Текст книги "Чудеса по контракту (СИ)"

Автор книги: Алла Александровна

сообщить о нарушении

Текущая страница: 9 (всего у книги 18 страниц)

Глава 15. Шопинг на максималках, или «Кавказская пленница»

Любопытство сгубило кошку, а Светлану Львовну — самостоятельность и скромность.

Теперь, замотанная в здоровенную ночнушку, она тряслась в неизвестном транспортном средстве. Было неудобно, жестко и очень страшно.

Светлана предполагала, что до нее добрались приятели рыбожаба и ничем хорошим эта поездочка для нее не обернется.

«Почему не сработал контракт? — была первая мысль, на которую Райская сама себе и ответила: — Скорее всего, он действует только в академии».

А все так приятно начиналось...

После завтрака в экзотическом кафе, умиротворяющем своей прекрасной панорамой, они прошли к дороге, где Август Пшечек, явно красуясь перед дамами и студентами, представил им припаркованную неподалеку повозку.

Охарактеризовать ее как-то по-другому Светлана Львовна не могла. Каретой это точно не было, так же как не походило на пролетку или коляску. Напоминало сооружение скорее старинный кабриолет, только с низкой посадкой и шестью колесами.

ЧСник объяснил изумленной такой конструкцией Светлане:

— Это для минимального расхода магического резерва на артефактных магистралях.

Посадив пассажиров в машину, мэтр занял место за рычагами, продолжая объяснять: — Дорога из академии в город снабжена специальным слоем с миниатюрными артефактами, их очень много. А вот на обычной дороге мне придется напитывать маговоз собственными ресурсами. Но я весьма сильный маг, к тому же предусмотрительный!

Хитро улыбнувшись, он сдвинул два рычага, изобразив из них косой крестик, и, многозначительно приподняв брови, важно добавил:

— Всегда надо возить с собой хороший запас питающих элементов. Конечно, кристаллы тоже годятся, но может не хватить сил их преобразовать. Вам не мешало бы это запомнить для себя, молодые люди. Сейчас молодежь крайне беспечна в таких важных вопросах.

Парни, разместившиеся на боковых сиденьях между дверцами, согласно закивали. Передвижная конструкция плавно тронулась с места, набирая скорость, и Светлана Львовна, зажатая в угол роскошными формами секретарши, удивленно рассматривала салон магического автомобиля.

Внутри этот маговоз выглядел достаточно необычно и показался ей довольно нелепым. Место спереди было одно, посередине, для водителя, хотя посадочные дверки имелись с обеих сторон. Потом по бокам шли два небольших креслица, развернутые боком по ходу транспорта, потом опять дверки, и сзади, собственно, стоял диванчик, как в обычных машинах. На нем и расположились Светлана Львовна с Тионелией.

Света как-то по телевизору видела лимузин и сейчас воспринимала маговоз Пшечека как огрызок той пафосной машины. А крыша в транспортном средстве мэтра ЧС была совершенно прозрачной. С точки зрения землянки, это было очень неудобно, солнце светило прямо в лицо. Шляпки на них с секретаршей были одно название, а их спутники вообще не имели головных уборов и жмурились. Только Август, продолжая вдохновенно разглагольствовать о своей «ласточке», натянул на глаза что-то напоминающее старинные авиаторские очки и был всем доволен.

«Видимо, зелененькие блики на дороге — это артефакты», — решила Светлана Львовна, повернувшись к окну и стараясь смотреть вниз, так солнце меньше слепило.

— Август! — перебил Пшечека, уже добравшегося в своих рассуждениях до устройства двигателя и его преимуществ, недовольный голос мисс Пиктосви. — Ты хочешь, чтобы мы все ослепли? И ради бога, прекрати свои ЧСовские разговоры. Не забывай — с тобой дамы. Наверное, стоит выбрать тему, не касающуюся твоей работы и увлечений!

Мэтр, смутившись, начал оправдываться, что обычно ездит один и про магические устройства говорит по привычке. Стеклянная крыша помутнела, а еще он включил что-то на мигающей цветными пластинками панели спереди. В салоне посвежело и заиграла легкая ненавязчивая музыка.

Так что оставшийся небольшой отрезок пути они провели с комфортом под монолог Тионелии на интересную, с ее точки зрения, тему про магазины.

В продуктовом, набрав всего по списку и оплатив, они оставили парней организовывать доставку. Август Пшечек, неохотно откланявшись, тоже отправился по своим делам, пообещав ждать их в мастеровом квартале в магазинчике со странным названием «Крышка».

А мисс Пиктосви оживилась и буквально потащила Свету по улице, обещая, что будет очень интересно и она сейчас покажет такое... такое...

Что может быть интересного в магазине дамского белья, кроме самого белья, чтобы вызвать такой энтузиазм, Светлана Львовна не знала. К белью она относилась спокойно и в первую очередь предпочитала функциональность и комфорт. Зато, видимо, для Тионелии это было место всего самого притягательного и необыкновенного.

Сначала крошечный магазинчик показался Светлане Львовне довольно миленьким, но, оказалось, у этой лавочки было своеобразное «двойное дно».

Хозяйка заведения, колоритная гоблинша, была близкой знакомой нашей секретарши, и они в четыре руки принялись трясти перед Светой такими крошечными кружевными лоскуточками, что она бы в жизни не признала в этом белье. А узнав, сколько стоят эти микротряпочки, Света очень захотела сбежать под крылышко хозяйственного Гринстена и даже попросить дядюшку Гво вернуть ей прежний гардероб за отказ от денег на покупку нового.

Отбиваясь изо всех сил от чулок с подвязками, кружев ярко-красных или ядовито-зеленых оттенков, Светлана с трудом отыскала себе несколько милых пастельных комплектов, недорогих и удобных. А чтобы Тионелия так не закатывала свой прекрасный глаз, взяла еще парочку кружевных, соблазнительных, но достаточно скромных по цене в сравнении с предлагаемыми, черного и темно-фиолетового цвета.

Ночных рубашек и пижам, которые Света хотела купить себе в первую очередь, в этом магазинчике почему-то не было. Полупрозрачные пеньюарчики и миленькие, но ужасно короткие и ничего не прикрывающие шелковые комбинашки Светлане Львовне точно не подходили. Ведь не может она в них ходить у себя в комнате, когда одна наглая толстая морда появляется из ниоткуда в любое время, совершенно не заботясь о приличиях.

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍

— А-а, так вам, наверное, гномское надо, — махнула рукой на вопрос хозяйка этого изобилия неглиже. — Гномское вон там, чуть дальше по улице. Они и большие размеры шьют. Но вы же молодая еще и незамужняя, зачем вам такое?

Вопрос, видимо, был риторический, потому что гоблинша не дождалась ответа и помчалась на зов подруги-секретарши, откопавшей себе в ворохе кружевных соблазнов очередную прелесть.

Светлана Львовна, поняв, что циклопиху отсюда сейчас не вытащить даже буксиром, решила самостоятельно пойти посмотреть, что там такое шьют гномы, раз от упоминания их изделий мисс Пиктосви и ее подруга так уничижительно фыркнули.

До гномской лавочки она дошла вполне благополучно, и там ей понравилось гораздо больше. Солидная невысокая гнома не навязывала свое мнение, выслушала Светины пожелания и предложила на выбор несколько видов очень миленьких пижамок и ворох ночных рубашек на любой вкус.

Особенно Светлане Львовне понравилась пижама из плотного мягкого материала, напоминающего трикотаж. Изделие выглядело как самый настоящий костюм для дома, удобный и, по мнению Светы, вполне приличный.

Хозяйка лавочки, сообщив, что еще есть такие же, только более теплые, для северных жителей, довольная появившейся у нее замечательной покупательницей, пошла в подсобку, а Светлана заметила на полке большую стопку необычной материи. Подумав, что, возможно, тут торгуют и шторами, она развернула полотно и озадаченно нахмурилась. Вещица, похоже, являлась ночной рубашкой, но вот огромный размер, очень плотная ткань и куча оборок сбивали с толку.

«Может, домашнее платье? Только на кого?»

Светлана Львовна прикинула мысленно это нечто на Тионелию и отрицательно покачала головой. Вычурная хламида даже корпулентной циклопихе была бы велика. Свернув непонятную вещь и положив на место, Света отошла от полок, размышляя, что шторки из такого материала были бы гораздо лучше. Она уже протянула руку к ранее отложенным для себя вещам, чтобы еще раз убедиться в выборе, когда за спиной раздался шелест ткани, словно та развернулась и падает.

Обернуться Райская не успела, плотная материя укутала ее с головы до пят, словно мумию, мешая дышать, а кто-то очень сильный рывком оторвал ее от пола и куда-то быстро потащил.

Потом Светлану свалили, как куль с мукой, на что-то жесткое, и через минуту она поняла: ее куда-то везут. Все пришло в движение, застучали колеса, и пол, на котором лежала пленница, начало немного потряхивать. Видимо, дорога, по которой ехал транспорт похитителей, не была снабжена артефактами.

Конечно, наша мадам Райская не оставалась безвольным кулем, она пыталась кричать и дергаться, пока ее тащили. Но вот незадача: ее слабенькие потуги никак не влияли на похитителя, а криков и вовсе не было слышно даже ей самой. Видимо, Свету каким-то образом лишили голоса.

Зато негромкий разговор похитителей ей разобрать удалось, хоть и лишь отрывками сквозь окружающий шум.

— Ты уверен, что оно того стоило? Теневик нам обошелся в кругленькую сумму!

— Не дергайся, дело верняк! Эта тетка набита деньгами.

Потом что-то захрюкало, захаркало, завозилось, звуки голосов стали глухими и неразборчивыми, но Светлане Львовне хватило и этого, чтобы понять одно: похитителям нужны деньги, и им кто-то донес, что они у нее есть.

«Интересно, кто мог знать про это? И про то, что я именно сегодня соберусь по магазинам? Хотя если узнали про деньги, то и магазины могли логично просчитать, — ерзая и пытаясь ослабить вокруг себя намотанную материю, размышляла пленница. — К тому же, если учесть характер Тионелии, и о деньгах, и о нашем походе она могла рассказывать всем подряд».

В коконе из ткани было душно, шляпка Резвен на голове явно превратилась в лепешку. Воздух хоть и поступал — видимо, ткань была натуральной, — но его все равно не хватало. В голове почему-то метались совсем неуместные мысли про смятую чужую одежду, наверняка испорченную шляпку и то, как она все это будет возвращать владелицам. Похоже, мозг Светы, чтобы не паниковать, пытался отвлечь ее более простыми вопросами. А еще крутилось в голове что-то такое на грани сознания.

Совершенно взопревшая от пока бесплодных усилий, Светлана Львовна изо всех сил пыталась сосредоточиться, ловя ускользающую мысль в своих размышлениях про одежду, и наконец вспомнила.

Перчатки!

Все же перчаточки Летси пригодились. С трудом растопыренные пальцы обзавелись когтями, и Света почувствовала, что ткань поддалась, кисти рук, освободившись, оказались снаружи.

Дальше пленница методично и аккуратно, стараясь не пораниться — транспорт трясло и мотало, видно, свернули куда-то совсем на проселочную дорогу, — избавлялась от сковывающей ее упаковки.

Теперь, не лежа замотанной тушкой, она смогла разглядеть, где находится. Это был самый настоящий фургон с матерчатым арочным верхом, как у переселенцев Дикого Запада. В передней части стояло несколько больших ящиков, за ними сквозь материю маячили силуэты похитителей. Только вот понять, кто они, по этому театру теней было непросто — виднелись только темные фигуры со шляпами-котелками на головах. Ни торчащих ушей, ни каких-то других особых примет со спины видно не было.

Светлана Львовна, стараясь не шуметь, ползком, помогая себе перчаточными когтями, которые не помнила, как убирать, стала пробираться к задней стенке фургона — куску плотной материи, привязанной к бортику.

Повозка ехала по дороге довольно быстро, и, выглянув наружу, Света какое-то время испуганно пялилась на бежавшие из-под колес колеи проселочного тракта. Впрочем, страх оказаться пленницей в руках похитителей был сильнее, и она, зажмурившись, все же решила прыгать.

Откровенно говоря, Райская даже не выпрыгнула, а свалилась кулем, и ей очень повезло, что в этой местности на днях шел дождь. Земля была покрыта толстым слоем уже подсохшей, но все еще мягкой грязи.

Упала Светлана Львовна неудачно и неловко, боком, сильно ударившись плечом и рукой, но страх гнал вперед. Вся перемазавшись, на карачках, поскуливая про себя от боли, она, как могла поспешно, кинулась к придорожным зарослям кустов, еще не сбросивших свою пожелтевшую листву.

Больше всего она боялась, что побег заметили и сейчас фургончик остановится, а похитители кинутся ее ловить. К тому же она совершенно не знала, где находится, а руку с плечом прострелило адской болью, вызвав град слез и судорожный всхлип. Возмущенно-удивленное «Смятлана?!», раздавшееся рядом, показалось ей гласом небесных ангелов. Перед ее залитым слезами и перекошенным от боли лицом показалась знакомая рыжая и усатая кошачья морда.

Глава 16. Высокое искусство дизайна

Все, что смогла сообщить коту Светлана под судорожные всхлипы, было скомканно и малоинформативно. Впрочем, Аджарас на этот раз был на редкость сообразителен и, поняв, что где-то неподалеку враги, а женщина нуждается в помощи, требовательно рявкнул:

— Договор где?

Светлана Львовна, подцепив здоровой рукой цепочку, дернула ее, вытаскивая из-за пазухи пластинку-подвеску.

— Заместителя моего помнишь? Если помнишь, кивни! Толку от твоих бормотаний. — Пушистый хвост рыжего командира нервно хлестал из стороны в сторону. — Давай! Сжала в кулаке и сосредоточилась на а'Хасшде.

Светлана, сжав зубы и пытаясь не выть в голос от боли в руке, сквозь слезы уставилась на наглый комок меха, не понимая, на ком сосредоточиться.

— На моем заместителе, мысленно, — терпеливо, но несколько нервозно пояснил кот, прислушиваясь к окружающим звукам. — Представь его, договор и требуй помощи! Живее, Смятлана! Там кто-то едет!

Испуганная Света сжала плоский кусочек металла и, крепко зажмурив глаза, вспомнила странного дроу. Она словно провалилась сознанием, снова оказавшись в его кабинете. Мужчина, сидящий за письменным столом, вскинул голову, и возникшее в его глазах недовольство резко сменилось недоумением, а потом Мафука и вовсе исчез из кабинета, как будто его там и не было.

— Не получилось, — прошептала женщина, открывая глаза, и наткнулась на внимательный ледяной взгляд Изейдомафука, сидевшего перед ней на корточках.

— Я так понимаю, врагов вы себе нажили, а о безопасности не позаботились, — процедил он, глядя так, словно просветил Светлану Львовну рентгеном и обнаружил, что шутники подсунули ему манекен вместо человека. — Хотя, как посмотрю, вы легко отделались, банальный вывих. Да и похитители ваши, похоже, чудо как беспечны и туповаты, судя по тому, что, обнаружив ваше исчезновение, решили вернуться. А еще мне очень любопытно, как вы догадались воспользоваться связью. Хотя что-то мне подсказывает...

С этими словами он вдруг стремительно подался к сидящей женщине. Хлюпающая носом Светлана оказалась прижата к боку дроу, с головой, торчащей у него под мышкой. Мафука зафиксировал ее больное плечо и резко, по-особому дернул руку.

Вой Светланы Львовны сделал бы честь собаке Баскервилей. А шум колес и радостные возгласы, несущиеся от дороги, указывали на то, что ее крик не только услышали, но и приняли как подсказку о нахождении своей пропажи.

Дроу меж тем отпустил женщину, баюкающую уже не так болевшую, как, скорее, тупо ноющую руку, и странным жестом отвел в сторону несколько веток растущих вокруг них кустов.

Вот тут Светлана даже причитать про себя перестала, поскольку такое чудо просто в голове не укладывалось. Только слезы тихонько капали с мокрого подбородка, еще больше размазывая пятна грязи на гномьем пальтишке. Под рукой дроу мигнуло окошко небольшого портала, и в него проскользнула упитанная птичка размером с индюка. Женскую голову пернатой особы украшал жемчужный кокошник и две чернющие, толстые, как змеи, косы, спускавшиеся на грудь. А еще, помимо крыльев, у нее имелись совершенно настоящие человеческие руки.

— Алканиаса Стратимовна, — обратился к ней заместитель ректора, — разберитесь там на дороге с господами похитителями. Мне нужны сведения, кто, когда и почему похитил нашего нового работника с магическим контрактом. Остальное на ваше усмотрение.

Черные очи на лице восточной красавицы в кокошнике сверкнули интересом в сторону Светланы Львовны, девичья улыбка сменилась хищным оскалом, а в руках «птички» появились парные стальные клинки.

Мощный взмах крыльев швырнул Свете в лицо ворох увядших листьев, сорвавшихся с веток, и, пока она проморгалась, Алканиаса Стратимовна уже упорхнула. Со стороны дороги послышались жалобные вопли, звон металла и навевающая жуть мелодичная песня без слов, напеваемая красивым женским голосом.

— Это декан НЗшного факультета, — зачем-то пояснил Мафука и вдруг резко скомандовал: — Спите!

Светлана Львовна отключилась мгновенно, а дроу упорно разглядывал и ощупывал все вокруг нее, щурясь и принюхиваясь. Найдя несколько рыжих кошачьих волосинок, он хмыкнул и убрал их в карман, потом встал во весь рост, посмотрев на дорогу. Видимо оставшись доволен увиденным, Мафука наклонился, подхватил грязную, зареванную спящую женщину и словно просочился между складками пространства обратно в свой кабинет.

Дальше было проще: всего-то добраться до лазарета, к тому же в кабинет как раз так удачно прибежала раздраженная мисс Пиктосви с какими-то нелепыми претензиями про оплату заказов из своего кармана. Правда, стоило циклопихе увидеть Светлану Львовну в таком состоянии, как она моментально замолчала. Этим и воспользовался ушлый дроу, сунув ей в руки свою бессознательную ношу.

— Доставьте мадам Райскую в лазарет и вернитесь ко мне для разговора. — Появившаяся на его лице змеиная улыбка заставила секретаршу замереть испуганным кроликом и даже без звука забрать у него Свету, несмотря на то что перепачканная землей женщина марала изысканный наряд циклопихи. — Очень мне интересно узнать, куда вы водили такого важного сотрудника, кто еще участвовал в вашем сомнительном мероприятии, а заодно услышать ваше бесценное мнение о том, с какими целями действовали похитители.

Когда за Тионелией закрылась дверь, Изейдомафук опустился в кресло и вытащил из кармана рыжие волоски.

— И где же тебя носит, Аджарас? И при чем тут эта бесполезная и, кажется, не совсем вменяемая тетка, которая влипает куда не надо, подчас не понимая, что рискует жизнью.

В лазарете Светлана Львовна пробыла недолго. Седенькая болотница, покрикивая на принесшую пациентку и явно робеющую перед визгливой старушонкой секретаршу, шустро освободила пострадавшие плечо и руку от одежды, испортив ее окончательно. Потом нашлепала влажной буро-зеленой жижи на все больные места и, замотав холстинкой, велела Тионелии выметаться вместе с «подружкой».

— Место туточки занимать нечего, — сурово проскрипела она. — Тама и делов-то, что отеку дать сойти. Вправлено все, только синяки сколько-то, пожалуй, подержатся. Неси ее, куда там положено по месту жительства. Коли глядеть некому за ней, так сама присмотри. Будить нельзя, умом тронется! Тут ворожба была непростая, да еще следочек песни нашей Стратимовны краешком зацепил. Бедовая, видать, девка, раз в такое влезла!

Вот и пришлось мисс Пиктосви, чертыхаясь, тащить Светлану Львовну к ней в общежитие. И как назло, по пути ни одного представителя сильного пола Тионелии не попалось.

Правда, к большому удивлению секретарши, в старом доме творилось такое, что она решила не торопиться его покидать, оставшись под предлогом ухода за больной.

Света пришла в себя как-то резко и неожиданно. Голоса вокруг звучали знакомо, но мозг отказывался делиться информацией без зрительного восприятия. Глаза распахнулись сами собой, и женщина немного подзависла, разглядывая белый потолок с чудовищной лепниной и росписью, изображающей пухлых розовопопых амурчиков с крылышками и луками в зелененьких кустах.

Вид кустиков моментально вернул ее к недавним событиям, и она подскочила на своем ложе, оказавшемся здоровенным полосатым диваном. Перемотанное вместе с рукой плечо почти не болело, но вот голова кружилась, а внешний вид вызывал ассоциацию с ночевкой в канаве.

Где она находится, Светлана Львовна сообразить так и не смогла, помещение было незнакомым, но вот компания, собравшаяся за столом, была ей прекрасно известна, и, что самое поразительное, некоторые личности в ней казались совершенно здесь неуместными. Одно можно было понять точно: это общежитие «изгоев», поскольку здесь они присутствовали в полном составе, исключая Изю. Но вот комнаты этой Света точно раньше не видела.

Большой зал был весь заставлен мебелью всевозможных стилей, на стенах грубая штукатурка соседствовала с бревенчатым куском, переходящим в шелковые обои с позолоченными вензелями в стиле рококо. Под креслами и диванами лежали странные, словно лоскутные ковры непонятной фактуры, как будто их сшили из кусочков с разным ворсом, цветом и рисунком.

В центре стоял здоровенный круглый стол с чем-то вроде диско-шара посередине, и заседавшие вокруг него персонажи, переругиваясь и отталкивая друг друга, тыкали пальцами в мерцающие кусочки.

Чего Светлана Львовна не ожидала, так это того, что в компании с «изгоями» окажутся Тионелия, мэтр Мюль, дядюшка Гво и еще одна совершенно незнакомая дама с длиннющими распущенными синими волосами, лежащими роскошной объемной гривой до середины спины.

— Простите, а мы все где? — задала вопрос Света, с трудом протолкнув еле сформулированные слова через пересохшее горло, и закашлялась.

К ней тут же подскочила Кельда и заботливо начала поить теплой водичкой, ласково приговаривая:

— Вот попейте, попейте, мадам Райская. Легче станет. Страсти-то какие с вами приключились! Но вы не переживайте. Пальто мое давно обновить надо было, да я все жалела. А сейчас и обновить можно, мистер Гворкенстон Бернидиктофус сказал, академия оплатит.

Светлана чуть водой не поперхнулась, она прекрасно помнила, как любит платить по счетам академии коварный лепрекон.

А рыжий дядюшка Гво, видимо, решил добить ее окончательно, добродушно заметив:

— Вещички-то можно было и по каталогам заказать. Вот я даже парочку принес, так сказать, в подарок. Тионелька, поди-ка, и научит, как заказать, не все по магазинам шастать. Опасно нынче с деньгами такими ходить.

— Но послушайте же! — вдруг перебил его всклокоченный, с горящими глазами мэтр Пшечек. — Раз мадам Райская наконец-то очнулась, а у нас все эксперименты закончились фиаско, может, надо доверить ей настроить артефакт? Вдруг ничего не выходит из-за нашей магии?

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍

— Ничего не выходит из-за странного вкуса некоторых! — сразу в ответ забухтел Гринстен. — Какие-то кубики ему подавай, чистые линии...

— А может, из-за дурновкусия любителя аляповатых финтифлюшек, — ткнул в потолок на розовопопых стрелков с крылышками Мельзитунейн.

— Хватит спорить! Мне уже надоело удерживать потоки энергии, чтобы вы не развалили свое временное пристанище, господа неудачники! — хрипло каркнула прекрасноволосая дива и повернулась к Свете лицом.

Лицо было каменным, если точнее, то мраморным, как у статуи. Выглядело это жутковато, учитывая, что каменными были и внимательно смотрящие на Светлану Львовну глаза.

— Мадам, думаю, вам лучше занять место за столом управления и попробовать свои силы. Насколько я вижу, вы вполне оправились от травмы, осталась только небольшая слабость да незначительные капиллярные кровоизлияния в мягких тканях. — Мраморные губы говорящей дамы при этом даже не шелохнулись.

Под перекрестьем многочисленных взглядов Светлана Львовна поежилась и с подозрением уставилась на мерцающий «диско-шар». Соваться к незнакомому артефакту совершенно не хотелось, ей и так уже досталось по первое число в этой дурацкой магической сказочке. А к чему приведет ее «настройка» непонятного шарика, с которым не справились опытные маги, даже думать было страшно.

— Мадам Райская, — стуча подковами по хаотично торчащим между ковриками булыжникам и доскам, подошел к ней от стола мэтр Висказес, — тут нет ничего опасного. К тому же я вынужден вам сообщить, что это часть ваших обязанностей по контракту. Деньги, выданные вам на ремонт здания, с вашего разрешения были потрачены преподавателем ЧС Августом Пшечеком на восстановление этого артефакта.

— Артефактик работает. Это я как представитель ревизионной комиссии записал в графу расходов, — сладенько улыбнулся пакостный лепрекон. — Однако ремонтик пока не получается, а отчетик-то должен быть. Или вам через годик совсем другой контрактик автоматически выйдет. Кухонной девкой на десять лет с удержанием из жалованья полученной суммы, ну и пени со штрафа за растрату пойдут, когда основное отработаете.

Выхода у Светланы, похоже, не было, торчать на кухне поблизости от рыбожаба десять лет и мыть посуду, оплачивая какие-то там расходы, она точно не собиралась. Кельда рядом шепнула, что это даже интересно, она сама пробовала настраивать, но ничего не поняла. Света решилась и встала с диванчика, стараясь не обращать внимания на повязки с одной стороны тела и грязные обрывки пальтишка-пончо с другой. Гнома накинула ей на плечи тонкий плед, не слушая возражений, что он испачкается.

До стола Светлане Львовне помог дойти галантный мэтр Мюль, еще и на стул усадил и попытался пояснить, что делать, но тут уже опять завопил Пшечек:

— Не мешайте ей! Пусть сама! Это должно быть интуитивно! У нее же нет магии, поэтому ваши советы бесполезны. Мадам, положите руки… пардон, руку на артефакт. Что-то ощущаете?

Светлана руку послушно положила и напряглась, ожидая какого-то подвоха, а потом увидела около попавших в поле зрения вещей небольшие прозрачные значки, похожие на корзинки для бумаг.

«Как на компьютере, — удивилась она про себя, рассматривая вычурную банкетку с гнутыми резными позолоченными ножками, обтянутую безвкусной малиново-золотой парчовой тканью. — А если эту жуть в корзинку или корзинку на нее натянуть?»

Она машинально собрала пальцы как на компьютерной мышке и двинула указательным.

— Натянуть сову на глобус, натянуть мыша на кактус, и на страшную сидюльку я корзинку натяну, — чуть слышно бормотала она, пытаясь обхватить поплывшей перед глазами корзинкой помпезно кричащий предмет мебели.

Банкетка наконец оказалась в корзинке, тоже поплыв контурами, и довольная Света жмякнула пальцем с возгласом: «Удалить!»

— Неужто от песен Стратимовны все же спятила? — услышала она краем уха шепот Тионелии.

— Да помолчите вы, мисс Пиктосви, — довольно грубо оборвал секретаршу Вильент Сапролейн. — Вон смотрите — исчезла козетка, которую Гринстен воплотил. Никто ничего убрать не мог, ни свое, ни чужое, а мадам Райская смогла.

— Продолжайте, пожалуйста, Светлана Львовна, — донесся откуда-то сбоку хриплый голос Резвен. — Мы вам будем очень благодарны, если вы все тут уберете. Возможно, и новое сможете потом сделать, только немного и самое нужное. А то я чувствую себя как в тесной клетке, все завалено.

— А не сможете, так потом отработаете денежку, — ехидно заметил как бы между прочим дядюшка Гво.

Света как раз перевела взгляд на потолок, и теперь в ее воображении все амурчики-купидончики обзавелись рыжими бородками и целились в нее из луков.

— Врешь! Не возьмешь! — Видимо, артефакт все же влиял как-то на разум Светланы, и ей уже казалось, что она в компьютерной игре. — Удалить, удалить, удалить.

Розовопопые стрелки и аляповатая лепнина под жалобные вздохи гнома («Красоту-то почто убирать? Богато ведь смотрелось!») были отправлены в магическую корзину и исчезли с потолка.

Всех интересовало, что следующее и как быстро сможет убрать Светлана Львовна. Только вот одна пара глаз внимательно следила совсем не за этим, она наблюдала за артефактом и лежащей на нем ладонью мадам Райской. Диско-шар, наливаясь радужным светом, покрывался чешуей, а руку Светы затягивала тонкая, как паутинка, вуалевая ткань перчатки.

Перчатки, способной открыть дверь часов.