Текст книги "Код: «Ares-2» (СИ)"

Автор книги: Алексей Трофимов

сообщить о нарушении

Текущая страница: 13 (всего у книги 21 страниц)

Первыми были Янис и Гарри. Абсолютно разная комплекция, масса, разный стиль боя. Эдакое противостояние борца и ударника. Янис все время скакал вокруг своего оппонента кругами нанося редкие, но хлёсткие удары вначале руками, но пару раз попав в борцовский захват и сумев вырваться работать стал чаще ногами. Гарри же был абсолютно спокоен и уверен в своей победе, постоянно шутил, улыбался и насмехался, в общем занимался в основном позерством, а не противником за что и был жёстко наказан.

К моменту, когда здоровяк решил в очередной раз показать публике свою неотразимость и бесстрашие он расслабился, а пристрелявшийся Янис совершил просто немыслимую комбинацию из коротких быстрых ударов. От каждого из них Гарри даже не шевельнулся. Да, вероятно, сыграла разница в массе. Однако противник по прошествии нескольких секунд так и не менял позицию, застыв с дурацкой улыбкой на лице, а потом просто рухнул на пол без чувств…

После того, как победитель несколькими тычками в какие-то точки вернул в себя Гарри, то пришла и моя очередь биться со Стэном. У меня, конечно, было много вопросов по поводу предыдущей схватки, но свободное время поджимало, а вот вопросы можно и потом задать.

Сказать, что в полуфинале я облажался это не сказать ничего. Стэн, которого до сегодняшнего дня по каким-то внутренним критериям я считал бойцом так себе совсем не оправдал моих ожиданий. Так же как и в случае с прошлым боем сказывался больший срок обучения из как следствие техника, но в отличии от того же Рэя, Стэн не был медлителен, а моего превосходства по базовым физическим возможностям едва хватало, чтобы отражать и блокировать входящие удары. Наверняка в этой ситуации можно было предпринять хоть что-то и попытаться, если не выиграть, то хотя бы проиграть не всухую. Но это все при наличии определенных навыков, а с моими возможностями ничего кроме глухой обороны мне не светило.

В финале схлестнулись Янис и Стэн. Вот это было действительно зрелищно! Оба быстрые, изворотливые, с прекрасной техникой, но разными стилями они кружились в суровом боевом танце, исполняя виртуозные пируэты всеми доступными частями тела. Мощные удары сменялись филигранными уклонениями, парированиями и молниеносными контратаками. Бой продолжался минут десять и явного лидера в противостоянии так и не появилось. Янис, проигрывая Стэну в массе и силе просто не мог нанести ему серьезного урона, а та комбинация из нескольких ударов, что сразила Гарри никак не могла достигнуть цели. Стэн же в свою очередь никак не мог закончить свои сокрушающие связки и каждый раз в самый ответственный момент попадал в никуда нанося в лучшем случае минимальный урон. И не известно сколько бы это все длилось, если бы не появившийся на арене лейтенант Розенкранц. Он степенно прошёлся по залу, осмотрел всех участников вечернего безобразия и со словами: «Гаррисон, за мной, а остальные на полигон!» – вышел на улицу.

Воткнув уже прижившийся сетевой модуль себе в шею я глянул на время. Мда… чувствую ночка будет веселая.

Глава 22

Эх, мечты, мечты… Здоровый и крепкий сон перед выходными накрылся огромным медным тазом после того как меня заставили разбудить мое отделение и отправить на полигон к остальным счастливчикам. Да… что-то мы увлеклись на своем турнире по мордобою. И главное на построение опоздали всего-то минут на двадцать. Это ведь даже не полчаса, а мелочи, но лейтенант обиделся и злобу лютую затаил на нас, выгнав девятнадцать человек наматывать круги на сон грядущий.

В ночной шоу-программе был бег, отжимания, полоса препятствий, ползания на животе под огнем условного противника, ну и раз уж мы так любим драться, то деление на две команды и сражение стенка на стенку тоже шло нам на пользу. На очень болезненную пользу, хочу заметить.

В итоге выжившие победители отправились спать, а проигравших ждал утешительный приз – отжимания с прослушиванием прописанных истин корпуса правопорядка.

– Раз! – раздался голос Розенкранца и все по команде завались на землю. – Солдат должен быть сильным и смелым. Два! Стойко переносить все тяготы и лишения военной службы. Три! Он должен всегда находиться в состоянии полной боевой готовности. Четыре! Гордо нести свою службу, подавая пример мирному населению. Пять! Нести закон и порядок туда, где о нем стали забывать. Шесть! Олицетворять собой мощь и величие нашего прекрасного города. Семь! Быть верным и преданным своему делу и соратникам. Восемь! Быть готовым к самопожертвованию во имя высших целей верховного главного командования. Девять! – дальнейшие девяносто с чем-то обязанностей также имели патриотический характер. Не знаю уж, что у нашего командира в голове, но за всю свою речь он не повторился ни разу, а если и повторился, то этого вряд ли кто-то заметил. И все одно и тоже: родина, отечество, Зилот, командование, братья по оружию и бла, бла, бла… – Сто! И самое главное! Солдат никогда и не при каких обстоятельствах не должен смотреть на своего товарища, как на объект сексуального характера! Это понятно?!

– Да, сэр! – с большим трудом выдавили уставшие люди.

– Встать! У вас полчаса на то чтобы привести себя в порядок и пять часов, чтобы выспаться. Разойдись!

Сон после всех физических превозмоганий, травм полученных в драке и охлаждающего тело и голову душа пришел почти сразу, как только я принял горизонтальное положение. Скрипучая кровать и колючее одеяло абсолютно не мешала медленно проваливаться в случайные сонные образы. Закрыв глаза я ещё некоторое время ощущал неприятное зудение в местах множественных мелких рассечений и слышал гневное шушуканье знакомых мне голосов. Тело немного потряхивало от изредка прокатывающихся по нему приятных волн жара, а разум потихоньку растворялся в полуночном бреду. Перед полузакрытыми глазами стоял образ сияющего синего купола и скрытого за ним Зилота, на который я смотрел над обвалившимися крышами разрушенного города. Того Зилота, который всегда притягивал мой взгляд. Он казался мне таким далёким и загадочным и именно таким я видел его впервые. И почему-то именно сейчас я был в этом абсолютно уверен…

*****

– Здравствуйте, о мой Господин, – раздался голос в главном зале цитадели. Говоривший припал на одно колено и склонил голову в знак покорности. Это был азиат лет пятидесяти, невысокого роста, худощавого телосложения, и как это принято у многих, частично имплантирован. Темные огоньки глаз были опущены в пол и без разрешения не смели даже взглянуть на того, кто стоял перед ним. – Вы звали меня?

– Встаньте, Хан, – в пустом зале голос прокатился гулким тяжёлым эхом, а взгляд правителя уже буровил щуплого азиата. – Вы выполнили мое поручение?

– Конечно, о мой Господин, конечно. Я благодарю вас за возможность прикоснуться к ней. Это великая честь для меня! Шедевр этого гения сравнить можно разве что с вами…

– Хватит расшаркиваться в бесполезных любезностях, Хан, – голос Господина прозвучал холодно, с пренебрежением и нескрываемым раздражением. – Лизоблюдов в моем окружении хватает. Так что давайте ближе к делу. Мое время не безгранично.

– Да-да, конечно, господин Вернер. Вот, – мужчина ещё ниже склонив голову протянул электронный носитель. – Она здесь! Создать такое мог только величайший из гениев! Но даже он не смог довести ее до совершенства. Могу я узнать, кто ее создатель?

– Это не имеет отношения к делу! Вам удалось или нет?

– Да! Я многие месяцы потратил на изучение ее кода и нашел всего одну ошибку. Представляете? Всего одну в терабайтах программного кода! Именно она ограничивала ее потенциал и сильно мешала ее саморазвитию. Новая версия наделит ее не просто интеллектом, она наделит ее практически самосознанием!

– Как человека?

– Да, именно! Это будет самая совершенная и безопасная цифровая система. Она в одиночку сможет заменить целый кластер аналитических программ! Да что там программ?! Она сможет заменить человека в любой из доступной сфере деятельности! И в отличии от биологического вида она сможет выполнять любую задачу исключая эмоциональные погрешности и ошибки! Она сможет искать, использовать, делать выводы, она сможет управлять всем!

– Всем… – задумчиво повторил Майк. – А кто же тогда будет управлять ей?

– У нее будет тот же хозяин, что и у нас всех – это вы, господин Вернер!

*****

Новый день не принес ничего нового. Всё было стандартно для этого места: бег, отжимания, полоса препятствий, в общем стандартная зарядка для садомазохистов. Вчерашние травмы полученные в бою с соратниками были затянуты серой пленкой, жутко горели и чесались, как после разодранных укусов проклятых комаров. И пожалуй это было единственное, что портило хорошее настроение. Хотя нет, ещё косые, недовольные взгляды моих подчинённых, которые выглядели помятыми, побитыми и не выспавшимися. Наверное, потому что так оно и было, ну ничего – переживут. Я вот из-за них двойную норму наматываю каждый день и ничего, не жалуюсь ведь.

После первого приема пищи и очередных тренировочных боёв под руководством моих начальников в голову неожиданно пришла мысль о смене вектора развития. Быть умником это, конечно, хорошо, но какой толк от мозгов, если их любой более менее боеспособный человек раскатает по бетонному полу. Так что перед отправкой на выходные решил еще раз залезть в библиотеку обучающих программ. Сел на привычное мне место и в уголке монитора заметил небольшой клочок бумаги с надписью. «Массив 52» – именно это было написано там корявым подчерком жирными буквами. Любопытство взяло вверх и введя в поисковой строке заданное слово обнаружил сразу четыре файла. Два посвещались истории корпуса в том или ином виде, один был с уклоном в медицину, а вот последний ввиду своего размера и названия меня очень заинтересовал. Но по причине не поддерживаемого формата «Краткий курс молодого бойца» своих секретов мне так и не явил. Но на всякий случай решил скачать и показать более знающим людям, он все равно находился в директории мнемопрограмм, а значит был потенциально полезен.

Уже на выходе из корпуса, когда я был готов отправиться по знакомому мне адресу научного корпуса пришло сообщение от Макса:

– Хороших тебе выходных, капрал Гаррисон! Постарайся дожить до понедельника, – в конце была широкая улыбка механического колобка с подмигиванием. Я лишь поблагодарил в ответ и отправился за читерским обучением.

На пороге научного корпуса вопросов мне не задавали, а просто нацепили на меня теперь уже личный браслет с расширенным доступом к сразу двум отделам: биоинженерии и вивисекции – явно Лин постаралась.

Решил вначале зайти к профессору, он говорил, что ему нужно провести некие тесты и проверить процесс симбиоза «Ареса» с моим организмом. А в случае с Лин, она хоть и говорила, нет – требовала, чтобы я первым делом шел к ней, но раз уж смогла подождать неделю, то ещё полчаса подождать как-нибудь сможет. А то после ее постели к Фросту можно уже не успеть.

Билл находился у себя в блоке и в очередной раз за что-то распинал своих подчинённых. Правда в этот раз уже без фанатизма, пены изо рта как в прошлый раз, да и слов я его почти не слышал. После этого он вернулся к моей капсуле и спокойно занялся одному ему известным делом.

Увидев меня он улыбнулся и практически вежливо попросил все покинуть отдел, сказав, что до следующей недели все свободны. Вот это благородство! На него не очень похоже.

– Здравствуйте, Эдвард, – профессор подошёл ближе и бесцеремонно под разными углами начал осматривать повреждённые части тела, тыкать в открытые раны пальцем, скоблить каким-то металлическими лопатками, постоянно наблюдая за моей реакцией и делая пометки в планшете. – Отлично! Процесс регенерации идёт быстрее, чем я думал. Это ведь свежие?

– Да, вчерашние. Им чуть больше двенадцати часов, – профессор снова сделал пометку.

– Великолепно! Раздевайтесь, ложитесь в капсулу. И да, снимите с себя весь металл. Он будет только мешать.

Я подошёл к капсуле, что стояла в центре помещения и заметил ещё несколько таких же около стены. Стекло на них было закрыто, внутри клубился густой сизый газ, а многочисленные диоды мигали разными цветами. Билл заметив мой заинтересованный взгляд расплылся в улыбке.

– Это, возможно, ваши будущие собратья. В случае удачного эксперимента ваш опыт все равно захотят поставить на конвейер, а это всегда куча испытаний, проверок и тому подобного. Решил не затягивать и попробовать получить ещё парочку таких же образцов. Но не переживайте, по праву первородного у вас всегда будет приоритет в развитии. К тому же получить готовый образец оказалось не так просто. Это уже четвертая партия, которая не может пройти фазу реструктуризации по вашему шаблону. Поэтому получение ещё одного образца может очень затянуться.

– Понятно, – сказал я завалившись в стеклянную камеру, немного помучившись с S300. – А что насчёт меня?

– А вас сейчас ждёт глубокий анализ костной и мышечной ткани. Это не займет много времени и вы вскоре будете свободны, – Билл протянул руку и в несколько щелчков освободил мою левую руку. – Если начинать попеременно с разных краев оно снимается намного проще. А теперь закройте глаза и не шевелитесь.

Я закрыл глаза и надо мной тихим шуршание прокатилось толстое стекло. Оно плотно встало на место, потом что-то щелкнуло, запищало и внутрь стал поступать белесый пар, пару вздохов которого хватило, чтобы полностью потерять контроль над телом. Руки и ноги стали тяжёлыми и неповоротливыми, а голову и вовсе не получалось даже наклонить. Хотел было возмутиться но в капсуле раздался приглушённый голос профессора. Он утверждал, что все в порядке и что придется так полежать некоторое время.

Некоторое время спустя, после того как меня всего ощупали сканирующие лучи, капсула все тем же тихим шуршанием открылась и надо мной склонился все тот же человек и пока я в парализованном состоянии громко мысленно возмущался Билл облепил меня всего с ног до головы проводами с диодами на конце. Немного подождав он начал давать команды, которые я выполнял с большим трудом.

Руки и ноги не слушались, и чтобы привести их в действие приходилось прилагать огромное количество усилий. Все это время Фрост с интересом смотрел на мои потуги, свой планшет, что-то фиксировал и давал новые команды, которые с каждым разом давались все легче и легче. Видимо, действие газа постепенно выветривалось и организм начинал потихоньку приходить в норму.

Выбравшись из своей стеклянной тюрьмы я начал спешно надевать на себя все, с чем пришел. К моему удивлению, изменив последовательность активации креплений моя левая рука преобразилась куда быстрее и проще. Даже в инструкции об этом не слова не говорилось, а вот Билл про этот момент знал. Всё-таки умник он и в Африке умник.

– Подойдите сюда, – Билл указал на большой монитор, на который вывел изображение с планшета. Там было мужское полупрозрачное тело со всей кровеносной, костной, мышечной и системой органов. Каждая из систем была своего цвета, но в случае с мышечной тканью она отдавала местами тем же серым оттенком, что и костная. – Вот, смотрите, что у нас происходит. Относительно вашего первого теста «Арес» продвинулся примерно на пять процентов, из них два за прошедшую неделю. Могу предположить, что этот скачек произошел на фоне активных физических нагрузок. Если тенденция сохранится, то ещё примерно через две недели ваш потенциал будет уже не потенциально, а реально ровняться второму поколению. А это я вам скажу минимум пятидесяти процентное превосходство над вашими биологическими соратниками. Вот, возьмите это и сдавите, что есть сил, – Фрост протянул мне руку с небольшим металлическим шариком диаметром сантиметров десять. Его зеркальная поверхность приятно переливалась множеством белых бликов, изредка прерываясь матовыми темными разломами, в которых малозаметными разрывами лучилась холодная энергия.

Я взял в руку шарик, начал сдавливать и он тут же вспыхнул зелёным светом в местах разломов. И чем сильнее я давил, тем сильнее он начинал светиться. В конце концов свет стал настолько ярким, что на него стало неприятно смотреть, а картинка в глазах начала немного рябить. Прикрыв глаза я взял шарик другой рукой, повторил с ним тоже самое и отдал профессору. Он снял с него показания и задумался.

– Интересно… При вашем первом тесте показания правой руки процентов на двадцать превышали левую. Сейчас же разница менее, чем в пару процентов. Вы стали левшой? – профессор пригладил лёгкую бородку и посмотрел на мою левую руку. – Хм... Эту штуку носите только на левой руке. Хочу кое-что проверить.

– Хорошо, думаю это будет не сложно. Мне вот, кстати, стало интересно… Вы говорили про мои пять процентов и что через две недели такого же роста я дотянусь до второго поколения. А что насчёт моего максимума?

– Ну… – профессор снова посмотрел на мою проекцию систем и органов на мониторе. – На этот вопрос вам никто не ответит, даже я. Процесс развития рассчитан с множеством допусков и погрешностей…

– И все же…

– Хм… Сейчас основная масса вещества находится в костях. Благодаря ему они стали намного крепче человеческих и будут лишь уплотняться и укрепляться и в теории по прочности не будут уступать качественной стали. И это можно считать точкой отсчета. Пять процентов это общий показатель симбиоза «Ареса-2», мышечной и соединительной ткани. Постепенно вещество будет встраиваться в мышечные ткани ещё сильнее, изменяя не только волокна, но и, возможно, их строение в целом. По сути вы станете первым человеком, кто будет иметь костную и мышечную ткань не из стандартных микроэлементов, а из высокопрочного, но местами эластичного металла. Делать прогнозы ваших возможностей очень сложно, но при пятидесяти процентах вы сможете без средств усиления спокойно тягаться с четвертым и возможно пятым поколением. А если учитывать, что вы не будете энергозависимы, то во многом вы сможете их превзойти. А дальше будет полная замена органов и систем на «Арес-2», даже геном подвергнется колоссальным изменениям. Ваш организм будет собой представлять уже не просто совершенную биомеханику, а абсолютно новый вид живых существ с потенциалом развития ограничивающегося лишь вашими желаниями. В дальнейшем нужно будет переписать программу чипа в вашей голове, но для этого «Арес» должен достигнуть критической массы для нового этапа развития. Но все это потом, так что на сегодня вы можете быть свободны, Эдвард.

Глава 23

Приятный полумрак и оттенки холодных синих тонов радостно распахнули передо мной свои немые объятия. Тихое эхо моих шагов разносилось далеко вперёд по пустым коридорам и переходам. Несколько раз приходилось останавливаться, чтобы понять, где находится граница моего допуска, если такая вообще имелась. Но как бы я не старался, определить эту точку никак не получалось, а смыкающаяся за мной мгла и вовсе путала меня в пространстве.

Так и не получив ожидаемого удара током я добрался до дверей отдела вивисекции. Из всех тяжёлых стальных перегородок меня интересовала всего одна, которая так же тихо распахнулась едва я приблизился к ней.

Внутри, в отличии от прошлого раза, царила полная гармония. Ни кровавых разводов, ни пятен, ни разбросанных повсюду инструментов не наблюдалось. В воздухе приятно пахло чем-то цветочно-нежным, а из приоткрытой двери жилого блока лилась тихая лиричная музыка.

Сделав шаг за порог я увидел всю тот же полумрак, но прерываемый в конце яркими конусами света потолочных точечных светильников. Повелительница этого темного царства была там. Она была одета в короткое, едва прикрывающее аппетитные полушария бардовое, облегающее платье. Ниспадающие на плечи длинные волосы пружинками раскачивались в такт движений своей хозяйки, иногда открывая светлую бархатистую кожу спины.

Лин была занята. Она активно перемещалась в своем освещенном уголке между различными продуктами и что-то готовила. Я тихо подошёл ближе и прислонился к стене, с интересом наблюдая за процессом. Овощи, фрукты, мясо – все приносилось в жертву кулинарному богу, пока моя очаровательная пассия филигранными движениями механических ручек и пальчиков нарезала, перемешивала и приправляла все необходимые ингредиенты.

Честно говоря, я думал, что ждать меня будут в максимально откровенном наряде и чашечкой особенного горячего кофе, а здесь же происходило нечто иное, совсем не похожее на Лин. Нет, то что ждала она именно меня не вызывало никаких сомнений, но то как она это делала… Все эти приготовления, чистота, порядок, приятная музыка и ее сладкий аромат, которым пропитано было все вокруг просто не могло меня не умилять. Когда девушка привыкшая повелевать, командовать и использовать старается быть заботливой и по-человечески простой это, наверное, что-то да значит.

Я долго не решался обозначить свое присутствие. Мне просто нравилось наблюдать, как мурлыкая себе что-то под носик Лин старается угодить мне не смотря на то, что получалось у нее явно не все так как задумывалось. Это я понял по периодически проскальзывающим грубым словцам, что невзначай соскакивали с ее губ.

Пока я неподвижно стоял рядом и молча наблюдал, в голове проносилась куча вариантов того, как перед ней появиться. Причем вся эта куча была от просто бестактных до маниакально агрессивных с жёстким доминированием над процессом. Но чем дольше я смотрел на ее привлекательные изгибы под так идущей ей одеждой и ее невероятные старания, тем меньше мне хотелось это превращать в грубый эротический фарс.

– Привет, Лин, – шепнул я на ушко, тихонечко подкравшись сзади. От неожиданности девушка рывком оттолкнула меня и с разворота чиркнула скальпелем по воздуху лишь немного полоснув мне щеку. Горячие капельки крови медленно потекли по скукожившейся от боли коже. Ну и приветствие, однако. Хорошо ещё пошел по мирному сценарию.

– Придурок! – выкрикнула девушка отбрасывая скальпель в сторону. – Никогда так не делай, если жить ещё хочешь!

– Я тоже рад тебя видеть, Лин.

Девушка сделала виноватое лицо и аккуратно вытерла кровь бумажной салфеткой.

– Подожди, я сейчас, – Лин вышла из комнаты и после непродолжительных шорохов торопливо вернулась ко мне с каким-то аэрозолем в руке. Пару раз брызнув в месте пореза она поставила его на стол. – Прости, это все нервы… и еще отец. Он с детства вдалбливал мне с сестрой один принцип, не раз выручавший меня: «Вначале бей потом спрашивай» – так он говорил всегда. В нашем городе это, пожалуй, самый верный способ, чтобы выжить.

Я ощупал рукой занемевшую щеку. В месте пореза она была покрыта тонкой эластичной пленкой предотвращающей кровотечение. Я притянул Лин к себе и она податливо вжалась в мое тело.

– Не парься, – сказал я тихо. – Шрамы украшают мужчину.

Девушка прильнула к губам и с остервенением впилась в них, страстно прикусывая. Потом тяжело дыша отстранилась и вытянула указательный палец на руке.

– Сядь там и не приближайся ко мне до тех пор, пока я не закончу. Я полдня убила на уборку, поход по магазинам и готовку. И если все это разобьётся о твои базовые инстинкты, то порезом на щеке ты уже не отделаешься.

Я примирительно поднял руки и завалился на кровать. Взял пульт и начал интуитивно щёлкать в поиске чего-нибудь более интересного, чем музыка, но грозный взгляд госпожи Ли заставил оставить музыку в фоновом режиме, хоть она и порядком мешала для просмотра всего остального. Лин же в этот момент активничала в своей зоне, готовя лишь одной ей известные вкусности. По крайней мере пахли они именно так.

Полчаса перед монитором показались мне целой вечностью, ведь где-то там в кухонной зоне творилось нечто такое из-за чего я истекал слюной вдыхая приятные ароматы готовящейся еды. Поэтому мое положение мне активно не нравилось и я все ближе и ближе подбирался к тому, что так притягивало все мое естество. Несколько раз даже вставал, заглядывал, вдыхал пары жарящегося мяса, тушеных овощей и ещё бог знает чего. Ну и, конечно, не забывал при случае схватить обворожительного повара за не не менее аппетитные, чем еда места, за что был несколько раз грубо выгнан в свой ореол обитания. А один раз, когда мои домогательства на фоне всех видов голода переполнили чашу терпения Лин и ее оборона начала постепенно проламываться, то она даже совершила покушение на убийство. Но я героически сбежал за дверь жилого помещения изолировав себя от разъяренной женщины стальной преградой. Всё-таки скальпель, которым она одинаково виртуозно режет огурцы и тела своих подопытных очень грозное оружие в ее руках.

А потом меня начали кормить. Вот только процесс этот был весьма робким. Девушка хоть и пыталась скрыть свои эмоции и вести себя уверено, естественно, будто ничего особенного не происходит, но дёрганые движения, скупая мимика и жуткая боязнь редких случайных прикосновений, а ещё раздражительность по самым незначительным мелочам говорили, что Лин, если еще не паникует, то уже значительно нервничает.

– Странная ты сегодня, – начал я, как только расправился с очередным кусочком мяса, что мне аккуратно засунули в рот изящные механические пальчики. – Готовишь, кормишь, прислуживаешь, в общем ублажаешь мое эго по самое некуда.

Лин отставила тарелку с яствами и хмуро уставилась на меня.

– Тебе что-то не нравится, Эдвард? Я тут для него стараюсь, пытаюсь быть заботливой, ласковой и нежной, как… как… обычная девушка, а он… Если что-то не нравится можешь проваливать!

– Успокойся, Лин, – я попробовал прикоснуться к ней, но она отстранилась. – Все просто великолепно! Вся эта еда, напитки, ухаживания, то как ты выглядишь… Что тут вообще может не нравиться? Мне просто интересно зачем все это?

– Я… я не знаю… – девушка опустила голову скрывая лицо под густыми локонами. – Я просто хотела понять каково это… когда люди… Боже! Я даже мысль не могу нормально сформировать. Такое ощущение, что я школьница пригласившая к себе домой парня, которая абсолютно не понимает, что с этим всем теперь делать. Чувствую себя полной дурой! Роль похотливой, кровожадной суки мне даётся куда легче.

– Эх, Лин... Иди ко мне, моя похотливая сука, – я схватил ее за руку и завалившись на кровать прижал ее к себе. – Будем спасать вечер.

Лин лукаво улыбнулась и приложила пальчик к моим губам прервав попытку поцелуя.

– Я сейчас… – девушка вскочила с кровати и пробежавшись по комнате выключила свет в кухонной зоне оставив лишь полумрак от работающего монитора.

Вернувшись в кровать она запрыгнула на меня и стала стягивать с меня одежду обцеловывая влажными губками желанные места, но стоило мне приподняться, чтобы наконец получить доступ к желаемому, как в спину, чуть пониже лопатки, что-то неприятно воткнулось, а следом возникло раздувающее кожу жгучее ощущение. Лин убрала руки с моей спины и показала в ладони небольшой, пустой шприц. А содержимое второй руки она ввела себе в шею.

– Ты ведь завтра опять на неделю пропадешь. Хочу насытиться тобой по максимуму, – я впился в ее шею от чего девушка томно выдохнула.

– Вот теперь я узнаю свою Лин, – по телу прошлась теплая волна будоражащая каждую клеточку моего тела. – Сегодня ты будешь просить о пощаде…

Инъекция неизвестного мне вещества отправила меня в беспамятство на несколько часов. Последнее что я помнил, так это нарастающая внутри звериная ярость, желание повелевать всем и вся и довольная мордашка моей рабыни. Да, именно рабыни, другая роль на сегодня даже не рассматривалась. Это была моя личная вещь для временного удовлетворения плотских желаний и потребностей. Остальное же слилось в непрерывный поток криков, стонов и судорог от поочередных экстазов, что накрывали нас чуть ли не каждые несколько минут.

Когда пришел в себя Лин лежала рядом, корчилась от очередного оргазма и с некой опаской поглядывала на меня. Ее мокрое от пота тело всё было в царапинах, кровоподтёках, гематомах и засосах. По разбитой, прокусанной или разодранной губе красными капельками сочилась горячая кровь, но лицо при этом не выражало и доли страдания. Скорее наоборот, ее лицо выражало просто внеземное блаженство и полное удовлетворение случившимся.

Я повернулся на бок и немного спустившись начал медленно обцеловывать ее от нижней части живота постепенно поднимаясь выше, пока наконец не добрался до шеи и довольного личика. Смахнув капельку крови текущую по подбородку я аккуратно прильнул к двум горячим раскрасневшимся пухлым губочкам и Лин жалобно застонала.

– Черт, в инъекции увеличивающей чувствительность помимо огромных плюсов ещё и минусы оказывается есть, – уже спускаясь обратно своими губами я ощутил как крепкая рука схватила меня за волосы. – Даже не думай этого делать. Ещё одного раза я не выдержу. В следующий раз надо будет уменьшить дозу допинга… Вдвое… А то не дай бог затрахаешь меня до смерти или шею свернешь ненароком.

– А совсем без допинга нельзя? Может я итак неплох.

– О нет… Это мы уже проходили. Два-три раза за ночь вместо двух-трёх раз в час это огромная разница. К тому же клинические исследования ещё не окончены. Так что работы тебе предстоит ещё ой как много, мой дорогой. Ахахаха!

Следующие пару часов мы неспешно потратили на утоление приступа голода, который разыгрался от переизбытка эмоций и активности. В этот раз Лин вела себя более спокойно, ни нервозности, ни претензий, даже на критику реагировала вполне спокойно. Всё-таки нечто неопознанное мной по вкусу так и не смогло уместиться в желудок. Я даже спрашивать не стал, что это такое, а на все попытки впихнуть хоть немного этого отвечал категоричным отказом. Лин долго возмущалась пыталась обижаться за пренебрежение ее старанием, но стоило ей самой попробовать, то блюдо сразу же отправилось в утиль.

После утоления голода я вспомнил о делах насущных. Те массивы, что я скачивал требовали применения, если ни немедленного, то как минимум скорейшего.

С первыми разобрались достаточно быстро. Это теория и особых затрат энергии или времени она не потребует, часов семь-восемь на каждый курс. А вот с кратким курсом молодого бойца возникла целая куча проблем. Во-первых, времени на это потратиться чуть ли не в сто раз больше, а во-вторых, этот курс рассчитан исключительно на физическое развитие, ну и немного на огневую подготовку. Для этого не получиться просто загрузить данные в мой мозг и надеяться, что все будет работать как надо. Тут нужен особый подход, особое оборудование, особое разрешение, ну а про время я уже упоминал.

Однако все не настолько печально, как изначально мне показалось. Махать руками и ногами несколько месяцев, чтобы добиться хоть какого-нибудь существенного результата мне вряд ли придется. Если верить словам Лин, то где-то на территории корпуса уже собирается экспериментальная установка, как раз для тренировки таких вот слабаков, как я. Ее заказало для своей тренировочной базы подразделение «Цербер», и раз уж так сложилось, то я вполне могу предложить свою кандидатуру для испытания чудо техники и взять на себя смелость пережить всю обкатку новой технологии. Не знаю уж какие там сложности или побочные эффекты, но вариант значительно сократить время обучения меня однозначно привлекает.