355 500 произведений, 25 200 авторов.

Электронная библиотека книг » Анатолий Махавкин » О3 (СИ) » Текст книги (страница 2)
О3 (СИ)
  • Текст добавлен: 25 июня 2019, 05:30

Текст книги "О3 (СИ)"


Автор книги: Анатолий Махавкин



сообщить о нарушении

Текущая страница: 2 (всего у книги 18 страниц)

Я добежала до ближайшего домика, повернула за угол и прижалась спиной к кирпичной стене. Тишина и безмолвие. Может быть просто показалось? Немного отдышавшись, я глянула за угол. Тёмная стена леса, заброшенное поле и больше ничего. Неужели нервы так разгулялись?

По черепице дома, у которого я стояла что-то заскрежетало. Так, словно кто-то водил по камням чем-то металлическим или… костяным. Именно так могли скрежетать чьи-то большие острые когти, едва не схватившие меня за волосы. Те самые, что продолжали стоять дыбом.

На крыше соседнего домика что-то было. Краем глаза я различала большую чёрную тень на красном склоне. Очень медленно, чтобы не спугнуть, повернула голову. Тень тотчас скользнула через гребень крыши и пропала. Над головой тихо забубнили ли и вновь начали скрежетать когтями.

Прислушиваясь, то к скрипу над головой, то к ударам сердца, больше напоминающим набат, я начала красться вдоль стены. Прямо перед глазами находился домик, на крыше которого я заметила странная тень, а дальше – ещё один, и ещё. Все – абсолютно одинаковые, без индивидуальных различий. И даже входные двери всех плотно прикрыты, а тёмные окна защищены опущенными жалюзи. Вот только…

На двери того здания, что чуть дальше, висела какая-то штука. Очень напоминает огромное распятие. Подробностей не разглядеть, уж больно далеко, да и темно, но мурашки, бегущие по спине, тут же прибавили в скорости. Воздух застыл в глотке, и я остановилась, пропихивая плотный комок.

Кажется, тот, который сидел на крыше, услышал, что я остановилась. Неразборчиво забормотал младенец и вдруг взвизгивание металла по камню быстро приблизилось, оборвавшись над самым козырьком. В самый последний момент я сообразила, к чему идёт дело и успела присесть. В тот же миг тёмная мускулистая конечность свесилась сверху и когтистые пальцы сомкнулись в том месте, где мгновение назад находилась моя макушка. Кто-то недовольно заклекотал, и лапа исчезла. На долю секунды крыша отрастила небольшой бугорок с жёлтыми точками глаз. Потом всё вернулось к норме.

Проклятье! Продолжая приседать, я точно маленький испуганный крабик заковыляла вдоль дома. Скоро стена кончится и что дальше? Не ползать же вокруг постройки, пока неведомая тварь не потеряет терпение окончательно? Нужно перебираться к следующему домику или залезть внутрь этого. Где же дверь?

Ага. Вот и она. Закрыта. Чёрт… Возможно, через окно? Оно находилось рядом со входом и заглянув через прочный стеклопакет я внимательно изучила мощные металлические пластины. Да нет, это – даже не жалюзи, это – роллеты, почему-то установленные внутри. Видимо кто-то очень хотел придать постройкам вид обычных домиков и не привлекать внимание. Так я внутрь не попаду.

Всё складывалось как-то, не очень хорошо. Тварь на крыше принялась возиться и чем-то громко лязгать. Возможно – зубами. Похоже второй раз, за эту ночь, мной пытались поужинать, а я даже не знаю, кто именно. Если те «жевуны» хотя бы отдалённо напоминали людей, то существо, скачущее по шиферу, определённо умело летать. И я сильно подозревало, что здесь оно находилось в компании собратьев.

Очень захотелось в кустики. Гораздо сильнее, чем прежде, но я постаралась отвлечься. Если сейчас начать справлять потребности, пусть они и вызваны сильным стрессом, закончится процедура очень быстро и печально.

Так, пока тварь над головой продолжала шуметь и лязгать, я осторожно приблизилась к углу и осмотрелась. Вроде бы всё спокойно, только на крыше постройки, в самом конце улицы, темнела расплывшаяся клякса. Но это – далеко, едва ли кто-то успеет преодолеть такое большое расстояние, за короткое время. Главное сейчас, занять моего преследователя.

Облизнув пересохшие губы, я подобрала с земли камень и запустила в ту сторону, откуда пришла. Булыжник стукнулся о дерево и отлетел в кусты. Лязганье тут же смолкло и послышался удаляющийся скрежет.

Время!

Прижимая сумку, я рванула через дорогу, в любой момент ожидая касания когтистой лапы. Послышался раздражённый клёкот, но далеко. А вот что меня напугало, вынудив нестись из последних сил, так это клякса, которую я заметила перед броском. В одно мгновение она собралась в компактную кучку и вдруг обратилась смутной тенью, на исполинской скорости, летящей в мою сторону.

Доли секунды и чёрный призрак уже достиг перекрёстка, который я перебегала. Пришлось отпрыгнуть в сторону, прокатиться по бетонным плитам дороги и едва не кувырком добираться до ближайшей постройки. За спиной что-то глухо ударилось, потом ещё раз и оглушительно заверещало в два голоса.

Догадываясь, какая неприятность могла произойти с незадачливыми охотниками, я воспользовалась их заминкой и петляя, точно заяц, побежала вглубь посёлка. Небо над головой захлопало, заскрежетало и я остановила бег, вновь прижавшись спиной к стене.

Ф-фух, всё хорошо – я ещё жива! Теперь бы ещё понять, куда двигаться дальше. Над головой завизжали когти, на крыше соседнего домика – тоже и я усела увидеть нечто, напоминающее рваный парус, ловящий ветер. Видимо – крыло. Забормотал младенец и я содрогнулась, понимая, что слышу голос неведомой твари, желающей полакомиться моей плотью.

Угроза исходила отовсюду. Единственное, чего я никак не могла понять: почему загадочные существа не опустятся на землю? Учитывая их количество и проворство, едва ли жертва сумела бы отбиться, даже при помощи оружий. Может быть они играют в какую-то игру и это – одно из правил?

Пытаясь слиться со стеной домика, я двинулась к двери и вдруг ощутила зловоние. Вонь разлагающейся плоти. И чем ближе находилась дверь, которую я желала открыть, тем мощнее становился смрад. Уже догадываясь, откуда он исходит, я повернула голову и обнаружила распятое тело, приколоченное к доскам двери. Пришлось прижать ладонь ко рту, удерживая рвотный позыв.

Труп суля по всем у висел уже достаточно долго и плоть начала сползать с обнажённого тела, оголяя кости скелета. Череп, с которого содрали клочьями кожу, ухмылялся в темноте, точно насмехался над моими попытками спасти свою жизнь. «Смотри, – точно говорил его оскал, – Вот, что тебя ожидает в скором будущем».

Чёрта с два!

Продолжая прижимать ладонь ко рту и носу, я подкралась ко входу и толкнула ногой. Не поддаётся. Однако же, мне просто необходимо попасть внутрь хоть какого-то домика и отсидеться там, пока Голова не выйдет на связь. Нужно узнать, что за твари расселись по крышам и как с ними бороться, если это возможно вообще.

В козырёк крыши вцепились когтистые пальцы, и я увидела голову твари. Светящиеся глаза уставились на меня, а широкая пасть распахнулась, демонстрируя два ряда блестящих острых клыков. Продолжая рассматривать меня существо принялось курлыкать. Тотчас с соседней крыши донеслись похожие звуки, а потом мурлыканье стало многоголосым, как будто монстры исполняли свой монстрячий гимн. А может, просто молились, перед принятием пищи. Господи, сколько же их! Несколько десятков, не меньше.

Тварь спряталась, а я тут же прыгнула к соседнему домику. Над головой всколыхнулся воздух, и я потеряла ещё несколько волос. Эдак, пока я доберусь до безопасного места, останусь без шевелюры вообще.

Однако же, видимо охотники утомились ловить меня с воздуха или же правила их игры изменились. Раздалось тихое «хлоп», и тёмная фигура спрыгнула с черепичной крыши постройки, от которой я только что отбежала. Несколько секунд тварь сидела просто, помахивая гигантскими кожистыми крыльями, а потом сложила их за спиной и подняла уродливую башку. Осматривалась. Жёлтые глаза то вспыхивали ярче звёзд, то тускнели, становясь едва различимыми.

Обнаружив, куда исчезла жертва, существо двинулось ко мне. Теперь я сообразила, почему монстры предпочитали атаковать с воздуха: по земле они перемещались неуклюже, напоминая людей с нарушениями нервной системы. Рваное ковыляние, тем не менее, всё равно бы привело охотника ко мне, так что пришло время что-то предпринять.

Отбросив остатки осторожности, я подбежала ко входу в домик и пнула ногой. Заперто! Да что же это такое, мать вашу! За спиной раздалось осточертевшее мурчание и ещё пару хлопков о землю. Существа покидали насесты.

Я бросилась бежать по улице и тут же наступил сезон, когда плоды массово падают вниз. Уродливые крылатые плоды, обожающие человечину. Обернувшись, я обалдела от жуткой и одновременно завораживающей картинки: по улице ковыляла настоящая армия бормочущих тварей, сверкающих глазами и скалящих клыки. Потом курлыканье донеслось спереди, и я сообразила. Что меня окружают.

В отчаянии принялась колотить во все двери, однако после пятой начала болеть пятка, а чёртовы дома так и не желали пускать гостей. Потом стало совсем скверно: тёмные силуэты подползали со всех сторон и у меня остался выбор из двух домиков по разные стороны улицы. Добежать я успевала лишь до одного. Потом оставалось прижаться к стенке и принимать последний бой. А в том, что он станет последним я даже не сомневалась.

Какой-то тихий звук, не похожий на зловещее курлыканье, донёсся справа и почти не раздумывая, я бросилась туда. Может быть внутри остался кто-то из прежних жильцов, и он поможет несчастной девушке, которую вот-вот сожрут.

Твари торжествующе заверещали, и я услышала, как они скребут когтями прямо за моей спиной. В тот же миг я с разбегу ударила плечом о дверь и ощутила, как она поддаётся.

Когда я рухнула на пол внутри постройки в голове на осталось ничего, даже радости. Только мысль: быстрее захлопнуть дверь, пока чудовища не успели ворваться внутрь. Я вскочила на ноги и тут же приложила подошвой ботинка лапу, которая успела сунуться следом. Толстая рифлёная подошва, как нельзя лучше, подходила для этой цели: послышалось раздражённое верещание и конечность исчезла.

Теперь навалимся на дверь и поищем какой-нибудь запор. Только сейчас я обнаружила, что деревянная облицовка была лишь прикрытием для мощной стальной плиты. Стоило захлопнуть её и прижаться спиной, как с противоположной стороны постучали. Да так, что едва опять не отправили на пол. Чертыхаясь я упиралась ногами и шарила рукой, пытаясь нащупать замок или хотя бы – засов. Да распроклятая цепочка и то дала бы какой-никакой выигрыш во времени! Чем-то же запирали эти долбаные двери!

Снаружи навалилась целая армия и меня начали отпихивать да так, что подошва визжала, скользя по деревянному полу. В образовавшуюся щель сунулась лапа и вцепилась в куртку. Руки и ноги были заняты, поэтому я пустила в ход зубы: впилась в смердящую нечистым телом волосатую шкуру. Ага, я вас первой попробовала! Обладатель укушенной лапки оглушительно взвизгнул, а напор снаружи несколько ослаб. В тот же миг я нащупала засов, напоминающий толстый шпингалет и толкнув дверь плечом, задвинула запор.

Дело было сделано, но от греха подальше, я отползла. В сторону и нащупав стенку, прижалась к ней спиной. Царила абсолютная темнота, в которой слышались глухие удары: твари продолжали штурмовать вход. Потом заскрежетало стекло над головой, и я тотчас откатилась, опасаясь нападения из окна. Напрасно: монстры попытались разбить стеклопакет, но у них ни хрена не вышло. Крепко тут строили! Похоже, постарался третий поросёнок.

Стуки утихли и некоторое время стояла полная тишина. Я поднялась на ноги, стряхнула капли пота с носа и поправила сумку. Вот это да! Я её так и не обронила во время всех этих игр в догонялки. Хорошие новости. Всё же, без объяснений и советов своих неизвестных собеседников, я ощущала себя потерявшейся в непроглядном мраке. Прямо, как сейчас.

Что-то хрустнуло над головой у и затарахтел шифер. Я присела и машинально посмотрела вверх. Естественно ничего не увидела, но не удержалась от ругательства. Да что же они никак не унимаются! Пусть пойдут, бурьян сожрут или наловят жевунов с шоссе. Реально. И вообще, чего они за ними не охотятся?

– Не бойся, – донёсся тихий голос из мрака, и я вздрогнула от неожиданности, – Через крышу и окна им не прорваться, а дверь ты закрыл.

– Закрыла, – машинально поправила я, вслушиваясь в звуки голоса. Он мне понравился. Почему, я и сама пока не поняла. Представлялся высокий черноволосый мужчина с тёмными глазами. Похоже именно такие мне нравились.

– Ага, девушка, – неизвестный говорил с небольшими запинками, – Если тебе не трудно, дай мне попить. Я очень хочу пить.

Проще сказать, чем сделать. Я, по-прежнему, ни хрена не видела и даже не могла сообразить, где находится собеседник. Такое ощущение, словно он очень высокий или забрался на какой-то предмет.

– У тебя нет никакого фонарика? – осведомился неизвестный, услышав мои проклятия по поводу темноты.

– Да нет же, – я замерла на месте, а потом хлопнула себя по лбу, – Есть!

Только пользоваться придётся осторожно, чтобы чего сдуру не подпалить. Я достала из кармана зажигалку и добыла самый настоящий огонь. Неяркий, но его вполне достаточно, чтобы рассмотреть пол, стены, потолок с люстрой-вентилятором и стол, на котором стояло нечто, очень похожее на автономный светильник. То, что надо!

Щёлкнул выключатель и ровный жёлтый свет озарил комнату от и до. Впрочем, мне тут же захотелось выключить фонарь, чтобы скрыть кошмарное зрелище.

– Это кто же тебя так? – проворчала я, покачав головой.

У дальней стены стоял платяной шкаф. То ли сделанный под старину, то ли – реально старый. Массивная тёмно-коричневая фигня с двумя дверцами. Именно к этой штуке приколотили высокого черноволосого мужчину, пробив его запястья толстыми металлическими костылями. Лицо несчастного обезображивала сеть порезов, отчего я не могла понят, красив он был или нет. Теперь – нет. Такой физиономией можно пугать детей и ворон, покусившихся на урожай.

– Сейчас я тебя сниму с этого насеста, – пробормотала я, поставив сумку на стол, – Думаю, будет больно.

– Сначала – воды, – мягко попросил распятый и указал головой вниз, – Под ногами лежит фляга. Когда я трогаю её ногами, она булькает.

Я невольно подумала, что неизвестный, устроивший экзекуцию, то ли был редким садистом, то ли имел конкретный зуб на несчастного. Оставил его в таком жутком месте, обрекая на верную смерть, да ещё и бросил флягу с водой под ноги, чтобы тот знал, насколько близко вожделенная жидкость.

Открыв флягу я первым делом понюхала горловину: неизвестный, садист мог запросто налить внутрь какой-нибудь отравы. Вроде бы всё в порядке. Только после проверки поднесла сосуд к потрескавшимся губам страдальца и принялась понемногу вливать воду в его рот. Вблизи порезы на лице выглядели ещё ужаснее, но у меня появилось ощущение, что они выглядят как-то неправильно. Раны смотрелись недавними, но успели основательно подёрнуться корочкой струпьев, сквозь которую проглядывала новая кожа.

И да, когда-то распятый мужчина был красив: ровный нос, тёмные глаза в обрамлении пушистых ресниц, небольшие ушки и тонкие черты лица. А потом кто-то варварски испортил всю эту прелесть и этим «кто-то» определённо не являлись твари за стеной. Я видела следы их когтей, и они очень отличались от сетки порезов на смуглой коже незнакомца.

Пока он пил, трещины на губах разошлись и принялись сочиться кровью, отчего начало казаться, будто я пою мужчину именно этой алой жидкостью. Когда по ощущениям фляга опустела больше, чем наполовину, я отняла её от губ и завернула крышечку. Карие глаза внимательно уставились на меня. Я бы даже сказала: оценивающе. Надо же: висит, прибитый, на шкафу, едва не сдох от жажды, а всё туда же! Больше всего раздражало, что симпатичный, некогда, мужик оценивает мордаху некрасивой девицы. Ну да сейчас мы с ним в одной лодке.

– Спасибо, – хрипотца, которую я принимала за симптом пересохшей глотки никуда не делась. Напротив, голос стал ещё глубже, приятнее.

– Спасибо в карман не положишь, – я повертела головой, в поисках предмета, напоминающего клещи. Может инструмент тут и имелся, но не стану же я в поисках его перерывать все комнаты, – А теперь – приготовься: пришло время освободиться.

– Начни с левой, – посоветовал мужчина и кивнул, чтобы я не перепутала, – Там, вроде шатается.

Ладненько. За работу. На концах металлических костылей имелись круглые набалдашники. Распятому они бы помешали сползти по штырю, а вот мне сейчас здорово помогут. Ухватившись обеими руками за шляпку, я упёрлась ногами в шкаф и потянула, что есть силы. Захрустело дерево, тихо застонал распятый, но я постаралась не обращать внимание на посторонние звуки. Так, ещё поднатужимся и…

Штырь поддался и неожиданно легко вышел из дерева и плоти. В самый последний момент мне удалось стать на ноги и удержаться от падения. Мужчина повис на одной руке и попытался опереться кончиками ботинок о пол. Эк его приколотили-то, чтобы он мог стоять, но едва-едва. Нет, кто-то точно имел огромнейший зуб на этого человека!

– Держись! – проворчала я и отбросила окровавленный костыль. Голова со спутанными волосами коротко кивнула, а я взялась за второй штырь, – Уже недолго.

Тут я погорячилась. Чёртова железяка наотрез отказывалась выходить и пришлось расшатывать. Мужчина глухо мычал всякий раз, когда я тянула костыль вверх или вниз, а по его коже бежали ручейки крови. Другая, более слабонервная особа уже отрубилась бы, но я, судя по всему, оказалась ещё тем крепким орешком. Поэтому, сцепив зубы, продолжала тянуть распроклятый штырь.

Послышалось громкое «хр-ру-рум!» и я рухнула на пол. Сверху тут же упало что-то тяжёлое и принялось возиться. Ноздри ощутили слабый аромат терпкого одеколона. Знакомый запах. Возможно у какого-то из моих мужчин имелся похожий. О! У одного из? Их несколько? Перед глазами вспыхнула жёлтая полоса и я тут же отступила. Всё, всё, пока достаточно и этой информации.

Похоже спасённый ослабел до такой степени, что оказался не способен самостоятельно сползти со своей спасительницы. Правда, имелся ещё вариант, в котором он предпочитал быть сверху, но его пришлось отбросить: не в таком состоянии. Поэтому я просто перевернула тяжёлое тело на спину и присела рядом, рассматривая кровоточащие запястья. Странно, крови значительно меньше, чем должно было литься.

– Эй, – я хлопнула по небритой щеке, исполосованной шрамами, – С тобой всё в порядке?

– Если перестанешь меня мучить и колошматить, станет совсем хорошо, – потрескавшиеся губы изобразили улыбку, – Огромное тебе спасибо, Рыжик.

– Рыжик, это – гриб такой, – я поднялась на ноги и поискала, чем вытереть испачканные руки, – А я… Зови меня Эль.

Всё равно, никакой другой информации о себе, кроме крохотной буквы на руке, я не имела.

– Тогда уж, Элли. Звучит получше, – он приподнялся, используя локти в качестве опоры и поморщился. – К сожалению, сам представиться не могу: память отшибло всерьёз и надолго. Представляешь, как ужасно висеть в полной темноте и даже не знать, кто ты такой и как тебя зовут?

– Ужасно. – согласилась я и распахнула шкаф, послуживший орудием экзекуции, – Хм…

Хм, это – куча белых халатов, то ли медицинских, то ли предназначенных для работы в лаборатории. Определённо не повседневная одежда. Однако. Чтобы вытереть руки вполне подойдёт. Как и для перевязки пробитых запястий. Интересно, кости-то хоть не повредились?

Кости явно остались в порядке. И опять странная штука: места ранений не распухли, как должны были, а сами дырочки успели слегка затянуться и почти не кровоточили. Или я совершенно ничего не понимала в физиологии, или человек передо мной регенерировал, точно ящерица. Опять, хм.

– Ну и как я тебя стану называть? – он уставился на меня своими волшебными глазами и задумался. М-да, морда сейчас выглядела откровенно жутко, – Ладно, будешь Страшилой.

Парень широко улыбнулся, а потом зевнул. Повертел головой и уставился на две двери, одна из которых носила картинку дождика, а вторая – двух букв с разногендерным значением. И вновь непонятно: если это – жилой дом, то на кой эти значки? Видимо меня действительно занесло в некий научный посёлок. Куда делись местные обитатели я не спрашивала. Очевидно частично украшали двери своих прежних жилищ.

– Не возражаешь? – тот, кого я прозвала Страшилой, указал на туалет, и я помогла ему подняться на ноги, – Честно говоря, последние несколько часов даже не знал, чего мне хотелось больше.

– Сам справишься? Или подержать?

– Если не справлюсь – позову, – в его голосе не слышалось и тени шутливости, – Запишешь в тот список, где я тебе должен.

– Ты и так хрен расплатишься, – проворчала я, когда он исчез за дверью, а потом принялась изучать внутренность убежища.

Кроме туалета и душевой, в домике имелись ещё два помещения, за закрытыми дверями. Но эти. Внутренние, преграды оказались не чета наружной и легко поддались после хорошего удара ногой. За одной обнаружилась спальня, с парой кроватей, у разных стен и с двумя же шкафчиками. Пустыми, точно их не просто освободили от содержимого, но ещё и тщательно вымыли. Как вариант, тут вообще никто не успел пожить.

За второй дверью находилась не кухня, как я ожидала, а лаборатория. С мониторами, пультами управления и препараторской за пластиковой стеной. В свете лампы, которую я прихватила, всё это смотрелось зловеще, точно я угодила в логово учёного-маньяка. Доктору Моро, например. Уж не знаю, кто он, но память подсунула именно это имя. Ко всему прочему, здесь воняло гнилой плотью, а на столе препараторской различалось нечто тёмное. Короче, никакого желания изучать лабораторию дальше я не испытывала и покинула её, плотно закрыв дверь.

Мой новый знакомый продолжал тихо шуршать в туалете, но на помощь не звал. Может – стеснялся, а может у него начинало получаться. Поэтому я полезла в душевую. В этот самый момент лампа начла мигать, а индикатор заряда батареи показал красный символ. Очень мило! Ну и на том спасибо. Я отключила фонарь, посчитав, что остаток энергии ещё может пригодиться и дальше орудовала в темноте.

Как ни странно, но и в кране умывальника и в душе оказалась вода. А на крючке – махровые полотенца! Вот оно – счастье.

– В душевую не входить, – предупредила я, крикнув в темноту и расслышала нечто утвердительное, – Вот и молодец.

Невероятное блаженство! Вода оказалась холодной, почти ледяной, но так – даже лучше. Звенящие струи сбили не только грязь и пот, но и всю негативную энергию, которая успела прицепиться за эту дурацкую ночь. Я тщательно вымылась. Потом так же основательно вытерлась и не удержавшись, прижала пальцами торчащие соски.

– Брынь!

Настроение немного улучшилась, и я принялась одеваться. Некоторое время размышляла: натягивать ли колготки, которые превратились в одну сплошную дырку? Потом махнула рукой и осторожно натянула остатки сетки на гудящие ноги. Да, нехило меня помотало. И это ведь только то, что я помню!

Когда я выбралась из душевой, в тёмной комнате ощущалось постороннее присутствие. Значит Страшила-таки управился со своими делами. Я прислушалась: тихое дыхание доносилось от стены справа. Однако не успела я и шагу ступить, как входную дверь потряс мощный удар. Такое ощущение, будто таран используют. Я вздрогнула и чертыхнулась.

– Не бойся, – послышался успокаивающий голос, – Это они уже третий раз. Просто ты в душевой не слышала. Кажется, тут очень крепкие двери.

– Что это за твари вообще? – спросила я, откровенно не очень надеясь на вразумительный ответ.

– Понятия не имею, – я просто почувствовала, как собеседник пожимает плечами, – Пока висел, слышал, как они шуршат на крыше и за дверями. Иногда перекликались, чисто тебе ребёнок плачет.

Он зевнул я вдруг тоже ощутила, что безумно хочу спать. Наощупь отыскала сумку и достала телефон. С момента моего разговора с головой прошло больше четырёх часов. Звонка так и не было. Я попробовала сама вызвать Чародея, но динамик упорно молчал и лишь изредка тихо потрескивал. Ну что же, можно и подождать, благо это, пока – безопасно.

– Если тебе не трудно, – попросил Страшила, – Не могла бы ты напоить меня. Руки почти не слушаются.

– Без проблем, – я дала ему воды, сама сделал пару глотков и закрыла почти опустевшую флягу. Придётся поэкономить: вода в душевой, даром, что холодная и чистая, отдавала какой-то химией, – Ты хоть что-то помнишь про себя?

– Нет, – он вздохнул, – Не могу даже сказать, сколько здесь провисел. Перед глазами темнота, а в руках – боль, вот и всё.

– Угу, – я попыталась прикинуть. По всему выходило, что распяли его не так уж давно. Нечистотами не вонял, значит терпел, сколько мог. Выходит, миновало около суток или около того. Губы, конечно, потрескались сильно, но это могло быть симптомом ускоренного метаболизма, позволяющего быстро заживлять раны. Ух ты, какие я знаю слова и как могу рассуждать! Пользы только от этого…

– Пошли, – я подняла Страшилу с пола и повела в сторону спальни. Пришлось воспользоваться зажигалкой, чтобы не таранить стол и шкаф. Лампу побережём, мало ли что, – Так, тут у нас две кровати, ложись на эту и отдыхай. Всё лучше, чем изображать пугало.

– Это точно, – он ещё раз зевнул, да так сладко, что я сама не удержалась, – Как ты это смешно делаешь. Точно маленький поросёнок.

– Ну спасибо, за сравнение, – впрочем, я нисколько не обиделась, уж больно мягким был тон собеседника и приятным – голос, – Всё, дрыхни.

Я забралась на вторую кровать, положила телефон рядом и прислушалась к звукам за стеной. Шуршание, треск, поскрипывание: твари продолжали своё ночное веселье. Я попыталась вспомнить, как выглядело существо, ковылявшее в ночном мраке. Уродливая обезьяна – вот, самое верное впечатление.

Потом вспомнились каннибалы на шоссе, мёртвая женщина и мне вдруг стало так тоскливо, что слёзы выступили на глазах. Хотелось чего-то тёплого светлого и радостного. Поддавшись внезапному импульсу, я вытащила карточку из кошелька. Естественно, в темноте я ничего не видела, но от одной мысли о шаловливой мордашке щенка стало немного легче. Я скрутилась калачиком, прижала картинку к груди и неожиданно уснула.

Привиделся парк, залитый лучами жаркого полуденного солнца. Деревья золотились листвой и тихо шелестели, улавливая порывы тёплого ветерка. По голубому небу медленно плыли белые пушистые облака.

Я стояла на дорожке, выложенной аккуратным жёлтым кирпичом, а прямо передо мной припал к земле, уронив на неё одно длинное ухо, щенок с фотографии. Только этот был настоящим и тёмные бусинки его глаз сверкали озорством, точно зверушка задумала какую-то шутку.

– Привет, – сказала я и присела, протянув руку вперёд, – Иди ко мне.

– Привет, – неожиданно отозвался щенок и поднял голову, – Только это ты должна подойти ко мне.

– Говорящая собака, – я ощутила искреннее удивление. Впрочем, не такое сильное, как должна была, – Надо же.

– Ничего удивительного, – собачка повернулась несколько раз, пытаясь ухватить зубами за хвост, – Здесь разговаривать могут все: и животные, и птицы, и даже люди.

Что-то очень знакомо затарахтело и на соседнее дерево тяжело опустилась большая чёрная птица. Ворона. Она склонила голову и уставилась на меня жёлтым глазом.

– Пошли за мной, – щенок несколько раз подпрыгнул на месте, а потом отбежал подальше, – Пошли! Пошли!

– Куда? – удивилась я, поднимаясь, – Куда ты меня зовёшь?

– Ты должна дойти до конца этой дороги, – щенок не скрывал нетерпения, – Чем быстрее дойдёшь до конца дороги, тем лучше.

Пожав плечами, я сделала шаг вперёд и вдруг ощутила резкую боль, которая пронзила голову. Я остановилась, прижав палец к виску. По листве прошёл порыв сильного ветра, а среди облаков появились тёмные тучки самого неприятного вида. Стало тревожно.

Однако щенок смотрел так умоляюще, что я не выдержала и сделала ещё один шаг. Второй приступ головной боли бросил меня на колени, и я не удержалась от протяжного стона. Ледяной ветер принялся срывать листву и швырять мне в лицо. Солнце скрылось за сплошной облачной пеленой и на землю упали первые капли дождя.

Ворона внезапно сорвалась с ветки и с пронзительным карканьем шлёпнулась на дорожку.

– Нельзя! – вопила птица, – Нельзя!

И я проснулась.

Резкий треск никуда не делся. Кто-то завозился в темноте и тихо вздохнул. Спросонья я никак не могла сообразить, где нахожусь и что издаёт эти раздражающие звуки. Потом сон отступил, я вспомнила прошлую ночь и увидела мерцающий зелёным экранчик телефона. На дисплее проступила надпись: «Чародей». Ага, объявился, засранец. Я подобрала трубку и поднесла к уху.

– Привет, – донёсся жизнерадостный голос, в котором, тем не менее, ощущалась усталость, – А я уж думал, что тебя прикончили.

– Спасибо, за беспокойство, – я зевнула и села, прижавшись спиной к стене, – Очень старались, должна тебе сказать. Сначала, людоеды на дороге, а потом – крылатая мерзость в посёлке. Не…

– Ты сумела ускользнуть от этих уродцев? – в голосе собеседника проскользнула уважительная нотка, – Впрочем, когда мне тебя рекомендовали, то сразу предупредили, что я буду иметь дело с профессионалом. Непонятно только, что произошло на шоссе… Ты таблетки нашла?

Рекомендовали? Ого! Получается, мы знаем друг друга, пусть и заочно. Или не только? Память показала мне язык и отвернулась.

– Нашла и одну уже съела. И что вы в них так упёрлись? – раздражённо заметила я, – Объясни лучше, какого чёрта происходит и что делать дальше?

– Давай пока определимся, как я к тебе стану обращаться. У меня имеется пара прозвищ, но едва ли они настоящие, так что придумай сама.

– Элли, – угрюмо буркнула я, вспомнив ночной разговор, – А ты – Голова, если ещё не передумал. Так вот, Голова, давай уже объясняй.

Однако тип на другой стороне оказался редким кишкомотом. Сначала он допросил меня, где я конкретно нахожусь, потому что, с его слов, мониторы перестали отслеживать мой телефон. Узнав, что я прячусь в заброшенном домике, Голова довольно цокнул языком и пробормотал, что он так и думал.

– Слушай, засранец, – сказала я, окончательно выйдя из себя, – Или ты начинаешь что-то рассказывать, или я отключаюсь и действую, как раньше, то есть без твоей сраной помощи.

– Не кипятись, – он хрюкнул, – Просто до самого утра я пытался хоть как-то облегчить твой дальнейший путь, но одна очень чокнутая дура упёрлась рогом и никак не желает сотрудничать. Поэтому пришлось несколько менять планы. Кстати, твари, которые гоняли тебя ночью подчиняются именно этой сучке Баст.

– Баст? – переспросила я, – Что за?…

– Древнеегипетская богиня, покровительница кошек, – Голова хихикнул, – Баст просто помешана на ней. Сама, кстати и вывела чёртовых летающих котов, чтобы прижать к ногтю местное население.

– Котов? – недоверчиво переспросила я, вновь вспоминая уродцев в ночи, – Честно говоря, эти твари больше напоминают обезьян.

– Это точно, – поддакнул собеседник, – Многие их так и называют: летающие обезьяны. Однако исходный материал всё же брался у кошачьих. У гиен, вроде бы.


    Ваша оценка произведения:

Популярные книги за неделю