![](/files/books/160/oblozhka-knigi-banda-vo-vremennoe-polzovanie-235503.jpg)
Текст книги "Банда во временное пользование"
Автор книги: Андрей Трушкин
Жанр:
Детские остросюжетные
сообщить о нарушении
Текущая страница: 9 (всего у книги 11 страниц)
– У самого у тебя глаза круглые! – обиделся Валерка. – Нет, не круглые – как параллелепипеды.
– А у тебя, а у тебя… – рассердился Мишка, – как октаэдры.
– Октаэдры – это еще что! – хохотнул Валерка. – Если бы ты по утрам в зеркало смотрел, то увидел бы…
Неизвестно, сколько бы еще мальчишки упражнялись в геометрических приколах, но тут Валерка вспомнил, ради чего он, собственно, пришел.
– Да, вот, газета, читай! – ткнул он Мишке под нос пухлую «Супер-М».
Мишка прочитал и нервно сглотнул слюну.
– Слушай, сработало. Прямо как в сказке. Ну, старик, ты даешь! Логика – великая вещь!
– Ну чего там! – ухмыльнулся Валерка. – Логику не я придумал, я ею только воспользовался.
– Слушай, надо Катьке показать, побежали к ней.
– Точно, тогда вместе решим, что дальше делать.
– А что дальше делать? – не понял Мишка. – Там же телефон указан. Позвоним и компьютеры обменяем. Всего делов-то!
– Ага! – загадочно улыбнулся Валерка. – «Всего делов-то!» Сам понимаешь, что нам не простой комп попался. И люди эти, – постучал он ногтем по газете, – непростые. Знаешь, сколько здесь объявление стоит? А знаешь, сколько стоит его срочно дать? Думаешь, вся эта кутерьма из-за тысячедолларовой машины? Нет, им записи нужны, которые на этом компе сделаны. И смотри, не вздумай им звонить со своего домашнего телефона! У них наверняка там определитель номера стоит. Засекут тебя, и «мама родная» сказать не успеешь.
– Слушай! – побледнел Мишка. – Надо Катьку побыстрее предупредить, а то вдруг и ей газета придет, а она возьмет сдуру и звякнет!
– Тогда побежали! – согласился Валерка.
Но никуда побежать мальчишки не успели. Мишкина мама обладала не меньшей хваткой, чем мама Валерки. Заметив, что ее родное дите надевает ботинки, даже не почистив зубы, она жутко возмутилась и тут же подперла ногой дверь кладовки, где хранилась одежда.
– Сначала чистить зубы! – не терпящим возражения рыком заявила она. – А потом – есть!
– Зубы? – плечи Мишки уныло поникли. – А можно я у него, – ткнул он в сторону Валерки, – зубы почищу?
– Я сейчас вам обоим зубы почищу! – пригрозила Мишкина мама и вооружилась веником. – А ну, кыш, на кухню!
– Ладно! Ладно! – загородил Мишка друга. – Только мы сначала один короткий звоночек сделаем.
– Знаю я ваши короткие звоночки! – пробурчала мама. – Чтобы сей момент на кухне были!
– Значит, зубы можно и не чистить? – заискивающе улыбнулся Мишка.
– Можешь почистить после завтрака! – милостиво разрешила мама. – А теперь давай или иди звони, или – не звони.
Мишка тут же скрылся в своей комнате и, ничего не объясняя Кате по телефону, взял с нее слово, что сегодня она не будет звонить ни по каким объявлениям. Заинтригованная Катя собралась было бежать к Мишке, чтобы все разузнать, но ее тоже без завтрака не пустила на улицу мама. Родительницы в то утро просто будто сговорились.
ТАКТ 19 Подсадная сумка. Врубайтесь во Врубеля, врубайтесь!
Мишка, Валерка и Катя встретились на улице только через час. Мальчишки, перебивая друг друга, красочно описывали Кате события сегодняшнего утра.
– Нет, ну ты понимаешь, какая голова сидит на этих плечах! – постукивал друга костяшками по темечку Мишка. – Он же все заранее предугадал! Ты бы, старик, так счета, с которыми футбольные матчи заканчиваются, угадывал! Мы б тогда живо пару букмекерских контор разорили, а деньги бы вон на раскрутку Катькиной песни бросили!
– Ладно, ладно вам! – вяло отмахивался Валерка. – Это что, это же очевидно! Другое дело, как теперь с этими гавриками быть!
– Но в моей черепушке тоже кое-что есть, – похвастался Мишка, – я придумал один план. Слушайте.
План решено было привести в действие немедленно. Вначале Мишка, накрыв трубку уличного телефона-автомата платком, позвонил по указанному в объявлении телефону и сказал, что он готов передать случайно перехваченный компьютер в обмен на свой. В «летнем кафе» около церкви, у станции метро «Третьяковская». Узнать его легко будет по большой полиэтиленовой сумке, в которой будет спрятан комп.
Большая полиэтиленовая сумка у Мишки уже имелась. Он сбегал домой, благополучно стянул ее из кухни, взял из кладовки старую коробку, спустился с ней на первый этаж, бросил в нее несколько пачек рекламных газет, которые валялись у почтовых ящиков, и присоединился к Валерке и Кате. Времени у них было в обрез, поэтому вся компания резво зашагала к метро.
Выходить из метро ребята решили не на станции «Третьяковская», а на соседней – «Новокузнецкой». К нужному месту компания шла дворами, сделав довольно большой крюк. Когда показалась маковка церкви, рядом с которой располагалось летнее кафе, Мишка приказал Валерке и Кате встать у него по бокам, чтобы сумка сильно не светилась. Ребята вошли «в нересторан небыстрого питания», как они называли «Макдоналдс», и нашли местечко на втором этаже, откуда прекрасно просматривалась площадь перед церковью. Мишка спустился вниз к стойке раздачи и быстро выловил там пацана, который выпрашивал у посетителей «нересторана» мелочь.
– Слышь! – позвал он его. – Иди сюда! Подзаработать хочешь?-
– А че надо делать? – спросил шустрый мальчишка.
– Да мы тут одного парня хотим разыграть, – улыбнулся Мишка. – Нужно ему передать вот эту сумку. Внутри – коробка.
– А в коробке че? – подозрительно покосился на сумку мальчишка. – Может быть, там наркотики или еще что похуже? Повяжут меня с этим.
– Да ничего там нет! – успокоил его Мишка. – Вот, смотри, старые газеты. Ну, просто шутка такая. Товарищеская, понимаешь? Держи! Вот тебе деньги. Иди. Вот там летнее кафе, сядь там на стул и жди. К тебе подойдут.
– А, ну раз так, ладно! – быстро схватил мальчишка деньги, сумку и тут же двинулся в указанное ему место. Беспрепятственно он дошел до заборчика, отгораживающего кафе от улицы, и даже сделал несколько шагов по территории самого кафе. Но тут из-за двух столиков поднялись высокие накачанные парни, подхватили мальчишку под локотки и в мгновение ока запихали его в микроавтобус с зашторенными окнами.
– Да вы чего, вы чего! – отбивался мальчишка от взрослых дядек, не на шутку его испугавших. – Не знаю я ни про какие наркотики, ни про какие патроны! – ¦¦ !'.
– Какие наркотики! – наклонилось, над ним лицо какого-то неквадратночелюстного мужчины. – Где компьютер?
– Какой компьютер? Не брал я никакого компьютера! – заголосил мальчишка.
Тем временем Владимир Геннадьевич заглянул в сумку, открыл коробку и увидел в ней лишь старые газеты.
– Меня пацан попросил, сказал – розыгрыш будет. Денег вот дал. Сказал, придешь в кафе, сядешь, к тебе люди подойдут. Розыгрыш, понимаете? Посмеяться хотел. Вот, возьмите деньги, только отпустите меня. Я тут совсем ни при чем!
– Так, – сообразил Владимир Геннадьевич. – х Где ты с ними говорил?
– Да вон там, в «Макдоналдсе»!
Владимир Геннадьевич переглянулся с командиром группы захвата. Боевики Организации быстрыми шагами, стиснув с двух сторон мальчишку, прошли в «Макдоналдс», осмотрели первый этаж, туалеты, поднялись на второй этаж… Как и следовало ожидать, нужный мальчишка исчез.
Мишка, Валерка и Катя в это время, запыхавшись, переводили дух у дверей Третьяковской галереи. Отдышавшись, они купили по билету и скрылись в храме искусств, резонно полагая, что количество охраны здесь гораздо выше, чем в любом другом прилегающем доме.
– Видал миндал? – шипел Валерка. – Я так и чуял, что дело здесь нечисто! Как они его под руки подхватили и упаковали! Ловчее, чем продавщицы в ГУМе!
– Да, – согласился Мишка, указывая подбородком на старинную икону. – Как вот эти вот ангелы: раз – и на небеса!
– Ты что думаешь, они его того? – побледнел Валерка.
– Не-ет, – поспешил успокоить его Мишка. – Конечно же, отпустили. Он ведь совсем ни при чем.
– Да, но он ведь тебя видел, – пробормотал Валерка.
– Так нас и приемщик из пункта проката видел, – беспечно заявил Мишка. – Раз они нас по мордам лиц найти не могли, значит, и не найдут.
– А что же теперь-то делать, ребята? – испуганно оглядывалась кругом Катя.
– Как что? – удивился Мишка. – Приобщаться к искусству, естественно. Пошли на Врубеля глянем. Мощный, я вам скажу, художник был.
– А по делу ты чего скажешь? – процедил Валерка.
– А по делу есть у меня еще один план. Альтернативный.
– Такой же, как этот? – нахмурился Валерка.
– А чем тебе мой план не понравился? – оскорбился Мишка. – Ты вон жив-здоров, живописью наслаждаешься, а эти деятели сейчас вокруг «Макдо-налдса» круги наматывают.
– Ага, – хихикнула Катя, – достался им шиш и гамбургер с маслом.
– Картошечкой фри приправленный, – подхватил шутку Валерка.
– Ладно, ладно! – осадил товарищей Мишка. – Радоваться будем, если план номер два удастся. А пока, господа, наслаждайтесь Коровиным. Наслаждайтесь! Во Врубеля врубайтесь! Когда еще вас бандиты в Третьяковскую галерею загонят!
ТАКТ 20 «Усталый металл». Как попасть в «Шамбалу». Святилище Малика Бакса
Директор Организации Алексей Георгиевич был просто вне себя. Ведь никакой уравновешенный человек не будет метать мобильными телефонами ценою в тысячу долларов в каменную стенку. Понятное дело, что никакого вреда от этого не приключится ни каменной стенке, ни тем, кто вызвал неудовольствие хозяина телефона – пострадает лишь ни в чем не повинный мобильник.
Нет, Алексей Георгиевич не мог сейчас думать, как человек разумный – он был просто в бешенстве. Его команда, которая не первый год получала за работу немалые деньги, позорно провалила операцию по поимке агента противника. И кто бы был этим противником, скажите на милость! Одно дело – сражаться с людьми Рыбы, которые подготовлены не хуже, чем его работники, а скорее всего их натаскивали одни и те же инструкторы, но в разные часы, и другое дело – упустить мало того что дилетантов, так еще несовершеннолетних, подростков! Такого Алексей Георгиевич стерпеть никак не мог. Чтобы устроить разнос подчиненным, ему пришлось воспользоваться городским телефоном. Но судьбы подчиненных это смягчить Никак не могло. Скорее наоборот. Если раньше подсознательно Алексей Георгиевич старался экономить время, говоря по мобильному телефону, то теперь его уж ничто не сдерживало.
После взбучки Владимиру Геннадьевичу, который понадеялся на то, что группа захвата привезет компьютер-кейс в целости и сохранности, пришлось снова разворачивать бурную деятельность.
Вооружившись удостоверением популярной молодежной газеты, он ринулся с компакт-диском, на котором была записана песня с чужого компьютера, в свободный поиск по музыкальным тусовкам.
Вначале он заехал на концерт группы под названием «Усталый металл». Само помещение, где проходило действо, найти не составляло никакого труда. В ту сторону от метро тянулся непрекращающийся поток многочисленных юношей и редких девушек. Все они были обряжены в черные косухи с большим количеством металлических бляшек, огромных булавок и прочего хлама, неизвестно где раскопанного. Из самого зала доносились звуки, которые явно свидетельствовали, что металл еще далеко не устал. Застекленные фотопортреты народных артистов, что когда-то имели честь выступать в этом зале, мелко подрагивали то ли от страха перед агрессивной музыкой, то ли от негодования.
Махнув корочками в воздухе, Владимир Геннадьевич благополучно миновал милиционера, которого посетители концерта именовали на местном жаргоне «Мусоргским».
Группа «Усталый металл» во главе с лидером Каракуртом как раз заканчивала исполнение своего очередного хита. Барабанщик, со скоростью человека, подключенного к трансформаторной будке, что было мочи лупил по своим инструментам, бас-гитарист, как заведенный, дергал верхнюю басовую струну, солист завывал давно не кормленным волком, а клавишник исторгал из своего синтезатора такие звуки, услышав которые богобоязненный Иоганн Себастьян Бах, наверное, не раз бы перекрестился.
Не успел хит отзвучать, как группа тут же, словно торопясь, начала исполнение следующей песни. Нетренированный слух Владимира Геннадьевича не мог отличить ее от предыдущей. Так же лупил по барабанам ударник, так же визжал в корчах солист, с такой же скоростью стрекотал медиатором по струнам басист, разве что клавишник временами затихал, чтобы потом выдать пару диссонирующих аккордов. Судя по времени, шоу должно было подходить к концу, а потому Владимир Геннадьевич, еще раз помахав в воздухе волшебными корочками у носа очередного «Мусоргского», прошел за кулисы. Едва он нашел гримерку, где обосновался «Усталый металл», как музыка, устав агонизировать, затихла, и Каракурт проорал в микрофон:
– Спасибо, что пришли! Мы вас ненавидим! Чтоб вы сдохли, козлы!
Публика взорвалась восторженным ревом, но, видно, музыкантам эти проявления чувств уже были не в новинку. Через две минуты они ворвались в гримерку, не обращая никакого внимания на странного посетителя.
– Э-э-э… я корреспондент газеты, хочу взять у вас интервью и э-э-э… проконсультироваться…
– Из газеты? – тут же оживился Каракурт. – Из газеты – это хорошо. Деньги за интервью берете?
– Я? Нет, – залепетал Владимир Геннадьевич, который был не готов к обсуждению тайной кухни газетной работы.
– Это хорошо, – резюмировал Каракурт. – А то приходят некоторые деятели, сливаешь им на диктофон целый час всякую лабуду, а они еще потом сто баксов за публикацию требуют. Ну что? Начнем беседовать. Заголовок предлагаю такой – в стилистике нашей группы: «Больше трэша, водки и угара».
– Я как бы… с большим удовольствием, – снова растерялся Владимир Геннадьевич перед таким сумасшедшим напором и деловой хваткой. – Чуть позже. А сейчас я хотел бы с вами проконсультироваться. Мне сказали, что вы знаете в музыкальной тусовке практически всех.
– Че там практически? – махнул рукой музыкант и небрежно оперся рукой на кофр с гитарой, на котором были крупно изображены череп и кости, увенчанные надписью «СПИД не пройдет!». – Я уж этим делом, – похлопал он по кофру, – почитай, больше десяти лет занимаюсь. Всех знаю как облупленных!
– Тогда послушайте эту запись, – вынул из сумки CD-плейер и наушники бородатый Владимир Геннадьевич. – Вы можете прокомментировать для нашей газеты свои ощущения от этой музыки?
Каракурт нацепил наушники, включил плейер на воспроизведение и терпеливо прослушал первые тридцать секунд песни.
– Не, – вдруг снял он наушники и отдал их лжегазетчику. – Эти люди не из московской, не из питерской и не из киевской тусовок. Не знаю, откуда они взялись. Записано все вроде кудряво, мелодия есть, то, се, но это не наши люди. Попса голимая, одним словом. У нас все проще и конкретней: больше трэша…
– Да, да, я запомнил, – перебил его бородатый Владимир Геннадьевич.
– Ну вот, в таком контексте и пиши, – похвалил «журналиста» Каракурт. – А как заметку, значит, нашкрябаешь, то приноси, мы ее завизируем. А то напишут бог знает что, а потом еще ссылаются на то, что на диктофон записали. Мало ли чего усталый человек после концерта может сморозить! Ну вот, а теперь, корреспондент, может, выпьешь с нами?
Владимир Геннадьевич насилу открестился от сомнительного удовольствия глушить водку в компании длинноволосых зататуированных парней и спешно ретировался по следующему адресу.
Ночной клуб-казино «Шамбала» работал круглосуточно. Вечером здесь собиралась так называемая богема: успешные продюсеры, раскручивавшие бойз-бенды, журналисты и редакторы музыкальных программ, имевшие с раскрутки бойз-бендов свой интерес и капиталец, спонсоры всяческих мастей и спонсируемые ими певички и певуны. Утром сюда же заскакивали «бросить на кишку» бизнес-ланч вечно занятые менеджеры компаний по торговле недвижимостью или руководители турфирм, которых в центре города расплодилось больше, чем стран во всем мире. – Вход охранял странный человек, обряженный в одежду киргиза (так, как ее представлял местный чудак-модельер Арсеньев). Привратник «Шамбалы» был одет в ярко-оранжевую дубленку, похожую на спецовку строительного рабочего, ярко-желтые джинсы, расшитые бисером, обут в самые настоящие лапти, а голова его была увенчана малахаем, украшенным красной звездой. На поводке вместо злобной немецкой овчарки охранник держал обыкновенную, мелко подрагивающую от холода и страха козу. Почему-то Арсеньев настаивал на том, что к гардеробу, изготовленному за немалые деньги, должна была прилагаться именно коза. Хозяева «Шамбалы» с известным дизайнером спорить не стали, так что отдуваться за все пришлось привратнику. То ли по этой причине он был не в духе, то ли заразился дурным настроением от козы, но пропускать Владимира Геннадьевича в «чертоги» он никак не хотел. Пришлось перезвонить продюсеру Малику. Выяснилось, что Малик уже давным-давно восседает в «Шамбале». Поскольку Владимир Геннадьевич представлял интересы Организации и Алексея Георгиевича, непременного спонсора маликовских певичек, то продюсер не мог игнорировать просьбу, тем более что, по уверению Владимира Геннадьевича, она была пустяковой. Один из мальчиков, ошивавшихся вокруг Малика, мелкой рысью поскакал ко входу в «Шамбалу» и шепнул привратнику несколько слов на ухо. Лжегазетчик тут же был пропущен в «святилище».
«Святилищем» это место называлось не только потому, что ночные уборщицы, собирая здесь окурки и осколки стаканов, потихоньку крестились и приговаривали «свят, свят, свят», но и потому, что место это обозвал так продюсер Малик Бакс. Он часто любил повторять, что «свято место пусто не бывает». Сейчас на этом самом месте располагался сам господин Малик. Нет, он не был иностранцем и по паспорту значился как Петр Алексеевич Сидорчук. Но, по твердому убеждению самого Петра Алексеевича, никакой нормальный продюсер носить такое имя-отчество, а тем более фамилию Сидорчук не может. Так Петр и превратился в Малика. Кличку же свою он получил за то, что сделал первоначальный капитал, активно торгуя фунтами, иенами, долларами, марками и другой иностранной валютой, в просторечии именуемой «баксами». Теперь уже Малик давным-давно ничем не торговал, он только продюсировал. Один из его клиентов, худенький певец с голубыми волосами и отсутствующими напрочь двумя передними зубами, сидел сейчас перед всесильным продюсером и вяло пытался отмахиваться от апельсиновых корок, которые в него метал Бакс. Сценическое имя певца звучало красиво и загадочно – Хурма. И имечко, и внешний прикольный вид, включая вынутые передние зубы, придумал парню сам Бакс. Но сейчас он был своим исполнителем недоволен.
– Какая же ты хурма! – лениво метал очередными корками в голубоволосого юношу Бакс. – Ты мура, а не хурма. В Новокузнецке зал несобрали? А платить кто должен? Бакс? А в Питере что учудили? Чья была идея в футбол в ресторане играть?!
– Да это же мы клип репетировали для MTV.
– Такие клипы не на MTV, а на мульт-TV только показывать! – рассердился Бакс. – И вообще надоел ты мне, мура, сгинь долой, брысь!
Едва Хурма, попавший под горячую руку шефа, удалился, к Баксу подсел Владимир Геннадьевич, чья манера ходить, говорить, держаться и одеваться резко выделяла его из толпы собравшихся здесь людей.
– Я от Алексея Георгиевича, – представился он.
– Да, что там у вас?
– Понимаете, наша Организация совместно с одной молодежной газетой проводила конкурс на лучшую эстрадную песенку. Мы получили много фонограмм, но особенно нам понравилась вот эта. К несчастью, упаковка от бандероли и само письмо были утеряны, но мы пытаемся найти автора или исполнительницу. Послушайте, может быть, вы знаете, кто это или кто мог иметь к этому отношение.
Малик брезгливо взял наушники, нацепил их на себя и, закрыв глаза, стал слушать. В отличие от Каракурта, песню он прослушал до конца, некоторое время помолчал, словно тщательно подбирал слова, и наконец заговорил:
– Ну, если девочка ничего, ноги откуда надо куда надо растут, то песню раскрутить можно. Но голос незнакомый и аранжировка какая-то странная. Никто из наших так не работает. Ни на кого не похоже. Даже удивительно. А откуда хотя бы предположительно запись? Может быть, с Украины?
– Конкурс был московский, однозначно московский.
– Тогда я ничего не понимаю, – нахмурился Малик. Ему тут же в голову полезли мысли, что кто-то пытается вторгнуться в его, баксовский, бизнес. Поэтому ему и самому стало интересно, кто же именно написал эту песню, кто ее исполняет. – Знаете что? – вдруг решил он. – Я сейчас позвоню одному человеку, звукорежиссеру, они, звукорежиссеры, в этом больше понимают. Может быть, уловит какие-то технические подробности. В общем, если смогут, помогут.
Малик сделал какой-то непонятный для Владимира Геннадьевича знак, который, однако, легко расшифровал бармен. Он тут же появился с коктейлем «Розовый фламинго» в одной руке и с трубкой радиотелефона в другой. Малик по памяти набрал телефонный номер. Ждать ему пришлось недолго.
– Алло, Алик? Это Малик Бакс. Слушай, у меня к тебе маленькая просьба. Тут к тебе человечек подскочит с одной записью. Да, песенка попсовая. Ты ее послушай, может быть, скажешь, где ее писали, кто над ней работал. Хорошо? Ну, прямо сейчас и подскочит.
Малик вынул из кармана ручку и быстро что-то накорябал на салфетке.
– Вот адрес и телефон студии «Московский музыкальный сервис». Спросите там Алика. Все, что в наших силах. И передавайте при случае привет Алексею Георгиевичу!
Владимир Геннадьевич забрал плейер, наушники и сопроводительную салфетку и обещал непременно передать Алексею Георгиевичу целую кучу приветов.
Для убыстрения процесса поисков Владимиру Геннадьевичу пришлось взять машину. Водитель попался продвинутый. Он взглянул на салфетку, потом вынул из «бардачка» карту Москвы, быстро сориентировался по ней и ударил по газам.