Текст книги "Развод, дракон и сковородка 80 уровня (СИ)"

Автор книги: Алиса Миро

сообщить о нарушении

Текущая страница: 10 (всего у книги 15 страниц)

22. Сладкое и горькое

Мы вывалились на балкон, как два школьника, сбежавших с урока химии. Ночной воздух ударил в лицо прохладой, резко контрастируя с духотой зала. Здесь пахло не духами и жареным мясом, а мокрым камнем и близкой грозой. Внизу, под ажурными перилами, расстилался сияющий огнями Арканум, похожий на рассыпанные драгоценности.

Я прижалась спиной к шершавой каменной стене и сползла бы вниз, если бы ноги держали. Но они дрожали.

Я выдохнула, пытаясь унять бешеный стук сердца.

– Ты видел? – мой голос сорвался на испуганный шепот. – Ты видел это⁈ Он… он ко мне клеился! Ко мне! К собственной бывшей жене!

​

Рэй опирался локтями на перила, глядя на город. Его широкие плечи подрагивали. Сначала я подумала, что он злится. Но когда он повернулся, я увидела, что он едва сдерживает хохот.

– Видел. Боги, это было… эпично. «Прелестное создание». «Коллекция оружия в спальне». Я думал, я его там же придушу его же собственным шарфом, но сдержался. Это стоило того, чтобы увидеть его лицо.

– Он не узнал меня! – я всплеснула руками, чувствуя смесь обиды и торжества. – Мы прожили пять лет! Я знаю, как он храпит, знаю, какую пасту он любит, знаю, где у него родинка на… кхм. А он посмотрел на меня как на очередной кусок текстуры, который можно… залутать! Как на новый квест!

​

– Лена, – Рэй шагнул ко мне. Теперь он уже не скрывал улыбки, и в его глазах плясали золотые искры. – Ты забываешь. Для него ты – «НПС в халате». Скучная функция. А сейчас перед ним стояла Хранительница Очага четвертого уровня, в коже виверны, с глазами, полными огня, и… – он красноречиво кинул взгляд на мой левый бок, – … с полным карманом ворованного торта.

Я фыркнула. Злость, кипевшая внутри, вдруг начала уступать место нервному, освобождающему смеху. Ситуация и правда была абсурдной до сюрреализма.

– Кстати, о торте, – я похлопала по оттопыренному карману. – Я же его не для себя брала. Ну, то есть, для себя тоже, но… Будешь?

Я сунула руку в «бездонный» карман жилета. Магическое свойство «Вакуумная упаковка» сработало идеально. Я извлекла огромный, украшенный кремовыми розами кусок верхнего яруса. Он лежал у меня на ладони, целый и невредимый, даже самая хрупкая сахарная розочка не помялась.

– Трофейный, – гордо пояснила я, протягивая ему добычу на ладони, как на тарелочке. – Сладкий вкус мести. И бисквита с пропиткой.

Рэй смотрел на торт. Потом на меня. Потом снова на торт. И вдруг он запрокинул голову и рассмеялся. Не так, как в лесу – сдержанно и иронично, а искренне, громко, до слез. Этот глубокий, бархатный смех, казалось, разогнал тучи над городом.

– Ты… невозможная, – выдавил он сквозь смех, вытирая уголок глаза. – Мы на приеме у врага. Нас ищет стража. Мы только что унизили топ-игрока сервера. А ты стоишь на балконе и предлагаешь мне десерт из кармана?

– Ну не хочешь – не надо, – я сделала вид, что обиделась, и поднесла кусок ко рту. – Мне больше достанется. Моя «Скатерть-Самобранка» требует калорий.

​

Рэй перехватил мою руку. Его пальцы были горячими, обжигающими даже сквозь перчатку.

– Кто сказал, что не хочу?

Он шагнул ближе, сокращая дистанцию до интимной. Он наклонился к моей руке. Игнорируя все правила этикета, отсутствие вилки и здравый смысл, он откусил кусок прямо с моей ладони. Его губы на долю секунды коснулись моих пальцев. Меня словно током ударило. Импульс прошел от кончиков пальцев прямо в позвоночник, заставляя колени подогнуться еще сильнее. Он медленно выпрямился, глядя мне прямо в глаза. Взгляд стал темным, тягучим.

– М-м-м… – он прожевал, не разрывая зрительного контакта. – Вкусно. Особенно тот факт, что за этот торт Олег заплатил сотню золотых, а едим его мы. Ты лучшая хозяйка, Лена.

Я почувствовала, как краска заливает лицо, шею, уши. Если бы не темнота, я бы светилась как тот Обелиск.

– Кушай на здоровье, – пробормотала я, не в силах отвести взгляд. – У меня там еще окорок есть… и вино…

И тут массивная дверь на балкон скрипнула. Магия момента разбилась. Рэй среагировал мгновенно. Его расслабленная поза исчезла, сменившись хищной собранностью. Он одним текучим движением оказался рядом со мной, схватил за плечи и жестко задвинул меня в самую густую тень за широкой колонной.

– Тсс, – его палец прижался к моим губам. – Гости.

​

Голоса приближались. Я узнала их сразу. У меня внутри всё похолодело, а желудок сжался в ледяной комок. Олег. И Кристина.

– … Ты уверен, что здесь безопасно? – капризный, визгливый голосок эльфийки. – Ол, мне холодно. Ветер прическу портит. Пойдем обратно.

– Подожди, Крис. Там слишком много ушей. Нам надо поговорить. Серьезно. Без свидетелей.

Они подошли к перилам буквально в двух метрах от нас. Рэй посмотрел на меня. Я стояла ни жива ни мертва, прижавшись спиной к холодному камню. Если они нас заметят – будет скандал. Драка. И провал всей нашей «партизанской войны». Мы в ловушке. Рэй принял решение за долю секунды. Он беззвучно распахнул полы своего широкого бархатного камзола, притянул меня к себе, разворачивая спиной к стене, и накрыл нас обоих плотной, тяжелой тканью с головой. Мир исчез. Осталась только абсолютная, ватная темнота. И теснота.

Мы стояли, прижавшись друг к другу так плотно, что между нами не пролез бы и лист бумаги. Я чувствовала каждую пуговицу на его жилете, вдавливающуюся в мою грудь. Чувствовала, как мерно вздымается его грудная клетка при дыхании.

Его бедро прижималось к моему. Его руки, сомкнутые у меня на талии, были как стальной капкан.

В этом замкнутом пространстве его запах – озон, дорогая кожа, мужской парфюм и теперь еще сладкий бисквит – был одурманивающим. Он кружил голову сильнее любого вина.

​Его губы оказались у самого моего уха. Его дыхание щекотало кожу, вызывая мурашки.

– [Активация навыка: Полог Теней], – прошептал он едва слышно, на грани звука. – Не дыши, Лена. Для них нас здесь нет. Мы – пустота.

​

Снаружи, за тканью плаща, голоса звучали глухо, но пугающе разборчиво. Казалось, Олег стоит прямо за моей спиной.

– Ол, ну что случилось? – ныла Кристина. – Мы же победили! Замок наш! Фейерверк был! Почему ты такой нервный? Из-за той девки с тортом? Ну, нахамила она, подумаешь…

– Плевать мне на девку, – огрызнулся Олег. Звук чирканья зажигалки. Резкий запах дорогого табака просочился даже под плащ. – Дело в деньгах, Крис.

– В смысле? – голос эльфийки стал жестче, капризные нотки исчезли. – Ты сказал, что спонсоры всё покрыли. Ты обещал!

– Спонсоры дали денег на осаду и на штурм. А на содержание замка? Ты видела налог на недвижимость S-класса? Десять тысяч золотых в неделю! Десять тысяч, Крис! Если мы не заплатим в следующий вторник, замок вернется системе. А у нас казна пуста. Я всё вбухал в твой легендарный сет и в этот проклятый банкет с устрицами!

Я замерла в объятиях Рэя. Я даже дышать перестала.

Вот оно что. «Богатый» Лорд Ол, швыряющийся золотыми, – банкрот? Король голый?

– Так продай что-нибудь! – фыркнула Кристина. В её голосе не было сочувствия, только раздражение. – В реале продай. Машину. Или у тебя же квартира есть. Та, трешка в центре, где ты с этой… клушей жил. Она же дорогая.

– Не могу, – злобно буркнул Олег, сплевывая. – Квартира в ипотеке. И половина записана на Ленку. По закону. Я думал, она подпишет отказ, но она… пропала.

– Пропала?

– Сбежала куда-то. Трубку не берет, дома её нет. Я даже капсулу старую хотел загнать на запчасти, пришел – а она неизвестно где. Тишина. Сука.

– Ну так найди её! – рявкнула «нежная эльфийка» с интонациями базарной торговки. – У тебя связи есть! Найми частного детектива! Припугни её. Скажи, что развод не дашь, что засудишь. Она же дура, она испугается. Пусть продает свою долю за копейки и валит к маме в Саратов. Нам нужны деньги, Ол! Я хочу быть Королевой Замка, а не женой банкрота!

​

​В тесной, ватной темноте под плащом я почувствовала, как тело Рэя за моей спиной превратилось в камень. Его рука, лежащая на моей талии, сжалась так сильно, что перехватило дыхание. Он не просто злился. Он был в ярости. Его сердце, прижатое к моим лопаткам, сбилось с ритма и застучало – гулко, мощно, ударяясь о мои ребра, как молот о наковальню.

А меня трясло. Не от страха быть пойманной. От липкого, тошнотворного омерзения. Я слушала этот разговор, и каждое слово Олега было как пощечина. Нет, хуже. Как плевок. Последние розовые очки, которые я, оказывается, всё еще носила где-то в глубине души, разбились. Разбились стеклами внутрь, полосуя память. «Продай долю». «Припугни». «Клуша». Вот, значит, как? Я для них даже не человек. Я – актив. Я – бесхозная свинья-копилка, которую надо разбить молотком, чтобы купить виртуальные шторы в замок. Пять лет моей заботы, моих ужинов, моей жизни он оценил в половину стоимости клановой недвижимости. Горячий ком подступил к горлу, но я сглотнула его вместе с горечью. Сейчас не время плакать. Я не дам им этого удовольствия.

– Я разберусь, – донесся глухой голос Олега. – Найду её. Она мягкотелая, бесхребетная. Надавить чуть-чуть, пригрозить проблемами с матерью – всё подпишет как миленькая. Ладно, пошли. Надо еще спонсоров ублажить, пока они не разбежались.

Цокот каблуков по камню. Скрип тяжелой двери. Глухой удар. Тишина. Только свист ветра снаружи и наше прерывистое дыхание внутри кокона из тьмы и бархата.

​Рэй не спешил откидывать ткань. Он стоял, всё так же прижимая меня к себе, словно этот плащ был щитом, защищающим меня от грязи, которая только что лилась из уст моего мужа.

– Ты слышала? – его шепот обжег мне шею. В голосе вибрировала сдерживаемая, клокочущая ярость.

– Слышала, – мой голос был сухим, ломким, как старый пергамент. Слез не было. Была только ледяная, кристальная ясность. – «Надавить». «Мягкотелая». «Бесхребетная».

И вдруг, в этой звенящей тишине, меня накрыло. Осознание ударило в затылок ледяной дубиной.

Не злость. Не обида. Животный, первобытный ужас.

​Я резко развернулась в его руках, вцепившись в лацканы его камзола так, что ногти сквозь перчатки впились в ткань, царапая кожу под ней.

– Рэй… – просипела я. Воздуха не хватало. – Рэй, ты не понял.

– Что?

– Ключи.

Меня затрясло. Крупной, неконтролируемой дрожью, от которой стучали зубы.

– У него есть ключи от квартиры. Он их не вернул, когда уходил. Сказал «занесу позже»…

​Я подняла на него глаза. В абсолютной темноте под плащом я не видела его лица, только чувствовала жар его дыхания, но мне нужно было, чтобы он понял. Чтобы он увидел тот кошмар, который сейчас разворачивался в моей голове.

– Я лежу там, в капсуле. Я овощ. Я не могу проснуться из-за этой чертовой ошибки 418. А он… он придет туда. Он откроет дверь своим ключом. И увидит меня.

Картинки, одна страшнее другой, замелькали перед внутренним взором, как в фильме ужасов. Вот поворачивается ключ в замке. Вот шаги в коридоре. Вот Олег входит в спальню. Видит мое беззащитное тело в капсуле. Что он сделает? Начнет трясти? Попытается снять шлем силой, повредив нейроинтерфейс? Или, разозлившись, что я «игнорирую» его угрозы, просто выдернет шнур питания?

– Рэй, если он отключит питание… или попытается сорвать шлем аварийно… Мой мозг… я же умру? Или стану идиоткой? Я там совершенно одна! Я даже закричать не смогу! Он может сделать со мной что угодно, чтобы заставить подписать эти бумаги!

​Паника захлестнула меня с головой, как темная вода. Стены плаща вдруг начали давить. Мне казалось, что я уже в гробу.

– Мне надо выйти! – я забилась в его руках, как пойманная птица. – Мне надо срочно выйти! Пусти меня! Я должна сменить замки! Я должна вызвать полицию! Я…

– Лена! – Рэй встряхнул меня. Жестко. До хруста в шейных позвонках.

Он не дал мне вырваться. Наоборот, он прижал меня к себе еще крепче, превратившись в живые тиски. Одной рукой он зафиксировал мою талию, а другой обхватил за затылок, силой прижав мое лицо к своей груди.

– Тише. Замри. Дыши. Слушай мой голос.

Его сердце билось под моим ухом ровно, мощно, несокрушимо. Тук-тук. Тук-тук. Этот ритм был единственной реальностью в мире, который рушился. Он действовал как метроном, заставляя мой пульс подстраиваться.

– Он не пойдет туда прямо сейчас, – быстро, четко, гипнотически заговорил Рэй. – Ты слышала его. Он сказал: «Надо ублажить спонсоров». У него банкет. Потом разборки с Кристиной. Потом похмелье. У нас есть время. Минимум сутки, пока он соберется ехать к тебе.

– А если нет? – всхлипнула я в бархат его жилета, чувствуя себя маленькой и жалкой. – А если он пошлет кого-то?

– Не пошлет. Это личное. И это деньги. Он жадный, он параноик, он захочет сам найти документы. Он никому не доверит ключи от квартиры, где лежат миллионы.

Рэй чуть отстранил меня, заглядывая в лицо. Даже в темноте я физически ощущала тяжесть и силу его взгляда.

– Я не дам ему до тебя добраться.

– Как? – истерично, с надрывом усмехнулась я. – Ты здесь! Ты в игре! Ты – набор пикселей и кода! Как ты остановишь его в Москве?

– У меня длинные руки, Лена. Я же говорил.

В его голосе зазвенела сталь. Холодная, лязгающая сталь, о которую можно порезаться.

– Я отправлю «сторожевого пса» к твоему дому. В реале.

– Чего?.. – я опешила, на секунду забыв про панику

– Какого пса?

– Курьера. Частную охрану. Адвоката с ордером. Неважно. У меня есть связи во внешнем мире. Серьезные связи. Я прямо сейчас, через интерфейс, отправлю приоритетный запрос «Красного Кода». Через час у твоей двери будет стоять человек. Или бригада. Олег и на порог не ступит. А если ступит – пожалеет, что родился.

Он провел большим пальцем по моей щеке, стирая горячую слезу. Его прикосновение было нежным, но уверенным.

– Доверься мне. Твое тело в безопасности. Я отвечаю за него головой. А здесь… здесь мы сделаем так, чтобы ему было не до поездок по квартирам. Мы устроим ему такой ад в игре, что он забудет, как его зовут, не то что адрес жены.

– Ты обещаешь? – спросила я тихо, вглядываясь в темноту, где должны были быть его глаза. – Ты правда можешь… там?

– Клянусь Бездной, – серьезно, как клятву на крови, произнес он. – Никто не тронет мою Хранительницу. А теперь…

Рэй наконец откинул полу плаща. Ночной воздух ударил в лицо, остужая горящие щеки. Я жадно вдохнула, чувствуя, как ледяной ком в животе начинает таять, уступая место чему-то другому.

Он не отпустил меня сразу. Он взял меня за плечи, развернул к себе и заставил посмотреть ему в глаза.

В его взгляде больше не было ни смеха, ни иронии, ни светской скуки. Там была Тьма. Древняя, опасная, готовая карать. Глаза дракона, который увидел, что кто-то посмел угрожать его сокровищу.

– Он объявил войну, Лена. Не в игре. В жизни. Он хочет уничтожить тебя, чтобы спасти свой каменный сарай.

– Десять тысяч в неделю, – повторила я механически, чувствуя, как страх выжигается холодной ненавистью. – Иначе замок отберут.

– Именно, – губы Рэя изогнулись в жутковатой, хищной улыбке, от которой у любого моба случился бы инфаркт. – А теперь представь. Что будет, если у великого, сияющего клана «Алые Короли» вдруг начнутся… бытовые проблемы? Если их склады с провизией сгниют за ночь? Если их оружие заржавеет перед решающим боем? Если их элитные наемники сбегут, потому что в супе плавают жабы, а в постелях – клопы?

Я посмотрела на свои руки. На перчатки из кожи василиска. Я вспомнила, как эти руки пять лет гладили ему рубашки, готовили завтраки, создавали уют, который он растоптал. Что ж. Я умею создавать уют. Но я умею и убирать мусор.

– Генеральная уборка? – спросила я тихо.

– Тотальная дезинфекция, – поправил Рэй. – У нас есть неделя. Мы перекроем им кислород. Мы разорим их до нитки.

Он наклонился ко мне, и его глаза полыхнули расплавленным золотом.

– И когда он приползет к тебе за деньгами, ползая в ногах и умоляя о пощаде… ты купишь его замок. За одну медную монету. И вышвырнешь его вон.

​Я выпрямилась. Расправила плечи.

– Я в деле, – твердо сказала я. – Доставай карту, Рэй. Где они фармят золото? Я хочу начать уборку прямо сейчас.

23. Укрытие

Мы спустились по боковой лестнице, стараясь держаться в тени колонн. Каменные ступени были холодными под ногами. Моё дыхание эхом отдавалось в узком пролёте. Каждый звук казался оглушительным.

Адреналин немного отпустил, уступая место холодному, прагматичному страху. Мы всё ещё были в тылу врага. В любой момент могла пробежать стража. В любой момент Олег мог опомниться и поднять тревогу. Я прислушивалась к каждому шороху. Сердце колотилось. Руки дрожали.

– Рэй, – шепнула я, когда мы миновали очередной пролёт и оказались на промежуточной площадке.

– М? – он шёл впереди, сканируя пространство. Голова поворачивалась плавно, как у хищника, высматривающего добычу.

– Про «купишь замок за одну медную монету». Это шутка? Ну, для красного словца?

Я нервно поправила жилет, который теперь казался тяжёлым от награбленного добра.

– Просто я экономист, Рэй. Даже если мы их разорим, земля стоит денег. Лицензия клана стоит денег. Одна монета – это… ну, метафора? Гипербола для эффекта?

Рэй остановился на площадке. Он выглянул за угол, прислушался. Тишина. Только далёкий гул музыки из зала и стук сапог стражи где-то наверху. Убедившись, что коридор чист, он повернулся ко мне. В полумраке его глаза блеснули – золотистые, кошачьи, даже под маской карего цвета.

– Никаких метафор, Лена, – сказал он тихо, но очень чётко. – Это закон аукциона банкротов.

– Чего? – я моргнула.

– Если клан не платит налог за замок три месяца подряд, недвижимость автоматически выставляется на торги Системой, – он говорил быстро, но понятно, как учитель, объясняющий задачу. – Стартовая цена – сумма долга клана перед казной. Но если у клана плохая репутация, если замок проклят, если там, скажем… завелись призраки, крысы размером с собаку или его считают несчастливым местом…

Он хищно улыбнулся.

– … то ставок не будет. Никто не купит проблемный актив. И тогда цена падает до минимума, установленного Системой. До символической единицы. Одной медной монеты.

Он подмигнул мне.

– Мы не просто разорим их, Лена. Мы сделаем этот замок токсичным активом. Таким, что Олег будет умолять тебя забрать его бесплатно, лишь бы не платить штрафы и не сидеть в долговой яме.

Я переваривала эту информацию. Токсичный актив. Финансовый термин. Знакомый. Близкий. Звучало как музыка для моих бухгалтерских ушей.

– Ладно, – кивнула я, выдыхая. – План понятен. Превратить замок в актив, от которого все бегут. А потом купить за копейки.

– Именно, – Рэй развернулся и снова двинулся вниз по лестнице. – Пошли. Нам нужно выбраться отсюда, пока Олег не понял, что его обчистили.

Мы спустились в Нижний Город, когда луна уже перевалила за зенит. Здесь, в лабиринте узких улочек, пахло дымом от очагов, сырой рекой и чем-то острым – то ли специи, то ли помойка. Но мне этот запах нравился больше, чем приторные духи на банкете. Здесь всё было живое и настоящее. Не фальшивое.

Фонари горели тускло. Мостовая была неровной, булыжники выпирали. Я несколько раз чуть не подвернула ногу, но Рэй вёл меня уверенно, сворачивая в переулки, которых даже не было на карте интерфейса. Видимо, он знал этот город как свои пять пальцев.

– Сюда, – он толкнул неприметную дверь под вывеской «Сонная Сова».

Вывеска была старой, краска облупилась. На ней была нарисована сова с закрытыми глазами, которая спала на ветке.

– Это заведение держит мой должник, – пояснил Рэй, придерживая дверь. – Лишних вопросов не задают. Постельное бельё меняют раз в неделю. Для нас – люкс.

Внутри пахло пивом, табаком и жареным луком.

За стойкой стоял толстяк-полуорк с пивным животом и ленивым взглядом. Над головой висел ник: [Трактирщик_Борис].

– Рэй, – буркнул он, даже не поднимая глаз. – Давно не видел. Живой?

– Пока да, – Рэй кинул на стойку две серебряные монеты. – Комната на ночь. Тихая. На втором этаже.

– Есть, – Борис сгрёб монеты и кинул Рэю ключ. – Номер семь. Постель чистая. Вчера стирал.

Мы поднялись по скрипучей лестнице на второй этаж. Коридор был узким, с низким потолком. Пахло деревом и пылью. Рэй отпер дверь номера семь. Комната была крошечной. Стол у окна. Стул с треснутой спинкой. Одна широкая кровать с лоскутным одеялом, выцветшим, но чистым. Комод. Умывальник с кувшином воды. Никакой роскоши. Но чисто, тепло и безопасно.

Как только за нами закрылась дверь, я сползла по стене на пол. Ноги подкосились. Адреналин окончательно отпустил, оставив после себя усталость – тяжёлую, давящую.

– Фух… – выдохнула я, закрывая глаза. – Мы живы.

– Мы не просто живы, – Рэй стянул плащ и бросил его на спинку стула. – Мы в плюсе.

Он выглядел свежим, бодрым. Даже не вспотел. Как он это делает?

Я с трудом поднялась, держась за стену, и подошла к столу.

– Кстати, о плюсе, – я потянулась к карманам жилета. – Надо освободить инвентарь. А то меня перекашивает на левый бок.

– Давай, – Рэй сел на край кровати, откинувшись назад на руки и наблюдая с видимым интересом. – Выкладывай. Что ты успела прихватить, пока я заговаривал зубы Олегу?

Я начала доставать.

Сначала на стол легли бутылки вина.

Дзынь. Дзынь. Дзынь.

Одна. Вторая. Пятая. Двенадцатая.

– Двенадцать бутылок «Крови Дракона», – констатировала я, выстраивая их в ряд. – Элитное. Коллекционное. Восстанавливает ману и даёт бонус к харизме.

Рэй присвистнул, поднимая одну бутылку и рассматривая этикетку на свет свечи.

– Неплохо. Это золотых на… – он прищурился, – триста по рыночной цене. Может, четыреста, если найти правильного покупателя.

Потом пошло серебро.

Серебряный поднос, правда, немного погнутый, но тяжёлый, с выгравированным гербом клана. Четыре кубка. Горсть вилок и ложек.

– Вилки? – Рэй изогнул бровь, поднимая одну. – Серьёзно?

– Они лежали без присмотра! – оправдалась я, краснея. – А серебро – это валюта. Можно переплавить.

– Ты гений, – Рэй покачал головой, но улыбался.

Дальше пошла «мелочёвка».

– Пачка салфеток, тканевых, с вышитой монограммой клана – можно продать как сувенир.

– Солонка в виде золотого льва, очень тяжёлая, явно не бутафория.

– Подсвечник бронзовый, литой, с драконами на основании.

– Какая-то бархатная кисть от шторы, видимо, оторвалась случайно, когда я пряталась за портьерой.

– И… – я с усилием вытащила последний предмет из кармана.

На стол упал массивный, украшенный рубинами… дверной ограничитель. Кусок резного мрамора с инкрустацией. Размером с кирпич. Стол жалобно скрипнул под его весом.

– А это зачем? – Рэй посмотрел на меня с нескрываемым изумлением и ужасом одновременно. – Лена, ты украла стоппер для двери?

– Это не просто стоппер! – возмутилась я, тыча пальцем в рубины. – Это кусок мрамора с драгоценными камнями! Знаешь, сколько он весит? Им можно гвозди забивать. Или кидаться в голову врагу.

Рэй закрыл лицо рукой. Плечи его подрагивали. Он смеялся. Беззвучно, но смеялся.

– Ты… ты невероятная, – выдавил он наконец.

Перед глазами мигнул интерфейс:

[Система: Инвентаризация завершена.]

[Общая стоимость лута: ~600 золотых (по ценам скупщика). При продаже напрямую коллекционерам – до 800 золотых.]

Я посмотрела на гору вещей. Стол ломился. Двенадцать бутылок вина. Серебро. Подсвечники. Кисть. Дверной стоппер.

– Господи, – прошептала я, закрывая лицо руками. – Я клептоманка. Я обнесла бывшего мужа на шестьсот золотых за один вечер.

– Ты не клептоманка, – Рэй встал и подошёл к столу, перебирая вилки и взвешивая их в руке. – Ты – гений экономики. Мы только что окупили твой наряд, моё переодевание, проживание на месяц вперёд и ещё останется на стартовый капитал для операций.

Он взял бутылку вина, ловко выдернул пробку зубами и разлил рубиновую жидкость по двум украденным серебряным кубкам.

– Выпьем, Лена, – он протянул мне кубок. – За твою хозяйственность. За то, что ты – лучший вор, которого я встречал. И за то, что Олег до сих пор не знает, кто его обчистил.

Мы чокнулись. Вино было терпким, густым, с послевкусием вишни и дыма. Оно мгновенно ударило в голову, смывая остатки страха и усталости.

[Получен эффект: Восстановление маны +50. Бонус к Харизме +10 на 3 часа.]

– А теперь, – Рэй поставил кубок на стол, – спать. Завтра тяжёлый день. Нам нужно продать этот хлам, купить снаряжение для диверсий и начать нашу настоящую «Генеральную Уборку».

Я посмотрела на кровать. Она была одна. Широкая, но одна.

– Эм… – я замялась, чувствуя, как краснеют щёки.

Рэй перехватил мой взгляд и усмехнулся.

– Расслабься, – он взял подушку с кровати, кинул её на пол у стены. – Я джентльмен. И я могу спать сидя, в медитации. Это восстанавливает ману быстрее, чем обычный сон.

Он сел на пол, скрестив ноги в позу лотоса, и прислонился спиной к стене, закрыл глаза. Его дыхание стало ровным, глубоким.

– Ложись, Хранительница, – сказал он, не открывая глаз. – Кровать твоя. Ты сегодня главный добытчик в семье.

Я не стала спорить. Сил не было. Я стянула сапоги, сбросила жилет и аккуратно положила его на стул. Там же лежала сковорода «Аргумент», моя верная спутница. Легла на кровать, натянув одеяло до подбородка. Матрас был жёстким, но чистым. Пахло лавандой.

– Спокойной ночи, инвестор, – пробормотала я, уже проваливаясь в сон.

– Спокойной ночи, Енот, – донеслось из темноты.

И последнее, что я увидела перед тем, как закрыть глаза – это золотой отблеск его глаз в темноте, охраняющих мой покой.

Арканум был похож на слоёный пирог, который забыли в холодильнике на месяц, а потом обнаружили с ужасом. Сверху – приторные сливки общества: мрамор, золотые грифоны, фонтаны с вином. А внизу, у подгоревших коржей… плесень. Жирная, опасная и очень живучая.

Мы спустились в Нижний Город рано утром, а затем ещё ниже – в «Подбрюшье», на Серый Рынок.

Мрамор верхнего города сменился гнилыми досками мостков, перекинутых через зловонные каналы. Свет магических фонарей уступил место чадящим факелам, от которых слезились глаза. Здесь пахло рекой, тухлой рыбой, потом и опасностью.

Я шла за Рэем, стараясь не отставать и не смотреть по сторонам слишком пристально. Здесь на каждом углу торчали подозрительные личности. Воры. Контрабандисты. Наёмники с вооружением до зубов.

Рэй снова изменился. Он не менял облик магией, но изменил… походку? Ауру? Теперь он не выглядел вальяжным, скучающим графом. Он шёл пружинисто, жёстко, как хищник на охоте. Капюшон простого дорожного плаща был надвинут на глаза. Тростью он постукивал по брусчатке с таким специфическим ритмом – тук-тук… пауза… тук, – что звук эхом разлетался по переулкам.

Я заметила, как крысы, а может, и местные карманники, в панике разбегались с нашего пути. Это был какой-то тайный код. «Идёт Папа, всем брысь под лавку».

– Держись рядом, – тихо сказал он, не поворачивая головы. – И ничего не трогай. Особенно если оно шевелится, светится зелёным или просит тебя его спасти.

– А если оно плохо лежит? – уточнила я, прижимая локоть к боку, где в кармане жилета грелась верная сковорода.

– Лена, – он бросил на меня быстрый взгляд, – здесь «плохо лежит» обычно либо проклято, либо заминировано. Это Серый Рынок. Здесь торгуют тем, что запрещено Системой в верхнем городе. Краденые аккаунты, запрещённые зелья, рабы-НПС…

Он остановился у узкого прохода между двумя покосившимися домами.

– Мы идём к скупщику. Он берёт всё, но торгуется как сволочь. Дай мне говорить. Ты – молчи и выглядь опасно.

– Я? Опасно? – я хихикнула.

Рэй окинул меня взглядом – жилет, сковорода на поясе, холодный взгляд.

– Ты вчера унизила Лорда 85-го уровня, обчистила его замок и ушла незамеченной. Ты опаснее, чем думаешь.

Он шагнул в проход. Я последовала за ним, сжимая рукоять сковороды. Опасная. Мне понравилось.