Текст книги "Чудеса по контракту (СИ)"

Автор книги: Алла Александровна

сообщить о нарушении

Текущая страница: 8 (всего у книги 18 страниц)

Глава 13. Последствия...

Проснулась Светлана оттого, что за окном на повышенных тонах выясняли отношения Летси и Олиско.

Райской как-то не довелось до сих пор проверить, куда выходят ее окна, и вот теперь это получилось. Окна находились на втором этаже чуть сбоку от нижней террасы, и новый огороженный дворик для прогулок было прекрасно видно.

— Ты чему его учишь?! Чему? — Мелодичный, но сейчас очень громкий голос дриады был полон негодования. — Его и так все время ругают, а теперь вот с тебя взял пример!

Изя самозабвенно рыл лапами землю где попало, и зеленый ковер травы был усеян неопрятными земляными холмиками, похожими на кротовые кучи. Только у самого забора темнела аккуратная полоса хорошо перекопанной земли.

Резвен, вся перепачканная в грязи, огрызалась в ответ с недовольной миной, даже не пытаясь отряхнуться:

— Кельда просила сделать пару грядок. Ты же сама обещала ей попробовать вырастить овощи, если мадам Райская купит семена!

Пытаясь вспомнить, говорили ли вчера что-то про семена, Света потерла виски и вдруг удивленно охнула. Она прекрасно видела обеих девушек, а очки остались лежать на сиденье стула, стоящего у кровати!

— Смялана! — прозвучало уже почти привычное за спиной.

Поскольку Светлана Львовна еще с вечера запаслась чем-то вроде халатика (безразмерную хламиду без застежек, но с пояском она решила считать халатиком), то у окна она стояла во вполне приличном виде и развернулась к креслу с сидящим в нем рыжим упитанным котом с королевским достоинством.

— И вам доброе утро, Жора!

— Я Аджарас! — в очередной раз надулся кот. — Ректор и ваш начальник! Проявляйте уважение!

— Да пожалуйста… — Светлана подошла к шкафу, пытаясь сообразить, что надеть для выхода в город, раз уж собралась за покупками, — если вы... А это что такое?

Содержимое монструозного шкафа в углу разительно изменилось. Теперь в нем сиротливо висело Светино пальто из «чебурашки», ее юбка и блузка. В уголке стояли ботинки, и больше в шкафу ничего не было.

Кот, соскочив с кресла, подошел и сунул в темное нутро платяного гиганта свой любопытный нос.

— Магия лепреконская, — принюхавшись, сообщил он. — Вероятно, ты не поладила с нашим казначеем? Ты ведь вчера к нему ходила? Зачем?

Света поплотнее запахнулась в почему-то не исчезнувшую хламидку — видимо, потому, что та была не в шкафу, а провисела ночь на стуле.

— Все, что нужно для нормальной жизни абитуриентов и их поступления, я вчера получила деньгами. На вещи для себя тоже попросила, а еще зеркало. Вот этот ваш дядюшка Гво и забрал то, что выдали, раз я куплю себе другое. — Она продемонстрировала коту кулончик на шее. — Только забрал до того, как я что-то купила!

Зеленые глаза прищурились, пристально рассматривая безделушку, и Аджарас даже открыл пасть, чтобы высказаться, но в дверь комнаты Светланы Львовны постучали. Точнее сказать, пару раз увесисто так двинули. А потом раздался бодрый и жизнерадостный голос Тионелии Пиктосви:

— Мадам Райская! Это мисс Пиктосви. Мы собирались посетить магазины! Можно войти?

Не имея особого желания выслушивать непонятные претензии ректора с коверканьем ее имени, Светлана, облегченно выдохнув, распахнула дверь и была буквально снесена ураганом по имени Тионелия.

— О, Светлана, вас ведь можно так называть? — Лучистая улыбка кареглазой циклопихи, казалось, осветила комнату, а единственное око снайперским прицелом пробежалось по всему, что находилось в небольшом помещении. — А почему у вас такая малюсенькая комната? В преподавательском крыле академии есть шикарные апартаменты! А еще там живут весьма интересные и, замечу особо, неженатые преподаватели. Некоторые очень симпатичные.

Мисс Пиктосви заговорщически понизила голос, многозначительно приподняв единственную, идеально подкрашенную бровь.

Светлана своим жильем была довольна, но с появлением экстравагантной и крупной гостьи комната действительно как будто уменьшилась.

— Не вздумай никуда переезжать! — тут же зашипел, вздыбив шерсть, кот. — Ты должна находиться тут и найти! Найти... не помню что, но должна! И никому отсюда не должны заблокировать магию! Никому!

Тионелия, судя по всему, довольно громкие вопли которектора не слышала, да и самого кота не видела.

Она шагнула к распахнутым дверцам шкафа, чуть не наступив на разозленного пушистика, и тоже ахнула, как и Света минуту назад.

— Святые портняжки, у вас совсем нечего надеть! Как вы пойдете? А вчерашняя пелеринка? Я понимаю, что она ужасная, но не можете же вы пойти в этом?! — Тионелия пощупала рукав из «чебурашки». — С какого зверя это содрали? Мягкое и приятное, но пошив кошмарный и цвет отвратительный.

— Ну... — Светлана Львовна присела на кровать, а гостья откормленным лебедем проплыла к креслу и уселась там под пронизывающим гневным взглядом кота.

— Просто я вчера получила деньги на новую одежду, поэтому то, что мне было предложено ранее, забрали обратно. Все, что осталось, это одежда из моего мира и вот этот халатик. — Света ткнула в ткань на своей груди.

— Это не халатик, — снисходительно отмахнулась Тионелия. — Это павольса, чтобы заворачиваться в массажном салоне между процедурами. Они так-то одноразовые. После того как клиентка его надевала, а потом сняла и не использует дольше определенного времени, павольса исчезает. В каждом салоне закладывают разное время при заказе. Откуда эта, я не знаю. Очень странно, что тебе ее выдали.

«Вот ведь неприятный какой дедок, — незлобиво ругнула Светлана про себя лепрекона. — Пойди я сразу в душ да провозись там подольше — и эта тряпочка могла исчезнуть. Выхожу я такая красивая, а тут кот бесстыжий! Даром что ректор».

А деятельная секретарша продолжала вещать, жестикулируя, задавая вопросы и строя планы:

— Надеюсь, он тебе достаточно денег выдал? Сколько? Тележка с мешочками серебра? — Циклопиха хищно прищурилась, а кот выпучил глаза и лапой схватился за сердце. — Отлично! Сейчас как раз распродажи осенние и прекрасные скидки. Купим сразу все, что потребуется, а аксессуары лучше заказать!

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍

— Но там не только мне на гардероб, там еще на ремонт общежития и заказ продуктов на весь месяц. Мне обещали дать списки всего необходимого, и с нами пойдут еще...

— Да помню, помню. — Мисс Пиктосви фыркнула. — Я уже нашла этих студентиков. Они обещали ждать нас у выхода с территории академии. Еще бы — с такими роскошными барышнями по городу пройдутся. — Прогнув спину, она выпятила убойные верхние аргументы и с легким сомнением оглядела притихшую Свету.

— И не расстраивайся так! Оденем тебя, и все холостяки академии под окнами топтаться будут.

Вот тут Света не удержалась и захихикала.

— Не будут! Там огорожено, и еще там уже Изя топчется.

Тионелия встала, выглянула в окно и отшатнулась.

— Это что там ходит? И ограда уродливая появилась, ветки какие-то. Кто это выпустил и откуда оно взялось в академии? Поступающий превратился?

Расфуфыренной секретарше видно было только соломенную крышу с торчащей трубой и мелькающие то тут, то там куриные лапы, разрывающие землю у террасы. Кот тоже залез на подоконник и, не веря своим глазам, тряс головой от странного зрелища.

— Это Изя вырос, маленький домик на ножках, питомец дриады Олиско. А еще с нами пойдет мэтр Пшечек. Он обещал помочь с покупкой материалов для ремонта. И изгородь он вырастил. По-моему, даже миленькая.

— Август Пшечек? — Мисс Пиктосви, казалось, пребывала в еще большем шоке, чем от выросшей избушки. — Он же едва ходит! Ты, наверное, не в курсе, что его моложавый вид — это костюм-артефакт?

Кот же вообще повел себя странно: при имени пожилого преподавателя ЧС он открыл рот и истошно взвыл, словно у него что-то заболело, а потом стал растворяться в воздухе, пытаясь что-то сказать.

— Я знаю, — успокоила Тионелию Светлана Львовна. — Но без него нам материалы не выбрать, я в этом совсем не разбираюсь.

Секретарша скривилась, но все было решено еще вчера, и мэтр Пшечек тоже обещал ждать мадам Райскую у выхода с территории академии.

Пока Света по-быстренькому наводила марафет в ванной, мисс Пиктосви развернула в общежитии «изгоев» бурную деятельность. В итоге, когда Райская вышла в своей родной юбке и белой блузке, циклопиха встретила ее с ворохом одежды, конфискованной на время у проживающих здесь дам, и в компании этих самых дам.

— Это совершенно недопустимо! — Она оглядела Светину юбку-карандаш так, словно не щеголяла сама весьма пикантными разрезами на пышном подоле платья. — Вот, держите это. Дамы согласились для приличного выхода одолжить вам несколько предметов своего гардероба.

Прикладывая к фигуре Райской то одно, то другое, Тионелия в конце концов выбрала юбку Олиско, пальто-пончо Кельды, перчатки и, как ни странно, шляпку Резвен. Блузку дамский коллектив Свете милостиво оставил ее собственную, как и обувь.

Зеркала по-прежнему не было, и Света одевалась в ванной, не представляя, как во всем этом будет выглядеть. Юбка Олиско была многослойной, но не слишком пышной, различных припыленно-синих тонов, слегка просвечивающих и создающих глубину основного цвета. Вместо резинки на талии имелись веревочки, а длиной юбка оказалась Свете до щиколоток.

Пончо гномки на ней самой, наверное, сидело как пальто и делало женственную фигуру маленькой Кельды квадратной и объемной, но, насколько слышала Светлана Львовна, как раз такие формы и были гномьим идеалом красоты.

Свете пончо было на две ладони ниже талии, а спокойный теплый бежевый оттенок пришелся ей очень по душе, как и мягкая толстая шерстяная ткань.

Зато шляпа и перчатки Летси вызвали недоумение. Цвет, конечно, подходил. Красивый оттенок горького шоколада прекрасно вписывался в общий ансамбль, но сам фасон... Этакая тирольская шляпка Робин Гуда с одиноким крапчатым перышком на тулье и длинные, наподобие бальных, перчатки до локтя.

В любом случае сама Светлана в модных реалиях и комбинациях одежды не разбиралась, поэтому пришлось положиться на вкус дамской четверки.

— Гораздо лучше, — кивнула Кельда, увидев Свету. — Вполне солидная покупательница теперь.

— Нормально. — Резвен прищурилась. — Если что, там в кончики перчаток встроены артефакты когтей. Резко растопыриваешь пальцы, и когти появятся сами, потом бей.

— Я не собираюсь! У вас что там, неспокойно в городе? — опешила Светлана Львовна от такого совета и, стараясь сильно не разводить пальцы, сжала их в кулаки.

— Да спокойно, — Летси проказливо улыбнулась, — но вдруг какой ненужный ухажер привяжется и намеков, что следует отстать, не поймет?

Олиско же только по-доброму улыбнулась и поторопила дам на выход.

— Там Гринстен уже все списки истрепал, наверное. Говорит, полночи что-то считал и переписывал, — пояснила она. — Да и домик хочется скорее подновить. Интересно ведь, как он сам сможет все. Магистр вчера столько рассказывал, пока вы с Мельзитунейном в кухне были.

Судя по тому, как заблестел глаз секретарши, скоро по академии пойдет сплетня про Свету и ее поклонника с ушами.

Светлана Львовна знала таких людей: если она сейчас начнет оправдываться и рассказывать, как все было в действительности, это только подогреет уверенность мисс Пиктосви, что дело тут нечисто.

Гринстен со списками и правда ждал их в холле и громко потребовал надолго не задерживаться. При этом он во все глаза смотрел на Тионелию, только что слюни не пускал на роскошные формы секретарши.

Мисс Пиктосви сладко улыбалась и восхищалась его деловой хваткой. Спустившегося Мельзитунейна она одарила комплиментом про стильный шейный платок, вызвав бурю негодования во взгляде гнома, а появившегося на лестнице Сапролейна назвала очень загадочной личностью.

Зато Свету не интересовали мужчины и комплименты, ее желудок дал знать, что она собралась по магазинам без завтрака.

Чем она немедленно возмутилась.

— Я же не позавтракала! Дайте мне хоть чаю выпить с какой-нибудь булкой!

— Нет булок, иди уже, — замахал на нее руками Гринстен. — Все равно ведь в кафе какое зайдете, знаю я дам. В магазине потратятся, а потом в кафе еще пойдут, и так несколько раз!

— А сам-то! — Кельда насупила брови. — Ты вспомни, как на первую выручку купил себе пояс с пряжкой! Неделю из кабаков не вылезал! Взрослую жизнь обмывал!

— Цыц, баба! Пояс с пряжкой — это статус и один раз в жизни, а не каждый день монетами сорить, таская домой яркие тряпки!

— Знаете, мистер Фрок, — Тионелия наклонилась к гному, и он, выпучив глаза, шумно сглотнул, — роскошным женщинам нужна такая же роскошная упаковка!

— Пойдемте, Светлана, в городе недалеко от академии есть чудесная кофейня «Капли росы». Там роскошные десерты и кофе с корицей и карамелью.

На Свету тут же уставились самые жалобные в мире глаза эльфа, и она, улыбнувшись, кивнула ему, обещая сама себе не забыть и купить кофе для Эрионаля.

А мисс Пиктосви окончательно добила бедного Гринстена, выдав на прощание:

— В конце концов, ни один из наших спутников не гном, вряд ли они столь прижимисты, чтобы отказаться угостить дам чашечкой кофе.

Высказавшись и оставив позади красного как рак гнома, Тионелия двинулась на выход. Светлана Львовна, пообещав подопечным не задерживаться в городе, поторопилась вслед за ней.

Глава 14. «Капли росы»

Ворота с территории академии выглядели потрясающе: гигантская арка с вкрапленными то тут, то там в сложном резном узоре артефактами, белоснежная и воздушная, казалось, была сделана из айсинга кондитером экстра-класса.

В арке мерцала и радужно переливалась, словно пленка мыльного пузыря, неизвестная магия, а в самом низу этого великолепия, в правом уголке, примостилась обычная дверка.

Нет, на самом деле она была тоже не лишена красоты и изящества, но на фоне грандиозного сооружения просто терялась.

Рядом с ней, о чем-то переговариваясь, действительно мялись где-то отловленные мисс Пиктосви первокурсники-неудачники, знакомство с которыми у Светланы Львовны произошло при не очень приятных обстоятельствах. А еще парней, по-видимому, напрягало, что неподалеку от их парочки неторопливо прогуливался мэтр Пшечек.

— Вот как мы будем ходить по магазинам? — склонившись к Светлане, многозначительно зашептала Тионелия, завидев эту картину. — Если эти выглядят вполне прилично и подойдут как крепкие руки для транспортировки наших покупок, то Август, несмотря на его моложавую артефактную маскировку, ползает как подстреленная в ж... э-э-э… улитка, короче.

Что-то ответить ей Светлана Львовна не успела. Август Пшечек, завидя дам, расцвел как майская роза и, к их общему удивлению, буквально кинулся к ним навстречу на всех парах. Причем ноги мэтра в этом совершенно не участвовали. Казалось, преподаватель ЧС парит над парковой дорожкой.

— Прелестные дамы, целую ваши ручки, — галантно склонился он в поклоне, не преминув по очереди сграбастать и облобызать дамские пальчики. Светлана только и смогла порадоваться, что ей нашлись перчатки, пусть и с неведомыми когтями где-то внутри.

Мисс Пиктосви щурилась, как большая и очень довольная кошка.

— Ох, Август, к чему эти церемонии? Я, откровенно говоря, не предполагала, что вам будет интересен поход по магазинам, и пригласила пару крепких пареньков, чтобы носили наши покупки. А у вас, вижу, какие-то новшества? Двигаетесь вы потрясающе быстро и плавно, — польстила она мужчине.

— Вы очень внимательны, Тионелия. Это пока секретная разработка, могу лишь сказать, что управляется она артефактом, встроенным в большой палец правой перчатки. — Довольный ЧСовец продемонстрировал глянцевую выпуклость небольшого диаметра, почти незаметную на ткани.

— Если бы я только знала, то, учитывая ваши выдающиеся способности и изобретения, не стала бы так торопиться с выбором компании, — тут же сориентировалась мисс Пиктосви. Она пристальным взглядом окинула застывших сусликами первокурсников и поманила их рукой в лайковой перчатке густо-черничного цвета.

Рузарио Липски и Рукт Силтоун, переглянувшись, направились к ним, негромко переговариваясь между собой.

— Не помню я этих молодых джентльменов, — прищурился на них Пшечек, поглаживая короткую кучерявую каштановую бородку. — С какого они факультета?

— Добрый день, — поздоровались подошедшие парни и, видимо расслышав на подходе вопрос мэтра, представились еще раз: — Рукт Силтоун, первокурсник, факультет Нападения и Защиты. Рузарио Липски, первокурсник, факультет Нападения и Защиты.

— А-а-а, НЗшники… — Август Пшечек сразу потерял к ним интерес, зато тут же переключил внимание на бумаги в руках Светланы Львовны.— А это, как я понимаю, мадам Райская, списки необходимого от вашего крайне скрупулезного Гринстена Фрока? Надеюсь, он учел все мои пояснения и ничего не забыл включить для детальной проверки и полной активации всех функций артефакта! Что же вы такие важные бумаги в руках носите?

Собираясь впопыхах и частично одетая в чужие вещи, Света совсем забыла о том, что неплохо было бы взять с собой сумку, благо она у нее имелась, и очень вместительная. Поэтому только сейчас, когда преподаватель ЧС поинтересовался бумагами, свернутыми в трубочку, которые она сжимала в руке, Райская поняла, что их совершенно некуда положить.

Тионелия возвращаться в жилище «изгоев» отказалась и ждать тоже не хотела. Густо подведенный лиловыми тенями единственный глаз циклопихи просто горел огнем предвкушающего покупки шопоголика.

— Светлана, какая сумка? Сумки надо подбирать к имеющемуся наряду. К своему! — Мисс Пиктосви выделила голосом последнее слово, явно показывая Свете, что к ее нынешнему наряду и вовсе ничего не стоит покупать. — А та твоя… м-м-м... сумочка сейчас, боюсь, совсем не соответствует осенним трендам. Слишком большая, простоватая и ни с чем не будет сочетаться.

Светлана Львовна не сильно поняла, почему мягкая сумка-шоппер из плотной вельветовой ткани вполне нейтрального молочно-бежевого оттенка ни с чем не сочетается. Однако, глядя на элегантную секретаршу, Света вынуждена была признать, что в одежде циклопиха разбирается лучше. Сегодня Тионелия щеголяла в ярко-фиолетовом приталенном полупальто с воротником-стоечкой, который, как и манжеты, был отделан дымчато-серебристым мехом неизвестного зверька. Аккуратная шляпка-таблетка с сетчатой вуалькой была изящно закреплена на тщательно уложенных локонах, а пышная юбка с парой пикантных разрезов позволяла увидеть стройные ноги в сапожках на небольшом каблучке. Сумочка у мисс Пиктосви была крошечная, из гладких жемчужно-сиреневых пластин, напоминающих перламутр, прямоугольная и с небольшим ремешком, чтобы носить в руках.

Света так засмотрелась, что просто сунула бумаги ЧСнику-артефактору, чтобы он сам с ними разобрался, но свиток из свернутых листов перехватила Тионелия.

— Потом посмотрим все списки в кафе! Вы ведь не откажетесь угостить дам чашечкой кофе перед волнительным выходом в столь представительной компании джентльменов? — многозначительно произнесла секретарша, положив бумаги в сумочку и вопросительно изогнув бровь. — Мы с мадам Райской так волновались, что даже не позавтракали, как бы голова не закружилась в суете у прилавков.

Если учесть, что циклопиха была выше всех как минимум на голову, а возможно, и больше, то мужчины, представив эпический обморок секретарши, послушно закивали, выражая полное согласие и с кафе, и с кофе, и «со всем, что пожелают прекрасные дамы».

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍

Правда, мэтр Пшечек при этом пристально смотрел на Силтоуна и Липски, так что было понятно, кому за все придется расплачиваться.

А сама мисс Пиктосви, склонившись к уху Светы, еле слышно прошипела:

— Там же два листа, которые мы составляли с девочками, и половина на одном — дамское белье! Не думаю, что Августу стоит его изучать, выискивая свои детальки для какого-то там артефакта!

Подхватив заалевшую Светлану Львовну под локоток, Тионелия направилась к двери в арке. Мужчины двинулись за дамами, обсуждая кафе и блюда, которые следовало там заказать к завтраку.

Рузарио Липски — Света совершенно не представляла, какой расы этот студент, — настаивал на пирожных шу, поскольку только такие нежные десерты подходят дамам.

Остальные его не поддерживали, и Светлана Львовна их понимала: если размеры шу были такие же, как на Земле, то для мисс Пиктосви пришлось бы заказывать их в трехлитровой супнице, чтобы эта немаленькая красотка смогла заморить червячка. А Тионелия лишь загадочно улыбалась, точно зная, что закажет все сама и не будет экономить, пусть платят эти проштрафившиеся олухи.

Кафе «Капли росы» оказалось поистине волшебным местом, совершенно непохожим на те, что знала Светлана в земных реалиях.

Академия находилась на холме, под которым виднелся город. К городу от академии, огибая холм по спирали, вела дорога, по которой то и дело пробегали серебристо-зеленые вспышки. От нее почти у самых ворот отходила дорожка. Неширокая, покрытая неизвестным плотным материалом, она немного сворачивала в сторону вдоль стены академии и выводила на что-то вроде искусственной насыпной террасы, полностью залитой водой. В прозрачной воде было видно песчаное светлое дно, ярких рыбок, подводные растения и еще какую-то занимающуюся своими делами живность. Светлана Львовна помнила, что такая водичка очень обманчива и до дна может быть несколько метров, хотя видно было каждую песчинку.

На воде, как плоты, плавали огромные, диаметром метров шесть или семь, листья водяного растения, на которых располагались прозрачные пузыри чуть меньшего размера. Это действительно напоминало огромные капли росы.

Один такой незанятый, как пояснила Тионелия, лист стоял вплотную к берегу у маленького причала и пузыря не имел. Зато на нем было прекрасно видно зеленый столик, но почему-то без стульев. Мужчины галантно помогли дамам подняться на борт, и вот тут для Светы началось настоящее волшебство.

Конечно, это была не первая магия, которую она видела в новом для себя мире, но именно здесь это все виделось потрясающе красивым и поэтому поистине волшебным.

Зеленый лист под ногами даже не колыхнулся, а столик рос из самого его центра и составлял с ним единый организм. Словно из площадки вырастала тычинка на ножке с плоской шляпкой полутораметрового диаметра.

После того как все взошли на борт этого плавучего плотика, циклопиха положила на столешницу ладонь. Тут же над головами замерцал сферический купол, а рядом с мисс Пиктосви выросло, как живое, зелененькое кресло нужного размера. Все, включая Светлану Львовну, в душе замирающую от волнения — вдруг ее стул не появится, — положили ладони на стол.

Конечно, кресла появились, и Светино не стало исключением. Она садилась в него с легкой опаской, но мебель оказалась удобной и слегка пружинила на единственной ножке.

— Сейчас поплывем, — предупредил приглядывающий за Светланой мэтр, и кресло плотненько обхватило ее подлокотниками.

Плыли они, как сказал оказавшийся по соседству Рузарио Липски, на свободное место, и оно, к восторгу и ужасу Светланы Львовны, оказалось на самом краю террасы, резко обрывающейся вниз.

Вид там, конечно, был потрясающий. Город с цветными домиками и башенками в паре мест, поля, лес где-то за городом, а на горизонте величественно вздымался небольшой горный массив. Однако от близости пропасти сердце замирало.

— Это не самое популярное место с утра, — опять прокомментировал происходящее Рузарио, видимо заметив, что Света побаивается, и решив отвлечь ее разговором. — Вот вечером этого столика не дождаться. Город сияет огнями, а закат над горами выглядит необыкновенно красочно. Девушкам нравится. — Парень смутился, поняв, кому ляпнул последнюю фразу, и заторопился исправить оплошность, предложив что-нибудь заказать.

Столик как раз пошел трещиной, и из нее, как из тостера, вылетели плотные тонкие книжечки, конечно же, в зеленом переплете.

Тионелия уже забыла про всю компанию и про сидящую рядом Светлану, она самозабвенно изучала меню и подчеркивала какие-то пункты привязанной к нему палочкой. Перчаток на секретарше не было. Когда она успела их снять, Света не заметила, но зато в глаза бросились аккуратно обработанные, но совершенно не знавшие хорошего маникюра чуть заостренные ноготки. На фоне изысканно элегантного образа мисс Пиктосви выглядело это для мастера маникюра как некий вызов. Света уже и бояться перестала, изучая ноготки.

Отмерла только тогда, когда через открывшийся наверху небольшой круглый проем на стол приземлились тарелочки и чашки. Ведь все, кроме ошарашенной происходящим и постоянно отвлекающейся Светланы Львовны, уже сделали заказ. А мэтр Пшечек даже успел добраться до интересующей его части списков.

Света сунула нос в меню и поморщилась: названия ей ничего не говорили. Все они были какими-то вычурными и ничего не объясняли, даже пирожного шу, про которое она слышала, не нашла.

На ее вопрос ответил мэтр, на минутку оторвавшись от бумаг. Тионелия была слишком занята поглощением чего-то лавандового, взбитого, с бледно-розовой крошкой и ягодками, похожими на чернику.

— Названия того, что мы произносим, подстраиваются под ваше аналоговое восприятие, это особенность межмирового перехода. Скажите, что вы хотели, и я вам все закажу.

Недолго думая, Светлана Львовна попросила пару булочек-синнабон в надежде, что здесь есть что-то похожее, и, конечно, чашку капучино, вспомнив утренние слова Тионелии о кофе. Корицы ей должно было хватить, если что, и в булочках.

Заказ прилетел буквально через минуту. Капучино был божественным, а булочки — мягчайшими, теплыми, с корицей и с тем самым сливочно-сырным кремом, какой она любила.

Несмотря на то что за столиком их сидело пятеро, стояла относительная тишина. Света умиротворенно вглядывалась в далекие горы, раздумывая, что может быть там, за ними.

— Ну вот! — раздался над ухом голос энергичной секретарши. — Теперь пробежимся по магазинам! Думаю, Август пойдет в одно конкретное место, где все их детальки продаются, и вряд ли быстро там управится, а значит, предлагаю разделиться.

— Но краска, обои, образцы штор... — Мэтр Пшечек не горел желанием остаться в одиночестве.

— Вот сначала вы пойдете за своими детальками и прочими штучками, а мы — по отделам дамского платья, — настаивала Тионелия. — А потом мы зайдем за вами в ваш рай для ЧСовцев и заглянем напоследок в отделочный.

— А продукты? — забеспокоилась Светлана.

— А за продуктами мы зайдем прямо сейчас. Отдадим продавцу список, оплатим доставку и оставим милых юношей внимательно проследить, чтобы нам запаковали все по высшему разряду и отправили без задержек. Потом встретимся с ними в салоне Цирансачче, а до этого нам следует зайти в одно особое место... — многозначительно намекнула Тионелия.

Мэтр Пшечек был почему-то не особо доволен, но согласился. Парни же просто не рискнули спорить с шикарной мисс Пиктосви.

Свете было, в общем-то, все равно, с чего начинать и как, главное — купить все. Поэтому она кивнула, соглашаясь, сейчас ей любой план показался бы просто отличным.

Хоть утро началось странно и взбалмошно, но сейчас оно пахло кофе и корицей, оставляло на языке послевкусие ванильной сдобы и сливочного крема, а день обещал быть интересным и насыщенным новыми впечатлениями. Расслабившись в неплохой компании, Светлана Львовна даже не предполагала, что ее уже ждут большие неприятности.

А неприятности ждали и готовились!