Текст книги "Мажор. Пари на любовь (СИ)"

Автор книги: Альма Смит

сообщить о нарушении

Текущая страница: 5 (всего у книги 9 страниц)

Глава 15

На следующее утро я проснулась от яркого солнечного луча. Первое, что я почувствовала, – не боль и не страх, а странное спокойствие. Потом до меня дошло: все кончено. Правда вышла наружу.

Я спустилась вниз, в холл общежития. Разговор с Кириллом вчера вечером казался сном. Но когда я увидела его, сидящего на диване с двумя стаканами кофе, мое сердце забилось чаще – но на этот раз от радости.

– Доброе утро, – он улыбнулся мне, протягивая один стакан.

– Думал, тебе понадобится это.

– Доброе утро, – я села рядом, принимая кофе. Наши пальцы ненадолго соприкоснулись, и по моей руке разлилось приятное тепло.

– Спасибо.

– Как ты? – спросил он, внимательно глядя на меня.

– Честно? Странно. Как будто меня годами трясло в автобусе, и он наконец остановился. Тишина и покой.

– Это хорошо, – он кивнул.

– Ты заслужила этот покой.

В этот момент в холл влетела Алина. Она запыхалась, глаза горели.

– Вы уже видели? Нет? Вы еще не видели! – она почти кричала, размахивая телефоном.

– Что случилось? Успокойся, – я нахмурилась.

– Степан! Он… он уехал!

Мы с Кириллом переглянулись.

– Куда уехал? – спросил Кирилл.

– Не знаю! Но Дима, этот его приятель, только что запостил в общую беседу! Написал, что Степан взял академический отпуск и улетел «переждать». А потом удалил сообщение, но все уже видели!

Я молча смотрела на Алину. Я ожидала чего угодно – мести, злости, новых сплетен. Но не этого. Он просто… сбежал.

– Сбежал, как крыса, – тихо сказал Кирилл.

– Когда его поймали, ему нечего было сказать. Только убежать.

– А его друзья? – спросила я.

– Что они?

– Они сейчас как шептуны по углам, – фыркнула Алина.

– Никто не хочет быть замеченным в его компании. Все делают вид, что едва его знали. А те, кто был на вечеринке, рассказывают всем, что это было самое жуткое и одновременно крутое, что они видели. Что ты, Машка, просто героиня!

Я не чувствовала себя героиней. Я чувствовала себя человеком, который наконец-то выпрямился во весь рост после долгого времени, проведенного согнувшись.

Мы пошли на пары. Как и предсказывал Кирилл, на нас смотрели. Но взгляды были разными. Не осуждающими, а скорее уважительными, любопытными. Ко мне подошли несколько девушек из параллельной группы.

– Маш, привет, – сказала одна из них, Рита.

– Мы просто хотим сказать… ты молодец. Очень круто все сделала. У многих из нас были похожие ситуации, но никто не решался так поступить.

– Спасибо, – я улыбнулась им. Было приятно слышать это.

На паре по литературе профессор Орлов, старый и мудрый преподаватель, проходя мимо моего стола, остановился и тихо сказал:

– Сильные духом всегда притягивают бури, Мария. Но именно они и определяют, куда подует ветер. Поздравляю с вашей победой.

После пар мы с Кириллом пошли в столовую. Сидели за своим обычным столиком, ели невкусные котлеты и разговаривали. Обычные вещи. О учебе, о планах на выходные, о новом фильме, который хотим посмотреть.

Было так… нормально. Так по-человечески. Никакого напряжения, никакой игры.

– Знаешь, о чем я думаю? – сказал Кирилл, отодвигая тарелку с доеденной котлетой.

– Теперь у нас есть шанс. Начать все заново. Без всей этой лжи и драмы.

– Я тоже об этом думаю, – я улыбнулась ему.

– Мне кажется, мы уже начали.

– Тогда, может, сходим куда-нибудь? По-настоящему. Не как два товарища по несчастью, а как… – он запнулся, немного покраснев.

– Как парень и девушка? – подсказала я.

– Да, – он выдохнул, видимо, собравшись с духом.

– Маша, ты не против… то есть, я могу быть твоим парнем?

– Я очень хочу этого, – ответила я, и это была чистая правда.

Вечером мы пошли в тот самый маленький кинотеатр, где когда-то были я и Степан. Но на этот раз все было иначе. Мы с Кириллом смотрели глупую комедию, смеялись над одними и теми же шутками, и он держал мою руку всю дорогу. Не для того, чтобы произвести впечатление или поддержать легенду. Просто потому, что хотел этого.

Когда мы вышли из кинотеатра, на улице было темно.

– Спасибо за сегодня, – сказала я.

– Это был лучший день за последние несколько месяцев.

– Для меня тоже, – он улыбнулся.

– Знаешь, я всегда боялся, что я… ну, не достаточно интересный для тебя. После всей этой истории со Степаном и его вечеринками…

– Ты слушай меня, – я остановилась и взяла его за обе руки.

– Все это – вечеринки, дорогие подарки, красивые слова – это пыль. Это мишура, которая блестит только снаружи. А настоящее… оно вот здесь. – Я прижала его руку к своей груди, где билось сердце.

– Оно в спокойствии. В доверии. В возможности быть собой и знать, что тебя примут именно таким. И у тебя этого… этого настоящего – больше, чем у кого бы то ни было.

Он смотрел на меня, и в его глазах светилось такое облегчение и такая нежность, что у меня перехватило дыхание.

– Я очень рад, что ты наконец это увидела, – прошептал он.

Он проводил меня до общаги. На этот раз у подъезда не было ни страха, ни ожидания скандала. Была только тихая ночь и два человека, которые наконец-то нашли друг друга.

– До завтра, – сказал он, целуя меня в щеку.

– Спи хорошо.

– До завтра, – я улыбнулась ему.

– И… спасибо, что дождался меня.

– Я бы ждал тебя всегда, – ответил он просто.

Я поднялась в свою комнату. В тишине и одиночестве я наконец позволила себе осознать все, что произошло. Да, мне было больно. Да, я чувствовала себя использованной и обманутой. Но сквозь эту боль пробивалось что-то новое. Что-то крепкое, как скала. Моя собственная сила. И любовь, которая была настоящей.

Я легла спать и впервые за долгое время мне не снились кошмары. Я знала, что завтрашний день будет хорошим. Потому что он будет моим. Настоящим.

Глава 16

Началась новая, странная и такая спокойная жизнь. Без Степана. Без постоянного ожидания подвоха. Каждый день был похож на предыдущий, и в этом была своя прелесть.

Я и Кирилл теперь проводили вместе почти все время. Но это не было навязчивым. Это было… естественно. Как дышать.

Мы готовились к сессии в библиотеке. Сидели за одним столом, заваленные книгами и конспектами. Я писала шпаргалку по философии, а он решал сложные задачи по математике.

– Не могу понять эту формулу, – я с досадой отодвинула тетрадь.

– Кажется, мой мозг отказывается ее воспринимать.

– Дай-ка посмотреть, – Кирилл взял мою тетрадь. Он внимательно посмотрел на задачу, потом нарисовал на чистом листе несколько значков.

– Смотри, здесь все проще, чем кажется. Это как пазл. Нужно просто найти первый элемент, а остальное сложится само.

Он терпеливо объяснял мне, водил карандашом по бумаге. Его голос был спокойным и уверенным. И знаешь что? Я действительно поняла.

– Спасибо, – я улыбнулась ему.

– Ты гораздо лучший учитель, чем наш препод.

– Просто я знаю, как ты думаешь, – он улыбнулся в ответ.

– И мне нравится твой ум. Он нестандартный.

Мы снова погрузились в учебу. Через некоторое время я почувствовала его взгляд на себе.

– Что? – я подняла глаза.

– У меня чернила на носу?

– Нет, – он покачал головой, все еще улыбаясь.

– Я просто смотрю на тебя. И не могу поверить, что мы вот так… просто сидим. И все хорошо.

– Да, – я согласилась, откладывая ручку.

– Все хорошо. Иногда мне даже страшно, что так спокойно. Как будто затишье перед бурей.

– Никакой бури не будет, – он уверенно сказал.

– Ты уже пережила свое цунами. Теперь только штиль. Может, с небольшими дождиками, но без ураганов.

– Надеюсь, ты прав, – я вздохнула.

После библиотеки мы пошли в наш маленький парк. Было прохладно, но мы нашли скамейку на солнышке.

– Знаешь, о чем я думаю? – сказал Кирилл, глядя на играющих вдалеке детей.

– Мы с тобой… мы пропустили много обычных вещей. Наше первое свидание было после всего этого кошмара. У нас не было нормального знакомства, ухаживаний…

– А что, разве это обязательно? – я посмотрела на него.

– Мне кажется, то, что мы пережили… это и есть наше знакомство. Только не с красивой стороны, а с самой настоящей. Мы видели друг друга в самом худшем свете и все равно выбрали быть вместе. Разве это не лучшее начало?

Он задумался.

– Наверное, ты права. Просто… я иногда хочу, чтобы у нас было что-то легкое и простое. Без этого тяжелого прошлого.

– А давай создадим это прямо сейчас, – предложила я.

– Давай представим, что мы только что познакомились. Вот я – скромная студентка Маша. А ты – симпатичный парень Кирилл с моей пары. И ты пригласил меня на свидание в парк.

Он рассмеялся.

– Серьезно? Полный ресет?

– А почему нет? – я подмигнула ему.

– Итак, привет. Меня зовут Маша. А тебя?

Он с игривым видом подал мне руку.

– Очень приятно, Маша. Я Кирилл. Я заметил, что ты часто сидишь одна в библиотеке. И подумал… может, составить тебе компанию?

– О, с радостью! – я сделала вид, что застенчиво опустила глаза.

– А что, тебе не скучно со мной? Я ведь такая обычная…

– Ты самая необычная девушка, которую я встречал, – его голос вдруг стал серьезным, и игра закончилась сама собой.

– И мне с тобой никогда не бывает скучно. Настоящей тебе.

Мы сидели, держась за руки, и смотрели, как садится солнце. Было тихо и мирно.

– Я тебя люблю, – вдруг сказал Кирилл. Просто и прямо. Без красивых слов, без пафоса.

Я посмотрела на него. Эти слова не обжигали, как тогда со Степаном. Они согревали.

– Я тебя тоже люблю, – ответила я. И это была правда. Не та бурная, ослепляющая страсть, что заставляет летать, а потом больно падать. А тихое, теплое чувство, похожее на дом. На то самое место, куда всегда хочется возвращаться.

Вечером мы вернулись в общагу. В холле нас ждала Алина с коробкой пиццы.

– Ну что, любовь моя? – она обняла меня.

– Как ваша идиллия?

– Все прекрасно, – я рассмеялась.

– Мы сегодня даже представили, что только что познакомились.

– Что? – Алина подняла брови.

– Вы, ребята, совсем рехнулись. Но это мило. Ладно, садитесь, будем ужинать. Я голодна как волк.

Мы устроились на диване в холле, ели пиццу и смотрели какой-то глупый сериал. Алина болтала без умолку, Кирилл подшучивал над ней, а я просто сидела и слушала. И чувствовала себя частью чего-то целого. Частью этой странной, но настоящей семьи.

Позже, когда Алина ушла к себе, а мы с Кириллом остались одни, он спросил:

– Ты точно счастлива? Вот так, по-настоящему?

– Да, – я ответила, не задумываясь.

– Я не летаю на седьмом небе от восторга. Но я чувствую… гармонию. Как будто все встало на свои места. И мне этого достаточно. Больше чем достаточно.

– И мне, – он улыбнулся.

– Знаешь, я иногда думаю… Может, все это случилось не зря? Все эти страдания с Степаном… Может, они были нужны, чтобы мы с тобой нашли друг друга? Чтобы мы поняли, что такое настоящие чувства?

– Возможно, – я кивнула.

– Но я ни за что не хотела бы пережить это снова. Даже ради тебя.

– Я тоже, – он согласился.

– Но раз уж мы через это прошли… давай просто ценить то, что имеем сейчас.

Он проводил меня до моей комнаты. У двери он нежно поцеловал меня. Это был не страстный поцелуй, а скорее… обещание. Обещание быть рядом. Всегда.

– До завтра, – прошептал он.

– До завтра, – я вошла в комнату.

Я осталась одна, но одиночество больше не давило на меня. Потому что я знала – за стеной есть человек, который думает обо мне. Который любит меня. Не за что-то, а просто так.

Я легла спать и улыбалась. Моя жизнь больше не была сказкой с красивым принцем. Она стала реальной историей. И у этой истории, наконец, появился хороший герой.

Глава 17

Прошло несколько недель с того дня, как Степан исчез. Жизнь вошла в свою обычную колею – пары, сессия, прогулки с Кириллом. Но иногда, как гром среди ясного неба, напоминание о прошлом все же находило меня.

В одну из таких суббот мы с Кириллом пошли в торговый центр за продуктами. Мы болтали о пустяках, выбирая йогурты, как вдруг я услышала знакомый голос. Холодный, насмешливый.

– Ну надо же, какие люди. Уже вместе за покупками? Мило.

Я обернулась. В нескольких метрах от нас, у полки с чипсами, стоял Дима. Он смотрел на нас с той же старой, презрительной ухмылкой.

Кирилл сразу же встал между мной и Димой.

– У тебя есть что сказать, Резников?

– О, успокойся, защитник, – Дима лениво взял пачку с полки.

– Я просто удивлен. Не думал, что вы так быстро устроитесь. Ну, знаешь, после всего того цирка.

– Нам нечего тебе сказать, – твердо произнесла я, стараясь, чтобы мой голос не дрожал.

– А мне есть что сказать тебе, – он сделал несколько шагов в нашу сторону.

– Степан уехал, знаешь ли. Бросил универ, укатил куда-то в Европу. Благодаря тебе.

– Он сам сделал свой выбор, – сказал Кирилл.

– И получил по заслугам.

– По заслугам? – Дима фыркнул.

– Он просто устал от всей этой драмы. От твоих истерик, – он кивнул в мою сторону.

– Ему надоело, что его пытаются в чем-то обвинить.

Я чувствовала, как по мне разливается знакомая, горькая обида. Но вместе с ней пришла и злость. Он снова пытался все перевернуть с ног на голову.

– Он не устал, – тихо, но четко сказала я.

– Он сбежал. Потому что не смог посмотреть в глаза тем, кого обманул. Потому что оказался трусом.

Улыбка на лице Димы наконец сползла.

– Смотри, что ты говоришь. Ты ведь не знаешь, на что он еще способен.

– Угрозы? – Кирилл шагнул вперед.

– Это уже совсем слабо. Просто отстань от нас. Иди своей дорогой.

– С удовольствием, – Дима бросил на меня последний злой взгляд.

– Только подумай, Машенька. Ты могла бы быть с ним. Жить в роскоши. А теперь что? – Он презрительно скользнул взглядом по нашей корзине с дешевыми продуктами.

– Будешь считать копейки с этим… энтузиастом. Удачи вам. По-моему, она вам понадобится.

Он развернулся и ушел, оставив нас стоять среди полок с едой. В воздухе висела тяжелая, неприятная тишина.

– Не слушай его, – первым нарушил молчание Кирилл.

– Он просто гад. Он пытается тебя задеть.

– Я знаю, – я глубоко вздохнула, чувствуя, как подкатывает тошнота.

– Но… но он прав в одном. Ты не заслужил всего этого. Ты не заслужил этих сплетен, этих взглядов…

– Эй, смотри на меня, – Кирилл мягко взял меня за подбородок и заставил посмотреть на себя.

– Я заслужил тебя. А все остальное – ерунда. Пустая болтовня. Мне все равно, что они думают. Мне важно только то, что я чувствую, когда ты рядом.

Его слова были как бальзам. Но ядовитое жало Димы все равно глубоко вошло в меня.

Мы закончили покупки и молча поехали обратно в автобусе. Я смотрела в окно и думала о словах Димы. «Ты могла бы быть с ним. Жить в роскоши». Я бы никогда не выбрала это, зная правду. Но почему-то эти слова все равно ранили.

Вечером мы сидели у меня в комнате. Я пыталась читать, но буквы расплывались перед глазами.

– Ты все еще думаешь о том, что сказал Дима? – спросил Кирилл, откладывая свой учебник.

– Да, – призналась я.

– Он как будто вложил мне в голову червячка. Маленького, противного, который шепчет: «А может, ты все сделала неправильно? Может, нужно было просто промолчать?»

– И что бы ты получила, промолчав? – спросил Кирилл.

– Продолжала бы жить с человеком, который презирает тебя? Который смеется над тобой с друзьями? Это лучше?

– Нет, конечно, нет, – я закрыла глаза.

– Но иногда… иногда так хочется просто обычной, спокойной жизни. Без этих драм, без напоминаний.

– Это пройдет, – он обнял меня за плечи.

– Да, сейчас еще свежо. Но с каждым днем будет становиться легче. Мы просто должны быть сильнее их. Сильнее их слов и их злобы.

– А если я не сильная? – прошептала я, прижимаясь к нему.

– Если я устала быть сильной?

– Тогда я буду сильным за нас двоих, – он поцеловал меня в макушку.

– Пока ты не отдохнешь. А потом снова будешь ты. Это как эстафета.

Я рассмеялась сквозь подступающие слезы.

– Глупый.

– Зато твой, – он улыбнулся.

Мы сидели так еще долго, пока за окном не стемнело окончательно. Я слушала его ровное дыхание и чувствовала, как тревога понемногу отступает.

– Знаешь, – сказала я, наконец.

– Дима сказал, что мне понадобится удача с тобой. Но он ошибся. Мне не нужна удача. Мне нужен ты. И у меня он есть. А это гораздо лучше.

Кирилл ничего не ответил. Он просто крепче обнял меня. И в этом объятии было все: и защита, и понимание, и любовь. Та самая, настоящая, которая не боится ни сплетен, ни прошлого, ни ядовитых слов бывших друзей.

Я поняла, что Дима и Степан были правы лишь в одном – мой выбор определил мою жизнь. Но они ошиблись, думая, что я проиграла. На самом деле, я только начала выигрывать. И мой приз был гораздо ценнее любого феррари. Он был здесь, рядом со мной, и держал меня за руку.

Глава 18

Началась сессия. Время летело быстро, заполненное зубрежкой, бессонными ночами и литрами кофе. Мы с Кирилком проводили дни в библиотеке, пытаясь усвоить тонны материала.

Однажды вечером мы сидели за нашим обычным столом. Я повторяла термины по психологии, а Кирилл решал сложные задачи по физике. Вдруг он отложил ручку и тяжело вздохнул.

– Что-то не получается? – спросила я.

– Нет, просто… – он провел рукой по лицу.

– Мне завтра нужно идти на подработку. А я еще ничего не подготовил к зачету по сопромату.

– Может, взять выходной? – предложила я.

– Сессия важнее.

– Не могу, – он покачал головой.

– Мне нужны эти деньги. За квартиру надо платить, да и на еду тоже.

Я знала, что Кирилл жил один в маленькой квартире на окраине города и сам себя обеспечивал. Но только сейчас до меня начало доходить, насколько это тяжело – совмещать учебу с работой.

– Может, я могу чем-то помочь? – осторожно спросила я.

– У меня есть немного сбережений…

– Нет! – он ответил слишком резко, потом смягчился.

– Извини. Я не хочу брать у тебя деньги. Я сам справлюсь.

– Но почему? – не понимала я.

– Мы же вместе. Мы должны помогать друг другу.

– Именно потому что мы вместе, – он посмотрел на меня серьезно.

– Я не хочу, чтобы между нами были деньги. Я не хочу быть тем, кто тебе что-то должен.

– Но это же глупо! – я не сдавалась.

– Если у меня есть возможность помочь, почему я не могу это сделать?

– Потому что я должен обеспечивать себя сам, – его голос снова стал твердым.

– Я не Степан, который живет на папины деньги. Я привык всего добиваться сам.

Это сравнение задело меня.

– Я никогда не сравнивала тебя с ним! И мне не нужен кто-то, кто будет меня содержать! Я просто хочу помочь человеку, которого люблю!

В библиотеке зашикали на нас. Мы замолчали, но напряжение между нами висело в воздухе.

Мы закончили заниматься молча. По дороге в общежитие я снова попыталась заговорить.

– Кирилл, давай не будем ссориться из-за этого. Я просто переживаю за тебя. Ты выглядишь таким уставшим.

– Я справлюсь, – он упрямо повторил.

– Всегда справлялся.

– Но теперь ты не один! – я остановилась и повернула его к себе.

– Теперь есть я! Почему ты не позволяешь мне помочь тебе?

– Потому что тогда я буду чувствовать себя неполноценным! – вырвалось у него.

– Понимаешь? Ты из хорошей семьи, у тебя есть поддержка. А я… я всегда был сам по себе. Если я сейчас позволю тебе помогать мне деньгами, то что дальше? Я буду постоянно чувствовать, что я тебе должен. Что я недостаточно хорош для тебя.

В его глазах была боль и уязвимость, которые он обычно скрывал. Я наконец поняла. Это было не про деньги. Это было про его самоуважение.

– Хорошо, – тихо сказала я, беря его за руку.

– Я понимаю. Но тогда давай найдем другой способ. Я могу помогать тебе с учебой. Могу готовить тебе еду, чтобы ты не тратил деньги в столовой. Могу… не знаю, мыть посуду в твоей квартире. Что угодно, чтобы облегчить тебе жизнь.

Он смотрел на меня с недоверием.

– И тебе не будет… унизительно? Мыть посуду в квартире своего парня?

– Кирилл! – я рассмеялась.

– Это же просто посуда! И это моя помощь тебе. Не из жалости, а потому что я люблю тебя и хочу, чтобы у тебя было больше времени на отдых и учебу.

Он молчал несколько секунд, а потом его лицо озарила медленная, счастливая улыбка.

– Ты удивительная, знаешь ли? – он обнял меня.

– Когда я с тобой, я начинаю верить, что все возможно.

– Так договорились? – я спросила, прижимаясь к нему.

– Я помогаю тебе по хозяйству и с учебой, а ты принимаешь мою помощь и не как осел.

– Договорились, – он кивнул, смеясь.

– Только давай без ослов.

На следующий день я пришла к нему в квартиру. Она была маленькой, но очень уютной. Вместо того чтобы идти на работу, он сидел за учебниками.

– Итак, – я поставила на стол принесенную из дома еду.

– Пока ты разбираешься с сопроматом, я приведу тут порядок. А потом вместе повторим к зачету.

– Ты уверена, что хочешь этим заниматься? – он все еще выглядел немного неуверенно.

– У тебя же своя сессия.

– У меня все под контролем, – я уверенно сказала.

– А теперь работай!

Пока он учился, я помыла посуду, пропылесосила и даже постирала его немногочисленные вещи. Было странно, но приятно – заботиться о нем таким простым, бытовым способом.

Вечером мы вместе повторяли материал. Я задавала ему вопросы по сопромату, а он объяснял мне сложные темы по физике.

– Знаешь, – сказал он, когда мы наконец закончили.

– Так гораздо эффективнее. Я бы один сидел над этим еще часов пять.

– Вот видишь, – я улыбнулась.

– Командная работа. А ты хотел все в одиночку тащить.

Он обнял меня.

– Спасибо. За все. И за терпение тоже.

– Пустяки, – я прижалась к нему.

– Мы же команда, правда?

– Правда, – он кивнул.

– И знаешь, что я понял? Настоящая сила – не в том, чтобы все делать самому. А в том, чтобы позволить другим помочь тебе. И быть благодарным за это.

– Вот именно, – я поцеловала его в щеку.

– И теперь, мой дорогой однокурсник, я предлагаю закончить этот учебный день. Завтра у тебя зачет, а у меня экзамен.

Мы собрали его вещи, и он проводил меня до общежития. На прощание он крепко обнял меня и прошептал:

– Спасибо, что ты есть.

– Взаимно, – я улыбнулась ему.

Возвращаясь в свою комнату, я думала о том, как много мы оба сегодня поняли. Я научилась помогать, не обижая его гордость. А он научился принимать помощь, не теряя своего достоинства.

Возможно, это и есть настоящая любовь – не только держаться вместе в яркие моменты, но и находить способы поддержать друг друга в самых обычных, бытовых трудностях. И в этом простом открытии было больше тепла и настоящего чувства, чем во всех красивых словах и дорогих подарках Степана.

Наша любовь проходила испытание не драмами и страстями, а самой жизнью. И пока что мы выдерживали это испытание. Вместе.