355 500 произведений, 25 200 авторов.

Электронная библиотека книг » Андрей Ильин » Бомба для братвы [= Мастер взрывного дела] » Текст книги (страница 20)
Бомба для братвы [= Мастер взрывного дела]
  • Текст добавлен: 31 октября 2016, 02:33

Текст книги "Бомба для братвы [= Мастер взрывного дела]"


Автор книги: Андрей Ильин



сообщить о нарушении

Текущая страница: 20 (всего у книги 27 страниц)

Глава 51

Полномочный представитель его высочества шейха и прочих средневосточных и им подобных стран, он же резидент, он же агент по негласному расследованию утечки с территории России атомного оружия, пребывал в растерянности. Может быть, впервые за много лет. Может быть, вообще впервые.

На сходке преступных авторитетов страны, под столом, за которым они сидели, лежала бомба. Атомная бомба! И эту бомбу этим авторитетам предлагалось использовать в целях государственного масштаба шантажа. Впрочем, даже не государственного – мирового. Потому что атомная бомба в руках частных лиц – это ЧП общепланетарного масштаба!

Наличие бомбы являлось абсолютным доказательством возможности ее воровства. Но это не радовало. Это пугало. Потому что еще большим доказательством мог стать ее взрыв.

Шантажировать бомбой самой по себе невозможно. Шантажировать можно только взрывом! И, значит, его потенциальную возможность исключить нельзя.

Все шантажисты во все времена вначале пугают. А потом приводят свои угрозы в действие, потому что бесконечно пугать невозможно. Потому что логика развития событий заставляет их доказывать свою силу не только на словах. Заставляет их ее демонстрировать. Демонстрировать все больше и больше, постепенно сползая от угроз к действию. Рано или поздно количество переходит в качество. Рано или поздно угроза исполнить теракт оборачивается терактом…

Поэтому останавливать шантажистов надо в самом начале. Пока они еще не «накачали мускулы» и не свыклись с мыслью о собственной избранности. Об их праве решать: кого карать, а кого миловать, кому жить, а кого отдать на заклание во имя достижения их понятных только им целей…

Надо останавливать!

Только как? Бросаться в одиночку на три десятка авторитетов, подстрахованных дюжиной телохранителей каждый? Силенок не хватит.

Выходить на свое начальство?

Так оно далеко. И все равно никого прислать не сможет.

Выходить на чужое начальство? На то, что заведует порядком в городе и призвано оберегать его население от преступных посягательств?

Пожалуй. Но как до него добраться? Минуя многочисленный предваряющий и перекрывающий подходы к начальственному телу бюрократический аппарат. И как, что того сложнее, убедить себя выслушать? И уж что совсем фантастично, заставить немедленно действовать?

Как?

Только если с помощью блефа и актерской игры. Гораздо более тонкой и убедительной, чем демонстрируют актеры местного драматического театра.

Резидент набрал номер городского отделения внутренних дел. Первый попавшийся в телефонном справочнике на глаза. Но не дежурного.

Набрал по аппарату, напрямую подсоединенному к телефонной сети, что исключало возможность быстрого установления номера звонившего абонента.

– Следователь Еремеев слушает.

– Будьте добры, подскажите мне имя-отчество начальника городской милиции.

– Григорий Максимович. А зачем он вам?

– С юбилеем его поздравить.

– А разве у него юбилей?

– А вы забыли?

Следующий звонок уже дежурному. И обязательно поумерить голос. Убрать из него молодые, звонкие нотки. И хорошо продумать текст.

– Дежурный Максаков!

– Слышь, дежурный, соедини-ка меня с командиром.

– С каким командиром?

– Со своим командиром, который у вас самый главный.

– С начальником милиции?

– Во-во, с ним самым. С Гриней.

– С Гриней? А вы кто такой будете?

– Я двоюродный дедушка его буду. Из деревни. Только что приехал. А ключей от квартиры нет. Ты соедини меня с ним, мил человек, а то мне очень в туалет хочется. А у вас тут в городе кустов почти нет.

Пауза.

– Полковник Артюхов слушает.

Теперь поменять тон на совсем другой. На жесткий и совершенно в себе уверенный. На такой, который лучше всего воспринимают милицейские и армейские чины.

– Вы знаете, что в вашем городе, под самым вашим носом, проходит сходка преступных авторитетов?

– Кто это говорит?

– Тот, кому об этом положено знать! Так же, как и вам.

– Перестаньте мне морочить голову! Или я…

– Не орите, полковник. И не пытайтесь меня брать на глотку. Если вы сейчас не прореагируете на мой сигнал, я выйду рапортом на вышестоящее начальство. Вашего вышестоящего начальства. И если факты сходки и неоперативного на них реагирования местных органов милиции подтвердятся, то вы можете сами прикинуть, какие это будет иметь последствия персонально для вас. И еще на всякий случай знайте, что аналогичную информацию я передам Безопасности, чтобы вы о ней случайно не забыли. Запишите адрес. И вышлите все наличные силы. Я жду на месте. Всё!

Отбой.

Примерно такой же звонок в Безопасность. И в гражданскую оборону. Учитывая потенциальную взрывоопасность криминального сборища.

Теперь ждать. И при необходимости корректировать действия понаехавших со всех сторон сотрудников Безопасности, милиционеров и «гражданских оборонщиков».

Резидент снова нацепил на голову наушники.

– …С чего ты предлагаешь начать? – спросил голос одного из авторитетов.

– С определения места установки заряда. С транспортировки его в это место. И с закладки в неизвестное и потому недоступное легавым и даже своим место.

– Это невозможно. Как о месте закладки заряда не могут знать свои, если они его туда привезут? И туда его установят.

– Очень просто…

Все замолчали.

– По моим подсчетам, это будет не больше пятнадцати-двадцати человек. Водители, крановщики, охрана. Мне кажется, за такую крупную игру можно заплатить большим, чем пятнадцатью по случаю нанятыми лохами.

– Лохи – без базара. Но как быть со своими?

– Свои тоже имеют языки. И дырявые зубы. Своих в таком деле не бывает.

– Он верно говорит. По-настоящему молчать умеют только мертвые. Только они хранят тайны.

– Каким должно быть место закладки заряда?

– Разным. Но в первую очередь густонаселенным. Чем больше населения попадет под взрыв, тем быстро нам пойдут на уступки.

– Москва? – спросил представитель столицы.

– Нет, не Москва. Если бомба рванет в Москве, то вести переговоры будет не с кем. Это будет не Москва.

– И пусть это будет не мой город, – сказал один из авторитетов. – Мне там работать. Если не станет моего города, мне негде будет работать…

– И не мой…

– И не мой…

– Зачем мелочиться? – сказал Мозга. – Если мы добьемся своего, нам не нужны будут города. У нас будет вся страна…

Раздался тихий зуммер телефона.

– Ша! – сказал голос местного авторитета. – Здесь скоро будет облава.

– Откуда ты знаешь?

– В своем городе я знаю все. За что и плачу бабки.

Стукнули отодвигаемые стулья.

– Но вы можете не спешить. Облава будет не раньше чем через полтора часа. Так мне пообещали. И еще: облавы не будет со стороны восточного выхода. Восточные ворота будут свободны. Они гарантировали мне коридор в течение часа после начала облавы.

– Сколько бабок ты отстегиваешь, чтобы знать за облаву?

– Я отстегиваю немного бабок. Но я отстегиваю их тому, кому надо.

Раздался новый звонок.

– Да. Я уже в курсе. Но все равно я вам очень благодарен за вашу заботу. В чем вы скоро сможете убедиться. Нет. Только одна маленькая просьба. Не направляйте тех, кто не умеет себя прилично вести, к восточным воротам. Нам не хочется лишней стрельбы. И лишних разговоров за ту стрельбу. Население не должно иметь беспокойств. Да. Передам. И вы. Своей жене.

– Кто это был?

– Один очень уважаемый в городе человек, который уважает других не менее уважаемых людей города и не хочет портить с ними отношений.

– Когда нам уходить?

– Вы можете не спешить. Вы можете допивать свой кофе и свой сок. Машины будут поданы через четверть часа.

– Через час! – жестко сказал Мозга.

– Почему? – удивились авторитеты.

– Потому что вначале поедет бомба!

Резидент сбросил с головы наушники. Этот раунд был проигран. Не им. Но всеми силовыми министерствами, вместе взятыми. А может быть, и всей страной…

Глава 52

Начальник оперативно-следственного управления Министерства внутренних дел просматривал очередную сводку преступлений, произошедших в стране за последнюю неделю. Сводка была на удивление благополучная. Несколько тысяч ограбленных. Несколько сотен ограбленных и убитых. Несколько десятков убитых с привлечением наемных киллеров. Даже если взять поправку на искажение статистики на местах в сторону сокрытия того или иного рода преступлений, с которыми не хочется возиться, все равно немного. По крайней мере для нынешнего, сравнимого с ковбойским Диким Западом времени.

Конечно, лет двадцать назад десятой части подобной статистики хватило бы, чтобы министр, все его первые замы и все замы первых замов мгновенно слетели с места куда-нибудь на должности деревенских участковых милиционеров. Тогда о подобной стрельбе слыхом не слыхивали. При пропаже табельного оружия у рядового милиционера всех ставили на уши. И держали на них до возвращения утраченного оружия. Об автоматах речь вообще не шла. Хотя бы потому, что милиционеров на улице с автоматами увидеть было большой редкостью. Автомат считался армейским оружием.

А теперь того же милиционера без автомата, повешенного поперек бронежилета, вообразить невозможно. Чтобы с одним только удостоверением и пистолетом Макарова? Да он с такой экипировкой даже на выяснение отношений с тещей не пойдет. Потому что у нее, вполне вероятно, может оказаться под халатом скорострельный «узи».

Времена изменились. Преступники перестали использовать самопальные ножи и пистолеты, предпочитая им оружие армейского образца. Вплоть до ручных гранатометов.

Вот, пожалуйста. В Пензенской области застрелен бизнесмен из снайперской армейской винтовки с оптическим прицелом, которая только два месяца назад с конвейера сошла!

В Калуге в центре города бабахнули из гранатомета по киоску.

На Алтае забросали милицейскую патрульную машину гранатами. Как немецкий танк «тигр».

В Новосибирске какой-то ухарь попытался расстрелять дискотеку, в которую его не пустили, из миномета.

Под Псковом местная преступная группировка решила выяснить отношения с другой преступной группировкой при помощи угнанного в ближайшей войсковой части танка. На что потерпевшая поражение братва в отместку за танк публично грозилась произвести площадное бомбометание по подконтрольному конкурентам району города. Черт знает, может, и проведет. Если одни смогли добыть танк, отчего другим не раздобыть самолет-штурмовик…

Сообщение, помеченное грифом «Только для высшего руководства». Ну, значит, либо прокурор жену задушил. Либо сынок какого-нибудь главы администрации изнасиловал и убил пять одноклассниц и теперь ему требуется отмазка, либо бандой убийц и мародеров руководил начальник городской милиции, где те убийцы состояли на должностях оперуполномоченных. Вполне может быть. Сейчас все может быть. Обычное дело…

Начальник управления запросил дополнительную информацию. И удивился, потому что такого он еще не читал.

Информаторы доводили до сведения, что в одном из городов была проведена сходка преступных авторитетов. Что по нынешним временам дело совершенно обычное и почти легальное, вроде недавних партактивов.

В факте сходки ничего удивительного не было. Удивительное было в повестке дня сходки. Авторитеты обсуждали возможность использования против органов правопорядка и властей атомной бомбы! По крайней мере так утверждал источник. Это уже был не гранатомет. И даже не танк.

Откуда же они могли взять бомбу? Если, конечно, все это не блеф… Уголовный элемент предрасположен к романтизму. К сочинению сказок с по-своему счастливым концом, где удачливый вор наказывает прокурора, соблазняет дочь и жену судьи и ворует у доброго волшебника волшебную палочку. А если это не блеф?!

В стране, где все продается и покупается, может продаваться и быть куплено все. В том числе…

Начальник управления отчеркнул заинтересовавшее его сообщение. И вызвал одного из своих заместителей.

– Соберите информацию вот по этой сходке. Запросите горотделы милиции. Пусть они свяжутся с авторитетами и уточнят, о чем там шел разговор. Желательно в подробностях. В обмен на информацию пообещайте прекратить производство по делам, в которых они замазаны.

– Как они их найдут?

– Не изображайте девственницу. А то вы не знаете о сотрудничестве оперативников с преступными лидерами. Как о вынужденной мере противостояния валу беспредела.

– А если информация будет ценная?

– Выполните обещание. От пары-тройки закрытых дел нас не убудет…

Старшие оперы встретились с авторитетами. В неформальной обстановке их саун.

– Нужна информация по последнему толковищу, – сказали они.

– Что я буду с нее иметь?

– Встречную информацию.

– У вас нет такой информации, которую бы мы не знали. Которую бы мы не знали от ваших следователей. Разве только вы сдадите пару своих информаторов.

– А не много запрашиваешь?

– В самый раз. Ведь это не я пришел к тебе с затруднениями.

– А если мы прикроем дело с ограблением директора оптового рынка?

– Зачем? Тем, кого ты взял по этому делу, уж года как полтора пора на зону. Зарабатывать стаж для будущего авторитета. Не век же им в «шестерках» ходить. Так что им хоть так, хоть так на нары. Планово. Если отпустишь – им новую статью хлопотать. Зачем им эта головная боль?

– Ладно, отдам я тебе одного сексота.

– Опять пустышку? Который свое отработал и теперь либо на пенсию, либо под нож. И лучше бы даже под нож, чтобы меньше разговаривал. Моими руками свои проблемы решить хочешь, начальник?

– Хочу. Но не те, о которых ты думаешь. Меня начальство аж из самой Москвы за кадык ухватило. Так что на этот раз я мелочиться не буду. Настоящую цену дам. Хорошую цену.

– Если цена будет подходящая, столкуемся…

Собранная с регионов страны информация полностью подтвердила сообщение сексота. И начальник оперативно-следственного управления взялся за голову. И за телефонную трубку.

– Наши источники сообщили, что уголовные авторитеты намереваются украсть атомную бомбу, – сообщил он заместителю министра.

– А собор Василия Блаженного они не думают утащить?

– Я серьезно.

– Серьезно? Насчет бомб серьезно?

– Совершенно.

– Тогда заходи ко мне.

Замминистра не поверил в возможность воровства атомных бомб. Но все-таки выслушал своего не в меру впечатлительного подчиненного. Выслушал – и попросил оставить все имеющиеся в его распоряжении рапорты и документы.

– Следует ли мне продолжить расследование в данном направлении? – спросил главный следователь страны.

– Нет. Занимайтесь своими прямыми обязанностями. Эта проблема не нашего уровня. Я передам ее в органы Безопасности.

И вызвал своего помощника.

– Проверь по своим каналам вот эту информацию, – приказал он, – срочно проверь! Мне надо знать степень ее достоверности. Если надо платить – плати. Если надо кого-то привлекать или кого-то освобождать – привлекай и освобождай. Мне не важно, как ты узнаешь то, что требуется. Мне важно, как быстро ты это узнаешь.

Прозвучавший через несколько дней из уст помощника рапорт вывел замминистра из душевного равновесия.

– Я проверил информацию. Информация достоверна.

– Ты уверен?

– Да. Все представленные в рапортах факты соответствуют действительности.

– То есть ты хочешь сказать, что они предполагают украсть атомную бомбу?

– Да. Более того, не исключена возможность, что она у них уже есть.

– Есть?!

– На сходке предположительно был продемонстрирован один из образцов атомного оружия. По крайней мере так утверждают мои присутствовавшие при этом источники.

– Но это значит… Вы свободны.

Заместитель министра не стал хватать трубку, чтобы звонить в Государственную Безопасность. Не вышел из кабинета и не прошел по коридору шестьдесят шагов, чтобы доложить о ставшем ему известным факте министру.

Он стал думать. Взвешивать. Анализировать. Считать.

Бомба в руках уголовников – это серьезно. Это гораздо серьезней, чем все, что до того было. И что может быть. Это в корне меняет расклад сил в стране.

Силовые министерства становятся менее сильными. И без того мощная организованная преступность становится еще мощнее и организованней. Армия теряет свои позиции, как единственная владеющая тяжелым, в том числе атомным оружием, и потому стоящая над всеобщей дракой сторона. Оппозиция, используя представившийся шанс, пытается вышибить из кресел правительство. Международное сообщество давит со всех сторон, требуя не допустить расползания атома, в противном случае грозит ввести в Россию под эгидой ООН международные вооруженные силы, что служит мощнейшим катализатором событий внутренней политики. Разражается неизбежный и жестокий правительственный кризис.

Министр обороны и его первые замы теряют должность за халатное отношение к хранению атомного оружия. Слетают со своих кресел большинство силовых министров, не сумевших вовремя распознать, предупредить и локализовать опасность. В том числе министр МВД. Уходят в отставку премьеры и вице-премьеры и, вполне вероятно, Президент. Вместо всех них формируется временное правительство. Или… Или вся полнота власти переходит к диктатору, который единственный способен в кратчайшие сроки навести в стране порядок и вернуть расползающиеся термоядерные бомбы обратно в арсеналы. В чем его всячески поддержит мировое сообщество, напуганное перспективой атомных, гораздо более опасных, чем Чернобыль, взрывов.

Это если навскидку. Если не детализироваться по направлениям и персоналиям.

В любом случае в стране может наступить мгновение безвременья, когда все прежние правители будут вынуждены уйти, а новые еще не успеют определиться. Потому что не успеют сориентироваться в столь обвально поменявшейся политической обстановке. Власть повиснет как бесхозное яблоко на дереве, которое может сорвать всякий разворотливый и желающий того человек.

Кто не успеет – тот опоздает. Наибольшие шансы прийти к финишу первым будет иметь тот, для кого грядущие события не станут неожиданностью. Кто будет к ним готов…

Заместитель министра внутренних дел аккуратно закрыл папку с рапортами и засунул ее в личный сейф. До лучших времен, которые, может так статься, случатся не в такое уж отдаленное время…

По всей видимости, заместителя министра внутренних дел устраивали атомные бомбы, расползающиеся по частным рукам. По крайней мере не смущали.

Глава 53

Неофициально, но тем не менее существующий в недрах Министерства безопасности отдел надзора за прочими силовыми соседями отсматривал вновь поступившую информацию. Начальник отдела сортировал ее по позициям и анализировал во взаимосвязи с событиями, происходящими в каждом конкурирующем ведомстве и в стране в целом. Именно такой подход позволял выделить проскальзывающие при прямом прочтении мелочи, которые могли служить предвестниками скорых кадровых перемещений, урезаний статей бюджета и иных бюрократических потрясений.

Кроме того, в отдельное направление поиска был выделен контроль за исполнением данными ведомствами своих непосредственных обязанностей. Но не с целью выявления возможных злоупотреблений, случаев коррупции и измены делу. По гораздо более примитивным и практичным соображениям. Для просчета перспективных, зацепленных и разматываемых конкурентом потенциально выигрышных дел, которые можно было бы перехватить и использовать для себя и тем выслужиться перед вышестоящим начальством. Ну а если не перехватить и не использовать, то хотя бы уменьшить успех соседа. Капнуть в его переполненную медом бочку свою каплю дегтя. А лучше бы синильной кислоты.

Драка между силовыми ведомствами всегда идет ниже пояса.

Министерство обороны. Незапланированные встречи с премьерами. Визиты первых заместителей в Думу и Центробанк. Спасатели. Точнее, Министерство по чрезвычайным ситуациям. Продолжает накачку силовых мышц. Всеми правдами и неправдами добывает оружие и юридические обоснования на его использование. Пытается подмять под себя прочие, более мелкие ведомственные службы, чтобы стать монополистом в своей и не только своей сферах…

Пограничники. Развиваются, матереют, расширяют акции, интригуют против армии… Охрана Президента… Министерство внутренних дел. Эти в последнюю неделю провели активную разработку общероссийской сходки преступных авторитетов. К чему бы это вдруг такое усердие? Как будто таких сборищ раньше не было. И в дальнейшем не будет. Как будто толковища преступных главарей не стали почти официальной обыденностью современной жизни. Частыми, как когда-то слеты пионерских дружин. А здесь ни с того ни с сего двойная перекрестная проверка по каналам высших руководителей министерства.

«Обратить внимание!» – наложил начальник отдела надзора свою резолюцию. И передал дайджест сводки по команде.

Дайджест поступил на стол одного из видных чиновников Министерства безопасности, который должен был из «требующей внимания» информации отсеять наиболее перспективную. Что он и сделал, ужав представленный список до нескольких, на его взгляд, важных и требующих уточнения пунктов, в том числе касающихся и МВД.

«Проверить информацию по сходке преступных авторитетов, имевшей место в… Отследить ее с точки зрения повышенного интереса Министерства внутренних дел…» – передал он приказ в отделы. На места ушли соответствующей формы запросы.

Работы, связанные с контролем за деятельностью коллег, не входили в непосредственные обязанности областных и региональных представительств. Но исполнялись даже более рьяно, чем те, что предписывались ведомственными документами и приказами. Областные начальники прекрасно понимали, откуда ветер дует и кому может быть полезна подобного рода информация. Кроме того, в Безопасности всегда очень болезненно относились к успехам прочих силовых министерств, все относились, от министра до рядового включительно. Что вполне сознательно поощрялось, как одна из форм ведомственного патриотизма.

Именно поэтому просьба о выяснении обстоятельств и событий, связанных со сходкой, была исполнена незамедлительно.

Так в Безопасности стала известна информация о бомбе. Но стала известна только отдельным высокопоставленным руководителям, которые собрались на срочное неформальное совещание.

– Ну и что будем делать?

– Ничего.

– То есть?

– То есть сделаем вид, что ничего не знаем…

Руководители Безопасности не любили ныне существующих правителей, которые под сурдинку борьбы с тоталитаризмом «утопили в чернилах» их некогда могущественную организацию. Единственную, которая была способна противостоять валу преступности, коррупции и внешнеполитической и внешнеэкономической экспансии. Потому утопили, что боялись ее. Ее единственную и боялись.

Руководители Безопасности продолжали служить. Но сквозь зубы. Ставя главной, если не единственной своей целью сохранение тех немногих боеспособных подразделений, того высокого профессионализма и того духа, которые еще совсем недавно были нормой их жизни. А теперь стали исключением из правил. Для будущего сохранение, которое рано или поздно должно будет наступить.

– Работаем на дестабилизацию?

– Нет. Просто не способствуем стабилизации…

Больше они ни о чем не говорили. И ничего не обсуждали. Им было достаточно нескольких фраз, чтобы понять друг друга. Чтобы понять, что последует дальше, если они что-то сделают или чего-то не сделают.

Они не предприняли ничего конкретного и даже не сказали ничего конкретного. И тем сказали и сделали все!

Упрекнуть их в чем-нибудь было невозможно. Ни сейчас, ни потом. Чем бы все ни закончилось. Потому что формально они не вышли за рамки закона. Они не устраивали заговоров, не строили планов свержения ныне существующей власти, не призывали к этому других. Они просто не помогали той власти. Так, как могли бы это сделать. Что было в рамках вновь узнанной информации равно свержению власти.

Они оставались чисты…

Их тоже не очень пугало оказавшееся в распоряжении преступников атомное оружие. Потому что если им, вернее, фактом его бесконтрольного существования правильно распорядиться…


    Ваша оценка произведения:

Популярные книги за неделю