290 890 произведений, 24 000 авторов.

» » Дежа вю (СИ) » Текст книги (страница 1)
Дежа вю (СИ)
  • Текст добавлен: 9 декабря 2019, 19:00

Текст книги "Дежа вю (СИ)"


Автор книги: Алесандр Шамраев






сообщить о нарушении

Текущая страница: 1 (всего у книги 14 страниц)

Шамраев Алесандр Юрьевич
Дежа вю

1

Этот мир мне понравился внешне и чем-то напоминал мою прежнюю родину под названием Терра – Земля. И хотя Мердок и Мерлин бухтели, что я ломаю планы посещения планеты амазонок и разгадку её тайны, о которой они прожужжали мне все уши, я своего решения не поменял – 'хочу' и всё тут. С обзорных экранов на меня смотрела голубая планета, что всколыхнуло в глубинах памяти ностальгию по своей прежней, почти забытой Родине. По высокой орбите мы несколько раз облетели планету и сканировали её поверхность. Вскоре я уже знал, что более трёх четвертей поверхность этого мира была покрыта водами океана, который омывал два небольших материка, расположенных в одной плоскости в районе экватора. Я уже прикидывал где совершить высадку, как произошло нечто непредвиденное...

Сигнал тревоги вырвал меня из объятий морфея, заставил быстро надеть комбинезон и бегом переместиться в рубку управления.

– Мердок, что за шум, а драки нет?

– Нас атакует неизвестное излучение в виде луча с этой вашей голубой планеты. Мерлин пока не в состоянии определить, что это такое и с чем его едят. Пристегнитесь, я начинаю маневры уклонения и включаю все защитные экраны.

– Мерлин, а ты что молчишь?

– Идёт анализ и расчёт возможных вариантов, к тому же я синхронизировался с Мердоком.

– Капитан, нам не удаётся оторваться, через минуту Молния попадёт в зону действия этого излучения...

Внезапно меня скрутила сильнейшая боль, в глазах вспыхнуло не менее десятка ярких огоньков, и я потерял сознание.

Выбирался из темноты с большим трудом и, как мне кажется, в течении длительного времени, то приходя на некоторое время в себя, то вновь теряя сознание. Потом наступило просветление, и я стал осознавать себя, но как-то странно. Память, знания мои, а вот тело чужое, да и сознание какое-то раздвоенное, будто нас двое в одном теле. А тут ещё изматывающая боль и невозможность пошевелить даже пальцем, не говоря уже о чём-то другом. В один из дней или ночей, когда я находился в забытье, в мой мозг потоком хлынули чужая память и инородное сознание.

Словно в горячительном бреду я переживал жизнь незнакомого мне парня начиная с его лет двух – трёх. Меня он воспринимал как посланника бога, который должен будет его освободить от этого тяжёлого бремени под названием жизнь. Вот что я от него узнал. Рассказ был путанным, Генрих перескакивал с одного на другое, часто повторялся и возвращался к тому, о чем уже поведал мне...

– Я Генрих де Гар де Лотар бастард короля Георга де Гар. До двух лет я спокойно жил со своей матерью и дедом в королевском дворце в крыле первого этажа для слуг и прислуги. Мой дед был королевским садовником, а матушка ухаживала за клумбами с цветами. Может быть мы так и продолжали жить в спокойной обстановке, не претендуя на большее, если б в один из дней я не попал с матерью на глаза королю. С этого момента моя жизнь стала совсем иной.

Дело в том, что у его величества Георга было три дочери от восьми до двенадцати лет, а вот наследника не было и злые языки утверждали, что и не будет, так как её величество королева Стефания утратила детородные функции из-за болезни. А тут король вспомнил свою мимолётную интрижку с дочерью своего садовника, о которой он со временем забыл. Он увидал нас, когда я в меру своих сил помогал матери рассаживать рассаду цветов. Быстро просчитав все варианты и сроки моего появления, он добился от матери признания, что я его незаконнорождённый сын – бастард. Однако особой радости по этому поводу не высказал. С этого момента он стал всё больше времени проводить в саду, общаясь с матерью и наблюдая за мной. Эта идиллия длилась недолго, через полгода мать скоропостижно умерла и, как потом говорили и шептались, к её смерти приложила руку её королевское величество леди Стефания. В отместку король официально признал меня своим сыном, нарёк Генрихом, но титул принца не присвоил, ограничившись небольшим герцогством Лотар, номинальным главой которого я стал. Именно с этого времени меня стали официально величать герцогом де Гар де Лотар. Главной достопримечательностью моего герцогства была королевская крепость – тюрьма Лотар, куда было легко угодить и откуда невозможно было выйти.

Формально герцогство находилось на территории королевства Гар, но имело специальный статус в содружестве пяти королевств, в первую очередь из-за того, что в крепость ссылали отовсюду самых опасных заговорщиков и преступников, а комендант и гарнизон крепости не подчинялся никому, кроме герцога Лотара, которого уже несколько десятилетий не было, а потом появился я – малолетний пацан, который многого не понимал. Когда король привёз меня к воротам крепости и предложил войти в них, я без колебания это сделал, а потом вернулся к карете. Я тогда и подумать не мог, что это была проверка, и если б я её не прошёл, то до конца своих дней так и остался бы внутри крепости, но это каменное сооружение – осколок древней магии приняло меня и признало своим хозяином. Сделано всё это было под покровом тайны, так что об этом визите никто ничего не узнал.

Мои сёстры – Юлия, Элоиза и Марго были значительно старше меня. Так как в одежде детей до шести лет не было особой разницы между мальчиками и девочками, эти проказницы достали из своих запасников детские платья и по несколько раз в день переодевали меня, а также просили помочь ими самим переодеться. Более того, до четырёх лет я мылся вместе с ними и понятия не имел, что такой стыд и стеснение. Их мать всячески противилась нашему сближению и свою ненависть ко мне не думала даже скрывать, хотя и держалась в рамках дозволенного, опасаясь реакции отца, который уже один раз сослал её в отдалённый замок на три месяца без права переписки за то, что она ударила меня по лицу и разбила губы. К чести моих сестёр, они всячески защищали меня, угощали разными вкусняшками и даже прятали от своей матери, когда видели её чрезмерное раздражение и желание на ком-нибудь сорвать злость. Правда, иногда Марго причиняла мне боль. Ведь она была маминой дочкой и ей любимицей. Старшие сёстры видели это и всякий раз, когда Марго имела индивидуальную встречу с королевой, не подпускали её в течении нескольких дней ко мне. Иногда мне удавалось навестить тайно своего деда, который так и остался простым садовником, отец закрывал на это глаза, а королева просто бесилась, обвиняя меня в паталогическом неуважении к королевской семье, в которую я по прихоти отца попал почти полноправным членом.

Я тогда не знал о том, что отец изменил своё завещание и назначил меня своим наследником вместо сына одной из своих дочерей, у которой он родится первым. Правда, право на корону я мог получить только по достижению своих восемнадцати лет. Когда мне исполнилось шесть лет, случилась трагедия, которая в корне изменила мою жизнь. Во время рыцарского турнира король Георг получил смертельную рану от осколка турнирного копья, которое попало ему в забрало, в прорезь для глаз и поразило мозг. В страшных мучениях через сутки он скончался, а ещё через день меня ночью подняла Юлия и приказала быстро одеться. Она объяснила мне, что стала случайным свидетелем разговора матери со своим доверенным лицом, в котором обсуждался вопрос моей скоропостижной смерти от скорби. Меня должны были ночью задушить подушками и похоронить вместе с отцом в семейном склепе.

Меня вывели из дворца и настала пора почти год скитаться мне по разным замкам, прячась от королевы, которая стала полноправной властительницей королевства Гар. В конце концов меня удалось тайно переправить в герцогство Лотар и спрятать в крепости – тюрьме. А оставшиеся в живых сторонники отца распустили слух о том, что я на купеческом корабле отправился искать своё счастье на другой континент. А потом прошёл слух, что купец подвергся нападению пиратов и пошёл на дно со всеми своими пассажирами и грузом.

Целых девять лет я провёл в стенах крепости, где меня учили владеть оружием, грамоте и письму, а несколько осуждённых за ересь учёных и монахов преподавали мне естествознание и некоторые другие прикладные науки, такие как магию, механику и тайну звёздного неба.

Я настолько уверовал в том, что обо мне забыли, что потерял осторожность и несколько раз с открытым лицом гулял по крепостной стене. Не знаю, узнали меня или нет, а может королева просто решила подстраховаться, но во время одной из моих утренних прогулок стражник неожиданно сбросил меня с крепостной стены, предварительно полоснув по спине своим мечом. Меня спасло от неминуемой и мучительной смерти только то, что я упал в заросли кустарника и его ветви не только в нескольких местах пробили моё тело, но и смягчили падение. Рядом со мной лежало тело незадачливого стражника, который собирался совершить побег, спустившись по крепкой верёвке с крепостной стены. Верёвка оборвалась почти сразу, как только он перекинул обе ноги и с большой высоты падение не оставило ему шансов на спасение, а я выжил, был доставлен в крепость каким-то крестьянином и начались мои мучения и лечение. Шесть магов лекарей, осуждённых к пожизненному заключению, иссушили себя до капельки, но остановили внутреннее кровотечение и, на сколько у них хватило сил, залечили внутренние повреждения, а вот убрать грубые швы и шрамы они не смогли.

Лекарям теперь понадобится почти два года на то, чтобы они смогли восстановить свои силы и энергию, но эти старики почему-то радовались этому и веселились.

Постоянные боли стали сводить меня с ума, и я даже подумал о самоубийстве, чтобы прекратить эти мучения, но один из моих учителей – монахов посоветовал мне обратиться к богу, убеждая, что он помогает всем, кто истово верит в него.

Я стал просить бога послать мне скорую и быструю смерть, но он не внял моим мольбам, тогда я стал просить, что бы он прислал мне одного из своих ангелов, что бы тот забрал мою память, знания, сознание и тело, а душу отправил в астрал, где я избавлюсь от своих мучений. Этим мольбам господь внял и у меня появился ты, божий посланник, который возьмёт мою оболочку и всё то, что делает человека человеком, а также отомстит Стефании. И ещё, пока я окончательно не ушел, хочу поделиться с тобой открытыми мною случайно способностями теперь уже твоего тела. Первое – на левом предплечье, по желанию, появляется магическая татуировка, – Генрих де Гар де Лотар, герцог Лотара, сын короля Генриха и наследный принц королевства Гар. Если она появиться, то убрать её можно проведя по ней правой рукой. Второе – в возрасте двенадцати лет я научился использовать астрал для хранения и извлечения предметов, которые туда положил. Мой учитель естествознания и магии назвал это пространственным карманом. В настоящий момент там хранятся некоторые дорогие мне вещи, можешь поступить с ними так, как тебе заблагорассудится...

Через девять дней я окончательно пришёл в себя. Пришлось привыкать к постоянным болевым ощущениям, так как мои попытки вызвать хотя бы одного дракончика окончились безрезультатно, а значит мне придётся всё это терпеть. Три дня я потратил на проверку своей собственной памяти и убедился, что всё моё при мне, а память Генриха просто добавилась ещё одним файлом в мою матрицу.

Мне пришлось заново учиться ходить, держать ложку и вилку, пользоваться ножом. Постепенно силы возвращались ко мне, хотя этот процесс по определению будет очень долгим.

Комендант Кляйн навещал меня каждый день, рассказывал о новостях в крепости и за её пределами. Именно он мне поведал о попытке королевы направить в тюрьму инспекцию с проверкой, остался я жив или нет.

– Представляешь, мой герцог, Стефания направила ко мне одного из своих молодых любовников – невоспитанного хама с большими амбициями. Я правда сразу же предупредил о том, что если кто войдёт в тюрьму, то уже отсюда выйти не сможет, крепость его не выпустит. Этот дурачок не поверил и ещё с парой своих дружков въехал во внутренний двор. Дальше началось самое интересное, ты же знаешь, что обнажать оружие внутри крепости нельзя, за исключением арены, а эти придурки стали махать своими мечами, в результате чего все трое стали однорукими, а когда они попытались выйти через ворота, то у них ничего не получилось. Пришлось прочитать им небольшой курс о правилах поведения внутри – не поверили. Дружки молодого лоботряса сгорели в очистительном огне на глазах многих узников, у которых как раз наступило время прогулки, а сам горе любовник бросился с крепостной стены и превратился в мясную лепёшку ещё до того, как достиг земли. Неприятное зрелище, но весьма поучительное – больше никто не захотел нанести нам визит. Однако, – комендант понизил голос, словно кто-то мог нас услышать, – в истории крепости бывали случаи, когда люди, для того что бы спасти своих родных и близких, добровольно шли в тюрьму, чтобы закрыть кому-то рот, или избавиться от ненужного свидетеля. Открою тебе секрет, запрет на оружие распространяется только на то, что используется в бою, а вот, к примеру, на кухонные ножи, не распространяется. Да и от применения яда никто не застрахован, хотя вот уже несколько десятилетий, после последнего отравления, действуют очень строгие меры предосторожностей, особенно для очень важных узников...

Даже несколько шагов с помощью костылей давались мне с большим трудом, но я не унывал и твёрдо знал, что если настойчиво тренироваться, то мои мышцы вскоре обретут тонус и через месяц костыли мне уже не понадобятся. Старый смотритель Грув, который был при мне в роли сиделки и няньки, постоянно ворчал и сетовал на то, что я не берегу себя, перенапрягаю свой ослабленный организм и что до хорошего это не доведёт. Я слушал его ворчание, но поступал по-своему – интенсивность моих тренировок увеличивалась. Хотя какие это были тренировки, – особого героизма в том, чтобы пройти дополнительно десять метров или используя спинку кровати изобразить подтягивание на руках, превозмогая боль, хоть и требовали от меня зачастую предельных сил, но на состоянии моего здоровья особо не сказывались.

Некоторые сроки, которые я себе установил сам, исходя из своего самочувствия и возможностей, пришлось корректировать. Без костылей или трости я смог самостоятельно передвигаться только через неполных три месяца, больше трёх раз мне пока подтянуться не удалось, а от даже небольшого ускоренного передвижения пришлось пока отказаться, так как сразу возникали сильные боли в области правого лёгкого, а во рту чувствовался солоноватый привкус крови. К местным лекарям у меня не было претензий, я прекрасно понимал, что они сделали всё что могли и теперь мне предстояло найти и обратиться за помощью к тем, кто обладал сильными лечебными способностями, правда их услуги стоили баснословных денег, а я был гол как сокол. Средств от моего герцогства едва хватало на поддержание Лота – моего небольшого замка, а в последнее время содружество пяти королевств перестало выделять деньги для содержания арестантов, так что и в крепости наступили трудные времена.

Во время одного из разговоров с бароном Кляйном я попросил его найти мне какой-нибудь старый документ, которому было не менее пяти – семи лет, но что бы он обязательно был написан на пергаменте. Такой свиток был найден в архиве, и я приступил, используя свои способности и знания, к его очистке. Через три дня я передал коменданту приказ от Генриха де Гар де Лотар, герцога Лотара, с запрещением принимать в крепость преступников из тех королевств, которые своевременно не оплачивают содержание своих заключённых.

– Дорогой барон, ссылайтесь на меня. О том, что Стефания узнала о моём местонахождении, наверняка уже знают и другие венценосные особы, так что появлению такого документа они не будут особо удивлены, а мы, некоторых из них щёлкнем по носу. Можете так же намекнуть им, что у вас имеется инструкция, которая предписывает, опят таки от моего имени, выпускать преступников на свободу, из-за невозможности их содержания. Имена не называйте, а только номера и их территориальную принадлежность. Посмотрим, как они на это отреагируют...

Мое восстановление шло очень тяжело, правда я теперь мог передвигаться быстрым шагом метров пятьсот, а потом мне не хватало воздуха, и я начинал задыхаться. Даже самый лёгкий меч я поднимал с большим трудом, старый монах пояснил, что все мои связки и сухожилия были повреждены и ещё не восстановились, так что надо набраться терпения, со временем всё придёт в норму. Но вот этого самого времени у меня не было. И я и Кляйн прекрасно понимали, что на веру королева не примет мою смерть и ей потребуется нечто существенное, нежели просто разговоры. Убедить её могло только одно – мой саркофаг в фамильной усыпальнице герцогов Лотар, так как она прекрасно знала о том, что я мог спокойно перемещаться за пределы крепости, а значит, по всем канонам, моё тело нельзя было кремировать в самой крепости и надлежало традиционное захоронение. В Лоте демонстративно стали из камня вырубать 'домину', в которую следовало поместить гроб с моими останками. Но не думаю, что подобные ухищрения могли обмануть эту хитрую и коварную женщину, а значит неумолимо приближалось время, когда мне надлежало исчезнуть из герцогства и найти надёжное убежище, где я мог продолжить своё лечение и восстановление. У меня осталось чуть больше года до того времени, как я мог предъявить своё право на корону и трон, а значит, именно к этому сроку я должен буду быть готов во всё оружие к противостоянию с мачехой.

Прошло ещё несколько месяцев, прежде чем я почувствовал себя способным к самостоятельному путешествию, но не на коне, а пешком – даже конные прогулки мне были пока строго противопоказаны. Многие вечера мы вместе с бароном размышляли, куда мне податься и где я смогу затаиться. Это место должно быть недалеко от какого-нибудь магического лечебного центра, а значит возле крупного города, так как они располагались только в столицах графств, да и то не всех, а только самых крупных. Вопрос о том, чтобы спрятаться на территории одного из четырёх королевств, с которыми соседствовало королевство Гар и которые входили в содружество, отпал сразу же. Не знаю, как такое возможно, но осколки магии действовали только на нашей территории, а, следовательно, получить качественную лекарскую помощь я мог получить только здесь. Это не значило, что в других королевствах не было одарённых людей, были и в достаточном количестве, но только в основном среди членов королевских семей или их близких родственников. Именно этим я могу объяснить свою способность пользоваться пространственным карманом и прятать свою татуировку. Что я ещё умел делать, как сын короля Георга, я пока не знал, не до этого мне пока, надо сначала твёрдо встать на ноги, а уж потом разбираться со своими способностями. Одно я точно знал, – лечебная магия мне не доступна...

На днях произошло знаменательное событие, так как ворота крепости теперь были постоянно закрыты, то арестантский обоз из королевства Тор простоял почти трое суток, прежде чем они поняли, что это была не шутка с отказом принимать арестантов. Вскоре к ним присоединились две арестантские кареты из королевства Сюр, которые тоже не солоно нахлебавшись отправились назад. Я поинтересовался у барона, почему этих арестантов не содержат у себя, и выслушал небольшую лекцию, почему этого не делают в других королевствах.

– Видишь ли, твоё высочество, из любой тюрьмы, кроме нашей, можно сбежать или отбить арестанта. А есть такие преступники, смерть которых, даже случайная, может потрясти основы государства и привести к свержению правящей династии, крупномасштабной гражданской войне или восстанию против 'кровавого режима'. О том, что арестант отправляется в крепость – тюрьму Лотар объявляется во всеуслышание, а я потом подтверждаю поступление узника, называя его титул и полное имя в последний раз, после чего ему присваивается специальный номер, о котором никто не знает, кроме меня и смотрителя каземата. Нахождение арестанта у нас гарантирует, что с ним ничего плохого не случится и он умрёт своей смертью. Особенно это касается тех, кто претендует на корону и проиграл борьбу за трон – никаких наследников, бастардов и прочих претендентов.

– Это что же получается, король проверял меня, когда попросил пройти через ворота во внутренний двор? Он что, был не уверен, что я являюсь его сыном?

– Именно так, твоё высочество. Только тот, в ком течёт кровь Гаров может стать герцогом Лотара. Так что, если б ты был не его родным сыном, отсюда бы ты не вышел, так как замок тебя не признал бы.

– Бррр, как же это всё омерзительно и грязно. Я же не рвался ни в королевские сыновья, ни в герцоги, жили б мы спокойно, занимались садом и цветами...

– Что теперь об этом говорить...

Самый дельный совет нам подал старый смотритель Грув, который по-прежнему присматривал и опекал меня словно заботливая нянька, – А почему бы нашего господина не спрятать под самым носом у королевы? Она же его не видела больше десяти лет, а его внешность за это время разительно изменилась, особенно после покушения.

– Грув, опять ты за свои старые штучки, говори яснее и не зли меня.

– Что вы, господин комендант, и в мыслях не было, разве что только чуть-чуть. А предложение у меня очень простое. В королевстве Гар имеется четыре академии, где готовят молодых людей для службы на благо своей родины. Кто-то станет военным, кто-то образованным придворным, кто-то важным чиновником, а тем, кому повезёт, могут войти в ближнюю свиту венценосной особы. Да и сами принцы и принцессы обучаются в них. Конечно соваться в первую академию, куда поступают самые знатные и богатые не следует, там все они на виду, да и проверяют их принадлежность к высшему свету. А вот остальные академии попроще. Во вторую академию принимают не только знатных сынков и дочерей, но и очень богатых детей купцов и чиновников. Вот в неё и надо поступить нашему господину, тем более, что имеется возможность скрыть своё настоящее имя и обучаться под вымышленным. Я точно знаю, что это не возбраняется.

– Старый хитрец, откуда тебе это известно, ведь если мне не изменяет память ты уже лет двадцать пять служишь в крепости.

– Моя дочь является директрисой второй академии, и мы изредка переписываемся. Я по молодости согрешил с одной очень благородной девицей, и её родня поклялась найти меня из-под земли и смыть кровью, естественно моей, позор своей дочери, вот я и спрятался сюда. Через десять лет послал весточку своей Нате – интересно же, кто у нас родился. А там и дочь узнала о моём существовании, с тех пор она изредка делится со мной своими новостями и проблемами, а я помогаю ей своими советами.

– Скажи Грув, а как получилось, что ты, из простого народа, смог соблазнить знатную особу?

– А кто тебе сказал, мой господин, что я простого рода. – Он тяжело вздохнул. – Из благородных я, но бедных. А искать меня среди смотрителей у родителей Наты ума не хватило. Я даже накоротке сошёлся с человеком, которого сюда отправили, что бы он нашёл меня и покарал.

– Грув, а ты по-прежнему любишь свою Нату? Хочешь увидать её? Я могу вывести тебя из крепости, да и если мы с бароном примем твоё предложение насчёт академии, то хотелось бы иметь под боком кого-нибудь из близких мне людей, на которых я мог бы положиться в крайнем случае. Надеюсь твоя дочь сможет найти тебе непыльную должность при академии. Подумай над этим...

После тщательной разработки плана моего поступления и пребывания во второй академии, началась подготовка к моему отъезду. Я стал Витом де Лот, имеющим небольшое владение в герцогстве Лотар и дальним родственником предыдущего герцога. Легенда тщательно прорабатывалась, мне даже пришлось заучить историю семьи де Лот вплоть до своего рождения. Отказа в поступлении барон не ожидал, так как ссориться с особым герцогством было себе дороже, но на всякий случай я вывел поздним вечером Грува за ворота крепости он отправился на месяц раньше меня в столицу, чтобы там обосноваться.

Отказ в приёме особо важных преступников и угроза отпустить некоторых из них на свободу, сыграли свою воспитательную роль и все пять венценосных особ прислали свои извинения за задержку с оплатой, возместили все затраты и даже выплатили некую компенсацию за доставленные неприятности и неудобства. Так что мой кошель пополнился золотом и серебром, которого мне должно было хватить на первых порах для приобретения всего необходимого, а потом академия полностью обеспечивала своих слушателей едой и форменной одеждой, а вот оружием каждый должен был купить себя сам, причём из кузницы академии. Подозреваю, что директриса и кузнец были в сговоре и поэтому действовали такие странные правила.

Барон Кляйн предложил мне воспользоваться каретой с его гербом, но я отказался – слишком известным человеком он был в определённых кругах, а это могло привлечь ко мне излишнее внимание. Было решено некоторую часть пути пройти пешком, а потом путешествовать до столицы в наёмном экипаже. Только прежде чем начать своё выдвижение к намеченной цели, я должен был оказаться в Лоте и уже оттуда, согласно легенде, не таясь отправиться в столицу. Вывозили меня из крепости в пустой бочке, на случай, если за воротами ведётся скрытое наблюдение и вылез я из неё только тогда, когда оказался в замке.

Резиденция герцогов Лотара встретила меня тишиной, запустением и чуть ли не запахом нафталина. На весь замок было всего трое старых слуг, которые по привычке поддерживали относительный порядок, так же привычно переругиваясь между собой. Хорошо хоть что в основных помещениях не было пыли и царила относительная чистота. Что бы сразу решить все вопросы, я им представился как Вит де Лот, который изредка появляется здесь и является дальним родственником предыдущего герцога, и которому позволено здесь жить. Старички кивали головой, со всем соглашаясь и даже не пытались возражать моим словам.

Средств, получаемых от имения, едва хватало на поддержание замка в удовлетворительном состоянии и поэтому везде царила опрятная бедность и неброская скудность. Не раздумывая, я ополовинил выделенные мне средства на обустройство в академии и предал их старикам, величаво обозвав их хранителями, а потом попросил показать мне весь замок, спальню и обязательно комнату, где хранится оружие. Деньги от меня приняли со сдержанным достоинством, без заискивания, словно оказывая мне честь. Я так же попросил собрать меня в дальнюю дорогу и обязательно предусмотреть наличие полотенца, двух комплектов нательного белья, запасной рубашки, желательно из плотного полотна...

Нда, давненько в оружейную комнату никто не заглядывал – больше часа понадобилось что бы разобрать всякую рухлядь и ржавое железо, прежде чем мне на глаза попался клинок в приемлемом состоянии. Он очень походил на римскую спату – длиной меньше метра – сантиметров восемьдесят и шириной клинка около пяти сантиметров, с острым концом для колющего удара, к тому же обоюдоострый, а главное не очень тяжёлый. Всё оставшееся время до скудного ужина я потратил на полировку и заточку лезвия, потом сразу же лёг спать, так как сильно устал.

Утром начались хлопоты, связанные с моим отъездом. Один из хранителей посоветовал мне следить за своими манерами, по его словам они через чур изысканы и не соответствуют той глуши, в которой я воспитывался и живу.

– Ваша милость, я ничего не имею против Вита де Лота, но порода так и прёт из вас. Сами того не замечая, вы во многом повторяете любимые жесты своего отца – Георга. Вы так же, как и он трёте переносицу, теребите мочку уха, а бокал или даже грубую кружку берёте, оттопырив мизинец. Внимательный наблюдатель обязательно заметит это сходство. Мой вам совет – проколите ухо и воткните в него серёжку, это оправдает ваше желание в рассеянности теребить его. Если трение переносицы ещё можно оправдать хроническими позывами к чиханию, то манеру пить следует срочно изменить, а для этого надеть на мизинец неплохой перстень. Тогда этот жест может выглядеть как хвастовство провинциального дворянина семейной реликвией неплохого качества.

Мне торжественно был вручён достаточно массивный перстень с камнем похожим на изумруд и пока я его рассматривал и примерял, мне проткнули тонкой иголкой правую мочку и вставили в неё 'пиратскую' серьгу с грушевидной жемчужиной. Я даже не отреагировал на это, так как эта боль не могла сравнится с теми приступами, которые я очень часто испытывал.

Ближе к полудню, проверив всё ещё раз и поместив всё своё имущество в карман, вновь отказавшись от кареты или верховой лошади, я отправился в неизведанный мир, который манил меня в первую очередь возможностью избавиться от боли и во вторую – возможностью отомстить мачехе за смерть матери и мои страдания.

Должен вам признаться, спать летом, пусть даже у костерка, мне совсем не понравилось – земля была через чур жёсткой, а мой плащ не спасал от утренней сырости и росы. И тем не менее, я не изменил ранее принятому решению, добраться до ближайшей станции на королевской дороге и сесть в наёмный экипаж. Пока я шёл, время даром не терял – расстояние, которое я проходил в ускоренном темпе постепенно увеличивалось, спата, извлечённая из пространственного кармана уже не казалась такой тяжёлой, и я даже стал тренировать некоторые связки и приёмы из своей прежней жизни. Было тяжело, но стиснув зубы, я каждый вечер проделывал комплекс упражнений для укрепления связок и тренировок разных групп мышц.

Получилось так, что я немного ошибся в расчётах и переоценил свои силы – вместо семи дней, за которые я рассчитывал достигнуть королевской дороги, до почтовой станции я добирался десять дней. А узнав, что ближайший экипаж прибудет перепрягать лошадей только через два дня, я расстроился, но потом успокоился и попросил натопить мне баню пожарче. Мылся я в исподнем белье, так как не хотел, чтобы хоть кто-нибудь увидел моё исковерканное и обезображенное тело. На дорожной станции, на удивление, оказалась вполне чистая и мягкая постель на половине для благородных, так что я не только вымылся, но и выспался. Одежду мою выстирали и вычистили, сапоги подремонтировали, подбив каблуки и даже предложили задёшево шпоры. Естественно, я от них отказался, мотивировав это тем, что мне предсказали что я могу погибнуть, упав с лошади, так что я предпочитаю ездить в каретах, экипажах или передвигаться пешком. Как говориться, у благородных свои причуды и любой ваш каприз за ваши деньги.

Два дня пролетели очень быстро и вот я уже сижу в наёмном экипаже и с жадностью смотрю в окошко. После изоляции в крепости мне всё было в новинку. Вот крестьяне обрабатывают землю, а вот мелкая ребятня устроила скачки нагишом по берегу речушки, причем в них участвовали даже девчонки. Особенно меня поразили большие фруктовые сады, что раскинулись вдоль дороги. Моя соседка, которая недавно подсела ко мне и направляющаяся в соседний городок в гости к своей дочери, словоохотливо рассказала о сортах яблок и груш. Которые произрастают здесь, а также кому принадлежат эти земли. Всю дорогу, в течении нескольких часов, она снабжала меня информацией, которую я старательно запоминал, так как меня наверняка будут в академии проверять на соответствие статусу провинциала. Хотя, возможно, это моя паранойя и никому до меня не будет дела. На шестой день, сменив несколько попутчиков, по возросшей интенсивности движения я понял, что мы приближаемся к столице. Не желая упускать никаких подробностей, я пересел к кучеру, сунул ему пару медяков и выслушал пространственный рассказ о жизни в столице, господствующих нравах и модах, опасных районах, где лучше с наступлением темноты не появляться, а также о королевском квартале, где, собственно говоря и находились интересующие меня академии. За ещё пару медяков кучер согласился подвезти меня к воротам второй академии, а так как я к этому времени был единственным пассажиром, то особого труда ему это не составило.


    Ваша оценка произведения:

Популярные книги за неделю