Текст книги "По следам Алхимика"

Автор книги: Алексей Абвов

сообщить о нарушении

Текущая страница: 11 (всего у книги 25 страниц) [доступный отрывок для чтения: 11 страниц]

– Обычно, – пожал плечами в ответ. – Меч как меч, удобный, да и всё.

Теперь до меня постепенно дошла основная причина возникновения моих ночных танцев. Не знаю, есть ли у этой железки какая-то там «живая душа», подчинил ли я её своей воле или нет, но пока никаких негативных последствий не обнаруживаю, наоборот, одни положительные. Да и ночные танцы сложно назвать «глупыми поступками», хотя со стороны они могут именно такими и показаться. И, наверное, лучше об них никому не рассказывать.

– Возможно, он просто спит…, – немного призадумался мастер. – Но мой тебе совет – если сможешь, выбрось его куда подальше, когда пойдёшь в следующий поход за городские стены.

– Хорошо, если что-то такое почувствую из того, о чём ты мне говорил – сразу выброшу, – искренне уверил его, хотя до конца не поверил в его рассказ.

– Так как, сдаёшь мне своё железо? – вернулся оружейник к более актуальной для него теме.

– Бери, – подтвердил своё согласие.

– А тебе совсем ничего не требуется? Могу индивидуально по руке что-то быстро подогнать, – ему, видимо, хотелось не только расстаться со своими деньгами, но и самому на мне чего-то заработать.

– Вообще-то мне кое-что нужно, – пришла мысль о своём давнем желании заиметь мачете. – Но ничего близкого у тебя не увидал.

– Можешь попробовать рассказать, здесь далеко не всё выложено из того, что у меня есть.

– Рассказать сложно, но могу нарисовать, если есть чем.

– Сейчас…, – оружейник достал свёрнутый в трубку лист желтоватой бумаги и что-то сильно напоминающее по внешнему виду фломастер и действующему по тому же принципу.

Сначала изобразил несколько маленьких рисунков-макетов, вспоминая тот мачете, который мне когда-то больше всего понравился. Потом изобразил конечный вариант в масштабе один к одному, в фас и профиль, благо длины бумаги вполне хватало. Оружейник заинтересованно смотрел на мои рисунки и заметил в конце:

– Очень странная форма клинка. Никогда с такой не сталкивался и даже не слышал о чём-то подобном, но с виду должна неплохо работать рубящими ударами. Готового клинка такой формы, естественно, нет, но могу прямо сейчас сделать из чего-то другого. Обойдётся в семь полных серебряков. Дорого, конечно, но придётся взять в качестве заготовки гвардейский меч, и я гарантирую лучшее во всех Смертных Землях качество работы, кто бы что в других городах не говорил.

– Делай, – без торга согласился с предложенной ценой.

Денег у меня уже много и всё равно не знаю, куда их можно истратить. Не в публичный же дом, в самом деле, идти, как это делают здешние искатели, придя из очередного удачного рейда? А удобное мачете всегда пригодится хотя бы для рубки дров для небольшого костра или действительно в качестве штатного меча послужит, если этот выброшу, хоть и жалко. Но самым большим желанием стал пробудившийся исследовательский интерес. Памятуя о желании зельевара показать мне свою работу, надеялся, что и тут подобное повторится. И за это было совершенно не жалко заплатить. Конечный результат в виде мачете – так вообще просто дополнительный бонус к полученным знаниям.

Мастер позвал какого-то щуплого подростка, явно имеющего родственное происхождение с ним самим по телосложению, и пригласил меня в свою мастерскую. У здешних мастеров, видимо, было принято работать прямо при клиенте, так считалось правильным, на что и рассчитывал, соглашаясь с его предложением, даже специально просить не пришлось. У оружейника была уже именно мастерская, а не кабинет, как у зельевара, хотя некоторое общее сходство явно наблюдалось. Тут тоже отсутствовал горн и кузнечные принадлежности, которых мог ожидать увидеть, зато стоял длинный каменный стол и печь в виде большого кресла. Над столом висел раструб вытяжной вентиляции и направленная осветительная система из нескольких небольших плафонов магического света с серебреными полированными отражателями. На полу была выложенная цветным камнем сложная геометрическая мозаика. Вдоль стен стояли обитые позеленевшей медью деревянные сундуки, на стенах висели гобелены с изображением охотничьих сюжетов. Хозяин достал из кладовки большой стеклянный сосуд с какой-то светло-желтой тягучей жидкостью и перелил его содержимое в высокую тумбу рядом с печью. До меня вдруг донёсся какой-то очень привычный по моему миру запах, потянул ноздрями, вдыхая его, что было отмечено внимательным мастером.

– Земляное масло, – пояснил он. – Лучшее средство для заправки печей. Правда их под него сложно делать, металла много используется, и работать с ними сложнее, учиться управлению потоком силы долго. Потому мало у кого такие есть, несмотря на низкую цену самого земляного масла, которого тут в предгорьях полно. Но зато только эти печи дают достаточно мягкого тепла для работы с твёрдыми материалами, в первую очередь с железом. Сам всё тут делал! – в конце похвалил себя мастер.

Пока нагревалась печь-кресло, оружейник пошел искать по сундукам подходящую заготовку. Я тоже осмотрел его обширные запасы, представленные теми же короткими мечами, кинжалами, топорами, частями доспехов и обрывками кольчуг. В одном сундуке мелькнуло по форме что-то очень знакомое, но в этот момент мастер вытащил из него чуть искривлённый длинный меч без рукоятки и захлопнул крышку, не дав рассмотреть внимательнее то, что меня так заинтересовало.

– Вот этот для основы вполне подойдёт, – показал он мне длинную полосу заточенного металла светло-зеленоватого цвета без рукоятки.

– Почему у него цвет такой странный? – спросил его. – Я думал, что тут нужна обычная сталь.

– А это и есть сталь, – хмыкнул он. – Только она очень плотно насыщена подчинёнными силами для увеличения прочности и создания эффекта самозаточки режущей кромки. И с дополнительными оружейными амулетами может взаимодействовать. Обычное дело для всего гвардейского и офицерского оружия.

– Странно, почему тогда ты его не выставляешь на продажу? – удивился тому, что такая, по-моему, ценная вещь валяется в сундуках и выглядит как какой-то неликвид.

– Смысла нет, – пожал плечами мастер. – Под гвардейский меч нужна особая техника фехтования, ей слишком мало кто обладает из тех, кого отправляют в Смертные Земли. Вернее, вообще знаю только одного, но он учеников себе точно не возьмёт. Для всех остальных такое оружие будет неоправданно дорогим и малополезным. Только продать в королевства на Перевале, там такие всегда в хорошей цене, но вот этот образец отличается формой от обычных мечей, его под конкретного воина делали. Торговцы будут воротить нос, и резко сбивать цену. А за сложную переделку разве что ты мне заплатишь, – широко улыбнулся он.

Ну да, хитрый ты, что уж поделать, развёл меня как последнего лопуха. И от залежалого неликвида избавишься и за работу получишь. Мне, впрочем, совсем не жалко, не за то собрался деньги платить. Хотя тут есть один интересный нюанс…

– После этой самой переделки, описанные тобой замечательные свойства гвардейского оружия, хоть сохранятся?

– Естественно, – наполнился внутренней гордостью мастер. – Сам сделать такое плетение в другом оружии не смогу, сложно и долго это делается. Требуется две больших печи и минимум шесть опытных подмастерьев. Но сохранить уже существующее плетение сил при переделке клинка – это другой вопрос. Иначе за что просить такие деньги? И кроме меня здесь вообще за такую работу никто не возьмётся, опыт не тот.

Он положил клинок-заготовку на стол и опустил руки на своё кресло.

– Скоро наберёт достаточно для работы тепла, – между делом заметил он, и спросил: – Тебе какую рукоятку делать, обычную или с возможностью последующих добавок внутренних амулетов?

– Давай с возможностью добавок, – согласился с явным увеличением бюджета работ, и не ошибся.

– Тогда добавляй ещё пару серебряков, рукоять придётся делать из серебра.

Подтверждая, кивнул головой.

Положив рядом с клинком ещё и кусок мятого серебра, по которому сложно было сказать, чем он являлся прежде, мастер сел на свою печь и положил руки на стол. Закрывать глаза и уходить в нирвану для осуществления магических действий он не стал. Наоборот, под его внимательным взором металл клинка, даже не нагреваясь, потёк сам, постепенно приобретая нужную конечную форму. Затем подобная трансформация произошла и с куском серебра, превратив его в фигурную частично пустотелую рукоять. Весь процесс занял едва пять минут. В очередной раз зачарованно смотрел, как работают здешние специалисты, ничего не понимая в их работе. Хотя при этом смутно чувствовал, что если сильно захочу и научусь, у меня тоже должно обязательно получиться.

Придав своей силой нужную форму клинку и рукояти, мастер соединил их вместе, протягивая мне готовый мачете, чтобы оценил его работу. Подержав в руке, отмечая подходящий вес, пару раз взмахнул вверх вниз и крутанул клинок, пробуя баланс. Что ж, получилось именно то, что и ожидал, даже немного лучше. Видя моё удовлетворённое лицо, оружейник медленно поднялся со своей печи-кресла, которая сильно остыла, судя по тому, что на её спинке местами выступили капли холодного конденсата из воздуха.

– Если захочешь добавить в его рукоять какие-либо усиливающие амулеты, могу порекомендовать толкового человека, – между тем заметил он. – Он, конечно, редкостная сволочь, но единственный, кто здесь понимает толк в таких вещах. Другие разве что что-то обычное и не очень сложное могут сделать. А у того можно найти что-то интересное из старых изделий королевских мастеров, времён ещё до войны с алхимиками. Только торговаться долго и упорно рекомендую, иначе пока все твои лишние деньги за самую простую побрякушку не вытрясет, не успокоится.

– Дельная рекомендация, – весело хмыкнул я. – Общение с подобными типами – хорошая тренировка для ума. Таких сволочей ценить и уважать всячески надо только по одному этому, – шутливо продолжил говорить, спросив в конце: – И кто это тут такой хитрый, где его можно искать?

– На улице к южным воротам из центра по правой стороне, за четыре квартала до стены, живёт Повелевающий мудростью Питисиниюс Асиюс. Его там все знают, спроси у первого встречного, покажут на его дом. Если что – скажи, что тебя мастер Толис к нему послал, я, то есть – будет меньше торговаться.

Вот и замкнулась цепочка. Как от Питса в поход ушел, так теперь к нему и возвращаться. И не только за своими вещами, теперь узнал, чем он тут вообще официально занимается, помимо того, что полумёртвых искателей для своих опытов скупает. Вспомнив про свои оставленные вещи, вдруг припомнил и сразу догадался о том, что мельком увидел в сундуке у мастера-оружейника. Да это же… «Калаш»! Его столь знакомую форму ствола сложно с чем-то спутать. Мастер, увидев резкое изменение эмоций на моём лице, которое не смог правильно понять, заволновался и спросил:

– Ты его уже знаешь, или вообще попадал к нему на «лечение»? – мой собеседник как-то слишком резко серьёзно напрягся.

Что-то не всё просто явно было в отношениях между ними. Хотя в том, что про Питса мастер Толис сказал правду, ничуть не сомневаюсь.

– Было такое дело, – тихо буркнул в ответ, и чуть громче, – но не в этом суть. Тут у тебя в сундуке, откуда ты вытащил заготовку для клинка, кое-что странное видел…

– А, ты тоже обратил внимание на это чудовищное непотребство? – заметно повеселел оружейник.

Видимо разговор про Питса с его должниками мастера совсем не радовал. Хотя и его оценка оружия из моего мира тоже весьма странная.

– Что же в нём такое непотребное? – спросил его, думая, как попросить его достать «Калаш», но он это сделал без моей просьбы сам.

– Да ты сам внимательно посмотри и попробуй немного этот артефакт почувствовать…

Он метнулся к своему сундуку и положил передо мной немного потёртый АКМС (автомат Калашникова модернизированный со складным металлическим прикладом) со сложенным прикладом и примкнутым двумя рожками, сцепленными друг с другом синей изолентой валетом для быстрой смены одного на другой. Во втором рожке даже патроны есть, но горловина конкретно забита землёй. Да и вообще автомат явно нуждался в хорошей чистке, хотя следов откровенной ржавчины на нём не заметил. Мастер-оружейник удивлённо с открытым ртом смотрел на мои привычные действия при неполной разборке «Калаша». Магазины долой, в первом тоже патроны имеются, передёргиваю затвор, выбрасывая ещё один, бывший в стволе. Автомат стоял на «предохранителе», так что местным сильно повезло, ведь догадываюсь, что на спуск они пытались давить. Только про то, что надо переключить переводчик огня, почему-то не подумали, хотя там явный след на металле от его перекидывания туда-сюда остался. Так…, крышку ствольной коробки в сторону, возвратную пружину тоже, вынимаю затворную раму и разделяю её с затвором. Смотрю ствол на просвет, определяя его износ. Из автомата стреляли совсем мало, износ ствола практически полностью отсутствует, но таскали как раз много, судя по внешней потёртости. Наверное, кто-то из солдатиков какой-то охраняемой зоны потерял, причём, совсем недавно. Хотя нет, у них там должны быть АК-74 под пять сорок пять, и так скреплять магазины в армии не положено. Патроны, кстати, бронебойные, судя по чёрной краске на головке пули. Может кто-то из зоны какого-либо локального боевого конфликта сюда залетел? Только ему не так сильно повезло как мне, в результате остался лишь один автомат. Осмотрев спусковой механизм и ударник, отметил полную работоспособность оружия, быстро и ловко собрав его обратно. Только не стал вставлять магазины с патронами от греха подальше.

– Интересно, откуда у вас эта вещь? – спросил Толиса, всё так же с удивлением и открытым ртом разглядывающего меня.

– Искатели из очередного обновившегося «чёрного пятна» принесли, – ответил он, постепенно приобретая нормальный вид и закрывая рот. – Ты, видимо, хорошо знаком с такими артефактами, да?

– Доводилось иметь дело…, – расплывчато ответил ему.

– Что это хоть такое, не скажешь? – продолжил задавать мне вопросы мастер.

– Если продашь его мне, за столько же, за сколько сам взял – скажу. Но при условии огненной клятвы, что ты сам никому об том не расскажешь, – пора и мне учится использовать местные правила.

И вообще не стоит оставлять в руках местных подобные «игрушки», попавшие сюда из моего мира, если они в них до сих пор не смогли разобраться. Пусть лучше будут лежать у меня, на душе спокойнее будет.

– Давай два полных серебряка и забирай, – кивнул мне мастер, и продолжил: – Обещаю сохранить исключительно в своей голове всё то, что сегодня узнаю от искателя…, – он посмотрел внимательно на меня, не зная, как меня зовут.

– Витоса Хитрована, – подсказал ему.

– … Витоса Хитрована, на чём призываю огонь силы свидетелем! – по нему быстро пробежалось призрачное пламя, подтверждая данную клятву.

Достал кошель и выложил Толису две крупных серебряных монеты, которые тот сгрёб в свой карман, тем самым окончательно завершая сделку, и вопросительно смотря на меня ожидая обещанных объяснений. Но я решил вначале задавать вопросы, через которые можно полнее узнать о здешних людях вообще. Ибо не разобраться, что можно сделать с заряженным «Калашом» – это ж надо сильно постараться.

– Ты разве сам до сих пор не догадался, что это такое и для чего нужно? – спросил его, вставая со стула и уперев в плечо разложенный приклад, движениями ствола ведя поиск цели.

Очень характерная поза и характерные движения, которые сложно перепутать любому хоть немного знакомому с ручным метательным оружием.

– Какой-то сложный и непонятный арбалет, – задумчиво сказал мастер, – Это уже давно определил. Но к нему явно не хватает каких-то боевых амулетов подчинённой силы, по словам Питисиниюса, которому его когда-то показывал.

– Здесь все эти амулеты как раз есть, – взял со стола магазины и примкнул к автомату, передёргивая затвор. – Могу даже показать, как действует, но…, больно громкий выстрел получится.

– Не надо здесь показывать, я тебе верю. Ты так ловко орудуешь им, что можно не сомневаться в твоих словах. Но всё равно совершенно не чувствую никакой силы во всём этом странном оружии. Оно вообще неправильно создано, так нельзя делать!

– Почему? – удивился его столь категоричному заявлению.

– Измученный мёртвый металл. Похоже, его вовсе не касалась воля живого существа. Даже последние простаки оставили бы в нём свой отпечаток. А тут совсем ничего нет. Отдельные детали созданы варварскими способами из больших кусков металла методом физического отсечения и удаления лишнего, вместо прямого придания правильных форм. Соединены вместе вообще непонятно как. Жить такое изделие вообще долго не должно, без внешней поддержки металл быстро перейдёт в свою первооснову, и конструкция развалится на отдельные фрагменты. По ней никак нельзя определить её назначение, так как оно не заложено туда создающей волей мастера. Можно только попытаться догадаться, если бы она ещё, хоть как-то работала.

Что ж, некоторая доля правды в его словах есть. Действительно у нас в мире оружие делается «варварскими способами», совсем не как у них. Тут процесс непосредственного влияния воли мастера при создании чего-либо, а нам приходится станки да технологии всякие изобретать. Хотя не скажу, что наши технологии как-то сильно лучше. Сколько бы времени и сил пришлось бы затратить на переделку клинка в мачете? А тут пять минут и всё готово. Интересно, а они тут смогут повторить такой вот «Калаш» своими методами, если не говорить о патронах? С теми, уже ясно, что без меня самого ничего не получится.

– А ты сможешь сделать такую же конструкцию сам? – в моём голосе добавились нотки явного вызова.

Если мастерам тут присуща профессиональная гордость, то за неё их можно попытаться зацепить. Вдруг получится?

– Нет, – грустно ответил мне оружейник, разводя руками, видимо ему не сильно нравилась признаваться в том, что он чего-то не может. – Там слишком сложная конструкция некоторых деталей, её невозможно точно удержать в сознании при создании требуемой формы. Древние мастера, наверное, смогли бы сделать точную копию, но сейчас это искусство давно забыто, а специальные амулеты потеряны.

– Тогда может быть можно вложить какие-то силы, укрепляющие конструкцию, чтобы оно не разрушалось от своего несовершенства? – не отставал я.

– Тоже ничего не выйдет, – тяжело вздохнул мастер, мысленно готовясь к долгим объяснениям. – В мёртвый металл сила если и проникает, то не удерживается. В этом артефакте металл настолько искалечен, что вообще любую силу выталкивает, через него даже и посмотреть-то нельзя. Зачем так сложно сделали – не понимаю. С металлами так не работают. Для последующего закрепления любой дополнительной подчинённой силы, в металле требуется изначально создавать дух структуры, вокруг неё металл при создании чистой формы и нарастает. Дух структуры создают сразу, при получении металла из его первоосновы, которую добывают из земли. Чтобы оживить «мёртвый металл», его нужно полностью переделать, превратив сначала в жидкость, которую затем постепенно насытить духом структуры, и снова придать оживлённой жидкости требуемую форму. А с этим, как уже сказал, не всё получится. Для получения жидкости из мёртвого металла потребуется много тёплого тепла, моей одной печи тут не хватит. Именно это и имел в виду, когда говорил, что так, как сделали где-то этот артефакт, вообще нельзя делать. Разве чтобы его совсем не видели буси своим проникающим взором. И всё равно непонятно, проще использовать специальный скрывающий амулет.

Эх, обломилась такая хорошая идея наложить на автомат защитные чары, чтобы его не требовалось ни чистить, ни смазывать. Придётся и дальше обслуживать, как положено по инструкции. Но зато теперь мне стали понятны все странности отношения местных аборигенов к моим вещам и вещам, попавших из моего мира вообще. С одной стороны, здешних людей они сначала заинтересовывают, но после более близкого изучения вызывают чувство неприятия или вообще – отторжения. Металлы там неживые и искалеченные, понимаешь. И если чуть ли не на всех изделиях мастеров этого мира внутри написана инструкция по применению, то здесь о том явно не позаботились. А такой хороший и весьма эффективный метод тыка – считается вообще дурным делом. Вот и имеем, полную или частичную несовместимость артефактов моей цивилизации и здешних аборигенов, которая пока мне идёт только на пользу.

– А зачем ты тогда у искателей его купил? – вопрос был совсем не праздный, за ним стояла интересная перспектива.

– Подумал, что это что-то от алхимиков осталось, стало интересно попытаться разобраться. Они тоже иногда «мёртвый металл» частично использовали в своих боевых амулетах, продававшихся в королевствах до войны. Но это оружие сделали явно не они, как потом оказалось, и вообще, что это именно оружие, только ты мне сейчас объяснил.

– И часто тут находят подобные вещи?

– Нет, – пожал плечами мастер. – Пару-тройку раз искатели что-то подобное приносили и всё.

– Если вдруг ещё принесут – возьми специально для меня, вдруг потом пригодится. Я стану каждый раз заходить, как буду в городе. И ещё вот, – достал из своего кошеля пять серебряных саонов, – задаток для того дела на всякий случай.

– Идёт, – монеты исчезли в кармане оружейника.

Только собирался спросить кое-что ещё, как нас потревожил оставленный на торговле мальчишка. К хозяину пожаловали новые клиенты, пока он возился со мной.

– Ба, так это тот самый тип, которого мы недавно из леса принесли, – меня внимательно оглядел с ног до головы крепкий жилистый мужик примерно моего роста и возраста, как только мы вышли с мастером из его мастерской в торговый зал. – Быстро же тебя Питс поставил на ноги, мы уж и не ожидали тебя живым увидеть. Не держи зла, мужик, мы ничего такого тебе не хотели, – он подошел ко мне поближе и легонько хлопнул по плечу в знак возможного примирения. – Ты уж на нас не обижайся, хорошо?

– Хорошо, не буду, только с одним условием…

– Каким? – мужик немного напрягся, видимо, прекрасно зная, чем обычно кончается «лечение» у Питса, ожидая претензий с моей стороны.

– Вы меня отведёте к тому месту, где нашли, и чем скорее – тем лучше.

Уже не один раз ко мне приходила мысль, что стоит посетить место моего прихода в этот мир. Ибо иногда случается так, что где вход – там и выход. Может, удастся вернуться обратно к привычной цивилизации? Или хорошенько поискать там, возможно что-то ещё полезное со мной из того мира сюда провалилось.

– Ха, это запросто, – меня снова хлопнули по плечу, только в этот раз гораздо сильнее. – Приходи завтра на рассвете в трактир у северных ворот. Бери с собой запасов на десять дней. Мы тебя дотуда сначала проводим, там вполне безопасно, можешь несколько дней один оставаться, только никуда далеко не отходить. Дождёшься нашего возвращения в промежуточном лагере, на обратном пути заберём. Идёт?

– Идёт. Завтра буду, если ничего не изменится в моих планах за сегодняшний вечер. Вы меня долго не ждите, если к рассвету не приду – значит не в этот раз.

Покинув дом оружейника, и обретя планы на следующий день, вернулся в гостиницу к Следопыту, где сдал ему нашу общую долю эликсиров жизни, оставив свою себе. В качестве весомого бонуса за сообразительность, а скорее за то, что не бросил его умирать в лесу, получил пять лишних флакончиков к двенадцати своей доли. На вопрос наставника о том, не хочу ли продать часть своей доли южному клану по хорошей цене, ответил отрицательно. Раз это такая замечательная субстанция, чуть ли не панацея от всех ран и болезней, то самому пригодится. Узнав, где можно снять каморку, в которой можно переночевать, и не опасаясь воров оставить лишние вещи, обрёл желаемое в той же гостинице, правда, этажом повыше. Так как я не входил в южный клан искателей, которому она принадлежала, мне это обошлось в два раза дороже, чем Следопыту его комната. Без его рекомендации вообще бы брать деньги отказались, просто бы послали искать лучшие места, а так двумя саонами больше, двумя меньше, какая разница, пока они есть. Зато на ближайшую пару месяцев у меня есть куда кинуть свои кости, пока пребываю в городе. И тут меня никто не будет искать с не совсем добрыми намерениями, это гарантировал искательский клан со своей стороны. Нет, в случае конфликта с местными авторитетами он мне не поможет, но от остальной местной шушеры можно смело здесь прятаться. Комнатка была маленькой, но вполне достаточной для одного человека, примерно два с половиной на три метра. Даже гостей при случае можно пригласить, человека два, больше не поместятся. Из мебели присутствовала узкая деревянная кровать, маленький стол, пара стульев и подвесной шкаф для вещей над кроватью. Окон в каморке не было совсем, освещение обеспечивал один шар магического света. Мне показали, как его наполнять своей силой, немного удивившись тому, что не знаю таких простых вещей. Оказалось, достаточно было просто направить к нему руку и захотеть, чтобы он светил. Точно так же его можно было и погасить. После одной подзарядки шар светил около получаса, постепенно тускнея ближе к концу, но сама подзарядка отнимала совсем немного тепла, так что пользоваться подобными светильниками могли даже простаки. Кстати, как потом выяснил из разговоров, эти шары были сделаны не местными мастерами, а алхимиками. И теперь владеть ими в королевствах могли разве что Лорды, Слуги Истинного и некоторые богачи, для всех остальных они были под запретом. Какая-то там «алхимия» у них внутри нашлась, могу лишь догадаться, что светящийся люминофор, остальное – чистая магия. Вот и запретили столь удобные светильники, отобрав их у простого народа для более полезных сословному обществу людей. Мол – им свои дворцы освещать сложно, а вы и лучиной обойдётесь! Но тут, в Смертных Землях, на эти королевские запреты всем было наплевать, благо искатели доставали «шары света» в оставленных алхимиками селениях, где они имелись в каждом покинутом доме в большом количестве. То-то мне они сразу показались чем-то знакомым, сильно смахивающие на плафоны от старых советских ламп в общественных местах.

Ещё раз перебрав и, наконец, вычистив и смазав приобретённый автомат, а заодно обслужив свой пистолет, желудком почувствовал приближение обеденного времени. С начала дня даже перекусить не удалось, не говоря о полноценном завтраке, но чувство реального голода подступило только что. Дела так закрутили, что даже о еде забыл. Питая некоторую надежду, раз меня приглашали на долгую беседу именно к обеду, то, возможно, там же и накормят, оставил лишние вещи и двинулся снова к центральной площади. Идти было не так уж и близко. Город постепенно ожил, на улицах встречалось множество людей, судя по их виду, преимущественно каких-то рабочих. Удивила меня телега с запряженной в неё парой лошадей. Телега-то была с виду самой обыкновенной, деревянной, а вот колёса с тонкими длинными железными спицами у неё имели настоящие пневматические шины. Широкие шины и даже неглубокий протектор в виде ёлочки на них. Хоть они и были явно не резиновые, а кожаные, но общий их вид наводил на мысли о влиянии техники, попавшей сюда из нашего мира. Не иначе опять наследство алхимиков.

Во дворце Сома меня уже ждали и сразу же сопроводили к хозяину, минуя фазу приветствия заряженными арбалетами. В этот раз моим ожиданиям бесплатного обеда удалось благополучно оправдаться. Авторитет восседал за большим обеденным столом, и указал мне рукой место напротив себя. Из-за занавески сбоку выскользнула молодая красивая женщина в полупрозрачном платье с длинными чёрными волосами и подносом в руках, быстро расставляя передо мной тарелки с едой. И обмахнув меня своими чарующе пахнущими волосами, сразу же быстро удалилась обратно, на пути обернувшись и с каким-то особенным желанием посмотрев на меня. Кстати, это первая взрослая женщина, которую вижу в этом мире. Только лишь подумал об этом, как обнаружил заметное волнение естественного мужского желания. Вроде как совсем не юнец с накопленным от длительного воздержания лишним напряжением, и даже не бабник-прохиндей, падкий на первую встречную юбку, однако мой организм как-то слишком бурно отреагировал на появление женщины, помимо моего сознательного участия. Заметив моё неудобное состояние, в нелепых попытках справиться с собой, Сом хохотнул и предложил то ли в шутку, то ли в серьёз:

– Хороша, да? Если об одном деле сейчас договоримся, могу продать тебе её всего за пару золотых, или вообще подарю, если дело выгорит.

– Кхм, – поперхнулся от такого предложения, не зная, как на него можно реагировать.

Мне уже рассказали, что женщины в этом мире находятся на уровне домашней скотины, но вот чтобы сразу так наглядно это продемонстрировать… И ещё остаются серьёзные сомнения в части статуса, Питс говорил, что только сами авторитеты могут официально владеть женщиной тут. Так что высказанное предложение Сома может оказаться явно не простым и иметь далеко не одно дно.

– Договорились, – по-своему интерпретировал моё молчаливое замешательство авторитет. – Как только сделаешь работу – она будет твоя по моему слову.

Понимая, что меня на что-то очень странное подписывают, даже не интересуясь, что по этому поводу думаю, тем не менее, согласно кивнул, вовремя догадавшись, что прямого отказа от меня никто не ждёт. Ибо был уверен, что в таком случае просто не выйду отсюда своими ногами, или выйду, но вряд ли окажусь сильно рад ближайшим перспективам. В общем, идти против какого-то очень важного желания авторитета не стоит, независимо от того, что он мог прежде обещать. Да и не обещал он мне никакой безопасности, если так подумать. Просто я ему пока зачем-то нужен.

– Ты ешь, не стесняйся, о деле после поговорим, – добавил хозяин, видя, что сижу с ложкой в руке и думаю о чём-то постороннем.

И в его предложении был не просто здравый смысл, а чёткий расчет. На полный живот мозги работают чуть хуже из-за отлива крови, а центр удовольствия, получивший сигнал от наполненного желудка, вообще препятствует образованию в уме какого-либо здравого смысла. Меня очень плотно накормили, даже предложив добавку, и только потом Сом решил продолжить серьёзные разговоры.

– Скажи, искатель, какие у тебя самого есть планы на ближайшее будущее? Не на завтра-послезавтра, а вообще? – начал спрашивать он издалека.

– Да почти никаких особенных планов, всё как у нормальных людей, – пожал плечами я. – Обзавестись в хорошем городе своим уютным домиком, там, огород, хозяйство, потом семья, дети, почёт и уважение добропорядочных соседей…

Не говорить же ему об имеющемся желании вернуться обратно в свой мир, сразу после того, как разберусь со всем тем, что здесь произошло за последнюю сотню лет? Ибо есть весьма серьёзное предположение, что раньше просто не получится, разве если очень повезёт. В то, что здесь застрял навсегда, мне пока ещё не верилось.