Текст книги "Бюро по спасению попаданцев. Том 1 (СИ)"
Автор книги: Алевтина Варава
сообщить о нарушении
Текущая страница: 4 (всего у книги 12 страниц)
Глава 7: На Воронеж утром ранним…
Даша заботливо принесла домашней еды в дорогу, как в Игоревом детстве, когда поездки к морю на поезде сопровождались запечённой курицей в газетке, варёными яйцами и сочно пахнущими огурцами, купленными на рынке – не чета красивым и пластмассовым из сегодняшних магазинов.
Водила действительно оказался мутным и неприятным, подтверждая тезис о том, что нормальный российский гражданин себя осознанно Ивэном Блэнжэ не назовёт. А вот Слава безбожно опаздывал.
– Пятнадцать минут! – клялся он голосовыми, хотя слать их давно следовало запретить на законодательном уровне. – Сучьи пробки!
– Поезд отходит через семь, – не своим голосом проблеял (иначе и не скажешь) Игорь. Таблы обезболов чуть усмирили боль, но во рту царили предапокалиптические настроения.
– Попробуем перегнать навигатор, – пообещал новой голосовухой Слава. – Изо всех сил!
Наверняка же выскочил в свинячий голос, засранец.
– Мы будем на станции Рязань-два в десять двадцать один, – отметила бросившая выгружать продукты на столик купе Даша. – Пусть там подсаживается, надо сразу разворачивать таксиста. По платке, может, и нагонит, за город пробок в это время нет.
Игорь зажмурился.
«Владислав Чихнов, двадцать семь лет, менеджер по продажам, не женат, детей нет. Полное инфо собираю. Находится в реанимации Воронежской областной клинической больницы номер два по улице Карла Маркса, тридцать пять, – писала в чат Мила. – Зафиксировано состояние комы при отсутствии внешних повреждений, кроме незначительной гематомы на уровне коленей».
Медсестру и водителя уже временно добавили в мессенджеровую группу Милиного звена, хотя последний не особенно интересовался сводкой – он прикидывал, сколько жестянок пива можно осушить, чтобы всё выветрилось за время в дороге.
Слава смиренно признал идею обгонять поезд оптимальной. Даша осмотрела загадочно пострадавшее горло и теперь хмурилась:
– Вот я бы сказала, что тут больше химический ожог, чем аллергия, очень странно. И, говоришь, ни на что из состава у тебя такой реакции нет? – Всё, что фармацевты замешали в «Антиангин-форте», она уже зачитала из интернета.
– Да я пользовался им вчера вечером, наоборот, помог от простуды, – развёл Игорь руками.
– А у тебя вирус? – отодвинулась Даша. – У меня сейчас ослабленный иммунитет, тоже лечусь. Будет фигово что-то хвостом подцепить.
– Переохлаждение, – прыснул он невольно. – Не ссы, Маруся, я сам боюся. Не заразный.
Поезд уже выкатился за границу Москвы.
От Арины прилетела неожиданная претензия: не за то, что злокозненно подстроил командировку, а за то, что не попытался включить саму Арину в состав группы, как представителя отдела Д.
– Вот ты никогда о моих интересах не думаешь! Это же аномалия!
– Там ДТП, – пытался отбиться Игорь.
– ДТП в Воронеже – ещё бо́льшая аномалия, чем любая аномалия в Воронеже! – заговорила каламбурами свирепая Арина. – Ну вот что ты за человек?! Как Дашу свою, грудастую, выписывать – так ты первый!
Он поспешил убавить громкость смартфона боковыми кнопками.
И это уже знает, блин. Хотя могла бы и учитывать, что свободную медсестру экстренно выделил отдел О и повлиять на это Игорь никак не способен.
Даша Верховцева давно не давала Арине покоя, потому что была на дежурстве в лазарете в тот день, когда гробокопатели успешно вытащили Игоря из гаремника. По сути, именно она встречала его и оказывала первую помощь, а потом исправно проведывала на балансе отдела К во время долгой реабилитации. Всё-таки не так часто гробокопатели вылавливали живых попаданцев, и это было событие.
А с Дашей у них остались особые отношения.
Хотя и напрочь лишённые романтичности. Он тысячу раз объяснял Арине, что в мире попадания секса хватало с головой и потом очень долго было не до того, но упрямая бабёнка не верила. И отчаянно ревновала к Даше и особенно – к Дашиному четвёртому размеру груди.
Успешно подсевший в Рязани Слава внезапно оказался в отличном расположении духа.
– Это, ребята, чёртов прогресс и прорыв! – острил он. – Заслуга жнецов! Может быть, первая! Выкосят, выкосят ребятки факторы из Москвы, и из Питера тоже выкосят, не зря свой хлеб годами едят! Больше никто не скажет, что отдел Ж – это жопа! Вон, как расстарались, уже ДТП-шная схема только в Воронеже и сумела реализоваться! Ну! Премию каждому жнецу лично! И грамоты с подписью шефа!
– Ты чё такой весёлый? – поинтересовался Игорь.
– А может, и правда! – поддержала Даша, собирая вновь прибывшему (и успешно догнавшему) ассорти домашних деликатесов на пластиковую тарелку. – Вон лет через десять совсем выйдут физические деньги из оборота, и откуда монетам браться? У отдела Ж много долгоиграющих перспективных стратегий. Вон как кешбэк раскрутили!
– Ну ты сама-то веришь? – проворчал Игорь недовольно (из-за горла он не мог причаститься зазывно пахнущих угощений и потому был не в духе, ещё и Арина не успокаивалась, написывая теперь в мессенджер). – Вон уже сколько лет только и делают, что тротуарную плитку перекладывают вдоль дорог, уже, считай, только положат – и сразу снимать, и что? Закопали разве все монеты? Их, почитай, и в обращении почти нет, а всё равно находятся, где не надо.
– Ну, брат, если у тебя зарплата с пятью ноликами, это не значит, что такое на всех москвичей распространяется, – засмеялся Слава, отхватывая зубами половину отбивной. – Кто-то монетки очень даже бережёт. Но всё-таки роняет, – тут же прыснул он. – А банкам люди старой закалки не доверяют, и срать на кешбэк. Ну а если серьёзно: что за херня с Воронежем? Это как такое могло получиться? Реально, аномалия там была бы попонятнее!
Блин, вот и этот за Ариной повторяет. Что за сговор?
Игорю действительно даже в голову не пришло уведомлять отдел Д при фиксации попадания через ДТП. И он безуспешно пытался втолковать свою логику Арине сообщениями.
– Потом оно везде пойдёт, вот увидите, – отозвался с верхней полки водитель. – Ещё постараться придётся, чтобы из Москвы в какой филиал задрипанный не перевели. Меня и так в патрульку не взяли, оглянуться не успеешь – в какой Мухосранск втулят на постоянной основе, черти. Спасибо, хоть рога отпилили.
Некоторые аватары, остающиеся постоянными носителями вытащенного из иного мира разума из-за смерти здешнего тела, существенно отличались строением, потому что копировали форму, в которой жил попаданец. Что было реально привести к приемлемому виду, правили пластические хирурги отдела П. И тогда агент получал возможность возвратиться в социум с новыми документами, хотя многие оставались на балансе ведомственной больницы, потому что их ни в коем случае нельзя было обследовать земным медикам. И хотя девяносто процентов попаданий происходили в тела, максимально похожие на оригинал даже чертами, случались казусы, которые не поправить и пластикам. Впрочем, и с этим старались бороться, вводя моду на всяческих экстраординарных фриков. Вон, Денис Добрынский, возвращённый синекожим, с острыми огромными ушами, рельефными выпуклостями на черепе и раздвоенным языком, не просто спокойно живёт в московской двушке, а ещё и заделался параллельно с работой в Бюро популярным блогером. Его даже на ток-шоу приглашают!
Дивный новый мир, ничего не скажешь.
Хотя о чём тут можно говорить, если некоторые свежие попаданцы не в падучей бьются, а успешно въезжают в ситуацию потому, что начитались книжек на эту тему в реале?
Литературная мода на перенос в иные реальности бурно вспыхнула сначала в Японии, а потом и много где ещё в первые годы после открытия Бюро, когда стали успешно возвращать зафиксированных попаданцев. Забавно, но самая распространённая ДТП-шная схема в мире художественных сюжетов даже стала своеобразным мэмчиком. Вот только во влажных мечтах спасённых покорения чуждых миров обрастали нагромождением успешных успехов и чуть ли не захватом тамошней власти, тогда как на практике большинство попаданцев оказывалось в очень глубокой заднице, часто – летальной. А то и похуже. Вон сколько измордованных гробокопатели вытаскивали из тюрем, казематов и рабства. Но человекам только дай волю помечтать в новом направлении.
Впрочем, удачные интеграции и даже удачные интеграции со значительным прогрессом – бывают, не то не существовало бы отдела В, вершители которого время от времени даже локальные вооружённые конфликты вынуждены развязывать, чтобы изъять успешно реализовавшихся попаданцев, особенно из миров с развитой магической системой.
На кой ляд только – это уже отдельный вопрос, на который Мидунок отвечает только тупой присказкой – слоганом Бюро про пазлы в своих коробках.
Как бы то ни было, а тема попаданства в мире современных землян так завирусилась, что уже образовался новый отдельный литературный жанр. Бюро не противодействовало, а, наоборот, поощряло писателей и авторов комиксов: некоторая осведомлённость, пусть незначительно, но повышала выживаемость в мирах. Кажется, кто-то из креативщиков стал поговаривать о раскрутке популярной международной серии на тему работы Бюро, чтобы дать человечеству вводные для взаимодействия с агентами, которые их ищут.
Но это, вообще-то, дурь. Не так много народа читает книжки. А в основной зоне риска как раз те, кому всё настолько обрыдло, что точно не до фэнтези. Но креативщики на такие аргументы не сдавались и планировали потом экранизировать тему в виде сериала.
И всё ж таки при чём тут Воронеж?..
Ладно. Не Игорева ума это дело. Пока. Главное, мужика вытащить.
Без двадцати три поезд прибыл на второй путь и началась бурная деятельность. Удобную газель уже нашли и арендовали админы, даже условились, чтобы ту пригнали к вокзалу – и так столько времени потрачено на дорогу.
Зато Чихнов всё ещё не умер. И это внушало большие надежды. Радиус вокруг точки входа всего лишь пятикилометровый, и, если попаданца за полдня из него не унесло, были все шансы, что он не особенно двигается, а это упрочняло возможность успешного обнаружения и возвращения.
Игорю не хотелось завершать работу в отделе А приобретением нового агента в штат. Детективом он таких приведёт много, а в альфах всё же грезилось возвращать пострадавших к их жизням. Как ни крути, а смена личины скверно сказывается на психике в большинстве случаев.
На перекрёстке Кирова и Платонова уже не было ни ДПС, ни внешних признаков аварии – и пришлось ориентироваться на добытую Милой геометку. Связи Бюро с госструктурами значительно облегчали работу, и Игорь был чертовски рад, что связи эти налаживались без его участия. Он и представить не мог, под каким соусом подавалось это сотрудничество.
Горло почти пришло в норму, хотя голос оставался сиплым, и Игорь то и дело заходился кашлем. Нужно было собраться.
Всю дорогу от вокзала к локации Слава переругивался с Милой, они даже в какой-то момент бросили строчить капсом и созвонились. Слава считал, что тратить время на поиск меток – тупёж, и так добирались почти половину суток. Картина более чем живописная, чёткие координаты точки входа в наличии. Ясен пень, что Чихнов – попаданец. Мила втолковывала о процедуре и теории вероятности, самых невозможных совпадениях, которые случались лично с ней, о том, что Воронеж – само по себе дико странно, и категорически запрещала вдыхать состав без обнаружения меток.
– Мне только остаться с одним Андреем и стажёром, который уже начал ебловать и сливаться, не хватает к переводу Игоря сейчас! В коме полежать захотелось? Так это так себе ощущения, поверь, Слава, вот я из первых уст знаю! – голосила Мила настолько экспрессивно, что слышалось на весь салон, хотя связь не была громкой.
Глобально Игорь соглашался. За последние пару дней прямо коса нашла на камень в плане тупорылого стечения обстоятельств, и он вообще не удивится, если тут нет никакого попадания, особенно начни они со Славой пролезать в мир без подтверждения маркерами.
Едва выбрались из газели, позвонил незнакомый номер.
– Игорь? Это Света, отдел О. Я тебе утром первую помощь оказывала. Как состояние?
– Норм. Сейчас неудобно, – собрался отключиться сразу Игорь.
– Подожди! – поспешно крикнула она. – Я сделала анализ, это важно. В твоём средстве от горла – спрей для очистки экранов мониторов.
– Бля-я-я-я, – выругался Игорь от всей души. – По запаре не то со стола схватил, что ли? Ну даю! – он даже прекратил искать свой любимый белый крест по секторам от удивления.
– Ты не понял, – возразила Светлана хмурым голосом. – Внутри флакона с этикеткой противопростудного лекарства налит спрей для очищения жидкокристаллических мониторов. Ну а уже как это понимать – думай сам. Спасибо, не кислота. Береги себя.
Игорь растерянно опустил телефон. То есть в смысле? То есть это не он, затурканный логистикой, взялся не за ту баночку, а кто-то нарочно перелил в лекарство отраву? На фига? И кто? И как?
У него прекрасные отношения с коллегами. И атмосфера на этаже альф вообще дружелюбная. Ну не Лампочкин же, в самом деле, мстит за перевод в Б-эшку? Это как-то не солидно и тупо, он же адекватный дед, да и в возрасте уже – мозги имеет. Бредятина.
И вообще, вчера толком никого не было, когда Игорь прискакал. Получается, из других кабинетов звенья? Это что вообще за прикол? Наверное, надо поднять видосы с камер по возвращении.
Могли товарищи по переводу берега попутать? Набивают себе цену, чтобы лучше справиться на фоне других? Соперничество между звеньями за показатели существовало, от этого не уйдёшь. Но Игорь считал его здравым и полезным, нормальным для людей спортивным азартом.
Да ну нет, с какой колокольни ни глянь – ахинея какая-то получается… Должно быть нормальное объяснение.
Телефон дзынькнул. В общем чате от Славы пришла фотка пятирублёвой монетки у края лужи в грязи.
«Фиксирую искажение цвета. Подтверждаю попадание».
Игорь вытаращил глаза и быстро нашёл довольного Славу, уже топающего к газели, из которой водила Ивэн и Даша выгружали привезённые из Москвы складные каталки. Найти монету за девять минут? Как бы всю свою удачливость на рейд они этим не исчерпали…
Только спешить всё-таки надо, мужик там почти десять часов. Шансы тают стремительно.
Игорь послушно занял своё место в инвалидном кресле. Его катила Даша.
– Ты как это сделал? – всё-таки поразился он, когда водила взялся перегонять каталкой Славы, чтобы провезти того через точку входа на проезжей части первым.
– Да легко! – заржал коллега. – Я сам её и положил, – объявил он на голубом глазу и полной грудью вдохнул порошок.
Глава 8: Кильжаб ахандыр!
– Вот идиот! – ахнула Даша над головой.
Игорь тоже разинул рот, но, так как этот фальсификатор не забился в падучей, а мирно расслабился в инвалидной каталке, отдавая сознание аватару, похоже, всё было в порядке.
– Не докладывай про это, – проворчал Игорь сквозь зубы.
– А вы не делайте так больше, совсем, что ли, ума нет?! – возмутилась Даша. – Ты хотя бы не делай. Конечно, я не донесу, – прибавила она, подталкивая и Игоря на точку входа. – Я вроде нормальная.
Он тоже послушно вдохнул свою порцию порошка и потому оказался на косой просёлочной дороге с опозданием всего минуты на три-четыре. И тут же вынырнувший из кустов Слава ухватил под локоть, затягивая в заросли.
– Цыц! Тут дом и куча крестьян! – зашептал он.
Слава уже стянул куртку и остался в футболке цвета хаки, неброской среди раскидистой растительности. Игорь присел на землю и тоже потянул за молнию, прислушался.
Звучала суетливая незнакомая речь многих голосов.
– Маячок Толмача на двор вкинул, – шепнул Слава. – Деревня, что ли. По виду жители как мы. На ближнем дворе столпотворение. Давай дёрнем шмот, пока тут кипиш. Как раз что-то подучить успеет.
Игорь кивнул.
Свою куртку он стянул и притрусил валежником, всё равно рассыплется вместе с аватаром. В мире было тепло и как-то очень влажно, ветки и камешки покрыл вязкий терракотовый налёт. В воздухе носились какие-то жуки и бабочки.
– Попаданца повязали? – кивнул Игорь, чуть раздвинув веточки и присматриваясь, на толпу крестьян в холщовых домотканых одёжках. Мужики были с бородами, бабы – в длинных юбках и передниках, ребятня – в подпоясанных рубахах. С виду – вроде бы люди, никаких физических различий в строении. Все активно переговаривались и охали.
Игорь сверился с приложением Толмача – шёл анализ речи по первым данным. Он всё-таки сунул в ухо наушник, утопив его поглубже, хотя было, конечно, рано.
– Не понял ещё, вроде как нет, – ответил на вопрос Слава. – Давай по-бырику, пока тут все толкутся. – И он, полусогнувшись, побежал к плетню дальнего домишки с соломенной крышей.
На верёвке сушились бельё и какие-то вещи. Игорь очень понадеялся, что они у владельцев не последние. Особо зажиточной деревенька не смотрелась.
Слава Дёрнул мешковатые штаны и какую-то сорочку пошире, Игорь тоже, быстро оглядевшись, выбрал что-то, с виду подходящее по размерам. С натянутой верёвки сорвалась странная птичка, но не взмыла вверх, а вдруг втянула крылья в спину и видоизменилась в зверька, похожего на кошку. Присев на зад и вздыбив хвост, она зашипела угрожающе на воришек.
– Прикол, – хмыкнул Слава и потрусил за безоконный сарай, в узкую щель между ним и забором. Взялся торопливо переодеваться.
Штаны Игорю оказались маловаты и закончились где-то на середине икры. Сверху он затянул их ремнём от джинсов, чтобы не падали, и скрыл странный аксессуар рубахой, которая, напротив, вышла шибко свободной. Слава тоже прибарахлился и стал довольно ржачным. Он как раз мазал в рыжей пыли свои теперь босые и очень белые ноги. Игорь закрепил сумку-бананку под рубаху и спрятал туда инвентарь, предварительно глянув на дисплей смартфона: Толмач выдавал жалкие один и пять процента. Пару маячков-анализаторов, декорированных под мелкие камешки, он оставил в руке – надо будет разбросать по деревне. Ещё стоило дёрнуть второй комплект одежды и пристроить в кусты около точки входа, на случай повторного рейда. Но тут на двор вернулись две местные тётки, активно что-то обсуждая между собой, и пришлось выбираться из закутка задами.
Где агенты столкнулись с первым сюрпризом.
За домишкой начинались скалы, ныряющие в клубы густого тумана цвета охры, простирающегося в бесконечную даль, и лишь где-то километрах в пяти-семи из бездны выныривало что-то вроде острова – отсюда было видно его край. Создавалось впечатление, что обломок суши парит над кисельной поволокой. Покрытый деревьями и тропками, кажется, с точками домиков в низине, тот остров поднимался вверх, и на гористой части было видно стены бастиона.
Однако охряный туман не выглядел как скопление в низине. Он был странным. Начинался резко у кромки скалы, но не расползался на берег. Густой и словно бы более плотный, чем до́лжно, туман этот отталкивал на уровне инстинктов. Соваться туда не хотелось.
Игорь завертел головой, изучая и доступный периметр. Тут тоже за деревней стартовал плавный подъём в гору, по которому бежала пыльная утрамбованная дорога. И хрен знает где вверху различался замок, окошки которого горели в сгущающихся сумерках первыми огоньками. Всё это затирало обманчиво обыкновенный вид крестьян. Ничто не помешает им превращаться в плотоядных монстров, как вместилищу Анны Каблуковской, или уметь кидаться энергетическими шарами. Или ещё что вытворять. До рекогносцировки надо соблюдать максимальную осторожность. Потом, впрочем, тоже.
– Если тут небольшая твердь, а туман – непроходимый, наш Чихнов из радиуса не сиганёт, – зашептал Слава. – Будет удачно. Хотя, может, в этой дымке он и бродит.
Игорь склонился над туманом и опасливо мазнул подушечками пальцев гладкую, не рассеянную поверхность. Субстанция была плотной, она ощущалась – и отзывалась внутри тоской. Но кожа осталась целой.
Он попробовал опустить ладонь глубже. Руку окутало что-то странное, тревожащее: щекотно волнующее. Хотелось её убрать, но Игорь лёг на живот и пошарил в дымке. Дном и не пахнет. Скала обрывалась, закругляясь куда-то под остров. Похоже, действительно именно остров.
Слава подобрал с земли еловую шишку и зашвырнул в охряную дымку. Ни стука, ни всплеска.
– Идём, – распорядился он, на полусогнутых двинувшись с внешней стороны плетня, через который они перебрались, вдоль линии иномирного поселения.
Через два двора Игорь сделал марш-бросок к домику с открытым окошком, закинув в помещение маячок Толмача. Сверхсовременный ИИ довольно быстро вычленял из чужеродной речи основное, чтобы составить первый корявый перевод для агентов. Но чем больше источников, тем вернее получится база.
– Мало домов, – прикинул Слава. – По-любе все друг друга знают.
– А может, мы того, с другого материка, – возразил Игорь. – Торговцами прикинуться? – предложил он, срывая с куста листья. – Редкие свойства, особый способ выращивания. Снимает мигрень, – как заправский агент по продажам, зачастил он, и Слава прыснул.
Кипиш в поселении утихомиривался. Какие-то мужики потянулись обратно к полю на побережье туманного океана – собирать брошенный инвентарь. Никто не делал ничего экстраординарного, и определить природу местных жителей было не по чему. Темнело. Вечернее время, особенно после какого-то необычного события – идеальная пора, чтобы набрать материала Толмачу. Разделившись и изо всех сил стараясь никому не попасться, Игорь и Слава раскидали ещё четырнадцать маячков. Все они – аватары, так что собирать потом не придётся, а вот инфа прогружается в общую базу – как-то сумели в отделе Н добиться этого от программного обеспечения. Толмач активно фиксировал и сверял иномирную речь с архивами, генерируя свои версии перевода согласно с ситуациями применения речевых конструкций. Он умел хорошо улавливать логику словообразования и был незаменимым атрибутом любого рейда в окружение разумных форм жизни. На ста процентах даже адаптировал фразеологизмы и расхожие конструкции под узнаваемые так, чтобы не возникало недоразумений. Но для ста процентов нужны многие месяцы обработки.
Раскидывание маячков не выявило в поселении никого связанного, орущего, выбивающегося из общего коленкора или запертого. Когда стало совсем темно и только туманное охряное небо, такое же, как субстанция вокруг острова, слабо светило тусклым, агенты спрятались на скалистом берегу, и Игорь рискнул закурить, скрывая огонёк пальцами на военный манер.
– Хорошо было бы ночью вытащить его, конечно, – ворчал Слава. – Но блин, не мог же чел так быстро въехать и сразу начать интеграцию! Неполные сутки, блин!
– Ну какую-то смуту он тут поселил явно, – возразил Игорь. – Вон как все галдели, и это спустя часов уже десять-одиннадцать после попадания.
– Походу, увезли товарища, – заключил Слава. – Мож, в какую тюрягу? Или вон, в замок? – кивнул на гору он.
– Хреново, чё, – вздохнул Игорь. – Тут ночевать будем? Кажись, здешние потемну отдыхают.
– Давай в гостишке? – взмолился напарник. – Может, что-то прикупим на ноги и чтобы торговать. Ну и вообще надо отдохнуть нормально.
Игорь спорить не стал. Они успели обогнуть побережье скал и убедиться, что площадь острова невелика. Он почти весь ложился в радиус, и если попаданца не унесёт прицельно на противоположную сторону, шансов умереть в больничке у него мало.
Хотя шансы умереть тут оставались, конечно.
Только хрен пойми, как его искать без опроса свидетелей, а Толмач сигнализировал о десяти процентах. Это такая белиберда, что и пробовать не стоит. Надо бы ему ещё с ранья поработать, чтобы можно было входить в поселение.
Игорь и Слава вернулись в кусты у точки входа, разогнали каких-то грызунов, обернувшихся ночными птицами и взмывших в тёмное небо, разделись, стащив иномирные одёжки, и занюхали антидот, хотя по таймеру осталось ещё восемнадцать с половиной часов принятой дозы.
Дашка и водила въехали в гостишку поблизости от больницы, где лежал Чихнов. Игорь очнулся на одноместной кровати, Слава рядом – на диване. Даша готовила капельницы с питательным раствором.
– Ой, не! – взмолился Игорь. – Давайте в ресте пожрём? Только без водилы. А то он пивом накачается.
– Не нашли? – расстроилась Даша.
– Там поселение, куча крестьян. Видимых следов попаданца нет, но как-то неспокойно, – объяснил Слава. – Оставили маячки Толмача, пока только десять процентов. Как думаешь, реально в Воронеже заказать лапти с доставкой на утро?
– А давай кроссами торговать? – предложил Игорь. – Возьмём пару в магазе, типа пробные. Ну и собой будем рекламировать. Вроде как коробейники с другой суши.
– Тема, – хмыкнул Слава. – Армрестлинг на созвон с Милой?
– Идёт, – согласился Игорь, и Даша закатила глаза.
– Если тут спать собрались, надо ещё пару номеров взять, – сказала она. – Пойду оформлю, пока вы с отчётностью решаете. И ресторан есть в лобби, но такой… – она сделала паузу и закончила: – воронежский.
Слава продул раунд и остался докладываться, а Игорь ушёл вперёд в рест. Сверился с Толмачом, но поверх десятого процента накапало только ноль два – видимо, все в деревне спали.
Маячки были, конечно, аватарами – повторно через ДТП-шную точку входа в мир нельзя пронести ничего физического, – но они выдавались с опылением из частиц порошка и воплощались потому отдельно от аватара агента. Чтобы рассыпать маячки, нужно ухнуть их оригиналы в раствор антидота, так что они начнут фиксировать и анализировать речь поутру, когда деревня проснётся, даже если не пойти во второй рейд.
Имело смысл нырять повторно, когда прога выдаст хотя бы двадцать пять – тридцать процентов. Лучше бы дождаться пятидесяти, но это уже рискованно – Чихнов ведь может быть в непосредственной опасности.
– Как гортань? – первым делом спросила уже ожидающая в ресторане Даша. – Давай гляну в уборной?
– Норм, успокоилось. Ты была права, это химический ожог. Ваша Света сделала анализ, звонила перед рейдом. – И он рассказал об очистителе.
Даша округлила глаза.
– Это кто тебя так не любит? Тупая какая-то шутка, – заохала она, гневно сверкая глазами. – Ты же задохнуться мог, вообще-то, если бы слизистые раздуло. Даже без аллергической реакции, просто от повреждения. Ты бы это так не оставлял, вообще-то – покушение на убийство.
– Ну, если меня убьют после всего очистителем для мониторов, хотя бы получу посмертную премию Дарвина – уже какая-то заслуга, – пошутил Игорь.
– А ты, как особо одарённый, не собираешься об этом даже никому сообщать? – свела брови Даша.
– Господи, ну, может, Арина дозатор сломала и перелила в пустой спрей, а я и схватил. Как-то тупо подымать Бюро на уши, – отмахнулся он, раскрывая меню.
– Ты же вроде пользовался лекарством дома, – напомнила Даша.
– Значит, кто-то прикололся.
– Отличные приколы у вас. На рыбу даже не смотри, – предупредила она затем, – её Ивэн брал на обед, говорит, отрава редкостная.
– Что хорошо Игорю – Ивэну смерть.
Подтянулся Слава и, спародировав Милину мелодраматичность на планёрках, объявил:
– Чтобы были там с рассветом, понятно вам, халявщики? – А потом прибавил: – Раньше двадцати пяти процентов – нет смысла.
– Согласен, – кивнул Игорь, и они, сделав заказ, начали делиться с Дашкой наблюдениями и впечатлениями.
В итоге засиделись допоздна, ожидаемо положив на то, что вся соль завершения первого рейда была в идее как следует выспаться перед трудным днём. Найденная Дашей гостиница добивала больницу Чихнова радиусом для развеивания временного земного аватара, так что можно было особо не дёргаться.
– И на хрена водилу брали? – ржал Слава. – Он чуть странный, да?
Игорь промолчал, закатив глаза.
К часу всё-таки разбежались. Арину Игорь решил не тревожить: ещё надумает там себе, что он выбрался ночевать в гостишку для того, чтобы разделить номер с Дашиным четвёртым размером. А эти приступы ревности вымораживали. Лучше просто не давать повода.
Горло действительно пришло в норму, а ещё очиститель для мониторов как-то прихватил с собой симптомы начинающейся простуды. И удалось почти сразу отрубиться.
…Звуковой сигнал Толмача, уведомляющий о наборе минимальных для коммуникации двадцати пяти процентов, разбудил, когда слово «выспаться» ещё и близко не характеризовало ситуации. Похоже, деревенские там вставали и начинали трепаться очень и очень вскоре после отбоя.
Чаще всего, при наличии в другом мире смены времён суток как таковых, пападанцев забрасывает в то же время, которое было в точке входа на Земле. Как и почему это работает, а также течёт ли время одинаково в мирах, не связанных пространственными прорывами, – оставалось пока вопросом неизученным и более чем второстепенным. Кое-кто в Бюро вовсе сравнивал нераспечатанные реальности с котом Шрёдингера и верил, что их вообще без прорыва не существует. Как бы то ни было, а синхронизация суток с часовым поясом на точке входа в восьмидесяти пяти процентах случаев оставалась константой.
Почти вслед за сигналом Толмача набрал заспанный Слава.
– Полшестого, чел. Давай к десяти? – взмолился он.
– Не, – отрезал Игорь, с усилием беря себя в руки. – По коням. Пока доедем, за тридцать наберёт. Ещё грохнут Чихнова, ну на хер.
Спорить Слава не стал, хотя хотел – по сопению было слышно. Но он был пускай и разгильдяем, но всё-таки не сволочью, склонной рисковать чужой жизнью ради своего комфорта. И через сорок минут (по большей части из-за водилы) газелька припарковалась неподалёку от места аварии.
Купить кроссовок в Воронеже в такое время оказалось нереально, и потому для плана разули Ивэна и Дашку. И если медсестра выдала реквизит без вопросов, спокойно попрыгав в гостиничных тапочках, чтобы докатить инвалидную коляску, то водила устроил целое шоу. Потому что был мудак по определению.
Слава прикупил ещё двадцать порций шавухи и плетёную корзину у бабки, торгующей около автобусной остановки пирожками. Пирожки прикупил тоже, так что бабка сделалась счастливая непомерно. А в наличии оказался реквизит для общения. Если, конечно, тема со странствующими торговцами не погорит из-за каких-то внутренних особенностей тамошней реальности: может, на прочих островах живут другие расы, или с ними идёт война, или ещё что.
Толмач показывал уже сорок семь процентов, когда агентов снова провезли через точку входа.
Вчерашние вещички в кустах оказались на месте.
Наушник в ухе сразу ожил, переводя отдалённые окрики и отрывочные слова.
Пора было начинать опрос свидетелей.
