Текст книги "Развод, дракон и сковородка 80 уровня (СИ)"

Автор книги: Алиса Миро

сообщить о нарушении

Текущая страница: 14 (всего у книги 15 страниц)

31. Падаем

Ветер ударил в лицо, выбивая воздух из лёгких. Мир превратился в смазанное пятно из чёрного неба и далёких огней нижнего города, которые стремительно неслись нам навстречу.

Мы падали.

Я вцепилась в плечи Рэя так сильно, что ногти впились в ткань камзола. Пыталась закричать, но из горла вырывался только сиплый хрип, который тут же уносил ветер.

«Это конец. Мы разобьёмся. Глупая смерть». Воздух ревел в ушах. Земля приближалась – быстро, слишком быстро. И вдруг Рэй разжал руки.

– Рэй⁈ – мой крик ужаса захлебнулся в потоке воздуха.

Он оттолкнул меня. Не сильно – просто чтобы создать дистанцию между нами. Я увидела его лицо – спокойное, сосредоточенное. Золотые глаза горели в темноте, как два маяка.

– Не бойся, – прошептал он.

И я услышала это – даже сквозь рёв ветра, даже сквозь свой собственный крик. Его голос звучал прямо в голове, тёплый и уверенный.

– Смотри.

Его тело начало меняться. Это не было похоже на спецэффекты в кино – красивые, плавные, безопасные. Это было страшно и величественно. Тьма вокруг него сгустилась, стала плотной, почти осязаемой – как чёрный туман, окутывающий его фигуру. Силуэт начал расти, раздуваться, ломая человеческие пропорции. Раздался звук – похожий на треск ломающихся вековых деревьев. Это менялись его кости. Я слышала это. Чувствовала вибрацию в воздухе. Из его спины вырвалось что-то огромное, чёрное, закрывающее звёзды. Крылья. Гигантские перепончатые крылья, каждое размером с теннисный корт. Они развернулись с хлопком, натянувшись, как паруса.

Один взмах – и падение превратилось в полёт. Воздух под крыльями спрессовался, загудел. Я почувствовала, как меня подбросило вверх от потока. Существо, бывшее секунду назад мужчиной в камзоле, рванулось вверх, обгоняя меня. Я продолжала падать, глядя на это снизу вверх, не в силах осознать происходящее. Мой мозг отказывался верить. Это был Дракон. Тот самый. Из пещеры. Чёрная, матовая чешуя, поглощающая лунный свет. Мощное тело, перевитое канатами мышц. Длинный хвост с шипом на конце, рассекающий воздух. И голова – увенчанная короной изогнутых рогов, с глазами из расплавленного золота.

Только теперь он не умирал в пещере, раненый и слабый. Он был полон первобытной, сокрушительной мощи. Он сделал вираж, ныряя под меня и я зажмурилась, ожидая удара.

Но меня поймали. Мягко. Нежно. Огромная когтистая лапа – способная разорвать танк, раздавить камень – обхватила меня поперёк туловища. Я почувствовала жар его чешуи сквозь одежду. Дракон поднёс меня к своей голове. Я оказалась лицом к лицу с гигантским глазом – золотым, с вертикальным зрачком, в котором отражалась маленькая, испуганная фигурка в переднике уборщицы.

Он моргнул и издал звук – низкое, вибрирующее урчание, от которого завибрировали все мои внутренности. Это был драконий смех? Или приветствие? Я растерялась.

«Ну здравствуй, моя Хранительница с бинтиком», – прозвучал голос у меня в голове.

Это был голос Рэя, но глубже, древнее – словно говорящий из глубины горы, из самого сердца земли.

«Прости за маскарад. Я не хотел тебя пугать».

Я висела в его лапе, открывая и закрывая рот, как рыба, выброшенная на берег.

Рэй.

Дракон.

Дракон – это Рэй.

Бинтик. Малина. «Большой мальчик». «Скучающий граф».

Всё это время.

– Ты… – выдавила я наконец. – Ты… всё это время…

Он аккуратно пересадил меня себе на спину – в ложбинку между крыльями, где было удивительно тепло и почти не чувствовался ветер.

«Держись крепче за шипы. Они для этого и созданы», – пророкотал он в моей голове.

Я вцепилась в огромный чёрный шип, торчащий из его хребта. Чешуя под моими руками была гладкой и горячей. Живой. Я чувствовала, как под ней движутся мышцы, как бьётся сердце – мощное, ритмичное. Он взмахнул крыльями. Мощный толчок – и мы понеслись прочь от замка, который теперь казался маленькой игрушкой внизу. Мы летели над ночным Арканумом. Город сиял под нами тысячами огней – как россыпь драгоценных камней на чёрном бархате. Улицы расходились лучами от центральной площади. Факелы мерцали. Где-то внизу играла музыка, доносились смех и крики. Но мне было не до красот. Я сидела на спине Древнего Ужаса, Пожирателя Миров. Существа S-класса.

И я кормила его малиной. И жалела его. И называла его Рэем. Меня накрыло. Это был не страх. Это была смесь истерического смеха, стыда и… невероятного, пьянящего восторга.

Я лечу на драконе! Моём драконе! Которого я спасла. Я прижалась щекой к его тёплой шее, вдыхая запах. Пахло озоном, кожей и грозой. Его запах.

– Ты врун, – прошептала я в жёсткие чешуйки. – Какой же ты наглый, самоуверенный врун, Рэй.

Дракон дёрнул ухом-локатором, уловив мой шёпот.

«Я не врал»,– отозвался он, закладывая плавный вираж в сторону далёких гор. – «Я сказал, что дракон в безопасном месте и думает о тебе. Так и было. Я стоял рядом с тобой и думал, какая ты… удивительная».

Мы приземлились на вершине высокой скалы, пронзающей облака. Здесь было тихо. Только ветер свистел в камнях. Луна освещала заснеженный пик, превращая снег в серебро. Дракон мягко опустился на каменную площадку, сложив крылья. Я скатилась с его спины. Ноги дрожали так сильно, что я тут же села на снег, не в силах стоять. Тьма вокруг него снова сгустилась, втягиваясь внутрь. Сквозь чёрный туман проступили очертания человеческой фигуры. Через секунду передо мной снова стоял Рэй, в том же синем камзоле (магия, чтоб её!), только волосы были растрёпаны ветром, а в глазах всё ещё тлел вертикальный зрачок. Он протянул мне руку, чтобы помочь встать. На лице играла виноватая, но довольная полуулыбка.

– Ну как полёт? – спросил он. – Сервис «Дракон-Эйр» надеется, что вам понрав…

ДЗЫНЬ!

Я не взяла его руку. Я выхватила сковороду. Удар пришёлся ему точно в плечо. Конечно, для него это было как комариный укус, но звук получился знатный.

– Ау! – Рэй картинно потёр плечо, хотя в его глазах плясали смешинки. – За что? За спасение?

– За вранье! – я вскочила на ноги, размахивая сковородой. – Ты! Ты сидел там, в пещере! Смотрел, как я плачу! Как я делюсь с тобой последней водой!

ДЗЫНЬ!

– Я тебя малиной кормила! – я наступала на него, и он отступал, поднимая руки в защитном жесте. – Я бинтик на тебя мотала! Я думала, ты бедная, несчастная зверушка, которую обидели злые геймеры!

– Лена, успокойся…

– А ты⁈ – я тыкала ручкой сковородки ему в грудь. – Ты – «Граф де Валь»! Ты – «Инспектор»! Ты – Дракон! Ты всё это время ржал надо мной? «Ой, Лена, пойдём проверим дракона, вдруг он малину любит»⁈ Да⁈

Рэй перестал отступать. Он вдруг сделал шаг вперёд, перехватил мою руку со сковородкой – мягко, но непреклонно – и притянул меня к себе. Я уперлась ладонями в его грудь. Сердце колотилось как бешеное – от злости, от полёта, от его близости.

– Я не ржал, – тихо сказал он, глядя мне прямо в глаза. – Никогда. Сначала мне было просто любопытно. Ты первая за сотни лет, кто не попытался меня убить ради лута. Первая, кто увидел во мне живое существо, а не мешок с опытом.

Он провёл свободной рукой по моей щеке, убирая выбившуюся прядь.

– А потом… потом я понял, что мне нравится быть твоим «спонсором». Мне нравится смотреть, как ты сражаешься. Как ты превращаешь хаос в уют. Лена, ты спасла меня не бинтом. Ты спасла меня тем, что тебе было не всё равно.

Моя злость сдулась, как проколотый шарик. Я шмыгнула носом и опустила сковородку.

– Но ты всё равно гад, – буркнула я, утыкаясь лбом ему в плечо. – Я же переживала.

– Знаю, – он обнял меня, прижимая к себе. – Прости. Больше никаких тайн. Я твой Дракон.

Мы стояли так минуту, слушая ветер. Было тепло и спокойно, но тут Рэй отстранился. Лицо его стало серьёзным. Я посмотрела на него и почувствовала, как внутри всё сжимается от страха. Он застыл, глядя в пустоту перед собой. Но это был не интерфейс игры. Вокруг его головы пульсировал тревожный красный контур – знак внешнего, приоритетного вызова. Из реального мира. Лицо, только что сиявшее азартом и весельем, окаменело. Губы сжались в тонкую линию.

– Рэй? – позвала я, чувствуя, как ледяная игла страха снова колет сердце. – Что случилось? ГМ-ы? Нас забанят?

Он медленно моргнул, возвращаясь в реальность. Красный контур исчез. Он посмотрел на меня, и в его глазах я увидела то, чего не видела никогда. Бессилие.

– Не ГМ-ы, – глухо сказал он. – Хуже.

– Что? – я шагнула к нему.

– Пришёл доклад от охраны. От людей, которые дежурят у твоего дома.

Я подалась вперёд, хватая его за руку.

– Они остановили его? Они прогнали Олега?

Рэй покачал головой.

Он сжал рукоять меча так, что кожа перчатки заскрипела.

– Он пришёл не один, Лена. Он привёл не братков, которых можно раскидать. Он привёл юристов. И полицию.

– Полицию? – я похолодела.

– Да. И МЧС. Он заявил, что его жена – то есть ты – пропала, не выходит на связь и, возможно, находится в беспомощном состоянии внутри квартиры. А так как квартира в совместной собственности и штамп в паспорте стоит…

Рэй выругался – грязно, коротко.

– Мои люди не могут их остановить. У Олега ордер на вскрытие двери. Полиция уже там. Они требуют пропустить собственника и спасателей. Если моя охрана окажет сопротивление – их повяжут, а Олега всё равно пустят. Это закон, Лена. Мы не можем стрелять в копов.

Меня словно ударили под дых. Картинка перед глазами поплыла. Замок, виверны, магия – всё это вдруг стало неважным. Там, в Москве, в моей прихожей, сейчас визжит болгарка, срезая замки. Через пять минут Олег войдёт внутрь. Он увидит капсулу. Он увидит меня.

– Он выдернет шнур, – прошептала я побелевшими губами. – Он просто выдернет меня из розетки. Рэй, «ошибка 418»… Если он обесточит капсулу принудительно, пока мой мозг здесь…

– … произойдёт нейрошок, – закончил Рэй жёстко. – В лучшем случае – кома. В худшем – выгорание синапсов. Смерть мозга.

Я попыталась встать, но ноги не держали.

– Мне надо выйти! – закричала я, царапая воздух. – Срочно! Вытащи меня! Я должна проснуться и послать их к чёрту!

– Ты не можешь выйти! – Рэй схватил меня за плечи, удерживая на месте. – Система не пускает! Если ты попытаешься рвать соединение сейчас, ты убьёшь себя быстрее, чем Олег!

– Тогда сделай что-нибудь! – я сорвалась на истерику. Слёзы текли по щекам. – Ты же обещал! Ты клялся! «Никто не тронет»! А он уже там! Он сейчас войдёт в спальню!

Рэй смотрел мне в глаза. В его зрачках отражался ужас – мой ужас. Он был могущественным игроком. Он был богат в реале. Но против семейного кодекса и наряда полиции с болгаркой он был бессилен.

– Лена, – тихо сказал он. – Сядь. Дыши. Мы решим это.

– Сядь⁈ – взвизгнула я. – Меня сейчас убьют!

– Сядь. И успокойся. Мы не будем бегать. Мы будем решать вопросы как взрослые люди.

Он открыл интерфейс и нажал кнопку. Заговорил в пустоту – чётко, властно.

– Соедини меня с ним. Да, на его мобильный. Приоритет «Ноль». Перехвати звонок, даже если он разговаривает с президентом.

Москва. Лестничная площадка. Грязь. Шум. Люди в форме. Олег стоял перед дверью собственной квартиры, нервно теребя галстук. Рядом работал сотрудник МЧС. Визжала болгарка, вгрызаясь в бронированную сталь. Искры летели во все стороны, оседая на пол.

– Быстрее можно⁈ – орал Олег. – Там жена! Может, у неё инсульт!

– Работаем, гражданин, не мешайте! – буркнул мастер, не отрываясь от работы.

Полицейский скучающе заполнял протокол. Олег потирал потные ладони. «Сейчас. Сейчас я войду. Найду эту дуру. Заставлю подписать отказ. И продам эту халупу. Деньги… мне нужны деньги…»

Внезапно его телефон в кармане завибрировал так сильно, что Олег вздрогнул.

Звонок. Номер не определялся. На экране просто горела чёрная метка и надпись: «ВХОДЯЩИЙ ВЫЗОВ: ВЛАДЕЛЕЦ ДОЛГА».

Олег нахмурился. Какой владелец? Он хотел сбросить, но палец сам нажал «Принять».

Болгарка вдруг затихла имастер начал менять диск, а в наступившей тишине голос в трубке прозвучал оглушительно чётко. Спокойный. Властный. Чуть насмешливый.

– Добрый вечер, Олег Викторович. Или мне называть вас Лорд Ол?

Олег вздрогнул.

– Кто это? – рявкнул он. – Я занят! У меня ЧП!

– У вас действительно ЧП, – согласился голос. – Но не с дверью. А с вашим будущим. Прямо сейчас, две минуты назад, ваш ипотечный кредит в банке «Авангард» был выкуплен. Вместе со всеми просрочками по кредитным картам и долгами вашей фирмы.

Олег похолодел.

– Что?.. Кем выкуплен?

– Мной. Моей холдинговой компанией. Теперь я – ваш единственный кредитор, Олег. И я вижу, что вы нарушили условия договора страхования недвижимости.

– Какого договора⁈ – Олег начал потеть. Полицейский косился на него.

– Пункт 4.12. «Умышленное повреждение залогового имущества». Вы сейчас ломаете дверь в мою квартиру, Олег.

В трубке повисла тишина.

– Если вы сделаете ещё хоть шаг внутрь, – голос стал жёстким, как удар хлыста, – я потребую полного погашения долга. Сегодня. Прямо сейчас. Вся сумма. Двадцать миллионов рублей. У вас есть двадцать миллионов, Лорд Ол?

– Н-нет… – просипел Олег. – Но там жена…

– Ваша жена находится под защитой моей службы безопасности. С ней всё в порядке. А вот с вами…

Голос в трубке стал вкрадчивым.

– Если вы сейчас же не развернётесь и не уйдёте, я запущу процедуру банкротства. Ваши счета будут арестованы через пять минут. Ваша машина будет объявлена в розыск. Ваш замок в игре… о, я знаю, сколько вы в него вложили. Он тоже пойдёт с молотка. Вы станете нищим, Олег. Бомжом. И в реале, и в Аркануме.

Олег посмотрел на дверь. Осталось перепилить один ригель.

– Кто вы? – прошептал он. – Откуда вы…

– Я тот, кто не любит, когда трогают его друзей. У вас десять секунд. Разверните полицию. Скажите, что ошиблись дверью. Или ваша жизнь закончится.

– Десять…

– Девять…

Олег затрясся. Двадцать миллионов. Банкротство. Нищета. Он посмотрел на МЧС-ника, который снова включил пилу.

– СТОЙ! – заорал Олег, хватая мастера за руку. – СТОЙТЕ! Отбой!

– Чего? – удивился спасатель. – Почти открыли же.

– Я сказал отбой! – визжал Олег. – Ошибка! Я… я вспомнил! Она на даче! Нет там никого! Уходим!

Он сунул полицейскому тысячу рублей мятой бумажкой.

– Извините! Ложный вызов! Нервы! Жена нашлась!

Он схватил портфель и, спотыкаясь, побежал вниз по лестнице – подальше от этой проклятой двери, подальше от голоса в трубке.

Рэй опустил руку. Красный контур погас. Он сидел неподвижно, глядя на город. Я боялась дышать.

– Рэй? – тихо позвала я.

Он повернулся ко мне и улыбнулся.

– Он ушёл, – просто сказал он.

– Ушёл? – не поверила я. – Сам?

– Убежал. Сверкая пятками.

Я смотрела на него, и меня начинало трясти – уже не от страха, а от осознания.

– Что ты ему сказал?

– Я сказал ему правду. Что теперь он принадлежит мне.

Рэй встал и подошёл ко мне. Он снял перчатку и коснулся моей щеки тёплой ладонью.

– Я выкупил его долги, Лена. В реале. Это стоило мне одного звонка юристу. Теперь он и шагу не ступит без моего разрешения. Твоя квартира в безопасности. Твоё тело в безопасности.

Я смотрела на него снизу вверх. Передо мной стоял воин в чёрной коже, с мечом за спиной. Но сейчас я видела за этим аватаром кого-то другого. Кого-то очень сильного. Очень богатого. И очень опасного.

И этот «кто-то» использовал всю свою власть, чтобы защитить… меня?

– Ты купил его долги? – прошептала я. – Двадцать миллионов?

– Мелочи, – отмахнулся он. – Считай это инвестицией в наш будущий бизнес. Мы же собирались купить замок? Ну вот. Теперь у нас есть рычаг.

Я сползла по камню, закрыв лицо руками. Слёзы брызнули из глаз. Не от горя. От невероятного, оглушительного облегчения. Дверь цела. Меня не выдернут. Я в безопасности. Рэй сел рядом и просто обнял меня за плечи, давая выплакаться.

– Всё, – тихо говорил он, гладя меня по волосам. – Всё закончилось. В реале война окончена. Он проиграл.

– Спасибо… – всхлипывала я. – Спасибо…

– Не за что, Хранительница. Ты кормила меня малиной. Я плачу по счетам.

Он подождал, пока я успокоюсь.

– А теперь, – сказал он, протягивая мне платок, – вытирай нос. У нас осталось одно незаконченное дело.

Я подняла голову.

– Какое?

Рэй кивнул в сторону тёмного силуэта замка, над которым больше не было купола.

– В реале он мой должник. Но здесь, в игре, он всё ещё Лорд. И он всё ещё думает, что замок его.

Глаза Рэя сверкнули золотом.

– Пора объяснить ему, что его кредитный лимит исчерпан. Окончательно.

32. Я больше не чайник

Я хотела рассмеяться, обнять Рэя, закричать от восторга. Но внезапно мир вокруг моргнул.

Краски поблекли, словно кто-то убавил яркость. Звук ветра стал глухим, как через вату. Изображение задрожало по краям, как старая видеозапись.

Перед глазами всплыла не золотая награда за квест, а тревожная табличка, пульсирующая серым маревом:

[ВНИМАНИЕ! КРИТИЧЕСКОЕ СОСТОЯНИЕ ПОЛЬЗОВАТЕЛЯ!]

[Уровень истощения организма: 15%]

[Уровень глюкозы: Критический]

[Обезвоживание: 2 стадия]

[Время непрерывного погружения: 47 часов 12 минут]

[РЕКОМЕНДУЕТСЯ НЕМЕДЛЕННЫЙ ВЫХОД ВО ИЗБЕЖАНИЕ НЕОБРАТИМЫХ ПОСЛЕДСТВИЙ]

Ноги подкосились. Сковородка выпала из ослабевших пальцев и со звоном ударилась о камень, откатившись в сторону.

– Лена? – Рэй подхватил меня, не давая упасть в снег.

Я попыталась посмотреть на него, но лицо его расплывалось, как будто я смотрела сквозь мутное стекло.

– Я… я не хочу, – пробормотала я, чувствуя, как язык заплетается, как будто я пьяная. – Там холодно. Там пустая квартира. А здесь ты…

Голос мой звучал странно – далёко, эхом.

– Если ты не выйдешь сейчас, начнётся интоксикация, – жёстко сказал Рэй.

Его голос вибрировал от тревоги – я слышала это даже сквозь туман в голове.

– Твой мозг работал на износ всё это время. Тебе нужно пить, есть и спать. В реале.

– Но я не могу выйти! – паника снова кольнула сердце. – Ошибка 418! Я чайник, помнишь? У меня капсула старая, там шлейф отходит! Если я попробую разорвать соединение сейчас, пока контакт нестабилен…

Рэй покачал головой. Он смотрел на меня с теплотой и лёгкой усталостью – как смотрят на человека, о котором заботились всю ночь.

– Шлейф больше не отходит, Лена.

– Что? – я опешила. – Откуда ты знаешь? Ты же здесь, в пикселях.

– Я здесь. А моя бригада техподдержки – у тебя дома.

Я замерла, пытаясь осознать его слова сквозь туман в голове.

– В смысле… у меня дома?

– Та охрана, что пыталась остановить Олега, – объяснил Рэй, поддерживая меня. – Там были не только они. С ними приехала бригада медиков и сертифицированный инженер нейросетей из «CyberLife».

Он улыбнулся.

– Пока мы летали на драконе, они вошли в квартиру. Врачи проверили твои показатели – пульс, давление, уровень гидратации. Ты в норме, только устала. А техник заменил сгоревший контроллер на твоей капсуле. Он подключил внешнюю диагностику и стабилизировал канал.

Я слушала его, открыв рот. Пока я тут кидалась помидорами и боялась, что стану овощем, он… Он прислал ко мне домой врачей? И мастера по ремонту?

– Они… они починили меня? В реале?

– Они устранили «Ошибку 418», – кивнул Рэй. – Система больше не считает тебя чайником. Канал чист. Ты можешь выйти безопасно. Тебя там ждут. Тебе помогут встать, дадут воды и не дадут упасть.

У меня перехватило дыхание. Вот это – забота. Не красивые слова про замки. Не полёты в небесах.

А то, что он подумал о том, что мне будет страшно просыпаться одной в сломанной железяке и прислал людей, чтобы подержать меня за руку.

– Ты… – у меня на глазах снова навернулись слёзы, но теперь счастливые. – Ты сумасшедший. Это же куча денег. Вызов спецбригады, ремонт…

– Ты кормила меня малиной, – просто повторил он свой любимый аргумент. – А я починил тебе розетку. По-моему, честный обмен.

Он шагнул ко мне и коснулся лба своим лбом – тепло, нежно.

– Иди, Хранительница. Возвращайся в реальный мир. Выспись. Поешь нормальной еды, а не пиксельного торта. А завтра…

Его глаза сверкнули золотом.

– Завтра мы встретимся на аукционе. И закончим начатое.

Я кивнула, не в силах говорить. Закрыла глаза и мысленно потянулась к кнопке «Выход». В этот раз она не была серой и заблокированной. Она горела зелёным.

[СИСТЕМА: Соединение стабильно. Внешний модуль исправен. Выход разрешён.]

– До завтра, Дракон, – прошептала я.

Мир Арканума растворился в белом свете. Темнота. Шипение пневматики. Крышка капсулы поехала вверх – плавно, без скрипа и заеданий. В лицо ударил прохладный, настоящий воздух квартиры.

Пахло лекарствами. Немного – чужим одеколоном. И ещё чем-то химическим, техническим.

– Просыпается, – услышала я незнакомый мужской голос. – Давление в норме. Зрачки реагируют.

Я с трудом разлепила глаза. Свет бил прямо в лицо. Я зажмурилась, поморщившись. Надо мной склонились двое. Мужчина в белом халате – врач, лет сорока, с усталым, но добрым лицом и парень в комбинезоне с логотипом техслужбы – молодой, в очках, с планшетом в руках. А чуть дальше, в дверях спальни, стоял огромный, похожий на шкаф охранник в чёрном костюме.

– Елена Викторовна? – мягко спросил врач, помогая мне приподняться. – Не делайте резких движений. Голова кружится?

– Немного… – прохрипела я пересохшим горлом.

Язык прилип к нёбу. Во рту был вкус металла.

– Вот, выпейте, – мне тут же поднесли стакан воды с трубочкой.

Я жадно пила, чувствуя, как реальность возвращается в тело. Вода была прохладной, чистой. Настоящей. Ноги затекли. Спина ныла. Руки дрожали.

Но я была жива. Я была в безопасности.

Техник в комбинезоне захлопнул панель моей старенькой капсулы.

– Ну и рухлядь у вас, мадам, извините за прямоту, – усмехнулся он, постукивая по крышке. – Шлейф питания на соплях держался. Я там всё перепаял, плату заменил. Контроллер поставил новый, с диагностикой. Теперь летать будет ещё лет пять. Счёт оплачен заказчиком.

Заказчиком. Я вспомнила золотые глаза.

– Где Олег? – спросила я, оглядываясь по сторонам.

Охранник в дверях шагнул вперёд.

– Гражданин бывший муж покинул помещение сорок минут назад, – отрапортовал он басом. – Пытался устроить скандал, но после звонка от руководства… э-э… самоустранился. Угрозы нет. Мы будем дежурить в подъезде и под окнами до особого распоряжения.

Я откинулась на подушку капсулы. Вокруг меня суетились люди. Врачи, охрана, техники. И всё это сделал он. Из игры.

Я улыбнулась.

– Спасибо, – сказала я им всем. – Спасибо вам.

Врач улыбнулся в ответ.

– Отдыхайте, Елена Викторовна. Завтра у вас будет насыщенный день.

Врачи и техники начали собирать оборудование – укладывать приборы в кейсы, сворачивать провода.

Охранник у двери кашлянул.

– Елена Викторовна, тут курьер… от заказчика. Просил передать лично в руки. Мы проверили – безопасно.

Он протянул мне небольшую плетёную корзинку, накрытую белоснежной салфеткой. Я удивлённо взяла её. Пахло… летом? Я откинула салфетку. Внутри, на подложке из свежих зелёных листьев, лежала малина. Крупная, спелая, идеальная. Ягоды сверкали, как рубины. В ноябре. В Москве. Среди слякоти и серости. Такую нельзя купить в супермаркете. Такую привозят спецрейсом из другой части света. Сверху лежала визитка. Плотная, чёрная бумага, золотое тиснение. На ней не было логотипа компании или должности. Только одно имя и написанная от руки фраза:

«Райан В. (Рэй)»

'Долги уплачены, Хранительница. Спи спокойно.

Завтра в 10:00 я заеду за тобой.

Нам предстоит купить один замок.'

p.s. Малина настоящая.

Я сжала карточку в руке, чувствуя, как внутри разливается тепло. Райан. Его зовут Райан. Я взяла одну ягоду и положила в рот. Она была сладкой, сочной, с кислинкой. Вкуснее, чем в игре. Потому что это было по-настоящему.