Текст книги "Фантастика 1988-1989"

Автор книги: Андрей Лазарчук

Соавторы: Александр Левин,Александр Полещук,Бруно Энрикес,Андрей Сульдин,Александр Кузовкин,Юрий Глазков,Генрих Окуневич,Хелью Ребане,Вадим Эвентов,Юрий Кириллов
сообщить о нарушении

Текущая страница: 17 (всего у книги 33 страниц)

Когда я сворачивал с привокзальной площади в переулок, мне опять показалось, что вдали во тьме кто-то шевельнулся. Через мгновение навстречу мне выскочил заяц. Быстро-быстро, по-кошачьи перебирая лапами, он промчался мимо. И снова я почувствовал, что весь дрожу, «Откуда здесь берутся зайцы?» – недоумевал я всю дорогу до дому…

Через полмесяца, как предупредил меня продавец, я ночью пошел к нему проверить лотерейные билеты. На один из билетов выпал выигрыш… Как вы думаете, какой?

– Целых двести тысяч! – шепотом произнес администратор и продолжал: – Самый большой выигрыш – двести тысяч. В целом получилась фантастическая сумма. Пришлось даже сходить домой за чемоданчиком.

– Непременно пересчитайте, не обманул ли я вас, – возбужденно шептал продавец, передавая мне деньги.

Когда я наполнил деньгами чемодан, общая сумма перевалила за восемьсот семьдесят девять тысяч!

– Около девяти миллионов! – воскликнул продавец. – Я имею в виду – старыми. Ну, теперь заживете! Поздравляю!

Да, раньше я и подумать не мог, что со мной может произойти нечто такое, замечательное – и вот, пожалуйста!

В ресторане «Гурман», в который я твердо решил ходить, намучившись с вокзальными буфетом, было, как и в прошлый раз, многолюдно, дымно и шумно. Я сел за свободный столик – и тут же появился знакомый официант. Он как-то странно посмотрел на меня и протянул меню. Вместо того, чтобы выбирать блюда, я тревожно думал: «Почему он так смотрит на меня, почему не уходит? Сейчас он спросит: «Это была ваша сотня?»

– Выбрали? – послышался голос официанта.

Стараясь говорить как можно спокойнее, я попросил:

– Принесите то же самое, – и подумал: «Я пропал!»

– Извините… что? – удивился официант. Или сделал вид, что не понял меня?

Больше не было сил притворяться спокойным.

– Что-нибудь! – с вызовом сказал я, в упор глядя на официанта, чтобы показать ему: я знаю, что он все знает, но не боюсь его.

Несколько секунд он молча смотрел на меня, потом повернулся и ушел. Очень быстро он принес мне бутылку коньяка «Камю» и закуски. Поставив все на стол, он взял меня за локоть. Я резко отдернул руку и застыл. Кровь стучала в висках. «Бежать, бежать отсюда!» – кричал я мысленно сам себе.

– Простите, – извинился официант, и я поднял голову. – У вас нитка на рукаве, – сказал он, внимательно глядя на меня.

Я увидел, что он держит двумя пальцами грубую нитку от холщового мешка, и с трудом пробормотал:

– Ничего… Спасибо.

Пытаясь успокоиться, осушил подряд две рюмки коньяку. А в голове толкались мысли: «Нитка… Он произнес это слово с намеком: нитка – мешок… Он знает! Но откуда?.. Помнит и про «Камю»…» Закуска не лезла в горло.

Я посмотрел по сторонам – и похолодел: недалеко от меня за отдельным столиком сидела та женщина с вокзала, которая сама вызвалась разменять мне сотню. Она смотрела сейчас в мою сторону. Но в тот раз у нее были светлые волосы, а сейчас черные. «Перекрасилась или другая? – лихорадочно думал я. – Если другая, то почему она смотрит на меня?.. Понял! Перекрасилась, чтобы я не узнал ее, пока она следит за мной!» Я встал и, боковым зрением наблюдая за ней, поспешил к выходу. Распахнув дверь, кинулся вверх по лестнице и вскоре был на улице. Я бежал, а за спиной слышал голоса, окрики. Припустившись быстрее, метнулся в переулок. И остановился на мгновение как вкопанный. В переулке во тьме что-то тревожно шевелилось, дышало. Вдруг мне показалось, что угол дома, черневший в тени тусклого уличного фонаря, шевельнулся. Я отпрянул и помчался в другую сторону переулка. Бежал что было мочи, а за спиной нарастал равномерный шум. Но уже не голоса, не окрики – я слышал шум приближающейся лавины каких-то мягких, равномерно дышащих существ.

Силы иссякали. Я свернул было в другой переулок, но и там темнота шевелилась, дышала – и вдруг обернулась тысячеголовым стадом уродливых зайцев, мчащихся на меня. Я подскочил к этому отелю, распахнул дверь, одним махом влетел на второй этаж и принялся барабанить в первую попавшуюся дверь. А горячее дыхание приближалось.

Наконец кто-то спросил:

– Кто там?

– Откройте! Откройте! – взмолился я.

Дверь приоткрылась, я оттолкнул какого-то человека, ворвался в комнату, где горела настольная лампа, и захлопнул дверь.

Оказалось, что я был без памяти три дня и три ночи. За мной ухаживал тот самый человек, которого я оттолкнул. Он собирался на пенсию и предложил мне свою должность администратора этого отеля.

Наступила тишина.

– И этот киоск существует на самом деле? – спросил Герт.

– Да. – Администратор посмотрел на часы. – Два часа ночи. Он сейчас открыт. Хотите, пойдем, я покажу?..

– Как-нибудь в другой раз, – смутился Герт. – Постараюсь заснуть.

– А у меня бессонница, – вздохнул администратор, поднимаясь с кресла. – Извините за вторжение. Спокойной ночи!

8

…Пустынная улочка, подстриженные тополя, старые серые, облупившиеся двухэтажные дома. Ветер гонит рыжие листья по пыльной булыжной мостовой. На душе – беспричинная грусть. Листья шуршат под ногами, ветер рвет полы плаща.

Он подходит к покосившемуся двухэтажному дому. Над знакомой дверью вывеска:

«МАЛЕНЬКОЕ КАФЕ».

Две полуразвалившиеся ступеньки. Серая краска на двери облезла и обнажила доски, сырые от дождя. Он открывает дверь… В мягком полумраке небольшого помещения горит оранжевый светильник. Вокруг невысоких столиков расположены мягкие кресла. Посетителей нет. За стойкой – пусто. Он садится за столик ближе к светильнику, откидывается на спинку кресла, закуривает сигарету и ждет. Он вязнет в полумраке, как это бывает во сне. Ему не уйти отсюда, пока не произойдет все, что должно произойти.

Она появляется. Ее лицо вполуоборот скрывают длинные, спадающие на плечи светлые волосы. В полумраке он не может рассмотреть, как она одета. Лишь смутное оранжевое пятно расплывается перед глазами. Она садится за другой столик напротив. Он чувствует на себе ее неотрывный взгляд. Он опускает глаза. Длинные тонкие пальцы постукивают по столу. Она чем-то взволнована. Как же разглядеть ее лицо? Поднимает глаза, но оно еле различимо белеет во тьме. На мгновение черты проясняются, и вот уже он видит это лицо отчетливо и судорожно старается удержать, запечатлеть в памяти, но образ вновь растворяется в полумраке. И светлое пятно излучает неизъяснимое волнение. Оно медленно уплывает, удаляется, и вот его уже нет. Он сидит один, охваченный волнением и тревогой.

Вдруг он чувствует, что за его спиной кто-то стоит. Резко оборачивается… Нет, не она. Это официантка безмолвно смотрит на него.

– Кто она? – спрашивает он.

Но официантка отчужденно смотрит на него, потом открывает книжечку для заказов и молчит в ожидании. Ах, да. Он должен сделать заказ.

– Кофе и коньяк, – говорит он и, не успев затянуться сигаретой, уже видит поднос в руке официантки. Она ставит перед ним чашечку дымящегося ароматного кофе и рюмку золотистого коньяка. Все утопает в оранжевом полумраке.

– Кто она? – умоляюще кричит он.

Но взгляд официантки отрешенный, безучастный, усиливает нарастающую тревогу.

Вдруг она спрашивает:

– Сколько «ы» вы сегодня подчеркнули? – И подает на подносе подвеску для автомашины– маленького пушистого чертика.

…Герт проснулся. За окном было пасмурно. Накрапывал дождь.

Он лежал, не в силах освободиться от странной тревоги, которую оставил в душе этот сон. Потом встал, оделся, запер номер, тихо прошел через холл, где за своим столом, положив голову на руки, мирно спал администратор, и вышел на улицу.

Собирался дождь. Неожиданно стемнело, налетели порывы ветра. Герт собирался пойти в бюро, о котором вчера разговаривал с изобретателем, но вдруг решительно свернул в сторону кафе. Один пустынный переулок, другой, третий… Вот и вывеска:

«МАЛЕНЬКОЕ КАФЕ».

Посетителей не было. Та же официантка скучала одиноко за стойкой.

Он заказал чашку кофе и сел на шаткий стул за такой же неустойчивый, покрытый серым пластиком столик на тонких металлических ножках.

Закурив и выпив кофе, он понял, что… чего-то ждет.

«Чего? – размышлял Герт. – Со мной должно что-то произойти… Именно здесь?.. Глупо. – Он прислушался – опять пошел дождь. – Все, что должно со мной случиться, уже давно произошло…»

Он просидел в кафе целый час, выпил несколько чашек кофе и ушел.

9

Герт уже издалека увидел вывеску:

«БЮРО ИНДИВИДУАЛЬНЫХ ПРОГНОЗОВ».

В безлюдной приемной стояли кожаные кресла, на столике лежали рекламные проспекты с красочными заголовками:

«Пользуйтесь услугами нашего бюро! Экспериментальная система. Бесплатно!» Герт начал читать подробную инструкцию, как получить прогноз «на всю оставшуюся жизнь».

Инструкция начиналась так:

«Для того чтобы предсказать ваше будущее, мы должны знать факты из вашего прошлого».

Далее следовал перечень всевозможных процедур на нескольких страницах. Заканчивалась инструкция словами:

«Предупреждаем: знание будущего – тяжкое бремя. Хватит ли у вас мужества, чтобы нести его?»

«С этого надо было начинать, – с иронией подумал Герт. – Очень уж серьезно пишут они о своей конторе. Очевидно, сверхмощная ЭВМ, о которой говорил изобретатель, сможет кое-что предсказать на ближайшее время. Но на «всю оставшуюся жизнь»?.. Это, конечно, рекламный трюк».

Он вообще скептически относился к гороскопам и прочим способам предсказывать будущее. Но сейчас, хотя и не чувствовал никаких признаков слежки, для обретения какой-то определенности ему необходимо было заглянуть в ближайшее будущее.

Судя по количеству процедур, перечисленных в инструкции, ему придется остаться в этом городе довольно долго. Впрочем, он никуда не торопится.

Оглядевшись, Герт заметил кнопку рядом с дверью в следующую комнату. Нажал на кнопку – дверь открылась. Герт прошел в уютное помещение, где сидящий за столом с табличкой «Психолог» человек в белом халате приветливо улыбнулся и предложил сесть на стул, стоящий сбоку от стола.

Когда Герт сел, психолог протянул ему листок с напечатанным текстом:

«Настоящим подтверждаю, что с инструкцией ознакомлен»

– и попросил расписаться. Затем он включил лежащий на столе портативный магнитофон.

– Рассказывайте.

– Что вас интересует? – смутился Герт.

– Все, – ответил психолог. – От более поздних событий будем продвигаться к более ранним.

Он вынул из халата пачку сигарет «Фрейд», предложил Герту и закурил сам. Некоторое время они молча смотрели друг на друга, затем Герт вкратце изложил события вчерашнего дня.

– Откуда вы прибыли в наш город?

– Как вам сказать, – замялся Герт. Психолог понял его по-своему и попытался успокоить:

– Фирма обязуется не разглашать ваши тайны. Так что говорите правду. – Он улыбнулся. – Иначе трудно рассчитывать на правильный прогноз.

– Я приехал из соседнего города, – начал рассказывать Герт, – в который попал в поисках работы. До этого сменил много должностей. Увольнялся обычно по собственному желанию, но на самом деле… В одном месте я не выполнил задания в срок, в другом – по моей вине в отчет попали неверные данные, в третьем я отослал большую сумму денег по неправильному адресу. Постоянно опаздывал на работу…

После очередного увольнения я долго не мог найти новое место. Был согласен на скромный оклад, лишь бы работа была не слишком ответственной, а нагрузка не очень большой.

Друзья не хотели больше рекомендовать меня и отделывались от моих просьб бесконечными обещаниями. Пришлось заходить в разные учреждения, как говорится, с улицы. И везде отвечали: вакансий нет.

В конце концов я обратился в агентство по трудоустройству.

Служащий выслушал мою просьбу, перелистал исписанную до корки трудовую книжку и со вздохом предложил мне работу в городе, о котором я раньше ничего не слышал.

– Какая там работа? – спросил я.

– Как раз то, что вам надо, – ответил он.

– Нужно подумать, – сказал я и распрощался.

Дома тщетно искал город на карте. Никто из моих знакомых о нем тоже не слышал.

Через несколько дней я посетил опять агентство и рассказал о своих поисках служащему.

– Верно, – кивнул он бесстрастно. – На обычных картах он не обозначен. Если вы согласитесь там работать, мы отвезем вас на машине.

И я согласился.

Это был маленький городок. Серые одноэтажные домишки, пыльные узкие улочки, на которых редко попадались одинокие прохожие. Меня поселили в общежитии, в отдельной комнате.

Работа оказалась несложной – я должен был подчеркивать букву «ы» в печатном тексте. Вначале был несколько удивлен, но потом понял, что мне подобрали именно такую работу, какую я просил. Особых усилий не требовалось, норму – сколько букв нужно подчеркнуть за день – не задавали. Большой ответственности тоже не было – если я нечаянно пропускал где-нибудь «ы», мой начальник, проверяя мою работу, подчеркивал ее сам.

Я сидел в маленькой комнате вдвоем с угрюмым худощавым стариком, который тоже подчеркивал – как оказалось, букву «о».

Надо признаться, это занятие мне быстро надоело.

Первое время я не разговаривал со стариком. Молчал и он. К концу второго рабочего дня я не выдержал.

– Ну и работа, – сказал я вслух.

Коллега продолжал молча подчеркивать буквы.

– Надолго я здесь не останусь, – продолжал я.

– Ошибаетесь, – вздохнул старик, не удостоив меня взглядом.

– За неимением лучшего придется, конечно, и здесь посидеть, но как только найду что-нибудь приличное, – уеду отсюда.

Старик промолчал.

В первый вечер я рано лег спать, устав от переезда и нудной работы. Второй вечер решил посвятить осмотру городка. Как я уже говорил, прохожие на улицах встречались редко. Погруженные в свои не очень-то веселые думы, они не обращали внимания на встречных или заблаговременно переходили на другую сторону улицы. Удивляло то, что в городке не было ни молодежи, ни детишек. Всем, кого я встречал, было за тридцать, как и мне, а то и больше.

– Странный город, – пытался я разговорить старика на следующий день, но он молча продолжал подчеркивать буквы. – Создается впечатление, что все чего-то стыдятся.

С таким же успехом я мог разговаривать и с его буквой «о». «До чего же мрачный тип!» – подумал я и произнес с вызовом:

– Завтра же начну искать себе новое место.

– Поздно, – сказал старик с возмутительным спокойствием. – Вам придется остаться здесь.

– Кто это может меня здесь удержать? – возмутился я.

– Вы сами, – сказал старик своим бумагам.

…Я забыл будильник на старой квартире и из-за этого несколько раз опоздал на работу. Поэтому в день зарплаты, решив купить новый, я зашел в маленький магазинчик с вывеской «Часы».

Покупателей не было. Пожилая продавщица, облокотившись на прилавок, безучастно смотрела прямо перед собой. За ее спиной висели полки, заставленные часами различных марок и размеров. Странно – перед часами белели маленькие прямоугольные бумажки, но цены не указаны.

Обратился к продавщице:

– Простите, я хотел бы купить будильник.

Она продолжала думать о чем-то своем и, лишь когда я повторил просьбу, встрепенулась:

– Что?

– Хочу купить будильник, – повторил я.

– Какой вы выбрали? – спросила она.

– Хотелось бы знать цену, – сказал я.

– Цену узнаете потом, – вяло ответила продавщица.

– Когда потом? – уставился я на нее, думая, что она шутит.

Но продавщица и не думала, оказывается, шутить.

– Когда купите, – зевнула она, прикрывая ладонью рот.

– Странный магазин, – заметил я.

– Почему? – удивилась она.

– В других магазинах цена известна до покупки!

– Здесь все магазины такие, – сказала она, пожав плечами.

Я вышел на улицу в полном смятении и направился к соседней витрине, над которой еще раньше заметил вывеску:

«Головные уборы».

В этом городе я еще ничего не покупал. Нас кормили на работе в столовой бесплатно. Открыв дверь, я увидел за прилавком тоже скучающую пожилую продавщицу. За ее спиной висели кепки, береты, шляпы, и на каждой был прикреплен… такой же белый пустой ценник, как и в магазине «Часы».

– Интересные здесь магазины, – обратился я к коллеге на следующий день.

Молчание.

– Продавщица говорит, что сначала следует приобрести часы, а потом узнаешь их цену!

– Естественно, – буркнул старик.

«В этом странном городе и люди со странностями, – подумал я. Ничего не поделаешь».

Знакомая продавщица по-прежнему томилась за прилавком. Выбрав будильник, который, судя по пластмассовому корпусу, был один из самых дешевых, я попросил:

– Дайте мне, пожалуйста, будильник… Вот этот, желтый…

Она лениво повернулась, взяла с полки синий и протянула его мне.

– Я просил желтый! – настаивал я.

Все так же медленно продавщица поставила синий на место и протянула мне желтый…

– Тот самый, что у вас в портфеле? – неожиданно спросил психолог.

Герт оторопело уставился на него.

«Как он догадался? – изумленно подумал он. – Прямо ясновидящий».

– Просто я слышу, что у вас в портфеле что-то тикает, – пояснил психолог и спросил: – Видимо, он вам очень дорог, если вы его носите с собой?

Герт кивнул и продолжал свой рассказ.

Продавщица, достала из-под прилавка тетрадку и карандаш.

– Где вы работаете? – спросила она.

– Зачем вам это знать? – удивился я. Необычные порядки этого города стали выводить меня из терпения.

– Если вы не в состоянии сразу заплатить за будильник, у вас будут ежемесячно удерживать из зарплаты.

– Вы хотите сказать… – я поставил будильник на прилавок, – что он стоит больше моего месячного жалованья?

Она пожала плечами:

– Я этого не говорила, но… кто знает.

– Так скажите же цену! – настаивал я.

– Значит, вы его берете? – не сдавалась она.

Пришлось смириться:

– Ладно. Беру.

Продавщица записала, где я работаю, и назвала цену, равную моей зарплате за полгода.

– Сколько же тогда стоят эти большие стенные часы? – вскричал я. – Миллион?

– Цена зависит не от величины, – заявила она.

– А от чего же? От чего она зависит? – не унимался я.

Продавщица и не подумала мне ответить.

– А если я возвращу покупку? – Я не знал, как мне достойнее выйти из глупого положения.

– Платить придется все равно, – отрезала она.

На следующий день я рассказал всю историю старику. Он не прекращал своей работы, и мне поначалу трудно было определить, слушает он меня или нет.

– Мне придется более шести месяцев выплачивать долг, – закончил я.

– Здесь все платят долги, – произнес он наконец. – И я тоже.

– Но почему же цену можно узнать только потом? – возмущался я.

– Когда вы принимаете какое-нибудь решение, выбираете тот или иной путь, вы спрашиваете ценник? Нет. Сколько вам стоит тот или иной поступок, вы узнаете позже. Но ведь покупка – тоже поступок, причем самый простой…

Герт замолчал, закурив сигарету из своей пачки «Бетховен».

– Сколько времени вы провели в этом городе? – спросил психолог.

– Пять лет.

– А потом?

Герт замялся.

– Я уплатил все долги и решил покинуть этот город, – ответил он после паузы.

Психолог внимательно посмотрел на него и спросил:

– Такое возможно?

– Как видите, – с легким раздражением ответил Герт и отвел глаза.

Тот выключил магнитофон.

– Хорошо. Продолжим нашу беседу недели через две. Сегодня начните медицинское обследование. Вот направления. – Он вручил Герту кипу стандартных бланков и распрощался с ним.

10

Когда Герт вышел из бюро, был уже полдень. Он пообедал в кафе на ратушной площади, украшенной транспарантами «День здоровья», и решил навестить мэра, чтобы продолжить с ним вчерашнюю беседу.

Войдя в прохладный пустынный коридор ратуши, он увидел, как дверь приемной мэра открылась и из нее вышел какой-то человек. Герт не обратил бы на него внимания, если бы он не показался ему чем-то знакомым. Его лица он не видел, потому что человек направился в другое крыло здания, но, глядя вслед удаляющемуся по коридору человеку, Герт почувствовал странную тревогу.

Когда он вошел в залу, мэр разговаривал по телефону. Увидев его, он закончил разговор и, повесив трубку, улыбнулся Герту:

– Уже вернулись? Так быстро? А я уже думал, что у меня будет скучный вечер… Садитесь.

– Как ваш «День здоровья»? – спросил Герт, сев рядом с ним на высокий стул.

Мэр вздохнул:

– Несознательный у нас народ. Теперь никто не хочет разговаривать.

– Что ж, это можно было предвидеть, – заметил Герт неосторожно.

Лицо мэра побагровело. Он стукнул кулаком по столу так, что стакан на подносе задребезжал.

– Молодой человек! – воскликнул он. – Запомните – «предвидеть ничего нельзя!

Подождав, пока мэр выпьет воды и успокоится, Герт напомнил ему:

– Вы вчера начали что-то рассказывать…

– Да. Как раз насчет «предвидеть»… Как я уже говорил, перед тем, как попасть сюда, я был мэром одного из экспериментальных городов на Альтрусе. Город был построен в качестве опытного образца города будущего. Город, в котором не было денег; были созданы сказочные условия. Чтобы максимально реализовать принцип равенства, архитекторы сконструировали город в виде гигантского ступенчатого веретена. Верхняя надземная половина его днем медленно вращалась, чтобы солнце светило одинаково для всех. Жителей обычного небольшого городка в соответствии с их профессиями распределили по плоскостям, по количеству представителей данной профессии. Там были плоскости учителей, врачей, инженеров, рабочих, руководителей и так далее. На каждой плоскости находились абсолютно одинаковые домики с одинаковыми зелеными двориками. На самой вершине стоял один-единственный, точно такой же, как и у других, коттедж. В нем жил мэр города.

– Это были вы? – спросил Герт.

Мэр кивнул и почему-то вздохнул.

– А что находилось в подземной части веретена?

– Тоже плоскости.

– Странно, что нашлись желающие жить в подземелье.

– Желающие? Не то слово, молодой человек, – блеснул глазами вскочивший с кресла мэр. – Место под землей можно было приобрести только за большие деньги. Чем глубже, тем дороже. Перед переселением, до ликвидации денег, эти места пошли с аукциона.

– И кто же поселился в самом низу?

– Босс! Человек, заплативший миллион.

– В обыкновенном городке нашелся миллионер?

Мэр развел руками:

– Представьте себе.

– Почему все-таки все стремились поселиться в подземной части?

– Понимаете… – Мэр наклонился к нему поближе. – Это же прекрасное убежище на случай войны с Эгосом…

– Очень интересно, – заметил Герт. – Самое интересное, конечно, то, что вам удалось организовать жизнь без денег.

– Мы производили продуктов и товаров достаточно, чтобы удовлетворить спрос наших жителей, – ответил мэр без особого энтузиазма.

– Что, – сказал Герт, – прекрасный город!

Мэр даже руками замахал:

– Кошмарный! Там такое началось! Мне пришлось издать указ о запрещении веревочных лестниц. Представьте себе, все стали изготовлять веревочные лестницы.

– Веревочные лестницы? – удивился Герт.

– Все дело в лифте, – вздохнул мэр. – Представьте себе конструкцию города: веретено; внутри, вдоль оси, как челнок, движется лифт; к нему от каждой плоскости ведут тоннели, как спицы колеса – к втулке. Магазины находятся на нулевой плоскости, на поверхности земли. Там же живут продавцы и прочие торговые работники. Когда есть вызовы, лифт сначала поднимается на самый верхний этаж, потом начинает спускаться, забирая пассажиров поочередно с каждого этажа. Наполнившись, привозит людей на нулевую плоскость. Затем опускается до самого нижнего этажа и, поднимаясь вверх, забирает пассажиров с каждого подземного этажа и доставляет их на поверхность земли к магазинам. Поэтому утром, когда открываются магазины, первыми у дверей оказываются те, кто живет либо глубоко под землей, либо высоко в надземной части. Вот некоторые и стали изготавливать веревочные лестницы, чтобы под покровом ночи спуститься раньше других на землю и занять очередь в магазины. – Мэр вздохнул. – Сначала я ввел систему штрафов и контролеров, потом пришлось издать строгий указ о веревочных лестницах… Все равно нарушали.

– Позвольте, – удивился Герт, – вы же сказали, что товары все получали бесплатно, и было их в достаточном количестве… Зачем же людям рисковать?

– Я же говорю – несознательный народ! Например, вдруг всем захотелось иметь серебристо-голубые гудящие шары. – Мэр с досадой кивнул в сторону шара под сводами зала, нажал какую-то кнопку на столе – и шар, засветившись, начал тихо гудеть.

– Откровенно говоря, это гудение действует на нервы, – смущенно признался мэр и выключил шар. – А жители в городе из-за этих шаров до драки дошли…

– А для чего эти шары нужны? – спросил Герт.

– Просто так, – пожал плечами мэр. – Висит и гудит.

– Значит, шаров все-таки не хватило для всех?

– Дело в том, что вокруг нашего экспериментального города находились самые обыкновенные города. А там по-прежнему все – за деньги. Им надо было расширить сферу сбыта. Некоторые свои товары мы обменивали на те, которые производились в соседних городах. Они поступали к нам небольшими партиями. Вот одна фирма и преподнесла нам вагон этих шаров. Что тут началось!

Мне все завидовали, что я живу на самом верху, имею прямое сообщение с магазинами, а ведь совершенно напрасно. Представляете, стоишь на самом верху, город вертится, ветер дует, тебя так крутит, что голова кругом идет. Вот и перелом. – Мэр показал на свою ногу и продолжал: – По-моему, босс устроился намного лучше. Но его у нас жалели: бедный, света белого не видит… А на меня пальцем показывали – себе в первую очередь шар достал. И босс достал. Ну и что? Какой толк от этого шара?

– Зачем же вы его приобрели? – спросил Герт.

– Жена попросила, – вздохнул мэр. – Видела такой у своей тетки в соседнем городе.

В дверь постучали.

– Приема нет! Нет! – закричал мэр, обращаясь к стоявшему за приоткрывшейся дверью.

Кто-то кашлянул, и дверь захлопнулась.

«Опять, наверное, изобретатель», – подумал Герт.

– Вот вы, молодой человек, все время говорите «предвидеть», вернулся мэр к начатому разговору. – Вам, наверное, лет сорок пять, не больше?

Герт кивнул.

– Вы родились на Альтрусе?

– Нет.

– Значит, вы из переселенцев. Грандиозный эксперимент! И все-таки – стоило не учесть лишь одно незначительное обстоятельство, а какие непредсказуемые последствия!

«Странно, что он называет катастрофу «незначительным обстоятельством», – подумал Герт.

– Катастрофу, конечно, нельзя было предвидеть, – начал он.

– Какую катастрофу? – спросил мэр удивленно.

– Ту, которая произошла при переселении, – удивился, в свою очередь, Герт.

Как-то странно посмотрев на него, мэр сказал:

– Значит, вы ничего не знаете…

В дверь опять постучали.

– Нет, это невозможно! – воскликнул мэр.

Услышав покашливание, Герт обернулся и увидел вошедшего изобретателя. Глаза его лихорадочно блестели.

– Сегодня вы обязаны принять меня, больного человека! – прохрипел он. – Иначе я буду жаловаться, что вы игнорируете общегородской праздник, День здоровья!

Мэр от неожиданности на миг потерял дар речи.

– Я еще зайду к вам, – решил Герт оставить их наедине.

Мэр развел руками и буркнул изобретателю:

– Проходите.