные и соображательные способности тройки детективов весьма благоприятно. А может быть, дело было не в искусстве, а в том, что в больших, хоть далеко и не таких уютных, как в старой Третьяковке, залах, так же, как и раньше, стояла тишина. Не доносились сюда ни звуки музыки, ни рев моторов машин, ни назойливая реклама. Минут через сорок, глубокомысленно глядя на знаменитую картину «Утро стрелецкой казни», Мишка процедил:
– Я, кажется, придумал.
– Что придумал? – тут же стали приставать к нему Валерка и Катя.
Но упрямый Мишка все же решил их немного помариновать и повел друзей за собой сначала в метро, а там повез на станцию «Курская». Выйдя из метро в здание вокзала, Мишка принялся высматривать указатели.
– Ага, то, что надо! – сказал он, заметив наконец значок с изображением чемодана, помещенного в ящик. – Камера хранения.
Нужная по каким-то причинам Мишке камера хранения располагалась в глубине здания вокзала и была со всех сторон окружена магазинами, магазинчиками, палатками и палаточками. Чувствовалось, что каждый квадратный сантиметр площади здесь ценился на вес доллара. Из-за того, что хозяева магазинов и магазинчиков все время менялись, в здании вокзала шел непрекращающийся ремонт. Только съезжало «Модное платье», как вместо него рабочие принимались монтировать полки для будущего продовольственного магазина «Есть, что поесть». Прогорал продовольственный магазин, и все перегородки ломали для того, чтобы поставить столы и стулья для бара «Поехали!». Из-за такой неразберихи ремонтные работы на вокзале не останавливались уже много лет.
Вот и в этот раз, решив выкроить еще несколько метров драгоценной площади, руководство вокзала распорядилось перенести загородки, которые отделяли автоматические камеры хранения от остального вокзала. Со страшным грохотом рабочие складывали снятые стальные перегородки в стопку, а другие подносили новые конструкции.
Мишка сделал знак, чтобы его товарищи оставались на месте, сам пошел вперед и принялся о чем-то толковать с рабочим, который, сдвинув на лоб защитную маску электросварщика, отдыхал, ожидая, пока ему принесут электроды.
– Я здесь недалеко живу, – объяснял Мишка, – учусь в техническом колледже. Вроде, сказали нам, отправят сюда на производственную практику, но поручат, наверное, всякую лабуду, – покосился он в сторону железного лома, – оттаскивать или притаскивать. Ну, как объем работы здесь завершим, нам зачеты и поставят. Много здесь возни?
– Ну-у, пацан, – посочувствовал ему электросварщик. – Тут еще на две недели работы.
– Да? Жалко, – понурился Мишка. – Ну, ладно. Практику все равно нужно отбывать.
– Не горюй, – усмехнулся сварщик. – Раньше сядешь – раньше выйдешь!
– Угу, – не стал спорить с народной мудростью Мишка и, перешагнув через кучу арматуры, пошел вдоль автоматических касс хранения, что-то высматривая. Потом вернулся к друзьям и, посматривая по сторонам, о чем-то задумался.
– Ясно, – наконец пробормотал он и, кивнув Валерке и Кате, двинулся к метро.
Что ему стало «ясно», Мишка соглашался рассказать не ранее, чем попадет домой и выпьет на кухне вместе с друзьями чашку горячего чая.
– Слушай, я сейчас его убью! – грозно замахал руками в воздухе Валерка.
– Не надо, – прыснула Катя, – потому что если мы его сейчас убьем, так вообще никогда не узнаем, чего он там задумал.
– Ну, если ты и дома ничего не скажешь, – грозно насупил брови Валерка, – тогда держись!
ТАКТ 22 Провал лжегазетчика
Студию «Московский музыкальный сервис» Владимиру Геннадьевичу пришлось поискать. В отличие от группы «Усталый металл» и продюсера Малика Бакса, звукорежиссеры явно не любили привлекать к себе внимание. Студия располагалась в самом глухом углу Дома культуры, на третьем этаже. За дверью кто-то бренчал на гитаре и дурашливо подпевал себе козлетончи-ком. Владимир Геннадьевич нажал на кнопку звонка и представился. Его тут же впустили в небольшой уютный предбанник, провели направо и усадили на низенький диванчик. Звукорежиссер Алик, оторвавшись от нахальных монстров, как обычно осаждавших его компьютерного героя со всех сторон, повернулся к посетителю.
– Давайте вашу запись.
Владимир Геннадьевич в который раз за сегодняшний день вынул CD-плейер и наушники.
– Плейер не нужен, – отмахнулся Алик. – Компакт-диск только.
Лжегазетчик вынул компакт-диск. Алик некоторое время подержал его в руках, а потом обратился к своему напарнику:
– Паш, ткни его в проигрыватель.
Паша обменялся с Аликом взглядами и определил компакт-диск в CD-плейер. Плейер послушно слизнул диск, автоматически его просканировал и включил на воспроизведение.
Слушание музыки происходило в молчании. Лишь изредка Паша двигал какие-то рычажки на микшерном пульте и поглядывал на прибор, анализирующий звуковой сигнал. Когда песня закончилась, Алик вопросительно посмотрел на Владимира Геннадьевича.
– Видите ли, – в который раз стал тот пересказывать свою легенду, – я работаю в одной молодежной газете. Пару месяцев назад мы проводили музыкальный конкурс, получили много фонограмм, но жюри понравилась именно эта. Но, к сожалению, адрес, который был на упаковке бандероли, и письмо потерялись. И вот теперь ездим по студиям больше месяца и выясняем: может быть, кто-нибудь знает, кто и где это записывал.
Алик и Паша сразу заподозрили неладное. Во-первых, обо всех конкурсах, которые проводила газета, где якобы работал неизвестный посетитель, они знали. Не проводила газета «пару месяцев назад» никаких конкурсов! Да и песню не могло жюри слушать в минувший месяц. Ее авторам Алик лично выдавал микрофон несколько дней назад!
– Кто записывал, – Алик откинулся на спинку кресла и принялся напускать тумана, – это сказать трудно. Фирменная звукорежиссура – явление довольно редкое. Если бы тут на записи Майкл Джексон был бы или, скажем, «Пинк Флойд», тогда бы я мог предположить, что тут Куинси Джонс причастен или Фил Спектор. А так могу сказать только одно, – осторожно подбирал он слова, – записывали это явно не на студии, а дома. К тому же запись носит «компьютерный характер». Здесь работали с сэмплами.
– С сэмплами? – удивился Владимир Геннадьевич.
– Ну да, я имею в виду с «неживыми инструментами». Если вы прислушаетесь, то заметите, что скрипки здесь «неживые». У настоящей скрипки, записанной с микрофона, звук тянется и затухает еще некоторое время, когда нота уже отзвучала, а здесь же на записи эта нота обрывается. Так бывает, когда играют на сэмплированной скрипке. То есть сначала записывают по ноте настоящую скрипку, потом воспроизводят эти мини-записи – сэмплы с помощью клавишного инструмента, подсоединенного к компьютеру. С одной стороны, скрипка вроде бы живая, а как на живой на ней не сыграешь. То же самое и с гитарой. Вроде бы если просто дергать за струны, то сэмплированная гитара будет звучать почти как настоящая, а вот когда дело доходит до каких-то специальных приемов – подтяжки струн или чего-нибудь в этом роде, так сразу все становится ясно. Но живую гитару, а тем более скрипку в домашних условиях записать трудно, поэтому музыканты обычно и пользуются сэмплами.
– А где берут эти сэмплы? – осторожно поинтересовался Владимир Геннадьевич.
– С компакт-дисков, естественно, – показал рукой в сторону стеллажа Алик. – А компакт-диски продаются на рынках. Естественно, нормальная стоимость такого диска – не один десяток долларов.
– Но когда за дело берутся пираты, то тут музыканты радуются ба-альшой экономии, – мрачно закончил фразу Паша.
– Значит, – нахмурился лжегазетчик, – по характеру звучания ни автора, ни студии вы определить не можете?
– Нет, не можем, – согласился с ним Алик. – Могу только с очень большой долей вероятности гарантировать, что это писалось дома и не на «Маке», а на IBM.
«Ну и ну, – невесело раздумывал над сложившейся ситуацией Владимир Геннадьевич, вышагивая по улице к ближайшей станции метро «Савеловская». – С какой стороны ни подступись, круг подозреваемых слишком широк. Это может быть любой московский подросток, который пользуется не «Макинтошем», a IBM, ходит на музыкальные барахолки и скупает пиратские компакт-диски с сэмплами. Похоже, – сделал он наконец для себя вывод, которым, правда, не хотел ни с кем делиться, – если эти подростки не выйдут на связь сами, мы их никогда не найдем».
ТАКТ 23 Один мозг хорошо, а три – лучше. Первый и последний козырь
Подростки» в это время как раз и обсуждали, как им выйти «на связь». Но для этого необходимо было как следует обсудить все стадии операции и запастись необходимым инструментом. Как только Мишка после последнего глотка обещанного чая рассказал о своей задумке, Валерка и Катя ошарашенно переглянулись.
– Ну, Мишка, ты даешь! – восхищенно посмотрела на него Катя.
– Да, брат! – поскреб от избытка эмоций себе лоб Валерка. – Долго думал небось?
– Что ты! – отшутился Мишка. – Как «Утро стрелецкой казни» увидал, так понял, что с нами хозяева компьютера могут сделать, – и сразу оно все быстренько и придумалось.
– Ну что ж, – глянул Валерка на часы, – может, мне еще сегодня кое-что прикупить? Да и на Курский вокзал еще смотаться? Что, сразу все не мог рассказать? Не пришлось бы туда-сюда ездить.
– Так, во-первых, я не был уверен, что все так гладко придумалось, – принялся оправдываться Мишка. – Один мозг, как говорится, хорошо, а три, – посмотрел он на товарищей, – куда как лучше. И если ваших два дополнительных мозга в той операции, которую я придумал, изъянов не видят, значит, действительно риск провала стремится к нулю. А во-вторых, надо дождаться, пока тот рабочий, с которым я разговаривал, смену сдаст и оттуда слиняет.
– Да, это разумно, – согласился Валерка. – Тогда для экономии времени давайте разделимся. Я отправлюсь за покупками, а вы с Катей, – сделал Валерка благородный жест, – пойдете на Курский вокзал. Причем я бы посоветовал, чтобы делами там занималась Катя. Мы-то с тобой, Мишка, примелькались, а вот о существовании Кати наши противники знают только по фонограмме.
– Нет, – тут же поправил его друг. – Катя у нас завтра сидит в засаде. Это будет, так сказать, наш последний козырь.
– Первый и последний козырь, – поправил его Валерка.
ТАКТ 24 Засада
На следующее утро Владимир Геннадьевич серьезно подумывал о том, как эвакуировать семью и куда подаваться в бега. Он использовал все каналы для того, чтобы найти авторов неизвестной фонограммы. Либо судьба не благоволила к Организации, либо подростки, заварившие эту кашу, были не по годам умны, но ниточки, которые вроде бы и вели к ним, на самом деле не приводили никуда. Очередной звонок от директора Организации Алексея Георгиевича инженер Владимир Геннадьевич воспринял как повестку от зубного врача. Однако Алексей Георгиевич на этот раз не был склонен устраивать подчиненным разнос. Он был взволновал и немногословен.
– Ваши подростки опять объявились. Они предложили оставить их компьютер в ячейке на Курском вокзале. А потом они вернут нам наш кейс. Группа захвата уже выехала на Курский вокзал. Срочно сделайте копию с жесткого диска и везите чужой компьютер туда же. Выполним первую часть соглашения честь по чести. Заложим компьютер в ячейку и посмотрим, кто за ним придет и что он потом скажет, когда его захватят наши ребята.
У Владимира Геннадьевича, можно сказать, упал с души большой процессор. Конечно, жалко было неизвестных ему подростков, которые вляпались в такое дело, но, с другой стороны, наконец-то оно разрешится и можно будет заняться техническими проблемами, а не бегать по всей Москве, выискивая неизвестных сочинителей популярных песенок.
Жесткий диск чужого компьютера копировать не пришлось. Осторожный Владимир Геннадьевич уже давно это сделал. Поэтому он быстро упаковал технику, вызвал машину и отправился на Курский вокзал. Машину встретил командир группы захвата. Он подхватил тяжелую сумку и попросил Владимира Геннадьевича отправиться в местное кафе.
– Если что, я вам перезвоню на сотовый.
Владимир Геннадьевич согласно кивнул и, готовясь к долгому ожиданию, неторопливо отправился в кафе, высматривая по пути киоск с печатной продукцией. Ожидание могло продлиться не один час. Командир группы захвата тем временем определил компьютер в ячейку камеры хранения. Она уже была арендована неизвестными подростками и номер ячейки вместе с ее шифром был передан по телефону. Теперь номер сменился на новый, на оговоренный, и предстояло только подождать, когда подростки, или кто-либо еще, явятся за «посылкой».
Командир группы захвата подозревал, что таинственные подростки уже где-то здесь. Но он не знал, что в их число входит и девочка. А Катя тем временем внимательно следила за тем человеком, который подошел к «их» ячейке камеры хранения и поставил туда их компьютер. Аккуратно переходя от кассы к кассе, она приблизилась к хмурому худощавому мужчине, делающему вид, что он читает газету, и пристроилась в очередь страждущих купить билет на юга.
Люди Организации были расставлены по всему периметру камеры хранения. Теперь неизвестные подростки, не обладая феноменальными способностями великих фокусников Гарри Гудини и Дэвида Копперфильда, уйти не могли. После долгого бесплодного ожидания командир группы захвата оторвался от газеты и пристально всмотрелся в какого-то мужика, который неторопливо шел вдоль камеры хранения и вдруг остановился перед тем самым номером, который пасли люди Организации. Глава боевиков мгновенно проверил – контролируют ли его люди обстановку. Потом вынул из кармана сотовый телефон и набрал на нем семизначный номер. Владимир Геннадьевич откликнулся мгновенно.
– Кажется, наш клиент уже подошел. Будьте наготове, – предупредил командир Владимира Геннадьевича, – возможно, понадобится техническая экспертиза.
Но мужик не оправдал ожидания боевиков. Секунду он постоял перед ячейкой, потом вынул из внутреннего кармана бумажку, покачал головой, прошел еще пять метров вправо, там уже остановился окончательно и принялся орудовать у другой ячейки. Пришлось командиру группы захвата снова приняться за газету. На то, что из очереди, явно утомленная долгим ожиданием, вышла какая-то девочка и отправилась прочь, он не обратил никакого внимания.
Да, работать в тот день было трудно. Вокзал – это вам не пустынная лужайка где-нибудь в Ботаническом саду, где поймать и скрутить человека – раз плюнуть. Сотни глазеющих по сторонам пассажиров курсировали тут во всех возможных направлениях. К тому же рабочие, производившие очередное переоборудование вокзала, что-то все время пилили, сверлили и с грохотом бросали на пол. Но даже в таких условиях трудно было упустить человека, который должен был вынести компьютер из ячейки камеры хранения. Прошел час, другой, третий, четвертый, пятый, но ни подростки, ни взрослые, ни даже животные к нужной ячейке не подходили.
«Специально тянут время, – подумал командир группы захвата. – Хотят, чтобы мы устали, чтобыглаз замылился. Нет уж, субчики, мы все равно вас возьмем!»
Но взять «субчиков» не представилось возможности ни еще через час, ни еще через два. Обеспокоенный командир группы захвата, увидев, что камеру хранения временно закрывают, чтобы помыть там полы, обошел их со стороны и прошел внутрь через служебный вход.
– Вот, – бросил он перед вахтершей несколько смятых купюр. – На поезд тороплюсь. Чемодан надо взять.
Вахтерша не стала препятствовать, и мужчина быстро подошел к ячейке. Нет, ее явно никто не вскрывал. Контрольный волосок, прикрепленный к дверце, по-прежнему находился на месте. Да и не мог же он не верить собственным глазам: никто к этой ячейке не подходил! И все-таки какое-то тревожное чувство главу группы захвата не покидало. На что могли надеяться эти подростки? Какими бы маленькими они ни были, не могли они не сообразить, что их возьмут тут же, возле этих злосчастных ячеек камеры хранения. Значит, они что-то придумали? Но что? Будут мурыжить их сутки, двое? Но потом срок за хранение истечет, и камера автоматически откроется. А что произойдет в этом случае? Тогда вещи отсюда заберут, составят опись, а когда придет их хозяин, ему придется доказывать, что это его вещи, и заплатить штраф. Ну и что? Взять этих потенциальных хозяев, неизвестных подростков, можно и здесь. Тогда, когда они придут, через трое суток, когда они попытаются забрать просроченное содержимое камеры хранения. Может быть, у них в администрации вокзала работает свой человек, и как только компьютер попадет к нему, то тут же и утечет? А что, вполне возможно! Ведь никто заявления о пропаже компьютера, помещенного в камеру хранения, не подаст. Следовательно, никакого скандала не будет. Командир группы захвата нахмурился. Похоже, эти подростки действуют по-взрослому, а они ударяются в детство. Нужно срочно поставить на компьютер радиомаяк.
Мужчина вынул из внутреннего кармана пиджака обыкновенный очешник, достал оттуда небольшое устройство, щелкнул миниатюрной кнопочкой. Теперь этот радиомаяк будет посылать сигналы на нужной частоте в течение месяца. Быстро набрав код, глава боевиков открыл дверку и чуть не уронил драгоценный радиомаяк на каменный пол.
Ячейка камеры хранения была пуста.
ТАКТ 25 Художественное выпиливание по металлу. Носильщик напополам
Никогда еще Мишка так не волновался. Ни в далеком детстве, когда полез за конфетами на верхнюю полку шкафа и опрокинул его вместе со всей посудой на пол. Ни когда во время экзамена бегал в туалет на первом этаже и принимал от Валерки через окно решение задачек. Ни когда в первый раз заговорил с Катей о записи музыки. Чего там скрывать, он по-настоящему боялся. Ведь не в бойскаутские же игры они ввязались, не в «Зарницу»! Тут все по-настоящему. И даже родители в случае чего не помогут. Это, похоже, и Валерка понимает. Вон какой бледный, словно ночью в спальне привидение увидал.
– Брось, не тушуйся! – толкнул Мишка кулаком в бок друга. – Все будет нормально.
– А я и не тушуюсь, – ответил Валерка. – Жарюсь скорее от нетерпения. Ну, когда пора будет?
– Когда Катька от этого человека отойдет. Забыл, что ли? Пусть он сначала по телефону позвонит.
На счастье Мишки и Валерки, ждать им пришлось недолго, минут двадцать. Когда к камере хранения подошел какой-то пассажир, мужик, которого пасла Катя, схватился за трубку сотового телефона. Вскоре Катя отошла прочь и, как и договаривалась с. ребятами, даже не посмотрев в их сторону, отправилась на станцию метро.
– Вот теперь пора! – подхватил Мишка объемную спортивную сумку.
Вместе с Валеркой, не торопясь, останавливаясь чуть ли не у каждого киоска, где продавались жвачки, брелки и комиксы, ребята подобрались к служебному входу в зал автоматических камер хранения. Конечно, боевики Организации, дежурившие на вокзале, заметили двух подозрительных пацанов. Но, кроме этих двух подозрительных пацанов, здесь болтались еще десятка три не менее подозрительных подростков. Однако пока никто из них к нужной ячейке в камере хранения не подходил. И потому все они оставались только потенциально подозрительными. Спасал Мишку и Валерку и примитивный грим – вата, заткнутая за щеки, делала их полнее, бейсболки скрывали их волосы, а талантливо нарисованные Катиными тенями круги под глазами и вовсе добавляли им лет.
– Тетенька, тетенька, – принялся канючить Мишка, как только они с Валеркой подошли к столу, за которым восседала вахтерша, охраняющая служебный вход. – Пропустите нас здесь, пожалуйста, а то мы с братом на поезд в Севастополь опаздываем. А там, – неопределенно махнул он в сторону, – у нас ящики с тушенкой. А они тяжеленные. Понимаете, в Севастополе с продуктами-то плохо, а нам мамка сказала из Москвы тушенку эту везти. А если мы вокруг пойдем, через обычный вход, так мы ее и не дотащим. А на носильщика денег у нас нет.
Тетка, не мигая, смотрела на ребят и, похоже, в их сложную ситуацию вникать никак не хотела.
– Денег, денег ей дай! – еле слышно сквозь зубы прошипел Валерка. – Мелочь какую-нибудь.
Мишка с готовностью вынул пару монеток и осторожно положил их на край стола. Тетка на это никак не среагировала.
– Пошли! – скомандовал Валерка. – Что ж, она при тебе деньги брать будет?
Мишка мелкими шажками, то и дело сдерживая себя, чтобы не посмотреть в сторону странной тетки, прошел в глубь зала камер хранения. Тут нужно было идти осторожно, так, чтобы не попасться на глаза тому мужику с сотовым телефоном. Пришлось дать небольшой крюк, обойти несколько рядов слева. Впрочем, к своей ячейке ребята подходить и не собирались. Но свой компьютер оттуда забрать хотели. Именно на этом парадоксе и строился их хитроумный план.
Мишка остановился перед еще одной ячейкой камеры хранения, которую он ранее арендовал, открыл ее с помощью кода, поместил внутрь спортивную сумку, вжикнул «молнией» и достал оттуда небольшую, но очень острую пилу по металлу, работающую от аккумуляторов. Эта ячейка камеры хранения примыкала «спиной» к той, в которую бандюганы заложили их многострадальный коми с аудиокартой.
– Все, Валерка, – шепнул он другу, – иди на угол и, как только рабочие начнут там что-нибудь пилить или ронять, делай вид, что роешься в карманах. Ну, вроде бумажку потерял с шифром или с номером ячейки.
– Да, все сделаю, как договорились, – кивнул Валерка и пошел к углу.
Ждать пришлось недолго. Рабочие, стараясь побыстрее закрыть наряд, трудились вовсю. Раздался резкий визг пилы, Валерка тут же запустил руки в карманы, и Мишка принялся действовать. Аккуратно, стараясь не слишком сильно нажимать на пилу, он стал вырезать заднюю стенку у первой камеры хранения, искоса поглядывая на Валерку. Как только тот вынул руки из карманов, Мишка отпустил кнопку питания электропилы, и та тут же затихла. Но рабочие прекратили ломать перегородки всего на мгновение. То, что работа снова началась, Мишка слышал, ему не нужно было даже поворачивать голову в Валеркину сторону.
Вскоре Мишка опустил на дно ячейки первый вырезанный лист металла, бывший ранее задней стенкой ячейки, и стал трудиться над вторым. Мишка, делая вид, что роется в сумке, просовывал руку все глубже.
Пила оправдала свою немалую стоимость. Шведская закаленная сталь резала русское железо ну не как масло, но уж, во всяком случае, как фанеру. Вскоре и вторая задняя стенка, накренившись, упала прямо на подставленную Мишкой ладонь. Мишка включил маленький фонарик и улыбнулся. До компьютера теперь было, что называется, рукой подать. Мишка переложил вырезанные пласты металла вниз, спрятал пилу в сумку, к ней же подтащил компьютер, погрузил его в утробу безразмерной сумки, вжикнул «молнией» и тихонько свистнул в сторону Валерки.
Валерка прекратил рыться в карманах, хлопнул себя по лбу и подошел к Мишке.
– Ты бери пока баул, – приказал Мишка, – а я сейчас.
Он заглянул в несколько соседних рядов и быстро нашел то, что нужно. Толстая тетка, краснощекая до свекольного состояния, перла на себе три огроменных баула.
– Тетенька, тетенька, – снова залебезил Мишка, не утруждая себя разнообразием выбранных ролей, – а давайте носильщика возьмем!
– Не нужен мне носильщик! – прохрипела тетка, но чувствовалось, что она не совсем в этом уверена: уж больно объемными были сумки, а самое главное, их было не две, а три.
– Вы на какой перрон идете? – как бы случайно загородил ей дорогу Мишка.
– На седьмой, мальчик. А теперь отойди, дай пройти.
– На седьмой! Вот здорово! – обрадовался Мишка. – И я туда. Только у меня сумка тяжеленная, я сам не дотащу. А ради одной сумки брать носильщика дорого. Давайте пополам.
Но тетка, однако, не сдавалась. Она побагровела еще больше и продолжала напирать на Мишку.
– Ну давайте хоть на треть цены: две трети я плачу, а треть – вы.
– Уговорил! – наконец сдалась тетка. – Только не хочешь ли ты сказать, что я пойду носильщика искать, а ты мои сумки посторожишь?
– Да нет, что вы! – смутился Мишка. – Я сам носильщика найду. И заплачу тоже сам. Вы только минуток пять постойте. А вы мне деньги отдадите потом, когда мы уже на перрон приедем.
– Давай только быстрее, – хмыкнула тетка. – Одна нога здесь, другая там.
Мишку долго упрашивать не пришлось. Поскольку носильщики, маявшиеся без работы, стояли недалеко, он и в самом деле обернулся очень быстро. Его сумку водрузили на тележку первой, и потому, радуясь, что все так удачно складывается, Мишка даже помог свекольной, как он ее обозвал, тетке водрузить ее баулы поверх своего.
– У тебя там ничего не помнется? – засомневалась тетка, которой понравился обходительный мальчик, к тому же согласившийся заплатить две трети суммы носильщику.
– Да нет, ничего страшного. Поехали на седьмой перрон, – распорядился Мишка.
Вскоре процессия двинулась вслед за носильщиком. Валерка, отвернувшись, рылся в открытой ячейке камеры хранения. Уже у самого выхода Мишка вдруг закусил губу и постарался побледнеть.
– Ой, тетенька, вы не могли бы меня взять за руку? Что-то голова закружилась!
Таким порядком – носильщик, дородная дама с подростком, чья рука была зажата у нее в клешне – они и прошли мимо двух боевиков Организации. Те скользнули взглядом по баулам, по тетке с «сыном» и принялись дальше просеивать толпу глазами. Попался им на глаза еще один подросток в очечках, но его они также оставили без внимания, поскольку к нужной ячейке в камере хранения он не подходил.
На седьмом перроне Мишка честно расплатился с носильщиком и даже отказался у тетки взять треть суммы, напирая на то, что она очень здорово помогла ему своими биоэнергетическими полями и теперь головокружение у него совсем прошло.
– А вот и мой братан пришел! – показал он на Валерку. – Ну, мы пошли!
Мишка и Валерка подхватили баул и двинулись прочь с перрона.
– Эй, мальчик, куда же ты? – окликнула его тетка. – Поезд-то, вот он стоит.
– А, мы сегодня передумали ехать! – беспечно махнул рукой Мишка. – А наши консервы, те, что в сумке – они не пропадут. У них срок хранения – два года.
– Слушай, ты поосторожней с сумкой, – предупредил Валерка. – Мы ведь с тобой не консервы несем, а компьютер.
– Ты прав, – согласился Мишка, – только учти: в метро мы все равно не пойдем. Там небось тоже пара людей стоит и всех пацанов с баулами примечает. А мы как раз с тобой пацаны и как раз с баулом.
– Да, придется уходить через товарную станцию, – кивнул Валерка. – Но ничего, берись вон за левую ручку, а я возьмусь за правую. Не впервой нам этот комп по городу таскать…
Ребята обогнули поезд, спрыгнули с перрона и двинулись в город, не как все обычные пассажиры – через здание вокзала, а перешагивая через пути, минуя стрелки и одолевая лабиринты пакгаузов. Оставив за спиной товарные склады, они разыскали в заборе, отделяющем Курский вокзал от жилого массива, дырку, протиснулись в нее и вскоре скрылись между домами.
– Получилось, Валерка, у нас все получилось! – радовался Мишка.
– Действительно, получилось, – удивлялся очевидному факту Валерка. – План был гениальный, но, согласись, исполнение тоже не подкачало.
– Не подкачало, еще как не подкачало! – рассмеялся Мишка. – Но я как себе представлю физиономию этих мужиков, которые камеру хранения откроют. Интересно, что им будет, когда они узнают, что они и своего компьютера лишились, и чужого?..