Текст книги "Эль и Карамель (СИ)"

Автор книги: Анастасия Дока

сообщить о нарушении

Текущая страница: 12 (всего у книги 14 страниц)

Лёша понимал, для того, чтобы брат ему доверился, чтобы спасти его, придётся пойти на жертвы. С тяжёлым вздохом он вошёл в квартиру второй ведьмы.

Луна заполнила собой треть неба, магия смертью разлилась по воздуху. Её особый гнилостный запах тяжёлыми парами осел на лёгких. Запершило в горле. Алексей тихо кашлянул в кулак, с опаской глядя на безмятежно спящую женщину.

Ведьма не открыла глаз, не шелохнулась.

«Пони» собрался с мыслями и начал шептать заклинание. Он уже почти закончил, когда ведьма начала ворочаться. Не везло ему в такие моменты. Каждый раз приходилось в спешке принимать чужой облик. В этот раз он использовал внешность первой жертвы.

Третья из пятого поколения распахнула ресницы. Густо накрашенные, не знавшие понятия «смывка макияжа», они встрепенулись, осознав, что рядом кто-то посторонний. Рука потянулась к свече – излюбленному ведьмовскому атрибуту и тут же замерла.

– Спасите… – умоляюще зашептал убийца, – спасите. За мной охота.

И пока ведьма спросонья соображала, что вообще происходит, Лёша завершил своё страшное дело.

Туман обволок помещение. Луна окрасилась алым. Лёша покинул квартиру с помощью портала и вынырнул в доме Андрея.

– Молодец, братец, – разулыбался Пончиков. – Ты принёс то, что нужно?

Алексей молча протянул выдранный клок волос. Сила умершей ведьмы перешла в тонкие рыжие пряди. Андрей спустился в подвал и бережно с любовью и трепетом опустил их в глиняную чашу, засыпал пеплом собственных родителей. Хранил его как раз для этого случая. Затем вернулся в гостиную и как ни в чём не бывало пожелал брату спокойной ночи.

Лёша с трудом заснул, ближе к утру. Перед самым рассветом ему явилась Мада. Она бежала к нему и просила остановиться, измениться, забыться.

Просила остаться с ней.

Он открыл глаза с чувством невероятной боли.

Болело сердце.

Неохотно вышел на кухню, где уже довольный и выспавшийся старший брат жарил яичницу.

– Сегодня последние приготовления, ночью убийство, а дальше я стану самым великим в мире. – Поправился, увидев кислую мину «Пони» и похлопал того по плечу. – Мы, братец. Конечно, мы станем. Мы вдвоём.

***

Эль проснулся позже всех – набирался сил перед трудным делом. За столом обнаружил всех, кроме Аси. Борцы со злом наслаждались сытным завтраком, плавно переходящим в обед. Он состоял из пюре и сосисок, овощного салата и сырных бутербродов.

Свою девушку Эль нашёл в комнате. К его удивлению и скрытому восторгу, Ася штудировала магический алфавит. Хвалить не стал, боялся перехвалить. Улыбнулся, подошёл, осторожно обнял:

– Давай помогу. Я знаю, как непросто освоить магию, если в неё слабо веришь.

– Да я уже во всё верю, – вздохнула Ася. Её глаза были грустными прегрустными.

– Тогда что такое? Боишься? Не бойся. Я рядом. Я тебя в обиду не дам. К тому же у тебя есть бабушкина татуировка. Я уверен, она тоже тебя защищает.

– Конечно, я боюсь! До чёртиков! Но речь не о том, Эль! Я… я волнуюсь, а, вдруг, не оправдаю надежд бабушки? Вдруг, апокалипсис наступит?

– Справимся, любимая. Первую волну Ачха пережили и вторую переживём. Вспомни, какая за нами стоит сила. Опытная Алиса, способная видеть некоторые события, две сестры, владеющие, если не магией, то очарованием; две боевые старушки, повидавшие много и всякого; хомяк. Да один он отлично отвлечёт братьев, а там уж я ударю магией. Всё будет хорошо. Ты у меня умница – буквы уже знаешь, какие-то слова сплетаешь. Сплетаешь же?

– Фигня, – вновь вздохнула Ася. – Только оно у меня выходит.

– Фигня… – повторил Эль. – А что? Тоже неплохо! Это не «Гори синим пламенем», «Исчезни в прахе веков» или что-то из разряда мощных заклинаний, но и оно сгодится. Эффект неожиданности. А, Асенька? По-моему, у нас все шансы на победу!

Карамелина грустно улыбнулась. Эль взял её лицо в ладони и долго смотрел на ту, кто принёс ему столько боли и в разы больше счастья. Никто бы не смог ответить, как так вышло. Два сердца будто в миг потянулись друг к другу и слились в одно вслед за душами, телами. Губами.

Они не заметили, как рука Аси засветилась: татуировка ожила. Клавдия Семёновна, наблюдая с небес, выдохнула с облегчением. Всё, хотя и не так быстро, не так ловко, но шло по плану.

Весь день готовились. Морально и физически. Никаких ссор, склок, споров. На какое-то время – Алиса назвала его смутным – наступил покой и благодать.

– Как на кладбище, – вздохнула Агафья, когда в полном молчании собирались на место последнего убийства.

– Сплюнь, – заворчала Серафима. – Сплюнь, сплюнь и помолчи. Видишь! Молодёжь настраивается.

А молодёжь не настраивалась, молодёжь скрыто нервничала. У каждого были свои опасения. Алиса не испытывала полной уверенности в том, что сможет, хотя и после долгих тренировок – ещё до смерти Клавдии Семёновны – правильно нащупать связь с нужной ведьмой. Всё-таки думать и представлять – это одно, а на деле ей было страшно. Страшно не оправдать надежд своей строгой доброй учительницы. Поэтому она лишний раз ничего не произносила, ни на кого не смотрела и мысленно готовилась к разговору с ведьмой. А ещё Алиса очень не хотела показаться неопытной трусливой и неуверенной. Чувствовала, она и, пожалуй, Эль не дают впасть остальным в хандру, забиться в истерике. Ждать исхода. В общем, каждый был напуган, и каждый нуждался в поддержке. В том, кто поведёт их на бой с колдунами.

Себялюбивые мысли чуть-чуть отвлекли Алису от насущных проблем. Она даже улыбнулась.

В голове Эля царила пустота. Все свои силы он направил на то, чтобы идти на битву в ладах с магией. Без неё им не справиться. На старушек, хомяка и даже Алису Эль не сильно рассчитывал. Это Аську он утешал боевой командой, а сам осознавал: дело плохо.

Эль взял Асю за руку, крепко сжал. Усмехнулся леденцу в зубах: ему-то нельзя ни сдобы, ни сладкого из-за магии. А хотелось. Усмехнулся и её совсем не подходящей случаю причёске. Что поделать… Карамелина утверждала, что без любимой сладости и королевского вида никуда не пойдёт. Мол так себя чувствует увереннее и сильнее. Эль, конечно, хотел посмеяться, поругаться, увидев, как она перед выходом спешно завивает локоны – те самые голливудские – но вовремя одумался. Ругаться им сейчас никак нельзя. Терпение – залог ещё не победы, но широкий такой шажок на верном пути.

И теперь среди борцов со злом Ася выделялась вечерним платьем: благо коротким, благо не отказалась надевать сверху куртку Эля – ночь всё-таки и не жаркая. Роскошной гривой – локоны удались на зависть Голливуду, броским макияжем: не пугающим, но экстравагантно прекрасным. И леденцом. Она то и дело перемещала его во рту, причмокивая от наслаждения.

Аромат клубники и фруктовых духов окутывал шлейфов всю компанию.

«Аська, Аська…» – подумал Эль и по-быстрому поставил ещё одну защиту на любимую. Особенную: от липких взглядов всяких там извращенцев.

Ася была прекрасна. Это могло или сыграть им на руку, или стать роковой ошибкой. Эль решил, что пусть уж Ася будет просто роковой красавицей. Роковые ошибки им точно ни к чему. Защита нехотя и лениво легла на образ Карамелиной. Эль выдохнул с заметным облегчением, но всё равно ещё крепче сжал тонкие пальцы.

Мада была не в силах отделаться от мыслей о Лёше. Ночью он ей даже приснился. Он бежал к ней и молил о помощи. Мада надеялась, это к добру. В сумочке она несла контейнер с испорченными блинчиками и парочку волшебных ложек. При нужном умении те били не хуже дубинки, хотя и были всего лишь ложками. Она молилась, чтобы её умений хватило.

Кристина шла, держа на руках Василия. Хомяк долго сопротивлялся, но в итоге всё же дал согласие. Так и скорее, и больше шансов не потеряться в лабиринте порталов, куда их и собиралась отправить Агафья. Старушка не единожды продемонстрировала своё умение – магия её слушалась, как послушная внучка бабушку.

Кристина волновалась, но тщательно скрывала своё состояние, ободряюще улыбалась Васе. Тот тоже улыбался, только мысли у него блуждали невесёлые. Хомяк боялся, что в последний раз видит Кристину. О своей незавидной участи в пушистой шкурке он вроде как уже и подзабыл.

Старушки держались за руки и с боевыми лицами завершали «процессию». Серафима и Агафья шли в последний бой – обе это понимали. Но огорчаться не было причин. Они своё пожили. Пора уступить дорогу молодёжи.

Они в юности всё успели. Любили, не любили, прощали и прощались, мечтали и плакали. Уйти, сражаясь с колдунами, считали честью. Что может быть приятней в их-то годы, чем знать, что старые тела стали щитом, предотвратившим апокалипсис? Нет. Они шли широко улыбаясь, чувствуя себя так, как давно уже не чувствовали за последнее время – старушки ощущали себя молодыми.

Две силы встретились у маленького домика где-то на берегу моря в России: координаты были смутными, но Алиса нашла место верно. Перепуганная ведьма пятого поколения согласилась не только на сенсорную связь, но и на физическую. Команда светлых прибыла к дому чуть раньше тёмных, поэтому с будущей жертвой успели даже переговорить.

Ведьма согласилась помочь. Она когда-то играла в рекламе обморочную и без труда могла снова такой притвориться. Хотя бы на пару секунд, но её обморок должен был ввести колдунов в замешательство, тогда-то она и собиралась обсыпать их мукой. Не обычной, конечно, а магической. Мука замораживала. При должном заклинании, естественно.

Время шло. Жертва рвалась в бой и громко ругалась, негодуя наглости колдунов. Пришлось всем по очереди объяснить, какая опасность вот-вот нагрянет. После слов хомяка ведьма, наконец, успокоилась.

Луна показалась из-за облаков, грозно высветив квадрат земли, где, за мусорными контейнерами, терпя возмущение Аси, прятались спасители мира.

А затем раздался крик.

С перепугу Василий, спущенный с рук, пискнул. Кристина толкнула контейнер, и тот, шумно выкатился прямо к входной двери.

Эль шикнул на всю компанию. Погрозил пальцем Асе. Карамелина, зажимая рот, тыкала на стену дома. По кладке полз маленький паук.

Алиса смерила трусиху убийственным взглядом и подняла руки в жесте «Не расходимся! Сюда. Всё под контролем!». Жест знали все, хоть как-то связанные с магией. Васю шёпотом позвала Кристина. Мада попыталась убрать контейнер, но тут раздался грохот. На этот раз сама Алиса, целясь какой-то грязной железной банкой в нечто огромное, нарушила спокойствие. Эль пригляделся, посветил фонариком с телефона. В паре метров стоял большой пёс. Теперь самодовольно хмыкнула Ася, глядя на Алису со снисхождением.

Эль прогнал мирного пса. Алиса опустила баночку на пол. Хомяк подполз к жестянке и смущённо попросил:

– Отвернитесь, позалуйста. Мне в туалет надо.

Тут ведьма выглянула из окна:

– Где они? Я ждать устала!

– Тише! – цыкнул Эль. – Ждите!

Ведьма, бормоча что-то под нос, исчезла в рюшах занавесок. Хомяк со скрипом отодвинул баночку подальше.

Что-то скрипнуло. Все дружно вздрогнули. Агафья виновато прокряхтела:

– У меня нога металлическая. Трётся иногда. Особенно от нервов.

– Вы прямо терминатор! – впала в истерический смех Ася.

Эль поспешно заткнул ей рот вишнёвым леденцом, спрятанным в собственном кармане. Свой Ася давно уже рассосала.

Всё шло не по плану.

Шумел морской прибой. А в желудке Эля забурчало от голода. Помогая Асе и следя за общими приготовлениями, он мало думал о себе. Последняя сосиска побывала во рту часов семь назад. Эль понимал – облажался.

Пришлось снова призывать на выручку магию. Только договорился о маленькой услуге – ментальном насыщении каким-нибудь мясом на гриле, как запахло чужой злобной аурой. Все насторожились.

Из возникшего в воздухе портала шагнула женщина.

– Лёша… – прошептала Мада.

– Уверена? – шёпотом спросил Эль.

– Любимого узнаю по походке, – вздохнула та.

Алексей обогнул так и не убранный контейнер и без труда вскрыл дверной замок. Щелчок пальцами, и дверь нараспашку.

– Приготовились! – дал тихую команду Эль.

Второй портал открылся прямо рядом с ними. Команда светлых еле успела скрыться за домом. Обежав тот по периметру быстро и максимально осторожно, выглянули все вместе из-за другого угла.

Из портала вылезал Пончик. Он не был толстым, но из-за дурацкого наряда выглядел жирдяем. Его тело то ли окутанное, то ли опутанное или запутанное множеством золотистых тканевых лент, напоминающих «одежду» мумии, неуклюже и долго выбиралось из портала. Сидящая набекрень корона, так и норовящая слететь с головы лишь прибавляла неудобства колдуну. Но тот отчаянно сопротивлялся её тяжести и неудобству, гордо неся, вернее, таща себя к входной двери.

– А что это у него между ног? – спросила Ася.

– Ася! – возмутился Эль.

– Посох, – спокойно объяснила Алиса. – и не ругайтесь. Нам пора.

– Извращенец, – прошамкала Агафья, припоминая знакомого колдуна. Тот тоже вечно что-то прятал между ног, говоря, что там надёжнее и сохраннее всего. – Все извращенцы...

Борцы со злом двинулись к окну. По плану им нужно было наблюдать оттуда за происходящим, а затем в нужный момент «выпустить» Серафиму или бешеного хомяка.

Очерёдность так и не определили. Но Мада, увидев, как Лёша приближается к ведьме, ринулась в дом, крича:

– Ты не такой!

– Стой! – шикнул Эль.

– Дура… – вздохнула Алиса.

Серафима с Василием встретились взглядами. Кто первый действует, они не знали. Кивнули и… Агафья закряхтела, жалуясь на старческую боль в суставах, печени и во всём теле. Хомяк произнёс слово-активацию для заклинания Эля, и, открыв широко рот, зашагал в дом.

– Очуметь, – переглянулись Кристина с Асей.

Эль, растерявшись от столь неожиданной прыти в своей команде, замер, решая сложную дилемму: спасать всех или надеяться на чудо? Хотелось выбрать второе, но совесть не позволяла. Эль зашептал волшебные слова.

Ведьма грохнулась без чувств раньше положенного срока, вызвав тем самым недоумение Лёши и восхищение Андрея. Пончиков, поглощённый наступающим триумфом, не замечал ничего и никого вокруг, обморок жертвы воспринял чрезвычайной удачей. Он шёл, не глядя по сторонам. Из-за этого споткнулся о Василия, но не растянулся, а ощерившись безумной улыбкой, отпихнул что-то мягкое и продолжил шагать. Посох вытащил из-под одежды и теперь целился им в ведьму.

Пара заклинаний, и его руку пригвоздило к невидимой стене вместе с посохом. Андрей, придя в себя, начал мотать головой. Его злобный взгляд метался от одного противника к другому. Лишь сейчас Андрей заметил посторонних. Он легко снял чужую магию и закричал бешеным зверем. В его планах не было посторонних! Его план был идеален!

А дальше началось полное безумие. Пончиков вдруг почувствовал, что сходит с ума.

С одной стороны, на него шёл сумасшедший хомяк. Он брызгал слюной и напоминал зомби, хотя насколько Андрей помнил, он ещё никого не превратил. Хомяк, жутко вращая глазами и заторможено шевеля всеми четырьмя лапами – верхние были подняты, но от этого двигались лишь медленнее – приближался, вызывая в «без пяти минут Главном Злодее мира» панический ужас. Андрей не любил хомяков. Но ещё больше он не любил, когда что-то шло не так. А сейчас всё шло не так. Совсем не так!

С другой стороны, на него надвигалась страшная желтозубая старуха. Она охала и ахала, моля о помощи, то и дело сгибаясь чуть ли не пополам. Перепуганному Андрею именно так и казалось, но ведь это невозможно, если старуха не ведьма!

Решив, что Серафима ведьма, Пончиков окончательно растерялся. И брат, как назло не помогал. Он стоял, обсыпанный чем-то похожим на муку и не шевелился, в то время, как ведьма пятого поколения совсем не лежала без сознания. Напротив, она стояла рядом с какой-то девушкой и победно улыбалась!

В Пончикова полетело какое-то заклинание. Он в последний миг увернулся и тут встретился взглядом с той, кого давно уже не было в-живых.

Пончиков увидел юную Клаву.

Сердце сделало пару неуверенных толчков и буквально ринулось навстречу той, о чьём убийстве он жалел. Он так и не признался брату, но Клаву он любил. Не больше, чем возможность управлять миром, но больше, чем кого бы то ни было. Жаль, осознание пришло слишком поздно, когда её уже не стало. Вторая причина после зомби для бессонницы и первый отголосок совести за всю жизнь. Всё это была она, Клава.

У Андрея больно сделалось в груди. Он тяжело вздохнул и направился к ней – поговорить, узнать, почему её дух здесь, на Земле. Сделал шаг, удачно отклонившись от магической сетки. Клава вытащила леденец, что-то зашептала. Андрей остановился. Клава не любила леденцы. Он такого не помнил.

Любовь всей его жизни закричала: «Эль! Давай!».

А затем случилось совсем непредвиденное. Пончиков в миг осознал сразу три вещи. Первое: перед ним была не Клава, а её глупая внучка. Второе: к нему применили заклинание заморозки. Он чувствовал, как тело перестаёт слушаться, а веки наливаются свинцом. Его, словно, накрыли пушистым одеялом где-то на Северном полюсе и велели спать. И третье: его правая рука всё ещё имела чувствительность. И в ней был зажат посох.

Из последних сил Андрей бросил его в ведьму. В воздухе посох поменял свой облик, превратился в стрелу. Алиса швырнула магический шар, пытаясь сбить траекторию, но ей не удалось. Стрела пронзила ведьму, и та рухнула, глупо моргая длинными ресницами.

Луна окрасилась алым. А следом за ней покраснело всё небо.

Через минуту мир поглотила тьма.

Глава 4 – Птички и зомби

Кромешная мгла лишь усилила растерянность собравшихся.

– Мра-а-ак… – протянула Алиса, озвучивая общие мысли. – Это плохо. Очень плохо.

– Сообразительная, – недовольно пробурчала Ася в попытке нащупать хоть кого-то или что-то. Она ползала на карачках, поскольку упала от страха.

Нащупала. Находка не понравилась. Что-то жилистое сухое оказалось под руками. Асин визг ворвался в сознание Эля, пытавшегося волшебством осветить пространство. Он вынырнул из подобия транса, вызвав недовольство у своей магии, и наугад бросился в ту сторону, откуда визжала любимая.

Тут раздался ещё один визг. Это уже кричали с улицы. А следом послышалось невнятное, но сильно пугающее завывание.

– Лучше бы оборотни… – вздохнула Алиса.

– А эт-то зе не они, д-да? – дрожа всем тельцем спросил Василий, с помощью чуда и запаха, добравшийся до Кристины и теперь сидевший у неё на руках.

– Не они, – ответил за блогершу Эль, наконец, сумевший справиться одновременно с двумя задачами: и обнять Асю, и «включить» нечто наподобие большого фонаря, висящего в воздухе.

– Можно было воспользоваться и мобильниками, – заметила Алиса, наблюдая за тем, как фонарь выписывает круги в помещении. Магия Эля явно испытывала недовольство. Секунда, и фонарь, фырча то ли динозавром, то ли драконом, разразилась тысячей огненных искр, вызвав новый вскрик Карамелиной.

– И что ж ты не воспользовалась мобильником? – спросила Ася, придя в себя. Эль приложил для этого все усилия: нашёптывал нежные слова и гладил по волосам. Пальцы ощутили слипшиеся локоны, и Эль отдёрнул руку. Ася, бросив возмущённый взгляд на любимого, вытащила из лифчика складное зеркальце, взглянула на причёску и охнула: голливудский образ таял на глазах.

– Извини, – пожал плечами Эль, будто это сразу всё объясняло.

Ася уставилась на него с непониманием и неодобрением.

– Его магия устала, – вновь вздохнула блогерша. – А уставшая магия творит что хочет. На тебе была двойная защита, так что… – Алиса противно хихикнула.

– Что смешного?

– Ничего, Карамелина. Но кто же делает на битву со злом роскошную причёску? Что за глупости? Детский сад. Где твоя серьёзность?

– Сказала та, что видит будущее, но не смогла остановить апокалипсис.

– Апокалипсис ещё не настал. Когда все станут зомби, тогда…

– Этого мы и ждём?

– Девочки, – вклинился Эль, – спокойно. Не время ссор. Сейчас нам всем нужно объединиться против общего врага. Чем больше у добра союзников, тем лучше.

– Нас на одного меньше, – всхлипнула молчавшая всё это время Мада. Она до сих пор поглаживала замершего Лёшу.

– Мы понесли потери… – склонила голову Кристина.

Василий показал лапкой на тело Серафимы.

Ася мигом поняла, на что наткнулась и вжалась в угол. Пока Эль её искал, она весьма резво – страх подгонял – переползла в дальнюю часть комнаты. Эль ещё крепче обнял любимую.

– Покойся с миром, подруга, – сказала Агафья, – и знай, ты была самой страшной старухой, какая только могла напугать злодеев. У тебя всё получилось, Серафимушка. Ты лучшая.

Все вместе дружно и почти одновременно тяжко вздохнули. Магический фонарь по-своему заплакал. Свет рассеянными точками померцал в пространстве и погас.

– Ну, – спустя минуту не без помощи Эля Ася поднялась на ноги, – кто там у нас умный не включает свой мобильный?

– А ты что не включаешь? – парировала Алиса.

– А я свой дома оставила! – ответила Ася.

Через пару секунд оказалось, что и блогерша без телефона.

– Молодёжь… – проворчала Агафья, утирая слезу рукавом старого платья. – Ничего без нас не можете…