Текст книги "Адский гений, или "Амбрелла" по-русски (СИ)"

Автор книги: Анастасия Феникс

сообщить о нарушении

Текущая страница: 4 (всего у книги 9 страниц)

Глава 15

Отпив из чашки, я со звоном поставила ее на блюдце, ища по записям камер видеонаблюдения причину отсутствия медперсонала. И вскоре ответ нашелся.

Мои слова оказались пророческими – буквально через два дня после моей заморозки произошла серьезная утечка гамма-штамма вируса, из-за чего началась серьезная паника среди персонала и, как следствие, "утекли" и два других вируса. У вируса был плюс: он был опасен лишь полчаса после распыления, через этот промежуток времени капсид буквально растворялся в воздухе, а РНК, которую он нес, не могла существовать без оболочки.

Но этих тридцати минут хватило для того, чтобы весь персонал умер из-за несовместимости вируса с человеческой ДНК. Выжил, выходит, только Джон Кроу, который стартанул из лаборатории сразу же, когда была объявлена тревога, он увидел это на мониторе моего компьютера, когда пытался вскрыть сейф. Подхватив Ангелину под руку, он рванул на выход и успел буквально за несколько минут до полной загерметизации лаборатории.

Она погрузилась в сон.

Ну, всё в ней, кроме животных, которые как раз РНК вируса усваивали просто прекрасно! Так что сейчас вместо лаборатории был некий "Зомбилэнд". Почему? Вирус, созданный на основе бешенства, вызывал агрессию и усиленный метаболизм, из-за чего объекту постоянно хотелось есть, плюс он повышал возбудимость, а следовательно и все инстинкты. Вот такой вот весёленький коктейль.

Тряхнув головой, я подождала, пока закончится анализ моей крови и достала пробирку с ней из центрифуги. На экране высветился отчёт с полученными результатами тестирования. В ДНК появилась некая автономная третья цепь, которая совершенно не понятно за что отвечала, а гормональный фон меня просто поразил: все гормоны были на невероятно пониженном уровне, кроме адреналина, эпинефрина и дофамина. Те просто зашкаливали.

Твердо можно было сказать одно – я мутировала и подстроила вирус под себя в какой-то степени. Однако не факт, что он, грубо говоря, не состарит меня лет на сто за двадцать часов!

– Мия, в лаборатории есть пригодная для употребления еда? – задала я вполне насущный вопрос, так как даже заражённый оргназим матом требовал свое.

– Да, во всех трёх корпусах, – послышался механический голос.

– Тогда выпусти меня и укажи где. Я есть хочу, – ответ меня просто поразил:

– Ваша кровь была удалена из базы данных, а вы сами заражены. Поэтому я не могу выпустить вас из данного помещения, пока вас не откроют снаружи, подтверждая вашу безопасность. Взамен могу предложить вам понаблюдать за группой молодых людей, которые сейчас обследуют ваш особняк.

На этой фразе я всем своим существом ощутила, как кофе пошло не в то горло и чуть меня не добило. Закашлявшись, я постучала себе по грудине. Нет, тот факт, что она меня не выпускает вполне объясним, но то, что в моем доме кто-то шарится?! Это ещё что такое?!

– Мия, выведи видео с камер на монитор, немедленно! – рявкнула я, уставившись в экран. Только мародеров ещё не хватало!

В особняке в это же время…

Они медленно ходили из комнаты в комнату, внимательно обследуя каждую из них на наличие чего-то важного или мало мальски интересного. Горан то и дело постанывая от боли, пока Что пытался удержать его, так как хорват периодически повисла на нем, словно тюфяк. Михайлов пытался не умереть по скуки, поэтому, сидя на корточках, постигал искусство оригами, пытаясь по памяти сделать попугая из бумаги. Но пока что выходило плохо.

Группа на данный момент находилась в огромной столовой с длинным, метров семь, столом из темного дерева, двадцатью стульями с высокой спинкой, подсвечниками, приборами на этом самом столе, будто кто-то вот-вот придет поесть, белая скатерть, черные мраморные вазоны с когда-то красными, а нынче серыми от пыли, пластмассовыми розами, которые уже изрядно всем поднадоели. Холодный свет от потолочных ламп придавал этому месту какую-то отвратительную атмосферу, которая давила на каждого.

– Надо думать, как отсюда выбраться, – сказал Оусен, ударив кулаком по столу, из-за чего недовольно звякнули хрустальные фужеры, – Чертов дом.

– Я думаю, нам надо наверх, дообследовать все, а потом туда, – Михайлов мотнул головой в сторону другой двери, туда, где стоял рояль. Если честно, то в нем откуда-то взялось море завидного пофигизма, что позволяло ему спокойно сгибать бумагу, пока остальные суетились.

– Закрой рот! – рявкнул Альберт, всадив пулю в стену рядом с головой Вадима, а тот в изумлении поднял брови.

– А вот этого не надо! – покачал он головой. После этого Оусен запустил руку в свои светлые волосы и растрепал их, а после добавил:

– Да, наверное надо наверх. Боже мой, можно все это закончится? И вообще, когда уже день будет?!

Глава 16

Устало помассировав виски, Альберт проверил количество патронов в магазине пистолета, а после с громким щелчком вернул его на место. Вся эта роскошь и красота скрывала за собой что-то такое, что, по его мнению, должно было ударить по ним всем в любой момент. И это ощущали все, поэтому и были так напряжены.

А еще они очень хотели пить, жажда донимала их уже пару часов, но никто так и не осмелился сделать ни одного глотка из найденных в уборных и на кухне кранов. Каждый из них боялся того, что весь этот бред, который творился вокруг них, может не то что оказаться удручающей реальностью, но уничтожить всех их из-за каких-то оплошностей.

Мраче было тяжело передвигаться, нога опухла и увеличилась из-за этого в объеме в пару раз, не говоря уже о том, что она была буквально погрызана и находилась в просто отвратительном состоянии, он сам покрылся испариной, а температура его тела приближалась к 38 градусам, тот факт, что он был чем-то заражен стал уже очевидным для всех. И в первую очередь для него самого. Хорват ненавидел себя за ту слабость, что сподвигла его выйти из этого дома, но понимал, что самобичевание вряд ли хоть чем-то ему поможет, даже наоборот, лишь усугубит его положение.

Хотя, могло ли оно быть хуже, чем во время этой горячки?

– Ребят, поднимаемся, надо идти дальше, – сказал Оусен и встал прямо, ожидая, пока поднимутся остальные. Нехотя, ворча, но группа поднялась вслед, готовая если не к новым свершениям, то к очередному походу в никуда. Встал даже Михайлов, так как роль задержанного обязывала его следовать за остальными, и хорват встал, правда не без помощи китайца, – эй, русский, слушай, ты же явно знаешь больше нас? Как отсюда выбраться?

– Перестрелять волков, – пожал плечами Михайлов, нагло усмехнувшись. Ему совершенно не хотелось помогать Интерполу, – Кстати, почему вы это до сих пор не сделали? У вас дохрена оружия, почему бы вам их просто не замочить? Не убить, – пояснил он, смотря на озадаченные русским сленгом лица.

– Потому что ты не видел, сколько их там! – рявкнул Мраче, резко обернувшись, – Они же бешеные! Тут надо их убивать! А убить их тяжело, надо попасть в какую-либо смертельную точку, – Михайлов закатил глаза. "Как будто я сам не знаю этого", – мысленно передразнил он раненного, – Мы при штурме когда заходили, там их тьма была просто! Пришлось ворота экстренно закрывать, чтобы они не убежали из этого двора! Их около сотни!

Вздохнув, Михайлов обреченно кивнул, после чего вся группа направилась по лестнице, что была тут, наверх, туда, где, судя по всему, располагалась очередная гостиная и спальня.

Так и была. Первая комнтата была точной копией тех, что были за панорамными коридорами снизу – белый и черный мрамор, дубовые столы, кожаные диваны... Стрельчатые, мать твою, окна, картины в дорогих рамах, ЖК в половину стены, эти чертовы розы, да еще одна дверь, что вела в ту самую спальню.

А вот она разительно отличалась от остального дома. Здесь полы были целиком из черного мрамора, такой же потолок, небольшая современная люстра в виде светящегося круга, черный ковер, что покрывал добрую половину комнаты, огромная двухспальная кровать из очень темного дерева, застеленная темно-фиолетовым постельным бельем, две прикроватные тумбы из того же дерева, впрочем, вся мебель в комнате была из него, трильяж, на котором стояла ваза с уже засохшими, но все равно розами, всякие женские принадлежности, покрытые толстым слоем пыли, комод, шкаф, рабочий стол и офисный стул, правда, компьютера не было, что выглядело странным.

И огромное панорамное окно во всю стену, за которым было хорошо видно другое крыло дома. Перед окном стоял круглый деревянный столик с вазой и прой документов на нем, рядом стояли два кресла, в одном из которых сидела девушка, что видел Мраче.

Она напоминала фарфоровую куклу или вампира: бледная, словно снег, кожа, алый маникюр на тонких изящных пальцах, черные туфли на невысоком каблуке, что были надеты на красивые, почти идеальные ноги, красное, нет, алое обтягивающее хрупкие, но прекрасные формы, платье, тонкая изящная шея, плечи, по которым рассыпались каштановые волосы, кукольное лицо, что, на удивление, прекрасно гармонировало с этим ярким образом, алые губы и макияж смоки-айс на закрытых веках.

Впрочем, услышав шум, красотка резко распахнула глаза и повернула голову в сторону вошедших.

Глава 17

Остолбенели все, абсолютно. И Горан, который видел мелькнувшую тень, и Михайлов, которого Кроу предупреждал о, том что в доме может быть что-то крайне необычное, а про остальных и говорить нечего – они впали в прострацию и находились там, наставив при том стволы на девушку, что в изумлении подняла брови.

– Мальчики, – ее голос был томным и мелодичным, казалось, что он переливался в воздухе словно звон маленьких колокольчиков. Это лишь дополняло ее внешность, делая ее ещё более привлекательной, чем она была до этого, хотя и казалось, куда? – вы же в гостях! Разве вежливо угрожать хозяевам? – в ее голосе послышалась тень упрека.

– А вы кто, собственно, такая? – громко спросил Михайлов, вырвав своих товарищей по несчастью из оцепенения, – Может уже объясните?

– Я? Я – Елена Кроу, – она невинно хлопнула глазками, а Вадим усмехнулся. "Мда, если и быть хозяйкой этого адского места, то только... такой. Однако, она все же ею не является" – подумал он про себя, а вслух сказал нечто другое:

– Жена Кроу выглядит несколько иначе. У нее разрез глаз другой, – насмешливо бросил он, а девушка широко распахнула глаза.

– Ладно, скажу правду, – она медленно встала, но это движение настолько вывело из себя Мраче, который опасался теперь всего, что он показательно перещелкул предохранитель и отвёл назад затвор автомата, выкинув гильзу из ствольной коробки, – сижу, – она показательно села обратно, – я – Ангелина Мельникова, невеста Кроу.

– Интересно даже, как его невеста оказалась тут! Плюс… Не рановато для невесты? На камеру он выглядит, как безутешный вдовец, – теперь заговорил уже Альберт, а у Михайлова что-то щелкнуло в голове. "Вдовец… Вдовец… Безутешный вдовец оказался вражеским разведчиком! Точно, я помню эту операцию, и что тогда тому человеку удалось сбежать, мы не успели. Ну и нагоняй был тогда! Потом он где-то пересек границу и умотал в ЕС. А при прослушке… Голос, как у этого блондина! Точно, вот где я его слышал!" – чуть ли не заорал во весь голос Михайлов, но вовремя сдержался, оставив свой собранный пазл при себе: "Рано. Рано ещё. Вряд ли он оставит меня в живых после того, как я сообщу о том, что наконец допер, кто он такой".

– На самом деле мы планировали пожениться ещё год назад, Елена давно уже наскучила Кроу. Страшная, со своим каре черным, вечно рассеянная, но от нее зависело благополучие компании "ФармIll", поэтому все оставалось, как есть. Просто в тот момент, когда произошла утечка… Опасного реагента, Кроу в доме не было, а дом заблокировался, воизбежание распространения среди населения, – пожала она плечами, а после перевела взгляд на ногу Мраче, ужаснувшись ее состоянию. Там мало что изменилось, но количество и сила метаморфоз были уже не важны, и Ангелина это прекрасно понимала, она уже успела вдоволь насмотерться на подобные вещи, – Господи Боже! Да вы труп!

– Что ты несёшь?! – рявкнул тот, что был в полной экипировке, Жонр, финн, – Закрой рот, девка! Лучше скажи, отсюда выход есть? – Мельникова невольно вжалась в спинку кожаного кресла, стараясь даже не дышать особо, настолько сильно ее напрягал автомат.

– Есть, – теперь ее голос больше напоминал писк мыши, – через лаборатории! Но я в них не ориентируюсь, нам нужна Елена!

– Где мы ее возьмём? Тут круглосуточный поблизости? Если да, то в какую она цену? – насмешливо спросил Михайлов, но европейцы шутку не оценили, да и Меньшикова тоже не особо.

– Ее просто нужно разморозить, она в криоотделе.

В это же время в лаборатории…

Нет, это просто жесть какая-то! Хоть бери и обратно пооружайся в криосон в этой камере! Ну вот что делать?! Еды нет, воды нет, дверь с этой стороны не открыть, к камерам и динамикам в доме не подключиться! Я просто тупо здесь сдохну, если эти "гости" не дойдут до этого помещения, что вряд ли!

Впрочем, такой шанс все-таки есть, Кроу же их послал забрать образцы вируса, а значит они будут проходить по этому отсеку в кабинет. Так что нужно будет попытаться достучаться до них и договориться, чтобы меня выпустили!

Интересно, а что сейчас творится наверху? Как там? Наверняка опять идёт дождь…

Нет, ну выходит, что собаки-то там голодные и уже наверняка выбрались из вольеров в поиске еды… Перестрелять бы их всех к чертовой матери, пока они половину Москвы не перекусали, да кто же мне даст?

Кстати, надо будет потом из кабинета, помимо кейса, прихватить ее и пистолет с патронами. Стреляю я, конечно, не важно, но, думаю, пригодится для чего-нибудь.

Глава 18

В комнате повисло гнетущее молчание, которое то и дело разрывалось из-за тихого тиканья часов, что стояли на тумбочке. В каждом из них слово «лаборатории» вызвало что-то своё. У Михайлова, к примеру, небольшое торжество, потому что он банально не знал, как в них попасть для выполнения поставленной задачи, а тут есть, оказывается, целый проводник! «Проживший тут полгода» – сказало внутри что-то ехидное, но Вадим забил это что-то сапогами. У Мраче это вызвало надежду, ему казалось, что в лаборатории обязательно найдется что-то, что ему поможет.

Впрочем, все в этой комнате сходились в одном в своих мнениях: чем бы не занимались там, это что-то явно не самое безопасное, и уже тем более вряд ли законное!

– И как нам туда попасть? – холодно бросил Михайлов, захотевший по привычке скрестить руки, но наручники помешали, из-за чего он тихо выругался сквозь зубы.

– Да все просто, в оранжерее есть лифт, – отмахнулась Мельникова, а Оусен прокашлялся.

– Тут ещё и оранжерея есть? – в его голосе послышался смешок, – В там случайно не красные розы растут?

– Есть и они, – пожала девушка плечами, не уловив тонкого юмора иностранца, – но в основном редкие виды растений, которые имеют странные свойства… – она нахмурились и буквально почесала затылок, – Короче, я ничего в этом не понимаю! Стоп, а кто вы вообще такие?!

– Нормальные люди с этого начинают, – буркнул Михайлов, чем окончательно взбесил Жонра. Подойдя впритык к Вадиму, он от души ударил его прикладом в живот, от чего тот согнулся и закашлялся из-за резкой боли. "Мразь", – мелькнуло в голове Михайлова.

– Мы – группа из "Интерпола", нас сюда направило правительство вашей страны, – начал докладывать Альберт, не обращая ни капельки внимания на то, что происходит за его спиной, – Нас послали сюда чтобы узнать, что творится в этом доме. А это, – он развернулся и показал рукой на Вадима, который все ещё не мог стоять прямо, но кашель у него уже прошел, – Неизвестный, проникший на территорию данного дома. Вы его знаете?

– В первый раз вижу, – хлопнула глазками Ангелина, при этом наконец встав, – ладно, ребята, я предлагаю вам всё-таки пройти в лабораторию, где мы и поищем выход…

– Кстати, вы сказали, что Елена Кроу в криоотделе. Что вы имели ввиду? – очухался Михайлов. Все ещё немного покашливая, он встал в полный рост и медленно осмотрел девушку с ног до головы, – И вы решили идти туда в… Этом?

– Елена заморожена, – с натянутой улыбкой сказала девушка, а Михайлов мысленно сделал пометку, что в данной ситуации что-то не так. Зачем замораживать труп? Или она живее всех живых? Хотя… Заморозить живого человека можно, обратно как? – И что вам не нравится в моем внешнем виде?!

– Он крайне неудобен, если только вы не собираетесь ходить по подиуму, – огрызнулся Вадим, краем глаза поглядывая за тем, кто его ударил. "Ничего, ещё отыграюсь", – подумал он.

Все проигнорировали его замечание, вместо этого направившись в след за девушкой, которая уже выскочила из комнаты и стала быстро спускаться вниз по лестнице, почти бегом направляясь в оранжерею.

Она настолько торопилась, а мужчины так стремились успеть за ней, что у них даже не осталось времени осмотреть комнату с роялем, они просто проскочили по ней и выбежали в огромное помещение, стены которого были целиком и полностью сделаны из стекла.

За которым уже ходили собаки, вновь ожидая удобного момента, чтобы напасть.

В лаборатории в это же время…

Я села, обречённо застонав и вцепившись руками в собственные волосы. Взломать систему управления мне не удалось, а пытаться договориться с искусственным интеллектом – гиблое дело, поэтому я просто сидела, ни на что не обращая внимание.

Глава 19

Данное помещение представляло из себя огромное множество грядок и зелёных насаждений, доверху забитых растениями, которые даже свисали с потолка кое-где. Между всем этим зелёным великолепием были проложены каменные дорожки из, опять же, мрамора, что в свете высокой влажности казалось крайне непрактичным, но, слава Богу, никто не подскользнулся во время их мини-путешествия.

Девушка шла по оранжерее ни на секунду не останавливаясь и не озираясь по сторонам, она четко знала, куда ей нужно и вела за собой остальных искренне надеясь, что они помогут ей выбраться из этого адского дома. Дома, в котором ее бросили, рассчитывая на ее скорую кончину. А она выжила, вопреки всему и всем. И совершенно точно не хотела умирать! Вот совсем! Даже наоборот, у нее были грандиозные планы на будущее, которое, она была уверена, обязательно будет.

Все шли между растений, то и дело отодвигая особо разросшиеся руками и совершенно не обращали на них внимание, было не до этого, но вот Михайлов от нечего делать всё-таки стал рассматривать все вокруг, поражаясь обилию редких и порой краснокнижных растений, большая часть которых была либо ядовитой, либо хищной. Больше всего его привлек огромный, примерно размером метра полтора, Непентес Раджа, от которого пахло не самым приятным образом – разлагающейся плотью.

"Прямо как у тех собак запашок" – тряхнул Михайлов длинными волосами, а после поспешил за остальными, молясь Богу и искренне надеясь, что ему удастся украсть ключи от наручников у Мраче, котрые болтались у того на поясе. А так как состояние мужчины только ухудшалось и идти он теперь мог только повиснув на китайце, проблемы возникнуть не должны были. Оставалось дождаться подходящего момента. И сделать это нужно было как можно скорее, потому что интуиция Вадима орала матом, что тут – цветочки, а там, куда ведут их, будет полная задница!

А вот и момент! Наступил как всегда неожиданно и внезапно, но бывший ОМОН-овец сработал идеально и в тот момент, когда вся группа остановилась по требованию красотки, он аккуратно снял ключи, стараясь не звенеть, а после спрятал их в карман брюк, благо он был на молнии, за что он искреннее поблагодарил себя, свои привычки и пристрастия к одежде.

– Пришли, – громко сказала девушка… Ангелина Мельникова, а Вадим посмотрел на стеклянную зеркальную стену перед ними, которую из-за отражения растений было крайне нелегко заметить, даже больше, он был сначала поражен, когда они остановились тут, так как не видел препятствие.

Нажав в нужном месте, Мельникова вывела сенсорную панель с голубой подсветкой клавиш, где были только цифры, дисплей и кнопка "ОК". Код знал и сам Михайлов, его Кроу предоставил в первую очередь, так как он прекрасно знал, что без этого Вадиму в лабораторию не попасть. А кейс был именно там.

Ангелина быстро и на автомате ввела десятизначный код, почти что не смотря на собственную руку.

"А девочка-то там была не раз и не два", – хмыкнул про себя Вадим, смотря на ее оголенную спину, – "Она недолюбливает Елену… А что, если она влезла в постель к Кроу? А что, с такой внешностью это вполне реально и не так уж и сложно. А потом они решили вместе избавиться от жены… Довольно экстравагантным способом", – Михайлова передёрнуло при слове "криоотдел". Крионика, вроде наука о заморозке…

Они же не найдут там ледышку?! Будет, по меньшей мере, мерзко…

Стена довольно пиликнула и разъехалась перед ними в разные стороны, пропуская вперёд, вниз, туда, где была белоснежная кафельная лестница с белой подсветкой по краю всех ступеней. Уже от одного этого бросало в холод, который проникал под кожу и въедался в организм, доставая прямиком до души.

– Ребята, нам – туда! – гордо и хладнокровно выдала Мельникова, после чего повела за собой всех, пойдя впереди и цокая своими противными каблуками. Почему совершенно никто не соблюдал устав и не охранял гражданскую как должно, то есть не шел впереди, он не знал, да и знать не хотел.

Он просто хотел отсюда выбраться так, чтобы снаружи его не убил Кроу из-за полученной информации. И при этом он был жив и здоров.