Текст книги "Простые сложности (СИ)"
Автор книги: Алиса Ласточкина
сообщить о нарушении
Текущая страница: 2 (всего у книги 11 страниц)
Глава 2. Дарья
Совершенно точно я даже не могла представить, чем обернется для меня первый день конференции. Да, я не совсем здорова, да, на операцию согласия не даю, но столько времени у меня это всегда протекало бессимптомно, а тут и больно и конференц-зал чуть кровью не залила. Как этот Орлов, вообще, заметил?! Глаз алмаз, прямо.
Харизматичный дядька. Из него это прямо прет. Энергетика бешеная. И сильный очень. Нес меня на себе, будто я не вешу ничего. Он был в поло и любому женскому взгляду были заметны его проработанные плечи. Грудные мышцы тоже не отставали, развиты хорошо. Высокий, волосы темные, седины, вообще, не заметила, хотя, как я поняла, ему немного за 40. Лицо пропорционально правильное, доброе, приятное, молодое. Симпатичный, или даже обаятельный мужчина.
Мне 37 и моему женскому эго он сегодня много раз угодил. Заботливый оказался, костюм племянницы мне принес, даже кроксы. Нежный, УЗИ мне сделал, словно крылья бабочки меня касались, а не большие мужские руки. Не сильно наседал на меня с необходимым лечением, довольно быстро отстал и остальное время беспокоился о том, не больно ли мне. Трогал, при любой возможности трогал, обнимал. Ему нравилось, он этого хотел, было заметно. А у меня такого не бывало. Чтобы ко мне такой искренний интерес проявляли. Хотя, нет, вру конечно. Проявляют и сейчас. Но мне самой этот мужчина понравился. И я ему. Такое совпадение – явление крайне редкое. За счет чего, такой интерес ощущается острее, а я опасаюсь этих чувств, они не надежны. Но на этом мое удивление не закончилось. Когда я стала готовиться к завтрашнему выступлению, то обнаружила, что туфель у меня больше нет. Я их забыла у Орлова в кабинете УЗИ. Не забыла, а даже не вспомнила о них. Если одежды я брала с собой достаточно, то туфли у меня здесь единственные. И я уже начала мониторить, в какие ТЦ можно поехать, чтобы купить себе новую пару туфель, как в дверь постучали и передали мои лодочки. Орлов привез. Заботливый. Надо же! Настолько! Удивительно. Просто удивительно. Он избавил меня от потери массы времени на поиск туфель, в которых можно нормально ходить немалые расстояния. Иначе точно опоздала бы к началу конференции.
На конференции мое выступление после обеда, в числе последних за день. Очень много людей именно сегодня. Сегодня затронуты самые популярные медицинские темы и докладчики с колоссальным опытом, за исключением меня. Врачом я не работаю давно, но по сей день интересуюсь медицинской литературой и публикуюсь тоже. С этим и выступаю.
Как специалист, я привлекаю большую аудиторию. Мои статьи читают, со мной считаются, мои рекомендации хотят. Я чувствую себя на своем месте, в своей тарелке, полезной обществу и себе. К окончанию своей лекции замечаю Орлова. Много людей сегодня, поэтому трудно заметить знакомое лицо. Он внимателен, взгляд цепкий, будто, изучает меня на предмет нарушения здоровья, как вчера. Валерий, вероятно, как обычно, привлекает все женские взгляды в своем диаметре мужского обаяния. Но он ни на кого не реагирует, ноль внимания на лишние взоры. Строго на меня, иногда что-то пишет и снова на меня.
Между моим выступлением и следующим, которое на сегодня последнее, почти нет паузы. Дело к вечеру, все хотят поскорее освободиться и еще погулять. Здесь местных врачей, может быть, процентов 7, остальные чужаки. А этот регион очень красивый, и город красивый, природа волшебная, я такого нигде не встречала. И я тоже хочу погулять вдоль набережной, к морю спуститься, на чаек вблизи посмотреть. Поэтому, когда заканчивает последний спикер, я уже собираюсь направится к выходу, как меня прерывают.
– Дарья Вячеславовна, рад вас видеть. Илья Дмитриевич сосудистый хирург Московской клиники СитиЛаб, – представляется тот, кого я знаю уже лет пять. – Разрешите вопрос по вашей теме? Паузы почти не было, я не успел поинтересоваться, – улыбается.
– Да, Дарья Вячеславовна, – является моему взгляду мой вчерашний спасатель доктор Орлов. – Я тоже не успел задать вопрос, – серьезный вид, улыбки нет, подавляет своим присутствием врача СитиЛаб. Сегодня Валерий в белых найках, светлых джинсах, голубой рубашке на выпуск и темно-синем неформальном пиджаке. Стиль – его второе имя.
– Илья Дмитриевич, начинайте, – улыбаюсь ему и медленно двигаюсь к выходу из зала. Терять время из-за настойчивых фанатов сегодня я не намерена, я хочу к морю. Илья несколько потерян, обычно, он единственный, кто подходит ко мне после моего выступления и задает миллион вопросов так, что больше никто и не беседует со мной, потому что нужно бесконечно долго ждать Илью. А сегодня Орлов не стесняясь, претендует на мое время.
– Дарья Вячеславовна, вы сегодня рассказали об использовании робот-ассистированных технологий. Вы уже встречали на практике результаты их работы?
– Да, конечно. Использование роботов-ассистентов повышает точность движений хирурга в труднодоступных местах малого таза. Поэтому многие клиники прибегнули к закупу этих помощников.
– А вы можете выделить каких-либо производителей, с которыми работали или может, которые уже хорошо себя зарекомендовали?
– Хотите от меня рекламу? – с прищуром спрашиваю я.
– Не рекламу, рекомендации, – хитрит мой собеседник.
– Илья Дмитриевич, я не практикующий врач. Но мы можем спросить у практикующего, – улыбаюсь я и перевожу взгляд на Орлова. А этот Илья, будто, только и ждал моей улыбки, сам расплылся. – Валерий Александрович, ваше отделение имеет таких роботов? – задаю вопрос, кажется, самому серьезному человеку на планете Земля. Глазами молнии метает в Илью Батьковича. А мне смешно, поэтому улыбка с моего лица не сходит. Мальчики негласно собачатся.
– Мое отделение имеет таких роботов разных производителей, – отвечает и строго смотрит на оппонента.
– Поделитесь рекомендациями, Валерий Александрович, – елейным голосом прошу я. Орлов вытаскивает свой телефон и в мессенджере набирает каких-то производителей, марки, модели. Отдает гаджет Илье Дмитричу, таким образом требуя его номер телефона в пустом поле. Тот набирает и Орлов отправляет сообщение.
– Благодарю вас, Валерий Александрович, – кивает Илья и не успевает еще что-то сказать, хотя, видно, что собирается, как Орлов его прерывает.
– Дарья Вячеславовна, у нас с вами через пятнадцать минут сгорит бронь стола и вы не успеете насладиться морепродуктами Японского моря в своей короткой командировке. Прошу вас, поспешим, – щебечет Орлов, открывая мне дверь, ведущую на улицу. Нас все еще трое. И я знаю, что Илья точно пригласил бы меня на ужин. Всегда приглашает. А я всегда отказываюсь, но он уже пять лет себе не изменяет, тоже ценное мужское качество.
– Валерий Александрович, я потеряла счет времени. Конечно, поспешим, – с улыбкой соглашаюсь я. Хотя, я хочу к морю. План на морепродукты стоит, но не срочный. Но я не хочу вновь объясняться с Ильей, поэтому предоставляю это право Орлову. – Илья Дмитриевич, завтра я тоже буду спикером. Если у вас остались вопросы, я смогу на них ответить завтра, – говорю я и прижимаюсь к плечу Орлова, который заботливо отставил для меня согнутую в локте руку. Илья невнятно кивает, а мы с Валерием уходим.
– Кто он такой? – нетерпеливо спрашивает Орлов, когда мы чуть отошли от места прощания.
– Он при тебе представился, – отвечаю с улыбкой. Как же нравится мне эта глупая мужская ревность. Сам еще не понял, как ко мне относится, а уже ревнует. Ну, смешно.
– Да, я слышал. А тебе он кем приходится?
– Слушателем моих лекций, – не балую его развернутыми ответами.
– А со стороны выглядит так, будто имеет на тебя какие-то права.
– Ошибочное суждение, – краткость сестра таланта, думаю про себя и смеюсь тоже про себя.
– Его взгляд говорит обратное, – никак не успокоится Орлов.
– Дядь Валер, он ко мне на лекции лет пять уж ходит. Взгляд его говорит, что он пять лет со мной знаком, – спокойно поясняю я.
– Пять лет? – останавливается Орлов, чем вынуждает и меня затормозить на шпильках. Я отцепляюсь от него, потому что он встает напротив меня.
– Примерно, – кручу пальцами в воздухе.
– Спите? – поднимает бровь Валера. Да уж, такта в нем, словно в медведе.
– Про него ничего не могу сказать, а я сплю. Стараюсь, хотя бы, часов 6 поспать за сутки, но удается не всегда. Хотя, поспать я люблю, – разношу его тактику поведения в щепки. Интересно, что он теперь будет делать?
– Извини, – трет переносицу. – Я переборщил, – смотрит в сторону, но не меня боится. Стыдно, что ли? Да, неужели?
– Доктор Орлов, я к морю хочу. Если ты закончил с обвинениями и извинениями, то я бы хотела скорректировать направление в сторону набережной.
– Синичка, там сейчас будет вся твоя конференция гулять, – с такой нежностью начинает Орлов. И прозвища эти его милые. – Давай, поужинаем сначала, а потом я тебе красоту моря в другом месте покажу. Сейчас темнеет поздно, мы с тобой везде успеем, – а я смотрю ему в глаза и вижу, он нервничает. Не знает, чего от меня ожидать и нервничает. Так понравилась, что боится, откажусь? Ох, Валера.
– Давай, Орлов. Сегодня тебе карты в руки, – скрыть его улыбку у него не выходит, хоть, я вижу, что пытается. Кладет мою ладошку на внутреннюю сторону своего плеча и бодро продолжает вести меня, я еле поспеваю. – Доктор, не спешите, тут женщина на шпильках. Да, на любимых шпильках, но такую скорость ей не развить, – улыбаюсь я.
– Да, прости, – замедляется Орлов.
– Нам пешком? Здесь близко?
– Нет, проедем немного, – мы подходим к лайнеру Орлова, он также, очень тактильно меня подсаживает на высокое от асфальта кресло и с улыбкой садится за руль. Мы едем минут десять и оказываемся в ресторане, где морепродукты от моря до твоей тарелки отделяет пол часа. Самое свежее и вкусное, это здесь. А какой отсюда вид на море и на маяк. Просто загляденье. Вечер теплый, мы на открытой террасе. Орлов уже не ест, просто смотрит, как ем я.
– Дядь Валер, ты не туда смотришь. Взгляни, какое море красивое в закате, – призываю его оценить созидательную красоту.
– Что я там не видел? – улыбается. – Каждый день перед глазами. А вот ты здесь на пару дней, – я смотрю на него и удивляюсь. Так открыто заявляет о своей симпатии. И не давит, и не обязывает, и не требует. Поди пойми его. – Вина хочешь? Или, может, чего-нибудь другого?
– О, нет. Я не балуюсь подобным.
– Почему? – поднимает одну бровь в удивлении.
– Как-то не испытываю особую любовь, – поясняю я.
– Совсем не пьешь? Или случается?
– Да нет, дядь Валер, не случается. Лет пятнадцать уже не случается.
– Ух ты! Есть причина? – допытывается Орлов.
– Валера, давай, здесь и притормозим, – показываю, что не готова это обсуждать.
– Я понял. Ради того, что ты теперь меня будешь звать просто по имени, без всяких нелепых приставок, я готов придержать свое любопытство, – усмехается он. Поразительно, но он, всё-равно, рад моей компании, несмотря на то, что очень заметно, к задушевным разговорам я не расположена. Я тоже усмехаюсь.
– Валера, давно здесь живешь? – делаю акцент на имени, сообщая, что я поддерживаю нашу договоренность. Я его по имени, а он не лезет в душу.
– Всю жизнь, милашка, – смеется он.
– Орлов, ни разу за два дня не повторился, – тихонько смеюсь я, одобряя его подход к женщинам.
– Я бы не посмел, – улыбается.
– Почему? – удивляюсь я.
– Ты разная вся, как калейдоскоп. Невозможно красивая, но такая разная в своем проявлении.
– Ух ты! Моя очередь удивляться, Валера.
– Не стОит. Чему удивляться? В моем поведении нет ничего необычного.
– Тогда странно, – вслух думаю я.
– Что именно странно? – не понимает он.
– Странно, что такого обычного мужского поведения мне встретить так и не довелось до вчерашнего дня, – он улыбается своей обаятельной улыбкой, и ведь знает, какое впечатление производит на женщин, но в случае со мной, будто, этим не пользуется. А ведь, мог бы, я бы точно повелась.
– Значит, запомнишь меня.
– Не сомневайся, Валер, – тихонько смеюсь я. – Ты мне море обещал, – напоминаю ему.
– Наелась?
– Более чем.
– Вкусно?
– Невероятно.
– Я рад. Тогда поедем?
– Главное, что не «пойдем», – смеюсь я, намекая на свои «удобные» шпильки. Он встает и протягивает мне руку, я поднимаюсь, а он меня к себе за талию притягивает, типа пропускает официанта, которому пришлось таким образом уступить место в пространстве. Но я не против его тактильности, он умеет это делать и он очень приятный на ощупь.
Мы приезжаем на какую-то набережную, но не ту которая около здания конференции, другую. Здесь залив весь в судах. Красиво светятся корабли, один из мостов и мыс на противоположной стороне. Мы гуляем здесь и мне очень красиво. Море я видела в своей жизни только из-под пальмы, а вот такого города не встречала еще. Начинает темнеть и Валера предлагает мне поехать в другое место, тоже к морю, но это у них называется «смотровая площадка». Грех отказываться, конечно, мы едем. Приезжаем на видовую, здесь море и мост красиво светится. Видовая совершенно пустая, возможно из-за того, что здесь поднялся ветер, но я хочу смотреть и ветер меня не остановит. Подхожу к перилам, опираюсь на них, видно корабли, стоящие на рейде, мост на остров, сам остров и его огни. Ко мне со спины прижимается Орлов, повесив на мои плечи свой пиджак и обнимает меня за талию, складывая свой подбородок мне на плечо. Его руки гуляют по мне очень несдержанно, что я поворачиваю голову, чтобы посмотреть в его глаза, но он не дается. И тут внезапно, меня простреливает вспышка боли внизу живота. Да что ж такое? Снова? Я мычу от боли, как могу себя контролирую.
– Дашка, – беспокойно шепчет мне на ушко и ищет мой взгляд, поворачивая мой подбородок на себя. – Болит? – я честно киваю. Он лезет в карман своего пиджака и вытаскивает оттуда заряженный шприц. Похож на такой, какой он мне вчера колол. Я так и стою к нему спиной. Орлов не стесняясь, задирает мою юбку почти на талию, заставляет меня сильнее прогнуться в спине, чуть спускает мои кружевные трусики, натирает место будущего укола спиртовой салфеткой, зубами сдергивает колпачок шприца, оставляя его во рту и колет мне обезбол, по завершении клеит пластырь. Обо всем подумал, заботливый. Он снова очень нежен, у него легкая рука, боли нет. Опускает мою юбку на место и снова прижимается ко мне со спины и руками притягивает к себе теснее. Я все ему позволяю. В его действиях столько уверенности, столько мужества, что я боюсь спугнуть этот момент. – Какая же ты вредная, Дашка! – снова шепчет мне. – Как знал, укол с собой взял, – меня отпустило почти сразу. Укол и его горячие, гуляющие по мне руки возымели положительный эффект и я развернувшись в его руках лицом к нему мягко целую его в губы, медленно углубляясь, пока он мне это позволяет и сам не срывается в нетерпеливые поцелуи.
Он подсаживает меня на деревянные перила и чуть выше задирает мою юбку так, чтобы он мог встать между моих ног и продолжил вторжения своего языка в мой рот. Я еле поспеваю ему отвечать. Он очень настойчиво гладит руками мои ноги под юбкой и очень влажно целуется. Я сдаюсь его напору почти сразу и тянусь рукой к его ширинке.
– Ммм, Дашка! – стонет он. – Нельзя тебе пока что, – я продолжаю наглаживать через ткань джинсов его заметно возбужденный ствол.
– Почему? – не понимаю я.
– Ласточка, тебе зажить надо, – и снова нападает на меня своим ураганным поцелуем. – Я знаю, я тебе не прям, чтобы понравился, но зато ТЫ мне страсть, как понравилась! – его руки уже настойчиво задирают юбку выше по бедрам. – Так тебя хочу, что дым из ушей валит, – признается мне. Я ловлю его лицо ладонями и снова целую его глубоко. Хочу, чтоб понимал, что понравился мне и что хочу его не меньше. – Но нельзя пока, Дашка. Я боюсь тебе больно сделать. Хочу, чтобы здорова была. Надо, чтоб зажило все, сладкая, – тихонько мне отвечает.
– Орлов, «возбудим и не дадим» это про тебя, что ли? – улыбаюсь ему в губы.
– Конечно, нет, Дашка, – стонет от разочарования и гладит меня везде очень настойчиво. – Нужно потерпеть немного.
– Я улечу через два дня. Сколько терпеть? – пытаюсь дать понять, что с его подходом к вопросу, такой радости между нами может и не случиться.
– Дашульчик, – поет он. – Ну, нельзя сейчас. Ты же понимаешь все, – виноватым голосом продолжает он. – Я вообще-то, пострадавшая сторона, – старается дать понять, что огорчен безмерно.
– Валер, я мокрая вся. Потрогай меня немножко, прошу тебя, – и снова целую глубоко. Его рука проскальзывает мне между ног и легонько упирается в мои насквозь промокшие трусики.
– Совершенно мокрая, – смотрит на меня мутным взглядом и трогает мои мокрые складочки через трусики.
– Валер, еще! Прошу, – он не сдвигается с моих бикини, наглаживает сверху, боится навредить. Я лезу в карман его пиджака и нахожу там нетронутые спиртовые салфетки, вскрываю их и вытаскиваю его руку из-под моей юбки, очень тщательно протираю его пальцы. – Пожалуйста, потрогай глубже, – шепчу ему в ушко, потому что кажется, что он ни слова не понимает сейчас.
– Щипать будет, Даш, – соображает он.
– Не будет. Ты сладко трогаешь. Возбуждай и не беси! – ему, будто, нужно было мое разрешение, он без стеснения отодвигает перешеек трусиков и трогает уже мои припухшие нижние губки, а я балую его своими стонами прямо в бархатные губы.
– Дашка! Сейчас в штаны кончу. Какая сладость у тебя там. И твое музыкальное сопровождение, – трогает мою волшебную кнопочку, чем отправляет меня далеко в космос, заставляя содрогаться и стонать от удовольствия и течь ему на пальцы, будто, я сучка течная. Но, кажется, я – она и есть. Я так была возбуждена, что мне хватило каких-то коротких минут.
Он смотрит, он все видит. Видит, до чего меня довел и ему нравится быть тому причиной. Я крепко обнимаю его за шею, медленно приходя в себя, а моя рука, уже забралась в открытую ширинку и трогает его член через тонкую ткань боксеров. Он лбом упирается мне в плечо, глубоко дышит, пока я его трогаю.
Вдруг, я слышу голоса. Какая-то компания приехала тоже видами полюбоваться. Мне приходится прекратить свои наглаживания и застегнуть ширинку его джинсов.
– Тебя без сладкого оставили, – тихо говорю я, обвивая его шею двумя руками, укладываясь подбородком на его плечо и наблюдая за прервавшей нас компанией.
– Главное, что не тебя, малышка, – улыбается Орлов и смотрит в сторону. Прямого взгляда избегает. Засмущался? Да, быть того не может.
– Поехали, я тебя отвезу, – прижимается губами к моему виску и снимает меня с перил, возвращая на брусчатку. Я киваю.
– Спасибо за туфли, кстати, – благодарю его. – Я боялась, что придется потратить миллион времени на поиски новых.
– Рад стараться, Даш, – смеется он, уводя меня с площадки за руку.
Валера усаживает меня на пассажирское, не упустив возможности меня снова поцеловать и очень откровенно потискать. Когда садится за руль, то чуть склонившись в мою сторону настраивает на торпедо какие-то датчики и регуляторы. Бессовестно долго задерживается взглядом на моих голых коленках, но я не смотрю на него, в окно смотрю, делаю вид, что не замечаю его наглых глаз.
– Даш, – зовет меня. Я оборачиваюсь и тут же оказываюсь поймана его ладонями, притягивающими мое лицо для очередного жаркого поцелуя. Естественно я поддаюсь, я невозможно возбуждена и давно готова, а он мне свое «надо потерпеть» и в то же время эти его поцелуи. Как тебя понять, Орлов? – Прости, русалочка, – тяжело дышит. – Мне трудно сдерживаться. Как могу, отвлекаюсь на твои сладкие губы.
– Орлов, может, пересмотрим твои решения относительно данного вопроса? – намекаю, что он дует на воду и секс мне не запрещен. Да, еще и с таким горячим желанием.
– Дашка, прости, – целует мою ручку, и одной рукой ведет машину. – Надо потерпеть немного. Тебе восстановиться нужно, – и виновато смотрит на меня. Будто, это его действия виной тому, что я не совсем здорова. Интересный ты экземпляр, доктор Орлов.
– Давай, вези уже, – вынужденно принимаю его решение. – А то усядусь к тебе на колени и сделаю дело, – тянусь рукой к его ширинке, убедиться, что он всё также готов. Конечно, готов! Как держится только? – Бойся, Орлов! – смеюсь я и он смеется. Кто бы мне сказал вчера, что между мной и этим мужчиной так заискрит, что кроме постели с ним, ни о чем думать не смогу, а он еще и отказываться будет, я бы точно рассмеялась в лицо.
– Даш, прости, я не хотел, – снова извиняется. – Точнее, хотел. То есть, нет. Хочу! – сбивается он, как подросток, которому впервые понравилась девочка и он пытается завести с ней диалог. – В общем, сейчас опасно.
– Ну, я то свое получила. Спасибо, доктор Орлов, – усмехаюсь я, прикладывая ладонь к сердцу в благодарности. – А вот тебе не досталось, – делано грустно вздыхаю я.
– За оргазмы меня еще не благодарили, – смеется он. – А это, – взглядом останавливается на своем стояке. – Я переживу.
– Может, не надо переживать? – склоняю его пойти по другой дороге. – У меня в номере двуспальная кровать. Думаю, смогу разместить тебя широкоплечего, – улыбаюсь ему.
– Звездочка, клянусь, кто бы мне сказал, что меня придется уговаривать, не поверил бы никогда, – проводит ладонью по лицу от усталости. – Но сейчас ситуация того требует, – смотрит прямо на меня.
– Ты мне сделал хорошо в обход своих опасений, – напоминаю я. – Может, и я такими талантами обладаю, как думаешь? – не хочу его отпускать неудовлетворенным. Во-первых, я хочу посмотреть воочию, что он там от меня прячет. Во-вторых, я его всё равно хочу. Что бы он там не придумал.
– Не сомневаюсь даже, – тихо отвечает он. – Надеюсь, мне доведется это испытать, – хрипло говорит он. Голос пропадает. Он смотрит только на дорогу. Да что с тобой не так? Я предлагаю ему безопасное решение, а он все-равно в отказ.
– Валер, что происходит? – решаю спросить прямо.
– Дашутка, хочу тебя, нет сил терпеть, – он берет мою руку и прижимает ладонью к своему паху, доказывая свои слова. – Но я боюсь не сдержаться, понимаешь? Я уже представил себе все, что ты мне здесь предлагаешь и член только крепнет. И я все еще боюсь не сдержаться. А тебя поберечь надо. Понимаешь, Даш? – он ищет в моих глазах понимания. Что ж. Я понимаю, наверное. Вероятно, Орлов обладает диким темпераментом, который он сам обуздать не в силах, а мне, и подавно, не по зубам. Какой порядочный мужчина! Или не такой уж он и порядочный? Я киваю в согласии и думаю, что эту тему мы больше не будем сегодня поднимать, но я подниму другую.
– Валера, ты женат? – лучше сразу, чем мучиться в неведении.
– Нет, – мне кажется, он даже обалдел от такого вопроса. – Нет кольца, – показывает мне свою правую руку с тыльной стороны, чтобы я рассмотрела.
– Ты хирург, мог и не носить. Мешает же, – поясняю, что вопрос вполне уместный.
– Я бы носил. Не мешало бы. Хорошего же ты обо мне мнения, – он злится. На меня или на мое недоверие. Не понятно. Ну, извини, Орлов. У каждого человека есть что-то личное, не для всех. Я должна была спросить.
– Ты знаешь, что завтрашний день конференции пройдет в другом месте? – намеренно меняю тему. Он, может быть, и не приедет на 3-й день конференции. Я даже не знаю, регистрировался ли он на этот день.
– Да, я смотрел программу. Ты во сколько выступаешь?
– Плюс-минус, как сегодня. В последних рядах, так сказать, – завтрашний день конференции пройдет в доме отдыха в двух часах езды от города. Тоже у моря. Это наши организаторы подсуетились, чтобы после конференции можно было отдохнуть на море, а на следующий день уже поехать в аэропорт. Каждому участнику конференции забронирован номер.
– Ты останешься там на ночь? – отрывает взгляд от дороги на меня.
– Да, у меня здесь номер только до завтра. Утром нас повезут на конференцию уже с чемоданами и оттуда на следующий день – в аэропорт.
– Я тоже приеду, только не к началу. Чуть позже, у меня операция с утра. Но твой доклад я точно не пропущу, – улыбается мне.
– Так ли тебе интересна тема, о которой я докладываю? – усмехаюсь я. То, что я ему понравилась, я поняла. Но я докладываю по гинекологии, насколько я знаю, это не его профиль, но он исправно ходит на мои лекции и делает записи, я видела.
– Я учился на челюстно-лицевого хирурга и долго работал в неотложке, потом прошел переподготовку в Акушерство и гинекологию, а потом на сосудистого. Поэтому, да, конечно, интересна.
– Обалдеть, Орлов. Всю жизнь учишься, получается? – поразительно, насколько умный и целеустремленный мужчина мне встретился.
– Ну, да, – смеется. – Врачу как без обучения, – это не вопрос, утверждение. – А ты докладываешь только гинекологию? – интересуется он.
– Да нет, просто так совпало, – вру я. А я докладываю ТОЛЬКО гинекологию, но ему об этом знать не обязательно. У нас еще есть пара дней на дальнейшее знакомство, а потом и оно закончится. Нет смысла душу открывать.
– На кого ты училась? – решает глубже погрузиться в мою жизнь.
– На сердечно-сосудистого. На скорой работала, потом в кардиологии. Сейчас уже лет десять в министерстве, – посвящаю его в свою реальность.
– Ого! – удивляется Орлов. – Устала? Поэтому направление сменила?
– Пусть будет так, – даю понять, что это обсуждать я не готова. И чего «Ого!» ? С тобой и рядом не стояла.
Мы уже подъехали к гостинице и Орлов просто сидит и смотрит на меня не мигая. Вероятно, пытается понять, почему я так закрыта.
– Валера, спасибо за прекрасный вечер, мне пора, – улыбаюсь ему в попытке снять напряжение, заполнившее салон этого космического корабля.
Он молча выходит из машины, чтобы спустить меня и снова потискать по пути. Я уже стою на тротуаре, но все еще в объятиях этого исполина, не отпускает.
– Валер, мне надо идти, – мягко отстраняюсь от него, но где там. В его планы это не входит, он не сдвигается с места и меня не отпускает, только чуть расслабляет хватку, чтобы смотреть мне в глаза.
– Даш, завтра увидимся, – предупреждает он.
Именно, предупреждает. Чтобы никаких неожиданностей и чтобы я себе не накрутила лишнего. Из нашего разговора, я вполне логично могла бы это сделать. Я киваю, делаю шаг из его объятий, но тут же оказываюсь прижата к его горячему телу и жарко зацелована его губами.
– Отпускай, Орлов, – упираюсь лбом ему в грудь, чтобы не имел возможности меня целовать. – А то я смотрю, напрашиваешься, – усмехаюсь.
– Напрашиваюсь, – прижимается губами к мои волосам. – Но мы договорились подождать, – а мы не договаривались.
Глупо договариваться об интиме в такой далекой перспективе. Но он это говорит, и он в это верит. Он стоит так, обнимая меня еще пару минут. И мне в его объятиях странно хорошо и спокойно, но нужно идти. Я выскальзываю из его рук, Орлов больше не препятствует и я ухожу не оглядываясь.
Ну, кто бы мог подумать? Кто бы мог подумать, что мы встретимся в одной системе координат и друг другу понравимся. Очень откровенно понравимся. Не могу больше об этом думать. Я устала, я хочу в душ и спать. Пока стою под душем неосознанно вспоминаю, как он меня сладко трогал, и как я стонала в его руках, и как кончала. Все вспоминаю и завожусь! Ну, с этим я могу справиться сама, уже столько времени справляюсь. После своего феерического душа без сил падаю спать.
