Текст книги "Петли Бесконечности. Дейман Кор (СИ)"

Автор книги: Алексей Варзаев

сообщить о нарушении

Текущая страница: 20 (всего у книги 52 страниц) [доступный отрывок для чтения: 22 страниц]

Ялмин спросил Керима пойдет ли он с ними, но Керим, учитывая горький опыт с лейтенантом снабжения, скорее всего мертвым лейтенантом снабжения, решил убедить братьев одуматься.

– Не стоит уходить, без меня вы не сможете пробраться, а вот те ребята могли бы отвлечь охрану, ты так не думаешь Ягвир? – Керим специально обратился к Ягвиру, так как знал, если старший заартачится, то младший никакими уговорами и посулами его не переубедит. Он придал своему голосу как можно более отеческую интонацию: – смотри Ягвир, чем больше народу отвлекать будет, тем легче вам с братом пробраться мимо охраны, давай решай быстрее, а то нагрянут наемники и нам крышка.

Он потянул опешивших братьев к окну, предоставляя возможность залезть первыми. Ялмин попытался сопротивляться, но Ягвир уже увещевал и нырнул в здание. Ялмину ничего не оставалось, как последовать за ним.

– Держите тех, кто не удержится, я буду резать, давай инструмент. – Керим уже не уговаривал, а командовал, ловя момент пока его аргументы не стали призрачными в головах близнецов.

В случае если все пойдет гладко, и энергии хватит, скоро удастся освободить солдат. Первая балка буквально рассыпалась после разреза, обрушившись с грохотом на пол, при этом, чуть не придавив братьев. Теперь стоило поторопиться, удача не могла вечно дарить свое благословение. Пока Керим перетаскивал свой постамент, близнецы буквально вытаскивали из объятий вечной пустоты людей, заменяя поленья, на столы и табуреты. Керим уязвленно отметил, что, несмотря на свой гениальный план, до такого простого решения он не додумался.

«А ведь, сколько вот таких камер пыток, сейчас в лагере…», – навязчивая мысль не давала покоя. Спасут они сейчас этих парней, а в соседнем бараке окажутся еще больше. Но молодой человек гнал эти навязчивые мысли, это был его долг помочь товарищу, все иное, в том числе собственная безопасность не имело значение.

Скорее всего, наемники считали свой метод уничтожения пленных безотказным, так как, когда вторая балка рухнула, ни у кого не осталось сомнений, что охрану, если она и есть, мало волнует происходящее внутри.

На последнем участке работы, как по заказу кончилась энергия в резаке, и в помещении стало снова сумрачно, только кряхтение братьев будоражило воздух. Снаружи не прекращались звуки выстрелов, отдельные очаги сопротивления еще остались. Здание отрезано от общего электропитания, поэтому зарядить инструмент было невозможно. От злости и отчаяния Керим что есть мочи стукнул кулаком по балке и сразу же пожалел. Пленные, кому не посчастливилось опереться на более устойчивый предмет, чем полено, потеряли равновесие и повисли. Ялмин грязно выругавшийся поспешил вместе с Ягвиром на помощь.

Инженеру послышался хруст в балке после удара, вся конструкция держалась на волоске, наконец, затеплилась небольшая надежда. Следовало делать все быстро, чем сильнее он будет ударять по балке, тем больше солдат окажется подвешенными.

Чем больше Керим разбивал предметов о балку, в том числе и свои конечности, тем больше ругани слышалось от Ялмина:

– Ну, какого, спрашивается, их спасать, если ты сам же всех прежде поубиваешь?!

Старания рано или поздно вознаграждаются, и последняя балка упала на пол при этом, зацепив сооружение на котором находился инженер. Больно упав на пол, он обнаружил, что левая рук перестала слушаться и весит как плеть. Это обстоятельство очень напугало его, потому как для свершения великих дел, например, получение галактической премии «великий гений современности» понадобятся как раз обе руки целые и невредимые.

– И что дальше? – Ялмин был настроен скептически, кроме груды мусора и покалеченных конечностей, результатов не наблюдалось.

– Ялмин. Ягвир, давайте повиснем в центре этой. – Керим отчетливо видел, что продольное перекрытие очень сильно прогнулось и если добавить весу, то оно либо выскользнет из паза, либо переломится посередине.

Через несколько секунд, когда люди забрались на балку и начали ее сотрясать, все кто был подвешен, не смогли удержаться и почти двадцать человек повисли, трепыхаясь в агонии.

– На-ва-ли-и-и-ись!! – Троица изо всех сил раскачивала это монолитный стержень, причем Керим делал это на одной руке. Когда надежда упорхнула из помещения, послышался скрежет, и все рухнуло вниз.

Эта тяжкая победа придала сил, и они в скорости принялись за вторую. Итогом стало множество спасенных жизней и несколько трупов, ответственность за которых тяжким грузом приросла в душе у Сарифова.

Офицеров, среди спасенных, не оказалось, изнеможённые рядовые солдаты ангелы. Предстояло решать, что делать дальше. Пока Керим обдумывал план, братья – близнецы снимали одежду с мертвеца.

– Вы что делаете? – Керим был вне себя, он запретил это делать Ялмину, пусть солдату одежда уже не пригодится, но такие действия были настоящим кощунством. Ялмину пришлось покориться, под тяжелыми взглядами ангелов.

Один из спасенных солдат обмолвился, что в лагерь возвращаются войска, отправленные к священной горе.

– Откуда ты это узнал?

– Меня схватили, когда я докладывал, о том, что лагерь захвачен Волками, по словам Бозгу – связиста тамошнего, они выиграли бой против демонов и Волков, и теперь возвращаются чтобы отбить лагерь – с гордость ю пересказывал солдат еще пару минут назад не знавший, сколько ему оставалось жить.

Это в корне меняло ситуацию. Понятно, что выгнать наемников из форта будет труднейшей задачей, но только если ангелы ударят в лоб, а если немного помочь им изнутри, возможно шансы уравняются. Керим попытался пошевелить своей левой рукой, но тщетно – болтающийся кусок мяса, сейчас боец из него получался не важный, но зато в его полной сумасбродных идей голове возник четкий и вполне логичный план.

– Нам надо помочь нашим войскам… – Керим не успел договорить, его перебил Ялмин.

– Вот так и знал, что ты это скажешь, все, мы умываем руки, дальше без нас, похоже, самим придется выбираться.

– Брат, он нас обманул? – подал голос другой брат.

– Нет, я тебя не обманул Ягвир, но ситуация изменилась, нам все еще надо открыть ворота, но только сделать это в нужный момент, когда ангелы и технодесант будут готовы, чтобы войти в форт. Для этого нужно пробраться в пункт связи и предупредить их.

– Хорошо бы и систему защиты тогда отключить, – подал голос один из десантников.

– Так как же ее отключишь то, – вмешался другой. Завершил все третий бас, заставивший всех замолчать: – так, питание клацнуть и все…

Керим снова почувствовал, что жил, в каком-то своем, замкнутом мирке, где гений лишь он, а все наоборот оказалось. Он знал, что отключить подачу, топлива, но не питания, в принципе реально, только опасно очень.

– А вот сидеть среди вражьего лагеря и мило распускать сопли не опасно, да? – ангелы гоготнули удачной шутке своего товарища и настроения заметно прибавилось.

Поразительная беспечность, наемников вскоре была оправдана, за окнами были слышны крики о том, что скоро появится войско ангелов и технодесант.

Группа диверсантов начала разрабатывать свой план. Порешили отправить в пункт связи Керима, и когда придет время подаст сигнал, свяжется с генераторной посредством внутренней связи. Близнецы тоже решили присоединиться к мероприятию, исключительно только благодаря упертого Ягвира, не захотевшего уходить, братья должны были пробраться в генераторную и отключить подачу плазмы.

Ангелы же разойдутся по лагерю и попробуют освободить побольше солдат и как поймут, что настал момент атаки, вступят в бой.

– Эх, жалко ни одного архангела нет, мы б показали этим шавкам! – огорчались ангелы.

– Все, хватит тут лясы точить, а то передумаю, вперед… – Ялмин проверил, что все чисто и выпрыгнул в окно, за ним словно зеркальное отражение скользнул Ягвир.

Сарифов, сделал то же самое, но двинулся совсем в противоположную сторону. Раздобыть форму было не сложным занятием, даже для однорукого инженера, и, переодевшись, он как можно уверенней зашагал в сторону пункта связи. По пути им было получено множество распоряжений от множества старших, к сожалению не знавших, что ни одно из поручений не будет исполнено.

Небольшое здание, а за ним склад техники, и туча снующих туда– сюда наемников, вот что увидел перед собой Керим, добравшись до места. Набравшись храбрости, он вошел внутрь:

– Ну что парни, как дела тут? – это стало большой ошибкой, на него уставилось два радиста, которые уровнем интеллекта, заметно отличались от повстречавшихся солдат, в лучшую сторону. Рука одного медленно поползла к пистолету лежащего неподалеку.

– Эй, ребят, вы чего? Меня капитан Халпа прислал, – наугад выпалил подслушанное имя Керим.

– Рановато что то, ты сменщик что ли? А где второй? – не веря в удачу, инженер наплел что-то про лишние два ящика «горячего» и что его напарник скоро будет.

– Нет, скоро эти ангелочки подойдут, один ты не сможешь.

– Слышь Парри, не гунди, пошли, вдарим, все равно этих неудачников ребята наши в два счета скрутят. – Встрял второй, которого видимо очень беспокоило, что внутренний счетчик «обогрева» на нуле.

– А ты не новичок, случаем? смотри у меня, сломаешь чего, тебе голову, потом скрутим.

Многого стоило старшему инженеру связи Небесной Гвардии, чтобы сдержаться и глупо улыбнуться в ответ.

– А как ты одной рукой? А и ладно, демон тебя побери!

«Если так пойдет и дальше, ангелы одолеют волков голыми руками»– подумал Керим, когда беспечные, уверенные в своей неуязвимости радисты покинули пост.

Техника повиновалась ему словно предугадывая мысли, но найти нужную частот удалось не сразу, главное не разоблачить себя и отвечать на некоторые передачи наемников в эфире. Но не обошлось без оплошности, первая попытка связаться с ангелами провалилась, когда Кериму ответили, что это космические силы наемников, правда им было не до него, слышались звуки стрельбы и постоянные взрывы. Это обнадеживало, и инженер с двойным усердием принялся разыскивать союзников.

– Шакалы не надейтесь, скоро придет и ваш черед, смерть уже на пороге. – Несмотря на эту браваду у Керима радостно екнуло сердце.

– Говорит старший инженер связи Небесной Гвардии Сарифов, это передача из Форта, как слышите меня.

Его собеседники некоторое время не выходили на связь, скорее всего ожидая приказа командира.

– Сарифов, говорит командир Ордо, быстро отвечай, меню последнего обеда! – Керим растерялся на секунду, но сообразив, что это проверка скороговоркой ответил – к сожалению, то же что и вчера, но со вкусом окоченелого цыпленка.

Этот пароль, вылетел у него из головы, давно, после академии, только вступив в ряды Небесной гвардии на преторианце, инженеру рассказали про контрольную фразу, означавшую, что твой собеседник, так же как и ты служит на Преторианце.

– Рад слышать соратников, докладывайте Сарифов, что за обстановка внутри Форта?

– Не важная капитан, наемники полностью контролируют лагерь, но в настоящее время организовывается диверсионная работа, для подготовки вашего наступления.

– Что? Наступления? Хотя, естественно мы не демоны, подойти незаметно не смогли.

– Лагерь, словно улей, надо скоординировать действия и тогда мы постараемся открыть ворота изнутри и впустить вас.

– Сколько наших в лагере возьмут оружие?

Сарифов ввел в курс дела капитана Ордо, рассказал про план диверсии, который был тут же одобрен со словами «что же ты в инженерах отсиживаешься солдат, мне такие парни нужны», Керим пропустил это мимо ушей, для него эта тирада была вовсе не похвалой. Но заговорщиков нескромно прервали два настоящих сменщика радиста. Не растерявшись, инженер продолжил разговор, приветливо помахав вошедших. Радисты наемники опешили, но видя, как уверенно себя ведет незнакомец, осторожно приблизились, закрыв за собой дверь. Керим непритворно потянулся в кресле, рука по-прежнему свисала ненужным болтающимся куском мяса.

Ну, наконец– то! Сменщики! в самый раз, а то вон уже рука не работает от всех этих переключателей, регуляторов… – он улыбнулся недоумевающим наемникам, и через момент доказал, что инженер даст фору славному десятку солдат, жаль, что тот капитан не видел этого. Пришлось, правда, повозиться пока оттаскивал тела подальше от двери.

Пора начинать маленький спектакль в трех действиях. Войска ангелов достаточно близко подошли к Форту и приводили в порядок свои боевые построения, а он попытался узнать, как обстоят дела у остальных новоявленных партизан, прокручивая раз за разом доступные частоты. В мозгу затаилась нелицеприятная мысль о том, что открыть ворота дистанционно не получится и в этом случае придется пробираться к самому центру боевых действий и делать это с пульта.

Керим забаррикадировал дверь, и единственным доступом наружу осталось небольшое оконце под потолком, и внутренне чувство подсказывало, что придется воспользоваться им.

– Мы начинаем, не подведи инженер – но Керим уже все понял и сам, снаружи к звукам пьяного угара присоединились новые. Здесь нельзя не похвалить наемников, несмотря на свое горизонтальное настроение, большая часть из них ринулась за своими командирами, ошалело разыскивая свои шлемы и винтовки.

– Ягвир, Явлен, где вы там? – с обеспокоенным лицом Керим вслушивался в легкое потрескивание на частоте внутренней связи.

В это время близнецы, лежали за генераторной, вцепившись друг другу в глотки.

– Да ты пойми дурья башка, поляжем тут! Этого мы с тобой добивались! – хрипло спросил Ялмин, не уступая своему брату, но тот усиленно сопел и лишь крепче сжал горло близнеца.

– Не выживем мы, понимаешь?! Рванет так, что и костей не останется! А как же наши планы? А? что подумают родные?

– Нет! – одними губами выдавил из себя Ягвир, похоже на этот раз уговоры брата лишь больше его распаляли, – не хорошо брат, это не хорошо, мы обещали.

– Да какое, к черту, обещали?! – хрип превратился в еле слышимый шепот. – С той стороны не меньше пяти вооруженных с ног до головы волков.

– Нет, брат, – глаза Ягвира стали подергиваться, а хватка слабеть, Ямин испугался и отпустил его. Оба, невзирая на опасность, откинулись на спины и тяжело задышали.

– Хорошо, но это сделаю я, – Ялмин откашливался в рукав, чтобы никто не заметил их присутствия. – А ты оставайся здесь…или нет…. отходи к воротам.

– Нет, брат, Мы обещали это сделать, все будет нормально, – голос Ягвира не дрожал, из него лилась струей спокойная уверенность правильности их дела.

Похоже, оба догадывались о возможном исходе, причем далеко не благополучном для двух близнецов. Когда они подкрались к щиту, у которого дежурил отряд наемников, они услышали голос Керима, обращавшийся к ним. Пока наемники не успели подать сигнал, братья кинулись вперед. Каждый из них знал, что надо делать, ведь как говорила одна из старых знакомых Ялмина «родившихся в один час оберегают далекие звезды, пока жив один, жив и другой», но в этот раз все произошло совсем по другому, их сердца перестали стучать в единое мгновение, когда Ялмин с простреленной сонной артерией смог перемкнуть две линия питания.

Инженер услышал громкий хлопок похожий на взрыв и понял, дело сделано, и горевать, не было времени. Разгорался бой, осталось решить одну проблему с воротами, которые, как и предвидел Керим, не захотели открываться дистанционно, чтобы он не предпринимал, но выбраться и закончить свою миссию он не успел, в тот момент, когда инженер почти добрался до потолка, раздался мощнейший взрыв, и крыша решила облегчить труд однорукого и обвалилась. Перед тем как потерять сознание Керим почувствовал лишь сильную боль во всем теле и то, как сжало его легкие под тяжестью всей упавшей конструкции.

ГЛАВА 6

Темнота сковывала душу, а ноги не слушая голос разума, несли ее все дальше и дальше от товарищей. Больно стукаясь головой о низкие потолки, не разбирая поворотов, Амели мчалась на ощупь, раздирая в кровь руки о неровные стены. Чем дальше оставалось место битвы с мерзкими слизнями, тем спокойней стучало сердце, в первые секунды обещавшее выскочить из груди. Она не помнила, и не понимала, отчего побежала и бросила всех, но в тот момент это казалось единственно верным решением. Оглядевшись Амелия поняла, что находится в огромнейшей зале, тускло освещенной мерцающими завихрениями, снующими под потолком. Они были похоже на миниатюрные ураганы, старшие братья которых сметали со своего пути целые города, но в отличие от них эти казались безобидные и к тому де светились. С первого взгляда понятно, зала имеет в себе следы цивилизации – чуть дальше того места, где стояла женщина начинался ровный и гладкий каменный пол. По стенам, через равномерные промежутки, были видны углубления под факелы. Зала была пуста за исключением груды камней в самом ее центре, над этим местом было темно.

Вихри, летящие в ее сторону, резко меняли траекторию, поэтому на потолке образовался не естественно ровный темный круг. Стараясь не дышать, Амели не издавая звуков, кралась к манящему ее центру. Внутри боролось две силы – любопытство ученого и инстинкт самосохранения, но ничто не подавало признаков жизни здесь, кроме самой женщины и вихрей, которые по ее разумению были слишком безобидны, чтобы напасть. Чем ближе подходила она к середине, тем отчетливее становились заметны, присыпанные породой, древние развалины. Сердце в груди снова принялось отбивать чечетку, ему вторило отчаянно бившееся взаперти нехорошее предчувствие, но невидимые чары окрепли, и ничего не замечая, ученая плыла к темному кругу.

Вихри, сердито загудели, словно растревоженный улей, а их мерцание участилось настолько, что пространство превратилось в хоровод мимолетных кадров. Амели почувствовала легкую слабость в голове, а затем это состояние мигом обернулось полным изнеможением, подкосившим ноги, заставляя замученное тело бесформенной грудой упасть на гладкий пол пещеры, как раз в одном шаге перед темным кругом.

– Доктор Рид, Доктор Рид проснитесь, – мягкий женский голос вырвал ее из глубин бессознательного. Кожа ощущала тепло, где-то неподалеку переговаривались люди.

– Доктор Рид, вы уснули, простите, за столь длительное ожидание, профессор Франс ожидает вас, – на Амелию смотрела высокая красивая девушка в больничном халате.

Посмотрев на свои руки, она охнула от неожиданности, они не только были в полном в порядке, их украшал отличный маникюр, который так давно ее привлекал в одном из модных журналов.

– Стоп, а как же демоны, и…и… пещера, как я здесь очутилась?! – Воспоминания приходили через силу, подернутые дымкой.

Девушка лишь сочувственно улыбнулась и покачала головой: – все нормально миссис Рид, это все долгое ожидание, я понимаю, насколько вы расстроены, такое горе, с собственным ребенком, но все пойдемте к профессору, я провожу.

Амели с силой ударили по голове чем-то тяжелым, конечно в переносном смысле, но ощущения становились именно такими. ЕЁ ребенок?! Ребенок? Рид озадаченно поплелась следом за незнакомой девушкой, но в голове стали всплывать некоторые воспоминания, ребенок, девочка…дочка, маленькая девочка точная копия своей матери. Но как же е имя? Она ощутила, что помимо ее воли щеки наливаются пунцовым оттенком. Какие еще демоны, когда она забыла имя собственной дочери? Это все полностью сбило с толку ошарашенную женщину. Самым логичным в данный момент было пройти с медсестрой и поговорить с этим самым профессором.

– А! миссис Рид, замечательно, что с вами все в порядке! – маленький круглый, и заметно лысеющий старичок в огромных нелепых очках, мелко семеня, приближался к ним. – Амелия дорогая моя, просто чудо, что вы с Лили остались живы.

Лили. Да, ее дочь зовут Лили, только так, и никак по другому, но почему все так смутно? В это время медсестра шепнула что-то профессору на ухо, и он понимающе кивнул, уставившись на Амели полным сочувствия взглядом.

– Этот рассеянный и смущенный взгляд, говорит мне, что у вас есть вопросы, не стесняйтесь, сделаю все, что в моих силах, – он внушал доверие, этот мелкий старикан, чем то напоминающий изношенную детскую игрушку набитую ватой.

– Что со мной…с нами случилось профессор Франс? – робко, как ученица перед доской спросила потупившая взор женщина.

– Все понятно, дорогая моя, после аварии у вас, э-э-э…амнезия, но не стоит беспокоиться, она имеет временный эффект, разумное лечение и отдых полностью восстановят функции вашей памяти.

– Аварии? – перед глазами, как по сигналу пронеслись несколько мутных обрывков, Дождливый день, мокрая трасса и слепящий свет фар навстречу, похоже, ее сильно шибануло, голова налилась чугуном, отдавая колющей болью в висках.

– Амели, вам нельзя напрягаться, право же, ну что с вами делать, он пододвинул стул и подал бокал воды. Не заметив вкус, она залпом осушила его, боль понемногу унималась, оставляя сознание ясным для размышлений.

– Дорогая моя, нам надо серьезно поговорить, поэтому поберегите силы, – профессор занервничал, что даже лоб покрылся мелкой россыпью бисеринок пота. – Поверьте мне на слово, если бы не вынужденные обстоятельства этого разговора бы не произошло, но с учетом последних событий, боюсь это единственное возможно решение.

– Профессор, знаете, если вы поставили цель увидеть мой обморок – знайте, вы близки к ее исполнению. – Амелия постепенно оживала, собиравшаяся духом, но почему то до сих пор не собравшаяся мыслями. – Прошу Вас давайте сразу к делу.

– Отлично, – у профессора как будто груз упал с души, он начал легко и непринуждённо, будто ведя беседу на светском приеме. – Это касается вашей дочери Амели, понимаете, ей повезло меньше, удар пришелся как раз на ее сторону. Практически ничего не пострадало, кроме… кроме ее сердца, в настоящее время Лили подключена к аппарату поддержания жизни. Создать такое же сердце не представляется возможным Амели.

Слезы непроизвольно медленно пробирались наружу, волоча за собой поднимающийся комок в горле. – То есть это все профессор? Она… умрет? – последнее слово особенно тяжело далось женщине, титаническими усилиями сдерживающей рыдания.

– К сожалению да, конечно есть один метод, но это не приемлемо, нет-нет, даже не уговаривайте меня, – но Амели не сказала ни слова, и профессор, закончив свою внутреннюю перебранку, продолжил:– ну хорошо, есть способ вырастить новое сердце в кратчайшие сроки, но для этого нужен так сказать… расходный материал-образец, достаточно схожий генетически, чтобы конечный результат смог прижиться.

– Что вы хотите этим сказать?

– Я имею в виду, что требуется кусок сердца ближайшего родственника, в данном случае вас, – он виновато вздохнул и развел руками.

– То есть просто на просто умертвить меня и воссоздать из моего сердца сердце моей…дочери? – Амели уже не сдерживала рыдания, все перемешалось в ее голове, образую дурно пахнущую кашу. Неужели бравый сержант и нашествие демонов всего лишь иллюзия? Как она может об этом думать, когда здесь в эту самую минуту находится на волоске от погибели ее собственная дочь?!

– Я хочу ее видеть! – вырвалось из подергивающихся губ признание.

Доктора Рид провели через несколько дверей и подвели к огромному окну. Одного взгляда хватило для того, что бы сердце без операции потянулось к маленькой девочке обвитой многочисленными трубками и подключенной к бесчисленным датчикам. Это была Лили, копия совей матери в детстве, длинные непослушные волосы, обрамляющие миловидное личико с легонько заострённым носом и нежными губами.

Если бы стеклянное преграждение не стояло у нее на пути, то Амели вихрем бы ворвалась туда и заключила бы дочь в объятия.

– Миссис Рид, надо принимать решение…

– А? Что? Ах, решение, – она с трудом отвела глаза и подалась назад, пытаясь совсем не смотреть в сторону Лили. – Прямо сейчас?

– Да доктор, прямо сейчас, времени у вашей дочери не так много, поэтому чем быстрее начнется процесс воссоздания, тем лучше для нее.

Амели никогда не думала, как это произойдет, как ее настигнет смерть, Со всеми ее увлечениями демонами, опасными гранями передовой науки, можно ожидать чего угодно, но вот так, просто, без этих размышлений и пафосных речей, как в рекламе и кинофильмах. Никто даже не будет отговаривать ее от этого, а совсем наоборот. Никто не скажет, что она герой, что ее смерть не напрасна, потому что это просто ее матерински долг беспрекословно, отдать жизнь за свое дитя. Но все же это ни на шаг не приблизило ее к мысли о близкой осознанной кончине. Муки совести и стыда подняли бунт против этих настроений, призываю оглянуться и увидеть, как маленькой девочке, плоти от ее плоти требуется помощь, даже если она больше никогда не увидит ее.

– М-м-м-м, доктор? Неловко прерывать вас, но время не ждет, – голос по-прежнему с виноватой ноткой. Амелия не могла понять, отчего какая-то часть, предательски цепляется за любые отговорки, мешая с полной уверенностью сказать да.

Женщина прикусила губу до крови, и, не обращая внимание на тонкую струйку крови в уголке рта, лихорадочно попятилась подальше от палаты дочери. Смотря безумными глазами на ошарашенного профессора и его помощницу, она внезапно поняла, что совсем не готова умирать. Это так противно и гадко, отвращение, лившееся через край, никак не могло затопить тот малюсенький островок разума, отказывающийся от спасения родного существа.

Она села на ближайший стул и заревела во весь голос, как когда то в детстве, после того, как мама на несколько минут оставила ее одну в огромном зале космопорта. Было страшно и обидно, но обида предназначалась именно ей, за то, что она такая беспомощная, стоит и плачет в одиночестве.

Рид не слышала, как успокаивает ее профессор, но заметила, как медсестра подкатила тележку с медицинскими инструментами и препаратами. Миловидная девушка достала шприц, и наполнила его прозрачной жидкостью, затем, уверенным движением взяла руку Амели и собралась вколоть ей раствор. Но доктор Рид судорожно дернула рукой и от неожиданности шприц выпал из рук медсестры. Криков не последовало, лишь легкий укор в глазах и та же легкая улыбка. Она различила слова профессора «все будет хорошо Амелия, главное, что Лили будет в порядке, она будет жива». Второго прикосновения женщина не почувствовала, а эта парочка уже крепко держала ее руки, вырываться бессмысленно и поэтому она просто срывала остатки голоса в истошных рыданиях.

До слуха донесся неожиданный звук знакомого голоса, но обладателя она никак не могла припомнить. Наваждение повторилось «Доктор Рид!», звал голос и, похоже, не одна услышала это. Профессор и медсестра, не спуская улыбок, заметно оживились, их движения стали более резкими и быстрыми. Теперь Амели послушала умоляющее ее сознание и стала вырываться. Попытки освободиться давались нелегко, парочка проявляла чудеса упорства, удерживая Рид на месте.

Чем четче становился голос, тем слабее становились силки, уловив момент Амелия.

Освободила руку и съездила кулаком по лицу медсестры, дальше произошло непредвиденное. Лицо треснуло, и превратилось в рассыпающуюся маску, за которой оказалась пустота и десятки выползающих оттуда насекомых. Рассудок не выдержал, и Амелия снова потеряла сознание.

– Очнитесь! Доктор Рид! – умолял знакомый голос, срывающийся на плач, голова гудела, а во рту, словно демоны ночевали, глаза упорно не желали открываться. Издав звук похожий на мычание, женщина пошевелилась и пожалела об этом, голова пошла, танцевать вприсядку, и желудок, подхваченный такой каруселью, собирался отправить весточку с возмущением наружу.

– Она очнулась! – Доктор Рид, как я рада, вы в порядке! – Да, это определенно ее ассистент. Думать не хотелось, разбираться, что же на самом деле реально тоже, поэтому она просто попыталась очухаться и подняться.

– С вашей стороны это опрометчиво доктор, а если бы вы заблудились в этих коридорах, – это был зловредный Нотфилд, по виду будто бы и рад находке, но и огорчен, немало и, похоже, этому же поводу.

– П-п-пить, – прошептала она одними губами и тут же, у ее рта материализовалась холодная поверхность металлической фляги, это был, похоже, Дойл. Не без удовольствия, Амели, краем глаза, заметила, беспокойство на лице героического мужа.

– Самое интересное, что после вашего побега все слизни ринулись за вами следом, и нам без труда удалось перебить больше половины, прежде чем они не опомнились и бросились врассыпную.

Амелия приходила в себя и понимала, что все же эта реальность была более привычна, но лицо…дочери… это было тяжело. Эрика что-то уловив на лице у Рид, незамедлительно поведала о том, что случилось и как они ее отыскали:

– Мы сначала шли за последним слизнем, его решили не убивать, он как навигатор вел сквозь лабиринт и, в конце концов, мы вышли сюда, где и нашли ваше тело.

Тут лицо Эрики подернуло от ужаса, но она продолжила: – мы обнаружили вас извивающейся на полу, вы…вы пытались вырвать собственное сердце…

Только сейчас Амелия почувствовала саднящую боль в груди. С трудом опустив глаза, она похолодела, в том районе, где находилось сердце, разодран комбинезон, а рядом валялся острый осколок камня, ставший причиной ощутимых царапин, на коже, в том участке.

…. Я бросилась к вам, и заметила, как сотни этих светляков кружат вокруг вас! Правда, они сразу же разлетелись, как только на них упал свет!!

В разговор встрял Нотфилд: – я крайне удивлен, что вы живы доктор, эти существа своего рода защитный барьер, они впитали в себя часть энергии и мутировали, в некотором роде превратившись в псиоников. Они насылают галлюцинации, после которых шанс не уснуть последним сном, очень велик.

Да, Амелия вспомнила голос. Именно после его звуков, сознание перестало трепыхаться, словно птица, попавшая в силки, голос ослабил цепи, позволяя сознанию мыслить самостоятельно и бороться. Она припомнила морду насекомого и зябко подернулась. НО этот голос явно не принадлежал Эрике. Он был мужским и до крайности знакомым, хотя возможно это уже домыслы, мало ли что может почудиться? Однако ее взор неожиданно уперся в молодого человека, а именно на Марка. Он стоял, сильно ссутулившись, и как ей показалось, руки опершись на винтовку предательски подрагивали. Амели не стала задумываться и, опершись на Эрику, поднялась.

Нотфилд тем временем отдавал распоряжения вестникам, тех двоих, что были с ним, похоже, потеряли, где то в пути, но Амелия не хотела слышать, как это произошло. Капитан вел себя чуть лучше и вежливее, если эти слова были применимы к такому человеку, но его спесь все же немного спала.

На деле получилось все не так плохо, солдаты отправились по приказу, разыскивать потерявшийся в пути рюкзак, профессора Деркинса, потерявшийся при героическом бегстве. Смех душил доктора, когда Эрика живо рассказывала об этом.