Текст книги "Сваха. Аферистка для беса (СИ)"

Автор книги: Алёна Цветкова

сообщить о нарушении

Текущая страница: 15 (всего у книги 18 страниц)

– Вай, подожди, – уперлась я пятками, пытаясь остановить его. – Я же хотела еще обсудить с тобой то, что происходит со мной! Я вижу в вас, в бесах то, что не должна видеть. И меня это пугает!

– Что ты виишь? – тряхнул головой Вай. – Впрочем, Аля, я все равно ничем не могу тебе помочь. А вот моя мама… Уверен, она способна удивить нас обоих познаниями о ваших способностях, если уж мой отец придумал способ помочь людей начать жить заново.

Перспектива «беседы» с тетушкой Берлизой меня вовсе не прельщала. И я попыталась убедить Вайя отказаться от этой затеи. Или, по крайней мере, обойтись без моего присутствия, но он упорно тащил меня на кухню, прямо в лапы своей злобной мамаше.

Глава 30

Стоило зайти на кухню, как на меня уже привычно вылился ушат неприязни. Тетушке Берлизе не нужно было ничего говорить, чтобы показать, как сильно она меня ненавидит. Бесовка в совершенстве владела искусством передавать свои чувства одним только взглядом.

– И я тоже рада вас видеть, – огрызнулась я и постаралась так посмотреть на матушку Вайя, чтобы она поняла: это сарказм.

Но едва мой взгляд коснулся ее глаз, как я застыла… Там, внутри пожилой бесовки, царили беспросветная черная тоска и парализующий, застарелый страх. Я подавилась своим ехидством и закашлялась.

Вай подтолкнул меня к табуретке и силой усадил, надавив за плечи. Сама я не смогла отвести взгляд от тетушки Берлизы. Ее тьма обездвиживала меня своей пронзительной скорбью. Заставляла сочувствовать, сопереживать.

– Мама, мы с Алей кое-что узнали о прошлом моего отца…

Вай не договорил. Я не позволила.

– Вай, хватит! – рявкнула я. Боль, которая вспыхнула в глазах тетушки Берлизы оказалась такой сильной, что я захлебнулась воздухом. – Прекрати!

– Нет, не хватит! Я уже не ребенок и способен выдержать любую правду!

– Да, при чем тут ты⁈ – я возмутилась. – Неужели ты не понимаешь⁈

Я хотела сказать, что его мама до сих пор любит его отца. Тоскует по нему. И каждое утро, просыпаясь в одиночестве, как будто бы теряет его снова. И от этого ей невыносимо больно.

А теперь тетушка Берлиза еще и боится за Вайя. Думаю, она и раньше боялась, но после угроз мэсса Анафрида, страх просто парализовал ее волю. И ей приходится прикладывать титанические усилия, чтобы просто отпустить Вайя из дома, а не устраивать истерики, требуя остаться с ней.

Но не успела. Тетушка Берлиза заговорила первой.

– Вай, мальчик мой, – тяжело вздохнула она и, словно обессилев, села на табурет, – я знаю, что ты взрослый. Это не ты, это я не готова к тому, чтобы рассказать тебе все. Я так боюсь за тебя. Все эти угрозы… Они ведь могут сделать это с тобой. И я прошу, забудь про то, что ты узнал. Забудь навсегда… Твой отец обычный фермер, который погиб во время несчастного случая. И все… Вай…

– Мама, – бес опустился на корточки перед тетушкой Берлизой и, глядя на нее снизу вверх, заговорил, – я очень сильно тебя люблю. Но ты не должна боялась за меня. Я не беспомощный, мам. Я могу постоять за себя. И я способен понять, когда не надо лезть на рожон и лучше промолчать… И уж точно не собираюсь устраивать кому-нибудь допрос с пристрастием. Но, мама, и ты должна понять меня. Я имею право знать, как все было на самом деле. Как раз для того, чтобы нечаянно не сделать какую-нибудь глупость. Понимаешь?

– Вай, не надо, – попыталась остановить его я.

Но они оба как будто бы не услышали моих слов.

Тетушка Берлиза всхлипнула. Слезы побежали из ее глаз. Она закрыла глаза ладонями и заговорила.

– Да, Вай, – ее голос звучал глухо, – ты прав… Любая мать гордилась бы таким сыном, как ты. И ты давно не тот маленький бес, которого я привыкла видеть в тебе. Я должна была рассказать тебе правду об отце. Но…

Она заплакала.

– Все началось так давно, Вай… И нет ничего хорошего во всей этой истории…

– Мам, – Вай хотел сказать еще что-то, но она не позволила:

– Погоди… Дай мне чуточку времени, чтобы успокоиться… И я расскажу тебе все…

– Я могу уйти, – предложила я. Мне показалось, что мое присутствие будет только мешать. А то, что нужно, Вай расскажет мне после. Но даже если не расскажет… Это его право.

– Нет, – тетушка Берлиза повернулась ко мне и прикипела взглядом к моим глазам, снова погружая меня в отчаянную и безнадежную боль. – Не уходи… Тебя это тоже касается… Ты ведь видишь, да⁈

Я кивнула… Вижу… И сейчас, когда она смотрит на меня, вижу…

Тетушка Берлиза растянула губы в улыбке. Но сейчас, хотя она улыбалась сквозь слезы, это не было притворством. Она была рада, что есть кто-то, кто понимает ее, скрытые от всех, чувства.

Но рассказывать она начала не скоро. Сначала мы поужинали. Тетушка Берлиза вспомнила, что сын весь день голодный, и наотрез отказалась говорить раньше, чем он съест свою кашу. Все же, несмотря на эмоциональный всплеск, тетушка Берлиза оставалась собой: весьма жесткой и даже вредной бесовкой.

– Все началось давным-давно, когда я была совсем юной. Мой отец был правой рукой главы одного демонского клана. – Вай вскинулся, но тетушка Берлиза взмахом руки не позволила ему говорить. – Жили мы хорошо. Никогда ни в чем не нуждались и занимали почти половину этажа в родовом замке мэсса Сатаны…

– Мэсса Сатаны⁈ – Вай все же не смог промолчать. – Но это же…

Он не договорил потому что тетушка Берлиза не позволила:

– Да, сын мой, мэсса Сатаны! Не перебивай!

А я вот очень хорошо понимала Вайя. Мне тоже хотелось уточнить это момент. Как это отец тетушки Берлизы мог быть правой рукой мэсса Сатаны, если Вай говорил, что его правой рукой является небезызвестный мне мэсс Анафрид⁈

– Единственное огорчение, которое доставляло неприятности и мне и моим родителям, было отсутствие у меня хоть каких-нибудь способностей. Я не могла ни заставить бесов повиноваться мне, как мой отец, ни замедлять время, как моя мать…

– Замедлять время, как твоя мать⁈ – пробормотал Вай. И растерянно взглянул на меня.

А я на него… Ну, я-то прекрасно помнила про необычное умение моего куратора.

– Да, сынок, – кивнула она. – Эта способность у тебя от нее, от моей матери… Но слушай, что было дальше.

Из-за своего изъяна Берлиза не могла стать главой клана, но ее отец категорически отказывался признавать наследником кого-либо другого, надеясь, что со временем способности в дочери все же проявятся.

Сама Берлиза ни о каком наследстве не мечтала, она хотела замуж и детей. Отец отвергал все предложения о заключении брачного контракта, потому что считал кандидатов недостойными. Достойные же не торопились предлагать брачный союз «пустышке».

Все ее подружки уже были либо замужем, либо готовились к свадьбе. И это, конечно же, не добавляло радости молодой бесовке. Однажды Берлиза узнала, что их сосед,сын которого ей очень нравился, отправил сватов, но получил отказ. Она возмутилась и отправилась к отцу, чтобы в конце-концов высказать ему свое негодование.

Но когда она собралась постучать в дверь его кабинета, нечаянно услышала, как внутри ее отец разговаривает с мэссом Сатаной. Она не хотела подслушивать, но так уж получилось, что услышала все.

А мэсс Сатана говорил об одном низкостатусном бесе, который за последний месяц умудрился притащить в Ад столько материальных предметов из человеческого мира, сколько не удалось за целый год всем демонским кланам вместе взятым.

– Ты должен найти его и привести ко мне. Если этот бес на самом деле способен на такое, то я не могу упустить возможность заполучить его в свои руки.

– Говорят, бесы мэсса Диабло уже навестили его, – ответил отец Берлизы, – но он им отказал…

– Значит мы тем более должны поторопиться. Убеди его принять мое предложение. Используй свои способности. Если клан Диабло начнет возмущаться, я знаю как заставить их замолчать.

Тетушка Берлиза изобразила подслушанный давным-давно разговор в лицах, а потом замолчала. На ее губах расцвела легкая, непривычно мягкая улыбка. Как будто бы она снова оказалась там, в темных коридорах своей молодости в замке мэсса Сатаны, а не сидела на стареньком диване в крохотной квартире в Вонючем тупичке…

– И что было потом? – не выдержал Вай.

Бесовка глубоко вздохнула, отвлекаясь от приятных сердцу воспоминаний и продолжила рассказ:

– Вещи из человеческого мира в те времена была страшной редкостью. Даже мэссу Сатане не каждый раз удавалось протащить через портал хоть что-нибудь материальное, хотя он самый сильный демон после мэсса Диабло. Изредка мэсс Сатана дарил что-то моему отцу. Но чаще всего это были какие-то непонятные и неинтересные штуковины. А я мечтала о зеркальце, в котором отражение такое четкое, что можно рассмотреть каждый волосок. Моя подруга Анбелика видела такое у супруги мэсса Сатаны.

Тетушка Берлиза тихо рассмеялась, воспоминания дарили ей радость, а не скорбь. И даже тьма в ее глазах слегка посветлела.

– Услышав про беса, который может принести мне зеркальце, я просто сошла с ума от желания заполучить его. И уговорила Анбелику сбежать из дома, чтобы найти в трущобах беса и попросить его об услуге. И она согласилась.

Той же ночью две бестолковые девицы отправились в трущобы на поиски неизвестного беса. Они не знали где его искать. Они не знали даже его имя. Но свято верили, что все получится так, как им хочется.

Уклад в те времена совсем не был похож на современный. Все более-менее обеспеченные бесы служили мэссу Сатане и жили в пределах его замка. А за высокими крепостными стенами начинались грязные трущобы, где в низких глиняные хижинах без окон и дверей, а то и вовсе в норах вырытых прямо в земле, обитала городская беднота. В их жилищах даже печей не было. Чтобы согреться бесы просто жгли костры.

– Для огня тогда использовали горючий камень, – улыбнулась тетушка Берлиза. – Грел он хорошо, но так смердел серой, что бесы в трущобах иногда задыхались от его вони. Мы с Анбеликой таких подробностей не знали, ведь наши семьи жили в замке демона, которые обогревались огненными духами.

Девицам удалось незаметно выбраться из замка и даже добраться до первых рядов хижин. И там юной Берлизе стало плохо от сильного запаха серы. У нее кружилась голова, перед глазами плыл туман, а ноги подкашивались. Анбелика пыталась вытащить подругу на свежий воздух, но у нее не хватило сил. И тогда она позвала на помощь первых попавшихся бесов.

– Я до сих пор помню этот момент, – мечтательно вздохнула бесовка. – Я открыла глаза и увидела, как на меня смотрит незнакомый бес. И в тот же миг поняла, что он тот самый. Я влюбилась в него, не зная ни имени, ни уровня клана, хотя всегда считала себя разумной и прагматичной. Но в тот миг, все стало не важно. Я смотрела на него. А он на меня. И мы оба не могли отвести взгляд друг от друга.

Этим первым встречным и оказался Фермер. Хотя она еще долго не знала, что именно про этого беса говорили ее отец и мэсс Сатана. Даже когда возлюбленный дарил ей вещи человеческого мира, она представить не могла, что он создает их сам. И, вообще, она искренне верила, что весь доход Фермер получает от своей теплицы.

– Так продолжалось несколько месяцев. Я сбегала из дома почти каждую ночь, а он ждал меня под стенами замка. Мы оба понимали, что мой отец никогда не примет его, а я никогда не смогу жить в трущобах. Не потому что не хочу, я готова была пойти с ним хоть на край света, а потому что запах горючего камня душил меня. И я каждый раз теряла сознание.

И тогда Фермер с Мастером подумали и «построили» первый дом…

Они не складывали его по кирпичику. Они создали его целиком, со всей обстановкой и имуществом, выудив подходящую картинку из одной человеческой души. Это был прорыв, о котором немедленно узнал весь Ад. Тогда-то Берлиза поняла, кто стал ее избранником.

– И что было потом? – Тетушка Берлиза в очередной раз взяла паузу в своем рассказе. Но Вай не мог ждать.

– Я ушла из семьи и вышла замуж за твоего отца. Мы вместе основали клан второго уровня. Мой отец был в ярости. Но потом, когда все узнали, кем на самом деле оказался мой муж, он сменил гнев на милость. Твой дед помог нам наладить отношения с мэссом Сатаной. Но мы не хотели, чтобы удивительное открытие, позволяющее материализовать целые дома, привело к новому витку клановых войн, поэтому одновременно открыли нашу тайну всем.

Распределительные центры и современные города выросли, как грибы. Материальные предметы человеческого мира перестали быть редкостью. А демоны и бесы научились приспосабливать местных духов вместо электричества, водопровода и отопления. Потому что «построенные» дома оказались напичканы бытовой техникой.

– Мы с твоим отцом подняли уровень клана до пятого и готовились внести вклад шестого, когда у нас родился ты. И твой отец внезапно понял, что каждый имеет право на жизнь. Даже люди. Пусть они и умерли в своем прошлом мире. Но здесь, в Аду они должны получить еще один шанс…

– Но убили его намного позже… Я был уже взрослый…

– Все верно, – кивнула тетушка Берлиза. – Пока был жив твой дед, нам ничего не угрожало. Но когда он умер, главой клана стал мой троюродный брат. И он убедил мэсса Сатану, что Фермер слишком сильно мутит воду и усложняет жизнь; что жалеть души не стоит, все равно большинство из них не смогут приспособиться в Аду; что люди слишком опасны, потому что размножаются гораздо быстрее бесов и демонов.

– Значит отца убил мэсс Анафрид? – нахмурился Вай.

– У меня нет никаких доказательств, – печально улыбнулась тетушка Берлиза. – Но я уверена, что он приложил к этому свою силу. Мэсс Анафрид слишком сильно ненавидит меня… Он так и не простил меня за то, что я сделала…

– А что ты сделала?

Тетушка Берлиза вздохнула…

– Он собирался жениться на моей подруге Анбелике. Но за день до свадьбы она сбежала к другому. Я пыталась уговорить мэсса Анафирад отказаться от виры. Но он заявил, что это я во всем виновата. Клан Анбелики разорился, потерял доверие мэсса Сатаны и опустился до второго уровня.

– А ваша подруга, – что-то подтолкнуло меня, и я впервые с того момента, как начался рассказ, задала вопрос, – что сейчас с ней?

Тетушка Берлиза тяжело вздохнула и виновато взглянув на Вайя, ответила:

– Ей не повезло так, как мне. Ее избранник оказался слабым и зависимым от человеческих эмоций. И ей приходится много и тяжело работать, чтобы прокормить себя и своих детей. И она, наверное, ненавидит меня, считая, что я виновата во всех ее бедах.

– Анбелика⁈ – вдруг встрепенулся Вай. – Мать Летисы и есть твоя подруга⁈

Тетушка Берлиза ничего не ответила, но так посмотрела на сына, что мы сразу все поняли.

И тут меня озарило…

Глава 31

– Вай, – ахнула я, – я поняла, как Летиса заставила Арти сказать правду про Ириду!

Расквадрат твою матрицу! Все же с самого начало лежало на виду. Надо было только не отмахиваться от фактов, а сложить пазл:

– Летиса дочь мэсса Анафрида. И она просто воспользовалась клановыми способностями…

– Мама⁈ – требовательно произнес Вай, и тетушка Берлиза кивнула, подтверждая правдивость моей догадки.

– Да, это так, – помрачнела бесовка. – Хотя я не догадывалась об этом до тех пор, пока мэсс Анафирд не потребовал, чтобы ты отказался от Летисы. Никто не предположить, что у Анбелики с ее женихом были столь близкие отношения. Я очень хорошо знаю свою подругу, она никогда не опустилась бы до такого. Думаю, мэсс Анафирд заставил ее, использовал свой дар…

– Поэтому ты так резко изменила свое мнение? – Вай сжал пальцами виски. Секреты прошлого оказались не такими, как он предполагал. – Ведь сначала она тебе понравилась?

Тетушка Берлиза сочувственно вздохнула…

– Но, мама, я от нее не откажусь… Плевать на мэсса Анафрида!

– Не откажется, – кивнула я. И добавила, – Вай любит Летису точно так же, как вы своего мужа. Я вижу…

– Что ты видишь? – тетушка Берлиза задумчиво свела брови, пристально глядя на меня.

– Я сама не знаю что… Просто вижу, вы до сих пор не смирились с тем, что его нет. Вам до сих пор очень больно. И от этого внутри вас темно и холодно. А у Вайя все по-другому… У него там тихо и тепло. А когда он думает о Летисе, то внутри него все вспыхивает, как будто бы солнечные лучи прорвались сквозь тучи… У Атика так же, когда он про Асилу говорит. И у Арти, когда речь заходит про Ириду, – добавила я для Вайя.

– Вот оно значит как, – хмыкнула тетушка Берлиза. – Значит ты все же прижилась в Аду… А она?

– Кто она? – не поняла я.

– Летиса, конечно. Ты видела в ее глазах такие же чувства?

Я помотала головой и честно ответила:

– Нет. Я только сегодня начала видеть. Но я уверена, она тоже любит Вайя. Это и без всяких способностей понятно. Она всегда так радостно улыбается, когда видит его. Надо быть слепым, чтобы не заметить, что им хорошо вместе.

– Это все равно не имеет никакого значения, – покачала головой тетушка Берлиза. – прости, сын, но я никогда не дам согласия на ваш брак. Потому что мэсс Анафрид немедленно исполнит свою угрозу. Поверь, я хорошо его знаю. Тебе лучше забыть про Летису.

– Кхм, – кашлянула я. – А у меня есть один маленький вопросик…

Они оба повернулись ко мне.

– А мэсс Анафрид, вообще, имеет право запрещать Летисе что-либо? Ну, раз формально ее отцом считается совсем другой бес, то мэсс Анафрид ей никто. Верно?

– Верно, – кивнула Вай.

– Не совсем, – мотнула головой тетушка Берлиза. – Запретить-то он не может, но устроить Вайю несчастный случай ему никто помешает.

– Но ведь после подписания брачного контракта смерть Вайя уже ничего не исправит. В Аду даже после смерти одного из супругов, нельзя жениться или выйти замуж еще раз. Вряд ли мэсс Анафрид захочет, чтобы Летиса всю оставшуюся жизнь прожила в одиночестве. Верно?

– Верно, – снова кивнул Вай.

– Только мэсс Анафрид не будет ждать, когда мы подпишем брачный договор, – резонно заметила тетушка Берлиза. – Он примчался сразу, стоило мне только подписать согласие. И если я сделаю это снова, он узнает об этом одним из первых. И примет меры…

– То есть, – сделала я вывод, – если мы сможем скрыть от мэсса Анафрида весь процесс бракосочетания, то после подписания договора он уже ничего не сможет сделать?

– Подписания и регистрации в муниципалитете, – кивнул Вай. – Но как это сделать так, чтобы он не узнал?

– Это невозможно! – покачала головой тетушка Берлиза.

– Или возможно, – задумчиво произнес Вай и, обведя нас взглядом, остановился на мне. – Если Летиса воспользуется услугами брачной аферистки, которая будет выступать во всех документах от ее имени.

– Это все только теория, Вай, – не согласилась бесовка. – Во-первых, Летиса может не согласиться. Это очень большой риск. В истории было немало примеров, когда брачные аферисты отказывались от договора с заказчиком. Да, это грозит им выплатой неустойки, но это такая мелочь, когда на кону деньги клана. И, во-вторых, где вы сейчас, вообще, найдете действующую брачную аферистку? Я уже очень много лет не слышала о таких…

Я хмыкнула. Вай рассмеялся.

– Мама, – заявил он, – вообще-то, Аля и есть брачная аферистка. Мы оформили патент на следующий день, как она попала к нам.

Тетушка Берлиза так посмотрела на меня, что я почувствовала себя отмщенной за все те обиды, которые она мне причинила своим злым языком и недовольным взглядом.

– Ты брачная аферистка? – уточнила она, когда обрела дар речи.

– А что вас так удивляет? – рассмеялась я. – Мне же надо было как-то выполнить требования для подтверждения жизнеспособности.

– И, мама, прямо сейчас у нее в работе сразу три договора…

– Вообще-то четыре, – усмехнулась я. – Я ведь все еще числюсь твоей невестой, Вай.

– И именно этот факт дает нам шанс обмануть мэсса Анафрида, – задумчиво пробормотала тетушка Берлиза. – Договор между тобой и Алей официальный. Мы его расторгнем, Аля подпишет договор брачной аферы с Летисой, в котором я буду выступать в качестве гаранта сделки. Потом я, как глава клана, слегка придержу регистрацию этих документов. Мой патент позволяет проворачивать такие мелкие аферы. И тогда имя Али в брачном договоре будет истолковано неверно… Никто и не подумает, что она выступает не от своего имени, а от имени Летисы. Главное, сделать ссылку на договор брачной аферы очень мелким шрифтом. На это у меня тоже есть патент, – добавила она, заметив, что Вай хочет что-то сказать.

– Главное, чтоб Летиса согласилась, – кивнула я. План тетушки Берлизы мне понравился.

– Согласиться, – задумчиво произнес Вай. И счастливо улыбнулся, – Аля, нам с тобой срочно нужно пойти к Летисе и рассказать ей все.

– Угу, – кивнула я, оставаясь сидеть на месте. – Но сначала нам надо определиться с еще одним моментом. Я хочу знать, откуда у меня появились эти странные способности и что такое я вижу…

– Пфф, – фыркнула тетушка Берлиза, – это же элементарно. Ты просто видишь внутренний мир всех живых существ. Весьма заурядный дар для людей, которых принял наш мир. Когда-то мы такую особенность и за способность-то не считали.

– Внутренний мир, значит, – пробормотала я. Ну, да… Все ответы, как всегда лежат на поверхности и настолько очевидны, что ты их просто не замечаешь.

Летиса встретила нас со слезами:

– Вай! – заплакала она, повиснув на шее беса, – у меня беда!

– Что случилось? – встревожился Вай, обнимая любимую.

– Чертики, – всхлипнула бесовка, – они умирают! Все тринадцать!

– Но почему? – заволновалась я. Малышей, которые появились на свет прямо на моих глазах, было невыносимо жаль.

– Я не знаю, – прошептала сквозь слезы бесовка. – Никто не знает! Я вызвала специалиста из Центра, чтобы зарегистрировать факт их рождения. И он тоже никогда не видел ничего подобного. Но говорит, что они вряд ли доживут до весны…

– Неужели ничего нельзя сделать? – хмуро спросил Вай.

– Мы уже сделали все, что можно, – прорыдала Летиса, – ничего не помогает…

– А если сделать то, что нельзя? – задумчиво произнесла я. Чувствовала, что истина где-то рядом. Как будто бы я, засунув руку в темноту, слегка касаюсь ее кончиками пальцев. – вы сами говорили, что чертихи всегда рожают по тринадцать чертят, но выживают только один или два. Но у Чешки выжили все. И единственное, что отличало все прежние роды от тех, что случились у твоей чертихи – это присутствие при этом попаданки, то есть меня…

Пока я говорила Вай и Летиса одновременно кивали. А когда закончила…

– Ты хочешь сказать, что им нужна ты⁈ – ахнула Летиса.

– Я хочу сказать, – кивнула, – что можно попробовать воспроизвести вчерашнюю ситуацию… Вы ведь сами говорили, что чертихи начали массово умирать как раз тогда, когда души людей стали развеивать. Вдруг им как раз не хватает чего-то такого, что можем дать только мы?

– Эмоций например, – пробормотал Вай. – Черти такие же истинные жители Ада, как и мы, бесы.

– Идем! – Летиса оттолкнула Вайя, схватила меня за руку и с неожиданной силой втащила в темный коридор, – скорее, Аля! Надо попробовать!

Она заволокла меня в дом и, и не дав ни снять пуховик, ни разуться, потянула в гостиную. Там в полумраке над корзинкой с маленькими чертенятами на корточках сидел незнакомый бес. Очень старый. Худой и седой. Он удивленно взглянул на нас, но ничего не сказал. Просто посторонился, пропуская к корзинке меня.

Я рухнула на колени. Одного взгляда хватило, чтобы понять: Летиса не зря переживала. Малыши на самом деле умирали. Они лежали кучкой, уткнувшись крохотными носиками-пятачками друг в друга и не шевелились. Их гладкая и блестящая шерстка потускнела, а дыхание стало редким и прерывистым.

Острая жалость резанула по сердцу. Я сама едва не заплакала, увидев эту безрадостную картину.

– Маленькие, – прошептала я, – что же вы так, а?

Осторожно, кончиками пальцев погладила крохотного чертика с белым пятнышком на животе, который уже лежал лапками кверху и кажется доживал последние мгновения своей коротенькой жизни.

И случилось настоящее чудо. Там, где малыша коснулся мой палец, шерстка чертенка сразу изменилась. Залоснилась и засияла, как будто бы смазанная маслом. А грудная клетка чертенка дрогнула и он задышал…

– Что это вы сделали⁈ – взволнованным шепотом спросил у меня незнакомый бес.

– Ничего, – так же тихо ответила я. – просто пожалела и погладила…

– А вы можете еще⁈ И остальных тоже⁈ – в его голосе звучала мольба. Как будто бы эти малыши были не чужие, а его собственные.

– Конечно, – кивнула я и, осмелев, подхватила того же чертенка и прижала к груди. – Для этого я здесь…

– Ну, как, получилось⁈ – простонала Летиса, которой не хватило места у корзинки. – Аля⁈

– Пока не знаю, – честно ответила я, поглаживая мелкого и чувствуя, как с каждым мгновением крохотное тело в моей ладошке оживает. Улыбнулась, – но кажется, да… А где и мама?

– Я унесла Чешку на кухню, чтобы она не видела, как ее дети умирают, – всхлипнула Летиса. Но в этот раз она плакала от радости.

Через полчаса маленькие чертики пришли в себя. Чешка ластилась ко мне и урчала почти, как кошка.

Летиса и незнакомый мне бес сияли, как новогодняя иллюминация в большом городе, Вай довольно улыбался. А я снова, как вчера чувствовала необыкновенное умиротворение в душе. Как будто бы сеанс оживления чертенят не только не лишил меня сил, но и наоборот улучшил и мое состояние тоже.

Когда все чертики стали активно ползать по корзинке, я встала…

Летиса сразу кинулась ко мне и обняла, шепча слова благодарности. А незнакомый бес, внутренний мир которого поразил меня своим спокойствием, умиротворенностью и мудростью, склонил голову и произнес:

– Меня зовут мэсс Азазель. Я глава сообщества заводчиков Бесова городища. И от лица всех бесов благодарю вас за спасение маленьких жизней.